Внешние и внутренние угрозы россии: Внутренние угрозы России — ОБЖ: Основы безопасности жизнедеятельности

Содержание

(PDF) Внешние и внутренние угрозы информационной безопасности России

ISNN 1812-1853 • РОССИЙСКИЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ • 2010 ТОМ 7 № 5-6

113

всеобщего сведения органами государственной власти и органами местного

самоуправления.

Следующая категория защищаемой информации – эта информация ограни-

ченного доступа, находящаяся в любом режиме конфиденциальности. Но роль

государства принципиально различна в обеспечении различных режимов.

Общедоступную информацию следует защищать от блокирования доступа,

уничтожения, модификации (искажения). Информацию ограниченного доступа – от

уничтожения, модификации, незаконного копирования, разглашения, незаконного

доступа, незаконного использования [4].

Учитывая глобальный характер процессов информатизации и появление

международной киберпреступности, мировое сообщество должно иметь меж-

государственные организационные структуры но координации работ в области

информационной безопасности.

Основным международным органом является Организация Объединенных

Наций и созданный ею Совет Безопасности. Эти органы координируют усилия госу-

дарств по осуществлению мероприятий в области обеспечения информационной

безопасности и борьбы с преступлениями в сфере информационных технологий.

Спорные вопросы на межгосударственном уровне решает Международный суд.

Система обеспечения информационной безопасности Российской Федерации

строится на основе разграничения полномочий органов законодательной, испол-

нительной и судебной власти федерального уровня, уровня субъектов Российской

Федерации, ведомственных структур, а также служб предприятий и организаций.

Итак, в связи с новейшими научно-техническими достижениями в области

информатики и информационных технологий современное соперничество го-

сударств и других объектов социальной природы характеризуется появлением

нового фактора – информационного. Через целевое воздействие на информаци-

онную среду реализуются угрозы национальной безопасности в различных сферах

человеческой деятельности. В политической сфере все большую значимость при-

обретает информационно-психологическое воздействие с целью формирования

отношений в обществе, его реакции на происходящие процессы. В экономической

сфере растет уязвимость экономических структур от недостоверности, запаз-

дывания и незаконного использования экономической информации. В военной

сфере исход вооруженной борьбы все в большей степени зависит от качества

добываемой информации и уровня развития информационных технологий, на

которых основываются системы разведки, радиоэлектронной борьбы, управления

войсками и высокоточным оружием. В сфере духовной жизни возникает опасность

развития в обществе с помощью электронных средств массовой информации

агрессивной потребительской идеологии, распространения идей насилия и не-

терпимости и других негативных воздействий на сознание и психику человека.

Информационная среда, являясь системообразующим фактором во всех видах

национальной безопасности (политической, экономической, военной, и др.), в то

же время представляет собой самостоятельный объект защиты.

49. Внешние угрозы национальной безопасности. Национальная экономика

Читайте также

3. Оценка информационной безопасности бизнеса. Проблема измерения и оценивания информационной безопасности бизнеса

3. Оценка информационной безопасности бизнеса. Проблема измерения и оценивания информационной безопасности бизнеса 3.1. Способы оценки информационной безопасности Организации, бизнес которых во многом зависит от информационной сферы, для достижения целей бизнеса

Тема 34 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ.

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ И УГРОЗЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Тема 34 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ. НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ И УГРОЗЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 34.1. Природа безопасности. Уровни и виды безопасностиПрирода безопасности. Понятие «безопасность», согласно словарю Робера, стало употребляться с 1190 г. Оно означало спокойное

Вопрос 50 Внешние эффекты и внешние издержки.

Вопрос 50 Внешние эффекты и внешние издержки. ОТВЕТВНЕШНИЕ ЭФФЕКТЫ (экстерналии) – это воздействие экономических субъектов, участвующих в данной сделке, на третьих лиц, не принимающих участия в сделке; факторы, которые не учитываются при определении валового

4. Понятие национальной и экономической безопасности. Концепция национальной экономической безопасности России

4. Понятие национальной и экономической безопасности. Концепция национальной экономической безопасности России Потребность в безопасности – устранении нежелательного воздействия, ведущего к кардинальным деформациям, представляет собой одну из основных потребностей

5. Внутренние и внешние угрозы национальной экономической безопасности

5. Внутренние и внешние угрозы национальной экономической безопасности В процессе создания и поддержания национальной экономической безопасности возникают ключевые причины, которые могут ее нарушить, угрозы. Основные угрозы определены в Концепции национальной

6. Федеральные, региональные и местные институты обеспечения национальной экономической безопасности

6. Федеральные, региональные и местные институты обеспечения национальной экономической безопасности Национальная экономическая безопасность представляет собой направлением деятельности государства, обеспечивающее устойчивое функционирование и развитие

46. Понятие национальной экономической безопасности

46. Понятие национальной экономической безопасности Потребность в безопасности – устранении нежелательного воздействия, ведущего к кардинальным деформациям, представляет собой одну из основных потребностей как индивидуума, так и в целом всего общества. В современных

47. Концепция национальной безопасности Российской Федерации

47. Концепция национальной безопасности Российской Федерации Концепция национальной безопасности Российской Федерации представляет собой систему основных положений, направленных на обеспечение в Российской Федерации безопасности личности, общества и государства от

48. Внутренние и внешние угрозы национальной экономической безопасности

48. Внутренние и внешние угрозы национальной экономической безопасности В процессе создания и поддержания национальной экономической безопасности возникают ключевые причины, которые могут ее нарушить, угрозы.Основными внутренними угрозами национальной экономической

50. Федеральные, региональные и местные институты обеспечения национальной экономической безопасности

50. Федеральные, региональные и местные институты обеспечения национальной экономической безопасности Концепция национальной безопасности Российской Федерации определяет определенные государственные и региональные институты, обеспечивающие реализацию национальной

7.

1. Основные внутренние угрозы национальной безопасности

7.1. Основные внутренние угрозы национальной безопасности Национальная политика в стране — если руководствоваться прагматической логикой, то есть исходить из полезности или вредности политических мер, — может строиться в основном исходя из одного критерия: критерия

Нищий офицер — угроза национальной безопасности № 1

Нищий офицер — угроза национальной безопасности № 1 Многомиллионная армия сотрудников силовых ведомств России, лишенных достойного денежного содержания, жилья, гарантированной высокой пенсии, реальной возможности предоставить своему ребенку хорошее образование, а

Глава 12 Рождение государства национальной безопасности

Глава 12 Рождение государства национальной безопасности «Быстрейшее наращивание политической, экономической и военной силы… является единственным курсом, который совместим с прогрессом в достижении нашей фундаментальной цели. Расстройство кремлевской схемы требует,

Доклад Совета национальной безопасности 68 и фантом «образа врага»

Доклад Совета национальной безопасности 68 и фантом «образа врага» Ведущие круги внутри и вокруг правительства Трумэна к концу 1949 года пришли к выводу, что единственным средством мобилизовать жертвенные чувства американского населения ради значительного наращивания

Совет Безопасности Российской Федерации

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, радиостанции «Маяк» и «Вести FM». Год назад в структуре государственной власти появилась новая должность, которую Вы заняли, – заместитель председателя Совета безопасности. Как прошёл год, что удалось сделать, какие приоритеты на нынешний год? Что Вы считаете самым актуальным из угроз национальной безопасности России, что для Вас сейчас является основной работой?

Д.Медведев: Спасибо. Не буду говорить банальности, все прекрасно понимают, что прошлый год прошёл очень напряжённо. И дело не в появлении какой-то должности или в моих перемещениях, а именно в силу тех причин, которые породили это напряжение. Прежде всего, конечно, это пандемия нового коронавируса, с которым боролся и борется весь мир. Это предопределило в значительной степени сценарий развития большинства стран, нашей в том числе, и реагирования на угрозы. Реагирования теми в том числе средствами, которыми располагает Совет безопасности.Помимо стандартных угроз, которые всегда существуют для любой страны, – внутренние, внешние, включая преступность, проблемы, связанные с миграцией, терроризм, борьбу с другими проблемами, которые существуют в мире, обеспечение стратегической стабильности, да и просто подготовка стратегических документов, чем, собственно, тоже Совбез занимается, – всё-таки то, что связано с эпидемией, было выдвинуто на передний план. Поэтому этим занимались все: этим занимался президент страны, этим занималось правительство, безусловно, этим занимался в том числе Совет безопасности и ваш покорный слуга, поскольку это тоже одно из направлений деятельности. Для этого были созданы необходимые механизмы, которые и были использованы: различного рода комиссии, решения, рекомендации, доклады, которые обычно Совет безопасности готовит для главы государства, – всё это было в периметре внимания. Ещё раз подчеркну, что всё это прошло под очевидным давлением проблемы, связанной с эпидемией новой коронавирусной инфекции.

С другой стороны, очевидно, что для меня прошедший год тоже был особенным, поскольку я занимался уже несколько другими вещами. Не могу сказать, что они для меня совсем новые, поскольку я этими проблемами занимался на других должностях. Я так или иначе с ними был связан, когда руководил администрацией президента, и, конечно, я этими проблемами занимался и как председатель Совета безопасности, то есть как президент страны. Поэтому ничего существенно принципиального, чего бы я в этом плане не знал, конечно, в моих обязанностях не появилось. Но задач от этого меньше не стало. Я напомню, что Совет безопасности – это орган, который создан, по сути, для того чтобы помогать президенту исполнять его конституционные полномочия в сфере безопасности, противодействия различным угрозам. И надеюсь, что этот орган в целом с этими задачами справляется. Вот этим пришлось заниматься на протяжении всего 2020 года.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, «Газета.ру». Вы в принципе перечислили набор угроз, которыми Совет безопасности озабочен, вопросы, которыми он занимается, Вы сами даже их сейчас дифференцировали на внешние и внутренние. Но у нас, в медиа, когда мы про угрозы говорим и публика когда об этом рассуждает, почему-то всегда воспринимают угрозы как нечто внешнее. То есть, даже если внутри у нас что-то происходит, всё равно говорится об этом так, как будто кто-то снаружи подзуживает. Могли бы чуть конкретнее сосредоточиться, сформулировать, указать на угрозы, которые Вы сами считаете внутренними, про которые можно так сказать: «наша внутренняя угроза».

Д.Медведев: Вы знаете, на любую проблему можно смотреть по-разному. Можно смотреть на неё как на некий вызов, который предполагает принятие тех или иных решений, в том числе позитивный вызов, да? А можно смотреть на проблему как на угрозу. Задача Совета безопасности и вообще органов, которые обеспечивают безопасность в любой стране, именно заключается во втором. То есть нужно смотреть на эти проблемы с точки зрения того, что они угрожают порядку в стране, они могут дестабилизировать ситуацию. В этом есть некий такой, может быть, даже профессиональный перекос, но это правильно, поскольку у любого органа свои задачи. Поэтому и на проблемы внутри страны, на большое их количество можно смотреть как на угрозу стабильному развитию нашего государства, нашего Отечества.

Я уже также говорил, что никто не снимал с повестки дня терроризм. Это тоже относится к тем проблемам, которые существуют не только по внешним границам нашей страны, это взаимопроникающие вещи, но и внутри страны эта проблема у нас существует. Она на Кавказе существует и в некоторых регионах так или иначе периодически появляются проявления террористической активности. Да, они часто связаны с иностранной активностью, но считать, что это в чистом виде иностранная активность, неправильно. Потому что адепты терроризма и террористических методов ведения политической борьбы (и вообще борьбы) есть и внутри страны, это совершенно понятно, и не только у нас, конечно. Поэтому всё это остаётся в числе внутренних угроз стабильности и безопасности нашей страны. Этим нужно заниматься практически каждый день.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, ТАСС. Я хотел бы вернуться к вопросу пандемии. Вы в Совбезе, я так понимаю, напрямую вовлечены в борьбу с пандемией. Хотел у Вас спросить, когда руководство России поняло, что это пандемия, что коронавирус – это всерьёз и надолго, что это угроза исторического уровня? В декабре, когда пошли первые сообщения из Уханя, это так воспринималось, может быть, в закрытом режиме, в январе-феврале? И оглядываясь назад сейчас, что-то, может быть, надо было по-другому сделать в январе-феврале, зная о том, какие будут масштабы, или всё было сделано правильно тогда?

Д.Медведев: Для того чтобы осознать масштаб угрозы, нужно получить достоверные данные. С этим не всё было просто, но я могу сказать прямо: уже к началу февраля у нас всех было понимание того, что это серьёзная проблема. Что она превратится во вселенскую проблему, может быть, тогда не было ощущения, поскольку в истории человечества, конечно, пандемии бывали, но это было давно, и тогда на них не было такой реакции, как сейчас, именно в силу понятных причин. Я даже припоминаю, что один из первых докладов на эту тему я написал президенту, может быть, спустя две недели после своего назначения на должность, то есть в самом начале февраля. То есть понимание того, что это серьёзная угроза, вне всякого сомнения, было, что позволило, кстати, нам подготовиться, на мой взгляд, гораздо лучше, чем многим европейским странам.

Здесь сказалось два фактора. Во-первых, мы действительно начали готовиться к этому: в правительстве был создан оперативный штаб, коллеги начали постоянно встречаться, работать, принимать решения, вырабатывать рекомендации, даже ещё не понимая до конца протоколов лечения и так далее, потому что всё это нарабатывалось с опытом. Тем не менее эта работа пошла. А вторая, может быть, составляющая заключается в том, что в целом, несмотря на все проблемы, которые существуют в нашей системе здравоохранения, которая постоянно, естественно, подвергается критике, – в значительной части, в значительном числе случаев обоснованной, – всё-таки наша система оказалась готова лучше, поскольку вот эти черты, которые она сохранила от советской системы, в частности достаточно большое количество коек, большой коечный фонд, он помог на первых порах справиться с этой проблемой лучше, чем в других странах. Это сказалось на разных моментах, в том числе и на количестве людей, которые получали помощь, вылечивались, и на статистике по смертности. Поэтому понимание было.

Естественно, ничего не бывает идеального, наверное, были и какие-то ошибки. Кстати сказать, и президент об этом говорил, когда, допустим, были проблемы, связанные с выплатами медикам, но это всё-таки технологические моменты, а осознание того, что это серьёзная угроза, я думаю, в нашей стране появилось на самом высоком уровне практически сразу же. Надеюсь, что и сейчас в этом ключе работают все, кто этим занимается.

Вопрос: РИА Новости. Тоже в продолжение вопроса коллеги: будут ли допущены на российский рынок иностранные вакцины, такие как Pfizer, как Moderna? Или, наоборот, здесь стоит придерживаться некоего строгого протекционизма и не разрешать иностранным вакцинам функционировать на нашем рынке?

И второй вопрос – по поводу гонки вакцин. Сейчас мы видим в Европе ситуацию, когда страны сильно ругаются, говорят, что им не хватает, или, наоборот, кто-то пытается купить больше, чем нужно, или пытается, наоборот, не пустить… Считаете ли Вы, что это будет некой глобальной проблемой, когда развитые и богатые страны смогут её получить, а бедные – нет, и это приведёт к новому неравенству и новому всплеску какого-то кризиса?

Д.Медведев: Ещё раз говорю, Совбез занимается просчётом рисков и реакцией на угрозы. Один из характерных примеров – это так называемая антибиотикорезистентность. Я специально на эту тему недавно как раз проводил заседание комиссии, совещание. К сожалению, так получилось, что человечество, изобретя антибиотики, можно сказать, после Первой мировой войны, стало активно их поглощать и принимать по всякому поводу. Плюс, к сожалению, в составе ряда продуктов такие антибиотики тоже встречаются. Очень часто антибиотики применяются при выращивании мяса, в смысле при подготовке мясных продуктов.

Медики, учёные стали говорить, что, к сожалению, очень многие группы антибиотиков перестали работать, что и так плохо, а в период пандемии просто смертельно опасно, когда человеку нужно получать антибиотики, а этот антибиотик не работает. Нужно подбирать всё новые и новые, так называемые резервные, препараты.

Это большая проблема, которой должно заниматься всё человечество и по которой нам нужно и научные изыскания проводить, и договариваться с партнёрами. Кроме того, отказаться, скажем по-честному, от закупок антибиотиков, которые не работают. Очень часто эта проблема вылезала, что называется, потому что покупают какие-нибудь дешёвые иностранные препараты – это могут быть и фирменные, что называется, препараты, и дженерики, – а эти препараты уже там не используются, потому что уже человеческий организм на них почти не реагирует. Поэтому такого рода работа, по сути, и была развёрнута в Совете безопасности.

А теперь в отношении вакцин, о чём вы сказали. Понимаете, я не думаю, что должна быть какая-то гонка вакцин. Более того, конечно, вакцины должны работать везде. Я ещё, по-моему, в апреле написал небольшую заметку на эту тему, смысл которой заключался именно в сотрудничестве разных стран по вакцинированию и в понимании того, что невозможно провакцинировать одну отдельно взятую счастливую страну, а по её границам всё будет как прежде. Потому что люди всё равно общаются, так или иначе вирус может проникнуть. Поэтому, хотя это вызвало тогда критику, я ещё раз об этом скажу: конечно, вакцинация должна проходить во всех странах, и не только в развитых, но и в слабых странах. И сейчас это большая проблема, на эту тему выступает Генеральный директор ВОЗ, ряд других международных чиновников. Поскольку крупные страны начали производить вакцины, а туда ещё никто не добрался, и если этого не будет, то проблема сохранится гораздо более долго, чем нам бы того хотелось.

И понятно, что здесь не должно быть соперничества, здесь должно быть сотрудничество, здесь должен быть разумный обмен информацией. Понятно, что в таких объёмах вакцину нужно выпускать на коммерческих началах – я имею в виду, для самой медицинской промышленности это не может быть пионерским заданием, – но в то же время очевидно, что каждая страна сейчас думает прежде всего о своём населении, и это совершенно нормально.

Вопрос: Но в итоге будет иностранная вакцина на российском рынке?

Д.Медведев: По поводу иностранной вакцины. У нас вакцины оцениваются, как и в любой другой стране, по принципам эффективности и безопасности. У нас есть свои вакцины, всем теперь хорошо известные. Это «Спутник V», это «ЭпиВакКорона», которая производится новосибирским центром «Вектор», и недавно совсем поданы документы на вакцину Центра имени Чумакова. Они все разные с точки зрения их биологических компонентов и тех средств доставки противодействия вирусу, которые используются. Напомню, что «Спутник V» основан на использовании аденовирусов, причём двух разных компонентов, а «ЭпиВакКорона» – там синтезированный белок специальный, по сути представляющий из себя кусочки, нарезку отдельных элементов этого коронавируса, наиболее важных для того, чтобы у человека сформировался иммунитет. Ну и, наконец, вакцина Центра имени Чумакова, она как бы самая классическая, поскольку представляет собой инактивированный SARS COVID-19, то есть вирус атипичной пневмонии коронавирусной, и работает уже по тем принципам, по которым работают вакцины уже 200 лет. У нас эти вакцины прошли апробацию, они признаны безопасными, и они должны применяться, и на это мы делаем основной упор.

Что касается иностранных вакцин, то, во-первых, нам их ещё никто не предлагает особо. Потому что каждая страна хочет прежде всего удовлетворить свои нужды, хочет провакцинировать своё население, это абсолютно нормально, и наша позиция такая же. Но тем не менее инициативы на эту тему есть, и китайцы с такими предложениями вышли. Естественно, они будут самым внимательным образом проанализированы. Если тот или иной препарат будет признан эффективным и безопасным, он может появиться на нашем рынке. Но сейчас основная задача всё-таки состоит в выпуске наших вакцин и достижении необходимых показателей. А речь идёт о том, чтобы практически по каждому из названных направлений, по каждому препарату в месяц производилось несколько миллионов доз вакцины. Во всяком случае по «Спутнику» такая задача стоит к середине года до 30 млн доз произвести, по «ЭпиВакКороне», по «Вектору» – там тоже такие значительные цифры, которые необходимо масштабировать и тиражировать и которые, я надеюсь, тоже будут исполнены, и по третьей вакцине тоже. Такая ситуация.

Вопрос: «Интерфакс». Я хотела в продолжение коллеги задать вопрос. Наши вакцины в принципе доказали свою эффективность, но при этом развитые страны принципиально не проявляют интереса к их закупке, в основном Pfizer и Moderna. Как Вам видится, в чём причина этого? Это политический какой-то мотив или какие-то другие обстоятельства? По Вашим прогнозам, сколько вакцин российских будет на нашем рынке к концу года? Может ли быть больше трёх? И хотелось бы узнать Ваше мнение по поводу так называемого сертификата вакцинированного. Поручение такое давал президент правительству, но, может быть, Совет безопасности тоже занимается этим вопросом. Спасибо!

Д.Медведев: Смотрите, ещё раз подчеркну, что мы вообще никому ничего не навязываем. Наша задача сегодня заключается в том, чтобы было достаточное количество хорошо работающих вакцин для населения нашей страны. Эта задача приоритетная, и надеюсь, что она будет решена теми темпами, о которых я сказал.

Я, кстати, через некоторое время всё равно соберу товарищей своих и из правительства, и из администрации президента, где есть коллеги, которые этим занимаются, и из других структур, мы поговорим о том, как это производство идёт. Но сейчас уже можно говорить о том, что мы вышли на достаточно высокие темпы этого производства. Произвести нужно десятки миллионов доз вакцин до конца года по каждому направлению, в смысле каждой вакцины. Это должны быть очень значительные цифры. Именно в силу потребности нашей страны и того, что мы все прекрасно понимаем, что так называемый популяционный иммунитет может появиться только при достижении определённых показателей по вакцинированию и по числу переболевших. Учёные называют разные цифры, но все говорят где-то о двух третях, или 70% населения плюс-минус. Поэтому именно такой запас обязательно должен быть произведён, для того чтобы мы чувствовали себя спокойно и эта эпидемия, эта пандемия перешла в контролируемое измерение.

Что касается интереса к нашей вакцине – он есть. С целым рядом стран уже подписаны документы. Этим занимается у нас Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), делает это достаточно успешно, подписываются соглашения. Причём эти соглашения есть двух видов. Первое касается поставки пробных партий, и в этом случае мы, естественно, должны поставлять вакцину с наших заводов при понимании, конечно, приоритетности внутреннего рынка. А второй способ, он более адекватный, – это когда нашу вакцину начинают производить в том государстве, которое купило права, под нашим контролем. Мы на эту тему договорились с некоторыми государствами в Латинской Америке. Если говорить о Евросоюзе, там действительно упор больше на другие вакцины. Тем не менее вы слышали, что с Венгрией есть соответствующее соглашение, ведутся переговоры с Германией, и, по сути, сейчас наши коллеги из РФПИ занимаются регистрацией нашей вакцины «Спутник V» в Евросоюзе, чтобы не было каких-то вопросов, связанных с медицинской составляющей этой вакцины.

Есть ли здесь политика? Конечно, есть. Во всём есть политика. Где-то есть давление, где-то есть неконкурентные, наверное, способы борьбы со стороны фармацевтических компаний, есть желание где-то попридержать Россию и так далее. Но мне кажется, что это всё зря. Зря почему? Потому что для борьбы с пандемией, скажем так, по-простому, все средства хороши. Если помогает российская вакцина, надо её покупать, а не умничать и не говорить, что вот мы не до конца доверяем русским или вакцина прошла мало испытаний, притом что иностранные вакцины уж точно не показывают лучших результатов. Не буду критиковать ничего, потому что это тоже будет неправильно, но во всяком случае они точно не выглядят лучше, чем российская вакцина.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, если позволите. Вы, по-моему, нигде не рассказываете, как Вы сами эту пандемию проживаете, родные, близкие…

Д.Медведев: Рассказывал.

Вопрос: Рассказывали? Ну напомните нам тогда, раз Вы так подробно знаете, какая вакцина работает…

Д.Медведев: А Вы не знаете ещё? Мне кажется, это сейчас все знают.

Вопрос: Сами выбрали для себя? И будете ли вакцинироваться?

Д.Медведев: Ну если говорить о том, как мы все переживаем эту пору, может быть, это покажется несколько странным, но, я думаю, мы все в значительной степени испытываем одни и те же неприятности. В чём они заключаются? В том, что гораздо меньше стало общения, контактов. Необходимо постоянно проверяться, для того чтобы понять, что со здоровьем происходит, и так далее. То есть пандемия не способствует развитию человеческих контактов, если говорить о жизни в офлайне. А всё-таки основная часть жизни идёт в офлайне, я напомню даже тем, кто представляет интернет-СМИ. Хотя у кого как, это тоже возможно. Это первое.

Второе. В отношении того, как семья моя проживает. Собственно, так же и проживает: меньше общается с друзьями, сын меньше общается с друзьями, меньше каких-то возможных поездок и так далее.

Вы про вакцинацию ещё спрашивали?

Вопрос: Я спрашиваю, планируете ли Вы сами вакцинироваться?

Д.Медведев: А я провакцинировался уже месяца два назад.

Вопрос: Какой?

Д.Медведев: Одной из российских вакцин. Почему я именно так говорю? Чтобы не возникало ощущения, что какая-то вакцина лучше другой. Здесь ведь вопрос в чём? Вакцинация – это всегда индивидуальная история: надо кровь сдать, надо понять, в каком состоянии и в каком иммунном статусе пребывает твой организм. Это от возраста зависит, к сожалению, от пола зависит – как известно, мужчины тяжелее переносят эту коронавирусную инфекцию, – и от целого ряда других причин. Поэтому все наши вакцины эффективны и дееспособны, но если выбирать какую-то, нужно проконсультироваться с врачом, говорю абсолютно прямо и откровенно. Но сделать это надо.

Вопрос: А как Вы перенесли?

Д.Медведев: Очень спокойно.

Вопрос: Без последствий?

Д.Медведев: Без последствий.

Вопрос: Без температуры?

Вопрос: А Вы уже две прошли?

Д.Медведев: Да, но я два месяца назад уже привился. В этом смысле никаких последствий не было. Но это тоже индивидуальная история. Знаете, обычно говорят о чём? Наоборот, у того, кто переболел после вакцинирования, иммунный ответ сильный, значит, у него защита может быть сильнее: антител больше, всякие коэффициенты выше и так далее. Но это тоже не всегда. Очень всё индивидуально.

Я как-то говорил на эту тему с нашими учёными, они сказали мне такую вещь: в принципе информацию о том, как человек будет болеть, содержит одно, но главное, так сказать, звено – это наш с вами иммунный статус и наш геном. Если бы у каждого из присутствующих, вообще у каждого человека на Земле, был расшифрован геном, наверное, это когда-то будет, это не бог весть как сложно, хотя это всё-таки определённые затраты, то в принципе сразу можно сказать, что вот этой болезнью человек будет болеть сильнее, а эта для него не представляет угрозы. И я уверен, что рано или поздно на уровне таких больших данных, если геномная информация будет должным образом расшифрована и обработана, мы сможем получить полную картину о себе и понимать, где для нас есть какие угрозы. А самое главное, медики будут понимать, вплоть до того, какую группу препаратов к конкретному человеку применять, если он заболел, не только коронавирусной инфекцией, но и другими тоже.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, убила ли пандемия Вашу красивую идею о четырёхдневной рабочей неделе? Потому что сейчас она, собственно говоря, и так осуществляется.

Д.Медведев: Тогда точно не убила, а оживила.

Реплика: Но Вы же сказали, что не способствует развитию человеческих контактов, а тут всё наоборот, потому что люди сейчас, которые на удалёнке…

Д.Медведев: Я сказал иначе, я сказал, что не способствует развитию человеческих контактов в офлайне, или при реальном общении.

Вопрос: Но сейчас как раз есть возможность у многих, кто временно на удалёнке, на постоянной основе как раз больше общаться, поэтому имеется ли смысл, после того как всё закончится, опять возвращаться к тому, чтобы эта идея была реализована?

Д.Медведев: Мне кажется, что эта идея самоценна как идея, то есть ценна сама по себе. Действительно, человечество движется в сторону, когда должно быть больше пространства, для того чтобы жить, для того чтобы отдыхать, для того чтобы правильным образом строить свой рабочий день. Недаром в ряде компаний, я же поэтому об этом сказал в первый раз, выступая в Международной организации труда, четыре дня – это точно лучше, чем пять. Но никто из сидящих за этим столом не помнит – и я, кстати, практически не помню, – но вообще-то в Советском Союзе была шестидневка, и в других странах была шестидневка. Потом стала пятидневка.

Одно время в советский период были так называемые чёрные субботы, когда людей заставляли работать, – был специальный график, когда всё равно нужно приходить на работу. Я не говорю о непрерывном цикле производства и о тех видах сервиса, которые всё равно должны быть каждый день. Нет, я говорю о стандартном виде работы. Так вот, четырёхдневка очевидно в ряде случаев даёт определённые преимущества без всякой пандемии, поскольку создаёт для человека более эффективный режим распоряжения свободным временем, но при этом не должна падать производительность труда, не должны падать показатели выработки, не должны происходить какие-то другие проблемы. Если это удастся совместить, тогда эта идея сможет заработать более широко. В ряде компаний эта идея появилась, я ещё раз напомню, до пандемии, и в ряде стран она обсуждалась. Но это не значит, что мы завтра должны сразу же перейти к этому, потому что, когда я это сформулировал, сразу же посыпались упрёки: «Куда нам сейчас, на какие четыре дня, мы и в пять-то дней не укладываемся, а надо, чтобы экономика росла…» Конечно, речь идёт не о том, чтобы перейти на четырёхдневку в ущерб развитию экономики.

Пандемия внесла свои краски в эту историю. Понятно, что значительная часть людей перешла на удалёнку и действительно трудится уже не пять, а четыре дня и по другому графику, а кто-то вообще иначе строит свой рабочий день. Поэтому я думаю, что мы к этой идее вернёмся, тем более что «Единая Россия» сформулировала пакет предложений – это было в мае, начале июня – по реформированию трудового законодательства, регулированию удалённого режима работы, режима рабочего времени, свободного времени, гарантий, компенсаций за это, то есть по полной программе. Эти изменения в Трудовой кодекс были приняты Федеральным Собранием и подписаны президентом, то есть они уже работают.

Вопрос: Кстати, чёрная суббота, как Вы сказали, уже вернулась к школьникам, скорее всего, потому что, говорят, они очень сильно отстали, и школы сейчас самостоятельно будут принимать решения. О них-то кто-то заботится тоже, чтобы их права защищались?

Д.Медведев: Школьников?

Реплика: Да. 

Д. Медведев: Для этого у нас есть Рособрнадзор и Министерство просвещения, они должны за всем этим следить. Ну и, конечно, мы со своей стороны тоже приглядываем.

Есть разные точки зрения на удалённое образование, как и в любом процессе, есть и плюсы, и минусы. Плюсы очевидны, они заключаются в том, что даже в период пандемии можно продолжить обучение. Минусы тоже очевидны: далеко не все вещи, скажем по-честному, можно растолковать из компьютера, нужен прямой контакт между преподавателем и учеником или преподавателем и студентами в университете. Поэтому будущее образования, на мой взгляд, в сочетании удалённой системы образования и нормальной

Если говорить не только о школьниках, но и о студентах, смотрите: раньше все наши крупные вузы, бизнес-школы мечтали о том, чтобы заполучить какого-нибудь хорошего иностранного профессора. Это дорого, и нужно ещё убедить человека приехать в нашу страну. А сейчас практически у всех выравнялись условия: светила той или иной степени сидят у себя дома и рассказывают о том, что нужно делать, и всё это упростило общение и возможности по такого рода контактам. Мне об этом рассказывали коллеги, которые занимаются бизнес-образованием, в частности по бизнес-школе «Сколково», но такие же процессы идут и в обычных университетах.

Коллега же сказал про шестидневку в школе. Но опять же, понимаете, мы все же с высоты своего опыта всегда на это смотрим. Я вообще не понимаю, что такое пятидневка в школе, я всегда учился шесть дней, все десять классов. Но так было в советские времена, а потом всё уложили в пять дней. Мы сейчас говорили о том, что рабочая неделя может быть четырёхдневной. Мы не знаем, может быть, способы передачи знаний, коммуникаций между преподавателем и студентом, между преподавателем и учеником в школе, какие-то иные навыки в этой сфере позволят когда-то получать образование и за четыре дня. Но сейчас, в период пандемии, на мой взгляд, очевидно, есть проблема, на которую нужно профессиональному сообществу обратить внимание. Об этом недаром сигнализируют родители.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, позвольте перейти к внешней политике. Наверное, будет странно задать первый вопрос не про США – вот, собственно, про США. Началась работа новой администрации. Четыре года назад, когда предыдущая администрация вступила в силу, у нас здесь некоторые аплодировали. Вот сейчас, по прошествии четырёх лет, насколько, можно считать, уместными были эти аплодисменты? Как Вы вообще можете охарактеризовать российско-американские отношения за четыре года при Трампе и, собственно, чего мы ждём при администрации Байдена? И ждём ли мы усиления санкций, ухудшения отношений?

Д.Медведев: Период работы предыдущей администрации – это период разочарования. Поскольку сам президент Соединённых Штатов, бывший уже, Дональд Трамп, действительно был такой дружелюбный человек, всячески демонстрировал настрой на то чтобы, как он говорил, поладить с русскими, но у него ничего не получилось. Во-первых, в силу того, что его категорически не воспринимала часть американского истеблишмента – и сейчас не воспринимает – и ставила палки в колеса. Правда, это делали не только демократы, это делали и республиканцы. И поэтому его желание, и тот саммит, который прошёл в 2018 году, в том числе по инициативе американцев, ни к каким результатам не привели. Наверное, он этих результатов хотел. Его всё время упрекали в том, что он пляшет под дудку русских, что он чуть ли не является нашим агентом. Естественно, загнали его в такой угол, из которого ему было очень трудно выбираться. Поэтому всё это обернулось продолжением, таким не прекращающимся потоком дополнительных санкций. Он же как балансировал? Он всё время говорил: «Да, я хочу поладить с русскими, но я самый жёсткий президент по отношению к России» и так далее. Этот баланс привёл к тому, что никакого движения, по сути, не было. Были сплошные санкции. То «Северный поток», то отдельные компании, люди, и всё это продолжалось и продолжалось и закончилось тем, что в итоге даже переговоры по стратегической компоненте, по стратегической стабильности развалились. Американцы вышли из Договора по открытому небу, американцы, прежняя администрация, по сути, пустили под откос до согласования продление СНВ-3, Договор о ракетах средней и малой дальности. То есть, по сути, даже по этому вопросу не удалось выстроить продуктивный диалог.

