Символ демократии – Купол вашингтонского Капитолия открылся после трехлетней реконструкции: Фото: Политика: Мир: Lenta.ru

Символы демократии ← Философия и политика ←
Психология человека

И. де Сола Пул (1917-1984)

Стэнфорд, США Перевод А.А.Аникина СЛОВО «ДЕМОКРАТИЯ»

УДК 81 ’371 ГСНТИ 16.

Аннотация. Перевод на русский язык главы из книги И. де Сола Пула «Символы демократии», опубликованной в США в 1952 г. В исследовании представлен анализ частотности употребления слова «демократия» в России, Европе и США в пер. пол. XX в.

Ключевые слова: демократия, символ, корпусный анализ, тоталитарный дискурс, политический дискурс.

Сведения об авторе: И. де Сола Пул, доктор философии, профессор.

Место работы: Стэнфордский университет.

I. de Sola Pool (1917-1984)

Stanford, USA Translated by Е. Е. Anikin WORD DEMOCRACY

21.27 Код ВАК 10.02.04

Abstract. This is the first Russian translation of a chapter from “Symbols of Democracy» by Ihtiel de Sola Pool published in the USA in 1952. The article is devoted to the analysis of frequency of word «democracy» used in Russia, Europe and the USA in the first half of XX century.

Key words: democracy, symbol, corpus analysis, totalitarian discourse, political discourse

About the author: I. de Sola Pool, PhD, professor.

Place of employment: Stanford University.

Сведения о переводчике: Аникин Евгений Евгеньевич, кандидат филологических наук, докторант.

Место работы: Университет Париж-13.

Контактная информация: 7, rue de l’Ermitage, la Chapelle-en-Serval, 60520, France. E-mail: [email protected]

About the translator: Anikin Evgeny Evgenievich, candidate of philology, doctoral student.

Place of employment: Université Paris-13.

Общий обзор. Можно считать неоспоримым тот факт, что за последние шестьдесят лет слово «ДЕМОКРАТИЯ» стало одним из ключевых терминов политических споров. До первой мировой войны лишь в одной из тридцати пяти статей нашей выборки встречалось данное слово. После второй мировой войны оно присутствует в каждой седьмой статье. Иначе говоря, до первой мировой войны символ ДЕМОКРАТИИ встречался лишь в 1,5% из 210 случаев употребления идеологических символов. После второй Мировой Войны он встречается уже в 4% случаев символических словоупотреблений. Резкий скачок в частотности употреблений произошел в период между двумя войнами.

Во время первой мировой войны это слово встречается примерно в каждой двадцатой статье и составляет 2% случаев символических словоупотреблений. С течением войны отмечена тенденция к росту данного показателя, однако по-настоящему значительное внимание к ДЕМОКРАТИИ появляется лишь в последние два года войны. Так, четырнадцать пунктов Вильсона будут сформулированы 20 декабря

1916 г., русский царь отрекся 15 марта 1917 г., а Америка вступила в войну 6 апреля 1917 г. И лишь после этих событий война начала обсуждаться в терминах ДЕМОКРАТИИ. Данный факт может быть отчетливо продемонстрирован изменением с течением времени процента статей, в которых встречается символ:

Пробужденный интерес к ДЕМОКРАТИИ не сильно пошел на убыль и после окончания войны. Безусловно, после пика в 1918 г., наблюдался спад, а затем и незначительное ослабление интереса в конце 20-х — начале 30-х гг. Но если посмотреть на тенденции тех лет в более широком плане, то можно заметить, что в послевоенные годы и вплоть до 1936 г. внимание к термину «ДЕМОКРАТИЯ» оставалось на стабильно высоком уровне, стимул к достижению которого дала война. Примерно в каждой семнадцатой статье содержится ссылка на ДЕМОКРАТИЮ.

Сгущавшиеся облака второй мировой войны спровоцировали очередной всемирный всплеск внимания к ДЕМОКРАТИИ. Истинный смысл подъема Гитлера стал понятным всем, имевшим глаза. Даже Коминтерн, который в 1933 г. не видел большой разницы между фашизмом и «социал-фашизмом» (т.е. социал-демократией), на VII Всемирном Конгрессе резко изменил свой курс и призвал к созданию «Народного Фронта» для борьбы за ДЕМОКРАТИЮ против фашизма. После принятия нового курса статьи Известий запестрили словом «ДЕМОКРАТИЯ».

При этом символика Народного Фронта характерна не только для коммунистической прессы. Она пронизывала либеральную мысль всех стран. Престижные газеты, анализируемые здесь, обычно не являются либеральными газетами. По своей природе они защищают интересы привилегированных групп и статус-кво. Кроме Известий, ни одну из них нельзя обвинить в слепом следовании курсу партии. Тем не менее, слоган «ДЕМОКРАТИЯ против фашизма», появившийся на политической сцене благодаря левым, нашел свое отражение также и в

1914 2 %

1915 2 %

1916 4 %

1917 7 %

1918 12 %

этих газетах. Частично это связано с тем, что в данных газетах рассказывалось о новостях, которые создавались не собственниками этих газет, а теми, кто стремился популяризовать слово «ДЕМОКРАТИЯ». Это также связано с тем, что большинство тех газет были за ДЕМОКРАТИЮ в том значении, в котором она ими понималась, а также с тем, что они не были готовы уступить данный слоган без борьбы конкурирующим политическим идеологиям. Более того, даже если бы не существовало курса на Народный Фронт, суть конфликта между нацистами и миром все равно привела бы к серьезным спорам о ДЕМОКРАТИИ (хотя без влияния пропаганды движения Народного Фронта в качестве доминантных могли бы быть выбраны другие способы обсуждения данной дихотомии (напр., «СВОБОДА против тирании» или «РЕСПУБЛИКАНИЗМ против автократии»), отличные от модели «ДЕМОКРАТИЯ против фашизма», которая в конечном итоге стала доминантной). В результате же реального развития событий уровень внимания к ДЕМОКРАТИИ в 193538 гг. вырос в два раза в сравнении с уровнем 1930 — 1935 гг. Показатель частотности данного слова достиг уровня 3%, и в каждой девятой статьей его теперь можно было встретить.

Не нужно забывать, что сейчас каждая седьмая статья содержит ссылку на ДЕМОКРАТИЮ; таким образом, можно отметить, что с 1939 г. произошло лишь незначительное увеличение частотности. На самом деле, данный рост внимания произошел не за годы самой войны, но уже после ее окончания. В военные годы может быть отмечен резкий рост частности употребления таких слов, как ФАШИЗМ или НАЦИЗМ, но не слова ДЕМОКРАТИЯ. Как уже нами было отмечено, вторая мировая война была концептуализована скорее в понятиях борьбы против фашизма, нежели в понятиях борьбы за ДЕМОКРАТИЮ. Тем не менее, если мы посмотрим на все кризисное десятилетие с 1936 по 1946 г., то — как и во время первой мировой войны — мы сможем констатировать резкое увеличение внимания к слову «ДЕМОКРАТИЯ».

Тот факт, что две мировые войны, как представляется, сыграли значительную роль в придании ДЕМОКРАТИИ статуса одной из центральных ценностей, к которым стремится современный мир, порождает интересные проблемы. До Перл-Харбора и пацифисты, и изоляционисты часто заявляли, что демократия не переживет еще одной войны. Они утверждали, что первая мировая война, в которой сражались за то, чтобы расчистить мир для демократии, принесла лишь фашизм; вторая же мировая война — даже если ее выиграют демократии — сделает весь мир фашистским. Какая бы судьба ни была нам уготована будущим, мы видим в ретроспективе, что мрачные предсказания этих кассандр не в полной мере сбылись — во всяком случае, в отношении демокра-

тических практик. Что же касается символов, то интересно отметить, что символ ДЕМОКРАТИИ становится более популярным, чем когда-либо.

