В п лавров – Лаврова В.П. — книги. Скачать бесплатно в форматах pdf, doc, txt и др. «Живое Знание»

Содержание

биография, деятельность и интересные факты

Петр Лаврович Лавров (1828-1900) известен как один из основных идеологов российского народничества. В свое время он оказал немалое влияние на формирование революционного движения в нашей стране. Интерес представляют и его социологические и философские исследования, позволяющие понять отношение интеллигенции к общественно-политической ситуации, сложившейся в России во второй половине 19 века, а также предсказание краха большевизма.

Семья

Петр Лавров происходил из известного дворянского рода. Его отец, Лавр Степанович, служил в армии и участвовал в Отечественной войне 1812 года. Он был дружен с начальником Императорской канцелярии и военных поселений Алексеем Аракчеевым, который пользовался безграничным доверием Александра Первого. После войны Л. С. Лавров вышел в отставку в чине полковника артиллерии и женился на Елизавете Карловне Гандвиг. Девушка происходила из обрусевшего шведского дворянского рода и была превосходно образована для своего времени. В 1823-м году у них родился сын Петр. На момент его появления на свет семья проживала в имении Мелехово, расположенном в Псковской губернии.

Петр Лаврович Лавров: краткая биография (молодые годы)

Как и другие его сверстники из дворянского сословия, будущий философ с детства изучал иностранные языки. В частности, благодаря матери и опытному гувернеру он очень рано в совершенстве овладел французским и немецким языками.

В 1837 году Петра Лаврова отправили в Петербург, где он успешно выдержал экзамен и поступил в артиллерийское училище. В годы учебы в этом престижном военном вузе молодой человек проявил себя прилежным курсантом и считался лучшим учеником академика М. Остроградского. Его успехи были настолько серьезными, что после получения диплома его оставили репетиторствовать в родном училище. Параллельно с проведением занятий Петр Лавров самостоятельно изучал научную литературу по обществознанию и экономике, писал стихи и занимался исследованиями в области математики. Большое впечатление на него произвели произведения социалистов-утопистов.

Дальнейшая карьера

Молодой репетитор математических наук вскоре получил признание коллег и занял должность военного преподавателя в Михайловской артиллерийской академии Петербурга, дослужившись до звания полковника. В 1860 году он был переведен в Константиновское военное училище, где несколько лет был наставником-наблюдателем.

Личная жизнь

В 1847 году Петр Лавров женился на красавице-вдове А. Х. Ловейко. Брак с матерью двоих детей, да еще немкой по происхождению (девичья фамилия Капгер) расстроил планы Лавра Степановича, мечтающего о блестящей партии для сына. В результате Петр был лишен финансовой поддержки родителя. Со временем у пары появилось еще четверо общих сыновей и дочерей, что сделало материальное положение семьи еще более шатким. Чтобы хоть как-то «выкрутиться», Лавров был вынужден подрабатывать репетиторством «на стороне» и писать специальные статьи для «Артиллерийского журнала». Ситуация изменилась в лучшую сторону после смерти отца и старшего брата, когда Петр Лаврович получил неплохое наследство.

Литературная и научная деятельность

Несмотря на жизненные невзгоды, неутомимый Петр Лавров находил время для изучения наиболее известных работ европейских философов своего времени, публиковал стихи у А. И. Герцена, участвовал в создании «Энциклопедического словаря», издавал статьи по философии и социологии, а также по проблемам общественной нравственности, литературы, искусства и народного образования.

Кроме того, в 1860 году была издана его первая книга. В этом труде, озаглавленном как «Очерки вопросов практической философии», Лавров утверждал, что нравственная личность не может не вступить в конфликт с обществом, в котором царит несправедливость. По его мнению, идеальным обществом может быть только строй, который основан на добровольном союзе нравственных и свободных людей.

Арест и ссылка

В 1860-х годах Петр Лаврович Лавров, биография которого представлена выше, являлся деятельным участником студенческого и революционного движении. Он сблизился с Н. Г. Чернышевским и стал членом первой организации «Земля и воля».

4 апреля 1866 года у ворот Летнего сада Д. Каракозов совершил покушение на Александра Второго. Оно было неудачным, однако явилось причиной репрессий, жертвой которых стал в том числе Петр Лавров. Он был арестован по обвинению в «распространении вредных идей» и в контактах с Чернышевским, Михайловым и с профессором П. Павловым. После непродолжительного содержания в тюрьме и суда его отправили ссылке в Вологодскую губернию. Там он жил с 1867 по 1870 годы и познакомился с ссыльной участницей Польского восстания А. Чаплицкой, которая стала его гражданской женой.

«Исторические письма»

В ссылке Петр Лаврович Лавров написал свое наиболее известное социально-политическое произведением, обращенное к прогрессивной русской интеллигенции.

Его «Исторические письма» содержали призыв к молодежи проснуться, и, понимая задачи исторического момента, а также потребности простого народа, помочь ему осознать свою силу. Появление этого произведения было более чем своевременным, так как революционная интеллигенция находилась в поиске новых возможностей приложения своих сил. «Исторические письма» Лаврова стали «ударом грома» и одним из идейных побудителей для организации практической деятельности революционной интеллигенции.

Биография (Петр Лавров) после 1870 года

После возвращения из ссылки революционеру удалось нелегально покинуть страну и отправиться в Париж. Там он связался с представителями западноевропейского рабочего движения и вступил в I интернационал. В период существования Парижской коммуны ездил в Лондон с целью организовать помощь осажденным товарищам.

Во время пребывания в столице Британской империи Лавров познакомился с Марксом и Энгельсом.

В 1873-1877 годах революционер стал редактором журнала «Вперед» и одноименной 2-хнедельной газеты — рупоров направления русского народничества, названного «лавризмом». После убийства Александра Второго Петр Лаврович сблизился с народовольцами. Он даже согласился редактировать «Вестник Народной воли» вместе с Л. Тихомировым.

Вместе с тем рос его международный авторитет. Достаточно сказать, что в июле 1889 года члены армянской партии Гнчак — первой социалистической партии, имеющей отделения на территории Персии и Османской империи, уполномочили Петра Лаврова представлять ее на конгрессе Второго интернационала.

Последние годы жизни

До своих последних дней Петр Лавров продолжал поддерживать связи с революционным движением. Однако в конце жизни его больше интересовали вопросы, связанные с историей философии. В результате его научных изысканий было написано несколько теоретических трудов, в том числе монография «Задачи понимания истории».

Петр Лавров, основные идеи которого были основой движения народовольцев, умер в Париже в 1900-м году, в возрасте 72-х лет и был похоронен на кладбище Монпарнас.

После себя он оставил обширное литературное наследие, включающее 825 произведений и 711 писем. Он является также автором нескольких десятков политических стихотворений, среди которых особой популярностью пользовалась «Рабочая Марсельеза», начинающаяся словами «Отречемся от старого мира…», на которую позже была написана музыка. В первые два десятилетия 20 века эта песня была одной из наиболее часто исполняемых во время забастовок, стачек, а также съездов революционеров, а в первые годы Советской власти и народных депутатов.

Философские взгляды

В официальной науке принято относить Лаврова к эклектикам. И это вполне обосновано, так как в своей позитивистически-агностицистической философии он пытался сочетать системы Гегеля, Ф. Ланге, Фейербаха, Конта, Прудона, Спенсера, Чернышевского, Бакунина и Маркса.

По его мнению, историю делает по своей воле нравственное и образованное меньшинство, поэтому первой задачей революционеров является выработка нравственного идеала.

В 1870-х годах у Лаврова появились ярые последователи, так называемая группа башенцев. Кроме того, он стал признанным вождем правого крыла революционеров Российской империи. Однако такое положение длилось недолго, и вскоре многие сторонники его идеологии повернулись в сторону более радикального бакунизма. Тем не менее, лавризм сыграл не последнюю роль в деле подготовки членов для будущих первых социал-демократических кружков.

Теперь вы знаете, кем был П. Лавров. Являясь одним из немногих представителей дворянского сословия, кто искренне стремился к улучшению положения рабочих и крестьян, Петр Лаврович не был забыт властями Первого в мире государства рабочих и крестьян. В частности, в его честь была переименована Фурштатская улица Ленинграда. Благодаря этому сегодня многим питерцам известен Дворец Петра Лаврова, где проводятся церемонии бракосочетания. И это вполне символично, так как известный философ когда-то пожертвовал финансовым благополучием ради женитьбы на любимой женщине, а затем прожил с ней тридцать счастливых лет.

fb.ru

Лавров, Пётр Лаврович — это… Что такое Лавров, Пётр Лаврович?

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Лавров.

Пётр Ла́врович Лавро́в (псевдоним Миртов; 2 [14] июня 1823, Мелехово, Великолукский уезд, Псковская губерния, Российская империя — 25 января [6] февраля 1900, Париж, Франция) — русский социолог, философ, публицист и революционер. Один из идеологов народничества.

Биография

По происхождению дворянин. Отец, Лавр Степанович, — участник Отечественной войны 1812 года, личный друг А. А. Аракчеева, полковник артиллерии в отставке. Мать (урождённая Гандвиг) — из обрусевшего шведского рода. Получил хорошее домашнее образование, с детства владел французским и немецким языками (в кругу его чтения — книги из французской библиотеки отца). В 1837 поступил в артиллерийское училище в Петербурге (1837—1842 гг), где считался лучшим учеником М. Остроградского, академика военных наук. После окончания училища в 1842 был оставлен при нем репетитором . Самостоятельно изучал литературу по общественным наукам, в частности познакомился с произведениями социалистов-утопистов, писал стихи и проявил исключительные способности к математике и тягу к знаниям в целом, без которых

человек ничто… он наг и слаб в руках природы, он ничтожен и вреден в обществе

— Из дневника

В 1844 году, после окончания высших офицерских классов, оставлен при училище репетитором математических наук, что положило начало его военно-преподавательской карьере — в Петербургской Михайловской артиллерийской академии (с 1858 — полковник и профессор математики), в Константиновском военном училище (с 1860 наставник-наблюдатель). Во время Крымской войны находился под Нарвой, хотя, как писал в автобиографии (от третьего лица), «ни в каких военных действиях ему участвовать не случилось»[1]. В 1847 г. Лавров женился на слывшей красавицей вдове с двумя детьми, титулярной советнице А. Х. Ловейко (урождённой Капгер; немке по происхождению), что лишило его материальной поддержки со стороны отца. Необходимость содержать большую семью (у Лаврова только своих было четверо детей) и острая нехватка жалованья заставляют его писать специальные статьи для «Артиллерийского журнала» и подрабатывать репетиторством. После смерти отца (1852) и старшего брата Михаила жизнь в материальном плане становится более обеспеченной.

Лавров изучал новейшую европейскую философию, публиковал свои стихи у А. И. Герцена в сборнике «Голоса из России», участвовал в работе над «Энциклопедическим словарем», много печатался по широкому кругу вопросов: философии, социологии, истории общественной мысли, проблемам общественной нравственности, искусства, литературы, народного образования.

В 1860 году вышла в свет его первая книга «Очерки вопросов практической философии». Лавров полагал, что нравственная личность неизбежно вступает в конфликт с несправедливым обществом. Идеальным обществом по отношению к личности может быть строй, основанный на добровольном союзе свободных и нравственных людей.