Как будет с новыми коллегами, я не знаю. Хотя я не так давно на эту тему тоже определённую заметку опубликовал с какими-то своими ощущениями. Они в большей степени сводятся к тому, что вряд ли будут какие-то существенные изменения, поскольку наши партнёры по переговорам – и новая администрация, и президент Байден – судя по всему, они пока не считают целесообразным, скажем так аккуратно, нормализовывать отношения с Российской Федерацией, что, на наш взгляд, неправильно. Об этом говорил неоднократно президент Путин, ну и, естественно, я такой же точки зрения придерживаюсь.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, а с кем-то из новой администрации США Вы поддерживаете отношения? Планируются ли какие-то контакты?

Д.Медведев: Поддерживать отношения – это такая широкая формулировка.

Вопрос: Ну знакомы ли?

Д.Медведев: Вообще мы, как любая страна, работаем с той администрацией, с тем президентом, с тем лидером государства, которого избрал народ. И для нас не имеет значения, в Америке это демократ или республиканец, он должен быть просто легитимным лицом, легитимным президентом. С Байденом я знаком, мы с ним встречались. Одна из встреч, хорошо помню, прошла по приглашению Сильвио Берлускони. Он нас как-то, я ещё президентом страны был, позвал на обед. Ну он говорит: «Вот хочу ещё Джозефа Байдена позвать». Ну давай, позови. Мы как-то посидели, пообщались, поговорили. Он производит впечатление вежливого, нормального человека. Но человеческое измерение и политическая позиция – это разные вещи. Остальных членов его администрации я не знаю, но они нам хорошо знакомы, потому что в значительной степени – в значительной степени – это команда хорошо мне знакомого бывшего президента Барака Обамы. И эти люди тоже, скажем по-честному, не отличаются дружелюбием по отношению к России, совсем не отличаются.

Не знаю, как они сейчас себя будут вести, но во всяком случае можно предполагать, что их установки остались прежними.

Вопрос: А по линии Совбеза какие-то контакты планируются у Вас или пока рано?

Д.Медведев: По линии Совбеза всё зависит от решения президента. Если американский президент посчитает это целесообразным, то он, соответственно, может дать такие установки своему помощнику по национальной безопасности, помощникам другим, потому что у них там несколько другая система, вы знаете, как это всё устроено. Если такого рода установки будут даны, контакты будут. Если не будут даны, значит, их не будет. Это от них зависит. Мы никогда никуда не прятались. Позиция России в этом смысле вполне открытая всегда была. Даже если у нас просто диаметрально противоположные позиции, мы кардинально в чём-то расходимся, мы готовы общаться, мы готовы сидеть за одним столом, что-то обсуждать. Не надо нам ничего навязывать, но обсуждать мы это будем.

Пожалуйста.

Вопрос: Сейчас говорили про события на высшем политическом уровне США, но при этом на протяжении всего года можно было гражданские свершения наблюдать, в том числе протесты на протяжении всего года были. Это и BLM, и то, что мы наблюдали на подступах к выборам, уже после выборов, перед инаугурацией, в частности то, что в Капитолии происходило. Гражданский протест в США, с Вашей точки зрения, – это такой действительно гражданский порыв или это что-то управляемое, управляемая дестабилизация? Вы это как оцениваете?

Д.Медведев: Это деятельность мирового правительства. Иллюминаты или ещё кто-нибудь.

Реплика: Немножко конспирологии.

Д.Медведев: Да-да-да. Но если говорить серьёзно, понятно, что проблемы политической системы Соединённых Штатов Америки – внутри самой системы. Это мощная система. Я неоднократно это тоже оценивал и не так давно на эту тему высказывался. У них очень мощный опыт развития демократических начал в стране. Но есть и огромные проблемы. Поэтому всё, что у них происходит, – это следствие этих проблем.

Это движение, о котором вы упомянули, – BLM, то есть Black Lives Matter, – оно в известной степени является порождением нерешённых проблем, которые, правда, были использованы в определённый период в политической борьбе между демократами и республиканцами. Это был вначале мирный протест, потом он приобрёл очень жёсткий характер, особенно после известного происшествия – гибели Флойда. Естественно, это в известной степени управлялось изнутри. То есть были, очевидно, политики, которые рассчитывали при помощи вот этих протестов расшатать американскую систему изнутри. Но это трудно сделать. Я как раз недавно об этом говорил, что эта система очень устойчива. И поэтому она пришла снова в относительно сбалансированный вид в результате выборов, даже несмотря на все эти противоречия, которые есть.

Есть и другие противоречия. Они связаны именно с той нормативной основой, по которой эти выборы проходили, что постоянно создаёт источник дестабилизации, когда выбирают часто президентов, за которых проголосовало меньшинство, и так далее. Раньше к этому наши коллеги относились абсолютно спокойно.

Я всегда привожу в пример диалог, который у меня когда-то состоялся в Соединённых Штатах, в Вашингтоне, с бывшим помощником по нацбезопасности как раз Кондолизой Райс. Когда я ей сказал: «У вас весьма несовершенная ступенчатая система выборщиков, которая рано или поздно будет давать сбой, и вы, как говорится, нахлебаетесь», она отреагировала предельно: «Да ерунда, это у нас уже 200 лет. Вообще мы к этому привыкли, всё будет хорошо».

Но оказалось, что не совсем хорошо: сначала был сбой в 2000 году, и только Верховный суд поставил точку, а сейчас вокруг этого развернулась целая драма. И очевидно, что это тоже такой внутренний конфликтный момент. Недаром уже и сами наиболее крупные американские фигуры начали говорить о необходимости отказа от этой системы выборов. Во всяком случае об этом сказала Хиллари Клинтон недавно, и некоторые другие крупные деятели об этом стали говорить. Поэтому это внутренние проблемы Соединённых Штатов.

Вопрос: Но при этом на внешнего наблюдателя это какое впечатление производит? Как-то авторитет США в мире умаляет? Просто когда зритель видит картинку, как по конгрессу носятся ребята в шлемах с рогами, возникает вопрос: а настолько ли всё совершенно?

Д.Медведев: У них совсем всё несовершенно, я ровно об этом и говорю. То, что произошло в Капитолии, – это, по сути, даже не драма, а трагедия, потому что погибли люди. Это, вне всякого сомнения, портит светлый лик американской демократии, это, я думаю, всем понятно. И мы тоже не можем к этому относиться иначе, мы такие действия осуждаем, об этом высказались все, включая президента, это не может быть никаким образом оправдано.

Но с другой стороны, мы прекрасно понимаем, что это в известной степени расплата за то, что американцы традиционно поддерживали различные выступления, так называемые «цветные революции», которые вели к нелегитимной, незаконной смене власти в других странах, считали это абсолютно нормальным, если это отвечает американским интересам. А когда подобные вещи стали происходить у них, внутри страны, это, естественно, было квалифицировано как государственное преступление, возбуждены сотни уголовных дел, арестовано огромное количество людей, и, естественно, они пытаются эту ситуацию взять под контроль, весьма жёсткий. Так что в известной степени это то, что американцам вернулось в виде вот такого рода выступлений. Здесь, конечно, не может быть никакого повода для злорадства. Это просто означает, что и вне рубежей, за пределами своей страны нужно вести честный курс и не пытаться нелегитимными способами менять власть, устраивать всякие майданы, потом хлопать тому, что произошла незаконная смена власти и те, кто пришёл к власти, допустим, пытаются задружиться с американцами. Ничего хорошего из этого, как правило, не получается.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос по ДСНВ, но я уточню, если позволите, по американской политике. Во время одного из Ваших визитов в Вашингтон Ваш коллега Барак Обама, по-моему, даже отказался Вас повести с сенат, сказал, что там сидят одни «динозавры», они скоро уйдут, и тогда сходим.

Д.Медведев: Не совсем так. Он испугался сам туда идти, он мне откровенно сказал: «Слушай, я с тобой туда не пойду по двум причинам (я помню, мы в машине ехали): первая – у нас в сенате не любят русских, и у нас в сенате не любят Обаму». Я говорю: «Ну хорошо, иди тогда занимайся своими делами». А я поехал и встречался там со всеми их стариками, включая тех самых «динозавров», некоторых уже и нет, но тем не менее мы спокойно поговорили в течение часа, каждый остался, наверное, при своём мнении…

Вопрос: То есть Обаму они сейчас в сенате любят, а русских не любят, правильно я понимаю?

Д.Медведев: Мне трудно сказать в отношении моего бывшего коллеги Барака Обамы, насколько его любят в сенате, хотя демократы сейчас получили большинство – наверное, сейчас любят больше. Но что касается отношения к нашей стране, я думаю, что оно приблизительно такое же. Недаром оттуда постоянно идут всякие идиотские инициативы запретительные, законы всякие создаются, страшилки разные вывешиваются.  

Вопрос: 8 апреля, если не ошибаюсь, 2010 года в Праге Вы подписали как раз с Бараком Обамой ДСНВ-3. Как Вы оцениваете продление этого договора, которое сейчас было проголосовано российским парламентом? И я правильно понимаю (Вы уже частично отвечали на вопрос о перспективах российско-американских отношений), что перспективы стратегического взаимодействия с администрацией Байдена не очень хорошие? 

Д.Медведев: Всё покажет время. Я не хочу забегать вперёд. Может, случится какое-то чудо, и наши партнёры за океаном осознают важность стратегического диалога. Тем более что первые шаги действительно в известной степени обнадёживают. Но сколько было потрачено времени, для того чтобы договориться с американцами о продлении этого самого договора СНВ-3, который мы подписали с президентом Обамой.

И, казалось бы, вроде всем это и правильно, и важно, и нужно… «Нет, давайте привлечём к этой работе другие страны, в том числе Китайскую Народную Республику». Китайская Народная Республика не хочет в этом участвовать исходя из того, что их ядерный потенциал несопоставим с ядерным потенциалом Российской Федерации или Соединённых Штатов Америки. Значит, мы не можем их заставить это делать. «А вот давайте их втягивать в этот диалог» – не получилось. Потом различные новые условия: «Вы туда это пристегните, вы туда это пристегните…» Но времени всё меньше и меньше, и в какой-то момент я практически был уверен, что всё это уже пойдёт под откос и этому договору конец.

Но то что новая администрация проявила такое желание быстро всё пересогласовать и продлить на пять лет путём обмена нотами – это обнадёживающий признак, это хорошо. Понятно, что эта администрация в том числе отчасти чувствует себя наследницей администрации Барака Обамы и в этом смысле не хочет менять знамёна. Но мне кажется, от этого выиграли все. Прежде всего выиграл диалог по стратегической стабильности, и выиграли все страны, которые, затаив дыхание, смотрели на Россию и Америку, смогут ли они договориться по этому поводу. Если бы договора не было (мы понимаем, мы все взрослые люди: это не означает, что завтра война начнётся), очень важное звено, на котором держится фундамент обеспечения международной безопасности и так называемого стратегического паритета, стратегической стабильности, было бы изъято. А когда изымается звено, всякое может быть.

Вопрос: У меня тоже вопрос в развитие американской повестки дня, что как бы странно с учётом его звучания. Я спрошу про «Северный поток». Казалось бы, где США, где «Северный поток». Но те самые идиотские запретительные инициативы, о которых Вы говорили, относятся, как я понимаю, и к «Северному потоку». В этой ситуации, когда звучат призывы к новым санкциям, к новым рестрикциям в отношении трубопроводного проекта, мы достроим «Северный поток» или нет? И есть ли в принципе необходимость его достраивать с учётом новых реалий, которые появились в мире?

Д.Медведев: Каких?

Вопрос: Сокращение авиаперевозок, сокращение перемещений людей и так далее. 

Д.Медведев: У меня вообще-то нет никаких сомнений, что этот газопровод будет достроен, потому что он нужен. Он нужен нам, он нужен европейцам, в том числе ФРГ. И наши коллеги из Федеративной Республики Германия в общем-то открыто об этом говорят. Если они займут твёрдую позицию, не пожертвуют частью своего суверенитета, что иногда бывало в истории, и не прогнутся под американскую позицию, то тогда он будет, вне всякого сомнения, достроен. Тем более что он готов на 90%, вложены огромные деньги. Ещё раз подчёркиваю: он нужен всем странам.

Что касается позиции американской администрации, мы её ещё до конца не знаем, но, как я понял, новый госсекретарь, господин Блинкен, сказал о том, что нужно продолжать давить на этот наш «Северный поток» и добиваться отказа от его осуществления, то есть в этом смысле приоритеты американской администрации не поменялись. Но вы знаете, я всегда исхожу вот из чего: всё-таки экономические резоны при принятии решений очень часто перевешивают вот такую голую политику. А экономические резоны абсолютны и со стороны европейцев, ну и, конечно, с нашей стороны. Так что я полагаю, что всё будет сделано. Вопрос в сроках. Наверное, придётся ещё каким-то терпением запастись.

Вопрос: А мы можем какие-то механизмы судебные задействовать в отстаивании нашего проекта?

Д.Медведев: Можем. Но я как раз считаю, несмотря на то что я всегда за судебное рассмотрение вопросов в силу образования, что всё-таки здесь гораздо важнее позиция лидеров государств и лидеров бизнеса. Вот они должны сказать своё слово, но если всё-таки для этого будут поводы. В суд можно обратиться, безусловно, только ещё нужно понять, в какой суд. Это могут быть национальные суды, это могут быть контрактные суды. Нужно смотреть, где эти споры рассматриваются. Наверное, потенциально можно обратиться и в американский суд, но только это всё будет очень долго, и у нас нет никакой уверенности, что американский суд займёт в этом смысле объективную позицию.

Вопрос: А что касается (вот коллега спрашивала) внутриполитической американской ситуации, что удивило и, наверное, стало новым фактором мировой политики, – это социальные сети. То есть понятно, что и раньше их использовали, но настолько сильно социальные сети стали высказывать свою позицию, я имею в виду руководство прежде всего, и влиять на политику, при этом никаких норм и законов, которые касаются вмешательства социальных сетей в политику, не существует. Опасаетесь ли Вы этого фактора, считаете ли, что нужно каким-то образом контролировать, каким-то образом регулировать? И как Вы относитесь к тому, что был заблокирован, опять же частной компанией, аккаунт действующего президента США, по отношению к которому не было применено никаких юридических последствий или каких-то претензий?

Д.Медведев: Я уже высказывался по этому поводу, но ещё раз повторю свою позицию, потому что, мне кажется, это очень важный вопрос сейчас.

Вот смотрите, в каждой стране существуют традиционные средства массовой информации, которые зарегистрированы как СМИ. И в Америке тоже. Все сидящие за этим столом представляют либо классические, либо более новые, интернет-СМИ, но тем не менее это средства массовой информации. Как вы работаете все? Вы работаете все на основании законов, посвящённых средствам массовой информации. Это определяет границы того, что можно, а чего нельзя. Так в любой стране, в Соединённых Штатах Америки в том числе. Но если говорить о социальных сетях, то на них такого рода законодательство, в том числе и американское законодательство, их легендарные поправки, не распространяется. Они работают, по сути, по корпоративным законам, но при этом в орбиту их деятельности вовлечены десятки, сотни миллионов человек. Это как минимум наводит на размышления, а что будет дальше.

Вы упомянули про этот случай с Дональдом Трампом. Он вопиющий, он просто за гранью понимания. Президента Соединённых Штатов, человека, которому не предъявлено, подчёркиваю, обвинение ни по каким статьям (идут разговоры, но это разговоры, пока там процедуры какие-то), в отсутствие законодательного регулирования деятельности этих сетей отрезают от избирателей. Я напомню, у него в Twitter было 85 миллионов подписчиков, и в других сетях тоже немало. Не знаю, по-разному считали, чуть ли не до 200 миллионов. Причём это действующий президент крупнейшей экономики мира, очень важной страны. Почему такое решение принимают? Ну потому что они так посчитали правильным сделать. А почему они так посчитали правильным сделать? А потому что они симпатизируют демократам. Но это должно отражаться на объективности их позиции? По-хорошему, нет.

Знаете, я вам один такой случай расскажу любопытный, совсем недавний. Я наблюдал, как один мой знакомый регистрируется в Twitter. Просто пример. И при регистрации там всегда задаётся вопрос, а что вам интересно, что бы вы хотели смотреть, какую информацию получать. Ну он там поставил, по-моему, музеи, театры, искусство – именно в такой сфере. Ему вывалился список людей, на которых ему рекомендуют подписаться с учётом российского происхождения заявителя для создания аккаунта. Кто там первым был? Алексей Навальный.

Вот почему я об этом говорю? Потому что разве это не политическая позиция? Мне кажется, что это абсолютно политизированная, абсолютно циничная позиция, да ещё и связанная с вмешательством во внутренние дела другого государства. Но кто принимал это решение? Я бы ещё понял, если бы такого рода решение приняла, например, американская администрация, потому что это политический орган. Но это корпоративное решение. Я был в штаб-квартире Twitter, я сам там регистрировался когда-то, когда у нас были лучшие времена, что называется. У меня, в общем, тоже немало подписчиков. Кстати, и мой аккаунт, как и аккаунты ряда других людей, замаркирован сейчас как государственный, притом что вообще-то я там не регистрировался как государственное лицо и он даже не связан с моей прямой деятельностью. Но они так посчитали правильным сделать. Причём они это сделали в отношении стран, с которым не очень простые отношения. А в отношении собственных политиков они такого не сделали.

То есть я к чему это всё говорю? В этой сфере, очевидно, наблюдаются очень сложные и тревожащие тенденции, на которые обращают внимание и наши коллеги в Европе, потому что им тоже не хочется, чтобы в какой-то момент их отрезали от социальных сетей по тем или иным политическим причинам, чтобы ими манипулировали представители крупных корпораций. Этого не хочется никому: этого не хочется нам, этого не хочется европейцам, как мне представляется, этого не хочется и значительной части населения Соединённых Штатов Америки. Но тем не менее это происходит.

Здесь надо договариваться о правилах, иначе рано или поздно это создаст серьёзное напряжение. Недаром мы законы на эту тему принимали.

Вопрос: Они достаточные или всё-таки России нужно какие-то дополнительные законы в этой связи вводить помимо мировых правил регулирования?

Д.Медведев: Мне кажется, что они пока вполне достаточные. Если социальные сети ведут себя недружественным образом, если они не хотят публиковать российскую информацию, если они занимают какую-то очевидно недружественную позицию в отношении страны, то у нас есть возможность повлиять на них. Есть деятельность, которую ведёт Роскомнадзор, есть консультации с МИДом, есть Генпрокуратура, которая в определённый период может принять ряд решений, включая такие решения, как замедление трафика или приостановка работы. Но приостановка – это очень жёстко, радикально, а замедление трафика – это потенциально работающая мера. Просто не хотелось бы до этого доводить, и я уверен, об этом сейчас думают и в других странах…

Вопрос: Если Вы не против, можем продолжить разговор про эту сетевую историю. Вы сказали, что мы можем грозить замедлением трафика, но, если возвести эти фантазии в экстремальную степень, могут ли США отключить интернет в России и есть ли у нас план, как мы действуем в этой ситуации?

Д.Медведев: План, конечно, у нас есть того, как действовать в такой ситуации.

Интернет, как известно, появился в определённое время, и, безусловно, ключевые права на управление – в Соединённых Штатах Америки. Так что потенциально, если случится что-то чрезвычайное, если у кого-то совсем снесёт голову, такое может произойти именно потому, что ключи от этого ларчика находятся за океаном. Ну постоянно же ведутся разговоры: «А вот мы сейчас Россию от SWIFT отключим!» Это не интернет в чистом виде, это всё-таки такое прилагательное к банковской деятельности, но постоянно нас этим пугают. Мы даже были вынуждены создать свою систему по передаче информации, если вдруг это случится, чтобы можно было электронными сообщениями обмениваться. То же самое потенциально может произойти и с интернетом, и тогда у нас не будет доступа к основным узлам этой сети. Именно поэтому был принят закон о российском сегменте интернета, для того чтобы наш российский сегмент мог управляться автономно, поскольку на интернет сейчас завязано управление всем государством, завязано получение огромного количества социальных функций. Мы не могли это оставить без контроля, поэтому такой закон есть, и, если потребуется, он вступит в силу. При этом нужно быть реалистами: очевидно, что если он даже вступит в силу, это создаст большие проблемы, то есть для того, чтобы его переналадить, потребуется определённое время. Но в принципе автономность работы российского сегмента сети можно будет восстановить или создать.

Вопрос: Технологически для этого всё готово?

Д.Медведев: Технологически для этого всё готово. На законодательном уровне тоже все решения приняты, но, ещё раз подчёркиваю, это непросто и этого бы очень не хотелось. Но я пока, откровенно сказать, не вижу и признаков этого, потому что, по понятным причинам, это же обоюдоострое оружие. Во-первых, это может повлечь определённые действия и с нашей стороны. Во-вторых, наши друзья – и истинные друзья, и друзья в кавычках –всё-таки активно используют интернет, в том числе для того чтобы доносить собственную позицию. Это значит просто отказаться от того, чтобы эту позицию доносить. У нас ведь действуют все социальные сети, мы с вами об этом только что говорили, мы никого не блокировали и не замедляли.

Я напомню, что в ряде стран, например в Китайской Народной Республике, эти социальные сети не работают, но у них есть свои социальные сети, они у них вовсю работают, там огромное количество подписчиков ввиду того, что китайцев много, китайское население огромное. И они абсолютно легко это переживают, они общаются в своих социальных сетях. Когда прилетаешь в КНР, смотришь на собственные социальные сети – работают. Почему? А потому что карточка в телефоне стоит российская, а как только ты, допустим, включаешь отельный интернет, Wi-Fi – не работают, потому что это всё заблокировано, это Firewall.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, я хотел бы вернуться к теме большой международной политики, но, если можно, сначала по теме соцсетей, чтобы её закрыть, уточнить. Вот Вы говорили про блокировку Трампа. Скажите, Вы сейчас, после всей этой истории, пишете что-то и публикуете в соцсетях, в том числе западных. Вы не думаете, что, если им не понравится, что Вы напишете, Вас просто заблокируют?

Д.Медведев: Конечно, могут заблокировать, никаких сомнений, но это же тоже палка о двух концах.

Вопрос: Это не влияет на то, что Вы пишете?

Д.Медведев: Нет, никак не влияет, потому что мы их таким образом проверяем. Они неоднократно такие решения принимали в отношении моих коллег, в отношении меня не принимали. Но есть у нас отдельные граждане, которые периодически что-то там, что им не нравится, публикуют, они в силу своей внутренней корпоративной установки это блокируют. Вот в чём и проблема-то. Если бы, например, блокировка или какие-то иные решения, маркировка о том, что это непроверенные данные, осуществлялись на основании закона, пусть даже он нам не нравится, но с этим не поспоришь – «Вот у нас есть закон, мы обязаны это сделать», – хорошо, мы тоже свой закон примем и тоже будем к вам так относиться. Они-то действуют на основании внутренних регламентов, на основании корпоративных документов, на основании пользовательских договоров. А вот это уже не очень справедливо с учётом того, что, скажем по-честному, капитализация всех этих компаний, о которых мы с вами говорим, измеряемая в сотнях миллиардов долларов, связана с количеством подписчиков, а они принимают решение за подписчиков, не посоветовавшись с ними.

Я к тому, что здесь все должны быть обоюдно вежливы, взаимно вежливы, понимать, что и крупные компании влияют на людей, которые подписаны, но и люди, которые подписаны, так или иначе создают капитализацию, а стало быть, доходы этих крупных компаний. 

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, про большую политику. Скажите, та идея провести саммит пятёрки СБ ООН на уровне лидеров, причём очный саммит, в какой сейчас стадии? Идёт ли подготовка? Может быть, по линии Совбеза Вы готовите какие-то материалы, переговоры? А вообще насколько такой саммит нужен? Встретятся лидеры, поговорят, разойдутся каждый по своему, так сказать, углу, и дальше ничего не поменяется. И насколько вообще полезны другие такие форматы? «Двадцатка» – встречаются лидеры, говорят. Что-то меняется? «Восьмёрка» – вообще мы хотим, чтобы была снова «восьмёрка», или не хотим? Насколько вообще перспективны такие большие ежегодные саммиты?

Д.Медведев: Вначале мне казалось, что всё это очень часто такая некоторая говорильня без далеко идущих последствий. Но потом я отчасти свою точку зрения скорректировал. Когда разразился кризис 2008 года, была создана «двадцатка», и объективно тогда «двадцатка» помогла преодолеть кризис, это правда, несмотря на то, что это такой формат обсуждения за большим столом.

Что касается «пятёрки», мне кажется, это хорошая идея. Сейчас никакой подготовки нет, но в целом этот вопрос обсуждался в ходе телефонного разговора между президентом Путиным и президентом Байденом. Американские коллеги сказали, что они её возьмут в проработку, ну пусть проработают. Как минимум это страны, которые имеют важнейшее влияние на мировые процессы, это страны – победительницы во Второй мировой войне, постоянные члены Совета Безопасности. В этом саммите был бы смысл.

Что касается других форматов, то они могут быть полезны, могут быть весьма ограниченно полезны. Хотя, на мой взгляд, встречаться всегда полезнее, чем не встречаться. Но вот про «двадцатку» я уже сказал, что она в какой-то момент показала свою полезность. Сейчас, наверное, даже «двадцатка» не является тем местом, где вмещаются все интересы, потому что есть другие форматы – есть БРИКС, есть ШОС, есть наши интеграционные объединения типа ЕврАзЭС.

Поэтому на самом деле самой лучшей площадкой, объективно, для обсуждения вопросов, хотя это трудная площадка, является Организация Объединённых Наций, потому что там все. И её нужно хранить как зеницу ока, а не пытаться подменить всякого рода суррогатами типа сообщества демократических стран.

«Восьмёрка» – уж она точно сейчас не является («семёрка» в данном случае) представительной историей. Оттуда изъяты ряд стран важнейших. Мы в ней не принимаем участие, потому что нас в какой-то момент заблокировали. И никакого особого желания туда возвращаться сейчас не существует. Даже не в силу того, что мы обиделись, надулись и считаем, что всё это не нужно, а просто в силу слабой легитимности такого рода обсуждений. Ну хорошо, пообсуждали экономические вопросы, но есть же крупнейшие игроки, которые в «семёрку» не входят – Индия, Китай. Мы тоже в общем достаточно серьёзный игрок в экономическом мире, но не обсуждаем с ними – какой в этом смысл?

Россия же, я напомню, мы никогда не участвовали в обсуждении сугубо экономических тем в «восьмёрке». Наши коллеги считали, что мы ещё в ясельном возрасте, вот они у себя на «семёрочке» это пообсуждают, а «восьмёрка» – для обсуждения политических проблем. Именно в таком плане нас туда пригласили. Поэтому я, откровенно говоря, никаких перспектив у «восьмёрки» в том виде, в котором она существовала, не вижу уже.

Вопрос: Есть ли перспективы заключения с Японией мирного договора? И вообще не пора ли начать историю с чистого листа? В принципе пандемия даёт какую-то возможность посмотреть на ситуацию по-другому?

Д. Медведев: С чистого листа трудно что-то начинать в любой сфере. Есть определённые установки, во всяком случае установки жёсткие, которых придерживаются наши японские коллеги, о том, что нужно говорить о всех островах, о том, что они должны зафиксировать свой суверенитет. На эти жёсткие установки у нас сейчас есть уже решения, связанные с изменением Конституции: мы вообще не имеем права вести переговоры по передаче суверенитета на российские территории. Поэтому если вставать на формальную позицию, то вообще исчезает предмет переговоров.

Да, новый премьер-министр Суга (премьер-министр Японии Ёсихидэ Суга) сказал о том, что он хотел бы возобновить эти переговоры, и, наверное, через какое-то время это будет возможно, и наш президент будет с ним встречаться, обсуждать. Но по понятным причинам есть те нормативные установки, скажем так, включая важнейшую у нас Конституцию, исходя из которых мы суверенитетом не торгуем и никаких решений на эту тему принимать не можем. Но что можно и что всегда говорилось нашим японским коллегам: вопрос ведь не только в суверенитете – нельзя быть абсолютно упрямыми и упёртыми, а вопрос в том, чтобы эти территории совместно использовать. Вот здесь – пожалуйста, здесь всегда была простая позиция: давайте создавать там совместные предприятия, давайте вести экономическую деятельность в интересах и России, и Японии, активизировать обмены. Ну то есть здесь может быть самый широкий набор экономических возможностей использован. Но наши коллеги пока на это не хотят соглашаться, у них есть твёрдая установка, из которой они исходят.

Вопрос: То есть они пока ещё не поняли новые российские реалии, на Ваш взгляд?

Д.Медведев: Наши японские друзья, у них древняя история, вы знаете, они ребята твёрдые, у них есть определённая доктрина, определённое воспитание. Дело даже не в том, что они не поняли. Я же тоже неоднократно обсуждал с ними это, там премьеры довольно часто менялись, но со всеми, с каждым из них. Они всё понимают, они неглупые, глубокие люди, но у них есть внутренние установки, которые, как они считают, основаны на внутринациональном консенсусе, которые не позволяют им от этого отступить. Поэтому они эту мантру произносят. А понимание того, что на основе таких установок невозможно достичь соглашения, я думаю, что у них есть.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, хотела бы вернуться в постсоветское пространство. Ситуация в Белоруссии, она сейчас немножко утихла, Лукашенко пообещал конституционную реформу. Как Вы считаете, растянет ли он её на весь период своего президентства? И как этот момент коррелируется с дальнейшим построением Союзного государства? Есть ли смысл немного подождать, пока они там у себя разберутся, и дальше проявлять активность или всё-таки это параллельно возможно?

Д.Медведев: Это внутреннее дело самой Белоруссии. Мы всегда так говорили и исходили из этого, и конституционный процесс, о котором объявил Александр Григорьевич Лукашенко, должен идти по внутреннему сценарию. Здесь нельзя на них давить, они сами должны определиться в форматах, в том, как решения принимать, какие это будут решения. Мы в этом смысле только внимательно наблюдаем за тем, что происходит, и, конечно, не хотели бы никакой дестабилизации в Белоруссии, несмотря на то, что целый ряд стран сейчас активно этим занимается, пытается вовсю вмешиваться во внутренние белорусские дела, предлагает разные рецепты и так далее. Мы этим не занимаемся. Пусть сами определяются.

Что же касается интеграционных процессов, я остаюсь на прежней позиции и исхожу из того, что у нас общая позиция, естественно, что интеграция взаимополезна. Нам нужно интегрироваться тесней и реализовывать весь потенциал союзного договора, включая те элементы сближения, соединения потенциала наших экономик, которые туда заложены. А это самые разные вопросы, вплоть до единой валюты. И к этому нужно двигаться. Темпы движения могут быть разные.

Одно время нас белорусские коллеги упрекали, что мы на них давим, что мы хотим быстрее что-то сделать. Но нет, мы не давим, просто нам представляется это в наших интересах. Сейчас там немножко другая ситуация, нужно чтобы они нормализовали в целом ситуацию внутри страны, но я уверен, что интеграционное движение должно продолжиться, ибо альтернативы никакой нет. И это даже не политика, это просто человеческие отношения между жителями России и жителями Белоруссии, во-первых, наши особые братские отношения. Это не фигура речи, это не пафосное выражение, это так и есть. А второе – это прагматические соображения. Белорусская экономика полностью заточена на российскую экономику. Ну это же правда. Значит, они значительную часть товаров поставляют сюда. Их в других местах нигде не ждут. Именно поэтому тесная интеграция между экономиками, принятие важнейших решений в сфере регулирования в интересах двух стран.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, продолжая тему постсоветского пространства, хотел бы переместиться в Карабах. Осталось достаточно много вопросов по тому, что там сейчас будет. Но первый вопрос такой: как Вы считаете, можно одним словом ответить на вопрос, кто выиграл в войне в Карабахе осенью 2020 года?

Д.Медведев: Когда всё у них началось, я сразу же на эту тему высказался. Сказал, что никакой альтернативы политико-дипломатическому урегулированию в Нагорно-Карабахском регионе не существует. И это действительно так. Я отлично помню, как в 2016 году я тоже летал мирить Азербайджан с Арменией, когда у них тоже был острый конфликт. Он не был таким продолжительным, практически полуторамесячным, как последний, но тем не менее. Тогда была подготовлена карта, но, к сожалению, страны этим не воспользовались. Всё привело к новому конфликту, затяжному, с большим количеством жертв, и очень хорошо, что благодаря работе президента России… Причём эта работа была филигранная, я в один из дней наблюдал за этой работой, скажу прямо. Владимир Владимирович находился в часовых дискуссиях между всеми участниками этого конфликта. Если бы не его работа, скажем прямо, этот конфликт мог бы продолжаться до сих пор. Это огромный труд, за который, как мне представляется, и Азербайджан, и Армения должны быть в очень большой степени признательны президенту России. Так вот, после того как горячая фаза была прекращена (это, по-моему, произошло 9 ноября), ситуация в целом успокоилась, и это самое главное. Люди не погибают, и есть возможности для развития. 11 января встречались президенты трёх стран в Москве и наметили пути по экономическому оздоровлению ситуации. Это тоже очень важно, потому что ведь для людей та разруха, в которой они живут, в которую они попали в результате этих военных действий, – это самое болезненное, помимо жертв, конечно. И теперь есть все возможности для развития экономического сотрудничества, естественно, при сохранении определённых параметров работы, включая миротворческий контингент Российской Федерации.

Вопрос: А что будет со статусом Карабаха? Когда вопрос о статусе будет решаться?

Д.Медведев: По поводу статуса. Если бы вы знали, сколько времени я потратил на обсуждение этого вопроса с коллегами тогда по этому диалогу… На мой взгляд, совершенно очевидно сегодня всем, что вопрос о статусе действительно не решён, но его сейчас нельзя обсуждать, потому что любая электризация этого поля обсуждений вокруг статуса приводит к тому, что возникает мощнейший разряд. Сейчас это сделать невозможно. Тем более что позиции сторон здесь очень сильно различаются, даже внутри Армении идут дискуссии. А я напомню, что Армения ведь не признавала независимость Карабаха. Об этом почему-то как-то забывают, но на самом деле это именно так. Поэтому вопрос о статусе лучше отодвинуть на будущий период.