Популярность символа ДЕМОКРАТИИ, тем не менее, не гарантирует соблюдения демократических практик. Понятно, что в результате первой и второй мировых войн демократия могла быть уничтожена (не говоря уже о том, что могло произойти в результате третьей мировой войны). Эти войны настолько усилили напряженность и ослабили безопасность, что только слепец мог бы отвергнуть возможность тоталитаризма. При этом мы также обязаны признать, что эти конфликты одновременно привели к популяризации символа ДЕМОКРАТИИ. Данный факт предполагает вероятность того, что в современном мире война и опасность войны — какое бы воздействие они не оказали на материальное состояние демократии — могут в определенной мере укреплять демократическую идеологию (И хотя мы здесь говорим о современном мире, тот же самый феномен понимали и классики политических исследований. Они видели, что Римская республика постепенно демократизировалась, и самые значительные шаги по демократизации предпринимались в периоды войн, когда уступки плебеям становились условием их поддержки. В то же время, республика погибла и на ее место пришла империя как результат милитаризма и завоеваний. Тогда возникли те же самые противоречия, что возникли в современном мире). Прежде всего, современные войны оказывает такое воздействие на ресурсы вовлеченных стран, что критически важным становится запредельное усилие всех сразу. Массы могут потребовать плату за это усилие. Этой платой может быть более справедливое деление власти. Данное более справедливое деление власти под давлением фактора войны может быть проиллюстрировано британским подоходным налогом или американским Комитетом по обеспечению справедливого найма. Во-вторых, присутствие внешнего врага заставляет большинство людей оставить преследование узко личных интересов в пользу целей, которые — по крайней мере, символически — могут быть представлены в виде общего блага. Этот факт был ярко проиллюстрирован мощным воздействующим потенциалом символа «ЕДИНСТВО против фашизма» Народного Фронта и других подобных движений. Данные движения стремились к максимально всеобъемлющему представительству и общим целям, которые становились все более и более общенациональными. Эти общие цели не обязательно должны быть демократическими, но демократия в данном случае является типичным представителем класса.

Короче говоря, мы полагаем, что интерес к ДЕМОКРАТИИ в современном мире значительно возрос. Далее мы отмечаем, что данный рост был особенно очевиден во время международных конфликтов. Мы полагаем, что широ-

кое распространение демократической идеологии частично является следствием тех самых кризисных явлений, угрожающих ее существованию. Однако даже в целях предварительной верификации необходимо посмотреть не столько на общемировые тенденции, сколько на национальные вариации.

Национальные тенденции подробно. Лишь статистика по отдельным странам может иметь научную достоверность, поскольку неразумно сложить данные по, скажем, пяти странам и сделать выводы по всему миру. Проще говоря: представим, что издания New York Times и Le Temps демонстрируют противоположные тенденции. Что надо сделать, чтобы сделать вывод о ситуации во всем мире? Просто вывести средний показатель из двух значений, взяв за основание имплицитное заключение о суверенном равенстве государств? Каковым бы ни было политическое использование данного заключения, очевидно, что оно не отвечает потребностям объективного исследования. Можно ли придать им различный вес? Если да, каким образом? Однозначного принципа не видно. Может, стоит по умолчанию — как это нами было сделано выше — считать каждую статью за одну, не учитывая тот факт, что газета New York Times имеет больше статей, чем газета Le Temps. Ни одно из этих решений не выглядит убедительным. Очевидно, что следует взглянуть на ситуацию в различных странах по отдельности, нежели пытаться вывести общемировую тенденцию. Выше мы привели комбинированные цифры для того, чтобы в простой форме продемонстрировать те тенденции, которые выглядят однозначно и единообразно повсеместно, и таким образом сводная информация представляет собой удобный способ сказать один раз то, что иначе пришлось бы повторить несколько раз. Мы привели выше приблизительные результаты, так как цифры сами по себе не имеют четкого значения. Таким образом, мы предлагаем обратиться к результатам по отдельным странам. Ранг в зависимости от использования слова «ДЕМОКРАТИЯ» приведен в Таблице 1. За весь период с 1890 г. наибольшее внимание к слову «ДЕМОКРАТИЯ» наблюдалось в германских газетах.

Можно заподозрить, что данный удивительный факт связан с погрешностью. Не стоит забывать, что серии германских газет начинаются в 1910 г. Поскольку термин «ДЕМОКРАТИЯ» становился все более и более употребляемым, отсутствие первых двух десятилетий в серии может являться причиной более высокого среднего показателя. Тем не менее, если мы сопоставим указанные пять стран в период после первой Мировой Войны, результаты останутся практически теми же. Положение стран в обеих колонках останется тем же, как и лидерство Г ермании.

ТАБЛИЦА 1. ВНИМАНИЕ К ДЕМОКРАТИИ

Процент статей, упоминающих ДЕМОКРАТИЮ ДЕМОКРАТИЯ — Процент от общего чис- * ла символов

Соединенные Штаты 4,6 2,9

Великобрита- ния 4,7 2,2

Россия 5,8 1,2

Франция 9,5 2,2

Г ермания 14,0 4,1

* Во второй монографии настоящей серии мы напоминаем, что под термином «общие символы» нами понимаются перечисленные символы кроме названий государств.

Причины активного использования Германией символа ДЕМОКРАТИИ становятся понятны, если мы обратимся к Таблице 2, которая иллюстрирует тенденции данного использования. Пристальное внимание к ДЕМОКРАТИИ было обращено в Германии в 1918 г. С этого момента и вплоть до 1929 г. это внимание оставалось на стабильно высоком уровне. Действительно, в эти послевоенные годы престижные газеты в Германии обсуждали все остальные темы в связи с ДЕМОКРАТИЕЙ. Поражение заставило Германию обратиться к демократии. Она в муках пыталась создать новое демократическое правительство. Как и в последние годы, демократия была новым и важным вопросом, поэтому интерес к символу ДЕМОКРАТИИ был вполне естественным.

Последовавший провал демократического режима, становление правления на основе чрезвычайных полномочий и опасность фашизма привели к резкому спаду интереса к ДЕМОКРАТИИ в газете Frankfurter Zeitung. Опасность фашизма активно обсуждалась, но проблема не рассматривалась в виде дихотомии ДЕМОКРаТиЯ против фашизма. ДЕМОКРАТИЯ потеряла свой статус ключевого символа.

Тем не менее, Гитлер вернул этот символ в новом качестве — в качестве объекта нападок. Издание Völkischer Beobachter в период правления нацистов, занимает одно из верхних мест по вниманию, уделяемому ДЕМОКРАТИИ. Особенно много нацисты говорили о плуто-ДЕМОКРАТИЯХ во второй половине второй мировой войны. Далее мы увидим, что все «дьявольские» слова стали очень часто встречаться, как только удача стала отворачиваться от Германии. ДЕМОКРАТИЯ была одним из этих слов. Таким образом, ДЕМОКРАТИЯ была важным символом в германской прессе на двух отрезках: после первой мировой войны при демократическом режиме Веймарской Республики и во время второй мировой войны, когда Гитлер атаковал ее.

ТАБЛИЦА 2. ВНИМАНИЕ К ДЕМОКРАТИИ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ПЕРИОДА

До вой- ны МВ I 20- е нач 30- х кон 30- х МВ II Фаза 1 МВ II Фаза 2 После войны

а) Процент передовиц , в которых встречается символ

Соединенные Штаты 2,1 3,8 2,8 2,9 4,9 9,9 8,1 13,0

Великобри- тания 3,4 7,5 4,2 4,0 7,2 10,1 4,6 7,0

Россия 0,4 6,4 9,1 5,3 32,0 16,7 7,2 23,7

Франция 5,7 5,0 9,3 11,1 13,6 22,5 8,0 24,8

Г ермания 3,8 3,2 23,1 6,7 11,3 13,6 24,0

б) Процент от общих символов

Соединенные Штаты 2,1 2,0 1,6 2,2 3,6 4,7 4,0 6,1

Великобри- тания 1,7 3,4 2,1 2,1 2,9 3,3 1,8 2,7

Россия 0,0 1,5 1,2 0,7 3,4 1,8 0,8 2,5

Франция 1,9 1,5 1,8 2,0 1,9 3,5 2,3 5,1

Г ермания 2,1 2,7 4,9 1,4 3,6 4,4 7,0

С годами другие изменения, связанные с особенностями использования термина ДЕМОКРАТИЯ произошли в разных странах. Самая большая перемена произошла в России. Газета Новое Время — престижная газета в России времен царского режима — не уделяла чрезмерного внимания данному символу. Так, он встречается только четыре раза в 1 066 статьях. Однако в

1917 г., данный символ появляется уже в каждой третьей статье Нового Времени, и с тех пор этот символ играет неизменно важную роль. С 1918 г. по 1935 г. употребление термина в газете Известия можно назвать умеренным. Данный символ встречается в меньшем количестве статей, чем в Германии и во Франции, но в большем количестве, чем в Соединенных Штатах и Великобритании. В период с 1935 г по 1938 г. — период Народного Фронта — слово ДЕМОКРАТИЯ встречается в каждой третьей статье Известий, и этот показатель частотности более чем в два раза превышает аналогичный показатель по другим странам. Затем внимание резко пошло на спад. Во время действия сталинско-гитлеровского пакта, уровень внимания к ДЕМОКРАТИИ сократился вдвое. Тем не менее, каждая шестая статья по-прежнему содержала ссылку на ДЕМОКРАТИЮ (этот показатель по частотности уступает лишь показателю газеты Le Temps). Со вступлением России в войну интерес к ДЕМОКРАТИИ практически пропадает. Лишь 3% передовиц ссылаются на этот символ в период с 1941 г. по 1944 г. Война, которая задумывалась как война за ДЕМОКРАТИЮ против фашизма, превратилась в ОТЕЧЕСТВЕННУЮ войну. Тем не менее, ближе к окончанию войны интерес к ДЕМОКРАТИИ вновь возрастает. Каждая пятая статья, начиная с 1945 г., обращается к этому символу — это больше, чем в каком-либо ином издании, за исключением газеты Le Monde. После второй Мировой Войны — особенно в 19481949 гг. — интерес к ДЕМОКРАТИИ возрастает,

поскольку Россия становится союзником так называемых Народных ДЕМОКРАТИЙ. За весь период правления большевиков слово «ДЕМОКРАТИЯ» встречается в 10,7% статей Известий, тогда как при царизме для газеты Новое Время данный показатель составляет лишь долю процента. Таким образом, благодаря Известиям, интерес к ДЕМОКРАТИИ из ничтожного превращается в умеренный.