В 1860-х гг. принимал деятельное участие в литературе и общественной работе и в студенческом движении, сблизился с Н. Г. Чернышевским, входил в состав первой «Земли и воли». После покушения Д. В. Каракозова на Александра II был арестован, признан виновным в «распространении вредных идей», «сочувствии и близости к людям, известным правительству своим вредным направлением» (Чернышевскому, Михайлову и профессору П. В. Павлову), и в январе 1867 приговорен к ссылке в Вологодскую губернию (Тотьма, Вологда, Кадников), где жил с 1867 по 1870 (см.[2]. В Тотьме он познакомился с А. П. Чаплицкой, полькой по национальности, арестованной за участие в Польском восстании 1863-64, ставшей его гражданской женой (ум. в 1872).

В ссылке Лавровым было написано самое известное его произведение — «Исторические письма». В «Исторических письмах» содержался призыв к «критически мыслящим» и «энергически стремящимся к правде лично­стям», прежде всего молодым, проснуться, понять задачи исторического момента, потребности народа, помочь ему осознать свою силу и вместе с ним приступить к творению истории, к борьбе против старого мира, погрязшего во лжи и несправед­ливости. «Исторические письма», будучи социально-политическим произве­дением, вышли, когда революционная интеллигенция, особенно мо­лодежь, искала новые возможности приложения своих сил для уча­стия в освобождении народа: надежды Н. Г. Чернышевского на на­родное восстание после отмены крепостного права не оправда­лись; «теория реализма» Д. И. Писарева с ее культом естествозна­ния не обещала скорых результатов; заговорщическая деятельность «Народной расправы» С. Г. Нечаева была использована правитель­ством для дискредитации «ни­гилистов». Поэтому в обстановке конца 1860-х — начала 1870-х гг. это произведение Лаврова стало «ударом грома», одним из идейных побудителей для практической деятельности революционных интеллигентов[источник не указан 737 дней].

В 1870 году при помощи Г. А. Лопатина бежал в Париж, где связался с западноевропейским рабочим движением и вступил в I Интернационал. В целях организации помощи осажденной Парижской коммуне ездил в Лондон, где познакомился с К. Марксом и Ф. Энгельсом. В 1873—1877 гг. редактирует журнал «Вперёд» и одноименную двухнедельную газету (1875—1876) — органы возглавлявшегося Лавровым направления русского народничества, так называемого «лавризма». После убийства Александра II сближается с народовольцами и в 1883—1886 гг. редактирует вместе с Л. А. Тихомировым «Вестник Народной воли».

В июле 1889 г. на конгрессе II Интернационала партия Гнчак уполномочила в качестве своего представителя революционера П. Лаврова[3].

Пётр Лаврович Лавров

Последние годы жизни Лавров, не порывая связей с революционным движением (редактировал «Материалы для истории русского социально-революционного движения»), посвятил написанию теоретических трудов по истории человеческой мысли: «Задачи понимания истории» и «Важнейшие моменты в истории мысли». В его наследии, не до конца выявленном (известны 825 произведений, 711 писем; раскрыто около 60 псевдонимов), — статьи в русской легальной печати, политические стихотворения, в том числе широко известная «Новая песня» (текст опубликован в газете «Вперёд!», 1875, № 12 от 1 июля), получившая позднее название «Рабочая марсельеза» («Отречёмся от старого мира…»), которую А. А. Блок называл среди «прескверных стихов, корнями вросших в русское сердце… не вырвешь иначе, как с кровью…»[4].

Лавров умер в Париже; похоронен на кладбище Монпарнас. Его последние слова: «Зовёт… живите хорошо. Кончается… кончилась моя жизнь».

Философские взгляды Лаврова

По философским своим воззрениям Лавров был эклектиком, пытавшимся сочетать в одно учение системы Гегеля, Фейербаха, Ф. Ланге, Конта, Спенсера, Прудона, Чернышевского, Бакунина, Маркса. Основной чертой его мозаичного мировоззрения был позитивистический агностицизм. Народники в лице Лаврова сделали шаг назад от Чернышевского — от материализма в сторону позитивизма[5].

Как историк и социолог Лавров был идеалистом и субъективистом. Процесс исторического развития он оценивал с точки зрения субъективно выбранного нравственного идеала. Историю в конечном счете делает по своей воле образованное и нравственное меньшинство («критически мыслящие личности»). Поэтому первая задача революционных деятелей — выработка нравственного идеала, к осуществлению которого им и надлежит стремиться в своей практической деятельности. Своему идеалу Лавров дал следующую формулировку: «Развитие личности в физическом, умственном и нравственном отношении, воплощение в общественных формах истины и справедливости»[источник не указан 737 дней].

Морализующий и академический характер социально-политической программы Лаврова сделал его вождем правого крыла русских революционеров 1870-х гг. Революционный подъем 1870-х гг. привел к быстрой потере Лавровым его популярности и переходу гегемонии в революционном движении к бакунизму. Призывая к единству всех социалистических направлений, Лавров стремился к включению в свою систему и элементов марксизма. Несмотря на это, социализм Лаврова носил типично народнический характер (учение об особых путях развития России, о крестьянстве как носителе социалистического идеала и т. д.). Однако связь лавристов с международным рабочим движением, их большое внимание к работе среди городских рабочих привели к тому, что лавризм сыграл некоторую роль в деле подготовки кадров для первых социал-демократических кружков в России.

Пётр Лаврович Лавров

Отношение к искусству

В вопросах искусства Лавров первоначально (в 1850—1860-х гг.) стоял на позиции чистого искусства. В 1870—1880-x годах Лавров стал ценить искусство с точки зрения соответствия его содержания идеалам революционной интеллигенции (статья «Два старика», 1872, — о В. Гюго и Ж. Мишле — и др.), не переставая говорить о «стройности формы». Реакционное искусство признается им не только вредным, но и не имеющим эстетической ценности. Лавров один из первых занялся изучением революционной и рабочей поэзии (статьи «Лирики тридцатых и сороковых годов» — о Гервеге, Эб. Эллиоте и др., 1877).

В 1890-х гг. Лавров становится на точку зрения отрицания искусства как самостоятельной надстройки: единственная задача, которая по его мнению останется за искусством, — это «украшение жизненных и научных потребностей». Эта динамика воззрений Лаврова на литературу дала себя знать в статьях, посвященных явлениям западноевропейской литературы (помимо упомянутых статей — «„Лаокоон“ Лессинга», 1860, «Мишле и его „Колдунья“», 1863, «Г. Карлейль», 1881, «Лонгфелло» и «Шекспир в наше время», 1882), представляющих интерес и в том отношении, что в них раскрывается литературно-критический метод Лаврова. Порицая писателя за «отсутствие страстного и живого участия в интересах и вопросах современности» (статья «Лонгфелло»), Лавров преимущественно базировался на творчестве таких авторов с социальным уклоном, как В. Гюго, Г. Гервег, У. Уитмен и др., давая им не лишенные социальной и политической остроты характеристики.

Лавров был дворянином, ушедшим от своего класса и перешедшим на сторону крестьянства. Дворянское прошлое внесло в народническую идеологию Лаврова своеобразные ноты — теорию уплаты долга народу за привилегированное положение свое и своих предков.

Цитаты

Да, русские капиталисты и купцы, русские чиновники и сыщики, столпы и державные эксплуататоры русской империи, и у вас загорелась почва под ногами… Что вы можете противопаставить проповеди братского союза всех трудящихся, союза, который должен смести с земли русской всех паразитов, питающихся жизненными соками трудящегося народа? Не противопоставите ли вы нам идею самодержного богопамазаника, безответственного перед рабами, единого просвещенного божественным разумом среди темной толпы? Вы сами не верите уже этой полинялой тряпке… Или не вынесите ли вы против нас хоругвь православия, этого вечного раба сильных, который никогда не протянул руку страждущему, подавленному народу русскому, этого жалкого паразита, который прожил 1000 лет на русской почве, внушив к себе лишь презрение? — Но кто и когда мог опереться на эту болотную трясину? Разве православие могло спасти кого-нибудь? У вас уже нет и не может быть принципов, и поэтому вы можете лишь опираться на силу в ваших гонениях на социалистов. Но и ваша сила вовсе не прочна и тайное сознание этой непрочности усиливает вашу панику: усиливает то озлобление с которым вы бросаетесь на всякую жертву, не разбирая насколько она опасна для вас[6].

Примечания

Литература

  • Лавров, Петр Лаврович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Русанов Н. Лавров, Очерк его жизни и деятельности // «Социалисты Запада и России». — СПб, 1908.
  • «П. Л. Лавров». Сборник статей. — Пг.: «Колос», 1922.
  • Энгельс о П. Лаврове и П. Ткачеве, с предисловием Рязанова // «Под знаменем марксизма». — 1922. — Май — июнь.
  • Плеханов Г. В.. Наши разногласия // Собрание сочинений. Т. II.
  • Плеханов Г. В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю // Собрание сочинений. Т. VII.
  • Плеханов Г. В. О социальной демократии в России // Собрание сочинений. Т. IX.
  • Горев Б. Лавров и утопический социализм // «Под знаменем марксизма». — 1923. — № 6-7.
  • Фриче В. Лавров и чистое искусство // «Под знаменем марксизма». — 1923. — № 6-7.
  • Козьмин Б. Ткачев и Лавров // «Воинствующий материалист». Кн. I. — М., 1924.
  • Ладоха Г. Исторические и социологические воззрения П. Л. Лаврова // «Русская историческая литература в классовом освещении», т. I. — М., 1927.
  • Книжник-Ветров И. С. П. Л. Лавров. — М., 1930.

Ссылки

Статья основана на материалах Литературной энциклопедии 1929—1939.

dic.academic.ru

Петр лавров основные идеи: теория лаврова

Поиск Лекций


П.Л. Лавров – основоположник субъективной школы.

Лекция по теме: «Субъективная социология. Социологические воззрения П.Л. Лаврова и Н.К. Михайловского»

План

1. Субъективное направление в русской социологии.

1.1. Социально-исторические условия и духовные предпосылки субъективной социологии.

1.2. Основные черты субъективной социологии.

1.3. Критика субъективной школы: достоинства и недостатки.

2. П.Л. Лавров – основоположник субъективной школы.

2.1. Субъективный метод.

2.2. Теория солидарности.

2.3. Теория личности.

2.4. Теория факторов социального действия.

2.5. Теория прогресса и социальной эволюции.

2.6. Критика социологической теории П.Л. Лаврова.

3. Этико-психологическая (субъективная) социология Н.К. Михайловского.

3.1. Предмет и метод социологии.

3.2. Теория разделения труда и кооперации.

3.3.

ЛАВРОВ, ПЕТР ЛАВРОВИЧ

Теория борьбы за индивидуальность.

3.4. «Герои и толпа».

3.5. Формулы прогресса.

3.6. Критика социологической теории Н.К. Михайловского.

4. Воззрения Н.И. Кареева.

4.1.

 

Субъективное направление в русской социологии.

Субъективная социология – самобытное, специфически русское направление в отечественной социологии.

Время существования: рубеж 60-70-х гг. XIX века — 20-х гг. XX века.

Другие названия:

— субъективная школа или этико-социологическое направление

— субъективный метод

— русская социологическая школа (С.Н. Южаков).

Основоположники: П.Л. Лавров, Н.К. Михайловский, С.Н. Южаков.

Социально-исторические условия и духовные предпосылки субъективной социологии.

Интеллектуальные истоки: позитивизм О.Конта, этика Э. Канта, антропологизм Л. Фейербаха, идеология русского социализма А.И. Герцена и Н.Г. Чернышевского

Субъективная социология зародилась в годы героической революционной борьбы (Кареев).