Вопрос: А роль Турции Вы как оцениваете в этом конфликте? Не пугает ли Россию роль Турции в этом конфликте и устремления Эрдогана, которые ему приписывают во всяком случае, в Закавказье?

Д. Медведев: Понимаете, Турция – наш сосед и очень важный партнёр. И очень близкая страна для Азербайджана. Этот фактор невозможно не учитывать. У нас с ними продуктивный диалог – президент нашей страны постоянно общается с президентом Эрдоганом на эту тему. Принято решение о создании специального контрольного центра за общим состоянием дел, в котором принимают участие турецкие служащие и российские, и это тоже элемент общей стабилизации. Но я бы не стал это оценивать как элемент какой-то долгосрочной политики или выстраивать здесь одну из конспирологических теорий. Просто мы обязаны принимать во внимание реалии, которые существуют в нашем регионе. А реалии таковы, что сегодня этот вопрос необходимо обсуждать и с партнёрами из Турции.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, удивительно: этого нельзя было даже предположить ни в 2019 году, ни в прошлом году, что коллеги Вас до сих пор не спросят об Украине, но вопрос так и не прозвучал. Если позволите, об Украине я спрошу. У Вас сформировалось какое-то мнение о действующем президенте Украины Зеленском как о политике, о человеке? Можно ли решить вообще вопрос Донбасса или, к сожалению, эта ситуация, которая сейчас происходит на Украине, в Донбассе, будет такой, можно сказать, замороженной или тлеющей, или что-то может быть положительное?

Д.Медведев: Я лично не знаком с президентом Зеленским. Да и, в конце концов, президента Зеленского избирал украинский народ, и он подотчётен именно ему. Я его видел, но в тот период, когда он занимался другими вещами, своей прежней деятельностью. Делал это неплохо.

Что касается его нынешней позиции, то она меня как минимум разочаровала. Он пришёл как антипод Порошенко, говорил: «Вот я это решу, это решу, а самое главное, смогу урегулировать ситуацию на юго-востоке». Ничего из этого он не сделал. Придерживается прежней риторики, иногда даже более радикальной, чем у его предшественника. В частности, объявил о равной ответственности фашистской Германии и Советского Союза за развязывание Второй мировой войны, что абсолютно неприемлемо, является предельно циничным, особенно для таких стран, которые раньше были в составе единой страны, таких как Украина, как Россия и так далее. На мой взгляд, это абсолютно ужасно.

Недавно он ляпнул, что в принципе можно вообще весь народ поднять, чтобы бороться с Россией, сражаться, так сказать, на полях с нашей страной. Мне кажется, что это отчасти связано с отсутствием определённого дипломатического опыта у него. Но с другой стороны, это связано и с тем, что определённые круги, которые влияют на ситуацию внутри Украины – а это прежде всего националистически ориентированные круги, – не дают возможности продвигаться по пути минского процесса.

Недаром они постоянно говорят, и президент у них говорит о том, что вообще хорошо бы отказаться от договорённостей, которые были в Минске, но этого нельзя делать, иначе отпадут санкции в отношении России. То есть они всячески пытаются торпедировать тот процесс, который был запущен. А ничего другого ведь нет. Если сейчас от этого отказаться, то не будет ничего. И это самое плохое.

Поэтому никакой альтернативы движению внутри этого Нормандского формата с использованием Минских договорённостей не существует. Если они это осознают, то во всяком случае какое-то позитивное развитие ситуации может быть. Это же прежде всего в интересах самой Украины, в интересах юго-востока Украины. Но они этого делать не хотят, поскольку внутренние проблемы такие плюс есть советчики разные по этому поводу, в том числе за океаном.

Поэтому им лучше держать ситуацию в напряжении, ничего не делать и этим мобилизационным трендом объяснять все неудачи и просчёты внутри страны. Это всегда проще – говорить, что это не получилось: «Ну вы же видите, есть страна-оккупант, поэтому у нас не получилось это». – «А это что не получилось?» – «А это потому что русские мешали». – «А здесь?» – «А здесь тоже они виноваты». И так можно списывать постоянно. И в таком напряжении держа население страны, ещё и предлагать в будущем сохранять эту линию. Это прискорбно, но, подчёркиваю, здесь решение должны сами украинцы принимать.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, чуть раньше, когда говорили про соцсети, у нас Навальный мелькнул, тему развивать не стали. Что думаете обо всей ситуации с Алексеем Навальным, что готовы сказать?

Д.Медведев: Что я думаю в отношении Навального, или гражданина Навального, я скажу. Первое, что могу сказать. Я, как и раньше, так и сейчас, считаю Навального политическим проходимцем, человеком, который авантюрными способами пытается, стремится залезть во власть для достижения собственных целей, и никак иначе. Но сейчас его деятельность в этом смысле стала гораздо более циничной и разнузданной, чем она была ещё несколько лет назад.

Второе в отношении гражданина Навального. Как я понял, недавно он сказал, что он здоров. Ну здоров, и слава богу, поэтому разборки по этому вопросу в будущем, видимо, неуместны. А если всё-таки повод сохраняется, то тогда – об этом неоднократно говорили мои коллеги и из МИДа, и из правоохранительных органов – российская сторона должна получить данные о его здоровье, потому что нам такие данные не дают. Если они будут получены, тогда можно принимать какие-то процессуальные решения.

Третье. В отношении участия в различных митингах незаконных. Вот эта позиция является, на мой взгляд, предельно циничной, поскольку обстановка в стране и в мире такая, что любые сборища большого количества людей опасны, они могут создать ситуацию, когда большое количество людей заболеют. Тем не менее народ вытаскивают на улицу для достижения собственных политических целей. Это, на мой взгляд, неприемлемо, но правовую оценку всему этому должны давать правоохранительные органы.

И, наконец, четвёртое – в отношении, собственно, его судьбы и тех претензий, которые существуют у системы исполнения наказаний. Эти претензии должны быть разрешены надлежащим процессуальным образом, как принято говорить, то есть в суде. И суд здесь вправе, естественно, принять любое решение, которое посчитает адекватным, посчитает справедливым в этой ситуации. Поэтому надо в этом смысле дождаться решения суда.

Кстати, ещё более опасны вещи, связанные с попыткой вовлечения в такого рода деятельность людей, не достигших совершеннолетия. Вот они говорят, что мы никого не вовлекаем, но «лечить-то» никого не надо. Я же вижу тоже по социальным сетям, огромное количество молодых людей, не достигших возраста совершеннолетия, хочет в этом смысле себя проявить, что вполне понятно, потому что такой период, все являются радикалами во взглядах, высказывают свою позицию. И как бы оно само по себе-то и ничего. Пожалуйста. Если ты говоришь об активности в социальных сетях, вопросов нет, можешь высказать любую позицию вот таким образом. А если речь идёт о том, чтобы вытаскивать на улицы в период пандемии людей, в том числе малолетних, на незаконный митинг, это абсолютно недопустимо.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, в этом году выборы в Госдуму. К Вам вопрос как к председателю крупнейшей партии, партии власти. Во-первых, вся эта протестная активность Вас беспокоит как председателя партии власти? И какого результата от «Единой России» Вы ждёте на выборах? Сохранить конституционное большинство? Может быть, увеличить представительство в Госдуме? Или, наоборот, это уже не так принципиально?

Д.Медведев: Начнём с протестной активности. Она меня нисколько не беспокоит, если эта протестная активность осуществляется в установленных законом рамках. Совершенно нормально, когда люди высказывают свою гражданскую позицию. Люди имеют право высказать власти всё, что они думают. Они имеют право на недовольство деятельностью власти. Они могут принять решение о голосовании за любую партию и высказать свою позицию. Это нормальный, легальный способ проявления своей гражданской позиции. Это совершенно нормально.

Что же касается выступления «Единой России», которую я возглавляю, то я думаю, что у «Единой России» есть все шансы получить большинство, для этого нужно много работать. Насчёт конституционного большинства – наверное, и это возможно, но для этого «Единая Россия» должна завоевать симпатии очень большого количества людей. Потенциально это возможно, мы это делали, и люди оказывали нам такое доверие. Сейчас ситуация другая, поскольку у нас пандемия, и внимание «Единой России», на мой взгляд, должно быть сконцентрировано не столько на предвыборной агитации, хотя законы политического жанра никто не отменял, они остаются, но в значительной степени совершенно на другом, то, чем «Единая Россия» сейчас и занимается, – на помощи людям, вот обычной нормальной помощи.

Ведь мы недаром проводили волонтёрские мероприятия и проводим, совсем недавно вот были. Это же на самом деле абсолютно такая честная каждодневная работа. Знаете, люди, которые занимаются такой добровольческой активностью, они в самую последнюю очередь думают о результатах выступления «Единой России» на выборах. Когда человек заходит в больницу, идёт в красную зону в больнице, вряд ли он думает о приобретённых очках. Скорее всего, это совершенно другие формы мотивации, это личная позиция. И именно поэтому им нужно за это сказать огромное спасибо. Но надо по-честному сказать и то, что ни одна партия кроме «Единой России» этим не занимается. И я надеюсь, что гражданам нашей страны такого рода деятельность партии видна.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, у Вас есть предоставленное законом право стать пожизненным сенатором. Вы что скажете по этому поводу? Воспользуетесь ли Вы этим правом? Принято ли такое решение?

Д.Медведев: Я вообще себя пока ещё считаю достаточно молодым политиком и достаточно молодым в целом человеком. Наверное, это не совсем так, но каждый человек всегда себя таким образом ощущает. Вы сказали о пожизненном сенаторстве, такой институт у нас появился, но давайте вдумаемся в сам термин. Это работа, которая в силу Конституции, других законов даётся бывшему президенту пожизненно, то есть до конца дней. Мне кажется, что такие решения нужно принимать в несколько ином возрасте, взвесив все обстоятельства, которые в жизни любого человека существуют, но право такое по Конституции есть. А я сейчас другими вопросами занимаюсь, и мне кажется, что это сейчас более важно, чем осуществить реализацию этой идеи.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, а Вы часто общаетесь с Владимиром Владимировичем? И как это происходит? По ВКС? Или сохраняется какое-то личное общение? Раньше Вы, кажется, и спортом занимались вместе.

Д.Медведев: Вы знаете, жизнь, конечно, изменилась у всех – и у президента, и у меня, и у других моих коллег, поэтому сейчас большее количество контактов происходит или по видео-конференц-связи, или по телефону. Но есть, периодически бывает и личное общение. Это тоже очень важно. Так что и так и так по понятным причинам. Я сказал, что пандемия отразилась на всех, вне зависимости от должностей и званий. Количество личного общения у всех стало меньше.

Реплика: Если позволите… Коли пандемия действительно отразилась на всех, какие-то ритуалы мы с марта все используем, хотим мы этого или не хотим…

Д.Медведев: Какие ритуалы вы имеете в виду?

Реплика: Маску надеть, руки помыть определённое количество секунд…

Д.Медведев: А, ну это не ритуал. Это защитная мера, а без санитайзера никуда теперь.

Вопрос: Так вот, останется это всё в нашей жизни? На какое время, как Вы считаете? Или только в России что-то останется, или глобально эти связанные с пандемией вещи? Когда, на Ваш взгляд, мы всё же вернёмся к нормальной жизни, к тому, что было до марта 2020 года?

Д.Медведев: Мне бы очень хотелось, чтобы мы вернулись к нормальной жизни как можно скорее. Что понимать под нормальной жизнью? Это всё-таки бо́льшая свобода общения и передвижения.

Что касается мер защиты, то, наверное, на какое-то время они ещё сохранятся. Хотя я напомню, что в некоторых странах ношение маски было распространено задолго до появления пандемии по разным причинам. Наверное, какие-то контрольные процедуры останутся и на будущее. Но я бы хотел сказать не об этом. Мне кажется, что то, что пандемия внесла в жизнь человечества, в значительной степени сохранится в будущем в силу того, что это в известной степени выстраданные изменения. Знаете, в материалистической диалектике есть такой закон – отрицание отрицания. Кто когда-то, может быть, читал на эту тему литературу, помнит, в чём заключается этот закон. Он заключается в том, что изменения в общественной жизни, вообще в жизни, проходят несколько стадий и жизненные отношения возвращаются в будущем к той точке, в которой были, но на новом уровне, когда что-то отпадает, а что-то сохраняется. Это то, что называется спиралью общественного развития. Мне кажется, в полной мере приложимо к пандемии. Что-то из того, что мы сейчас используем, безусловно, сохранится в будущем. И это просто правильно во всех смыслах этого слова.

Мы же понимаем, что общение через средства электронного обихода сохранится. У нас останется и будет ещё активнее применяться возможность в бытовом плане пользоваться всеми достижениями цивилизации, в том числе теми, которые стали активнее применяться в последний год. То, что магазины интернет-торговли стали гораздо чаще поставлять товары и в большем объёме, более широкой номенклатуры, сомнений нет, это сохранится на будущее. Разве это плохо? Наверное, нет.

Это же касается отчасти и образования. Да, конечно, нужно всё-таки вернуть возможность очного образования и в школе, и в университетах, но удалённое образование отчасти сохранится, поскольку это удобно. Я приводил пример с иностранными профессорами, с теми, кто находится, допустим, далеко от того или иного университета или какого-то другого места. Это же касается удалённой работы и удалённых корпоративных и управленческих решений.

Знаете, когда всё это началось, я, проводя те или иные совещания, всё время ловил себя на мысли: «Плохо, что пандемия, люди болеют, вообще тяжело, но вот если бы пандемии не было, я бы так же собрал людей – что-то изменилось бы?». И пришёл к выводу, что ничего. Особенно если речь идёт о совещаниях, которые проводятся с участием людей – а у нас страна огромная, – приезжающих, допустим, из других мест. Я помню, как в правительстве проводишь совещание: сидят губернаторы, человек пять-семь, некоторые летели восемь часов, чтобы попасть на это совещание. Вот он поучаствовал полтора часа в совещании – и обратно. При этом, наверное, в этом был смысл, но он то же самое мог бы сделать, не отходя от собственного рабочего места.

Это касается не только государственного управления, это касается бизнеса. Я разговаривал с людьми, которые работают в разных компаниях: «Знаете, наше руководство приняло решение, что часть деятельности мы не будем возвращать в тот вариант, который существовал, эта работа останется удалённой. Нам так удобнее всем – и работодателю, и работникам». Хорошо, пусть останется. Целый ряд направлений работы, человеческой деятельности был в известной степени активизирован пандемией, и я абсолютно уверен, что в результате коллективной борьбы с пандемией нового коронавируса у человечества появится много новых лекарственных препаратов. Я даже допускаю, что будет совершён прорыв на каком-то направлении, просто прорыв такого уровня, как то, что произошло после Первой мировой войны, когда были, по сути, не только изобретены, а стали активно применяться антибиотики. И я думаю, что что-то похожее может быть и в этой сфере, и  не только в этой сфере – в биотехнологиях, в области кибербезопасности, по огромному числу тех направлений, по которым сейчас активизирована работа.

Я думаю, что наша жизнь должна вернуться в прежнее русло, но значительное число приобретений этого периода, полезных для человечества, должно сохраниться. Спасибо.

Реплики: Спасибо большое.

Беседовали журналисты агентств РИА Новости, ТАСС, Интерфакс, радиостанции МАЯК, издания Газета.Ру

Указ Президента Российской Федерации от 17.12.1997 г. № 1300

Указ Президента Российской Федерации от 17.12.1997 г. № 1300
                              У К А З

                  ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

                                   Утратил силу - Указ Президента
                                        Российской Федерации
                                       от 12.05.2009 г. N 537

               Об утверждении Концепции национальной
                 безопасности Российской Федерации

         (В редакции Указа Президента Российской Федерации
                      от 10.01.2000 г. N 24)

     В целях    консолидации     усилий     федеральных     органов
государственной  власти,  органов  государственной власти субъектов
Российской Федерации, организаций и граждан Российской Федерации по
обеспечению   национальных   интересов  и  безопасности  Российской
Федерации  п о с т а н о в л я ю:
     1. Утвердить  прилагаемую  Концепцию национальной безопасности
Российской Федерации.
     2. Федеральным   органам   государственной  власти  и  органам
государственной    власти    субъектов     Российской     Федерации
руководствоваться  положениями  Концепции национальной безопасности
Российской Федерации в практической деятельности и  при  разработке
документов,    касающихся    обеспечения   национальных   интересов
Российской Федерации.
     3. Поручить    Секретарю    Совета   Безопасности   Российской
Федерации:
     подготовку Президенту     Российской    Федерации    докладов,
содержащих  анализ,  оценку  и   прогноз   военно-политического   и
международного положения России;
     разработку директив  Президента  Российской  Федерации  высшим
должностным  лицам государства,  федеральным органам исполнительной
власти по реализации Концепции национальной безопасности Российской
Федерации.
     4. Контроль за исполнением названных  в  пункте  3  настоящего
Указа   директив   Президента  Российской  Федерации  возложить  на
Секретаря Совета Безопасности Российской Федерации.


     Президент Российской Федерации                        Б.Ельцин

     Москва, Кремль
     17 декабря 1997 года
     N 1300
     ____________________



     УТВЕРЖДЕНА
     Указом Президента
     Российской Федерации
     от 17 декабря 1997 г.
     N 1300
     (в редакции Указа Президента
     Российской Федерации
     от 10 января 2000 г.
     N 24)


                КОНЦЕПЦИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
                       РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

     Концепция национальной   безопасности   Российской   Федерации
(далее  именуется  - Концепция) - система взглядов на обеспечение в
Российской Федерации безопасности личности,  общества и государства
от  внешних и внутренних угроз во всех сферах жизнедеятельности.  В
Концепции  сформулированы  важнейшие  направления   государственной
политики Российской Федерации.
     Под национальной безопасностью Российской Федерации понимается
безопасность ее многонационального народа как носителя суверенитета
и единственного источника власти в Российской Федерации.

                  I. Россия в мировом сообществе

     Положение в  мире  характеризуется  динамичной  трансформацией
системы  международных  отношений.  После  окончания эры биполярной
конфронтации возобладали две взаимоисключающие тенденции.
     Первая тенденция  проявляется  в  укреплении  экономических  и
политических  позиций   значительного   числа   государств   и   их
интеграционных    объединений,   в   совершенствовании   механизмов
многостороннего управления международными процессами.  При этом все
большую      роль      играют      экономические,     политические,
научно-технические,  экологические и информационные факторы. Россия
будет    способствовать    формированию    идеологии    становления
многополярного мира на этой основе.
     Вторая тенденция  проявляется через попытки создания структуры
международных   отношений,   основанной    на    доминировании    в
международном  сообществе развитых западных стран при лидерстве США
и  рассчитанной  на  односторонние,  прежде  всего  военно-силовые,
решения  ключевых проблем мировой политики в обход основополагающих
норм международного права.
     Формирование международных       отношений      сопровождается
конкуренцией,  а также стремлением  ряда  государств  усилить  свое
влияние  на  мировую  политику,  в  том числе путем создания оружия
массового   уничтожения.   Значение   военно-силовых   аспектов   в
международных отношениях продолжает оставаться существенным.
     Россия является одной из крупнейших стран мира с  многовековой
историей  и  богатыми  культурными традициями.  Несмотря на сложную
международную обстановку и трудности внутреннего характера,  она  в
силу  значительного экономического,  научно-технического и военного
потенциала,  уникального стратегического положения  на  Евразийском
континенте  объективно  продолжает  играть  важную  роль  в мировых
процессах.
     В перспективе  - более широкая интеграция Российской Федерации
в мировую экономику,  расширение  сотрудничества  с  международными
экономическими  и  финансовыми институтами.  Объективно сохраняется
общность интересов России и интересов других государств  по  многим
проблемам   международной   безопасности,  включая  противодействие
распространению  оружия  массового  уничтожения,  предотвращение  и
урегулирование  региональных  конфликтов,  борьбу  с  международным
терроризмом и наркобизнесом,  решение острых экологических  проблем
глобального  характера,  в том числе проблемы обеспечения ядерной и
радиационной безопасности.
     Вместе с    тем   активизируются   усилия   ряда   государств,
направленные  на  ослабление   позиций   России   в   политической,
экономической,  военной  и  других  областях.  Попытки игнорировать
интересы  России  при   решении   крупных   проблем   международных
отношений,   включая   конфликтные   ситуации,  способны  подорвать
международную безопасность и стабильность, затормозить происходящие
позитивные изменения в международных отношениях.
     Во многих странах,  в том числе в Российской Федерации,  резко
обострилась   проблема   терроризма,   имеющего   транснациональный
характер и  угрожающего  стабильности  в  мире,  что  обусловливает
необходимость  объединения  усилий всего международного сообщества,
повышения эффективности имеющихся форм  и  методов  борьбы  с  этой
угрозой, принятия безотлагательных мер по ее нейтрализации.

                 II. Национальные интересы России

     Национальные интересы     России     -     это    совокупность
сбалансированных  интересов  личности,  общества  и  государства  в
экономической,   внутриполитической,   социальной,   международной,
информационной,  военной,  пограничной,  экологической   и   других
сферах. Они носят долгосрочный характер и определяют основные цели,
стратегические и  текущие  задачи  внутренней  и  внешней  политики
государства.   Национальные   интересы  обеспечиваются  институтами
государственной власти, осуществляющими свои функции в том числе во
взаимодействии  с  действующими  на  основе  Конституции Российской
Федерации и  законодательства  Российской  Федерации  общественными
организациями.
     Интересы личности состоят в реализации конституционных прав  и
свобод,  в обеспечении личной безопасности,  в повышении качества и
уровня жизни,  в физическом,  духовном и интеллектуальном  развитии
человека и гражданина.
     Интересы общества состоят в упрочении демократии,  в  создании
правового,  социального  государства,  в  достижении  и поддержании
общественного согласия, в духовном обновлении России.
     Интересы государства  состоят  в незыблемости конституционного
строя,  суверенитета  и  территориальной  целостности   России,   в
политической,    экономической   и   социальной   стабильности,   в
безусловном обеспечении законности и  поддержании  правопорядка,  в
развитии    равноправного    и    взаимовыгодного    международного
сотрудничества.
     Реализация национальных  интересов  России  возможна только на
основе  устойчивого  развития   экономики.   Поэтому   национальные
интересы России в этой сфере являются ключевыми.
     Во внутриполитической  сфере  национальные   интересы   России
состоят   в   сохранении   стабильности   конституционного   строя,
институтов государственной власти,  в обеспечении гражданского мира
и  национального  согласия,  территориальной целостности,  единства
правового  пространства,  правопорядка  и  в  завершении   процесса
становления  демократического  общества,  а  также  в нейтрализации
причин и  условий,  способствующих  возникновению  политического  и
религиозного   экстремизма,  этносепаратизма  и  их  последствий  -
социальных, межэтнических и религиозных конфликтов, терроризма.
     Национальные интересы  России в социальной сфере заключаются в
обеспечении высокого уровня жизни народа.
     Национальные интересы  в духовной сфере состоят в сохранении и
укреплении нравственных ценностей общества,  традиций патриотизма и
гуманизма, культурного и научного потенциала страны.
     Национальные интересы России в международной сфере заключаются
в  обеспечении  суверенитета,  упрочении позиций России как великой
державы - одного из  влиятельных  центров  многополярного  мира,  в
развитии  равноправных и взаимовыгодных отношений со всеми странами
и интеграционными объединениями,  прежде всего  с  государствами  -
участниками  Содружества  Независимых  Государств  и  традиционными
партнерами России, в повсеместном соблюдении прав и свобод человека
и недопустимости применения при этом двойных стандартов.
     Национальные интересы   России    в    информационной    сфере
заключаются  в  соблюдении  конституционных прав и свобод граждан в
области  получения  информации  и  пользования   ею,   в   развитии
современных     телекоммуникационных     технологий,    в    защите
государственных  информационных  ресурсов  от  несанкционированного
доступа.
     Национальные интересы России в  военной  сфере  заключаются  в
защите    ее   независимости,   суверенитета,   государственной   и
территориальной  целостности,  в  предотвращении  военной  агрессии
против  России  и ее союзников,  в обеспечении условий для мирного,
демократического развития государства.
     Национальные интересы России в пограничной сфере заключаются в
создании политических,  правовых,  организационных и других условий
для  обеспечения надежной охраны государственной границы Российской
Федерации,  в соблюдении установленных законодательством Российской
Федерации порядка и правил осуществления экономической и иных видов
деятельности в пограничном пространстве Российской Федерации.
     Национальные интересы России в экологической сфере заключаются
в сохранении и оздоровлении окружающей среды.
     Важнейшими составляющими    национальных    интересов   России
являются защита личности,  общества и государства от терроризма,  в
том   числе   международного,  а  также  от  чрезвычайных  ситуаций
природного и техногенного характера и их последствий,  а в  военное
время - от опасностей, возникающих при ведении военных действий или
вследствие этих действий.

    III. Угрозы национальной безопасности Российской Федерации

     Состояние отечественной  экономики,   несовершенство   системы
организации   государственной   власти   и  гражданского  общества,
социально-политическая  поляризация    российского    общества    и
криминализация    общественных   отношений,   рост   организованной
преступности  и   увеличение   масштабов   терроризма,   обострение
межнациональных   и   осложнение  международных  отношений  создают
широкий спектр внутренних и внешних угроз национальной безопасности
страны.
     В сфере  экономики  угрозы  имеют   комплексный   характер   и
обусловлены   прежде  всего  существенным  сокращением  внутреннего
валового   продукта,   снижением   инвестиционной,    инновационной
активности  и научно-технического потенциала,  стагнацией аграрного
сектора,  разбалансированием банковской системы,  ростом внешнего и
внутреннего  государственного  долга,  тенденцией  к преобладанию в
экспортных    поставках    топливно-сырьевой    и    энергетической
составляющих,  а в импортных поставках - продовольствия и предметов
потребления, включая предметы первой необходимости.
     Ослабление научно-технического  и  технологического потенциала
страны,   сокращение   исследований   на    стратегически    важных
направлениях   научно-технического   развития,   отток   за   рубеж
специалистов  и  интеллектуальной  собственности  угрожают   России
утратой   передовых   позиций   в   мире,   деградацией  наукоемких
производств,  усилением  внешней  технологической   зависимости   и
подрывом обороноспособности России.
     Негативные процессы в экономике лежат в основе  сепаратистских
устремлений  ряда  субъектов  Российской  Федерации.  Это  ведет  к
усилению   политической    нестабильности,    ослаблению    единого
экономического  пространства  России и его важнейших составляющих -
производственно-технологических    и      транспортных      связей,
финансово-банковской, кредитной и налоговой систем.
     Экономическая дезинтеграция,     социальная     дифференциация
общества,  девальвация  духовных  ценностей  способствуют  усилению
напряженности во взаимоотношениях регионов  и  центра,  представляя
собой  угрозу  федеративному  устройству и социально-экономическому
укладу Российской Федерации.
     Этноэгоизм, этноцентризм    и    шовинизм,   проявляющиеся   в
деятельности    ряда    общественных    объединений,    а     также
неконтролируемая   миграция   способствуют  усилению  национализма,
политического и религиозного экстремизма, этносепаратизма и создают
условия для возникновения конфликтов.
     Единое правовое  пространство  страны  размывается  вследствие
несоблюдения   принципа   приоритета  норм  Конституции  Российской
Федерации над иными правовыми нормами,  федеральных  правовых  норм
над   нормами   субъектов   Российской   Федерации,   недостаточной
отлаженности государственного управления на различных уровнях.
     Угроза криминализации общественных отношений, складывающихся в
процессе  реформирования   социально-политического   устройства   и
экономической деятельности,  приобретает особую остроту.  Серьезные
просчеты,  допущенные  на  начальном  этапе  проведения  реформ   в
экономической,   военной,   правоохранительной   и   иных  областях
государственной деятельности,  ослабление системы  государственного
регулирования и контроля, несовершенство правовой базы и отсутствие
сильной  государственной  политики  в  социальной  сфере,  снижение
духовно-нравственного   потенциала   общества   являются  основными
факторами,  способствующими   росту   преступности,   особенно   ее
организованных форм, а также коррупции.
     Последствия этих просчетов проявляются в ослаблении  правового
контроля  за  ситуацией в стране,  в сращивании отдельных элементов
исполнительной   и   законодательной   власти    с    криминальными
структурами,   проникновении   их  в  сферу  управления  банковским
бизнесом,  крупными  производствами,  торговыми   организациями   и
товаропроводящими  сетями.  В  связи с этим борьба с организованной
преступностью  и  коррупцией  имеет  не  только  правовой,   но   и
политический характер.
     Масштабы терроризма и организованной  преступности  возрастают
вследствие  зачастую  сопровождающегося  конфликтами изменения форм
собственности,  обострения борьбы за власть на основе  групповых  и
этнонационалистических  интересов.  Отсутствие  эффективной системы
социальной профилактики правонарушений,  недостаточная  правовая  и
материально-техническая      обеспеченность     деятельности     по
предупреждению терроризма и организованной  преступности,  правовой
нигилизм,     отток    из    органов    обеспечения    правопорядка
квалифицированных  кадров  увеличивают  степень  воздействия   этой
угрозы на личность, общество и государство.
     Угрозу национальной безопасности  России  в  социальной  сфере
создают  глубокое  расслоение  общества  на  узкий  круг  богатых и
преобладающую массу малообеспеченных граждан,  увеличение удельного
веса населения, живущего за чертой бедности, рост безработицы.
     Угрозой физическому  здоровью  нации  являются  кризис  систем
здравоохранения  и  социальной  защиты населения,  рост потребления
алкоголя и наркотических веществ.
     Последствиями глубокого  социального  кризиса  являются резкое
сокращение рождаемости и средней продолжительности жизни в  стране,
деформация демографического и социального состава общества,  подрыв
трудовых ресурсов  как  основы  развития  производства,  ослабление
фундаментальной   ячейки  общества  -  семьи,  снижение  духовного,
нравственного и творческого потенциала населения.
     Углубление кризиса   во   внутриполитической,   социальной   и
духовной сферах может привести к утрате демократических завоеваний.
     Основные угрозы  в  международной сфере обусловлены следующими
факторами:
     стремление отдельных     государств    и    межгосударственных
объединений  принизить  роль  существующих  механизмов  обеспечения
международной безопасности, прежде всего ООН и ОБСЕ;
     опасность ослабления политического,  экономического и военного
влияния России в мире;
     укрепление военно-политических блоков и союзов,  прежде  всего
расширение НАТО на восток;
     возможность появления   в   непосредственной    близости    от
российских  границ  иностранных  военных  баз  и  крупных  воинских
контингентов;
     распространение оружия  массового  уничтожения  и  средств его
доставки;
     ослабление интеграционных  процессов в Содружестве Независимых
Государств:
     возникновение и  эскалация  конфликтов  вблизи государственной
границы  Российской  Федерации  и  внешних  границ   государств   -
участников Содружества Независимых Государств;
     притязания на территорию Российской Федерации.
     Угрозы национальной   безопасности   Российской   Федерации  в
международной  сфере  проявляются  в  попытках  других   государств
противодействовать  укреплению России как одного из центров влияния
в многополярном мире,  помешать реализации национальных интересов и
ослабить  ее  позиции в Европе,  на Ближнем Востоке,  в Закавказье,
Центральной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе.
     Серьезную угрозу    национальной    безопасности    Российской
Федерации   представляет   терроризм.   Международным   терроризмом
развязана  открытая  кампания  в  целях  дестабилизации  ситуации в
России.
     Усиливаются угрозы    национальной   безопасности   Российской
Федерации в информационной сфере.  Серьезную опасность представляют
собой   стремление   ряда   стран   к   доминированию   в   мировом
информационном  пространстве,  вытеснению  России  с   внешнего   и
внутреннего  информационного  рынка;  разработка  рядом  государств
концепции информационных войн,  предусматривающей создание  средств
опасного воздействия на информационные  сферы  других  стран  мира;
нарушение    нормального    функционирования    информационных    и
телекоммуникационных  систем,  а  также  сохранности информационных
ресурсов, получение несанкционированного доступа к ним.
     Возрастают уровень и масштабы угроз в военной сфере.
     Возведенный в ранг  стратегической  доктрины  переход  НАТО  к
практике  силовых (военных) действий вне зоны ответственности блока
и без санкции Совета Безопасности ООН чреват угрозой дестабилизации
всей стратегической обстановки в мире.
     Увеличивающийся технологический отрыв ряда  ведущих  держав  и
наращивание  их  возможностей  по  созданию  вооружений  и  военной
техники нового поколения  создают  предпосылки  качественно  нового
этапа гонки вооружений, коренного изменения форм и способов ведения
военных действий.
     Активизируется деятельность на территории Российской Федерации
иностранных специальных служб и используемых ими организаций.
     Усилению негативных  тенденций  в  военной  сфере способствуют
затянувшийся   процесс   реформирования   военной   организации   и
оборонного    промышленного    комплекса    Российской   Федерации,
недостаточное финансирование национальной обороны и  несовершенство
нормативной  правовой базы.  На современном этапе это проявляется в
критически  низком   уровне   оперативной   и   боевой   подготовки
Вооруженных   Сил  Российской  Федерации,  других  войск,  воинских
формирований и органов,  в недопустимом снижении укомплектованности
войск   (сил)   современным   вооружением,  военной  и  специальной
техникой,  в  крайней  остроте  социальных  проблем  и  приводит  к
ослаблению военной безопасности Российской Федерации в целом.
     Угрозы национальной  безопасности   и   интересам   Российской
Федерации в пограничной сфере обусловлены:
     экономической, демографической     и     культурно-религиозной
экспансией сопредельных государств на российскую территорию;
     активизацией деятельности    трансграничной     организованной
преступности, а также зарубежных террористических организаций.
     Угроза ухудшения экологической ситуации в стране  и  истощения
ее  природных  ресурсов находится в прямой зависимости от состояния
экономики и готовности общества осознать  глобальность  и  важность
этих   проблем.   Для  России  эта  угроза  особенно  велика  из-за
преимущественного   развития    топливно-энергетических    отраслей
промышленности, неразвитости законодательной основы природоохранной
деятельности,   отсутствия    или    ограниченного    использования
природосберегающих технологий, низкой экологической культуры. Имеет
место тенденция к использованию территории России в качестве  места
переработки и захоронения опасных для окружающей среды материалов и
веществ.
     В этих    условиях    ослабление   государственного   надзора,
недостаточная эффективность  правовых  и  экономических  механизмов
предупреждения  и ликвидации чрезвычайных ситуаций увеличивают риск
катастроф  техногенного  характера  во  всех  сферах  хозяйственной
деятельности.