Та же самая тенденция прослеживается для России, даже если мы проанализируем данные по частотному соотношению символа ДЕМОКРАТИИ в сравнении с другими отмеченными символами. Так, можно отметить умеренное использование после 1917 г., затем — резкий скачок в 1936-1938 гг. Тем не менее, соотношение между Известиями и другими газетами резко изменяется при изменении базы процентных расчетов. Так, советские передовицы в 4-5 раз богаче на различные идеологические символы, чем New York Times и London Times.

Это касалось не только ДЕМОКРАТИИ, но и других идеологических символов. Если сопоставить ДЕМОКРАТИЮ с общим потоком встречающихся символов, то становится очевидным, что данный символ не занимает особого положения даже на пике внимания в 1936-1938 гг. В период с 1918 г. по 1935 г. частотность символа ДЕМОКРАТИИ составляет 1% от всех символов, отмеченных в газете Известия, что является самым низким показателем из всех проанализированных печатных изданий. На самом деле, показатель 1% в два раза уступает следующему наиболее низкому показателю. После 1939 г. показатель для России вновь ниже, чем для какой-либо другой страны. Во время войны показатель частотности символа ДЕМОКРАТИИ в сопоставлении с другими политическими символами вновь в два раза ниже, чем в других странах, а после войны — хоть данный символ и становится более распространенным — все равно показатель его частотности в сопоставлении с другими политическими символами в два раза ниже, чем во Франции и в США. Тем не менее, в период с 1936 г. по 1938 г. символ ДЕМОКРАТИИ в Известиях занимает настолько же важное место в сравнении с другими символами, что и в остальных проанализированных газетах. Так, в газетах New York Times, Völkischer Beobachter и Известия показатель ДЕМОКРАТИИ равен 3,5% от всех отмеченных символов, хотя в последних двух его значение ниже в сравнении с общим количеством символов. Таким образом, мы рассчитали количество статей, в которых встречается термин «ДЕМОКРАТИЯ» (по этому показателю Известия занимают высокое место) и процент от общего числа символов (по этому показателю Известия занимают невысокое место). Мы полагаем, что символ «ДЕМОКРАТИЯ» был взят на вооружение в 1936 г., его ресурс был полностью выработан за те годы, что Россия пыталась создать союз с демократическими

странами, а затем оставлен, когда Россия поменяла свою международную ориентацию.

Французские, британские и американские газеты отличаются большим постоянством в их отношении к символу ДЕМОКРАТИИ, хотя во время войн и случались резкие перепады. Относительная плавность тенденций во Франции, Великобритании и США характерна для свободной прессы. Мы увидим, что характерной чертой контролируемой прессы являются резкие перепады их композиционных моделей. Как результат следования курсу, тоталитарный символизм имеет склонность к большему единообразию в определенный период, нежели демократический символизм, но подвластен резким перепадам от одного периода к другому. Демократический символизм, хотя и более многогранен в определенный период, меняется менее резко с течением времени.

Тем не менее, несколько отчетливых тенденций можно различить в свободных газетах. В New York Times интерес к ДЕМОКРАТИИ значительно возрастает после Нового курса Рузвельта, а особенно после второй мировой войны. Во Франции также в последнее время наблюдается значительный подъем интереса к ДЕМОКРАТИИ. Акцент на ДЕМОКРАТИЮ был сделан в самом начале второй Мировой Войны, однако при правительстве Виши интерес к ней резко упал.

Для газеты London Times тенденция роста проявилась не столь отчетливо. В Великобритании наблюдался скачок интереса к ДЕМОКРАТИИ во время первой мировой войны, и с тех пор этот интерес не вышел за пределы достигнутого в те времена уровня. Уровень внимания к ДЕМОКРАТИИ в газете London Times (и, в меньшей степени, New York Times) остается низким, особенно если судить по количеству статей, в которых встречается данный термин. Французские газеты настолько богаче на идеологические символы, что символ ДЕМОКРАТИИ, хотя и встречается во французских газетах чаще, чем в английских, не играет более значимой роли, в сравнении с другими символами. Тем не менее, с точки зрения французских стандартов, внимание британцев к ДЕМОКРАТИИ остается на низком уровне. В любом случае, следует отметить, что обнаруженный нами спад внимания к символу ДЕМОКРАТИИ в газете London Times соответствует результатам опросов общественного мнения в Великобритании. В 1947 г. респондентам в США, Франции, Швеции, Норвегии, Нидерландах, Канаде и Великобритании был задан вопрос о том, считают ли они свою страну демократической. Ответ «да» был зарегистрирован в 95% случаев в Швеции, 88% — в США, 65% — во Франции, 57% — в Канаде и лишь в 50% случаев в Великобритании.

Выше нами уже была отмечена взаимозависимость между военной напряженностью и вниманием к ДЕМОКРАТИИ. Во время и непосредственно после окончания первой Мировой Вой-

ны явный рост интереса к ДЕМОКРАТИИ имел место в Великобритании, Германии и России. В кризисные годы перед второй мировой войной, когда нацизм угрожал демократическим странам, интерес к ДЕМОКРАТИИ резко пошел в рост в США, Германии и России, а во время самой войны — и в Великобритании и во Франции.

У нас не имеется статистических данных по Германии после окончания второй мировой войны. Пресса в остальных странах, как представляется, следует тенденциям предыдущих десятилетий. В США и во Франции внимание к ДЕМОКРАТИИ никогда не было на столь высоком уровне. В России этот уровень так же высок, но все же ниже, чем в 30-е гг. В Великобритании термин ДЕМОКРАТИЯ пользуется меньшей популярностью, чем где-либо.

Оставим эти данные по интересу к ДЕМОКРАТИИ и постараемся указать на некоторые ограничения. Кажется естественным объяснить увеличение интереса к ДЕМОКРАТИИ усилением демократических позиций. Подобное объяснение является ошибочным. Оно не принимает в расчет возможность искажения значения слова, а также несоответствие между теорией и практикой. Оно также не принимает в расчет выдаваемые оценки. По меньшей мере

один всплеск интереса к ДЕМОКРАТИИ из приведенных выше данных может быть объяснен нападками на нее. Сарказм нацистов по поводу «плуто-демократий» являлся причиной того, что в последние годы войны данный термин используется в два раза большем количестве германских, чем американских статей. В лучшем случае можно предположить, что увеличение внимания к ДЕМОКРАТИИ может быть связано с увеличением озабоченности по ее поводу, но не с увеличением заботы о ней.

Поверхностный взгляд на приведенные выше данные может навести на мысль, что интерес к ДЕМОКРАТИИ представляет собой обратную функцию демократическим практикам. Скорее всего, это не так, но если бы это и было так, этому не стоило бы удивляться. Демократия представляет собой настолько важную и универсальную ценность для современного человека, что те люди, которые на самом деле не являются ее сторонниками, порой чрезмерно активно пытаются доказать свою лояльность ей. Это может являться важным фактором увеличения употребления термина «ДЕМОКРАТИЯ» в России, но по поводу данных в целом мы не можем сказать, что периоды усиления внимания к ДЕМОКРАТИИ совпадали с ограничением демократии в реальности. В Германии, например, частотность достигла высшего уровня, когда Германия вступила в самый демократический период своей истории — период Веймарской республики.