Ее задачей являлось теоретическое обоснование главной цели народнического движения – перехода российского общества к социализму.

Народническая идеология Субъективная социология
представлена всем разнообразием народнической мысли научная теория как стройная система знаний со своим пониманием предмета социологии, своими задачами, с особым понятийным аппаратам и методом
это совокупность различных течений, объединенных общей большой целью с идеологией народничества ее сближает реальная социальная практика, положенная в центр ее научных разработок

Основные черты субъективной социологии.

Объект социологии – субъективный фактор, т.е. все то, что составляет содержание внутреннего мира человека.

Предмет социологии – исследование солидарности сознательных существ.

Личность – основной двигатель прогресса, субъект истории и социальных отношений.

Объективные процессы признаются вторичными в общественной жизни.

Психологизм – оперирование в объяснении общества психологическими факторами.

Социология:

Теоретическая –рассмотрение явлений с точки зрения сущего, как они есть.

Практическая –рассмотрение явлений с точки зрения должного, какими они должны быть.

Задачи субъективной социологии:

1) теоретическое обоснование цели дальнейшего развития общества, т.е. выяснение природы и закономерностей социального прогресса, изучение условий зарождения солидарности, причин ее усиления или ослабления и особенностей ее конкретно-исторических форм

2) определение средств для достижения цели: выявление законов построения справедливого общежития, включая выработку норм поведения людей и их оценку с точки зрения нравственного идеала

Критика субъективной школы: достоинства и недостатки.

Заслуги:

} Пропаганда в России достижений западной науки (трудов Конта, Спенсера, Маркса).

} Глубокая критика биологизма во взглядах на общество западных ученых (органицистских взглядов Спенсера, Дюркгейма, социал-дарвинизма Гумпловича и др.): исследовать человека и общество с помощью тех же методов, что и остальную природу, нельзя.

} Предварение идей М. Вебера, Г. Зиммеля, представителей символического интеракционизма: понимание и интерпретация мотивов социальных действий.

Недостатки

} Неокантианская социология: слабое место – в слиянии науки и политики.

} Марксистская социология: критика за идеализм в трактовке исторического процесса.

} Представители других ветвей народничества (М.А. Бакунин др.): революционной силой обладают лишь массовые стихийные народные движения, а не просветительские идеалы.

} Различные социологические направления: субъективный метод слабо аргументирован и не является адекватным способом познания душевного мира человека и социальных отношений.

 

П.Л. Лавров – основоположник субъективной школы.

Петр Лаврович Лавров (1828-1900)

Основные работы:«Очерки вопросов практической философии» (1859), «Исторические письма» (1869-1870), «Задачи понимания истории» (1898), «Важнейшие моменты в истории мысли» (1903) и др.

Социология —наука, «изучающая и группирующая повторяющиеся факты солидарности между особями человеческого общества и стремящаяся открыть ее законы».

Основа социологического анализа фактов солидарности — потребности, которые могут быть удовлетворены лишь коллективно.

Люди образуются в общества, когда они оказываются солидарными в своих интересах, привычках, обычаях, т.е. вне солидарности нет общества.

Субъективный метод.

Применяется в социологии, психологии, этике. Термин «субъективный метод» Лавров заимствовал у О. Конта и рассматривал данный метод с точки зрения антропологизма:

} Для человека, кроме осознаваемого мира, нет ничего, и человек понимает мир только через собственные способы познания. Субъективное имеет место в том случае, когда к восприятию мира примешивается наше отношение к объектам.

} Результатом применения субъективного метода будет «получение истины субъективной», т.е. зависящей от природы человека. Субъективная истина составляет содержание как человеческих эстетических и нравственных убеждений, так и содержание тех наук, которые изучают нравственные и эстетические оценки.

Социология = объективный + субъективный методы

Применяя объективный метод, социолог лишь анализирует, изучает проблемы, как они есть, безоценочно.

В рамках субъективного метода исследователь имеет определенный идеал должного (нравственный критерий), в соответствии с которым он оценивает все явления и определяет цели деятельности личности и общества.

Теория солидарности.

Солидарность — «сознание того, что личный интерес совпадает с интересом общественным, что личное достоинство поддерживается лишь путем поддержки достоинства всех солидарных с нами людей».

Цель солидарности – быть «орудием борьбы за существование общества».

Виды солидарности

1) Бессознательная солидарность, или солидарность обычая:

  • это связь между особями, которая устанавливается фатально, сама собой, т.е. это продолжение животных инстинктов;
  • основание для солидарности – привычка (обычай).

2) Аффективная (прочувствованная) солидарность:

· опирается на интересы;

· это солидарность общих настроений различного рода: приподнятое или подавленное состояние духа, энтузиазм или варварство толпы и т.п.

· Виды солидарности

3) Историческая, или сознанная, солидарность:

· это «упроченное чувство близости между особями одной и той же группы»;

· основывается на личном убеждении индивидов;

· ее носитель – интеллигенция;

· лишь эта солидарность является прогрессивным двигателем истории;

· ее идеальный тип – социалистический идеал.

Смена форм солидарности – процесс взаимодействия культуры, цивилизации и мысли

Культура – это «совокупность внешних форм человеческого общежития и психических приемов», обычаев и привычек, «зоологический элемент» общества, который стремиться передаваться из поколения в поколение как нечто неизменное.

Ключевая функция культуры – приспособление особей к окружающей среде.

Только когда культура перерастает в цивилизацию, происходит адекватное человеческой природе изменение.

Цивилизациявнутренний и высший, духовный план истории, подлинно человеческое бытие, соответствующее требованиям науки, искусства, нравственности.

Сердцевина цивилизации – мысль.

Мысль«перерабатывает культуру» и тем самым ведет к усилению или ослаблению солидарности общества «путем внесения в формы его жизни большей доли сознания».

Два уровня мысли:

} Некритическая (ненормальная)

} Критическая: итог ее эволюции — выработка научно-философского миросозерцания и научной универсалистической нравственности.

Теория личности.

В вопросе о соотношении личности и общества Лавров придерживается номиналистической традиции: источником социальной динамики является личность.

«Вне личности нет никаких принципов, нет прогрессивных форм, нет прогресса вообще».

Проблему о «природе» общества Лавров решает двояко: с одной стороны, он признает за обществом сверхличностную реальность, но с другой стороны, считает, что оно не может быть внеличным, т.е.

иметь сугубо внешние для личности цели.

Общество – это совокупность социальных (культурных) форм, которые являются продуктом творчества личностей и реально существуют лишь в личностях.

=> Личности имеют право и обязанность стремиться в соответствии со своими потребностями к изменению данных форм, к замене патологических форм здоровыми.

Социально-психологические типы, или субъекты социальных действий:

1) Пасынки цивилизации – это эксплуатируемое большинство общества, лишенное благ цивилизации.

2) Дикари высшей культуры – частично цивилизованное меньшинство общества, руководствующееся модой («человек-масса»). Они только участвуют в цивилизации, составляя самое сильное препятствие прогрессу, поскольку стремятся сохранить свое привилегированной положение.

3) Интеллигенция, или критически мыслящие личности – группы личностей, «способных наслаждаться развитием», вырабатывать идеал и стремиться его воплотить. Они вносят новые ценности, постоянно борются с культурными формами, являются источником общественного прогресса. Но сами по себе отдельные личности бессильны, а поэтому они должны организовываться в группы.

Народы:

} Исторические(смогли создать в своей среде интеллигенцию)

} Неисторические(это неисторические племена и народы, не сумевшие создать солидарность, основанную на критическом убеждении (пасынки цивилизации и культурные дикари)

©2015-2018 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

laservirta.ru

Лавров, Пётр Лаврович — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Лавров.

Пётр Ла́врович Лавро́в (псевдонимы Миртов, Арнольди, и др.; 2 [14] июня 1823, Мелехово, Псковская губерния — 25 января [6 февраля] 1900, Париж, Франция) — русский социолог, философ, публицист и революционер. Один из идеологов народничества.

Биография

По происхождению дворянин. Отец, Лавр Степанович, — участник Отечественной войны 1812 года, личный друг А. А. Аракчеева, полковник артиллерии в отставке. Мать, Елизавета Карловна (урождённая Гандвиг) — из обрусевшего шведского рода. Получил хорошее домашнее образование, с детства владел французским и немецким языками (в кругу его чтения — книги из французской библиотеки отца). В 1837 поступил в артиллерийское училище в Петербурге (1837—1842 гг), где считался лучшим учеником М. Остроградского, академика военных наук. После окончания училища в 1842 был оставлен при нем репетитором. Самостоятельно изучал литературу по общественным наукам, в частности, познакомился с произведениями социалистов-утопистов, писал стихи и проявил исключительные способности к математике и тягу к знаниям в целом, без которых

человек ничто… он наг и слаб в руках природы, он ничтожен и вреден в обществе

— Из дневника

В 1844 году, после окончания высших офицерских классов, оставлен при училище репетитором математических наук, что положило начало его военно-преподавательской карьере — в Петербургской Михайловской артиллерийской академии (с 1858 — полковник и профессор математики), в Константиновском военном училище (с 1860 наставник-наблюдатель). Во время Крымской войны находился под Нарвой, хотя, как писал в автобиографии (от третьего лица), «ни в каких военных действиях ему участвовать не случилось».[1]
В 1847 г. Лавров женился на слывшей красавицей вдове с двумя детьми, титулярной советнице А. Х. Ловейко (урождённой Капгер; немке по происхождению), что лишило его материальной поддержки со стороны отца. Необходимость содержать большую семью (у Лаврова только своих было четверо детей) и острая нехватка жалованья заставляют его писать специальные статьи для «Артиллерийского журнала» и подрабатывать репетиторством. После смерти отца (1852) и старшего брата Михаила жизнь в материальном плане становится более обеспеченной.

Лавров изучал новейшую европейскую философию, публиковал свои стихи у А. И. Герцена в сборнике «Голоса из России», участвовал в работе над «Энциклопедическим словарем», много печатался по широкому кругу вопросов: философии, социологии, истории общественной мысли, проблемам общественной нравственности, искусства, литературы, народного образования.

В 1860 году вышла в свет его первая книга «Очерки вопросов практической философии». Лавров полагал, что нравственная личность неизбежно вступает в конфликт с несправедливым обществом. Идеальным обществом по отношению к личности может быть строй, основанный на добровольном союзе свободных и нравственных людей.

В 1860-х годах принимал деятельное участие в литературе и общественной работе и в студенческом движении, сблизился с Н. Г. Чернышевским, входил в состав первой «Земли и воли». После покушения Д. В. Каракозова на Александра II был арестован, признан виновным в «распространении вредных идей», «сочувствии и близости к людям, известным правительству своим вредным направлением» (Чернышевскому, Михайлову и профессору П. В. Павлову), и в январе 1867 года приговорен к ссылке в Вологодскую губернию (Тотьма, Вологда, Кадников), где жил с 1867 по 1870 года (см.[2]. В Тотьме он познакомился с А. П. Чаплицкой, полячкой по национальности, арестованной за участие в Польском восстании 1863—1864 годов, ставшей его гражданской женой (ум. в 1872).