  IV. Обеспечение национальной безопасности Российской Федерации

     Основными задачами    в   области   обеспечения   национальной
безопасности Российской Федерации являются:
     своевременное прогнозирование и выявление внешних и внутренних
угроз национальной безопасности Российской Федерации;
     реализация оперативных  и долгосрочных мер по предупреждению и
нейтрализации внутренних и внешних угроз;
     обеспечение суверенитета    и    территориальной   целостности
Российской Федерации, безопасности ее пограничного пространства;
     подъем экономики  страны,  проведение независимого и социально
ориентированного экономического курса;
     преодоление научно-технической  и  технологической зависимости
Российской Федерации от внешних источников;
     обеспечение на  территории России личной безопасности человека
и гражданина, его конституционных прав и свобод;
     совершенствование системы  государственной  власти  Российской
Федерации,  федеративных  отношений,  местного   самоуправления   и
законодательства  Российской  Федерации,  формирование  гармоничных
межнациональных отношений,  укрепление  правопорядка  и  сохранение
социально-политической стабильности общества;
     обеспечение неукоснительного    соблюдения    законодательства
Российской   Федерации   всеми   гражданами,  должностными  лицами,
государственными органами,  политическими партиями, общественными и
религиозными организациями;
     обеспечение равноправного  и  взаимовыгодного   сотрудничества
России прежде всего с ведущими государствами мира;
     подъем и поддержание на  достаточно  высоком  уровне  военного
потенциала государства;
     укрепление режима    нераспространения    оружия     массового
уничтожения и средств его доставки;
     принятие эффективных  мер  по  выявлению,   предупреждению   и
пресечению  разведывательной  и  подрывной деятельности иностранных
государств, направленной против Российской Федерации;
     коренное улучшение экологической ситуации в стране.
     Обеспечение национальной  безопасности  и   защита   интересов
России  в  экономической сфере являются приоритетными направлениями
политики государства.
     Важнейшими задачами    во   внешнеэкономической   деятельности
являются:
     создание благоприятных  условий  для  международной интеграции
российской экономики;
     расширение рынков сбыта российской продукции;
     формирование единого     экономического     пространства     с
государствами - участниками Содружества Независимых Государств.
     В условиях либерализации внешней торговли России и  обострения
конкуренции  на  мировом  рынке  товаров и услуг необходимо усилить
защиту интересов отечественных товаропроизводителей.
     Важнейшее значение   приобретает  проведение  сбалансированной
кредитно-финансовой политики,  нацеленной на  поэтапное  сокращение
зависимости  России от внешних кредитных заимствований и укрепление
ее позиций в международных финансово-экономических организациях.
     Необходимо усилить    роль    государства    в   регулировании
деятельности иностранных  банковских,  страховых  и  инвестиционных
компаний,   ввести   определенные  и  обоснованные  ограничения  на
передачу  в   эксплуатацию   зарубежным   компаниям   месторождений
стратегических природных ресурсов, телекоммуникаций, транспортных и
товаропроводящих сетей.
     Эффективные меры   должны   быть  приняты  в  сфере  валютного
регулирования и контроля в целях создания условий  для  прекращения
расчетов  в иностранной валюте на внутреннем рынке и предотвращения
бесконтрольного вывоза капитала.
     Основными направлениями  обеспечения национальной безопасности
Российской   Федерации    во    внутриэкономической    деятельности
государства являются:
     правовое обеспечение реформ и создание эффективного  механизма
контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации;
     усиление государственного регулирования в экономике;
     принятие необходимых    мер    по    преодолению   последствий
экономического кризиса,  сохранению и развитию научно-технического,
технологического   и   производственного   потенциала,  переходу  к
экономическому   росту   при   снижении   вероятности   техногенных
катастроф,     повышению     конкурентоспособности    отечественной
промышленной продукции, подъему благосостояния народа.
     Переход к   высокоэффективной   и   социально  ориентированной
рыночной  экономике  должен   осуществляться   путем   постепенного
формирования  оптимальных  механизмов  организации  производства  и
распределения товаров и услуг в целях максимально возможного  роста
благосостояния общества и каждого гражданина.
     На первый план выдвигаются  задачи,  связанные  с  устранением
деформаций   в   структуре  российской  экономики,  с  обеспечением
опережающего роста производства наукоемкой  продукции  и  продукции
высокой  степени переработки,  с поддержкой отраслей,  составляющих
основу  расширенного  воспроизводства,  с  обеспечением   занятости
населения.
     Существенное значение имеют усиление государственной поддержки
инвестиционной и инновационной активности, принятие мер по созданию
устойчивой  банковской  системы,  отвечающей   интересам   реальной
экономики,  облегчение  доступа предприятий к долгосрочным кредитам
на   финансирование   капитальных   вложений,   оказание   реальной
государственной  поддержки целевых программ структурной перестройки
промышленности.
     Важнейшие задачи  -  опережающее  развитие конкурентоспособных
отраслей и производств,  расширение рынка наукоемкой  продукции.  В
целях  их решения должны быть приняты меры,  стимулирующие передачу
новых  военных  технологий  в  гражданское   производство,   введен
механизм  выявления  и развития прогрессивных технологий,  освоение
которых обеспечит конкурентоспособность российских  предприятий  на
мировом рынке.
     Решение указанных задач предполагает концентрацию финансовых и
материальных ресурсов на приоритетных направлениях развития науки и
техники,  оказание поддержки  ведущим  научным  школам,  ускоренное
формирование     научно-технического    задела    и    национальной
технологической базы,  привлечение частного капитала,  в том  числе
путем создания фондов и использования грантов,  реализацию программ
развития   территорий,   обладающих   высоким    научно-техническим
потенциалом,  создание  при  поддержке  государства инфраструктуры,
обеспечивающей             коммерциализацию             результатов
научно-исследовательских   разработок   с   одновременной   защитой
интеллектуальной собственности внутри страны и за рубежом, развитие
общедоступной сети научно-технической и коммерческой информации.
     Государство должно содействовать созданию равных  условий  для
развития  и увеличения конкурентоспособности предприятий независимо
от формы собственности, в том числе становлению и развитию частного
предпринимательства  во  всех  сферах,  где  это способствует росту
общественного  благосостояния,  прогрессу  науки   и   образования,
духовному   и   нравственному   развитию   общества,   защите  прав
потребителей.
     В кратчайшие   сроки   должны   быть   разработаны   механизмы
поддержания  жизнедеятельности  и  экономического  развития   особо
кризисных  регионов  и  районов  Крайнего Севера,  а также тарифная
политика,  обеспечивающая  единство   экономического   пространства
страны.
     Приоритет экономических   факторов    в    социальной    сфере
принципиально  важен  для  укрепления  государства,  для  реального
государственного  обеспечения  социальных  гарантий,  для  развития
механизмов коллективной ответственности и демократического принятия
решений,  социального  партнерства.  При  этом   важно   проведение
социально   справедливой  и  экономически  эффективной  политики  в
области распределения доходов.
     Организация работы  федеральных органов исполнительной власти,
органов исполнительной власти  субъектов  Российской  Федерации  по
реализации   конкретных   мер,  направленных  на  предотвращение  и
преодоление  угроз  национальным   интересам   России   в   области
экономики,     также    требует    дальнейшего    совершенствования
законодательства  Российской  Федерации  в  указанной   области   и
обеспечения    строгого   его   соблюдения   всеми   хозяйствующими
субъектами.
     Сближение интересов населяющих страну народов,  налаживание их
всестороннего сотрудничества, проведение ответственной и взвешенной
государственной   национальной  и  региональной  политики  позволит
обеспечить в России  внутриполитическую  стабильность.  Комплексный
подход  к  решению  этих  задач должен составлять основу внутренней
государственной  политики,   обеспечивающей   развитие   Российской
Федерации  как  многонационального  демократического  федеративного
государства.
     Укрепление российской   государственности,   совершенствование
федеративных   отношений   и   местного    самоуправления    должны
способствовать  обеспечению  национальной  безопасности  Российской
Федерации.  Необходим  комплексный  подход  к   решению   правовых,
экономических,    социальных   и   этнополитических   проблем   при
сбалансированном соблюдении интересов  Российской  Федерации  и  ее
субъектов.
     Осуществление конституционного принципа народовластия  требует
обеспечения  согласованного  функционирования и взаимодействия всех
органов государственной власти,  жесткой  вертикали  исполнительной
власти  и  единства  судебной  системы  России.  Это обеспечивается
конституционным принципом разделения властей,  установлением  более
четкого     функционального    распределения    полномочий    между
государственными институтами,  укреплением федеративного устройства
России путем совершенствования ее отношений с субъектами Российской
Федерации в рамках их конституционного статуса.
     Основными направлениями защиты конституционного строя в России
являются:
     обеспечение приоритета    федерального    законодательства   и
совершенствование  на  этой   основе   законодательства   субъектов
Российской Федерации;
     разработка организационных  и   правовых   механизмов   защиты
государственной   целостности,   обеспечение   единства   правового
пространства и национальных интересов России:
     выработка и  реализация региональной политики,  обеспечивающей
оптимальный баланс федеральных и региональных интересов;
     совершенствование механизма,      препятствующего     созданию
политических  партий  и  общественных   объединений,   преследующих
сепаратистские   и   антиконституционные   цели,  и  пресечение  их
деятельности.
     Требуется консолидация   усилий,   направленных  на  борьбу  с
преступностью  и  коррупцией.  Россия   крайне   заинтересована   в
искоренении  экономической  и  социально-политической  основы  этих
общественно опасных явлений,  выработке комплексной системы мер для
эффективной  защиты личности,  общества и государства от преступных
посягательств.
     Приоритетное значение    имеет    формирование   системы   мер
действенной социальной профилактики  и  воспитания  законопослушных
граждан.  Эти  меры должны быть направлены на защиту прав и свобод,
нравственности,   здоровья   и   собственности   каждого   человека
независимо   от   расы,   национальности,   языка,   происхождения,
имущественного  и   должностного   положения,   места   жительства,
отношения  к  религии,  убеждений,  принадлежности  к  общественным
объединениям, а также от других обстоятельств.
     Важнейшими задачами в области борьбы с преступностью являются:
     выявление, устранение  и  предупреждение  причин  и   условий,
порождающих преступность;
     усиление роли государства как гаранта безопасности личности  и
общества,  создание необходимой для этого правовой базы и механизма
ее применения;
     укрепление системы  правоохранительных  органов,  прежде всего
структур,   противодействующих   организованной   преступности    и
терроризму, создание условий для их эффективной деятельности;
     привлечение государственных органов в пределах их  компетенции
к деятельности по предупреждению противоправных деяний;
     расширение взаимовыгодного  международного  сотрудничества   в
правоохранительной  сфере,  в  первую  очередь  с  государствами  -
участниками Содружества Независимых Государств.
     Решения и меры,  принимаемые органами государственной власти в
области борьбы с преступностью,  должны быть открытыми, конкретными
и   понятными  каждому  гражданину,  носить  упреждающий  характер,
обеспечивать  равенство  всех  перед   законом   и   неотвратимость
ответственности, опираться на поддержку общества.
     Для профилактики преступности и борьбы с нею в первую  очередь
необходимо развитие правовой базы как основы надежной защиты прав и
законных     интересов     граждан,     а     также      соблюдение
международно-правовых  обязательств  Российской  Федерации  в сфере
борьбы с преступностью и соблюдения  прав  человека.  Важно  лишить
преступность   питательной   среды,  обусловленной  недостатками  в
законодательстве, кризисом в экономике и социальной сфере.
     В целях  предупреждения  коррупции  и  устранения  условий для
легализации капиталов, нажитых незаконным путем, необходимо создать
действенную  систему  финансового контроля,  усовершенствовать меры
административного,  гражданского и уголовно-правового  воздействия,
отработать  механизм проверки имущественного положения и источников
доходов  должностных  лиц  и  служащих  организаций  и   учреждений
независимо от формы собственности, а также соответствия их расходов
этим доходам.
     Борьба с  терроризмом,  наркобизнесом  и  контрабандой  должна
осуществляться на основе общегосударственного комплекса контрмер по
пресечению этих видов преступной деятельности.
     Основываясь на    международных    соглашениях,     необходимо
эффективно    сотрудничать   с   иностранными   государствами,   их
правоохранительными  органами  и  специальными  службами,  а  также
международными  организациями,  в  задачу  которых  входит борьба с
терроризмом.  Необходимо также шире использовать международный опыт
борьбы   с   этим   явлением,  создать  скоординированный  механизм
противодействия международному терроризму,  надежно  перекрыть  все
возможные  каналы  незаконного  оборота оружия и взрывчатых веществ
внутри страны, а также их поступления из-за рубежа.
     Федеральные органы  государственной власти должны преследовать
на   территории   страны   лиц,   причастных   к   террористической
деятельности,    независимо    от   того,   где   планировались   и
осуществлялись террористические акции,  наносящие ущерб  Российской
Федерации.
     Обеспечение национальной  безопасности  Российской   Федерации
включает  в  себя  также защиту культурного,  духовно-нравственного
наследия,  исторических  традиций  и   норм   общественной   жизни,
сохранение культурного достояния всех народов России,  формирование
государственной  политики  в  области  духовного  и   нравственного
воспитания  населения,  введение  запрета на использование эфирного
времени в электронных средствах  массовой  информации  для  проката
программ,   пропагандирующих   насилие,  эксплуатирующих  низменные
проявления,  а также включает в  себя  противодействие  негативному
влиянию иностранных религиозных организаций и миссионеров.
     Духовное обновление общества невозможно  без  сохранения  роли
русского    языка    как   фактора   духовного   единения   народов
многонациональной  России  и  языка   межгосударственного   общения
народов государств - участников Содружества Независимых Государств.
     В целях обеспечения сохранности и развития нашего  культурного
и  духовного  наследия  необходимо создание социально-экономических
условий    для    осуществления    творческой    деятельности     и
функционирования учреждений культуры.
     В области охраны  и  укрепления  здоровья  граждан  необходимы
усиление   внимания   общества,   органов   государственной  власти
Российской Федерации  к  развитию  государственной  (федеральной  и
муниципальной)    страховой    и    частной   медицинской   помощи,
осуществление  государственного  протекционизма   в   отечественной
медицинской    и    фармацевтической   промышленности,   реализация
федеральных программ в области санитарии  и  эпидемиологии,  охраны
здоровья  детей,  оказания  скорой и неотложной медицинской помощи,
медицины катастроф.
     К числу  приоритетных  направлений  деятельности государства в
экологической сфере относятся:
     рациональное использование   природных   ресурсов,  воспитание
экологической культуры населения;
     предотвращение загрязнения  природной  среды за счет повышения
степени  безопасности  технологий,  связанных  с   захоронением   и
утилизацией токсичных промышленных и бытовых отходов;
     предотвращение радиоактивного  загрязнения  окружающей  среды,
минимизация  последствий  произошедших  ранее радиационных аварий и
катастроф;
     экологически безопасное  хранение  и утилизация выведенного из
боевого состава вооружения,  прежде всего атомных подводных  лодок,
кораблей  и  судов с ядерными энергетическими установками,  ядерных
боеприпасов,   жидкого   ракетного   топлива,    топлива    атомных
электростанций;
     безопасное для окружающей природной среды и здоровья населения
хранение и уничтожение запасов химического оружия;
     создание и внедрение безопасных  производств,  поиск  способов
практического использования экологически чистых источников энергии,
принятие неотложных  природоохранных  мер  в  экологически  опасных
регионах Российской Федерации.
     Необходимы новый подход к организации  и  ведению  гражданской
обороны    на   территории   Российской   Федерации,   качественное
совершенствование единой государственной системы  предупреждения  и
ликвидации чрезвычайных ситуаций, в том числе дальнейшая интеграция
ее с аналогичными системами иностранных государств.
     Внешняя политика  Российской  Федерации должна быть направлена
на:
     проведение активного внешнеполитического курса;
     упрочение ключевых   механизмов   многостороннего   управления
мировыми   политическими  и  экономическими  процессами,  в  первую
очередь под эгидой Совета Безопасности ООН;
     обеспечение благоприятных   условий   для   экономического   и
социального  развития   страны,   для   сохранения   глобальной   и
региональной стабильности;
     защиту законных  прав  и  интересов  российских   граждан   за
рубежом,  в том числе с применением в этих целях мер политического,
экономического и иного характера;
     развитие отношений  с  государствами - участниками Содружества
Независимых Государств  согласно  принципам  международного  права,
развитие  отвечающих  интересам  России  интеграционных процессов в
рамках Содружества Независимых Государств;
     полноправное участие   России   в  глобальных  и  региональных
экономических и политических структурах;
     содействие урегулированию  конфликтов,  включая миротворческую
деятельность под эгидой ООН и других международных организаций:
     достижение прогресса    в    сфере   контроля   над   ядерными
вооружениями,  поддержание стратегической стабильности  в  мире  на
основе  выполнения государствами своих международных обязательств в
этой сфере;
     выполнение взаимных   обязательств   в  области  сокращения  и
ликвидации  оружия  массового  уничтожения,   обычных   вооружений,
осуществление мер по укреплению доверия и стабильности, обеспечение
международного контроля за экспортом товаров и технологий,  а также
за оказанием услуг военного и двойного назначения;
     адаптацию существующих соглашений по контролю над вооружениями
и по разоружению к новым условиям международных отношений,  а также
разработку при необходимости новых соглашений,  в первую очередь по
мерам укрепления доверия и безопасности;
     содействие созданию  зон,  свободных   от   оружия   массового
уничтожения;
     развитие международного  сотрудничества  в  области  борьбы  с
транснациональной преступностью и терроризмом.
     Обеспечение военной безопасности Российской Федерации является
важнейшим  направлением  деятельности государства.  Главной целью в
данной  области  является   обеспечение   возможности   адекватного
реагирования  на угрозы,  которые могут возникнуть в XXI веке,  при
рациональных затратах на национальную оборону.
     В предотвращении  войн  и  вооруженных  конфликтов  Российская
Федерация  отдает   предпочтение   политическим,   дипломатическим,
экономическим  и  другим  невоенным средствам.  Однако национальные
интересы Российской Федерации требуют наличия  достаточной  для  ее
обороны военной мощи.  Вооруженные Силы Российской Федерации играют
главную  роль  в  обеспечении   военной   безопасности   Российской
Федерации.
     Важнейшей задачей Российской Федерации является  осуществление
сдерживания в интересах предотвращения агрессии любого масштаба,  в
том числе  с  применением  ядерного  оружия,  против  России  и  ее
союзников.
     Российская Федерация   должна   обладать   ядерными    силами,
способными  гарантированно  обеспечить  нанесение  заданного ущерба
любому  государству-агрессору  или  коалиции  государств  в   любых
условиях обстановки.
     Вооруженные Силы Российской Федерации боевым составом  мирного
времени  должны  быть способны обеспечить надежную защиту страны от
воздушного  нападения  и  решение  совместно  с  другими  войсками,
воинскими  формированиями  и органами задач по отражению агрессии в
локальной войне (вооруженном  конфликте),  а  также  стратегическое
развертывание   для   решения   задач   в  крупномасштабной  войне.
Вооруженные   Силы   Российской   Федерации   должны   обеспечивать
осуществление Российской Федерацией миротворческой деятельности.
     Одним из  важнейших  стратегических  направлений   в   области
обеспечения  военной  безопасности  Российской  Федерации  является
эффективное  взаимодействие  и  сотрудничество  с  государствами  -
участниками Содружества Независимых Государств.
     Интересы обеспечения  национальной   безопасности   Российской
Федерации   предопределяют   при   соответствующих  обстоятельствах
необходимость военного присутствия России в некоторых стратегически
важных   регионах   мира.   Размещение   в   них  на  договорной  и
международно-правовой основе,  а  также  на  принципах  партнерства
ограниченных    воинских    контингентов    (военных    баз,    сил
Военно-Морского  Флота)  должно  обеспечивать   готовность   России
выполнять    свои    обязательства,    содействовать   формированию
устойчивого военно-стратегического баланса сил в регионах и  давать
возможность  Российской Федерации реагировать на кризисную ситуацию
в ее начальной стадии, способствовать реализации внешнеполитических
целей государства.
     Российская Федерация  рассматривает   возможность   применения
военной  силы  для  обеспечения  своей  национальной  безопасности,
исходя из следующих принципов:
     применение всех  имеющихся  в  ее  распоряжении сил и средств,
включая  ядерное   оружие,   в   случае   необходимости   отражения
вооруженной  агрессии,  если  все  другие меры разрешения кризисной
ситуации исчерпаны или оказались неэффективными;
     применение военной  силы  внутри  страны допускается в строгом
соответствии с Конституцией  Российской  Федерации  и  федеральными
законами    в   случаях   возникновения   угрозы   жизни   граждан,
территориальной целостности страны,  а также угрозы насильственного
изменения конституционного строя.
     Важная роль  в  обеспечении  национальных   интересов   России
принадлежит оборонному промышленному комплексу.  Реструктуризация и
конверсия оборонного промышленного комплекса должна  осуществляться
без  ущерба  для  развития  новых  технологий  и научно-технических
возможностей,  модернизации  вооружений,  военной   и   специальной
техники  и  укрепления позиций российских производителей на мировом
рынке вооружений.
     Требуется создать  все  необходимые  условия  для  организации
приоритетных  фундаментальных,  прогнозных  и   поисковых   научных
исследований,   обеспечивающих   создание  в  интересах  обороны  и
безопасности    государства    перспективного    и     опережающего
научно-технического задела.
     Основными задачами Российской Федерации  в  пограничной  сфере
являются:
     создание необходимой нормативной правовой базы;
     развитие межгосударственного сотрудничества в этой области;
     противодействие экономической,        демографической        и
культурно-религиозной  экспансии  на  территорию  России со стороны
других государств;
     пресечение деятельности    транснациональной    организованной
преступности, а также незаконной миграции;
     осуществление коллективных  мер  по  обеспечению  безопасности
пограничного  пространства  государств  -  участников   Содружества
Независимых Государств.
     Важнейшими задачами  обеспечения  информационной  безопасности
Российской Федерации являются:
     реализация конституционных прав и  свобод  граждан  Российской
Федерации в сфере информационной деятельности;
     совершенствование и   защита   отечественной    информационной
инфраструктуры,   интеграция   России   в   мировое  информационное
пространство;
     противодействие угрозе     развязывания    противоборства    в
информационной сфере.
     Особое значение   для  обеспечения  национальной  безопасности
Российской Федерации имеет эффективное использование и всестороннее
развитие    возможностей   разведки   и   контрразведки   в   целях
своевременного обнаружения угроз и определения их источников.
     Система обеспечения   национальной   безопасности   Российской
Федерации создается и развивается  в  соответствии  с  Конституцией
Российской    Федерации,    федеральными    законами,   указами   и
распоряжениями Президента Российской Федерации,  постановлениями  и
распоряжениями  Правительства  Российской  Федерации,  федеральными
программами в этой области.
     Основу системы     обеспечения    национальной    безопасности
Российской Федерации составляют органы, силы и средства обеспечения
национальной   безопасности,   осуществляющие  меры  политического,
правового,  организационного,  экономического,  военного  и   иного
характера,   направленные  на  обеспечение  безопасности  личности,
общества и государства.
     Полномочия органов и сил обеспечения национальной безопасности
Российской  Федерации,  их  состав,  принципы  и  порядок  действий
определяются  соответствующими  законодательными  актами Российской
Федерации.
     В формировании  и реализации политики обеспечения национальной
безопасности Российской Федерации принимают участие:
     Президент Российской  Федерации  -  руководит в пределах своих
конституционных   полномочий   органами   и   силами    обеспечения
национальной   безопасности   Российской  Федерации;  санкционирует
действия по обеспечению национальной безопасности; в соответствии с
законодательством  Российской  Федерации формирует,  реорганизует и
упраздняет подчиненные ему органы и силы  обеспечения  национальной
безопасности;  выступает с посланиями, обращениями и директивами по
проблемам национальной безопасности,  в своих  ежегодных  посланиях
Федеральному   Собранию   уточняет  отдельные  положения  Концепции
национальной   безопасности   Российской   Федерации,    определяет
направления текущей внутренней и внешней политики страны;
     Федеральное Собрание  Российской   Федерации   -   на   основе
Конституции   Российской   Федерации  по  представлению  Президента
Российской Федерации и Правительства Российской Федерации формирует
законодательную    базу    в   области   обеспечения   национальной
безопасности Российской Федерации;
     Правительство Российской   Федерации   -   в   пределах  своих
полномочий  и  с  учетом  сформулированных  в  ежегодных  посланиях
Президента Российской Федерации Федеральному Собранию приоритетов в
области обеспечения национальной безопасности Российской  Федерации
координирует   деятельность   федеральных   органов  исполнительной
власти,  а также органов исполнительной власти субъектов Российской
Федерации,  формирует  в  установленном порядке статьи федерального
бюджета для реализации конкретных целевых программ в этой области;
     Совет Безопасности  Российской  Федерации - проводит работу по
упреждающему выявлению и  оценке  угроз  национальной  безопасности
Российской Федерации,  оперативно готовит для Президента Российской
Федерации  проекты  решений  по  их  предотвращению,  разрабатывает
предложения   в   области   обеспечения  национальной  безопасности
Российской Федерации,  а также предложения по  уточнению  отдельных
положений Концепции национальной безопасности Российской Федерации,
координирует деятельность сил и  органов  обеспечения  национальной
безопасности,   контролирует   реализацию   федеральными   органами
исполнительной власти и органами  исполнительной  власти  субъектов
Российской Федерации решений в этой области;
     федеральные органы  исполнительной   власти   -   обеспечивают
исполнение    законодательства    Российской   Федерации,   решений
Президента  Российской   Федерации   и   Правительства   Российской
Федерации в области национальной безопасности Российской Федерации;
в пределах своей  компетенции  разрабатывают  нормативные  правовые
акты  в  этой  области  и  представляют  их  Президенту  Российской
Федерации и Правительству Российской Федерации;
     органы исполнительной  власти субъектов Российской Федерации -
взаимодействуют с федеральными органами  исполнительной  власти  по
вопросам исполнения законодательства Российской Федерации,  решений
Президента  Российской   Федерации   и   Правительства   Российской
Федерации в области национальной безопасности Российской Федерации,
а  также  федеральных  программ,  планов  и  директив,   издаваемых
Верховным    Главнокомандующим   Вооруженными   Силами   Российской
Федерации, в области  военной  безопасности  Российской  Федерации;
совместно   с     органами    местного   самоуправления    проводят
мероприятия по  привлечению  граждан,  общественных  объединений  и
организаций  к  оказанию  содействия в решении проблем национальной
безопасности согласно законодательству Российской Федерации; вносят
в   федеральные   органы   исполнительной   власти  предложения  по
совершенствованию  системы  обеспечения  национальной  безопасности
Российской Федерации.

                               * * *

     Российская Федерация намерена решительно и твердо обеспечивать
свою национальную безопасность.  Созданные правовые демократические
институты,  сложившаяся структура  органов  государственной  власти
Российской   Федерации,   широкое  участие  политических  партий  и
общественных  объединений  в  реализации   Концепции   национальной
безопасности  Российской  Федерации  -  залог  динамичного развития
России в XXI веке.


                           ____________


Внутренние и внешние угрозы национальной безопасности России на современном этапе

Фрагмент работы Введение Содержание Список литературы

Заключение

В настоящее время для национальной безопасности России имеется широкий спектр как внутренних, так и внешних угроз, обусловленных, как особенностями политического и социально-экономического устройства нашей страны, так и ее местом и ролью в мире. На сегодняшний день в качестве основных угроз национальной безопасности страны рассматриваются внутренние. При этом, по мере углубления процесса глобализации и встраивания в нее нашей страны, происходит и качественное изменение этих угроз, а также стирание грани между внутренними и внешними угрозами в демографической, социально-экономической и политической сфере, сращивание внутренних и внешних угроз. Изменение характера и качественного состава угроз национальной безопасности требует и выработки соответствующих мер противодействия им.
Показать все
Скрыть

Введение

В современном мире с тенденцией к глобализации экономики и политики, постоянным обновлением технологий и ростом техногенной нагрузки на окружающую среду, ростом населения и сокращением доступных ресурсов качественно изменяется и характер угроз национальной безопасности. В то же время оценка данных угроз, адекватная современной обстановке является необходимым условием выработки мер реагирования на них. Поэтому задача анализа современных угроз национальной безопасности является актуальной для любой страны мира, в том числе и для России.
Целью настоящей работы является исследование современных внутренних и внешних угроз национальной безопасности России. В задачи исследования входит:
• Рассмотрение понятий «национальная безопасность», «угроза национальной безопасности», «внутренняя у Показать все гроза», «внешняя угроза» и их сопряжения;
• Анализ современных внутренних и внешних угроз национальной безопасности России
Метод исследования: анализ литературных источников (официальных документов и научных статей)

Скрыть

Содержание

Введение 3
1. Национальная безопасность и характер угроз ей 4
2. Внутренние угрозы национальной безопасности России 7
3. Внешние угрозы национальной безопасности России 9
Заключение 11
Список использованных источников 12

Список использованных источников

1. Итоги гостиной «Внутренние угрозы национальной безопасности и их нейтрализация» журнала «КОНТЕКСТ. ПОВЕСТКА ДНЯ» 25 января 2012 года. Электронный ресурс. Режим доступа: http://www.nirsi.ru/151
2. Кучерявый М. Угрозы национальной безопасности России // «Ориентир», №7 2013
3. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года // Сайт Совета Безопасности Российской Федерации. Электронный ресурс. Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/1/99.html

Основные внутренние угрозы информационной безопасности 2019

В прошлом году более 60% российских компаний столкнулись с утечками информации, как показывают данные исследования «СёрчИнформ». Но среди основных угроз информационной безопасности не только утечки, но и непродуктивность и мошенничество со стороны сотрудников, корпоративный шпионаж и простое воровство. По мере перехода бизнеса в цифру риск перечисленных угроз растет, и компании наращивают бюджеты на информационную безопасность.

 

 

 

  1. Введение
  2. Основные угрозы
  3. Реакция бизнеса
  4. Выводы

 

Введение

В исследовании «СёрчИнформ» приняли участие более тысячи человек — начальники и сотрудники ИБ-подразделений, эксперты отрасли и руководители организаций. В фокусе внимания — внутренние инциденты, отношение к ним, наиболее популярные методы борьбы.

Специалистам был задан вопрос об используемых средствах защиты, изменении бюджета на ИБ, ущербе, который фиксируют компании в результате инцидентов. Исследование позволяет в деталях рассмотреть это соотношение и выделить тенденции, наметившиеся в информационной безопасности российского бизнеса.

 

Основные угрозы

Утечки и не только

Традиционный вопрос об утечках показывает, что ситуация с ними остается стабильной: количество компаний, которые фиксировали такие инциденты, каждый год уверенно переваливает за половину. Но это совсем не значит, что у оставшихся компаний (в 2018 году таких 34%) совсем ничего не утекало. Утечки могли быть просто не обнаружены (см. данные об обеспеченности российских компаний ИБ-средствами и специалистами — это уже данные из опроса Anti-Malware.ru).

При этом для бизнеса гораздо важнее инциденты, которые несут прямой финансовый ущерб. Вопросы о таких нарушениях в компаниях появились в опроснике «СёрчИнформ» впервые, однако результаты оказались весьма показательными. Так, 41,5% респондентов столкнулись с использованием ресурсов компании в личных целях, 21% — с попыткой откатов, 18,5% — с промышленным шпионажем.

 

 

Виновники инцидентов

В 74% случаев инциденты допускали рядовые сотрудники. Лидерами по количеству нарушений стали менеджеры отдела снабжения: они были замешаны в 25,5% инцидентов. На втором месте бухгалтеры, экономисты и финансисты (24%), за ними идут помощники руководителя (16,2%) и IТ-специалисты (14,8%).

Конечно, эти цифры имеет смысл рассматривать с поправкой: службы безопасности традиционно контролируют работников на коррупционно емких должностях: бухгалтеров, финансистов — там, где потери могут быть серьезнее. В компании из 2000 сотрудников служба безопасности может контролировать небольшую группу риска из 20 человек, остальных игнорировать, предполагая, что за ними должны приглядывать линейные руководители. Такая позиция имеет право на жизнь, если служба безопасности понимает и принимает возможные риски.

 

 

Реакция бизнеса

Ожидание угроз и каналы контроля

Контроль электронной почты и внешних носителей ИБ-специалисты ставят во главу угла. О таких приоритетах свидетельствует 29% и 20% ответов соответственно. Интересно, что мессенджеры беспокоят только 11% опрошенных. Но такую низкую цифру нельзя объяснить тем, что работодатели не осознают угрозы. Мессенджеры легко заблокировать на корпоративных устройствах, что дает мнимое ощущение защищенности.

Внимательнее ИБ-службы начинают относиться к вопросам кадровой безопасности. Это косвенно заметно по ответам респондентов. Компании отслеживают нелояльное отношение сотрудников и саботаж (по 21% ответов), распространение негативной информации (23%), подверженность опасным зависимостям (16%). Приходится учитывать личностные особенности работников, чтобы понимать, с какой стороны ждать инцидента и где вести его профилактику.

Потери и реакция

Прямые или косвенные потери понесли 83% компаний, столкнувшихся с ИБ-инцидентами. Это привело к имиджевому и мелкому финансовому ущербу (по 28% ответов), а также к крупному финансовому ущербу (13%) и compliance-рискам — угрозе или факту наказания от регулятора (12%).

 

 

В связи с этим наметился интересный тренд в отношении к инцидентам. Хотя большинство организаций по-прежнему не рассказывают об утечках в СМИ (только 3,5% респондентов идут на публичный разговор), 28% опрошенных заявили, что сообщают о таких нарушениях пострадавшим (за год показатель вырос на 16%). Отношение к репутации меняется, и это положительный тренд, который будет только нарастать.