Что действительно предполагают изложенные выше рассуждения, так это то, что интерес к проблеме демократии может принимать различные формы. Это может быть форма заботы сто-

ронника, стремящегося популяризовать ее, или же озабоченность противника, желающего осудить ее. Это может быть забота тех, кто думает, что она в опасности, или же озабоченность тех, кто считает ее саму опасностью. Это может быть интерес тех людей, которым плевать на демократию как таковую, но которые считают ее удобным средством, поскольку их аудитория подвластна ее влиянию. Наши данные не позволяют выделить все эти типы внимания к ДЕМОКРАТИИ. Единственно, мы можем отметить, что под влиянием двух мировых войн, символ ДЕМОКРАТИИ занял центральное место в качестве объекта политического внимания в современном мире. В целях углубления нашего исследования нам необходимо ввести некоторые дополнительные критерии — в частности, рассмотреть проблему оценки термина «ДЕМОКРАТИЯ».

Оценка. В течение проанализированного периода — т.е. с 1890 г. — ДЕМОКРАТИЯ была термином с положительной семантикой. Из более чем одиннадцати тысячах проанализированных статей в более чем двух сотнях ему дается эксплицитная оценка. Из них две трети статей дают положительную оценку, а треть — отрицательную. По данному соотношению оценок нельзя проследить ярко выраженных общемировых тенденций. Оценки 1890-х гг. — рассматриваемые целиком — не отличаются кардинально от оценок наших дней.

Тем не менее, можно отметить значительные отличия между газетами и разными странами. В Великобритании, Франции и США ДЕМОКРАТИИ почти всегда дается положительная оценка. Процент положительных оценок от всех оценок (как положительных, так и отрицательных) составляет 88% в Великобритании, 85% во Франции, 82% в США.

Другими словами, по мере консолидации диктатуры нападки на ДЕМОКРАТИЮ прекращались, и о ней вообще переставали много говорить. Чуть позже — в период полного становления сталинской диктатуры — происходит нечто весьма примечательное. Слово «ДЕМОКРАТИЯ» внезапно стало активно употребляться, причем в самом положительном значении. 18% статей после 1935 г. содержат данный термин, при этом 97% оценок — положительные.

Понятно, что большевистская традиция сочетает положительное отношение к демократии с отрицательным. Маркс и Энгельс говорили о результатах революции как в терминах демократии, так и диктатуры пролетариата. Из Российской социал-демократической рабочей партии вышли как большевики, так и меньшевики. И хотя термин «социал-демократическая» на определенном этапе имел положительное значение, после первой мировой войны Ленин специально заменил его на термин «Коммунистическая» и принялся атаковать европейскую социал-демократию. Всю свою жизнь Ленин называл себя «последовательным демократом», в то же

время он подвергал острой критике незавершенность выводов чистых «демократов». Диктатура пролетариата описывалась как «демократическая диктатура рабочих и крестьян». Из этих примеров понятна историческая неоднозначность отношения большевиков к демократии. Интересным результатом можно назвать то, что в ленинский период в государственной прессе преобладало употребление слова ДЕМОКРАТИЯ в негативном значении, тогда как в еще более авторитарный период правления Сталина стало преобладать использование в позитивном значении.

Это повторяющаяся модель. В ранних трудах большевиков многие из отвратительных и шокирующих подробностей большевистской теории представлены открыто и без стеснения. В более поздних работах большевиков имеет место процесс сглаживания острых углов в целях устранения противоречий между большевистскими тезисами и утопическими ожиданиями аудитории.

Пресса при Сталине имела склонность представлять картину в черно-белых тонах, когда свой никогда не может ошибиться, а враг никогда не может быть прав, и когда любая характеристика либо положительна, либо отрицательна, и лишена неопределенности. Так, партия не вдается более в диалектические рассуждения о характеристиках, делающих эту партию ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ, и, в то же время, популярная пресса осуждает обычную ДЕМОКРАТИЮ или социал-демократию. Данные антикоммунистические формы демократии лишаются каких-либо прав называться демократиями. Их сторонники объявляются совсем не демократами, а теми, кто лишь притворяется демократами в целях демагогии. Их называют «социал-фашистами» или «лакеями американского империализма». Термины «ДЕМОКРАТ» и «ДЕМОКРАТИЯ», которые сначала чаще интерпретировались отрицательно, нежели положительно, таким образом, приобретают однозначно позитивное значение после определенного периода затишья, в течение которого они почти не употреблялись. Позднее мы увидим другие примеры из этой модели.

В Германии изменения в оценке термина «ДЕМОКРАТИЯ» в газетах гораздо более очевидны. При режиме Веймарской республики термин имел положительное значение, при нацистах — отрицательное. В период с 1919 г. по 1929 г. 83% оценок благоволили ДЕМОКРАТИИ. При нацистах 100% суждений не благоволили. Что касается остальных периодов, мы не располагаем достаточным количеством оценок, чтобы вывести точное заключение. Таким образом, значительные изменения в отношении к термину «ДЕМОКРАТИЯ» произошли в Германии и в России, но не других проанализированных странах, в которых данный термин имел стабильно положительное значение.

© Аникин А.А. (перевод), 2009

psibook.com

Нужны ли демократии символы? / Политика / Независимая газета

В истории любого государства существуют события и даты, составляющие его национальное достояние. Любая действительная «национальная идея» никогда не выуживается из глубин «коллективного бессознательного», а всегда собирается вокруг конкретных событий и связанных с ними переживаний, обрастающих со временем густой символической оболочкой. Дефицит реальных событий, которые кладутся в основу национальной идентичности, зачастую компенсируется мифотворчеством. Горько признавать, но новая Россия и в данном отношении проявила свою «самобытность» и склонность идти «особым путем». Имея в основе своей идентичности реальную августовскую революцию 1991 года, она сделала практически все, чтобы смикшировать символическое значение этих событий. И такой демонстративный отказ от собственной родословной тоже имеет символическое значение.


Власть, государственность, гражданственность — это не только и не столько абстрактные функции и голые технологии, но обязательно развитые символические системы, в поддержании которых заинтересованы и сама власть, и общество. Давно замечено, что на символическом уровне даже авторитарные и тоталитарные режимы используют мифологию, мало отличающуюся от мифологии развитых демократий. Апелляция во всех случаях идет к одним и тем же понятиям: «свобода и достоинство человека», «национальная гордость и независимость» и т.п.


Выдающийся русский мыслитель Павел Новгородцев подробно проанализировал идейно-политический парадокс, подмеченный им еще в начале прошлого века: используемый радикальными социалистами (в первую очередь большевиками) символический ряд был практически полностью заимствован из арсенала┘ либерализма. Новгородцев считал, что русские либералы обязаны, во-первых, развенчать псевдолиберальную демагогию социалистов, а во-вторых, полнее развить собственно либеральную идеологию.


Либералы начала прошлого века не выполнили завет Новгородцева, и большевизм победил в России под вполне буржуазно-демократическими лозунгами: «Власть трудящимся», «Земля крестьянам», «Мир народам» и проч. Разумеется, советский строй не обеспечил ни мира, ни народной власти, ни частной собственности — он и не собирался этого делать. Но — парадокс — российские коммунисты и сегодня паразитируют на лозунгах «человеческого достоинства» и «уважения прав личности». И, надо сказать, пользуются успехом, получая голоса на демократических выборах.


Реальные либерализация и демократизация становятся, таким образом, трудным процессом приведения в соответствие символических идей и реальных человеческих практик. И уж если коммунисты кладут в основу своей родословной идеи «свободы» и «человеческого достоинства», то государство, реально идущее по пути демократизации, просто обязано озаботиться формированием символического ряда событий и имен, определяющих его демократическую идентичность. Демократическая символика и риторика, как мы убедились, еще не гарантируют реальной демократии, но не бывает реальной демократии без развитой демократической символики.


Августовская революция 1991 года, чтобы там сейчас ни говорили оппоненты, породила небывалый для России социальный консенсус. Ельцинская команда имела огромный запас общественной легитимности, наголову переиграв и упертых коммуно-имперских ортодоксов и лукаво-непоследовательных коммуно-реформаторов. Ведь современная КПРФ — это не остатки ГКЧП. Нынешние наши коммунисты возросли на ошибках уже «послеавгустовского режима», и можно буквально по месяцам проследить, как и за счет чего коммуно-патриотическая идея возвращала свой, казалось бы, навсегда разрушенный в августе 1991-го потенциал.


Огромный удар по демократической символике нанес расстрел Белого дома в октябре 1993-го. Можно продолжать спорить о степени оправданности этого действа, но факт остается фактом: стрельба по Белому дому, который в августе 1991-го стал главным символом российской свободы, нанес более серьезный удар по российской демократической символике, чем даже возвращение советского гимна. И даже те, кто обоснованно доказывает вынужденность крайних мер в отношении группировки Хасбулатова-Руцкого («дважды защитников Белого дома»), должны понимать масштаб знаковой трагедии и не выдавать нужду за добродетель.