В ссылке Лавровым было написано самое известное его произведение — «Исторические письма». В «Исторических письмах» содержался призыв к «критически мыслящим» и «энергически стремящимся к правде лично­стям», прежде всего молодым, проснуться, понять задачи исторического момента, потребности народа, помочь ему осознать свою силу и вместе с ним приступить к творению истории, к борьбе против старого мира, погрязшего во лжи и несправед­ливости. «Исторические письма», будучи социально-политическим произве­дением, вышли, когда революционная интеллигенция, особенно мо­лодежь, искала новые возможности приложения своих сил для уча­стия в освобождении народа: надежды Н. Г. Чернышевского на на­родное восстание после отмены крепостного права не оправда­лись; «теория реализма» Д. И. Писарева с её культом естествозна­ния не обещала скорых результатов; заговорщическая деятельность «Народной расправы» С. Г. Нечаева была использована правитель­ством для дискредитации «ни­гилистов». Поэтому в обстановке конца 1860-х — начала 1870-х гг. это произведение Лаврова стало «ударом грома», одним из идейных побудителей для практической деятельности революционных интеллигентовК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2908 дней].

В 1870 году при помощи Г. А. Лопатина бежал в Париж, где связался с западноевропейским рабочим движением и вступил в Первый интернационал. В целях организации помощи осажденной Парижской коммуне ездил в Лондон, где познакомился с К. Марксом и Ф. Энгельсом. В 1873—1877 годах редактирует журнал «Вперёд» и одноименную двухнедельную газету (1875—1876) — органы возглавлявшегося Лавровым направления русского народничества, так называемого «лавризма». После убийства Александра II сближается с народовольцами и в 1883—1886 годах редактирует вместе с Л. А. Тихомировым «Вестник Народной воли».

В июле 1889 году на конгрессе Второго интернационала партия Гнчак уполномочила в качестве своего представителя революционера П. Лаврова[3].

Последние годы жизни Лавров, не порывая связей с революционным движением (редактировал «Материалы для истории русского социально-революционного движения»), посвятил написанию теоретических трудов по истории человеческой мысли: «Задачи понимания истории» и «Важнейшие моменты в истории мысли». В его наследии, не до конца выявленном (известны 825 произведений, 711 писем; раскрыто около 60 псевдонимов), — статьи в русской легальной печати, политические стихотворения, в том числе широко известная «Новая песня» (текст опубликован в газете «Вперёд!», 1875, № 12 от 1 июля), получившая позднее название «Рабочая Марсельеза» («Отречёмся от старого мира…»), которую А. А. Блок называл среди «прескверных стихов, корнями вросших в русское сердце… не вырвешь иначе, как с кровью…»[4].

Лавров умер в Париже; похоронен на кладбище Монпарнас. Его последние слова: «Зовёт… живите хорошо. Кончается… кончилась моя жизнь».

Философские взгляды Лаврова

По философским своим воззрениям Лавров был эклектиком, пытавшимся сочетать в одно учение системы Гегеля, Фейербаха, Ф. Ланге, Конта, Спенсера, Прудона, Чернышевского, Бакунина, Маркса. Основной чертой его мозаичного мировоззрения был позитивистический агностицизм.
С точки зрения официальной советской философии народники в лице Лаврова сделали шаг назад от Чернышевского — от материализма в сторону позитивизма[5].

Как историк и социолог Лавров был идеалистом и субъективистом. Процесс исторического развития он оценивал с точки зрения субъективно выбранного нравственного идеала. Историю в конечном счете делает по своей воле образованное и нравственное меньшинство («критически мыслящие личности»). Поэтому первая задача революционных деятелей — выработка нравственного идеала, к осуществлению которого им и надлежит стремиться в своей практической деятельности. Своему идеалу Лавров дал следующую формулировку: «Развитие личности в физическом, умственном и нравственном отношении, воплощение в общественных формах истины и справедливости»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2908 дней].

Морализующий и академический характер социально-политической программы Лаврова сделал его вождем правого крыла русских революционеров 1870-х годов, обусловив создание ряда групп его последователей, например, «Башенцев». Последовавший революционный подъём привёл к быстрой потере Лавровым его популярности и переходу гегемонии в революционном движении к бакунизму. Призывая к единству всех социалистических направлений, Лавров стремился к включению в свою систему и элементов марксизма. Несмотря на это, социализм Лаврова носил типично народнический характер (учение об особых путях развития России, о крестьянстве как носителе социалистического идеала и т. д.). Однако связь лавристов с международным рабочим движением, их большое внимание к работе среди городских рабочих привели к тому, что лавризм сыграл некоторую роль в деле подготовки кадров для первых социал-демократических кружков в России.

Отношение к искусству

В вопросах искусства Лавров первоначально (в 1850—1860-х годах) стоял на позиции чистого искусства. В 1870—1880-x годах Лавров стал ценить искусство с точки зрения соответствия его содержания идеалам революционной интеллигенции (статья «Два старика», 1872, — о В. Гюго и Ж. Мишле — и др.), не переставая говорить о «стройности формы». Реакционное искусство признаётся им не только вредным, но и не имеющим эстетической ценности. Лавров один из первых занялся изучением революционной и рабочей поэзии (статьи «Лирики тридцатых и сороковых годов» — о Гервеге, Эб. Эллиоте (англ.) и др., 1877).

В 1890-х годы Лавров становится на точку зрения отрицания искусства как самостоятельной надстройки: единственная задача, которая по его мнению останется за искусством, — это «украшение жизненных и научных потребностей». Эта динамика воззрений Лаврова на литературу дала себя знать в статьях, посвящённых явлениям западноевропейской литературы (помимо упомянутых статей — «„Лаокоон“ Лессинга», 1860, «Мишле и его „Колдунья“», 1863, «Г. Карлейль», 1881, «Лонгфелло» и «Шекспир в наше время», 1882), представляющих интерес и в том отношении, что в них раскрывается литературно-критический метод Лаврова. Порицая писателя за «отсутствие страстного и живого участия в интересах и вопросах современности» (статья «Лонгфелло»), Лавров преимущественно базировался на творчестве таких авторов с социальным уклоном, как В. Гюго, Г. Гервег, У. Уитмен и др., давая им не лишённые социальной и политической остроты характеристики.

Лавров был дворянином, ушедшим от своего класса и перешедшим на сторону крестьянства. Дворянское прошлое внесло в народническую идеологию Лаврова своеобразные ноты — теорию уплаты долга народу за привилегированное положение своё и своих предков.

Цитаты

Да, русские капиталисты и купцы, русские чиновники и сыщики, столпы и державные эксплуататоры русской империи, и у вас загорелась почва под ногами… Что вы можете противопаставить проповеди братского союза всех трудящихся, союза, который должен смести с земли русской всех паразитов, питающихся жизненными соками трудящегося народа? Не противопоставите ли вы нам идею самодержного богопамазаника, безответственного перед рабами, единого просвещенного божественным разумом среди темной толпы? Вы сами не верите уже этой полинялой тряпке… Или не вынесите ли вы против нас хоругвь православия, этого вечного раба сильных, который никогда не протянул руку страждущему, подавленному народу русскому, этого жалкого паразита, который прожил 1000 лет на русской почве, внушив к себе лишь презрение? — Но кто и когда мог опереться на эту болотную трясину? Разве православие могло спасти кого-нибудь? У вас уже нет и не может быть принципов, и поэтому вы можете лишь опираться на силу в ваших гонениях на социалистов. Но и ваша сила вовсе не прочна, и тайное сознание этой непрочности усиливает вашу панику: усиливает то озлобление, с которым вы бросаетесь на всякую жертву, не разбирая насколько она опасна для вас[6].

Напишите отзыв о статье «Лавров, Пётр Лаврович»

Примечания

  1. Лавров П. Л. Избранные сочинения на социально-политические темы. — М., 1934. — Т. 1. — С.77
  2. Русанов Н. С. П. Л. Лавров (Очерк его жизни и деятельности) // Былое. — 1907. — № 2
  3. [az-ar.narod.ru/me-ko_5.html#_ednref34 Мери Кочар. Армяно-турецкие общественно-политические отношения и армянский вопрос в конце XIX — начале XX веков].
  4. Блок А. Собрание сочинений: В 6-ти т. — Л.: Худож. лит., 1982. — Т. 6. — С. 138.
  5. ecsocman.hse.ru/data/292/684/1219/92_plekhanovx20-x20lenin.doc
  6. Лавров П. Л. [az.lib.ru/l/lawrow_p_l/text_0030.shtml Новый разгул сыщиков] // Тхоржевский С. Испытание воли. Повесть о Петре Лаврове. — М.: Политиздат, 1985. — С. 159. — (Пламенные революционеры)

Литература

  • Богатов В. В. Философия П. Л. Лаврова. — М., 1972;
  • Лавров, Петр Лаврович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Русанов Н. Лавров, Очерк его жизни и деятельности // Социалисты Запада и России. — СПб, 1908.
  • П. Л. Лавров: Сб. статей. — Пг.: Колос, 1922.
  • Энгельс о П. Лаврове и П. Ткачеве, с предисловием Рязанова // Под знаменем марксизма. — 1922. — Май — июнь.
  • Плеханов Г. В.. Наши разногласия // Собрание сочинений. — Т. II.
  • Плеханов Г. В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю // Собрание сочинений. — Т. VII.
  • Плеханов Г. В. О социальной демократии в России // Собрание сочинений. — Т. IX.
  • Горев Б. Лавров и утопический социализм // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
  • Фриче В. Лавров и чистое искусство // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
  • Козьмин Б. Ткачев и Лавров // Воинствующий материалист. — Кн. I. — М., 1924.
  • Ладоха Г. Исторические и социологические воззрения П. Л. Лаврова // Русская историческая литература в классовом освещении — М., 1927. — Т. 1.
  • Книжник-Ветров И. С. П. Л. Лавров. — М., 1930.

Ссылки

  • Лавров П. Л. [elib.shpl.ru/ru/nodes/21970-lavrov-p-l-izbrannye-sochineniya-na-sotsialno-politicheskie-temy-v-8-mi-tomah-m-1934-1935-klassiki-revolyuts-mysli-domarksistskogo-perioda-ii Избранные сочинения на социально-политические темы в 8-ми томах.] — М., 1934—1935.
  • Лавров П. Л. [runivers.ru/philosophy/lib/book6239/ Философия и социология: В 2 т.] — М.: Мысль, 1965. на сайте Руниверс
  • [leftdv.narod.ru/basik/lavrov.html О революционерах как «критически мыслящих личностях» (из «исторических писем»)]
  • [www.revkom.com/biblioteka/utopiya/lavrov/lavrov.htm Исторические письма]
  • [az.lib.ru/l/lawrow_p_l/text_0020.shtml П. Л. Лавров. Стихотворения. / Поэты-демократы 1870—1880-х годов. — Л.: «Советский писатель», 1968]
  • [www.hrono.ru/libris/lib_l/lavr1889.html Доклад П. Л. Лаврова на Парижском конгрессе II Интернационала]
  • [www.sovmusic.ru/download.php?fname=marseill Рабочая Марсельеза на стихи Лаврова]
  • [vive-liberta.narod.ru/biblio/commune_lavrov.pdf Парижская коммуна 18 марта 1871 г.] — Л.: Прибой, 1925
  • [web.archive.org/web/20060513124836/narovol.narod.ru/Person/lavrov.htm Лавров в воспоминаниях современников]
  • Парамонов Б. [www.svobodanews.ru/Article/2007/12/14/20071214102644783.html Русский европеец Петр Лавров]
  • Итенберг Б. [magazines.russ.ru/voplit/2006/6/ite10.html Иван Тургенев и Петр Лавров.]
  • [spb-anarchists.anho.org/lavrov.htm Б. Стоянов Анархизм и П. Л. Лавров] 1920
  • [web.archive.org/web/20110407225827/www.narovol.narod.ru/Person/lavrov.htm Лавров на сайте Народной Воли]
  • [www.krugosvet.ru/node/42398 Лавров на сайте Кругосвет ]

Статья основана на материалах Литературной энциклопедии 1929—1939.