Увеличение числа рисков заставляет бизнес наращивать бюджеты на информационную безопасность. О росте финансирования заявили 30% компаний.

 

 

Показательно, что большие бюджеты на безопасность компании закладывают не для уплаты штрафов. Наказаний от регуляторов не так уж боятся: хотя в законодательстве и есть соответствующие статьи, по ним нет наработанной судебной практики. В этом видят прямую практическую пользу, особенно в самых уязвимых сферах, таких как ритейл, ТЭК, кредитно-финансовая сфера.

Но и свои интересы компании через суд защищать не торопятся. Иски на нарушителей не подают из-за особенностей судопроизводства: выиграть такое дело достаточно энергозатратно, а выгода совсем не очевидна. Второй аспект — это репутация и взаимодействие с органами управления. Деньги любят тишину — этот слоган все еще актуален для российской реальности.

 

Выводы

Еще год назад исследование фиксировало, что до 18% респондентов не владели информацией о количестве и качестве ИБ-инцидентов в своих компаниях. Это свидетельствовало о том, что внедрение программных продуктов для защиты данных в бизнесе оставалось сравнительно низким. Например, DLP-системы, направленные на предотвращение утечек, использовала только четверть компаний.

В 2018 году эта цифра увеличилась до 32% и, согласно прогнозам аналитиков, продолжит расти. По нашим оценкам, у рынка защиты данных гигантский потенциал, освоено только 10-15%. На его насыщение будут влиять требования регуляторов (в частности, ФЗ-187). Но играет роль и изменение экономической ситуации. Защита информационной безопасности становится частью процесса защиты и оптимизации самого бизнеса.

Запросить полное исследование с разбивкой по отраслям можно по ссылке.

Внутренние угрозы экономической безопасности российского государства | Крылова

Указ Президента РФ от 13.04.2010 № 460 «О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010–2011 годы» [Электронный ресурс] // Президент России. URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/30939 (дата обращения: 10.08.2017).

Андрианов, В. Д. (2016) Причины, масштабы и экономические последствия оттока капитала из России // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 11 / отв. ред. В. И. Герасимов, Д. В. Ефременко. М. : РАН ИНИОН. С. 100–110.

Батчиков, С., Кара-Мурза, С. (2013) От здравоохранения к продаже медицинских услуг // Экономические стратегии. № 3 (111). С. 14–18.

Буров, В. Г. (2011) Политические стратегии китайского государства (в сопоставлении с российским опытом) // Политические стратегии российского государства как философская проблема / отв. ред. В. Н. Шевченко. М. : ИФ РАН. С. 191–237.

Военная доктрина Российской Федерации (2014) [Электронный ресурс] // Российская газета. 30 декабря. URL: https//rg.ru/2014/12/30/doktrina-dok.html (дата обращения: 08.05.2017).

Глазьев, С. (2015a) Украинская катастрофа: От американской агрессии к мировой войне? («Коллекция Изборского клуба»). М. : Книжный мир. 352 с.

Глазьев, С. (2015b) К стратегии справедливости и развития [Электронный ресурс] // Изборский клуб. URL: https//izborsk-club.ru/6451 (дата обращения: 05.06.2017).

Глазьев, С. (2016) Экономика будущего. Есть ли у России шанс? («Коллекция Изборского клуба»). М. : Книжный мир. 640 с.

Введение [Электронный ресурс] // Изборский клуб. URL: http://www.dynacon.ru/content/articles/2700/ (дата обращения: 12.08.2017).

Иванов, В., Малинецкий, Г. (2015) Наука и войны будущего (доклад Изборскому клубу) // Изборский клуб. № 5 (29). С. 6–37.

Ивашов, Л. (2015) Битва за Россию. Хроники геополитических сражений («Коллекция Изборского клуба»). М. : Изборский клуб ; Книжный мир. 416 с.

Ильин, В. А. (2013) Частный капитал и национальные интересы. На примере собственников металлургических корпораций // Вестник Российской академии наук. № 7. С. 579–586.

Крылова, И. А. (2015) Проблема обеспечения национальной безопасности в условиях санкций против России // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 10. Ч. I (Материалы XV Межд. науч. конф. «Модернизация России: ключевые проблемы и решения. 18–19 декабря 2014 г.) / редкол. : Пивоваров Ю. С. (отв. ред.) и др. М. : ИНИОН РАН. С. 316–321.

Лепский, В. Е. (2013) Проблема субъектов российского развития // Будущее России. Вызовы и проекты: История. Демография. Наука. Оборона / под ред. Г. Г. Малинецкого. 3-е изд. М. : Книжный дом «ЛИБРОКОМ». С. 34–47.

Сдасюк, Г. В. (2016) Ключевые проблемы России в свете повестки ООН устойчивого развития до 2030 г. (2016) // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 11 / отв. ред. В. И. Герасимов, Д. В. Ефременко. М. : РАН ИНИОН С. 78–82.

Тавокин, Е. П. (2014) Коррупция в органах власти // Вестник Российской академии наук. № 6. С. 525–531.

Тарасов, М. Е., Кемадингар, Т. В., Гагарина, А. С., Тарасова-Сивцева, О. М. (2016) Теневая экономика и коррупция: актуальные проблемы современного российского государства // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 11 / отв. ред. В. И. Герасимов, Д. В. Ефременко. М. : РАН ИНИОН. С. 198–200.

REFERENCES

Ukaz Prezidenta RF ot 13.04.2010 № 460 «O Natsional’noi strategii protivodeistviia korruptsii i Natsional’nom plane protivodeistviia korruptsii na 2010–2011 gody». Prezident Rossii [online] Available at: http://www.kremlin.ru/acts/bank/30939 (access date: 10.08.2017). (In Russ.).

Andrianov, V. D. (2016) Prichiny, masshtaby i ekonomicheskie posledstviia ottoka kapitala iz Rossii. In: Rossiia: tendentsii i perspektivy razvitiia. Ezhegodnik. Vol. 11 / ed. by V. I. Gerasimov and D. V. Efremenko. Moscow, RAN INION. Pp. 100–110. (In Russ.).

Batchikov, S. and Kara-Murza, S. (2013) Ot zdravookhraneniia k prodazhe meditsinskikh uslug. Ekonomicheskie strategii, no. 3 (111), pp. 14–18. (In Russ.).

Burov, V. G. (2011) Politicheskie strategii kitaiskogo gosudarstva (v sopostavlenii s rossiiskim opytom). In: Politicheskie strategii rossiiskogo gosudarstva kak filosofskaia problema / ed. by V. N. Shevchenko. Moscow, IF RAN. Pp. 191–237. (In Russ.).

Voennaia doktrina Rossiiskoi Federatsii (2014). Rossiiskaia gazeta, 30 December [online] Available at: https//rg.ru/2014/12/30/doktrina-dok.html (access date: 08.05.2017). (In Russ.).

Glaz’ev, S. (2015a) Ukrainskaia katastrofa: Ot amerikanskoi agressii k mirovoi voine? / «Kollektsiia Izborskogo kluba». Moscow, Knizhnyi mir. 352 p. (In Russ.).

Glaz’ev, S. (2015b) K strategii spravedlivosti i razvitiia. Izborskii klub [online] Available at: https//izborsk-club.ru/6451 (access date: 05.06.2017). (In Russ.).

Glaz’ev, S. (2016) Ekonomika budushchego. Est’ li u Rossii shans? / «Kollektsiia Izborskogo kluba». Moscow, Knizhnyi mir. 640 p. (In Russ.).

Vvedenie. Izborskii klub [online] Available at: http://www.dynacon.ru/content/articles/2700/ (access date: 12.08.2017). (In Russ.).

Ivanov, V. and Malinetskii, G. (2015) Nauka i voiny budushchego (doklad Izborskomu klubu). Izborskii klub, no. 5 (29), pp. 6–37. (In Russ.).

Ivashov, L. (2015) Bitva za Rossiiu. Khroniki geopoliticheskikh srazhenii / “Kollektsiia Izborskogo kluba”. Moscow, Izborskii klub; Knizhnyi mir. 416 p. (In Russ.).

Il’in, V. A. (2013) Chastnyi kapital i natsional’nye interesy. Na primere sobstvennikov metallurgicheskikh korporatsii. Vestnik Rossiiskoi akademii nauk, no. 7, pp. 579–586. (In Russ.).

Krylova, I. A. (2015) Problema obespecheniia natsional’noi bezopasnosti v usloviiakh sanktsii protiv Rossii. In: Rossiia: tendentsii i perspektivy razvitiia. Ezhegodnik. Vol. 10, no. I (Materialy XV Mezhd. nauch. konf. «Modernizatsiia Rossii: kliuchevye problemy i resheniia. 18–19 dekabria 2014 g.) / ed. board Pivovarov Iu. S. (ed.) et al. Moscow, INION RAN. Pp. 316–321. (In Russ.).

Lepskii, V. E. (2013) Problema sub»ektov rossiiskogo razvitiia. In: Budushchee Rossii. Vyzovy i proekty: Istoriia. Demografiia. Nauka. Oborona / ed. by G. G. Malinetskii. 3nd ed. Moscow, Knizhnyi dom «LIBROKOM». Pp. 34–47. (In Russ.).

Sdasiuk, G. V. (2016) Kliuchevye problemy Rossii v svete povestki OON ustoichivogo razvitiia do 2030 g. (2016). In: Rossiia: tendentsii i perspektivy razvitiia. Ezhegodnik. Vol. 11 / ed. by V. I. Gerasimov and D. V. Efremenko. Moscow, RAN INION. Pp. 78–82. (In Russ.).

Tavokin, E. P. (2014) Korruptsiia v organakh vlasti. Vestnik Rossiiskoi akademii nauk, no. 6, pp. 525–531. (In Russ.).

Tarasov, M. E., Kemadingar, T. V., Gagarina, A. S. and Tarasova-Sivtseva, O. M. (2016) Tenevaia ekonomika i korruptsiia: aktual’nye problemy sovremennogo rossiiskogo gosudarstva. In: Rossiia: tendentsii i perspektivy razvitiia. Ezhegodnik. Vol. 11 / ed. by V. I. Gerasimov and D. V. Efremenko. Moscow, RAN INION. Pp. 198–200. (In Russ.).

Иерархия угроз для России

Россия — самая большая страна в мире с очень низкой плотностью населения и сложным взаимодействием соседей. Его огромная территория делает Россию самодостаточной вселенной, содержащей все необходимое для развития. С другой стороны, низкая плотность населения и проницаемость границ делают его внутренне хрупким и сильно подверженным влиянию соседей.

Поскольку основные возможности для развития России лежат внутри страны, ее главная внешнеполитическая цель — блокировать внешние негативные влияния и избегать втягивания в конфронтацию с оппонентами.Исторически сложилось так, что внешний мир и внутренняя политическая стабильность, которые тесно взаимосвязаны, всегда были главным условием использования преимуществ России.

Россия существует в своих нынешних границах (исключая Северный Кавказ и Хабаровский край) более трех столетий со времен Петра Великого. Создание и сохранение самого большого государства в мире в условиях жесткой конкуренции, несомненно, заслуга русского народа.

Но у российского государства есть ряд уязвимостей.Исторически Россия была известна большими расстояниями между городами, отсутствием естественной защиты от внешних вторжений, открытыми коммуникациями, суровым северным климатом и коротким вегетационным периодом. Многие регионы страны непригодны для ведения сельского хозяйства, а основные промышленные центры находятся далеко от источников энергии. Правительство должно обеспечить безопасность и поддерживать единые стандарты медицинского обслуживания и образования в 11 часовых поясах от Магадана до Калининграда.

Все вышеперечисленное делает страну хрупкой, производство с добавленной стоимостью усложняется, а социальные изменения замедляются.Сохранение крупного российского государства — задача грандиозная и поистине беспрецедентная. Поэтому внутреннее ослабление и социальный кризис всегда были и остаются главной угрозой для России. В большинстве случаев внутренние взрывы отбрасывали страны на десятилетия назад в их развитии, а иногда ставили под угрозу само их выживание.

Российские власти пытаются решить проблему уязвимости и проницаемости страны, укрепляя военную безопасность и стимулируя устойчивый рост населения. Тем самым они стараются повысить жизнеспособность состояния и сделать его более устойчивым к внешним и внутренним стрессам.

Внешняя политика России является прямым продолжением внутренней. На протяжении последних трех столетий Москва была динамичным ядром Евразии и главной достопримечательностью для своих соседей. Россия одной из первых принесла плоды европейской культуры на Кавказ, в Среднюю Азию и на Дальний Восток. Но в 21 веке будущее Евразии не будет полностью определяться Россией, которой придется конкурировать с Китаем, Европейским союзом, США, Турцией и Ираном.Россия должна обеспечить себе место среди великих держав за столом переговоров, чтобы не стать пунктом их меню.

Основные внешние угрозы для России исходят от исламского экстремизма в Сирии и Ираке, незаконного оборота наркотиков из Афганистана, возможной эскалации конфликтов в постсоветских странах вокруг Северной Кореи или Ирана и гражданской войны на Украине. Императив поддержания стратегической стабильности с Соединенными Штатами требует от Москвы модернизации своих вооруженных сил, военно-промышленного комплекса, глобальной навигации и систем космической связи.Нерешенные проблемы безопасности Европы и блоковые подходы к ней не оставляют России иного выбора, кроме как рассматривать НАТО как потенциального военного противника.

Из всех постсоветских государств именно Россия больше всего выиграла от распада Советского Союза. Но Россия потеряла важнейшие объекты инфраструктуры (трубопроводы, железные дороги, морские порты, военные базы, космодромы и производственные мощности), которые остались на Украине, в Белоруссии и Казахстане. В течение 20 лет основной целью политики России было вывести основные объекты советской инфраструктуры из-под влияния враждебных соседей при построении преференциальных отношений и союзов с такими дружественными государствами, как Беларусь, Казахстан и Армения.Россия также пыталась уменьшить свою зависимость от Украины, прокладывая альтернативные трубопроводы в обход Украины, строя новую базу Черноморского флота в Новороссийске и перемещая оборонные контракты с украинских предприятий на российские. После реинкорпорации Крыма у России больше не осталось жизненно важных интересов за пределами ее границ: ни ракетная площадка в Казахстане, ни грузовые порты в странах Балтии, ни железные дороги в Беларуси не могут служить поводом для претензий Москвы.России придется вмешиваться во внутренние дела постсоветских государств только в том случае, если проживающие там этнические русские будут подвергнуты репрессиям. Во всех остальных случаях Россия будет избегать конфликтов на своих границах.

Россия стремится стать ведущей мировой державой наряду с США и Китаем, но пока безуспешно. Ожидая и наращивая свою силу, Россия становится стратегическим балансиром, который должен быть заинтересован в том, чтобы оставаться независимым в проведении своей собственной политики и оценке международных событий.Ключевая международная угроза для России будет исходить из необходимости отказаться от роли балансира и присоединиться к одному из центров глобальной конкуренции в 21 веке — США или Китаю.

Текст был первоначально опубликован в The Washington Times

.

Концепция национальной безопасности России | Ассоциация по контролю над вооружениями

10 января исполняющий обязанности президента России Владимир Путин подписал новую Концепцию национальной безопасности, в которой очерчиваются национальные интересы России в период нынешней «динамичной трансформации системы международных отношений».»Новая концепция представляет собой отредактированную версию проекта, одобренного Советом безопасности России 5 октября, и заменяет концепцию, принятую в декабре 1997 года. (См. Стр. 23.)

Новая военная доктрина, призванная дополнить недавно принятую концепцию и заменит нынешнюю доктрину, находится на рассмотрении Совета безопасности России и, как ожидается, будет одобрен в ближайшее время, возможно, уже в марте. Хотя новая концепция представляет собой широкий обзор внутренних и внешних угроз для России, будущая доктрина будет сосредоточена на военных и стратегические вопросы.

Концепция 2000 года примечательна своей критикой США и других западных стран, а также тонко пересмотренной ядерной позицией, которую она содержит. В то время как предыдущая концепция оставляла за собой право применить ядерное оружие первым «в случае угрозы существованию Российской Федерации», новая концепция допускает такое использование »для отражения вооруженной агрессии, если все другие средства разрешения кризиса были исчерпаны. . »

Ниже приводятся выдержки из текста в том виде, в каком он был первоначально опубликован на русском языке в выпуске журнала «Независимое военное обозрение » от 14 января и переведен U.С. Информационная служба зарубежного вещания.


Концепция национальной безопасности [ концепция ] Российской Федерации (далее «Концепция») — это система взглядов на то, как обеспечить в Российской Федерации безопасность личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз в любом аспекте. жизни и деятельности.

План определяет важнейшие направления государственной политики Российской Федерации.

Под национальной безопасностью Российской Федерации понимается безопасность ее многонационального народа, в котором пребывает суверенитет и единственный источник власти в Российской Федерации.

I. РОССИЯ В МИРОВОМ СООБЩЕСТВЕ

Ситуация в мире характеризуется динамичной трансформацией системы международных отношений. По окончании эпохи биполярной конфронтации оформились две взаимоисключающие тенденции. Первая из этих тенденций проявляется в усилении экономических и политических позиций значительного числа государств и их интеграционных объединений, а также в улучшении механизмов многостороннего управления международными процессами.Все большую роль играют экономические, политические, научно-технические, экологические и информационные факторы. Россия будет способствовать формированию идеологии построения многополярного мира на этой основе. Вторая тенденция проявляется в попытках создать структуру международных отношений, основанную на доминировании развитых западных стран в международном сообществе под руководством США и предназначенную для односторонних решений (включая использование военной силы) ключевых вопросов мировой политики в обход основные нормы международного права.Становление международных отношений сопровождается конкуренцией, а также стремлением ряда государств усилить свое влияние на мировую политику, в том числе путем создания оружия массового поражения. Военная сила и насилие остаются существенными аспектами международных отношений. Россия — одна из крупнейших стран мира с многовековой историей и богатыми культурными традициями. Несмотря на сложную международную ситуацию и собственные временные трудности, Россия продолжает играть важную роль в глобальных процессах благодаря своему огромному экономическому, научному, технологическому и военному потенциалу и уникальному стратегическому положению на Евразийском континенте.

Есть перспективы более широкой интеграции Российской Федерации в мировую экономику и расширения сотрудничества с международными экономическими и финансовыми институтами. Общность интересов России и других государств объективно сохраняется во многих проблемах международной безопасности, включая противодействие распространению оружия массового уничтожения, урегулирование и предотвращение региональных конфликтов, борьбу с международным терроризмом и торговлей наркотиками, решение острых экологических проблем глобального характера. , в том числе ядерная и радиационная безопасность.

В то же время ряд государств активизируют усилия по ослаблению России в политическом, экономическом, военном и других направлениях. Попытки игнорировать интересы России при решении важнейших вопросов международных отношений, в том числе конфликтных ситуаций, способны подорвать международную безопасность, стабильность и позитивные изменения, достигнутые в международных отношениях.

Терроризм носит транснациональный характер и представляет угрозу мировой стабильности. Эта проблема резко обострилась во многих странах, в том числе в Российской Федерации, и для борьбы с ней требуется объединение усилий всего международного сообщества, повышение эффективности существующих способов противодействия этой угрозе, а также срочные действия по ее нейтрализации.

II. НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ

Национальные интересы России — это совокупность и сбалансированность интересов личности, общества и государства в экономической сфере; внутриполитическая, социальная, международная, информационная, военная, пограничная, экологическая безопасность. Они носят долгосрочный характер и определяют основные цели, стратегические и краткосрочные цели внутренней и внешней политики государства. Национальные интересы обеспечивают органы государственной власти, которые также могут действовать во взаимодействии с общественными организациями, действующими на основании Конституции и законодательства Российской Федерации.

Интересы личности заключаются в реализации конституционных прав и свобод и обеспечении личной безопасности; в улучшении качества и уровня жизни; а также в физическом, духовном и интеллектуальном развитии.

Интересы общества заключаются в укреплении демократии; создание правового и социального государства; в достижении и поддержании общественного согласия и духовном обновлении России. Интересы государства заключаются в нерушимости конституционного строя, суверенитета и территориальной целостности России; в политической, экономической и социальной стабильности; в безусловном обеспечении законности и поддержании правопорядка; и в развитии международного сотрудничества на равных условиях и к взаимной выгоде.Национальные интересы России могут быть обеспечены только на основе устойчивого экономического развития. Поэтому национальные интересы России в экономике имеют ключевое значение.

Национальные интересы России во внутриполитической сфере заключаются в стабильности конституционного строя, государственной власти и ее институтов; в обеспечении гражданского мира и национального согласия, территориальной целостности, единства правовой сферы, правопорядка; в завершении процесса построения демократического общества; и в устранении факторов, вызывающих и подпитывающих социальные, межобщинные и религиозные конфликты, политический экстремизм, национальный и религиозный сепаратизм и терроризм.

Национальные интересы России в социальной сфере — обеспечение высокого уровня жизни ее народа. Национальные интересы в духовной сфере заключаются в сохранении и укреплении нравственных ценностей общества, традиций патриотизма и гуманизма, культурного и научного потенциала страны.

Национальные интересы России в международной сфере заключаются в отстаивании ее суверенитета и укреплении позиций великой державы и одного из влиятельных центров многополярного мира, в развитии равноправных и равноправных отношений со всеми странами и интеграционными объединениями, в частности с членами Содружества Независимых Государств и традиционными партнерами России при всеобщем соблюдении прав и свобод человека и недопустимости двойных стандартов в этом отношении.

Национальные интересы России в информационной сфере заключаются в соблюдении конституционных прав и свобод граждан на получение и использование информации, в развитии современных телекоммуникаций, а также в защите государственных информационных ресурсов от несанкционированного доступа.

Национальные интересы России в военной сфере заключаются в защите ее независимости, суверенитета, государственной и территориальной целостности, в предотвращении военной агрессии против России и ее союзников и в обеспечении условий для мирного и демократического развития государства.

Национальные интересы России в приграничной политике заключаются в создании политических, правовых, организационных и иных условий для обеспечения надежной охраны государственной границы Российской Федерации, а также в соблюдении порядка и правил, установленных законодательством Российской Федерации в отношении ведение хозяйственной и иной деятельности в пределах Российской Федерации.

Национальные интересы России в экологической сфере заключаются в сохранении и улучшении окружающей среды.

Важнейшей составляющей национальных интересов России является защита личности, общества и государства от терроризма, в том числе международного терроризма, а также от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и их последствий, а в военное время — от опасностей. возникшие в результате проведения и последствий военных действий.

III. УГРОЗЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Состояние национальной экономики и незавершенность системы и структуры власти государства и общества, социально-политическая поляризация общества и криминализация общественных отношений, рост организованной преступности и терроризм и ухудшение межобщинных и международных отношений создают широкий спектр внутренних и внешних угроз безопасности страны.

В экономике эти угрозы носят комплексный характер и вызваны, прежде всего, значительным сокращением валового внутреннего продукта; сокращение инвестиций и инноваций; снижение научно-технического потенциала; застой в сельском хозяйстве; искаженная банковская система; рост внутреннего и внешнего долга государства; и преобладание экспорта топлива, сырья и энергоносителей, а в импорте — продуктов питания и потребительских товаров, включая предметы первой необходимости.

Ослабленный научно-технический потенциал, сокращение исследований в стратегически важных областях науки и технологий и выезд за границу специалистов и интеллектуальной собственности означает, что Россия столкнулась с угрозой потери лидирующих мировых позиций, упадка своих высоких позиций. -технологические отрасли, усиление зависимости от иностранных технологий и подрыв ее способности защищаться.

Неблагоприятные тенденции в экономике лежат в основе сепаратистских устремлений ряда субъектов Российской Федерации. Это ведет к усилению политической нестабильности и ослаблению единого экономического пространства России и его наиболее важных компонентов — промышленного производства, транспортных связей, а также финансовой, банковской, кредитной и налоговой систем.

Экономическая дезинтеграция, социальное расслоение и размывание духовных ценностей усиливают напряженность между регионами и центром и создают угрозу федеративному устройству и социально-экономической структуре Российской Федерации.

Этноэгоизм, этноцентризм и шовинизм, проявляющиеся в деятельности ряда общественных формирований, а также неконтролируемая миграция способствуют развитию национализма, политического и религиозного экстремизма и этносепаратизма, а также создают питательную среду для конфликтов.

Единое правовое пространство страны размывается из-за несоблюдения принципа, согласно которому Конституция Российской Федерации должна иметь преимущественную силу над другими правовыми нормами и что федеральный закон должен иметь преимущественную силу над законами субъектов Российской Федерации, а также из-за плохой координации государственное управление на разных уровнях.

Угроза криминализации общества, возникшая в результате реформирования общественно-политической системы и экономики, становится особенно острой. Серьезные ошибки, допущенные на начальном этапе экономической, военной, правоохранительной и других реформ, ослабление государственного регулирования и контроля, несовершенное законодательство, отсутствие сильной государственной социальной политики, снижение духовно-нравственного потенциала общества — основные факторы, способствующие этому. рост преступности, особенно организованной преступности, и коррупции.

Последствия этих просчетов проявляются в ослаблении законодательного надзора за ситуацией в стране; в слиянии отдельных элементов исполнительной и законодательной власти с криминальными структурами; и в их проникновении в банковскую систему, основные отрасли промышленности, торговые организации и сети поставок. В связи с этим борьба с преступностью и коррупцией носит не только правовой, но и политический характер.

Масштабы терроризма и организованной преступности растут из-за конфликтов, которые часто сопровождают смену собственников, а также усиление борьбы за власть на основе клановых, этнических или националистических интересов.Отсутствие в обществе эффективной системы предотвращения правонарушений, неадекватная правовая и материально-техническая поддержка борьбы с организованной преступностью и терроризмом, правовой нигилизм и уход квалифицированного персонала из правоохранительных органов — все это усиливает воздействие этой угрозы. на человека, общество и государство.

Расслоение общества на узкий круг богатой и преобладающей массы нуждающихся и растущее число людей, живущих за чертой бедности, а также растущая безработица представляют угрозу безопасности России в социальной сфере.

Угроза физическому здоровью нации проявляется в кризисе систем здравоохранения и социальной защиты населения, в росте потребления алкоголя и наркотиков.

Последствиями этого глубокого социального кризиса являются резкое падение рождаемости и средней продолжительности жизни, искажение демографического и социального состава общества, подрыв рабочей силы как основы промышленного развития, ослабление фундаментального ядра. общества — семьи — и снижение духовного, нравственного и творческого потенциала общества.

Углубление кризиса во внутриполитической, социальной и духовной сферах может привести к утрате демократических завоеваний.

Основные угрозы в международной сфере обусловлены следующими факторами:

Внешняя угроза как движущая сила исследования и развития Тихоокеанского региона России

С середины XIX века политика России в Тихоокеанском регионе была сосредоточена на по двум взаимосвязанным задачам: обретение и поддержание статуса тихоокеанской державы и защита восточных территорий страны.Постоянных внешних угроз потери этих территорий не было, и интересы Петербурга / Москвы в регионе ограничивались добычей его природных ресурсов, а также созданием буферной зоны и плацдарма для дальнейшей экспансии на восток. Таким образом, усилия по исследованию и защите региона носили прерывистый характер и не трансформировались в стратегию устойчивого развития. Нынешнее движение Кремля на восток, впервые в истории России, имеет сильную экономическую основу и служит укреплению позиций России в Азиатско-Тихоокеанском регионе за счет расширения своего экономического присутствия там.

Ключевые темы
  • Политика российского государства в отношении Дальнего Востока страны в основном определялась неэкономическими соображениями из-за удаленности региона, климата, геополитических условий и спорадических угроз региональной безопасности. Правительство стало активно работать в регионе, когда иностранные державы активизировали свою деятельность в непосредственной близости от границ России, что было воспринято как угроза территориальной целостности страны.
  • Позиции России на Дальнем Востоке в основном укреплялись за счет российских поселений там, укреплений вдоль китайской границы и создания транспортной инфраструктуры военного назначения, а также военных и ориентированных на экспорт горнодобывающих предприятий.
  • Сегодня Дальний Восток рассматривается российским правительством как транзитный коридор, сырьевая база и географический плацдарм для продвижения в Азиатско-Тихоокеанский регион. Однако по традиции Кремль ссылается на угрозы региональной безопасности, чтобы убедить общественность в необходимости перераспределения некоторых ресурсов в пользу восточной части страны. В то же время существует опасность, что прекращение «угрозы с Востока» приведет к прекращению очередной эскалации восточной политики правительства.
Рекомендации

Присутствие России в Азиатско-Тихоокеанском регионе требует стратегии, соответствующей региональным реалиям и потенциалу страны. Также необходимо разработать долгосрочную стратегию развития восточных территорий страны. Он должен адекватно реагировать на соответствующие внутренние и внешние вызовы, а не сосредотачиваться на отражении внешних угроз.

Дальний Восток может стать жизнеспособной платформой для экономической интеграции России в Азиатско-Тихоокеанский регион, только если Москва начнет рассматривать этот регион как равноправную часть евразийского политического и экономического пространства.

Нынешний «поворот Кремля на Восток» и его повышенное внимание к судьбе Дальнего Востока России вызывают ряд законных вопросов относительно их сущности, содержания и возможных результатов. Главный вопрос заключается в том, есть ли основания утверждать, что у России сейчас принципиально иная стратегия в Тихом океане, 1 , или же она представит стране и миру модификацию старой имперской политики, которая всем даже известна. Смутно знаком с международными отношениями в Восточной Азии и на Дальнем Востоке за последние 150 лет.В какой степени прошлый опыт отражен в новом курсе? Как долго это будет продолжаться? И каковы его возможные разветвления?

Когда в прошлом возникала внешняя угроза потери восточных территорий, она становилась одним из важнейших — если не самым важным — фактором, заставляющим Русский Центр уделять пристальное внимание своей восточной периферии.

Ответы во многом зависят от осознания причин и мотивов этой трогательной заботы, которую Центр доставляет этому периферийному региону, население которого в два раза меньше, чем в российской столице.Власти и аналитики по-разному подходят к этому вопросу. Некоторые объясняют это намерением Кремля обеспечить «экономическое возрождение России, в котором Москва и нефть и газ Западной Сибири, отправляемые в Европу, не единственные двигатели роста» 2 и «обеспечить России надлежащее место в мире». зарождающаяся региональная экономическая архитектура ». 3 Другие считают, что Москва вынашивает благородные намерения развивать Сибирь и Дальний Восток, используя потенциал Азиатско-Тихоокеанского региона. 4 Некоторые убеждены, что повышенное внимание Кремля к Азии является «типичным проявлением экспансионистских и великодержавных устремлений России», 5 основано на желании укрепить свой статус великой евразийской державы. 6 Другая группа скептиков придерживается мнения, что поворот России на Восток — это явно блеф, и на самом деле «российские политики не хотят« идти на Восток », а, скорее, пересмотреть определение Запада». 7 Поступая так, они не пытаются обеспечить себе место под солнцем, а просто «автономию в западном мире».« 8 Думаю, что даже краткий исторический анализ причин спорадического интереса Центра к восточным окраинам страны и способов и средств, которые он использует для решения локальных проблем, поможет нам лучше понять суть нынешнего« поворота ». в регион и предсказывать его будущее.

20 декабря 2006 г. последним из множества аналогичных решений Совет Безопасности Российской Федерации постановил ускорить развитие Дальнего Востока.Ситуация в регионе была охарактеризована как критическая и наносящая ущерб национальным интересам. Обращаясь к членам Совета, Владимир Путин заявил, что «убыль населения и глубокая несбалансированность производственной структуры округа и внешнеэкономических связей» и неэффективное использование естественных конкурентных преимуществ региона »представляют серьезную угрозу нашим политическим и экономическим позициям. в Азиатско-Тихоокеанском регионе и … к национальной безопасности России в целом ». 9 Это знакомый рефрен.Даже беглый взгляд на исторические записи показывает, что внешняя угроза потери восточных территорий ранее была одним из важнейших — если не самым важным — факторов, заставляющих Русский Центр уделять пристальное внимание восточной периферии. Ниже мы рассмотрим различные проявления этой угрозы.

Историческая динамика

Сибирский и дальневосточный эпос России, уходящий корнями в 15 век, разделен на две основные фазы.Первый, социально-экономический, охватывает период с начала XVI до первой половины XIX века. Это были годы по большей части хаотичного освоения Сибири (Дальний Восток исследован в гораздо меньшей степени). В то время Россию продвигали на восток два фактора: материальная выгода для правительства (доходы от сибирских пушнины и караванная торговля с Китаем) и энергия свободолюбивых поселенцев-добровольцев. Климат, расстояния и сопротивление Пекина были одними из основных препятствий на пути заселения региона.

Второй этап, который можно охарактеризовать как имперский и военно-стратегический, охватывает период со второй половины 19 века до 20 века. Заключив ряд договоров с Китаем и Японией, 10 и получив контроль над северо-восточным тихоокеанским побережьем, Россия зарекомендовала себя как тихоокеанская и глобальная держава. Этот этап характеризовался стратегическими интересами Санкт-Петербурга, а затем и Москвы, которые заключались в попытках расширить «периметр безопасности» России 11 , одновременно увеличивая влияние страны в Азии и защищая ее территориальные завоевания в регионе.

На первом этапе европейские политики считали Восточную Азию захолустной территорией, но, начиная с 1840-х годов, ведущие европейские державы и Соединенные Штаты подняли ее в сферу своих первоочередных интересов, постепенно вынуждая стагнирующие азиатские государства открыться перед другими странами. Запад. Естественно, с середины XIX века российские владения в Тихом океане привлекали внимание других великих держав, в первую очередь Великобритании. В то время Санкт-Петербург впервые столкнулся с двуединой проблемой, которую Россия решает на протяжении 150 лет: поддержание своего статуса тихоокеанской державы и обеспечение безопасности своей восточной периферии.