Полная нечувствительность к идеологическим вопросам, в том числе к проблемам укрепления демократической символики, относится к числу главных ошибок «послеавгустовского режима». Как следствие, у нас до сих пор не произошло идейного развенчания коммунизма. А периодически возникающие предложения о «запрете КПРФ», «суде над коммунизмом» и т.п. я воспринимаю не иначе, как очередное свидетельство идейной беспомощности новорусской демократии. Не являюсь я, как некоторые ультралибералы, и сторонником немедленного выноса тела Ленина из Мавзолея. По одной простой причине: фактическое сохранение за главной библиотекой страны имени Ленина наносит демократической Москве куда больший символический вред. И, безусловно поддерживая идею восстановления в Москве памятника Александру II, я не могу понять, как это может соотноситься с сохранением в Москве наименований улиц, названных в честь цареубийц, — Халтурина, Кибальчича и т.д.


Не будет преувеличением сказать, что весь культурно-символический ландшафт современной России продолжает оставаться большевистским или полубольшевистским. Характер памятников, топонимика улиц, городов и даже целых областей (Ленинградская, Свердловская, Кировская) позволяет сделать вывод о том, что мы во многом продолжаем пребывать в старой, коммунистической истории. Частичная реабилитация некоторых фрагментов «некоммунистической истории» пошла по линии реабилитации царей и церквей. Именно в такой истории продолжают воспитываться новые поколения молодых россиян, которые воспринимают этот культурно-символический контекст как абсолютно чуждый. Однако другого они не знают.


Подобная ситуация определенным образом форматирует и российскую политику. В политической социологии одним из важных понятий является понятие «перетекания символического ресурса». Это означает, что политические предпочтения граждан определяются не только материальным интересом, но и самоидентификацией с определенным типом культурной традиции. В сегодняшней России этот «символический насос» отлично действует в отношении двух партий — «партии начальства» и «партии коммунистов». На бюрократическую партию власти работает история самодержавно-чиновной России, традиция русского холопства и ожидания от власти патерналистской заботы. Равным образом и за современных коммунистов тоже голосуют как за определенную историческую традицию. Голосуют не персонально за Зюганова, а за «символический ресурс», перешедший к нему по наследству от «героев революционного подполья», Ленина, Сталина, Брежнева, Андропова, от всей большевистской интерпретации истории.


И только современная российская демократия лишена серьезного, осмысленного культурно-символического background»а. Победа над ГКЧП в августе 1991-го давала уникальную возможность создать для новой России убедительную и честную «демократическую родословную». То, что этого в итоге не получилось, — драма не только тех, кого принято называть «демократами», а всей новой российской государственности.

www.ng.ru

понятие, принципы, виды и формы. Признаки демократии

Достаточно давно в литературе многократно высказывается мысль о том, что последствием развития государственности закономерно и неизбежно станет демократия. Понятие трактовалось как естественное состояние, которое наступит немедленно на определенном этапе вне зависимости от содействия либо сопротивления отдельных индивидуумов или их объединений. Самыми первыми стали использовать термин древнегреческие мыслители. Рассмотрим далее подробно, что такое демократия (основные понятия).

Терминология

Демократия – понятие, введенное в практику древними греками. Дословно оно означает «власть народа». Является формой государственного правления, которая предполагает участие в нем граждан, их равенство перед нормами законодательства, предоставление индивиду определенных политических свобод и прав. В классификации, предложенной Аристотелем, это состояние социума выражало «власть всех», чем отличалось от аристократии и монархии.

Демократия: понятие, виды и формы

Данное состояние социума рассматривается в нескольких значениях. Так, демократия – понятие, выражающее способ организации и работы госорганов и негосударственных организаций. Ею также именуют установившийся правовой режим и тип государства. Когда говорят, что страна демократическая, имеют в виду присутствие всех этих значений. Государство при этом имеет ряд отличительных признаков. К ним относят:

  1. Признание народа в качестве высшего источника власти.
  2. Выборность ключевых госорганов.
  3. Равноправие граждан, в первую очередь, в процессе реализации ими их избирательных прав.
  4. Подчинение меньшинства большинству в ходе принятия решений.

Демократия (понятие, виды и формы этого института) исследовались разными учеными. В результате анализа теоретических положений и практического опыта мыслители пришли к выводу, что это состояние социума не может существовать без государства. В литературе выделяют понятие прямой демократии. Она предполагает осуществление воли народом через выборные органы. Ими являются, в частности, местные структуры власти, парламенты и пр. Понятие непосредственной демократии предполагает реализацию воли населения или конкретных социальных объединений через выборы, референдумы, собрания. В этом случае граждане самостоятельно решают те или иные вопросы. Однако это далеко не все внешние проявления, которыми характеризуется демократия. Понятие и виды института могут рассматриваться в контексте тех или иных сфер жизни: социальной, экономической, культурной и так далее.

Государственный характер

Многие авторы, разъясняя, что такое демократия, понятие, признаки этого института характеризуют по определенной системе. В первую очередь, указывают на принадлежность к государственному режиму. Это проявляется в делегировании населением своих полномочий госорганам. Граждане участвуют в управлении делами непосредственно или через выборные структуры. Население не может реализовывать самостоятельно всю власть, которая ему принадлежит. Поэтому часть своих полномочий оно передает госорганам. Выборность уполномоченных структур – еще одно проявление государственного характера демократии. Кроме этого, он выражается в способности власти влиять на деятельность и поведение граждан, подчинять их для управления социальной сферой.

Понятие политической демократии

Этот институт, как и рыночная экономика, не может существовать без конкуренции. В данном случае речь ведется о плюралистической системе и оппозиции. Проявляется это в том, что демократия, понятие и формы института, в частности, ложатся в основу программ партий в их борьбе за государственную власть. При таком состоянии социума учитывается многообразие существующих мнений, идеологических подходов к решению насущных вопросов. При демократии исключены государственная цензура и диктат. В законодательстве закреплены положения, гарантирующие плюрализм. К ним относят право выбора, тайное голосование и пр. Понятие, принципы демократии базируются, в первую очередь, на равенстве избирательных прав граждан. Оно дает возможность выбора между разными вариантами, направлениями развития.

Гарантия реализации прав

Понятие демократии в обществе связывается с закрепленными на законодательном уровне юридическими возможностями каждого гражданина в разных сферах жизни. В частности, речь идет об экономических, социальных, гражданских, культурных и прочих правах. Вместе с этим устанавливаются и обязанности для граждан. Законность выступает в качестве режима социально-политической жизни. Она проявляется в установлении требований ко всем субъектам, в первую очередь, к госорганам. Последние должны создаваться и действовать на основании неуклонного и строгого исполнения существующих норм. У каждого госоргана, должностного лица должен быть только необходимый объем полномочий. Демократия – понятие, которое связано с обоюдной ответственностью граждан и государства. Она предполагает установление требования воздерживаться от действий, которыми нарушаются свободы и права, создаются препятствия для исполнения обязанностей участниками системы.

Функции

Разъясняя понятие демократии, отдельно необходимо сказать о задачах, которые реализует данный институт. Функциями выступают ключевые направления воздействия на социальные отношения. Их целью выступает повышение активности населения в управлении государственными делами. Понятие демократии связывается не со статическим, а с динамическим состоянием социума. В этой связи, функции института в те или иные периоды исторического развития претерпевали определенные изменения. В настоящее время исследователи разделяют их на две группы. Первые раскрывают связь с социальными отношениями, вторые – выражают внутренние задачи государства. Среди наиболее значимых функций института следует выделить:

  1. Организационно-политическую.
  2. Регулятивно-компромиссную.
  3. Общественно-стимулирующую.
  4. Учредительную.
  5. Контрольную.
  6. Охранительную.

Социальные отношения

Связь с ними отражают три первые функции, указанные выше. Политическая власть в государстве организуется на демократических началах. В рамках этой деятельности предусматривается самоорганизация населения (самоуправление). Она выступает как источник госвласти и выражается в наличии соответствующих связей между субъектами. Регулятивно-компромиссная функция заключается в обеспечении плюрализма деятельности участников отношений в рамках сотрудничества, консолидации и концентрации вокруг интересов населения и государства разных сил. В качестве правового средства обеспечения этой функции выступает урегулированность юридических статусов субъектов. В процессе разработки и принятия решений социально-стимулирующее влияние на государство может оказать только демократия. Понятие и формы этого института обеспечивают оптимальное служение власти населению, учет и применение общественного мнения, активности граждан. Это проявляется, в частности, в возможности граждан участвовать в референдумах, направлять письма, заявления и так далее.