Отрывок, характеризующий Лавров, Пётр Лаврович

– Вишь, пыхнул опять, – проговорил Тушин шопотом про себя, в то время как с горы выскакивал клуб дыма и влево полосой относился ветром, – теперь мячик жди – отсылать назад.
– Что прикажете, ваше благородие? – спросил фейерверкер, близко стоявший около него и слышавший, что он бормотал что то.
– Ничего, гранату… – отвечал он.
«Ну ка, наша Матвевна», говорил он про себя. Матвевной представлялась в его воображении большая крайняя, старинного литья пушка. Муравьями представлялись ему французы около своих орудий. Красавец и пьяница первый номер второго орудия в его мире был дядя ; Тушин чаще других смотрел на него и радовался на каждое его движение. Звук то замиравшей, то опять усиливавшейся ружейной перестрелки под горою представлялся ему чьим то дыханием. Он прислушивался к затиханью и разгоранью этих звуков.
– Ишь, задышала опять, задышала, – говорил он про себя.
Сам он представлялся себе огромного роста, мощным мужчиной, который обеими руками швыряет французам ядра.
– Ну, Матвевна, матушка, не выдавай! – говорил он, отходя от орудия, как над его головой раздался чуждый, незнакомый голос:
– Капитан Тушин! Капитан!
Тушин испуганно оглянулся. Это был тот штаб офицер, который выгнал его из Грунта. Он запыхавшимся голосом кричал ему:
– Что вы, с ума сошли. Вам два раза приказано отступать, а вы…
«Ну, за что они меня?…» думал про себя Тушин, со страхом глядя на начальника.
– Я… ничего… – проговорил он, приставляя два пальца к козырьку. – Я…
Но полковник не договорил всего, что хотел. Близко пролетевшее ядро заставило его, нырнув, согнуться на лошади. Он замолк и только что хотел сказать еще что то, как еще ядро остановило его. Он поворотил лошадь и поскакал прочь.
– Отступать! Все отступать! – прокричал он издалека. Солдаты засмеялись. Через минуту приехал адъютант с тем же приказанием.
Это был князь Андрей. Первое, что он увидел, выезжая на то пространство, которое занимали пушки Тушина, была отпряженная лошадь с перебитою ногой, которая ржала около запряженных лошадей. Из ноги ее, как из ключа, лилась кровь. Между передками лежало несколько убитых. Одно ядро за другим пролетало над ним, в то время как он подъезжал, и он почувствовал, как нервическая дрожь пробежала по его спине. Но одна мысль о том, что он боится, снова подняла его. «Я не могу бояться», подумал он и медленно слез с лошади между орудиями. Он передал приказание и не уехал с батареи. Он решил, что при себе снимет орудия с позиции и отведет их. Вместе с Тушиным, шагая через тела и под страшным огнем французов, он занялся уборкой орудий.
– А то приезжало сейчас начальство, так скорее драло, – сказал фейерверкер князю Андрею, – не так, как ваше благородие.
Князь Андрей ничего не говорил с Тушиным. Они оба были и так заняты, что, казалось, и не видали друг друга. Когда, надев уцелевшие из четырех два орудия на передки, они двинулись под гору (одна разбитая пушка и единорог были оставлены), князь Андрей подъехал к Тушину.
– Ну, до свидания, – сказал князь Андрей, протягивая руку Тушину.
– До свидания, голубчик, – сказал Тушин, – милая душа! прощайте, голубчик, – сказал Тушин со слезами, которые неизвестно почему вдруг выступили ему на глаза.

Ветер стих, черные тучи низко нависли над местом сражения, сливаясь на горизонте с пороховым дымом. Становилось темно, и тем яснее обозначалось в двух местах зарево пожаров. Канонада стала слабее, но трескотня ружей сзади и справа слышалась еще чаще и ближе. Как только Тушин с своими орудиями, объезжая и наезжая на раненых, вышел из под огня и спустился в овраг, его встретило начальство и адъютанты, в числе которых были и штаб офицер и Жерков, два раза посланный и ни разу не доехавший до батареи Тушина. Все они, перебивая один другого, отдавали и передавали приказания, как и куда итти, и делали ему упреки и замечания. Тушин ничем не распоряжался и молча, боясь говорить, потому что при каждом слове он готов был, сам не зная отчего, заплакать, ехал сзади на своей артиллерийской кляче. Хотя раненых велено было бросать, много из них тащилось за войсками и просилось на орудия. Тот самый молодцоватый пехотный офицер, который перед сражением выскочил из шалаша Тушина, был, с пулей в животе, положен на лафет Матвевны. Под горой бледный гусарский юнкер, одною рукой поддерживая другую, подошел к Тушину и попросился сесть.

– Капитан, ради Бога, я контужен в руку, – сказал он робко. – Ради Бога, я не могу итти. Ради Бога!

Видно было, что юнкер этот уже не раз просился где нибудь сесть и везде получал отказы. Он просил нерешительным и жалким голосом.

– Прикажите посадить, ради Бога.

– Посадите, посадите, – сказал Тушин. – Подложи шинель, ты, дядя, – обратился он к своему любимому солдату. – А где офицер раненый?

– Сложили, кончился, – ответил кто то.

– Посадите. Садитесь, милый, садитесь. Подстели шинель, Антонов.

Юнкер был Ростов. Он держал одною рукой другую, был бледен, и нижняя челюсть тряслась от лихорадочной дрожи. Его посадили на Матвевну, на то самое орудие, с которого сложили мертвого офицера. На подложенной шинели была кровь, в которой запачкались рейтузы и руки Ростова.

– Что, вы ранены, голубчик? – сказал Тушин, подходя к орудию, на котором сидел Ростов.

– Нет, контужен.

– Отчего же кровь то на станине? – спросил Тушин.

– Это офицер, ваше благородие, окровянил, – отвечал солдат артиллерист, обтирая кровь рукавом шинели и как будто извиняясь за нечистоту, в которой находилось орудие.

Насилу, с помощью пехоты, вывезли орудия в гору, и достигши деревни Гунтерсдорф, остановились. Стало уже так темно, что в десяти шагах нельзя было различить мундиров солдат, и перестрелка стала стихать. Вдруг близко с правой стороны послышались опять крики и пальба. От выстрелов уже блестело в темноте. Это была последняя атака французов, на которую отвечали солдаты, засевшие в дома деревни. Опять всё бросилось из деревни, но орудия Тушина не могли двинуться, и артиллеристы, Тушин и юнкер, молча переглядывались, ожидая своей участи. Перестрелка стала стихать, и из боковой улицы высыпали оживленные говором солдаты.

– Цел, Петров? – спрашивал один.

– Задали, брат, жару. Теперь не сунутся, – говорил другой.

– Ничего не видать. Как они в своих то зажарили! Не видать; темь, братцы. Нет ли напиться?

Французы последний раз были отбиты. И опять, в совершенном мраке, орудия Тушина, как рамой окруженные гудевшею пехотой, двинулись куда то вперед.

В темноте как будто текла невидимая, мрачная река, всё в одном направлении, гудя шопотом, говором и звуками копыт и колес. В общем гуле из за всех других звуков яснее всех были стоны и голоса раненых во мраке ночи. Их стоны, казалось, наполняли собой весь этот мрак, окружавший войска. Их стоны и мрак этой ночи – это было одно и то же. Через несколько времени в движущейся толпе произошло волнение. Кто то проехал со свитой на белой лошади и что то сказал, проезжая. Что сказал? Куда теперь? Стоять, что ль? Благодарил, что ли? – послышались жадные расспросы со всех сторон, и вся движущаяся масса стала напирать сама на себя (видно, передние остановились), и пронесся слух, что велено остановиться. Все остановились, как шли, на середине грязной дороги.

Засветились огни, и слышнее стал говор. Капитан Тушин, распорядившись по роте, послал одного из солдат отыскивать перевязочный пункт или лекаря для юнкера и сел у огня, разложенного на дороге солдатами. Ростов перетащился тоже к огню. Лихорадочная дрожь от боли, холода и сырости трясла всё его тело. Сон непреодолимо клонил его, но он не мог заснуть от мучительной боли в нывшей и не находившей положения руке. Он то закрывал глаза, то взглядывал на огонь, казавшийся ему горячо красным, то на сутуловатую слабую фигуру Тушина, по турецки сидевшего подле него. Большие добрые и умные глаза Тушина с сочувствием и состраданием устремлялись на него. Он видел, что Тушин всею душой хотел и ничем не мог помочь ему.

Со всех сторон слышны были шаги и говор проходивших, проезжавших и кругом размещавшейся пехоты. Звуки голосов, шагов и переставляемых в грязи лошадиных копыт, ближний и дальний треск дров сливались в один колеблющийся гул.

Теперь уже не текла, как прежде, во мраке невидимая река, а будто после бури укладывалось и трепетало мрачное море. Ростов бессмысленно смотрел и слушал, что происходило перед ним и вокруг него. Пехотный солдат подошел к костру, присел на корточки, всунул руки в огонь и отвернул лицо.

– Ничего, ваше благородие? – сказал он, вопросительно обращаясь к Тушину. – Вот отбился от роты, ваше благородие; сам не знаю, где. Беда!

Вместе с солдатом подошел к костру пехотный офицер с подвязанной щекой и, обращаясь к Тушину, просил приказать подвинуть крошечку орудия, чтобы провезти повозку. За ротным командиром набежали на костер два солдата. Они отчаянно ругались и дрались, выдергивая друг у друга какой то сапог.

– Как же, ты поднял! Ишь, ловок, – кричал один хриплым голосом.

Потом подошел худой, бледный солдат с шеей, обвязанной окровавленною подверткой, и сердитым голосом требовал воды у артиллеристов.

– Что ж, умирать, что ли, как собаке? – говорил он.

Тушин велел дать ему воды. Потом подбежал веселый солдат, прося огоньку в пехоту.

– Огоньку горяченького в пехоту! Счастливо оставаться, землячки, благодарим за огонек, мы назад с процентой отдадим, – говорил он, унося куда то в темноту краснеющуюся головешку.

За этим солдатом четыре солдата, неся что то тяжелое на шинели, прошли мимо костра. Один из них споткнулся.

– Ишь, черти, на дороге дрова положили, – проворчал он.

– Кончился, что ж его носить? – сказал один из них.

– Ну, вас!

И они скрылись во мраке с своею ношей.

– Что? болит? – спросил Тушин шопотом у Ростова.

– Болит.

– Ваше благородие, к генералу. Здесь в избе стоят, – сказал фейерверкер, подходя к Тушину.

– Сейчас, голубчик.

Тушин встал и, застегивая шинель и оправляясь, отошел от костра…

Недалеко от костра артиллеристов, в приготовленной для него избе, сидел князь Багратион за обедом, разговаривая с некоторыми начальниками частей, собравшимися у него. Тут был старичок с полузакрытыми глазами, жадно обгладывавший баранью кость, и двадцатидвухлетний безупречный генерал, раскрасневшийся от рюмки водки и обеда, и штаб офицер с именным перстнем, и Жерков, беспокойно оглядывавший всех, и князь Андрей, бледный, с поджатыми губами и лихорадочно блестящими глазами.