С тех пор каждые 25-30 лет или около того предпринимались многочисленные попытки решить эту проблему, хотя они были эпизодическими и спорадическими, а не систематическими или запланированными. В каждом из этих случаев эскалация военной и политической напряженности на Востоке России побуждала центральное правительство уделять больше внимания этому региону, а центральное правительство было вынуждено уделять больше внимания фактам жизни в Восточной Азии и на Дальнем Востоке. событие или последовательность событий, которые были расценены как угрожающие российским холдингам в Тихом океане.Каждому из этих этапов предшествовали периоды разной продолжительности, когда угрозы формировались, распознавались и ассимилировались, поскольку руководству страны требовалось определенное время, чтобы осознать угрозу и предпринять конкретные меры. 12

В каждом случае энтузиазм Центра иссякал через восемь-десять лет. За это время опасность миновала или утихла, и интерес центральной бюрократии к региону ослаб.Затем правительство обратило внимание на западные или южные регионы страны, а Дальний Восток вернулся в стадию инерционного развития. Государству всегда не хватало средств, энергии, времени и воли для систематического освоения этой огромной территории. Как ни парадоксально, каждый из циклов стоял сам по себе, и уроки, извлеченные в прошлом, были забыты и оставались практически незапрошенными в будущем.

Русские владения в Тихом океане привлекали внимание других великих держав, в первую очередь Великобритании, начиная с середины XIX века.В то время Санкт-Петербург впервые столкнулся с двуединой проблемой, которую Россия решает на протяжении 150 лет: поддержание своего статуса тихоокеанской державы и обеспечение безопасности своей восточной периферии.

Вскоре после того, как северо-восточные периферии Евразии были включены в состав Российского государства, стало очевидно, что естественная, политическая, демографическая и экономическая способность этой территории к саморазвитию минимальна. Траектория его развития в значительной степени зависела от (1) имперских амбиций Центра; 2) идеология руководства страны; и (3) государственная политика — деятельность, энергия, потенциал и потребности населения имели гораздо меньшее значение.Эти три фактора не были постоянными; они колебались по мере изменения внутреннего и международного контекста, но они сыграли ключевую роль в формировании циклического характера политики российского государства на Дальнем Востоке, как отмечали историки 13 и экономисты. 14

Между тем восточное побережье России всегда играло важную роль в тихоокеанской политике страны. Стремления России к великодержавности, отраженные в претензиях ее политической элиты на господство на огромной территории, были одним из основных факторов, которые всегда определяли политику Центра в отношении Дальнего Востока и, следовательно, судьбу региона.Для России крупные территориальные владения служили «главным индикатором ее влияния в международных делах». 15 Территория задумывалась не только как восточная граница страны, но и как плацдарм для дальнейшей экспансии на восток.

Великодержавная идея заставила Центр постоянно держать в голове ситуацию на Востоке и время от времени напоминать общественности о важности территорий для России, а также о необходимости развития Дальнего Востока и усиления тихоокеанского вектора. внешней политики страны.Однако между политическими декларациями и теоретическими обоснованиями, даже если они подкреплены документами высшего уровня, и практическими действиями существует большая дистанция. Само нахождение этой территории в границах России и ее защита дорого обходятся государству. На его разведку и разработку требовалось гораздо больше денег, которых государству всегда не хватало. Таким образом, активные шаги по развитию региона не предпринимались до тех пор, пока соответствующие угрозы не были признаны на вершине политической иерархии.После этого были приняты специальные политические решения, его финансирование стало приоритетом, и был осуществлен ряд экономических, военных и социально-демографических изменений. Эти действия были направлены на укрепление позиций России на Дальнем Востоке и отражение реальных или потенциальных угроз ее безопасности.

Оставляя в стороне период до 1850 года, мы сосредоточимся на военно-стратегическом этапе российской колонизации Дальнего Востока.

Определив, чем вызван интерес Центра к Дальнему Востоку, можно выделить периоды его активного присутствия в регионе.Таких периодов четыре: 1854-1861 гг .; 1896–1903; 1931-1939; и 1966-1975 гг. Первые два можно охарактеризовать как попытки обезопасить восточные границы России за счет территориальной экспансии. Последние два характеризуются усилиями по развитию и консолидации собственных территорий страны.

1. Битва за Амур

К середине 1720-х годов российское правительство признало важность реки Амур как «наиболее удобного пути к Тихому океану». Однако подлинный интерес России к Приамурью восходит к концу 1840-х годов и был напрямую связан с активным участием европейских государств в Восточной Азии.Результаты первой опиумной войны, которую Англия и Франция вели против Китая, волновали не только Россию. Встревожили Санкт-Петербург и планы англичан по колонизации Амурской области. Более того, опасались, что Россия вообще может потерять Сибирь.

Генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьев, вступивший в должность в 1848 году, выразил такую ​​озабоченность в одном из своих первых докладов царю Николаю I. «Много раз я слышал в Санкт-Петербурге, что Сибирь может отделиться от России. , — написал Муравьев.«Ваше Величество, я убедился, что это опасение вполне естественное, а не по тем причинам, в которые верили в столице …» 16 Генерал-губернатор указал на главного виновника: англичан в Приамурье, которые «делали вид, что будь простыми туристами или безобидными учеными, собирают всю информацию, которая нужна английскому правительству ». 17

Крымская война и угрозы целостности российских владений на Камчатке и в бассейне Охотского моря вынудили Россию предпринять конкретные действия на Востоке.С 1854 по 1856 год Муравьев трижды отправлял подкрепление, оружие и припасы вверх по Амуру на Камчатку, что позволило отразить атаку англо-французской эскадры на русские тихоокеанские территории у Петропавловска. После поражения России в Крымской войне влиятельная фракция в российском правительстве в лице канцлера князя Александра Горчакова и великого князя Константина Николаевича призвала к немедленным действиям по укреплению позиций России на Дальнем Востоке. 18 Вдобавок, как и предыдущие усилия англичан, американцы планируют колонизировать бассейн реки Амур 19 укрепили Санкт-Петербург.Решимость Петербурга взять регион под свой контроль. В результате были подписаны российско-китайский Айгунский (1858 г.) и Пекинский (1860 г.) договоры, подтверждающие право собственности России на территории реки Амур.

Однако на этом продвижение России на восток практически закончилось. Царская администрация переключила внимание на внутренние проблемы страны и других частей света — Европы, Ближнего Востока и Средней Азии. После ухода генерал-губернатора Муравьева в отставку в 1861 году Дальний Восток потерял активного и влиятельного лоббиста.В 1867 году Россия продала свои североамериканские территории Соединенным Штатам. На четверть века Дальний Восток был отведен на задний план внутренней и международной политики России.

2. Маньчжурская сага

Второй период активного присутствия России на Востоке отличен и в некоторых отношениях трагичен. Во-первых, царский двор долгое время не хотел и не мог определить настоящего врага. Во-вторых, она избрала неверный путь противодействия угрозам национальным интересам России.Наконец, расширила сферу своей деятельности за пределы России. Естественно, события развивались по другому сценарию — отчасти потому, что собственно развитию Дальнего Востока в то время уделялось мало внимания.

В конце XIX века российский внешнеполитический истеблишмент не видел серьезных угроз ни со стороны дремлющего Китая, ни со стороны быстро развивающейся Японии. Даже когда они осознавали возможность войны, российские дипломаты и военные были полностью уверены, что Россия победит.«Если будет война [с Японией], мы, несомненно, выиграем ее», — написал военный министр Алексей Куропаткин за два месяца до начала боевых действий. 20 Санкт-Петербург гораздо больше боялся английских интриг и сильных позиций Америки в Китае. Эти опасения еще больше подогревались эскалацией напряженности в отношениях с Китаем во время спора в районе Или в 1880 году, в котором британские дипломаты сыграли значительную роль, а также действиями Великобритании и Америки в районе границы с Россией на Корейском полуострове.Возможный конфликт с Англией и отсутствие укреплений на границах России на Дальнем Востоке, а также неспособность поддерживать непрерывные линии снабжения армии вынудили царский двор рассмотреть идею строительства Транссибирской магистрали, 21 . торжественно открыт во Владивостоке в мае 1891 года. Однако царское правительство переоценило свои силы и неверно определило источники угроз, что привело к ошибочному выбору стратегии. Как и в середине XIX века, российские правители сосредоточились на расширении территории страны за счет исследования и укрепления земель и ресурсов, которые уже контролировала Россия.

Начало японской агрессии в Маньчжурии в сентябре 1931 года заставило Кремль принять срочные меры по укреплению советского Дальнего Востока.

Новую фазу активного участия России на Дальнем Востоке принесли результаты японо-китайской войны 1894-1895 годов, в результате которой Япония стала доминирующей державой в Северо-Восточной Азии. Царское правительство направило большую часть своих усилий и ресурсов на участие в разделе Китая, строительстве Китайско-Восточной и Южно-Маньчжурской железных дорог и создании нового плацдарма для восточноазиатской экспансии в Порт-Артуре и Дальнем (Далянь). , арендованный у Китая в 1898 году.Тем не менее архитекторы политики России на Дальнем Востоке продолжали игнорировать японскую угрозу, считая, что главная опасность по-прежнему исходит от Англии. Сергей Витте утверждал, что император решил захватить Порт-Артур и Дальний после того, как министр иностранных дел России граф Муравьев сообщил ему, что «если мы не оккупируем эти порты, то это сделают англичане». 22 Горячие головы в царском окружении даже предлагали аннексировать Маньчжурию и Корею.

Царское правительство допустило ошибку, выведя оборону России за пределы своих границ.Только поражение в русско-японской войне 1904–1905 годов заставило Петербург отказаться от этой стратегии и сосредоточить внимание на укреплении Приамурья. Здесь основной упор делался на заселение региона русскими поселенцами. Были предприняты некоторые шаги по поощрению переселения крестьян; ускорилось строительство Амурской железной дороги; созданы стимулы для миграции русских рабочих; Были предприняты шаги по развитию сельского хозяйства, торговли и промышленности.

Несмотря на все эти усилия и двукратное увеличение государственных инвестиций на Дальнем Востоке (с 55 млн до 105 млн рублей в год 23 ) с 1909 по 1914 год, этот период в истории Тихоокеанского региона России вряд ли может быть называется особо активным.Слишком много усилий было затрачено за пределы собственно России; Маньчжурия и Китайско-Восточная железная дорога, а не Дальний Восток, продолжали привлекать капитал и ресурсы. 24 Кроме того, после проигрыша России Японии многие в Санкт-Петербурге считали, что России придется полностью покинуть Тихоокеанское побережье, что также умерило ее энтузиазм. 25

3. Японский вызов: 1931-1939 гг.

Первый период вмешательства России в Тихоокеанский регион был спровоцирован Англией; второй был ответом на действия Англии, Японии и США, а третий возник в результате милитаристской политики Японии в Китае.Японская агрессия в Маньчжурии в сентябре 1931 года заставила Кремль принять срочные меры по укреплению советского Дальнего Востока. Осенью того же года Комитет обороны Совета Народных Комиссаров принял решение об усилении обороны региона. 26 В декабре был создан специальный комитет для разработки плана уменьшения военной угрозы для региона. В апреле 1932 г. был сформирован контингент Дальневосточного флота, а в 1933 г. было принято решение об усилении военной инфраструктуры Дальнего Востока за счет строительства укреплений, аэродромов, хранилищ горючего, стратегических дорог, складов и объектов ПВО.

Военная промышленность росла очень быстро. Доля Дальнего Востока в общих экономических расходах Советского Союза из года в год увеличивалась. В 1932 г. затраты на капитальное строительство в районе были в 5 раз выше, чем в 1928 г .; к 1937 г. эти расходы выросли в 22,5 раза. 27 Ресурсы в основном направлялись в военную инфраструктуру и военную промышленность. 13 апреля 1932 года Совет Народных Комиссаров принял решение о строительстве Байкало-Амурской железной дороги, обозначив ее как «объект чрезвычайной важности.«Фактически, Сталин открыто заявил, что масштабные строительные проекты на Дальнем Востоке необходимы для противодействия растущей японской угрозе. 28

Центр снова усилил внимание к Дальневосточному региону страны во время Культурной революции в Китае (когда антисоветские настроения в этой стране достигли своего пика) и войны во Вьетнаме.

Рост населения и изменения в его составе также сыграли важную роль в обороноспособности региона.Советская миграционная политика определялась в первую очередь геополитическими соображениями: она стремилась обеспечить безопасность восточной границы страны, заселив ее надежными и мобильными гражданами, готовыми к вызовам времени. Китайское и корейское население было вытеснено и впоследствии депортировано в 1937-1938 годах; «ненадежные элементы» были изгнаны; а люди устремились на Дальний Восток, благодаря призыву и комсомольской вербовке. Все эти меры привели к значительному увеличению численности населения края и его славянской составляющей (например, население Хабаровского края увеличилось на 87 человек.1 процент с 1933 по 1939 год). Мужчин было больше, чем женщин, от 100 до 72, а молодые люди (в возрасте от 20 до 34 лет) составляли 41 процент от общей численности населения. Регион, где в конце 20-х годов еще преобладали индивидуальные фермеры, быстро превратился в страну наемных рабочих и колхозников. 29

Вторая мировая война, разразившаяся в Европе в 1939 году, снова переключила внимание Кремля на Запад, но оборонный потенциал, созданный на Дальнем Востоке в 1930-х годах, и ощутимые поражения, понесенные Японией от рук Советской Армии в Сражения на озере Хасан в 1938 году и на Халхин-Голе (Монголия) в 1939 году помогли удержать Японию от вступления в войну против Советского Союза.

4. Советско-китайское противостояние: 1966-1975 гг.

Центр снова обратился к региону во время Культурной революции в Китае, когда антисоветские настроения достигли пика. Это было также время войны во Вьетнаме. Антисоветская риторика Пекина, сопровождаемая напряжением на советско-китайской границе, побудила советское руководство еще раз внимательно взглянуть на Дальний Восток. Весной 1967 года в Кремле вернулись к идее строительства Байкало-Амурской железной дороги. Идея была сформирована в первую очередь из соображений военно-политического характера, а экономическая целесообразность отошла на второй план.Строительство началось в 1974 году. В июле 1967 года и мае 1972 года ЦК КПСС и Совет Министров приняли два постановления о комплексном развитии Дальнего Востока. Значительно выросли капитальные вложения в область. 30

Москва возродила идею «демографического усиления» приграничной зоны Китая. Для его реализации с 1967 по 1970 год 23,9 тысячи семей были переселены «добровольно в колхозы и совхозы Хабаровской, Приморской, Амурской и Читинской областей». 31 В 1972 году так называемые «северные надбавки» 32 были введены в отдаленных районах Дальнего Востока и Восточной Сибири в попытке закрепить население в приграничной зоне Китая. В результате в это десятилетие миграционный прирост на Дальнем Востоке был самым большим за весь послевоенный период — 1,4 миллиона человек переехали в регион. 33

Значительно вырос и военный потенциал области. С мая 1969 года на всем протяжении российско-китайской границы возводились укрепленные полосы.Контингент пограничников на границе с Китаем вырос с 10 300 человек в 1965 году до 51 300 в 1970 году. 34 Численность советских сухопутных войск выросла с 15 дивизий в середине 1960-х годов до более 60 дивизий к началу 1980-х годов. Были развернуты ракеты СС-20. 35 Тихоокеанский флот «превратился из прибрежной« озерной флотилии »из 50 000 человек в самый крупный и самый мощный компонент советского военно-морского флота, в котором 150 000 человек и 800 кораблей курсируют между Мадагаскаром и Калифорнией.» 36

Окончание войны во Вьетнаме в 1975 году, смерть Мао Цзэдуна в 1976 году, последующая смена караула в Китае и улучшение советско-китайских отношений существенно снизили напряженность на восточной границе Советского Союза. В то же время ухудшились отношения Кремля с США и Западной Европой. Во второй половине 1970-х годов советское руководство начало терять интерес к Дальнему Востоку. В следующие три десятилетия советские, а затем и российские лидеры в основном проявляли символическое уважение к Дальнему Востоку.У Москвы явно были другие дела. Программы регионального развития (на период 1986–2000 и 1996–2005 гг.) По большей части не реализовывались. В 90-е годы Дальний Восток был практически предоставлен самому себе.

5. Больше того же или совершенно новый подход? 2006-20 (??)

Ряд факторов позволяет предположить, что повышенное внимание Кремля к Дальнему Востоку сегодня несколько отличается от описанных выше случаев. Тогда Центр был озабочен территориальной экспансией и защитой государства, а сейчас на карту поставлено будущее региона.

Начиная с выступления генерального секретаря Горбачева во Владивостоке в 1986 году и до сегодняшнего дня, объявленной Кремлем целью развития восточных регионов страны является интеграция России в Азиатско-Тихоокеанский регион. Тем не менее долгое время никаких конкретных шагов для достижения цели не предпринималось. Очевидно, российская бюрократия, бизнес-сообщество и общественность не были готовы в очередной раз погрузиться в проблемы далекого Востока за счет близкого и знакомого Запада.Поиск других, более эффективных стимулов для поворота страны на Восток вернул Кремль к почти забытому фактору внешней угрозы.

Тема возможного отделения региона от России была поднята вскоре после распада Советского Союза. Природа угрозы была немедленно названа «гнусными схемами Пекина». 37 Но уже в первой половине 1990-х годов эксперты заговорили и о пагубных последствиях экономической деградации региона и его инфраструктурной оторванности от европейской части России, представляющей угрозу не только для самого региона, но и для всех остальных. страны.К концу десятилетия «стало ясно, что Сибирь и Дальний Восток не просто синонимичны слову« мощь », но представляют будущее России». «Внутренняя, внешняя, экономическая и военная политика страны будет во все большей степени определяться» направлением развития регионов и его результатами. 38 Понимание геополитического значения Дальнего Востока и понимание того, что он может быть потерян, постепенно начали входить в умы политической элиты страны.

Интеграционный потенциал Русского Тихого океана, а не озабоченность Центра территориальной целостностью государства или судьбой жителей региона, стали движущей силой фундаментальных решений Кремля по развитию его Дальневосточного региона.

В июле 2000 года президент России Владимир Путин заявил об угрозе «существованию региона как неотъемлемой части России». 39 В августе 2002 года он произнес фразу об «огромном стратегическом значении» региона для всей страны, которое, возможно, стало важным для будущего развития событий. 40 В ноябре того же года Совет Безопасности РФ обсуждал вопросы обеспечения национальной безопасности в Дальневосточном федеральном округе.Обращаясь к Совету, президент указал на причины такого пристального внимания к региону, заявив, что его «серьезные демографические, инфраструктурные, миграционные и экологические проблемы, … экономический дисбаланс и социальная напряженность ограничивают возможности России для успешной интеграции в Азиатско-Тихоокеанский регион «. 41

Таким образом, интеграционный потенциал Русского Тихого океана, а не озабоченность Центра территориальной целостностью государства или жизнью жителей региона, стали движущей силой решений Кремля по развитию своего Дальневосточного региона.Власти просто использовали разговоры об угрозах безопасности и потере Дальнего Востока как аргумент для перенаправления государственных ресурсов в регион. Однако на это потребовалось еще несколько лет, пока российское руководство готовилось к решительным действиям и готовило политическое и деловое сообщество к повороту на Восток. Вернувшееся доверие правящих элит, отсутствовавшее в первое десятилетие после распада Советского Союза, укрепило их решимость действовать. Элиты также осознали важность подъема Азии и последствия растущего разрыва между темпами развития в России и Китае.Наконец, они стали рассматривать Россию как «энергетическую державу, которая необходима для мировой экономики» 42 и способная эффективно действовать на азиатских рынках.

Как отмечалось выше, угроза национальной безопасности России была высказана на заседании Совета Безопасности в декабре 2006 г. накануне принятия решения об ускоренном развитии Дальнего Востока. Это заявление побудило некоторых политиков заговорить о «геополитическом удержании» на Дальнем Востоке, 43 , в то время как политические аналитики ссылались на угрозы экономической и культурной эксплуатации территории «другими иностранными юридическими лицами». 44 Интернет-публикации продолжали обсуждать растущую демографическую ситуацию в Китае и неизбежную военную экспансию. Между тем государство не было озабочено укреплением своих границ и модернизацией своей тихоокеанской обороны; вместо этого оно стремилось создать экономическую и инфраструктурную платформу, которая обеспечила бы безопасность страны. интеграция в Азиатско-Тихоокеанское экономическое пространство.

В августе 2007 года Правительство РФ утвердило новую редакцию программы «Развитие Дальнего Востока и Байкальских регионов до 2013 года.Годом позже программа была дополнена приложением под названием «Развитие Владивостока как центра международного сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе». 45 Как отметил профессор Принстонского университета Гилберт Розман, «… один угол Российский Дальний Восток был готов стать площадкой для экономического возрождения, чтобы сделать присутствие России известным ». 46 В отличие от большинства программ прошлого, эта программа регулярно получала финансирование, которое фактически увеличивалось, в основном благодаря инвестициям частного сектора. 47 В декабре 2009 года правительство утвердило «Стратегию социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальских регионов до 2025 года», которая направлена ​​на «противодействие потенциальной угрозе национальной безопасности на Дальнем Востоке и Байкале». 48

В конце 2000-х годов эксперты задавались вопросом, как долго продлится роман России с Востоком, особенно с учетом того факта, что тогдашнего президента Дмитрия Медведева гораздо больше интересовали Соединенные Штаты и Европа.Однако, похоже, события начала второго десятилетия XXI века фактически укрепили приверженность российского руководства продолжению «тихоокеанского наступления». Затяжной экономический кризис в Европе, резкая эскалация напряженности между странами Восточной Азии, события на Корейском полуострове и возвращение Америки в Азиатско-Тихоокеанский регион — все это способствовало возрождению разговоров об угрозах для России в Тихоокеанском регионе. должны быть адресованы.

На заседании Президиума Госсовета в ноябре 2012 г. президент Владимир Путин вновь сформулировал экономический подход к обеспечению безопасности региона, заявив о необходимости его ускоренного устойчивого развития, «чтобы эти территории развивались эффективно и становились ключевыми составляющими российской экономики. процветание и власть. 49 Обращаясь к Федеральному Собранию 12 декабря 2012 года, он повторил, что вектор развития России в XXI веке направлен на восток, и использование огромного потенциала Сибири и Дальнего Востока дает России возможность воспользоваться своим правом. место в Азиатско-Тихоокеанском регионе. 50

Развитие угроз: восприятие, идентификация и реагирование

С того момента, как Дальний Восток вошел в состав Российской Империи, он явно был самым слабым звеном в системе национальной обороны.Таким образом, вопрос его уязвимости, защиты и сохранения всегда висел над головами российского руководства, как дамоклов меч. Однако руководство приняло активное участие только после того, как пришло к выводу, что угроза потери территорий существует.

Угрозы территориальных потерь послужили основным поводом для экстренной интервенции на Дальнем Востоке в середине и в конце XIX века, в 1930-х и на рубеже 1970-х годов. Нынешний этап является исключением, поскольку основная угроза сейчас исходит из неучастия России в азиатско-тихоокеанских экономических и интеграционных процессах.Но опять же, желание «не отставать от других держав», которое подпитывало политику России в конце 19 века, все еще можно различить в возвышенном дискурсе об интеграции.

Затяжной экономический кризис в Европе, резкая эскалация напряженности между странами Восточной Азии, события на Корейском полуострове и «возвращение Америки в Азиатско-Тихоокеанский регион» — все это послужило весомыми аргументами для возобновления разговоров об угрозах. интересам России в Тихоокеанском регионе и предпринять шаги по преодолению этих угроз.

Стоит отметить, что центральное правительство не отреагировало активно на предупреждения о «желтой угрозе», которые распространялись в начале 20 века и на рубеже 21 века местными политиками и общественностью с целью подтолкнуть столицу. предпринять шаги по сдерживанию «азиатского присутствия» в регионе. Некоторые проекты миграционной политики действительно включали идею сдерживания «китайской демографической угрозы» и поощрения притока русских, но кроме этого было мало что сделано.

С другой стороны, идея сибирского и дальневосточного сепаратизма уже давно вызывает опасения у центрального правительства и усиливает силу фактора внешней угрозы. В 1840-х годах петербургские чиновники считали опасность сибирского сепаратизма вполне реальной. Высказывались опасения, что русские могут стать нелояльными к короне под влиянием этнических меньшинств и иностранцев. 51 Особая идентичность, которую заявляли жители Дальнего Востока, явно беспокоила Кремль в советское время.Тема сепаратизма вернулась в начале 1990-х годов и обсуждается до сих пор. Политики в Москве серьезно говорят о возможном экономическом, а затем и политическом дрейфе территорий в сторону азиатских соседей России. Они выражают опасения, что «ускоренное развитие Дальнего Востока — даже по сравнению с соседней Сибирью — может увеличить его и без того значительную автономию от европейской части России». 52 Сильная экономическая зависимость региона от Китая, Японии и Южной Кореи заставляет задуматься об этом факторе.

Выявление угроз сопровождалось созданием планов и проектов по противодействию им. Первые появились в имперскую эпоху, когда заселение и освоение территорий рассматривалось как «стратегическая операция». 53 В 1861 году правительство утвердило «Правила расселения в Приамурье и Приморье для русских и иностранцев», в которых территории были объявлены открытыми для «безземельных крестьян и предприимчивых граждан всех слоев общества, желающих переселиться за свой счет. . 54 Но берущих было мало, и в 1863 году власти перестали поддерживать крестьян, намеревавшихся селиться в этом отдаленном районе. В 1909 году был образован Комитет по заселению Дальнего Востока во главе с премьер-министром Петром Столыпиным. Однако, результаты здесь были менее успешными, чем в случае Сибири. 55

Программы советской эпохи, касающиеся развития Дальнего Востока в 1930, 1967 и 1972 годах, существенно не отличались друг от друга. Экономисты пришли к выводу, что «они не имели ничего общего с экономическими приоритетами» и были направлены исключительно на достижение военных и политических целей чисто командными средствами. 56 Советская политика всегда была направлена ​​не на развитие Дальневосточного региона как такового, а на укрепление его обороноспособности и той составляющей его экономического и человеческого потенциала, которая обеспечивала эту способность, будь то укрепленные зоны на Китайско-Китайской границе. Советская граница, объекты ВПК или «демографический пояс» вдоль границы. Поэтому неудивительно, что эффективное выполнение программ зависело от серьезности угроз, с которыми сталкивалась страна. 57

Политика Советского Союза всегда была направлена ​​не на развитие Дальневосточного региона как такового, а на укрепление его обороноспособности и той составляющей экономического и человеческого потенциала, которая обеспечивала эту способность.

Исторический контекст позволяет оценить качество сегодняшнего регионального планирования, а именно «Федеральной целевой программы развития Дальнего Востока и Байкальских регионов на 2008-2013 годы». В ноябре 2012 года было выполнено только 28 процентов целевых показателей, 58 , что ставит под сомнение серьезность приверженности Центра развитию региона.На мой взгляд, отсюда можно сделать два вывода. Во-первых, Москва всерьез не думает, что может потерять Дальний Восток. Во-вторых, он переориентирует свой подход в пользу интеграционной модели регионального развития. Таким образом, Дальний Восток рассматривается как плацдарм для интеграции России в Азиатско-Тихоокеанский регион. В этом свете кажется логичным, что 99,1% затрат на подготовку Владивостока к саммиту АТЭС были покрыты к сентябрю 2012 года. 59

Следует иметь в виду еще один немаловажный фактор, который был актуален даже тогда, когда руководство страны проявляло интерес к проблемам Дальнего Востока: столичная бюрократия, которая по разным причинам не имела личной заинтересованности в реализации «восточных проектов» и пыталась саботировать решения, принимаемые наверху.Доктор Стивен Бланк из Военного колледжа армии США отмечает, что «хотя власть Путина неоспорима, его бюрократы либо не могут эффективно проводить его политику, либо регулярно ниспровергать ее — и то и другое — давние черты российской истории». 60 Обращаясь к историческим записям, мы обнаруживаем, что пока генерал-губернатор Муравьев боролся за контроль над Амурской областью, «немногие правительственные ведомства в столице благосклонно относились к реальной администрации Восточной Сибири». Князь Чернышев, военный министр в правительстве Николая I, даже предложил императору сформировать комитет для обсуждения возможного отделения Сибири. 61

Среди различных средств противодействия внешним угрозам было военное и оборонительное наращивание, которое включало пограничные укрепления, подкрепление армии и развитие военно-промышленных объектов. Кроме того, была развита транспортная инфраструктура военного назначения, и регион был заселен этническими русскими. Интенсивность, с которой эти шаги претворялись в жизнь, варьировалась, очевидно, в зависимости от серьезности угроз и вместимости государственной казны.В 1930-х и 1970-х годах на границе с Китаем усилилась обороноспособность, в то время как оборонительные меры 1850-х и 1890-х годов ограничивались размещением казачьих общин и деревень вдоль границы.

Инфраструктурная оторванность дальневосточных территорий от мегаполиса была одной из основных причин их уязвимости. Естественно, что каждая эскалация напряженности на восточных границах России сопровождалась попытками Центра решить эту проблему. Первой попыткой было покорение Амура, а второй — строительство Великой Транссибирской и Китайско-Восточной железных дорог.Хотя оба этих грандиозных проекта были объявлены коммерческими предприятиями, в первую очередь они имели стратегическое значение для России. Аналогичную роль сыграло строительство Байкало-Амурской железной дороги в 1930-1970-е годы. Но с учетом того, что циклы присутствия Центра на Востоке были довольно непродолжительными, проблема слабой связи региона с «федеральными экономическими, информационными и транспортными сетями» 62 до сих пор не решена и не решена. по-прежнему рассматривается как угроза национальной безопасности России.

С самого начала присутствие славянского большинства на Дальнем Востоке считалось чрезвычайно важным для региональной безопасности. Александр II сделал первые шаги в этом направлении в 1854 году, за несколько лет до официальной аннексии Амурской области, санкционировав русское поселение на левом берегу Амура. Весной и летом 1855 года здесь было основано несколько русских деревень. На рубеже 20-го века большое количество русских перебралось в районы Китайско-Восточной железной дороги и города Порт-Артур и Дальний.В 1930-1970-х годах русские массово селились вдоль границы с Китаем. Нынешнее российское руководство пытается поощрять такое же поведение. В начале 2006 года правительство включило южные районы Дальнего Востока в свою программу поддержки возвращения российских экспатриантов. В марте 2006 года полномочный представитель президента на Дальнем Востоке Камиль Исхаков шокировал общественность, объявив о планах переселения 18 миллионов человек на Дальний Восток. 63 Он предложил расселить их преимущественно вдоль границы с Китаем. 64

. . .

Как показывает наше исследование, два фактора заставили Россию повернуться к Тихому океану за последние 150 лет. С одной стороны, власти стремились к активному участию в политической жизни региона и интеграции в его экономическую систему; с другой стороны, они опасались потерять тихоокеанские территории страны. Таким образом, в обоих случаях решающее значение имели внешние факторы. Стремление «не отставать от других держав» подпитывало экспансионистские аппетиты Санкт-Петербурга во второй половине XIX века, точно так же, как оно подпитывает «интеграционные мотивы» Москвы в начале XXI века.В свою очередь, угрозы, с которыми территории сталкивались неоднократно с 1850-х по 1970-е годы, побудили правительство усилить обороноспособность региона и быть более активными в Восточной Азии.

Стратегическое значение Дальнего Востока и его огромные просторы определили суть и содержание политики России в этом регионе. Стратегические, военные и политические интересы направляли Центр к колонизации региона, которая была достигнута за счет политики переселения, создания транспортной инфраструктуры, оборонительных сооружений и инвестиций в промышленное производство преимущественно военного назначения.Эта по существу колониальная политика не касалась жизни и интересов местного населения; вместо этого они стремились сохранить и укрепить позиции России в Тихом океане, а также обеспечить ее безопасность и территориальную целостность. Это модель, которая использовалась как царским, так и советским правительствами и до сих пор используется российскими лидерами. Он рассматривает местное население как стратегический ресурс, который можно использовать для достижения военных, политических и экономических целей.В этом и заключается главное препятствие для эффективного развития региона: интересы государства, направленные на достижение геополитических и стратегических целей, противоречат интересам жителей, основная цель которых — более комфортная жизнь.

Экономический, политический и военный подъем Китая в конце 20-го и начале 21-го веков стал главным спусковым крючком для очередной эскалации представлений об угрозе для восточных территорий России, которые распространились среди российских политиков, военных и рядовых граждан. .

Совершенно неуместно полностью отождествлять подходы и политику государства к Дальнему Востоку в такие разные и противоречивые периоды российской истории. Каждый цикл, в котором Центр достигал Востока, имеет свои отличительные черты, связанные с уровнем и характером развития государства, его политической системой и политической ситуацией в Тихоокеанском регионе и в мире в целом. Однако общая тенденция ясна: имперский, советский и нынешний федеральные центры рассматривали Дальний Восток как колонию, которая должна служить интересам, развитию и стабильности мегаполиса.Это лечение заключалось в предоставлении колонии минимальной финансовой поддержки, необходимой для ее выживания. Только когда критические ситуации, возникшие в результате внешних действий, угрожали лишить метрополию этих территорий, центральное правительство приняло экстренные меры, направленные на укрепление региона в военном отношении и его экономическое развитие. Когда угрозы исчезли, интерес Центра к региону сразу угас.

И вот где мы находимся сегодня. Экономический, политический и военный подъем Китая в конце 20-го и начале 21-го веков вызвал еще одну эскалацию восприятия угрозы для восточных территорий России, которая распространилась среди российских политиков, военных и рядовых граждан.Таким образом, предупреждения Путина об угрозе территориальной целостности страны упали на благодатную почву. Можно сделать вывод, что они были выпущены не на основе реалистичной оценки ситуации. По всей видимости, режим снова прибег к традиционной модели оправдания важных решений апелляцией к внешней угрозе. Обращение к внешней угрозе также является необходимым механизмом для обеспечения «секьюритизации» внешней политики Путина. 65 Потребности сходятся.

На сегодняшний день шаги Центра по изменению негативной динамики развития в Тихоокеанском регионе не дали существенных результатов.Население области продолжает сокращаться. Он все больше отстает от Китая, и его зависимость от внешнего мира продолжает расти. Кроме того, если судить по истории, текущие поставки помощи из Центра должны иссякнуть к 2015 году, если только стратегическое партнерство между Россией и Китаем не рухнет из-за чьей-то ошибки, и Москве снова придется бороться за огромные ресурсы для укрепления России. -Китайская граница. Но Россия с гораздо большей вероятностью удовлетворится полу-признанием в качестве азиатско-тихоокеанской державы и, увеличив поставки энергоресурсов на Восток, вернется к своим европейским делам.Между тем, Тихоокеанская Россия останется стратегическим ресурсом страны, продолжая играть роль Золушки во внутренней политике России и нести на себе основную тяжесть колониального развития. Пока не наступит следующий цикл … Дальний Восток может стать жизнеспособной платформой для экономической интеграции России в Азиатско-Тихоокеанский регион только в том случае, если Центр полностью изменит свою позицию по отношению к региону и начнет рассматривать его как равноправную часть евразийского политического и экономического пространства. космос.