Государственные задачи

Понятие «представительная демократия» связывается с возможностью населения формировать органы госвласти и территориального самоуправления. Это осуществляется путем проведения голосования. Выборы в демократическом государстве тайные, всеобщие, равные и прямые. Обеспечение работы госорганов в рамках их компетенции в соответствии с предписаниями законодательства осуществляется посредством реализации контрольной функции. Она также предполагает подотчетность всех звеньев аппарата управления страной. Одной из ключевых считается охранительная функция демократии. Она предполагает обеспечение госорганами безопасности, защиты достоинства и чести, свобод и прав личности, форм собственности, пресечение и предупреждение нарушений закона.

Исходные требования

Они представляют собой те принципы, на которых базируется демократический режим. Признание их международным сообществом обуславливается стремлением укрепить антитоталитарную позицию. В качестве ключевых принципов выступают:

  1. Свобода выбора социального строя и способа правления. Народ имеет право изменять и определять конституционный строй. Первичное значение имеет свобода.
  2. Равноправие граждан. Оно означает, что у всех людей есть обязанности соблюдать закон, права и интересы других. Все несут ответственность за нарушения, имеют право на защиту в суде. Конституция гарантирует соблюдение равноправия. Нормами запрещены привилегии или ограничения по расовым, половым признакам, религиозным, политическим убеждениям, социальному, имущественному статусу, месту проживания, происхождения, языку и так далее.
  3. Выборность госорганов и постоянное их взаимодействие с населением. Этот принцип предполагает формирование структур власти и территориального самоуправления посредством народного волеизъявления. Он обеспечивает сменяемость, подконтрольность, равную возможность для каждого гражданина реализовать свое избирательное право.
  4. Разделение властей. Оно предполагает взаимную зависимость и ограничение разных направлений: судебного, исполнительного, законодательного. Это препятствует превращению власти в инструмент подавления равенства и свободы.
  5. Принятие решений волей большинства при соблюдении прав меньшинства.
  6. Плюрализм. Он означает многообразие социальных явлений. Плюрализм способствует расширению круга политического выбора. Он предполагает множественность партий, объединений, мнений.

Способы реализации воли населения

Функции демократии осуществляются через ее институты и формы. Последних существует достаточно много. Формы демократии рассматриваются как ее внешнее выражение. К ключевым из них относят:

  1. Участие граждан в управлении социальными и государственными делами. Оно реализуется через представительную демократию. В этом случае власть осуществляется посредством выявления воли уполномоченных народом лиц в выборных органах. Граждане могут участвовать в управлении и непосредственно (через референдум, например).
  2. Создание и работа системы госорганов на базе гласности, законности, сменяемости, выборности, разделении полномочий. Эти принципы предупреждают злоупотребление социальным авторитетом и служебным положением.
  3. Юридическое, в первую очередь, конституционное закрепление системы свобод, обязанностей и прав гражданина и человека, обеспечение их охраны в соответствии с установленными международными стандартами.

Институты

Они представляют собой легальные и легитимные компоненты системы, непосредственно формирующие демократический режим через реализацию исходных требований. В качестве предпосылки для законности любого института выступает его юридическое оформление. Легитимность обеспечивается признанием общественности и организационной структурой. Институты могут различаться по исходному назначению при решении актуальных государственных задач. В частности, выделяют:

  1. Структурные учреждения. К ним относят депутатские комиссии, парламентские сессии и пр.
  2. Функциональные институты. Ими являются наказы избирателей, общественное мнение и пр.

В зависимости от юридической значимости, выделяют институты:

  1. Императивные. Они обладают общеобязательным, окончательным значением для должностных лиц, госорганов, граждан. Такими институтами являются законодательные и конституционные референдумы, избирательные наказы, выборы и так далее.
  2. Консультативные. Они обладают совещательным значением для политических структур. Такими институтами выступают консультативный референдум, всенародное обсуждение, анкетирование, митинги и пр.

Самоуправление

Оно основывается на самостоятельном регулировании, организации и деятельности участников гражданских отношений. Население устанавливает определенные правила и нормы поведения, осуществляет организационные действия. Народ обладает правом принимать решения и реализовывать их. В рамках самоуправления субъект и объект деятельности совпадают. Это означает, что участники признают власть только собственного объединения. Самоуправление базируется на принципах равенства, свободы, участия в администрировании. Этот термин, как правило, используется относительно нескольких уровней объединения людей:

  1. Ко всему социуму в целом. В этом случае говорят об общественном самоуправлении.
  2. К отдельным территориям. В этом случае имеет место местное и региональное самоуправление.
  3. К конкретным производствам.
  4. К общественным объединениям.

Власть народа как социальная ценность

Демократия во все времена понималась и трактовалась различными способами. Однако несомненно, что как правовая и политическая ценность она стала неотъемлемым компонентом организации мира. Между тем, отсутствует такая ее конечная стадия, при которой все ее субъекты были бы удовлетворены. Человек, который испытывает ограничения, вступает в спор с государством, не обнаруживая в законодательстве справедливость. Конфликт возникает, когда во внимание не принимается неравенство заслуг и природных способностей, отсутствует признание в зависимости от опыта, умения, зрелости и пр. Стремление к справедливости не может быть полностью удовлетворено. В обществе должно происходить постоянное пробуждение воли, развитие желания выражать свое мнение, взгляды, проявлять активность. Собственная ценность демократии выражается через ее общественное значение. Оно, в свою очередь, заключается в службе на пользу личности, государству, социуму. Демократия способствует установлению соответствия между реально действующими и формально провозглашенными принципами равенства, свободы, справедливости. Она обеспечивает их воплощение в государственной и социальной жизни. В системе демократии сочетаются общественные и властные начала. Она способствует формированию атмосферы гармонии интересов государства и личности, достижению компромисса между субъектами. При демократическом режиме участники отношений осознают преимущества партнерства и солидарности, согласия и мира. Инструментальная ценность института проявляется через его функциональное назначение. Демократия – способ решения государственных и общественных дел. Она позволяет участвовать в создании госорганов и местных структур власти, самостоятельно организовывать движения, профсоюзы, партии, обеспечивать охрану от противоправных действий. Демократия предполагает контроль деятельности выборных институтов и прочих субъектов системы. Личностная ценность института выражается через признание индивидуальных прав. Они формально закрепляются в нормативных актах, реально обеспечиваются посредством формирования материальных, духовных, юридических и прочих гарантий. В рамках демократического режима предусматривается ответственность за невыполнение обязанностей. Демократия не выступает как средство достижения личных честолюбивых целей за счет ущемления свобод, интересов, прав других лиц. Тому народу, который готов признавать автономию индивида и его ответственность, этот институт формирует наилучшие возможности реализации существующих гуманистических ценностей: социального творчества, справедливости, равноправия и свободы. При этом несомненую важность имеет и участие государства в процессе обеспечения гарантий, защиты интересов населения. В этом состоит его основная функция в демократическом обществе.

fb.ru

Демократия, истинное значение термина: cycyron

Все мы знаем, как наше правительство призывает нас к демократии.
К демократии же стремится и США. Более того, они агрессивно стремятся «демократизировать» все страны мира.

Истинное значение термина «демократия» подавляющему большинству неизвестно, ибо история древней Греции тонкое дело. Давайте же посмотрим каков настоящий смысл этого понятия?

Понятие «демократия» свое происхождение ведет из древней Греции, из Афин.
«Демос», слово дорийского происхождения, обозначало народ, проживающий на определенной территории и связанный с историей этой территории, полиса, системой отношений, социальных, этнических и профессиональных . Термин «демос» означал нечто совершенно иное, нежели слово «лаос» также определяющее «народ» в греческом языке. «Лаос» в отличие от «демоса» — это вся совокупность населения, вне зависимости от наличия или отсутствия связей данной культурной области. А именно в этом смысле мы и употребляем слово «народ». Для нас народ — это всё население.

Оказывается, понятие «демос» происходит от названия района Афин, в котором гнездились богатейшие представители общества. Общество разделялось на три главные страты:
1. Охлос — рабы, бедняки, батраки — не имеющие права голоса.
2. Плебос — свободные люди, мелкие хозяева, владельцы собственных домов и земель — могут выбирать, но не могут быть избранными.
3. Демос — крупные рабовладельцы, жители Демоса — богатого района города, проходящие определенный имущественный ценз. Только они могли быть избранными в органы управления.

Таким образом, истинный смысл термина «демократия» — власть избранных и богатых, положивших себе право быть властью. Это неизвестно подавляющему большинству, постоянно выбирающему «демократию» и наивно полагающему что народ как-то там может управлять. Уже греки, владевшие логикой, отчетливо понимали что народ никак управлять не может физически (сами принципы управления предполагают иерархическую организацию).