В избе стояло прислоненное в углу взятое французское знамя, и аудитор с наивным лицом щупал ткань знамени и, недоумевая, покачивал головой, может быть оттого, что его и в самом деле интересовал вид знамени, а может быть, и оттого, что ему тяжело было голодному смотреть на обед, за которым ему не достало прибора. В соседней избе находился взятый в плен драгунами французский полковник. Около него толпились, рассматривая его, наши офицеры. Князь Багратион благодарил отдельных начальников и расспрашивал о подробностях дела и о потерях. Полковой командир, представлявшийся под Браунау, докладывал князю, что, как только началось дело, он отступил из леса, собрал дроворубов и, пропустив их мимо себя, с двумя баталионами ударил в штыки и опрокинул французов.

– Как я увидал, ваше сиятельство, что первый батальон расстроен, я стал на дороге и думаю: «пропущу этих и встречу батальным огнем»; так и сделал.

Полковому командиру так хотелось сделать это, так он жалел, что не успел этого сделать, что ему казалось, что всё это точно было. Даже, может быть, и в самом деле было? Разве можно было разобрать в этой путанице, что было и чего не было?

– Причем должен заметить, ваше сиятельство, – продолжал он, вспоминая о разговоре Долохова с Кутузовым и о последнем свидании своем с разжалованным, – что рядовой, разжалованный Долохов, на моих глазах взял в плен французского офицера и особенно отличился.

– Здесь то я видел, ваше сиятельство, атаку павлоградцев, – беспокойно оглядываясь, вмешался Жерков, который вовсе не видал в этот день гусар, а только слышал о них от пехотного офицера. – Смяли два каре, ваше сиятельство.

На слова Жеркова некоторые улыбнулись, как и всегда ожидая от него шутки; но, заметив, что то, что он говорил, клонилось тоже к славе нашего оружия и нынешнего дня, приняли серьезное выражение, хотя многие очень хорошо знали, что то, что говорил Жерков, была ложь, ни на чем не основанная. Князь Багратион обратился к старичку полковнику.

– Благодарю всех, господа, все части действовали геройски: пехота, кавалерия и артиллерия. Каким образом в центре оставлены два орудия? – спросил он, ища кого то глазами. (Князь Багратион не спрашивал про орудия левого фланга; он знал уже, что там в самом начале дела были брошены все пушки.) – Я вас, кажется, просил, – обратился он к дежурному штаб офицеру.

– Одно было подбито, – отвечал дежурный штаб офицер, – а другое, я не могу понять; я сам там всё время был и распоряжался и только что отъехал… Жарко было, правда, – прибавил он скромно.

Кто то сказал, что капитан Тушин стоит здесь у самой деревни, и что за ним уже послано.

– Да вот вы были, – сказал князь Багратион, обращаясь к князю Андрею.

– Как же, мы вместе немного не съехались, – сказал дежурный штаб офицер, приятно улыбаясь Болконскому.

– Я не имел удовольствия вас видеть, – холодно и отрывисто сказал князь Андрей.

Все молчали. На пороге показался Тушин, робко пробиравшийся из за спин генералов. Обходя генералов в тесной избе, сконфуженный, как и всегда, при виде начальства, Тушин не рассмотрел древка знамени и спотыкнулся на него. Несколько голосов засмеялось.

– Каким образом орудие оставлено? – спросил Багратион, нахмурившись не столько на капитана, сколько на смеявшихся, в числе которых громче всех слышался голос Жеркова.

Тушину теперь только, при виде грозного начальства, во всем ужасе представилась его вина и позор в том, что он, оставшись жив, потерял два орудия. Он так был взволнован, что до сей минуты не успел подумать об этом. Смех офицеров еще больше сбил его с толку. Он стоял перед Багратионом с дрожащею нижнею челюстью и едва проговорил:

– Не знаю… ваше сиятельство… людей не было, ваше сиятельство.

– Вы бы могли из прикрытия взять!

Что прикрытия не было, этого не сказал Тушин, хотя это была сущая правда. Он боялся подвести этим другого начальника и молча, остановившимися глазами, смотрел прямо в лицо Багратиону, как смотрит сбившийся ученик в глаза экзаменатору.

Молчание было довольно продолжительно. Князь Багратион, видимо, не желая быть строгим, не находился, что сказать; остальные не смели вмешаться в разговор. Князь Андрей исподлобья смотрел на Тушина, и пальцы его рук нервически двигались.

– Ваше сиятельство, – прервал князь Андрей молчание своим резким голосом, – вы меня изволили послать к батарее капитана Тушина. Я был там и нашел две трети людей и лошадей перебитыми, два орудия исковерканными, и прикрытия никакого.

Князь Багратион и Тушин одинаково упорно смотрели теперь на сдержанно и взволнованно говорившего Болконского.

– И ежели, ваше сиятельство, позволите мне высказать свое мнение, – продолжал он, – то успехом дня мы обязаны более всего действию этой батареи и геройской стойкости капитана Тушина с его ротой, – сказал князь Андрей и, не ожидая ответа, тотчас же встал и отошел от стола.

Князь Багратион посмотрел на Тушина и, видимо не желая выказать недоверия к резкому суждению Болконского и, вместе с тем, чувствуя себя не в состоянии вполне верить ему, наклонил голову и сказал Тушину, что он может итти. Князь Андрей вышел за ним.

– Вот спасибо: выручил, голубчик, – сказал ему Тушин.

Князь Андрей оглянул Тушина и, ничего не сказав, отошел от него. Князю Андрею было грустно и тяжело. Всё это было так странно, так непохоже на то, чего он надеялся.

«Кто они? Зачем они? Что им нужно? И когда всё это кончится?» думал Ростов, глядя на переменявшиеся перед ним тени. Боль в руке становилась всё мучительнее. Сон клонил непреодолимо, в глазах прыгали красные круги, и впечатление этих голосов и этих лиц и чувство одиночества сливались с чувством боли. Это они, эти солдаты, раненые и нераненые, – это они то и давили, и тяготили, и выворачивали жилы, и жгли мясо в его разломанной руке и плече. Чтобы избавиться от них, он закрыл глаза.

wiki-org.ru

Лавров, Пётр Лаврович Википедия

Пётр Ла́врович Лавро́в (псевдонимы Миртов, Арнольди, и др.; 2 [14] июня 1823, Мелехово, Псковская губерния — 25 января [6 февраля] 1900, Париж, Франция) — русский социолог, философ, публицист и революционер, историк. Один из идеологов народничества.

Биография

По происхождению дворянин. Отец, Лавр Степанович, — участник Отечественной войны 1812 года, личный друг А. А. Аракчеева, полковник артиллерии в отставке. Мать, Елизавета Карловна (урождённая Гандвиг) — из обрусевшего шведского рода. Получил хорошее домашнее образование, с детства владел французским и немецким языками (в кругу его чтения — книги из французской библиотеки отца). В 1837 поступил в артиллерийское училище в Петербурге (1837—1842 гг), где считался лучшим учеником академика М. В. Остроградского. После окончания училища в 1842 был оставлен при нём репетитором. Самостоятельно изучал литературу по общественным наукам, в частности, познакомился с произведениями социалистов-утопистов, писал стихи и проявил исключительные способности к математике и тягу к знаниям в целом, без которых

человек ничто… он наг и слаб в руках природы, он ничтожен и вреден в обществе

— Из дневника

В 1844 году, после окончания высших офицерских классов, оставлен при училище репетитором математических наук, что положило начало его военно-преподавательской карьере — в Петербургской Михайловской артиллерийской академии (с 1858 — полковник и профессор математики), в Константиновском военном училище (с 1860 наставник-наблюдатель). Во время Крымской войны находился под Нарвой, хотя, как писал в автобиографии (от третьего лица), «ни в каких военных действиях ему участвовать не случилось».[2]
В 1847 г. Лавров женился на слывшей красавицей вдове с двумя детьми, титулярной советнице Антонине Христиановне Ловейко (сестре генерала А. Х. Капгера), что лишило его материальной поддержки со стороны отца. Необходимость содержать большую семью (у Лаврова только своих было четверо детей) и острая нехватка жалованья заставляют его писать специальные статьи для «Артиллерийского журнала» и подрабатывать репетиторством. После смерти отца (1852) и старшего брата Михаила жизнь в материальном плане становится более обеспеченной.

Лавров изучал новейшую европейскую философию, публиковал свои стихи у А. И. Герцена в сборнике «Голоса из России», участвовал в работе над «Энциклопедическим словарем», много печатался по широкому кругу вопросов: философии, социологии, истории общественной мысли, проблемам общественной нравственности, искусства, литературы, народного образования.

В 1860 году вышла в свет его первая книга «Очерки вопросов практической философии». Лавров полагал, что нравственная личность неизбежно вступает в конфликт с несправедливым обществом. Идеальным обществом по отношению к личности может быть строй, основанный на добровольном союзе свободных и нравственных людей.

В 1860-х годах принимал деятельное участие в литературе и общественной работе и в студенческом движении, сблизился с Н. Г. Чернышевским, входил в состав первой «Земли и воли». После покушения Д. В. Каракозова на Александра II был арестован, признан виновным в «распространении вредных идей», «сочувствии и близости к людям, известным правительству своим вредным направлением» (Чернышевскому, Михайлову и профессору П. В. Павлову), и в январе 1867 года приговорен к ссылке в Вологодскую губернию (Тотьма, Вологда, Кадников), где жил с 1867 по 1870 года (см.[3]. В Тотьме он познакомился с А. П. Чаплицкой, полячкой по национальности, арестованной за участие в Польском восстании 1863—1864 годов, ставшей его гражданской женой (ум. в 1872).

Наборня, где набрали «Вперед!»: П. Л. Лавров первый слева

В ссылке Лавровым было написано самое известное его произведение — «Исторические письма». В «Исторических письмах» содержался призыв к «критически мыслящим» и «энергически стремящимся к правде личностям», прежде всего молодым, проснуться, понять задачи исторического момента, потребности народа, помочь ему осознать свою силу и вместе с ним приступить к творению истории, к борьбе против старого мира, погрязшего во лжи и несправедливости. «Исторические письма», будучи социально-политическим произведением, вышли, когда революционная интеллигенция, особенно молодежь, искала новые возможности приложения своих сил для участия в освобождении народа: надежды Н. Г. Чернышевского на народное восстание после отмены крепостного права не оправдались; «теория реализма» Д. И. Писарева с её культом естествознания не обещала скорых результатов; заговорщическая деятельность «Народной расправы» С. Г. Нечаева была использована правительством для дискредитации «нигилистов». Поэтому в обстановке конца 1860-х — начала 1870-х гг. это произведение Лаврова стало «ударом грома», одним из идейных побудителей для практической деятельности революционных интеллигентов[источник не указан 2907 дней].

В 1870 году при помощи Г. А. Лопатина бежал в Париж, где связался с западноевропейским рабочим движением и вступил в Первый интернационал. В целях организации помощи осажденной Парижской коммуне ездил в Лондон, где познакомился с К. Марксом и Ф. Энгельсом. В 1873—1877 годах редактирует журнал «Вперёд» и одноименную двухнедельную газету (1875—1876) — органы возглавлявшегося Лавровым направления русского народничества, так называемого «лавризма». После убийства Александра II сближается с народовольцами и в 1883—1886 годах редактирует вместе с Л. А. Тихомировым «Вестник Народной воли».

В июле 1889 году на конгрессе Второго интернационала партия Гнчак уполномочила в качестве своего представителя революционера П. Лаврова[4].