Виктор Ларин, профессор, кандидат технических наук.Доктор исторических наук, с 1991 года — директор Института истории, археологии и этнологии народов Дальнего Востока РАН.

Банкноты

1 Симония Нодари сразу охарактеризовала это как «новую эру» в отношениях России со странами Северо-Восточной Азии и «начало серьезного, планомерного и комплексного освоения … Восточной Сибири и Дальнего Востока в целом». Нодари Симония, «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе: начало новой эры?», Asia-Pacific Review Vol.13, № 1 (2006): С. 27.

2 Гилберт Розман, Чахлый регионализм Северо-Восточной Азии: двустороннее недоверие в тени глобализации (Кембридж: Cambridge University Press, 2004), стр. 328-329.

3 Выступление министра иностранных дел России Сергея Лаврова на конференции «Русский Восток и интеграция в Азиатско-Тихоокеанском регионе: вызовы и возможности», Москва, 2 июля 2009 г., http://www.mid.ru/brp_4 .nsf / 2fee282eb6df40e643256999005e6e8c / 12618fed035301f8c32575e8003ebd1a? OpenDocument.

4 Концепция внешней политики Российской Федерации (2008 г.), http://www.kremlin.ru/text/docs/2008/07/204108.shtml#.

5 黄 登 靴。 中俄 战略 协作 伙伴 关系 析 论 (/ 东北 亚 论坛 [Хуан Дэнсюэ, Анализ российско-китайского стратегического партнерства] 东北 亚 论坛, № 2 (2008): P. 38.

6 郭 力。 俄罗斯 东北 亚 战略 评析 [Го Ли, Анализ стратегии России в Северо-Восточной Азии], 中亚 东欧, № 3 (2006): С. 52; Хакамада Шигеки, «Возрождение амбиций крупной державы и изменения во внешней политике России», в книге «Сдвиг России в сторону Азии», , изд.Хироши Кимира (Токио: Фонд мира Сасакавы, 2007), стр. 11; «Слепой взгляд на Азию. Россия не стремительно растет на азиатском заднем дворе», Economist , 11 июля 2009 г., стр. 55.

7 «Россия:« Восточный сдвиг »скорее риторический, чем реальный», Oxford Analytica , 25 марта 2010 г., стр. 4.

8 Ричард Саква, «Новая холодная война» или двадцатилетний кризис? Россия и международная политика », Международная жизнь , №2 (2008): P.246.

9 Владимир Путин, Вступительное слово на заседании Совета Безопасности 20 декабря 2006 г., http://archive.kremlin.ru/eng/speeches/2006/12/20/1910_type82912type82913_115717.shtml.

10 Айгунский (1858 г.), Тяньцзиньский (1858 г.) и Пекинский (1860 г.) договоры с Китаем; Симодский договор (1855 г.) с Японией.

11 А. Арбатов, «Национальная идея и национальная безопасность», в Внешняя политика и безопасность современной России.Хрестоматия [Внешняя политика и безопасность современной России. Антология] Том 1, Кн 1 (М .: 1999), С. 203.

12 Расстояния — огромные даже по сегодняшним меркам — в значительной степени способствовали задержкам в передаче информации. Разница во времени между Москвой и Петропавловском-Камчатским составляет восемь часов, а прямой перелет из Москвы во Владивосток сейчас длится девять часов.

13 Ремнев обозначил пять вершин политики XIX и XX веков.Каждый из них длился от трех до пятнадцати лет. (А. Ремнев, Россия Дальнего Востока. Имперская география власти XIX-начала XX т. . Имперская география режима в XIX — начале XX вв.] [Издательство Омского университета, 2004], с. 522). Савченко попыталась выявить фундаментальные факторы, определяющие суть и характер политики. (А. Савченко. Циклы дальневосточной политики Центра: к поиску порождающих факторов), Таможенная политика России на Дальнем Востоке, . Дальний Восток], № 3 [2012]: с.22-28).

14 П. Минакир, «О концепции долгосрочного макрорегионального развития экономики макрорегиона: Дальний Восток», Пространственная экономика, № . 1 (2012): стр. 7-28.

15 Фиона Хилл и Клиффорд Гэдди, Сибирское проклятие. Как коммунисты-планировщики оставили Россию в стороне (Вашингтон, округ Колумбия: Brookings Institution Press, 2003), П.8.

16 И. Барсуков, Граф Николай Николаевич Муравьев-Амурский [Граф Николай Николаевич Муравьев Амурский], перепечатка издания 1891 года (Хабаровск: Географическое общество Амурской области, 1999), С. 205.

17 Там же, стр.192.

18 М. Сладковский, История торгово-экономических отношений народов России с Китаем до 1917 г. [Народы России и Китая: история торгово-экономических отношений до 1917 г.] (М .: Наука, 1974), с.221-222.

19 В 1856 году, вскоре после окончания войны, купец из Сан-Франциско по имени Бернард Пейтон поехал в Иркутск, чтобы попросить генерал-губернатора Муравьева установить американскую монополию на торговлю на Амуре. Другой калифорнийец, Перри Макдонаф Коллинз, пытался убедить Муравьева позволить американцам «управлять российско-китайской торговлей, заниматься российскими перевозками в Тихом океане, строить железную дорогу от озера Байкал до Амур и колонизировать долину Амура». (J.J. Stephan, Дальний Восток России.История [Stanford: Stanford California Press, 1994)], стр. 82).

20 Доклад генерала Куропаткина о целесообразности российской оккупации Северной Маньчжурии. Русско-японская война 1904–1905 в документах внешнеполитического ведомства России: факты и комментарии (М .: ИДЕЛ, 2006) С. 68

21 План строительства железной дороги был представлен генералом Богдановичем еще в 1860-х годах, но поскольку в то время это было чисто коммерческое предприятие и в нем не было насущной экономической необходимости, проект не был возобновлен еще трижды. десятилетия.(И. Луткоянов, «Не отстать от держав …», в Россия на Дальнем Востоке в конце XIX-начале XX вв. Восток в конце 19 — начале 20 вв.] [СПб .: Нестор-История, 2008], С.68.

.

22 С. Витте, Воспоминания: Царствование Николая II [Воспоминания: Правление царя Николая II] (Берлин: Слово, 1922) Т. 2, С. 122.

23 Дальний Восток России в период революции 1917 года и гражданской войны (Владивосток: Дальнаука, 2003), с.62.

24 Строительство Китайско-Восточной железной дороги обошлось России в 441 миллион рублей, а еще 178,6 миллиона рублей царское правительство выделило на покрытие ее дефицита. На развитие Дальнего и Порт-Артура дополнительно ушло 40 млн рублей. (Сладковский, Народы России и Китая , С. 333).

25 Кутаков Л., Россия и Япония [Россия и Япония] (М .: Наука, 1988), С. 277.

26 Ю.Зайцев, Инфраструктура Тихоокеанского флота в системе морской обороны Дальневосточных рубежей СССР (1932-1941 гг.) [Владивосток: ТОВ. С.О. Макарова, 2003), ПП. 97-98.

27 В. Песков, Военная политика на Дальнем Востоке в 30-е годы ХХ т. (Хабаровск: Изд-во ХГПУ, 2000), с. 107, 150-151.

28 И. Сталин, Отчетный доклад XVII съезда партии или работы ЦК ВКП (б) (26 января — 10 февраля 1934 г., стенографическая запись), http: //www.hrono .ru / dokum / 1934vkpb17 / 1_2_1.php.

29 Миграции населения Азиатской России: конец XlX-начало XXI вв. [Миграция населения в азиатской России: конец XIX — начало XXI веков] (Новосибирск: Параллель, 2011) Стр. 128-132.

30 В 1965-1970 гг. На Дальний Восток поступило 14 шт.8 миллиардов рублей, в 1971-1975 годах — 21,5 миллиарда рублей, а в 1976-1980 годах — 29 миллиардов рублей. В результате ежегодно треть государственных капитальных вложений направлялась на развитие Сибири и Дальнего Востока. (А. Ващук, Социальная политика в СССР и ее реализация на Дальнем Востоке [середина 40-80-лет ХХ в.] 1940-1980-е гг.] [Владивосток: Дальнаука, 1998], С. 155).

.

31 «О мерах по развитию производства в Дальневосточном экономическом районе и Читинской области».Постановление № 638 ЦК КПСС и Совета Министров от 8 июля 1967 г. http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n= 21689.

32 Постановление № 255 ЦК КПСС, Совета Министров и Центрального Совета профсоюзов от 6 апреля 1972 года.

33 Миграция населения в азиатской России , стр. 232-236.

34 Охрана границ Советского государства (1917-1991 гг.) [Защита советских границ (1917–1991)], http://ps.fsb.ru/history/general/text.htm!id%[email protected]

35 W.E. Одом, Испытание после триумфа: Восточная Азия после холодной войны [Индианаполис: Институт Гудзона, 1992], стр. 8.

36 Стефан, Дальний Восток России , стр. 265.

37 В. Ларин, Российско-китайские отношения в региональных измерениях (80-е годы XX-начало XXI т.) [Российско-китайские отношения в региональном измерении (1980-е — начало 2000-х гг.)] (М .: Восток-Запад, 2005), ПП. 320-331.

38 Стратегия для России: Новое освоение Сибири и Дальнего Востока (М .: Совет по внешней и военной политике, 2001), С. 16, http://www.svop.ru/public/docs_2001_9_17_1351070795.pdf.

39 Владимир Путин, Вступительное слово на совещании по перспективам развития Дальнего Востока и Забайкалья, Благовещенск, 21 июля 2000 г., http: // archive.kremlin.ru/rus/speeches/2000/07/21/0000_ty-pe82912type82913_127800.shtml.

40 Стенограмма конференции по проблемам социально-экономического развития Дальневосточного федерального округа, http://archive.kremlin.ru/ap-pears/2002/08/23/1620_type63378type63381_29304.shtml.

41 Владимир Путин, Вступительное слово на заседании Совета Безопасности по национальной безопасности на Дальнем Востоке, 27 ноября 2002 г., http://archive.kremlin.ru/rus/speech-es/2002/11/27 / 0003_type82912type82913_151801.shtml.

42 Д. Тренин, «Азиатская политика России при Владимире Путине, 2000–2005 гг.», В Стратегическая мысль России в отношении Азии , изд. Дж. Розман, К. Того и Дж. П. Фергюсон (Нью-Йорк: ПАЛГРЕЙВ МАКМИЛЛАН, 2006), стр. 127-129.

43 Дальневосточный район в социально-политическом пространстве России: проблемы и пути их решения. Сборник материалов Дальний Восток в социально-политическом пространстве России: проблемы и решения. Сборник материалов] (М .: Совет Федерации, 2008), П.23.

44 А. Виноградов, «Россия в АТР: новые цели и задачи», в Россия в АТР: проблемы безопасности и сотрудничества. Сб. материалов Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе: вопросы безопасности и сотрудничества. Сборник материалов. М .: РИСИ, 2011. С. 6.

.

45 Распоряжение Правительства Российской Федерации № 1128-р от 6 августа 2008 г. http://www.government.ru/content/governmentactivity/rfgovernmentdecisions/ar-chive/2008/08/06/3507349.htm.

46 Гилберт Розман, «Стратегическое мышление о российском Дальнем Востоке. Возрождающаяся Россия смотрит в будущее в Северо-Восточной Азии», Проблемы посткоммунизма (январь-февраль 2008 г.): С. 47.

47 К лету 2012 г. стоимость Владивостокской программы увеличилась в 4,6 раза до 679,3 млрд руб., При этом федеральная составляющая составила 32,3% (219,3 млрд руб.), Http://www.ach.gov.ru/ru / новости / архив / 04072012 /.

48 Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и байкальского региона на период до 2025 года , С.3, http://government.ru/gov/results/9049.

49 Заседание Президиума Госсовета, 29 ноября 2012 г., http://www.kremlin.ru/news/16990.

50 Послание Президента Федеральному Собранию от 12 декабря 2012 г. http://kremlin.ru/transcripts/17118.

51 В. Тураев, «Дальний Восток России в оценке современников (конец XIX-начало XX в.)». Океане: роль в становлении Российской государственности и проблемы безопасности , Шестые Крушановские чтения, 2009. (Владивосток: Дальнаука, 2011).32-33.

52 http://www.vneshmarket.ru/content/document_r_FBB6ABB6-51C9-4ACB-8D76-ED3E6EE01C18.html.

53 М. Целищев, руководитель ООО «Дальплан», «Дальневосточная область среди тихоокеанских стран», в Для пользы и рассмотрения: из истории внешнеэкономических российских связей со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. 1856-1925 гг .: Документы и материалы . История экономических связей Дальнего Востока России с государствами Тихого океана.1856-1925 гг. Документы и материалы. Владивосток: Дальнаука, 2012. С. 517.

.

54 История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитала (XVII в.-февраль 1917г.) [История Дальнего Востока в эпоху феодализма и капитализма (17 век — февраль 1917)] (М .: Наука, 1991), с. 231.

.

55 За период с 1906 по 1914 год население Дальнего Востока увеличилось с 482 000 до 968 000 (рост вдвое), а естественный прирост составил 175 000 человек.(В. Кабузан, «Дальневосточный край в XVII-начале XX вв. [1640-1917]» [Дальний Восток в 1640-1917] историко-демографический очерк [М .: Наука, 1985], С. 152-153 ). Однако за тот же период 2,2 миллиона человек переехали в Сибирь, из них 2 миллиона поселились там на постоянной основе. ( Миграция населения в Азиатской России , стр. 21-23). Население соседней Маньчжурии в 1910 году составляло 18 миллионов человек, а затем средний ежегодный прирост составил 382 тысячи человек. ( История Северо-Восточного Китая XVII-XX вв., Kn. 1, Маньчжурия в эпоху феодализма [XVII-начало XX вв.] [История Северо-Восточного Китая в XVII – XX вв., Кн. 1, Маньчжурия в эпоху феодализма (XVII – начало XX вв.)] [Владивосток : Дальневосточ. изд-во, 1987] ПП. 269-270).

56 Минакир П., Прокопало О., Региональная экономическая динамика. Дальний Восток, . Дальний Восток] (Хабаровск: ДВО РАН, 2010), С. 75.

.

57 Степень выполнения инвестиционных задач составила 130 процентов для программы 1930 года, 80 процентов для 1967 года и 65 процентов для 1972 года.Напротив, впоследствии, при отсутствии риторики об угрозах безопасности, программы развития Дальнего Востока (Государственная целевая программа на 1986-2000 годы и Президентская программа на 1996-2005 годы) были реализованы лишь на 30% и 10%. соответственно. (Доклад губернатора Хабаровска В. Ишаева Президенту Путину во Владивостоке «О социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Забайкалья », http: // gov .khabkrai.ru/Invest2nsf/NewsRus/68c369e753d4c89aca256c22002c1cbb).

58 Заседание Президиума Госсовета 29 ноября 2012 г.

59 Бюллетень Счетной палаты Российской Федерации , № 12 (180) (2012).

60 Стивен Бланк, «Что такое Россия для Азии?», Orbis (осень 2003 г.): стр. 577.

61 Барсуков, Граф Николай Николаевич Муравьев , П.204.

62 Путин, Вступительное слово на заседании Совета Безопасности 20 декабря 2006 г.

63 О. Жунусов, «18 миллионов человек отправят на Дальний Восток», Известия , 22 марта 2006 г.

64 Исхаков К., «Нужно сделать Дальний Восток привлекательным», http://www.dfo.ru/info/interview/10.htm.

65 Бобо Ло, «Секьюритизация внешней политики России при Путине», в Россия между Востоком и Западом.Внешняя политика России на пороге XXI века , изд. Г. Городецкий (Лондон, Портленд: Фрэнк Касс, 2003), стр. 12-27. Термин «секьюритизация» в понимании австралийского дипломата и исследователя Бобо Ло относится к примату военно-политических приоритетов над экономическими.

(PDF) Угрозы в Россию и из России: оценка

93. Там же.

94. Там же.

95. Там же.

96. Там же.

97. Москва Независимая газета (электронная версия),

5 февраля 2000 г .; ФБИС-СОВ, 7 февраля 2000 г.

98. Москва, Независимое Военное Обозрение,

, 19 ноября 1999 г .; ФБИС-СОВ, 19 ноября 1999 г .; The Jamestown

Monitor, 24 ноября 1999 г.

99. «Президентский вестник», ФБИС-СОВ, 27 декабря 1999 г.

100. Москва, Красная Звезда, 19 октября 1999 г.,

FBIS- СОВ, 19 октября 1999 г.

101. Москва, РИА, на английском языке, 17 декабря 1999 г., ФБИС-СОВ,

17 декабря 1999 г .; Москва, РИА, на английском языке, 23 ноября 1999 г.,

ФБИС-СОВ, 23 ноября 1999 г.

102. Москва, РИА, на английском языке, 23 ноября 1999 г., ФБИС-СОВ,

23 ноября 1999 г .; Москва, ИТАР-ТАСС, на английском языке, 23 ноября

1999, ФБИС-СОВ, 23 ноября 1999 г .; Москва, Интерфакс,

, 23 ноября 1999 г., ФБИС-СОВ, 23 ноября 1999 г .; Москва, Россия

Сеть Первого канала общественного телевидения, 17 ноября,

1999, ФБИС-СОВ, 17 ноября 1999; Москва, Коммерсантъ, в

Россия, 24 ноября 1999 г., ФБИС-СОВ, 24 ноября 1999 г .; Саймон

Сараджян, «Россия сделает упор на пополнение флота шпионских спутников»,

Defense News, 25 октября 1999 г., с.6; Саймон Сараджян, «Россия для

делает упор на электрооптику в будущих проектах», Defense News,

22 ноября 1999 г., с. 22; Кристофер Фосс, «Россия разрабатывает аналог MEADS»,

Jane’s Defense Weekly, 21 октября 1998 г., стр. 18; Москва, Интерфакс, на

англ., 25 апреля 1999 г., ФБИС-СОВ, 25 апреля 1999 г .; Москва, Интерфакс, на

англ., 31 августа 1999 г., ФБИС-СОВ, 1 сентября 1999 г .; Саймон

Сараджян, «Россия намерена больше инвестировать в модернизацию оружия»,

Defense News, 13 декабря 1999 г., с.22; Саймон Сараджян, «Россия

стремится догнать Запад в области микроэлектроники», Defense News,

, 13 декабря 1999 г., с. 8; Владимир Исаченков, Дуглас Барри и

Саймон Сараджян, «Российские ВВС улучшат возможности тактического удара

», Defense News, 6 декабря 1999 г., с. 5; Москва,

Радиостанция Эхо Москвы, 2 ноября 1999 г.,

ФБИС-СОВ, 3 ноября 1999 г .; Москва, ИТАР-ТАСС,

, 28 октября 1999 г., ФБИС-СОВ, 28 октября 1999 г .; Москва, Интерфакс, в

48

Российская политика в эпоху перемен: внутренние и внешние факторы трансформации

Российская политика в эпоху перемен: внутренние и внешние факторы трансформации

Первые несколько месяцев 2014 года привели к беспрецедентному падению имиджа Российской Федерации на мировой арене, худшему со времен окончания холодной войны.События на Украине и реакция на них значительного числа стран международного сообщества быстро опустили Россию в ту группу стран, внешняя политика которых вызывает резкое осуждение. Впервые за десятилетия против России были введены международные санкции, принятые большим числом крупнейших стран мира, де-факто , понижая Россию до уровня страны-изгоя; Эти санкции призваны оказать давление на элиту, которая несет ответственность за выполнение определенных внешнеполитических решений.Для многих экспертов эти события связаны с новым и внезапным переломом во внешней политике России. Однако нам кажется, что нынешний этап охлаждения отношений с Западом является логическим следствием того, как российское государство было построено в последние годы; на самом деле иного сценария вряд ли можно было ожидать. В данной статье представлен взгляд автора на механизмы и логику, сформировавшие внешнеполитический курс России, который претерпел несколько изменений за последние три года.Приведенный ниже анализ может способствовать более полному пониманию российских мотивов в международных отношениях и помочь найти возможности и механизмы для диалога между Россией и Западом.

Новый президентский срок Владимира Путина, начавшийся в 2012 году, ознаменовался значительной трансформацией внешней политики России как в отношении соседних государств, так и в мировой политике в целом. Большинство экспертов склонны связывать эту трансформацию с внутренними социальными процессами в самой России, все более активным обществом и качественной трансформацией российской элиты.Однако мы считаем, что нынешняя внешнеполитическая концепция России представляет собой сложное сочетание трех факторов, как внешних, так и внутренних:

A. Эволюция политической системы, которая происходила в результате конкуренции между различными группами внутри российской элиты за последние 3-5 лет. В результате этих процессов политический спектр России имеет сложную структуру, включающую либерально-экономические, консервативно-политические и олигархические элементы. Конкуренция между этими группами — главный фактор сложного характера нынешней внешней политики России.

B. Проект евразийской экономической и политической интеграции, который, по мнению российских лидеров, является ключом к развитию России в 21 веке. Успех или неудача в реализации гигантских шагов, необходимых для реинтеграции постсоветского пространства, рассматривается как главный показатель эффективности российской политической системы сегодня и ее внешнеполитических стратегий.

C. Ситуация в области международной безопасности, характеризующаяся широким спектром неопределенностей и угроз на Ближнем и Дальнем Востоке, а также в Центральной Азии и Афганистане.

Мы считаем важным проанализировать, насколько вышеупомянутые факторы влияют на текущую внешнюю политику России, а затем выяснить, насколько каждый фактор может влиять на политику. Этот анализ предложит ответы на ключевые вопросы о доминирующих факторах при принятии внешнеполитических решений в современной России, например: будет ли формирование политики реактивным или проактивным, и какие преобразования принесут следующие несколько лет.

Мы считаем важным проанализировать, насколько вышеупомянутые факторы влияют на текущую внешнюю политику России, а затем выяснить, насколько каждый фактор может влиять на политику.Этот анализ предложит ответы на ключевые вопросы о доминирующих факторах при принятии внешнеполитических решений в современной России, например: будет ли формирование политики реактивным или проактивным, и какие преобразования принесут следующие несколько лет.

Русская Элита

Чтобы ответить на поставленные вопросы, мы должны прежде всего определить структуру российской элиты сегодня. Этот пласт условно можно разделить на два глубоко связанных между собой сегмента. Первая — это иерархия: распределение экономического и финансового влияния и интересов внутри правящего класса, которое сформировалось во время первых президентских сроков президента Путина.Вторая — это ценности членов элиты, занимающих систему политического управления страной.

Российская элита в целом достаточно хорошо изучена. В период с 2000 по 2010 год в России возникли четыре основные группы влияния. В первую входили так называемое «ближайшее окружение» Путина, друзья и коллеги из Санкт-Петербурга и силовые ведомства. Все эти люди в той или иной степени получили контроль над крупнейшими промышленными активами и основными товарами государства, включая прибыльный энергетический сектор.Эта группа современной российской элиты достаточно хорошо изучена экспертами и аналитиками и состоит из сложной системы семейных и клановых связей, результатом которых является контроль над ключевыми секторами экономики, такими как добыча энергии и тяжелая промышленность, которые являются основой государственного бюджета. Эти цифры первыми попали в санкционные списки США и ЕС.

Значительную часть современной политической элиты составляют военнослужащие российской государственной системы.Сюда входят представители министерства обороны, ФСБ и министерства внутренних дел, которые поддерживают тесные связи с ближайшим окружением Путина, но не имеют прямого влияния на потоки капитала. Скорее, они обеспечивают большую стабильность для новой системы распределения экономического влияния и государственной власти в стране, включая политическую стабильность. В ответ государство гарантирует этой группе широкие полномочия и возможности, включая завышенные расходы в этих секторах через многоуровневую систему преференций, финансовую поддержку и другие формы государственной поддержки.

Примечательно, что большое количество чиновников и государственных служащих имеют опыт работы в качестве офицеров в армии, флоте и спецслужбах; это напрямую связано с распадом СССР и реструктуризацией армии и спецслужб, когда около 300 000 бывших офицеров были возвращены на гражданские должности. Согласно исследованию Центра изучения элит Ольги Крыштановской, к 2003 году доля бывших офицеров, назначенных в федеральные и региональные органы власти, составляла почти 35%.[1] Это соотношение еще больше увеличилось во время президентства Путина.

Третья группа, претендующая на значительные экономические интересы в стране, — это крупные российские олигархи «первой волны», включая владельцев крупного бизнеса, получившие свои компании в результате приватизации в начале 1990-х годов. Эта группа в значительной степени находилась под контролем государства с использованием различных форм политического давления. Уголовные дела против ЮКОСа и судьба Михаила Ходорковского ясно демонстрируют, что олигархи, не признающие ограничений, налагаемых новыми политическими реалиями, обречены на исчезновение вместе со своим капиталом.Однако, несмотря на то, что большинство российских олигархов интегрированы в нынешнюю государственную систему России, они представляют собой довольно мощную и независимую группу лоббистов, которая может оказывать сильное влияние на власти в определенных областях внутренней и экономической политики.

Еще одна заслуживающая внимания группа представляет либерально-экономические интересы. Возникновение этой группы связано с решением президента Дмитрия Медведева включить в элиту молодое поколение либеральных технократов. В эту группу входят экономический и финансовый персонал кабинета министров, руководство Центрального банка, некоторые части российской научной элиты, включая Российскую академию наук, и руководство ведущих университетов страны.Однако эта часть российской элиты имеет ограниченное влияние на принятие внешнеполитических решений и вынуждена действовать в рамках определенных ограничений, установленных на более высоком уровне. Тем не менее роль этой группы значительна, потому что, как это ни парадоксально, российская экономическая модель в основе своей либеральна и, следовательно, должна управляться в соответствии с такими принципами. Все попытки администрации президента внедрить элементы социального государства в эту либеральную модель, как правило, встречают сопротивление со стороны либерально-экономического блока, где хорошо понимают, что высокие социальные обязательства подорвут эффективность нынешней российской экономики. и замедлит экономический рост.Поэтому Путин и его администрация часто вынуждены прислушиваться к рекомендациям либерально-экономического блока правительства.

В нашей классификации мы не включили представителей политической элиты российских регионов. Несомненно, среди региональных лидеров достаточно большое количество влиятельных политических фигур; Однако есть причины не учитывать их роль в определении внешней политики страны. Во время становления российского государства в 1990-х годах, когда влияние центральной власти уменьшалось, преобладающей моделью отношений при построении политического управления в России были региональные клиентелистские отношения, которые, как правило, представляли собой авторитарный симбиоз региональной политической власти и бизнеса, который от нее завис.Во многом такая модель явилась результатом советской партийной системы управления [2]. В отсутствие идеологического фактора и по мере того, как в 1991–1998 годах влияние Москвы на регионы снизилось, отношения между центром и периферией стали менее определенными. Однако с уходом президента Ельцина эта тенденция изменилась. Укрепив элементы государственного управления в единую «вертикаль власти», Путин фактически лишил региональные элиты какой-либо ощутимой роли в руководстве внешней политикой России.

Интересно, что процесс исключения региональной элиты из федерального политического пространства занял сравнительно мало времени. Как показали исследования Института социологии РАН, в 2004 году, когда строительство «вертикали власти» началось с отмены губернаторских выборов и усиления контроля Москвы над региональными процессами, политики в регионах выразили свое недовольство. , ссылаясь на нарастающий конфликт между центром субъектов федерации.[3] Однако к 2006 г. опросы и исследования того же института показывают, что настроения среди региональной элиты резко изменились. Абсолютное большинство региональных лидеров поддержали инициативы Кремля и отстаивали необходимость укрепления «вертикали власти» — они научились извлекать экономическую и политическую выгоду из новой системы распределения полномочий [4].

Таким образом, можно констатировать, что при целенаправленной политике федерального центра достаточно всего 2-3 года, чтобы изменить характер и структуру российской политической элиты.Этот факт важно иметь в виду по сравнению с переформатированием российской элиты, начавшимся в 2012 году. Последний процесс заслуживает более внимательного анализа.

Не останавливаясь подробно на отдельных членах различных частей российской национальной элиты, мы можем констатировать ключевой факт: за годы пребывания Путина у власти эта элита расширилась, обретя собственные независимые интересы и клиентов в политических партиях. , различные уровни торговли и коммерции, а также общества, и теперь превратились в сложную систему противоречий, интересов и влияния.В рамках этой системы время от времени могут возникать конфронтации и конфликты интересов. Как правило, они решаются на уровне единственной центральной фигуры в системе — Президента. Положение Путина как модератора в сложной системе политических и экономических интересов элиты дает ему двойную роль. С одной стороны, президент может контролировать процессы внутри государства, не позволяя какому-либо одному игроку или группе усилить свое положение в достаточной степени, чтобы доминировать на политическом игровом поле.С другой стороны, он вынужден уклоняться от принятия решений — как по внутренней, так и по внешней политике, — что может заставить его делать очень трудный выбор. Другими словами, президент — заложник той самой политической системы, на создание которой у него ушло много лет.

Продолжающееся расширение элиты привело к значительной фрагментации и разделению на сегменты и группы интересов. [5] В то же время нарастает конфликт между обществом и элитой, что наглядно продемонстрировала волна общественного интереса к оппозиционным силам к российской политике в 2011-2012 годах.Результат массовых митингов оппозиции, лидеры которой, как считают Кремль, имели определенные связи с Западом, в конечном итоге стал решающим фактором при выборе политических идей и ценностей, которыми руководствовалось российское политическое руководство. На наш взгляд, жесткая реакция, подавление наиболее активных членов оппозиционных организаций и политических объединений, стала первым шагом к трансформации основополагающего принципа внешнеполитического курса России. Для российских властей этот сигнал запустил два новых процесса: дискредитацию в массовом сознании самой идеи либеральной оппозиции и «национализацию элиты».”

Давление со стороны российских властей на оппозицию можно объяснить попыткой обеспечить определенный уровень социальной и политической стабильности в государстве. Эта тенденция всегда была характерна для советской и российской политической системы. Создание ограниченного пространства для политических институтов и партий, в котором система не сталкивается с внутренними угрозами, давно стало реальностью в России, в том числе после распада СССР. Укрепление «вертикали власти», несмотря на падение уровня контроля над регионами, рассматривается Москвой как одно из заметных достижений после окончания президентства Бориса Ельцина.«Цветные революции» в ряде постсоветских республик убедили российский правящий класс в том, что контроль над политическим процессом в России гарантирует некоторую степень иммунитета от социальных потрясений в обществе. Отсутствие подлинной политической конкуренции и предсказуемость выборов воспринимаются как одни из важнейших элементов российского политического пространства. Этим объясняется медленное развитие институтов гражданского общества и низкая политическая активность граждан современной России.По этой причине мы ориентируемся не на российское общество, а на узкую политическую прослойку, монополизировавшую политическое пространство в России.

«Национализация элиты» в этой конструкции — новый элемент, определяющий характер российской внешней политики и требующий более детального анализа. Эта форма национализации относится к набору законов, принятых Государственной Думой в 2012 и 2013 годах, которые запрещали государственным служащим владеть финансовыми активами или недвижимостью в других странах.Это движение номинально было связано с программой по борьбе с коррупцией, но на самом деле имело огромное политическое значение. Дело Магнитского, ухудшающее отношения между США, ЕС и Россией, выявило большое количество стратегических рисков, проистекающих из глубокой интеграции большого числа российских государственных служащих в экономические системы Европы и Америки. Этот факт не только вызвал недовольство среди населения, но, с точки зрения команды Путина, сделал российский политический класс потенциально уязвимым в случае обострения конфронтации с Западом.

Еще одной причиной этой попытки консолидировать правящий класс вокруг российской государственной системы стал результат президентских выборов 2012 года. Не секрет, что возвращение Путина к власти в качестве президента вызвало негативные эмоции у подавляющего большинства западных политиков и наблюдателей. Понимая это, Путин предпринял шаги, которые мог, чтобы свести к минимуму любую возможность оказания давления на него через российскую элиту, через их экономические и финансовые интересы на Западе. Учитывая взгляды самого Путина и уверенность многих фигур в его окружении в том, что любые прошлые или возможные будущие политические изменения на постсоветском пространстве фактически финансировались в некоторой степени Западом, это следует рассматривать как оборонительный маневр. .

Кроме того, в своем заявлении Федеральному собранию от декабря 2012 года Владимир Путин особо подчеркнул необходимость возвращения экономической элиты страны из офшорных зон в российскую юрисдикцию [6]. Таким образом, можно наблюдать параллельный процесс национализации экономической элиты России. Это было вызвано событиями, связанными с экономическим кризисом на Кипре, а также внезапным ухудшением состояния российского государственного бюджета. По какой-то причине стимулирование репатриации российского капитала рассматривалось Кремлем как способ минимизировать возможные геополитические риски, связанные с усилением внешнего давления.

Естественно, такая национализация элиты не может произойти в одночасье. Тем не менее тенденции, формирующиеся с 2012 года, в подавляющем большинстве случаев предполагают, что Россия готовится отклонить возможные вызовы, возникающие в результате углубляющихся политических и экономических столкновений между ней и Западом. Конечно, Россия не сможет разорвать свои далеко идущие связи с мировой экономикой или прекратить свою роль одного из крупнейших экспортеров ископаемого топлива. Европейский союз также останется ведущим экономическим партнером России, хотя процесс отрыва элиты от прямых экономических контактов с внешним миром рассматривается в Кремле как своего рода страховка от прямого давления.Также стоит вспомнить пример федеральной реформы и построения «вертикали власти» с 2004 года, который включал в себя полную перестройку иерархического подчинения регионов центральной власти в Москве. При целенаправленной политике Кремль может полностью перестроить политическую систему за те же 2-3 года. Другими словами, в 2014–2015 годах мы, вероятно, станем свидетелями завершения новой перестройки российской элиты, результатом которой станет новая внешняя политика России.