А следовательно, из народа должны выдвигаться кто? Избранные! Они так и называются.
Вот так и происходит тонкая и хитрая подмена. Народ благодаря обману полагает что это он чем-то управляет. Но вы подумайте, по ФАКТУ управляет-то НЕ НАРОД!!! Народ только голосует (да и то, одна видимость голосования, напомнить что ли как медведева выбирали).

Повторим.
Демократия при глубоком рассмотрении механизма это только обещание народного управления. Народ сам никак не управляет и управлять не может физически. А что стоит пообещать? Обещайте! Дураки верят.
Управляют — «избранные», которых сам же дурак-народ и выдвигает.

Написать меня это побудил абзац из новой статьи Б. Ф. Полторацкого:
В третьих, нам говорят про демократию в «иудейско-христианской цивилизации», а мы через историю науки физики обнаруживаем нечто совсем другое. Демократия это система самоуправления демоса, т.е. народа. А мы видим систему, управляемую тайными, подпольными организациями. Это уже никакая не демократия. И цивилизация не может называться таковой, если всеми средствами информации распоряжаются вороватые жрецы с моралью, висящей на аргументе ХПВГ.

Еще бы мы это не видели. Наметанный глаз экспериментатора, привыкшего видеть истинные явления, а не ложные посулы видит то что происходит в реальности. А именно — «система самоуправление демоса» в реальности, по факту это система избранных. Всё это потрясающе хитро устроено. Обман, незаметная, тонкая подмена смысла. Одурачиваемый народ как бы сам себя одурачивает.

P.S.
непременным условием успешного управления сложной системой является наличие обратной связи.
В применении к управлению обществом это означает, что правящая верхушка должна хотя бы каким-то образом зависеть от «низов» — то есть в конечном итоге от успешности своих управляющих действий.

http://live.cnews.ru/forum/index.php?showtopic=59330

cycyron.livejournal.com

Символ «оплота демократии» или оскал Гекаты

Главный символ США — это не кто иная как древнее божество Геката, сотворенная руками французского масона

Гека́та (др.-греч. Ἑκάτη) — древнегреческая богиня лунного света, преисподней и всего таинственного. Она была также богиней ведьм, ядовитых растений, и многих других колдовских атрибутов.

Главный символ США — это не кто иная как древнее божество Геката, сотворенная руками французского масона.

О влиянии масонства на создание США известно довольно много, начиная от отцов-основателей, до символики доллара. Пирамиды, стелы, всевидящее око и т.п. также украшают различные правительственные здания в США.

Однако, о самом главном символе США — статуе свободы — как правило, не делается никаких связей с масонством.

«Википедия» сообщает: Статуя Свободы (англ. Statue of Liberty, полное название — Свобода, озаряющая мир, англ. Liberty Enlightening the World) — одна из самых знаменитых скульптур в США и в мире, часто называемая «символом Нью-Йорка и США», «символом свободы и демократии», «Леди Свобода». Это подарок французских граждан к столетию американской революции.

Обратимся к истории создания статуи. Ее автор — не кто иной как французский скульптор Фредерик Огюст Бартольди. Прежде чем он стал скульптором Бартольди долго путешествовал по Египту, а еще служил адъютантом у Гарибальди во время франко-прусской войны. Однако время создания статуи совпадает со вступлением Бартольди в масонскую ложу (Эльзасско-Лотарингский филиал) — это был 1875 г. Статуя была установлена и открыта в Нью-Йорке 11 лет спустя. Кстати, опорные конструкции проектировал не кто иной, как Александр Гюстав Эйфель (Боникхаузен), известный своей авантюрой по присвоению огромных средств за фиктивные работы во время строительства Панамского канала, но прославившийся благодаря уродливому сооружению в центре Парижа. Эйфель тоже состоял в масонской ложе, а выпутываться из панамской аферы ему помог еще один брат по ложе, который на тот момент занимал пост премьер-министра Франции (масонство ведь выше закона!).

Что касается статуи, то в ее описании говорится, что «богиня свободы» держит факел в правой руке и скрижаль в левой. Надпись на скрижали гласит «JULY IV MDCCLXXVI», что указывает на дату принятия Декларации независимости США. Кроме того, на голове у «богини» находится корона с семью лучами, которые символизируют семь морей и семь континентов (но  морей больше чем 7 а континентов всего 6). В самой статуе 356 ступеней до короны или 192 ступени до вершины пьедестала. В самой короне расположено 25 окон, которые символизируют земные драгоценные камни и небесные лучи, освещающие мир. Полная высота композиции — 93 метра, включая основание и пьедестал, а самой статуи — 46 метров.

 Никаких аналогий с символизмом тайных обществ и античных религий. Можно провести связь с цифрой семь, которую очень любили масоны и другие тайные общества, а также разобрать и другие цифры согласно эзотерической нумерологии, хотя очевидное напрашивается само собой (впрочем, при этом натурщицей Бартольди выступила недавно овдовевшая Изабелла Бойер, жена Исаака Зингера, и предпринимателя в области оборудования каналов и швейных машин, выступавший спонсором и спонсора еврейских социалистов вместе с Ротшильдом – прим. ред.).

Некоторые полагают, что поскольку статуя изображает богиню свободы, значит — это Либера, являвшаяся божеством плодородия в древнеримской мифологии и религии. Она часто отождествлялась с богинями Прозерпиной или Ариадной и была супругой Диониса-Либера. Дионис в свою очередь — это поздняя интерпретация древнеегипетского бога Осириса, в связи с чем многие авторы видели в Либере вдову Озириса и мать Гора.

Однако вдумчивый читатель может тут же обнаружить некоторые странности — почему богиня свободы держит в руках факел? Зачем нужен факел средь бела дня? Да и упомянутые богини традиционно изображались иначе.

А вот богиня Геката, являвшейся повелительницей ада, мрака, ночных видений и колдовства изображалась именно с факелом и рогами-лучами на голове (по преданию в ее волосах еще были и змеи, как у медузы Горгоны). Кстати, считалось, что она близка различным богиням плодородия по своим хтоническим функциям.

Может быть именно эту богиню изваял скульптор-масон?

(Статуи Гекаты с факелами и мечами в древние времена ставились перед домами, чтобы «держать злых духов в страхе». Гекату связывают со языческими заклинаниями и ритуалами. В древние времена люди старались умилостивить ее, оставляя сердца кур и медовые лепешки перец своими дверьми. В последний день месяца на перекрестки приносили дары — мед, лук, рыбу и яйца, с жертвами в виде кукол, девочек-младенцев и ягнят женского пола. В Колдуны собирались на перекрестках, чтобы «засвидетельствовать почтение» ей и таким персонажам, как «Эмпуса», домовой; «Кекропсис», полтергейст; и «Мормо», вампир. Одно оккультное обращение язычников к Гекате записал в III веке Св. Ипполиит Римский в «Философумене» (полное заглавие «Философские мнения или обличение на все ереси», которое состоит из 10 книг; в первых четырех книгах автор рассматривает мнения греческих философов и предания древней языческой магии и астрологии, бывшие, по его мнению, источниками ересей в христианском мире; в пяти книгах рассматриваются еретические учения, начиная с древнейших и оканчивая сектами II в. — каллистиан и элказаитов; десятая книга представляет сокращение предшествующих):

«Прийди, адская, земная и небесная Bombo (Геката), богиня широких дорог, перекрестков, ты, которая ездит туда и сюда ночью с факелом в руке, враг дня. Друг и возлюбленная тьмы, ты, которая радуется, когда суки воют и льется теплая кровь, ты, которая бродишь среди призраков и могил, ты, которая удовлетворяешь жажду крови, ты, которая вызываешь страх в смертных душах детей, Горго, Мормо, Луна, в тысяче видов, брось свой милостивый взор на наше жертвоприношение» (русс. пер. см. «Православное обозрение» за 1871 г. протоирей. Иванцов-Платонов, «Ереси и расколы первых трех веков христианства» / совр. Из-во Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011г., Серия: Академия фундаментальных исследований: история).

Характерно, что само сочинение Ипполита Римского стало известно только с 1841 г., когда греческий филолог Костантин Миноида Мина якобы приобрел в Афонском монастыре для французского правительства часть рукописи XIV в. «Обличения», который по месту своего дальнейшего пребывания получил название «Парижской»: Parisinus suppl. gr. 464 saec. XIV, bombicinus, truncus, foll. 1-132, 137, 133-136; 215×145 mm (textus: 160×105-115 mm, 23-28 versus), он являлся частичным списком с «Философумены», которую до это связывали с Оригеном, но позднее авторсво признали за Ипполитом.