Пётр Лаврович Лавров

Последние годы жизни Лавров, не порывая связей с революционным движением (редактировал «Материалы для истории русского социально-революционного движения»), посвятил написанию теоретических трудов по истории человеческой мысли: «Задачи понимания истории» и «Важнейшие моменты в истории мысли». В его наследии, не до конца выявленном (известны 825 произведений, 711 писем; раскрыто около 60 псевдонимов), — статьи в русской легальной печати, политические стихотворения, в том числе широко известная «Новая песня» (текст опубликован в газете «Вперёд!», 1875, № 12 от 1 июля), получившая позднее название «Рабочая Марсельеза» («Отречёмся от старого мира…»), которую А. А. Блок называл среди «прескверных стихов, корнями вросших в русское сердце… не вырвешь иначе, как с кровью…»[5].

Лавров умер в Париже; похоронен на кладбище Монпарнас. Его последние слова: «Зовёт… живите хорошо. Кончается… кончилась моя жизнь».

Внучка П. Л. Лаврова Копылева (Розенфельд) Ольга Эммануиловна (1875—1939) — русская писательница. О смерти деда она узнала, находясь в ссылке за левые убеждения. В память о нём стала подписывать свои литературные произведения псевдонимом О. Миртов.

Философские взгляды Лаврова

По философским своим воззрениям Лавров был эклектиком, пытавшимся сочетать в одно учение системы Гегеля, Фейербаха, Ф. Ланге, Конта, Спенсера, Прудона, Чернышевского, Бакунина, Маркса. Основной чертой его мозаичного мировоззрения был позитивистический агностицизм.
С точки зрения официальной советской философии народники в лице Лаврова сделали шаг назад от Чернышевского — от материализма в сторону позитивизма[6].

Как историк и социолог Лавров был идеалистом и субъективистом. Процесс исторического развития он оценивал с точки зрения субъективно выбранного нравственного идеала. Историю в конечном счете делает по своей воле образованное и нравственное меньшинство («критически мыслящие личности»). Поэтому первая задача революционных деятелей — выработка нравственного идеала, к осуществлению которого им и надлежит стремиться в своей практической деятельности. Своему идеалу Лавров дал следующую формулировку: «Развитие личности в физическом, умственном и нравственном отношении, воплощение в общественных формах истины и справедливости»[источник не указан 2907 дней].

Морализующий и академический характер социально-политической программы Лаврова сделал его вождем правого крыла русских революционеров 1870-х годов, обусловив создание ряда групп его последователей, например, «Башенцев». Последовавший революционный подъём привёл к быстрой потере Лавровым его популярности и переходу гегемонии в революционном движении к бакунизму. Призывая к единству всех социалистических направлений, Лавров стремился к включению в свою систему и элементов марксизма. Несмотря на это, социализм Лаврова носил типично народнический характер (учение об особых путях развития России, о крестьянстве как носителе социалистического идеала и т. д.). Однако связь лавристов с международным рабочим движением, их большое внимание к работе среди городских рабочих привели к тому, что лавризм сыграл некоторую роль в деле подготовки кадров для первых социал-демократических кружков в России.

Пётр Лаврович Лавров

Отношение к искусству

В вопросах искусства Лавров первоначально (в 1850—1860-х годах) стоял на позиции чистого искусства. В 1870—1880-x годах Лавров стал ценить искусство с точки зрения соответствия его содержания идеалам революционной интеллигенции (статья «Два старика», 1872, — о В. Гюго и Ж. Мишле — и др.), не переставая говорить о «стройности формы». Реакционное искусство признаётся им не только вредным, но и не имеющим эстетической ценности. Лавров один из первых занялся изучением революционной и рабочей поэзии (статьи «Лирики тридцатых и сороковых годов» — о Гервеге, Эб. Эллиоте (англ.) и др., 1877).

В 1890-х годы Лавров становится на точку зрения отрицания искусства как самостоятельной надстройки: единственная задача, которая по его мнению останется за искусством, — это «украшение жизненных и научных потребностей». Эта динамика воззрений Лаврова на литературу дала себя знать в статьях, посвящённых явлениям западноевропейской литературы (помимо упомянутых статей — «„Лаокоон“ Лессинга», 1860, «Мишле и его „Колдунья“», 1863, «Г. Карлейль», 1881, «Лонгфелло» и «Шекспир в наше время», 1882), представляющих интерес и в том отношении, что в них раскрывается литературно-критический метод Лаврова. Порицая писателя за «отсутствие страстного и живого участия в интересах и вопросах современности» (статья «Лонгфелло»), Лавров преимущественно базировался на творчестве таких авторов с социальным уклоном, как В. Гюго, Г. Гервег, У. Уитмен и др., давая им не лишённые социальной и политической остроты характеристики.

Лавров был дворянином, ушедшим от своего класса и перешедшим на сторону крестьянства. Дворянское прошлое внесло в народническую идеологию Лаврова своеобразные ноты — теорию уплаты долга народу за привилегированное положение своё и своих предков.

Цитаты

Да, русские капиталисты и купцы, русские чиновники и сыщики, столпы и державные эксплуататоры русской империи, и у вас загорелась почва под ногами… Что вы можете противопоставить проповеди братского союза всех трудящихся, союза, который должен смести с земли русской всех паразитов, питающихся жизненными соками трудящегося народа? Не противопоставите ли вы нам идею самодержного богопомазанника, безответственного перед рабами, единого просвещенного божественным разумом среди темной толпы? Вы сами не верите уже этой полинялой тряпке… Или не вынесите ли вы против нас хоругвь православия, этого вечного раба сильных, который никогда не протянул руку страждущему, подавленному народу русскому, этого жалкого паразита, который прожил 1000 лет на русской почве, внушив к себе лишь презрение? — Но кто и когда мог опереться на эту болотную трясину? Разве православие могло спасти кого-нибудь? У вас уже нет и не может быть принципов, и поэтому вы можете лишь опираться на силу в ваших гонениях на социалистов. Но и ваша сила вовсе не прочна, и тайное сознание этой непрочности усиливает вашу панику: усиливает то озлобление, с которым вы бросаетесь на всякую жертву, не разбирая насколько она опасна для вас[7].

Примечания

Литература

  • Богатов В. В. Философия П. Л. Лаврова. — М., 1972;
  • Водовозов В. В. Лавров, Петр Лаврович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Русанов Н. Лавров, Очерк его жизни и деятельности // Социалисты Запада и России. — СПб, 1908.
  • П. Л. Лавров: Сб. статей. — Пг.: Колос, 1922.
  • Энгельс о П. Лаврове и П. Ткачеве, с предисловием Рязанова // Под знаменем марксизма. — 1922. — Май — июнь.
  • Плеханов Г. В.. Наши разногласия // Собрание сочинений. — Т. II.
  • Плеханов Г. В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю // Собрание сочинений. — Т. VII.
  • Плеханов Г. В. О социальной демократии в России // Собрание сочинений. — Т. IX.
  • Горев Б. Лавров и утопический социализм // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
  • Фриче В. Лавров и чистое искусство // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
  • Козьмин Б. Ткачев и Лавров // Воинствующий материалист. — Кн. I. — М., 1924.
  • Ладоха Г. Исторические и социологические воззрения П. Л. Лаврова // Русская историческая литература в классовом освещении — М., 1927. — Т. 1.
  • Книжник-Ветров И. С. П. Л. Лавров. — М., 1930.

Ссылки

wikiredia.ru

Лавров П. А. — это… Что такое Лавров П. А.?

  • ЛАВРОВ —         Пётр Лаврович [2 (14).6.1823, с. Мелехове Псковской губ., 25.1 (6.2). 1900, Париж], рус. философ и социолог, публицист, идеолог революц. народничества. Участник демократич. движения 60 х гг., в 1866 был арестован, предан воен. суду и… …   Философская энциклопедия

  • Лавров — Петр Лаврович (1823 1900) социолог, философ, публицист и критик. По происхождению дворянин. Образование получил в артиллерийском училище в Петербурге, был профессором математики в Артиллерийской академии. В 60 х гг. принимал деятельное участие в… …   Литературная энциклопедия

  • Лавров В. М. — Лавров В. М. Лавров, Вукол Михайлович Лавров, Владимир Михайлович См. также: Лавров …   Википедия

  • Лавров — Петр Лаврович (1823 1900) один из виднейших вождей и теоретиков революционного народничества, член I Интернационала. Лавров принял участие в организации первого народнического общества Земля и Воля в 1876 г.; при распадении общества в 1879 г. на… …   1000 биографий

  • ЛАВРОВ — Петр Лаврович (1823 1900), российский философ, социолог, публицист, один из идеологов революционного народничества. Участник общественного движения 1860 х гг. В 1866 70 в ссылке, с 1870 в эмиграции. В 1868 69 опубликованы Исторические письма… …   Современная энциклопедия

  • ЛАВРОВ — Петр Лаврович (1823 1900) русский философ, социолог, публицист, идеолог народничества. Получил военное образование, преподавал в военных учебных заведениях. В 1868 1869 публикует «Исторические письма», ставшие «библией» радикальной молодежи. С… …   Новейший философский словарь

  • Лавров — (Петр Лаврович) философ позитивистического направления,русский эмигрант. Род. в 1823 г., окончил курс в артиллерийском училище,был преподавателем математики, помощником редактора АртиллерийскогоЖурнала , в 1861 64 г. редактором выходившего тогда… …   Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

  • ЛАВРОВ — Давид Мелитонович(1867 1929), известный русский фармаколог; окончил Московский ун т сначала по естественному отделению физ. мат. факультета, а затем и по мед. факультету. Долгое время состоял профессором фармакологии Юрьевского ун та. В последние …   Большая медицинская энциклопедия

  • Лавров — Содержание 1 Мужчины 1.1 A 1.2 В 1.3 Г …   Википедия

  • Лавров К. — Кирилл Лавров Имя при рождении: Кирилл Юрьевич Лавров Дата рождения: 15 сентября 1925(19250915) …   Википедия

  • Лавров К. Ю. — Кирилл Лавров Имя при рождении: Кирилл Юрьевич Лавров Дата рождения: 15 сентября 1925(19250915) …   Википедия

  • ushakov.academic.ru

    Лавров, Петр Лаврович Википедия

    Пётр Ла́врович Лавро́в (псевдонимы Миртов, Арнольди, и др.; 2 [14] июня 1823, Мелехово, Псковская губерния — 25 января [6 февраля] 1900, Париж, Франция) — русский социолог, философ, публицист и революционер, историк. Один из идеологов народничества.

    Биография

    По происхождению дворянин. Отец, Лавр Степанович, — участник Отечественной войны 1812 года, личный друг А. А. Аракчеева, полковник артиллерии в отставке. Мать, Елизавета Карловна (урождённая Гандвиг) — из обрусевшего шведского рода. Получил хорошее домашнее образование, с детства владел французским и немецким языками (в кругу его чтения — книги из французской библиотеки отца). В 1837 поступил в артиллерийское училище в Петербурге (1837—1842 гг), где считался лучшим учеником академика М. В. Остроградского. После окончания училища в 1842 был оставлен при нём репетитором. Самостоятельно изучал литературу по общественным наукам, в частности, познакомился с произведениями социалистов-утопистов, писал стихи и проявил исключительные способности к математике и тягу к знаниям в целом, без которых

    человек ничто… он наг и слаб в руках природы, он ничтожен и вреден в обществе

    — Из дневника

    В 1844 году, после окончания высших офицерских классов, оставлен при училище репетитором математических наук, что положило начало его военно-преподавательской карьере — в Петербургской Михайловской артиллерийской академии (с 1858 — полковник и профессор математики), в Константиновском военном училище (с 1860 наставник-наблюдатель). Во время Крымской войны находился под Нарвой, хотя, как писал в автобиографии (от третьего лица), «ни в каких военных действиях ему участвовать не случилось».[2]
    В 1847 г. Лавров женился на слывшей красавицей вдове с двумя детьми, титулярной советнице Антонине Христиановне Ловейко (сестре генерала А. Х. Капгера), что лишило его материальной поддержки со стороны отца. Необходимость содержать большую семью (у Лаврова только своих было четверо детей) и острая нехватка жалованья заставляют его писать специальные статьи для «Артиллерийского журнала» и подрабатывать репетиторством. После смерти отца (1852) и старшего брата Михаила жизнь в материальном плане становится более обеспеченной.