Согласно «Философумене» ее власть распространялась на состоящую из трех частей временную сферу — прошлое, настоящее и будущее. Богиня черпала свою колдовскую силу от луны, обладающей тремя фазами — новой, полной и старой. Как и Артемиду, ее повсюду сопровождала свора собак, но охота Гекаты — это ночная охота среди мертвецов, могил и призраков преисподней. Гекате приносили в жертву еду и собак, ее атрибутами были факел, бич и змеи.

http://communitarian.ru/publikacii/istoriya_taynykh_obshchestv/ctatuya_svobody_-_boginya_tmy_04072013/.

P.S.
От vladimir_krm: Лучшая шутка 2014 года прозвучала в последний момент из уст Барака Обамы

«Америка никогда не занималась колонизацией других стран и не захватывала их ресурсы. Мы никогда не принуждали людей делать то, что не можем сделать для себя сами. И кстати, если мы так поступали, добром это не кончалось. Это не лучшая из наших традиций.» — Так заявил президент США Барак Хуссейнович Обама 29 декабря 2014 года в интервью радиостанции NPR.

Август 1918 года: Оккуупационные войска США шагают по Владивостоку.

P.P.S.
отdamadiluma :
В США достигнуто новое достижение — тюрем в стране теперь больше, чем университетов и колледжей. Тюрем свыше 5000 с общим «населением» — 2.3 миллиона (четверть от количества заключенных на всей планете). Во многих штатах, количество заключенных превышает количество студентов, чемпионы — Калифорния, Флорида и Аризона. В некоторых регионах количество заключенных составляет уже от 10% до 30% от численности населения.

nellyt.livejournal.com

Велодорожки — символ демократии: igorpodgorny

Очень понравилась статья на сайте The-village.ru.
Я писал про то, как решили транспортную проблему в бразильском городе Куритиба, где уровень автомобилизации составляет 625 автомобилей на 1000 жителей (в два раза больше, чем в Москве) и, тем не менее, город не стоит в многокилометровых пробках.

Одна из улиц Боготы до и после запрета парковки в пешеходной зоне (фото с сайта The Village)

В статье на Вилладже экс-мэр Боготы Энрике Пеньялоса рассказывает о своем опыте решения транспортной проблемы.

Вот несколько цитат:
Пеньялоса отказался инвестировать в автодороги и построил на их месте пешеходные зоны, велосипедные дорожки, парки и скверы, детсады, школы и библиотеки. При нем в Боготе создали одну из лучших в мире систем общественного транспорта, TransMilenio, которая позволила сократить трафик на 40 %.
Хороший город — тот, в котором людям хочется бывать на улице. Принципы хорошего города таковы: приоритет отдается пешеходам и велосипедистам, а не автомобилям. Если говорить о передвижении по городу, на первом месте автобусы, а не личный транспорт.
Принципы хорошего города таковы: приоритет отдается пешеходам и велосипедистам, а не автомобилям. Если говорить о передвижении по городу, на первом месте автобусы, а не личный транспорт.
Разница между прогрессивным и отсталым городом заключается не в качестве автодорог или метро. Она заключается в качестве пешеходной зоны.
Есть большая опасность для многих городов мира — торговые центры. Когда они замещают общественные пространства как места встречи людей — это симптом. Он говорит нам о том, что город болен и страдает.
Парковка должна быть под землей, либо же на первом этаже, но никак не вокруг дома. Тем более если это жилой дом. В данном случае пространство вокруг здания важнее самого здания. В конституции прописано много прав: право на образование, право на здоровье, на жилье. Но там ничего не написано о праве на парковку. Это неконституционное право граждан.
С площадей нужно убирать автомобили и палатки с продавцами. Сейчас подобным занимаются во всей Европе. Если хотите, чтобы в вашу страну приезжало больше туристов, освободите свои площади</a>.
В 1960–1970-х годах президент Жорж Помпиду распорядился строить в Париже автодороги вдоль реки. Со временем пришлось признать, что это было ошибкой: дороги уничтожают всё волшебство набережных. Теперь парижане еженедельно закрывают автодороги на один-два дня, а летом — на целый месяц.
Покажите мне хотя бы один город в мире, где проблема пробок решилась достройкой дорог. Проблема лишь отступала на несколько лет, но потом пробки снова появлялись. Можете отдать машинам всё пространство, и всё равно пробки будут те же самые. Чем больше пространства вы отдаете машинам, тем больше их появится. Нужно сократить это пространство. Это политическое, а не техническое решение
.
Города могут легко решить проблемы мобильности, отдав приоритет в использовании дорожных пространств общественному транспорту. Как видите, это вопрос политический, а не технический. Каждой своей деталью город должен отражать, что его жители священны, что приоритет в этом городе — люди, а не автомобили.
Велодорожки — это символ демократии. Это означает, что каждый гражданин, который едет на велосипеде за $30, так же важен, как гражданин, который едет на машине за $30 000.

Интервью целиком здесь: http://www.the-village.ru/village/city/infrastructure/112681-lektsiya-enrike-penyalosa

P.S. Ну а у нас люди вынуждены бороться с очевидной бессмыслицей — запретом кататься на велосипедах в Александровском саду и на Красной площади

igorpodgorny.livejournal.com

Дворец Парламента — символ коммунизма или демократии? wanderound.com

Warning! This article is written with language that different of yours.

Дворец Парламента — символ коммунизма или демократии?

03 Aug 2016

Посетить парламент — один из пунктов в списке обязательных дел в Бухаресте. А так как это здание впечатляло своими размерами, я точно не хотела упустить шанс посмотреть его.


Дворец строил для себя известный румынский диктатор Николае Чаушеску. После посещения Северной Кореи, он решил построить что-то большее по масштабу и величественней. 

Так как Чаушеску был коммунистом, то дворец строился не только для его проживания, но для собраний партии, для обращения граждан и разного масштаба мероприятий. Чаушеску также был патриотом. Поэтому здание парламента построено исключительно из румынских материалов, только руками румынских рабочих, на деньги румын и для румын, конечно же. Диктатор хотел сделать из Народного дома символ коммунизма. Но сейчас это здание называют символом демократии. 


Сами румыны не очень любят Парламент, так как его строительство унесло немало жизней, ради этого было снесена почти половина старого города, ну и конечно это был сильный удар по экономике страны. А именно было снесено 22 церкви, 6 синагог и 30 тысяч строений 18-19 веков. Дворец Парламента является вторым в мире правительственным зданием по размерам после Пентагона. В нем 12 этажей — над землей и еще 8 — под землей. Стройка шла день и ночь.


Сейчас в Дворец Парламента организовывают экскурсии, там заседает парламент, многие комнаты можно арендовать под конференции или выставки, а также 3 зала свободно может арендовать любой желающий под свои вечеринки. Тут часто отмечают выпускные и свои праздники проводят большие фирмы и банки. А также ежегодно в Дворце Парламента проводится новогодний бал, куда может прийти любой желающий. Вход стоит от 100 до 500 евро, в зависимости от выбранного меню.

Из интересного во Дворце:

— сейчас в здании вы не найдете ни одного портрета или скульптуры
Николае Чаушеску, после его расстрела произошла глобальная
декоммунизация;

— все ковры делались отдельно для каждой комнаты, и все 
они повторяют рисунок на потолке;

— самый большой ковер во Дворце весит около трех тонн и найти его можно в
Зале Униря;

— здесь находится самый большой канделябр из хрусталя — масса
его пять тонн

— на строительство было потрачено около 1 миллиона м3 мрамора, 3500 тонн хрусталя, 700 тыс. тонн стали и бронзы;

— по приказу Николае Чаушеску парадная лестница строилалась три раза: один
раз перестроили из-за его низкого роста приказал сделать ступени
высотой 14-16 см; второй раз из-за безумного желания диктатора 
спускаться одновременно из любой из двух зеркальных лестниц;

— так как Чаушеску хотел говорить не только с трибуны, но и выступать
для большой публики, был спроектирован большой балкон с видом на главную
площадь. Но балкон закончили лишь после смерти диктатора. Первым, кто
произнес речь с балкона бывшего символа коммунизма стал Майкл Джексон,
который поприветствовал Румынию.


В целом посещение Дворца Парламента очень интересный опыт, но он точно не стоит тех денег. Я бы посоветовала взять экскурсию лишь на террасу и балкон, а парадную лестницу вы увидите по пути. Для входа в здание необходим паспорт или id-card, обязательно оригиналы. Также, если вы студент или вам нет 26 лет, то получите существенную скидку. За возможность сделать фотографии нужно дополнительно заплатить и при входе вам дадут дополнительный бейджик. Хотя на экскурсии нам напомнили об оплате, но позже никому фотографировать не запрещалось.


Ну и на сладенькое — видео саунд-чека культовой группы Iron Maiden с лучшей обзорной площадки Бухареста.

wanderound.com