    Лавров изучал новейшую европейскую философию, публиковал свои стихи у А. И. Герцена в сборнике «Голоса из России», участвовал в работе над «Энциклопедическим словарем», много печатался по широкому кругу вопросов: философии, социологии, истории общественной мысли, проблемам общественной нравственности, искусства, литературы, народного образования.

    В 1860 году вышла в свет его первая книга «Очерки вопросов практической философии». Лавров полагал, что нравственная личность неизбежно вступает в конфликт с несправедливым обществом. Идеальным обществом по отношению к личности может быть строй, основанный на добровольном союзе свободных и нравственных людей.

    В 1860-х годах принимал деятельное участие в литературе и общественной работе и в студенческом движении, сблизился с Н. Г. Чернышевским, входил в состав первой «Земли и воли». После покушения Д. В. Каракозова на Александра II был арестован, признан виновным в «распространении вредных идей», «сочувствии и близости к людям, известным правительству своим вредным направлением» (Чернышевскому, Михайлову и профессору П. В. Павлову), и в январе 1867 года приговорен к ссылке в Вологодскую губернию (Тотьма, Вологда, Кадников), где жил с 1867 по 1870 года (см.[3]. В Тотьме он познакомился с А. П. Чаплицкой, полячкой по национальности, арестованной за участие в Польском восстании 1863—1864 годов, ставшей его гражданской женой (ум. в 1872).

    Наборня, где набрали «Вперед!»: П. Л. Лавров первый слева

    В ссылке Лавровым было написано самое известное его произведение — «Исторические письма». В «Исторических письмах» содержался призыв к «критически мыслящим» и «энергически стремящимся к правде личностям», прежде всего молодым, проснуться, понять задачи исторического момента, потребности народа, помочь ему осознать свою силу и вместе с ним приступить к творению истории, к борьбе против старого мира, погрязшего во лжи и несправедливости. «Исторические письма», будучи социально-политическим произведением, вышли, когда революционная интеллигенция, особенно молодежь, искала новые возможности приложения своих сил для участия в освобождении народа: надежды Н. Г. Чернышевского на народное восстание после отмены крепостного права не оправдались; «теория реализма» Д. И. Писарева с её культом естествознания не обещала скорых результатов; заговорщическая деятельность «Народной расправы» С. Г. Нечаева была использована правительством для дискредитации «нигилистов». Поэтому в обстановке конца 1860-х — начала 1870-х гг. это произведение Лаврова стало «ударом грома», одним из идейных побудителей для практической деятельности революционных интеллигентов[источник не указан 2907 дней].

    В 1870 году при помощи Г. А. Лопатина бежал в Париж, где связался с западноевропейским рабочим движением и вступил в Первый интернационал. В целях организации помощи осажденной Парижской коммуне ездил в Лондон, где познакомился с К. Марксом и Ф. Энгельсом. В 1873—1877 годах редактирует журнал «Вперёд» и одноименную двухнедельную газету (1875—1876) — органы возглавлявшегося Лавровым направления русского народничества, так называемого «лавризма». После убийства Александра II сближается с народовольцами и в 1883—1886 годах редактирует вместе с Л. А. Тихомировым «Вестник Народной воли».

    В июле 1889 году на конгрессе Второго интернационала партия Гнчак уполномочила в качестве своего представителя революционера П. Лаврова[4].

    Пётр Лаврович Лавров

    Последние годы жизни Лавров, не порывая связей с революционным движением (редактировал «Материалы для истории русского социально-революционного движения»), посвятил написанию теоретических трудов по истории человеческой мысли: «Задачи понимания истории» и «Важнейшие моменты в истории мысли». В его наследии, не до конца выявленном (известны 825 произведений, 711 писем; раскрыто около 60 псевдонимов), — статьи в русской легальной печати, политические стихотворения, в том числе широко известная «Новая песня» (текст опубликован в газете «Вперёд!», 1875, № 12 от 1 июля), получившая позднее название «Рабочая Марсельеза» («Отречёмся от старого мира…»), которую А. А. Блок называл среди «прескверных стихов, корнями вросших в русское сердце… не вырвешь иначе, как с кровью…»[5].

    Лавров умер в Париже; похоронен на кладбище Монпарнас. Его последние слова: «Зовёт… живите хорошо. Кончается… кончилась моя жизнь».

    Внучка П. Л. Лаврова Копылева (Розенфельд) Ольга Эммануиловна (1875—1939) — русская писательница. О смерти деда она узнала, находясь в ссылке за левые убеждения. В память о нём стала подписывать свои литературные произведения псевдонимом О. Миртов.

    Философские взгляды Лаврова

    По философским своим воззрениям Лавров был эклектиком, пытавшимся сочетать в одно учение системы Гегеля, Фейербаха, Ф. Ланге, Конта, Спенсера, Прудона, Чернышевского, Бакунина, Маркса. Основной чертой его мозаичного мировоззрения был позитивистический агностицизм.
    С точки зрения официальной советской философии народники в лице Лаврова сделали шаг назад от Чернышевского — от материализма в сторону позитивизма[6].

    Как историк и социолог Лавров был идеалистом и субъективистом. Процесс исторического развития он оценивал с точки зрения субъективно выбранного нравственного идеала. Историю в конечном счете делает по своей воле образованное и нравственное меньшинство («критически мыслящие личности»). Поэтому первая задача революционных деятелей — выработка нравственного идеала, к осуществлению которого им и надлежит стремиться в своей практической деятельности. Своему идеалу Лавров дал следующую формулировку: «Развитие личности в физическом, умственном и нравственном отношении, воплощение в общественных формах истины и справедливости»[источник не указан 2907 дней].

    Морализующий и академический характер социально-политической программы Лаврова сделал его вождем правого крыла русских революционеров 1870-х годов, обусловив создание ряда групп его последователей, например, «Башенцев». Последовавший революционный подъём привёл к быстрой потере Лавровым его популярности и переходу гегемонии в революционном движении к бакунизму. Призывая к единству всех социалистических направлений, Лавров стремился к включению в свою систему и элементов марксизма. Несмотря на это, социализм Лаврова носил типично народнический характер (учение об особых путях развития России, о крестьянстве как носителе социалистического идеала и т. д.). Однако связь лавристов с международным рабочим движением, их большое внимание к работе среди городских рабочих привели к тому, что лавризм сыграл некоторую роль в деле подготовки кадров для первых социал-демократических кружков в России.

    Пётр Лаврович Лавров

    Отношение к искусству

    В вопросах искусства Лавров первоначально (в 1850—1860-х годах) стоял на позиции чистого искусства. В 1870—1880-x годах Лавров стал ценить искусство с точки зрения соответствия его содержания идеалам революционной интеллигенции (статья «Два старика», 1872, — о В. Гюго и Ж. Мишле — и др.), не переставая говорить о «стройности формы». Реакционное искусство признаётся им не только вредным, но и не имеющим эстетической ценности. Лавров один из первых занялся изучением революционной и рабочей поэзии (статьи «Лирики тридцатых и сороковых годов» — о Гервеге, Эб. Эллиоте (англ.) и др., 1877).

    В 1890-х годы Лавров становится на точку зрения отрицания искусства как самостоятельной надстройки: единственная задача, которая по его мнению останется за искусством, — это «украшение жизненных и научных потребностей». Эта динамика воззрений Лаврова на литературу дала себя знать в статьях, посвящённых явлениям западноевропейской литературы (помимо упомянутых статей — «„Лаокоон“ Лессинга», 1860, «Мишле и его „Колдунья“», 1863, «Г. Карлейль», 1881, «Лонгфелло» и «Шекспир в наше время», 1882), представляющих интерес и в том отношении, что в них раскрывается литературно-критический метод Лаврова. Порицая писателя за «отсутствие страстного и живого участия в интересах и вопросах современности» (статья «Лонгфелло»), Лавров преимущественно базировался на творчестве таких авторов с социальным уклоном, как В. Гюго, Г. Гервег, У. Уитмен и др., давая им не лишённые социальной и политической остроты характеристики.

    Лавров был дворянином, ушедшим от своего класса и перешедшим на сторону крестьянства. Дворянское прошлое внесло в народническую идеологию Лаврова своеобразные ноты — теорию уплаты долга народу за привилегированное положение своё и своих предков.

    Цитаты

    Да, русские капиталисты и купцы, русские чиновники и сыщики, столпы и державные эксплуататоры русской империи, и у вас загорелась почва под ногами… Что вы можете противопоставить проповеди братского союза всех трудящихся, союза, который должен смести с земли русской всех паразитов, питающихся жизненными соками трудящегося народа? Не противопоставите ли вы нам идею самодержного богопомазанника, безответственного перед рабами, единого просвещенного божественным разумом среди темной толпы? Вы сами не верите уже этой полинялой тряпке… Или не вынесите ли вы против нас хоругвь православия, этого вечного раба сильных, который никогда не протянул руку страждущему, подавленному народу русскому, этого жалкого паразита, который прожил 1000 лет на русской почве, внушив к себе лишь презрение? — Но кто и когда мог опереться на эту болотную трясину? Разве православие могло спасти кого-нибудь? У вас уже нет и не может быть принципов, и поэтому вы можете лишь опираться на силу в ваших гонениях на социалистов. Но и ваша сила вовсе не прочна, и тайное сознание этой непрочности усиливает вашу панику: усиливает то озлобление, с которым вы бросаетесь на всякую жертву, не разбирая насколько она опасна для вас[7].

    Примечания

    Литература

    • Богатов В. В. Философия П. Л. Лаврова. — М., 1972;
    • Водовозов В. В. Лавров, Петр Лаврович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
    • Русанов Н. Лавров, Очерк его жизни и деятельности // Социалисты Запада и России. — СПб, 1908.
    • П. Л. Лавров: Сб. статей. — Пг.: Колос, 1922.
    • Энгельс о П. Лаврове и П. Ткачеве, с предисловием Рязанова // Под знаменем марксизма. — 1922. — Май — июнь.
    • Плеханов Г. В.. Наши разногласия // Собрание сочинений. — Т. II.
    • Плеханов Г. В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю // Собрание сочинений. — Т. VII.
    • Плеханов Г. В. О социальной демократии в России // Собрание сочинений. — Т. IX.
    • Горев Б. Лавров и утопический социализм // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
    • Фриче В. Лавров и чистое искусство // Под знаменем марксизма. — 1923. — № 6-7.
    • Козьмин Б. Ткачев и Лавров // Воинствующий материалист. — Кн. I. — М., 1924.
    • Ладоха Г. Исторические и социологические воззрения П. Л. Лаврова // Русская историческая литература в классовом освещении — М., 1927. — Т. 1.
    • Книжник-Ветров И. С. П. Л. Лавров. — М., 1930.

    Ссылки

    wikiredia.ru