Этот упрощенный взгляд на текущую внешнюю политику России как функцию внутренних процессов в стране изображает политику как защитный механизм. Логика такой защитной реакции следует традиции напряженности между Востоком и Западом. Более сильные позиции традиционалистов / государственников в российском правящем классе и национализация этой группы должны снизить геополитические риски, возникающие в результате более глубокой конфронтации с Западом — конфронтации, которая явно углубилась с конца 2012 года.Кульминацией противостояния между Западом и Россией в 2012 году можно считать принятие закона Магнитского Конгрессом США и некоторыми европейскими государствами, а также законов, принятых Госдумой России в ответ. Вообще говоря, это момент, когда действительно началась работа по внедрению системной политики для создания основы «новых» социальных ценностей для отношений с Западом. Именно это побудило российскую политическую систему постепенно готовиться к возможному ухудшению политических отношений с Европой и США.

Путь, которым развивались постсоветские государства после распада СССР и во время экономического и политического распада в начале 1990-х годов, породил особый психологический комплекс среди влиятельных кругов. Такой образ мышления является одним из постоянных опасений внешних атак на суверенитет, которые развились в России за последние два десятилетия. Этот фон стал стартовой площадкой для важного процесса во внешней политике России: быстрой корректировки российской системы национальных ценностей.

Можно выделить два результата политических преобразований, начавшихся в России в 2012 году. Во-первых, национализация правящего класса с упором на максимальную лояльность к политической системе и победу традиционалистской прогосударственной группы над либеральным крылом российской элиты. Во-вторых, формирование нового набора руководящих национальных ценностей. Наконец-то была создана новая система консервативных ценностей, которая стала активно внедряться в массовое сознание. Его можно определить как «новый русский консерватизм.Основные тезисы российского консерватизма были сформулированы Владимиром Путиным в ряде выступлений, в том числе в интервью американскому Associated Press, в котором он назвал себя «прагматичным консерватистом» [7], и в декабрьском заявлении Федеральному собранию. 2013 года. По словам Путина, их

все больше и больше людей поддерживают нашу позицию по защите традиционных ценностей, которые на протяжении тысячелетий были духовной и нравственной основой цивилизации каждого народа: ценности традиционных семей, надлежащая человеческая жизнь, включая религиозную жизнь, а не просто материальная жизнь, но также и духовная, ценности гуманизма и разнообразия в мире.Конечно, это консервативная позиция. Но, используя терминологию Николая Бердяева, «суть консерватизма не в том, что он препятствует движению вверх и вперед, а в том, что он препятствует движению вниз и назад, к хаосу и тьме, возвращению к первобытному существованию». [8]

Примечательно, что сегодняшняя версия русского консерватизма остается весьма абстрактной в интерпретациях, данных российскими лидерами. Слишком большой упор делается на универсальные ценности (равенство, справедливость, семья и духовность), которые в России всегда считаются консервативными, хотя они присущи практически любой современной идеологии.Однако в самых общих чертах суть «нового русского консерватизма» можно определить как сочетание патриотизма и традиционализма, а также поддержку непрерывной преемственности между современной Россией и историческими корнями российской государственности (Царская Империя и Россия). СССР). Эта концепция также включает в себя стремление России вернуть себе статус лидера на постсоветском пространстве и независимого игрока на мировой арене путем усиления своего военно-политического и экономического влияния в Евразии.Таким образом, русский консерватизм имеет очень мало отношения к самому понятию консерватизма. Здесь мы согласны с Владимиром Петуховым, руководителем Центра комплексных социологических исследований Института социологии РАН, когда он утверждает, что на самом деле в России очень мало консерваторов в обычном понимании этого слова: «Что мы видим в современной российской политике. представляет собой сочетание традиционализма и этатизма; более того, это принимает формы, типичные для советского понимания государства ». [9]

Важная особенность нового русского консерватизма — необыкновенное сочетание экспансионизма и изоляционизма.Дуалистическое деление мира на Запад и Восток остается одним из ключевых компонентов новой идеологической доктрины. Между тем нынешняя российская элита ищет новые способы продемонстрировать свое намерение не допустить проникновения системы ценностей Запада в традиционно евразийское пространство и изолировать себя от деструктивного влияния западных ценностей. В то же время продвижение собственных ценностей и идеологических построений в соседних государствах является неотъемлемой частью внешней политики.

Еще один элемент нового российского консерватизма — усиление особого социального статуса правящей элиты.Интересный тезис выдвинул Леонид Поляков, профессор факультета прикладной политологии НИУ ВШЭ: «Русский консерватизм — традиция стремления к власти» [10]. Другими словами, с российской точки зрения, эта идеология в целом предназначена для усиления политического механизма, гарантирующего сохранение власти существующей структуры государственного управления. Это источник самой российской концепции политической «Партии власти» — силы, доминирующей в политической системе страны, идеология которой направлена ​​на поддержание статус-кво внутри и вокруг властных структур страны.

Эта новая конструкция ценностей и идеологии проникает в массовое сознание, но, чтобы углубить ее, сильные мира сего прилагают все усилия, чтобы переформатировать внутреннее информационное и социальное пространство России. Например, были предприняты конкретные шаги по усилению контроля над СМИ. Информационное агентство РИА Новости было реформировано, а затем заменено Международным информационным агентством Russia Today на фоне давления на ряд независимых СМИ. Новые законы ограничивают свободы НПО, общественных движений и институтов гражданского общества, а также вводят понятие «иностранных агентов».«Власть считает, что такие шаги создадут информационное пространство, способное внедрить ранее утвержденные ценности и идеологические конструкции в глубь мировоззрения большинства россиян [11].

Ярким примером внедрения этого нового идеологического императива в сознание политически аморфного большинства стало создание в конце 2011 года движения ОНФ — Общероссийского национального фронта, объединившего несколько сотен общественных объединений. включая политическую партию «Единая Россия», и было предназначено для мобилизации широких масс населения вокруг правящей элиты, олицетворяемой Владимиром Путиным, в преддверии президентских выборов 2012 года.Эта стратегия была необходима, потому что правящая элита в значительной степени исчерпала свою прежнюю способность мобилизовать избирателей: «административные рычаги» «Единой России». В манифесте ОНФ говорится о необходимости «объединиться вокруг общих ценностей, которые составляют основу нашего национального характера и моральную основу нашей жизни. Это желание жить правдой и справедливостью, в гармонии с нашей совестью. Это любовь к Родине, это служение России. Мы убеждены, что фундамент патриотических ценностей порождает энергию для совместных действий.[12] Из такого языка ясно, что идеологическая платформа нового русского консерватизма сейчас загружается в общественное сознание в форме пропагандистских клише, и с некоторым успехом.

Подводя итог внутренней политике, которая влияет на внешнюю политику сегодняшней России, мы должны выделить несколько ключевых моментов. Во-первых, переформатирование российской элиты и формулирование новой платформы ценностей и идеологии — это два параллельных процесса, которые начались в конце 2011 года, когда правящая элита была занята укреплением своей власти.Внешнеполитическая доктрина России основана на фундаментальном стремлении защитить нынешнюю политическую систему от внешнего влияния. Другими словами, одна из ключевых мотиваций российской элиты — защита от действий агентов вне системы, которые могут уменьшить власть государства или иным образом ослабить политическую систему. Это явление не ново для новейшей российской истории; аналогичные тенденции наблюдались в 2004-2007 гг., следуя череде постсоветских государств, в которых произошла смена политического режима.Эта последняя итерация включает как идеологические, так и политические аспекты. Тем временем логика отношений России с внешним миром претерпела изменения, и стало более важным консолидировать российское общество вокруг правящей элиты. Украинский кризис, вопреки распространенному мнению, не повлиял фундаментально на политику России — он просто усилил и усилил тенденции, которые были выявлены задолго до того, как кризис разразился.

Проект евразийской интеграции

Международный контекст, поскольку он влияет на внешнюю политику России, условно можно разделить на два слоя.Первый — это стратегия России по достижению целей евразийской интеграции. Второй слой — это процессы в мировой политике, которые влияют на экономическую и военно-политическую безопасность в мире и в регионах, прилегающих к России.

Проект евразийской интеграции в последние годы был одним из важнейших приоритетов российской внешнеполитической повестки дня. Следует понимать, что этот проект включает в себя не только стремление России иметь больший политический и экономический вес на постсоветском пространстве; это вопрос долгосрочного стратегического развития — по мнению российского правящего класса и Владимира Путина, эта стратегия отвечает на вызов, связанный с поиском места для России и ее ближайших союзников в сложной конкурентной среде многополярного мира. 21 века.Есть ряд причин, по которым этот проект следует рассматривать отдельно от внутренней политики сегодняшнего дня. Во-первых, российская идея реинтеграции постсоветского пространства имеет долгую историю и за последние 15 лет претерпела ряд трансформаций [13]. ЕАЭС, ОДКБ и ШОС, а также несколько других интеграционных структур и способ их функционирования — все это результат довольно сложной, иногда безуспешной попытки российских политиков связать политическую мотивацию с экономической основой.Во-вторых, долгосрочный потенциал экономического развития России рассматривается экспертами как функция способности постсоветских государств создавать общий рынок, становясь эффективным звеном в цепи сотрудничества, простирающейся от растущего Востока (Индия и Китай) до Европа. В-третьих, у многих постсоветских государств есть свои причины броситься в бой: они связаны не с внешним влиянием России, а, скорее, с отечественными стратегиями некоторых республик Центральной Азии и Южного Кавказа, которые уже сталкиваются с такими же проблемами. вызовы — внутренние, внешние, политические и экономические.

Тем не менее, возлагая большие политические надежды на успешную евразийскую интеграцию, основные действия российской внешней политики направлены на устранение возможных препятствий на пути реализации проекта. Именно с этой точки зрения мы должны исследовать влияние постсоветского пространства на внешнюю политику Кремля. Москва рассматривает евразийский проект как окруженный жесткой конкуренцией, что объясняет довольно нервную и грубую реакцию, когда Россия подозревает — справедливо или нет — что иностранный или отечественный игрок пытается замедлить реализацию проекта.

Однако у идеи евразийской интеграции на пространстве СНГ нет прямых конкурентов. Интеграционные проекты, которые сейчас запущены и реализуются (Таможенный союз, ЕврАзЭС, ЕЭП и ОДКБ), потребовали такого широкого и глубокого внимания, что любой альтернативный совместный проект, который теоретически может быть инициирован внешним игроком, не сможет конкурировать — по крайней мере, в обозримом будущем.

Это не означает, что у проекта нет скрытых ловушек и препятствий, о которых нужно договариваться — все они существуют и имеют большое значение.Ситуация на Украине полностью оправдывала опасения России относительно того, что основных экономических партнеров можно относительно легко вовлечь в интеграцию с конкурирующими экономическими державами.

Спешное «собирание России земель» на постсоветском пространстве в корзину таких экономических и политических союзов рассматривается политическими и аналитическими кругами Америки как повод для беспокойства, независимо от партийных или идеологических пристрастий. В апреле 2012 года газета The National Interest опубликовала статью Джеффри Манкоффа, заместителя директора Вашингтонской службы безопасности.По его мнению, центростремительные тенденции, поддерживаемые Россией, опасны, потому что они, скорее всего, лишат целевые страны возможности самостоятельно вырабатывать внешнюю политику, вместо того, чтобы следовать за Россией по целому ряду важнейших международных проблем [14]. В Америке этот факт вызвал подозрения как у экспертов, так и у официальных лиц. Государственный секретарь Хиллари Клинтон в своем выступлении в декабре 2012 года заявила, что США будут стремиться «замедлить или предотвратить» евразийскую интеграцию, видя в этом процессе некоторые элементы возрождения СССР.[15]

Подобные заявления американских экспертов и политиков дают Москве все основания полагать, что Америка воспользуется всеми возможностями, чтобы воспрепятствовать любым интеграционным проектам в Евразии, несмотря на то, что американцы признают главные экономические дивиденды интеграции между бывшими советскими республиками, подчеркивая «колоссальные преимущества». »Общего рынка со свободным перемещением товаров и людей. «Восстановление региональных специализаций, существовавших в бывшем СССР, создаст возможность подчеркнуть сравнительные преимущества республики перед лицом международной конкуренции.[16] В таких обстоятельствах выводы Кремля можно выразить следующим образом: Америка хочет помешать интеграции на постсоветском пространстве, потому что она хочет лишить Россию и ее союзников преимуществ такого объединения.

Что касается Европейского Союза, Кремль считает, что деятельность и возможности ЕС как независимой силы в регионе бывшего СССР более ограничены, чем у США. Именно по этой причине давление, оказываемое ЕС на Украину в связи с подписанием соглашения об ассоциации, было воспринято Россией как часть всеобъемлющей стратегии Запада по срыву интеграционного проекта России.Если предположить, что это мышление Москвы, резкая реакция России и тенденция коллективно обвинять Запад во всех трудностях на пути к евразийской интеграции кажутся вполне логичными. Москва считает, что Брюссель и Вашингтон сосредоточат основную тяжесть своих усилий по предотвращению интеграции не на странах, которые уже выразили желание углубить интеграцию, а на государствах, которые представляют большой интерес для России, но все еще не решаются сделать решительный шаг ( Украина, Таджикистан и Кыргызстан).

Важной особенностью российского подхода к политике на постсоветском пространстве является парадоксальная решимость классифицировать любое препятствие достижению консенсуса с соседними странами не как внешнеполитические ошибки или просчеты, а как саботаж со стороны иностранных агентов, в первую очередь ЕС. и США. Это явление берет свое начало в постсоветских психологических комплексах российской элиты и геополитической предвзятости при рассмотрении большинства процессов, происходящих в любой точке мира.

Безусловно, на постсоветском пространстве есть государства, которые крайне негативно относятся к предлагаемым Москвой интеграционным проектам. Руководители и эксперты этих стран неоднократно публиковали критические заявления, направленные в адрес российских инициатив [17]. Однако в Москве убеждены, что эти республики не смогут самостоятельно влиять на интеграционные процессы в Евразии, хотя могут предоставить свои территории и политические ресурсы для поддержки конкурентов России.

В такой ситуации приоритетом Москвы является сделать перспективы евразийской интеграции экономически привлекательными для своих соседей. Подобная тактика успешно использовалась Москвой в прошлом, с Таможенным союзом, с 2012 года. В одном казахстанском издании, Respublica KZ , говорится: «Россия вынуждена создавать интеграционные структуры не только на условиях паритета, но и на основе бесконечные уступки. Россия уже дает Казахстану и Беларуси больше денег в виде пошлин, чем было бы, если бы члены Таможенного союза рассчитывались с Москвой по реальному импорту.Но Москва готова пойти дальше; Ради быстрой подписи соглашения по Евразийской экономической комиссии российские переговорщики поменяли свое категоричное требование сбалансированного голосования в ЕЭП (у РФ 57% голосов) на равное представительство сторон. Т.е. одна страна — один голос. Если Кыргызстан и Таджикистан присоединятся к Таможенному союзу, вес РФ в Евразийской комиссии уменьшится с 1/3 до 1/5 ». [18] Россия также готова вкладывать значительные средства в государства-члены; в мае 2014 года, например, было принято решение инвестировать ок.1,5 миллиарда долларов на инфраструктурные проекты в Кыргызстане просто для того, чтобы страна могла стать эффективным членом ЕАЭС. Для сравнения: ежегодный товарооборот между Россией и Кыргызстаном составляет около 2 миллиардов долларов. По оценкам экспертов, в период с 2015 по 2017 год из-за членства в едином таможенном пространстве российский бюджет будет ежегодно терять около 1,5 миллиарда долларов США [19].

Нет никаких сомнений в том, что самым важным партнером с точки зрения экономических и политических перспектив постсоветской реинтеграции, как для политического руководства в целом, так и для Путина в частности, является Украина.Именно здесь, начиная с 2012 года, мы стали свидетелями попыток ЕС и России предложить альтернативные стратегические пути, чтобы соблазнить нерешительное правительство Януковича добиваться либо евразийской, либо европейской интеграции. Однако для Кремля поворотным моментом стала смена политического руководства. Здесь российские лидеры снова видят сценарий «цветных революций», который уже произошел в начале 2000-х годов. Принимая во внимание фобии Москвы, о которых говорилось выше, в отношении стратегий Америки и ЕС по вытеснению России из сферы ее собственных критических интересов, такую ​​резкую, даже неистовую реакцию России легко объяснить.Мы считаем, что Путин решил, что в украинском вопросе Запад перешел красную черту, нарушив неписаный консенсус между Россией, США и ЕС: не использовать инструменты политического давления и насильственной смены режима в борьбе за влияние в стране. постсоветское пространство. Мы думаем, что именно нарушением этого status quo объясняется решение аннексировать Крым и поддержать сепаратистское движение на Юго-Востоке Украины.

Рамки данной статьи не предполагают анализа событий или оценки действий какой-либо из сторон конфликта.Однако автор считает, что российское руководство искренне считает, что силовое вмешательство, аннексия Крыма и поддержка сепаратизма на юго-востоке Украины являются наиболее подходящими оборонительными шагами в ответ на свержение Януковича и изменение политического курса Украины при поддержке ЕС и Америка. Они видят в этом единственно возможный способ защитить важнейшие национальные интересы России в Евразии. Таким образом, мотивы, лежащие в основе внешнеполитической стратегии России в контексте интересов на постсоветском пространстве, также имеют место в формуле защиты от внешнего саботажа.Применяемая защитная тактика становится все более решительной и приводит к большему количеству смертей. Кремль считает такую ​​гибель людей оправданной, поскольку именно противник сознательно поднял ставки в этой соревновательной игре. События 2008 года в Грузии ясно продемонстрировали, что Россия готова применить военную силу, когда ее стратегические и геополитические интересы находятся под вопросом. События на Украине во многом повторяют грузинский сценарий, с той ключевой разницей, что Украина занимает гораздо более ценное для России геополитическое пространство.Следовательно, решительность, с которой Россия обязуется защищать свои интересы, будет намного выше.

Завершает этот круг идей тот факт, что реализация интеграционной стратегии на постсоветском пространстве является одним из основных приоритетов российской внешней политики. Евразийский союз как национальный проект Кремля — ​​это не просто решение проблемы экономического и политического развития России; это также средство выживания для России как заметного игрока на международной арене.Такие логические конструкции, как они, можно рассматривать как основу понимания того, что Путин и его окружение разделяют долгосрочную внешнеполитическую стратегию, которую Российская Федерация должна реализовать.

На наш взгляд, самым слабым звеном в концепции евразийской интеграции России является нежелание признать, что проблемы в построении отношений с соседними странами на самом деле являются результатом дипломатических ошибок и просчетов самой России. Москва упорно пытаюсь найти доказательство геополитического противостояния с Западом.Вот почему любое сближение между Америкой, Европой и бывшими советскими республиками, похоже, терзает чрезмерно чувствительный Кремль. Ситуация вдоль границ России предлагает защитную мотивацию для поведения России и желание искать защиты от иностранного влияния, которое российские лидеры считают недружественным. Поведение «осажденной крепости» и тенденция к самоизоляции, которые в прошлом были сопряжены с экономическими и политическими издержками для страны, теперь снова находятся в центре внешней политики Москвы.

Ситуация в области международной безопасности

Анализ факторов, определяющих внешнюю политику России, был бы неполным, если бы мы не упомянули также более широкий международный контекст, который также важен для понимания логики и содержания внешней политики России. На то, как Россия видит себя в международных отношениях, заметно влияет общая неуверенность в том, как будут развиваться международные отношения. Появление новых угроз и вызовов из-за крайне нестабильной ситуации в мировой безопасности привело к разночтениям в оценке этих процессов ключевыми мировыми игроками.Однако следует признать, что международный контекст оказывает гораздо меньшее влияние на характер российской внешней политики и затрагивает лишь некоторые области. В первую очередь это касается новых глобальных игроков, таких как страны БРИКС, и модернизации оборонного потенциала страны.

Различия в оценке характера и степени нынешних угроз в Евразии стали заметным явлением еще в июне 2008 года, когда новоизбранный президент России Дмитрий Медведев предложил европейским партнерам новый «Договор о общеевропейской безопасности», который включал отказ от принципов «атлантизма» в обеспечении стабильности в Европе.Исходя из содержания документа, похоже, что Россия предложила подавить роль НАТО как главного гаранта архитектуры региональной безопасности и ввести новые элементы, которые предоставили бы странам, не являющимся членами НАТО, определенные права и гарантии участия в принятии решения. [20] Как и следовало ожидать, эти инициативы были отвергнуты странами НАТО, и усилия России по ослаблению американского влияния в вопросах европейской безопасности оказались бессмысленными. Последующие события в Грузии в августе 2008 года еще больше обострили разногласия между Россией и ее западными партнерами.

«Перезагрузка» отношений между Россией и США, начатая в 2009 году, была направлена ​​на снижение напряженности между двумя странами, но результаты не оправдали ожиданий. К сожалению, большое количество разногласий, от иранской ядерной программы до противоракетной обороны в Европе, оставалось большим разочарованием даже для оптимистов, в то время как планы по вступлению в эру более тесных отношений не могли быть полностью реализованы. Это подтвердило тезис о том, что отношения России и США по своей сути цикличны, а периоды сближения чередуются с неизбежными и затяжными периодами охлаждения.

Арабская весна добавила еще большей неопределенности международной безопасности; волна демократии в исламском мире рухнула, породив расширяющиеся круги экстремизма и радикализма в Сирии и Ираке. Ливийский и сирийский кризисы ясно показали, что во время политической неопределенности фактор силы в международных отношениях продолжает оставаться приоритетным. «Арабская весна» научила руководство России, что они правильно определили основные элементы международной ситуации.Смена политических элит в Ливии, Египте и ряде других государств не смогла стимулировать жажду демократии в регионе. Напротив, он породил новый цикл конфликтов и стал катализатором экстремистских и радикальных движений. Это углубило взаимное недоверие между Россией и Западом, а также обострило споры о том, как международное сообщество должно реагировать на современные вызовы.

Осознавая рост числа очагов конфликтов в мире, Москва считает, что единственный способ восполнить пробел в международной безопасности — это укрепить многополярность.По мнению Кремля, появление альтернативных центров тяжести, уравновешивающих Запад, таких как Китай, Южная Америка, Индия и сама Россия, должно быть гарантией того, что будет достигнут политический консенсус по широкому кругу современных вызовов международной безопасности на ООН и другие международные организации.

Заинтересованность России в поддержке глобальной многополярной архитектуры также проявляется в том, как она укрепляет свою военно-политическую мощь. На этом и была начата кампания, начавшаяся в 2011 году по увеличению расходов России на оборону до 20 миллиардов рублей к 2020 году.Государственная программа вооружений, или ГПВ-2020, является далеко идущей и амбициозной и направлена ​​на обновление 70-85% армии, флота и авиации. Некоторые аналитики и обозреватели предупреждают, что российская программа слишком сложна для реализации, а сроки слишком жесткие для перечисленных целей [21]. Но даже частичный успех значительно повысит военный потенциал России. Интересно, что запуск программы не был связан с ухудшением отношений России с Западом; он был начат задолго до того, как перезагрузка была в конечном итоге прекращена, и предшествовала событиям на Украине.В последние годы Россия также стремилась минимизировать зависимость военных от иностранных технологий. Эксперты считают, что эти усилия принесли свои плоды — санкции против российского ВПК и ограничения на сотрудничество в сфере обороны оказали сравнительно небольшое влияние.

Однако мы полагаем, что политика России в отношении ключевых международных проблем часто отражает события внутри или вблизи России. Это истинный контекст для взаимодействия с основными центрами тяжести по всему миру.Тем не менее усилия России по ключевым вопросам международной безопасности связаны со стремлением укрепить свой статус независимого центра влияния на международную безопасность. В менталитете российской элиты по-прежнему доминирует комплекс, согласно которому Россия должна поддерживать свой статус великой державы.

* * *

Из приведенного выше анализа текущей российской политики можно сделать несколько выводов. Во-первых, российская политическая система вступила в очередной этап развития своей системы ценностей и идеологии.В последние годы политические реформы создали набор фильтров, связанных с сохранением специфики современной политической системы России. Процесс «национализации» элиты продолжает укреплять эту систему, размывая связи с Западом, основанные на идеологии или ценностях. Мы можем с большой уверенностью заявить, что при сохранении нынешней системы распределения власти в России этот политический курс также сохранится в течение длительного периода времени. Широкомасштабная информационная и пропагандистская кампания по формированию общественного мнения в России принесла Владимиру Путину высокий рейтинг популярности и массовую поддержку его политики в отношении Украины и Запада.Все это подтверждает тезис о том, что эскалация напряженности в регионе с большой вероятностью сохранится.

Между тем, новый формат политических приоритетов и ценностей представлен российскими властями как ответ на недружественные попытки партнеров России подорвать существующую систему государственной власти в России, ущемляя интересы этой системы. Тем не менее, Россия не обязательно превращается в военную диктатуру; это не только далеко от реальности — это было бы фактически невозможно с учетом того, как развивались российское государство и общество.Действия России соответствуют логике укрепления страны как полноценного полюса притяжения в новой иерархии международных отношений. Однако весь процесс окрашен идиосинкразическим взглядом России на пути и средства достижения целей. Россия по-прежнему верит в realpolitik как в основу современного мирового порядка и продолжает смотреть на международные отношения через призму геополитики, будучи одновременно зашоренной багажом советской и российской истории.

Россия активно отстаивает свой проект евразийской интеграции, но препятствия на этом пути также влияют на характер внешней политики Москвы. Решительность в применении силы и бескомпромиссное отстаивание национальных интересов на различных международных форумах становятся давним атрибутом интеграционной стратегии России. Если не удастся найти взаимоприемлемый и устойчивый консенсус между Россией и ее партнерами по взаимодействию, касающемуся Евразии, существует опасность скатывания к затяжному конфликту, который может стать источником серьезных проблем как для России, так и для ее соседей на Востоке и в других странах. Западная Европа.

Однако нынешний этап развития новой внешней политики России и ухудшение отношений с Западом не являются чем-то принципиально новым. Все те же явления можно было наблюдать в отношениях России с Западом в позднесоветский период. Классическим примером является операция НАТО 1999 года в Югославии, Косово, а затем в Грузии в 2008 году. Каждый из предыдущих кризисов мог быть разрешен путем взаимных компромиссов и корректировки политического курса обеими сторонами конфликта.Разница в последнем конфликте заключается в том, что диапазон военных и политических возможностей России расширился, создав опасную иллюзию, что она способна эффективно противостоять давлению со стороны Запада в течение длительного периода времени. Этот конкретный конфликт также осложняется более широкой международной ситуацией, приправленной новыми угрозами международной безопасности. Более высокие риски возвращают стороны к логике «противостояния» холодной войны, которая контрпродуктивна и опасна при столкновении с такими общими угрозами, как терроризм и экстремизм, которые в настоящее время стремительно растут в Северной Африке и на Ближнем Востоке.

Смогут ли Запад и Россия найти в этой ситуации приемлемый баланс интересов? Определенная форма политического консенсуса между Европой и Евразией, вероятно, будет жизненно важной. Опыт неудавшейся «перезагрузки» необходимо учитывать в поисках нового формата отношений между Россией и ее партнерами на Западе и Востоке. Нет никаких сомнений в том, что в этом новом конфликте Россия является гораздо более слабым противником, чем консолидированный западный блок, в который входят ЕС и США.Поэтому западным партнерам будет проще и уместнее предложить всеобъемлющую политическую программу выхода из кризиса; это также станет дорожной картой для России и Украины. Такой подход может снизить уровень разногласий. Возможно, более глубокое понимание логики, особенностей и движущих сил российской внешней политики поможет найти решение этой загадки.

* Саратовский государственный университет, факультет международных отношений и внешней политики России, Саратов, Россия, alexeyevds [at] rambler.ru

Политика России в области критической инфраструктуры: что мы о ней знаем?

Иерархия полномочий в вопросах безопасности в России определена в нескольких документах, например, в Федеральном законе о безопасности от 2010 г. (Федеральный закон 2010). Он следует типичной пирамиде политической системы России, начиная с Президента, палат Федерального Собрания (Совета Федерации и Государственной Думы), Правительства, Совета Безопасности и органов местного самоуправления.Однако основная ответственность за координацию возлагается на президента и Совет Безопасности, который формируется и возглавляется президентом.

На практике некоторые отраслевые министерства или ведомства несут ответственность за подготовку первых законопроектов и документов нижнего уровня, а также за их выполнение после утверждения. Традиционно МЧС несет ответственность за «безопасность», в том числе за вопросы, связанные с КИ, в то время как Министерство внутренних дел является основным внутренним органом «безопасности / злонамеренных угроз».Активизация международного джихадистского терроризма, а также рост напряженности между Россией и западными державами в сочетании с возникновением киберугроз привлекли внимание российских спецслужб (особенно ФСБ), а также явно военных организаций.

Возможные разногласия между российской бюрократией по поводу власти и полномочий в области политики КИ нечасто обсуждались публично. В юридических дебатах можно найти некоторые признаки того, что вопрос остается в стадии обсуждения.Например, предлагалось, чтобы органы Министерства внутренних дел, в силу их специализированных возможностей, играли координирующую роль в деятельности по защите КИ на территориальном уровне. Хотя в настоящее время ФСБ занимает лидирующие позиции в этой области, ее критикуют за отсутствие ресурсов для обеспечения должного уровня защиты объектов КИ (Строкин, 2014a).

В соответствующем законодательстве о противодействии терроризму (Федеральный закон, 2006) подчеркивается еще одна роль, а именно Вооруженные силы.Они, а также «добровольческие силы», связанные с военными и разведывательными организациями, могут в определенных условиях использоваться для пресечения террористических актов. Это дает внутренние правовые основания для использования Вооруженных сил России против террористических групп не только внутри страны, но и за рубежом. Конкретный случай — это полугосударственные силы безопасности, в частности, так называемая группа Вагнера, которую Россия использует в своих зарубежных операциях, казалось бы, не легализуя свое существование или роль (например, Marten 2019).

Где в картину вписываются частные субъекты, например операторы CI? В стратегии национальной безопасности они как таковые не упоминаются.Обеспечение национальной безопасности является задачей государственной власти и органов местного самоуправления во взаимодействии с гражданским обществом, используя политические, военные, организационные, социально-экономические, информационные, правовые и другие меры. Основным инструментом «обеспечения государственной и общественной безопасности» является усиление роли государства, особенно за счет «повышения эффективности правоохранительных органов и специальных служб, а также государственного контроля». Государственные органы призваны «ликвидировать злоумышленные действия иностранного государства против Российской Федерации, а также усилить уровень антитеррористической защиты и безопасного функционирования организаций оборонно-промышленного, атомного, химического, топливно-энергетического комплексов страны», объекты жизнеобеспечения населения, транспортная инфраструктура и другие критические и потенциально опасные объекты »(Указ 2015, часть IV, ст.44, 45). Аналогичным образом, в концепции гражданской обороны (Указ, 2016) система описывается как централизованная иерархия, возглавляемая правительством. Государственная политика реализуется через согласованную и целенаправленную деятельность федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления. Федеральное правительство обеспечивает реализацию единой государственной политики в области гражданской обороны.

Хотя во многих случаях CI управляется или принадлежит также частным субъектам в России, например, в таких областях, как транспорт или ИКТ, в законодательстве четко прописан тот факт, что оператор или владелец несет юридическую ответственность и несет ответственность. для заботы о регистрации и защите их соответствующих CI в регулируемом порядке.Операторы должны предоставлять всю информацию о связанных системах и операциях исполнительным органам как автоматически, так и по запросу. Соблюдение требований подлежит федеральному контролю, включая обязательные учения и тесты, а также плановые и внеплановые проверки (например, Федеральный закон 2017).

Самая важная часть не кибер-КИ находится в ведении государственных предприятий, а остальная часть строго контролируется и контролируется нормативными актами и прямым вмешательством государственных органов.Сектор CII несколько иной, более фрагментированный и более частный, чем традиционные секторы CI. CII по определению является такой сферой, в которой российские государственные агентства часто зависят от частных лиц, будь то легальные специализированные компании по ИТ-безопасности или откровенные хакеры-фрилансеры, которых заставляют или уговаривают сотрудничать как в наступательных, так и в оборонительных целях (Туровский, 2017). Однако в последние годы российские госструктуры также стали все чаще становиться совладельцами или разработчиками ИСИ (ТАСС, 2017).

С самого начала соответствующего регулирования ИСИ целью является «единая государственная система» (Основные направления 2012). Когда президент Путин приступил к своему третьему сроку, так называемые институты власти приобрели еще большую значимость. Указ президента о КИИ (Указ 2013) четко отражает идею о том, что область кибербезопасности является предметом ведения разведывательного сообщества. В некоторых отношениях ФСБ обладает почти монополией на CII. Министерство связи и массовых коммуникаций, которое в основном занимается вопросами ИКТ, похоже, очень мало влияет на вопросы ИКТ.Однако простая физическая защита КИ по-прежнему в значительной степени связана с МЧС и МЧС.

В соответствии с последним законодательством о CII (Федеральный закон, 2017 г.) попытки создать единую федеральную систему со строгим регулированием в этой области очевидны. Если это будет или будет реализовано, сначала будут определены индикаторы значимости объектов CII, основанные на социальной, политической, экономической и экологической значимости, а также важности объекта для обороны страны, государственной безопасности и общественного порядка.После этого анализа CII будет разделен на три приоритетные группы, каждая со своими критериями защиты. Оператор, будь то частный или государственный, обязан следовать определенным правилам, чтобы оценить критичность ИКТ и определить, следует ли классифицировать объект как CII.

Если да, то оператор должен присвоить ему уровень приоритета. Затем оператор должен представить результаты этого самоанализа вышеупомянутому федеральному агентству CII, которое затем независимо проанализирует оценку.Если он придет к выводу, что объект ИКТ является CII, он будет зарегистрирован как таковой. В этом случае оператор должен соблюдать соответствующие федеральные правила безопасности CII. При условии проведения плановых и внеплановых аудитов, а также неограниченного доступа для федерального агентства CII, оператор обязан реагировать на киберинциденты в соответствии с процедурами, утвержденными на федеральном уровне. Оператор и его сотрудники могут быть привлечены к уголовной ответственности за нарушение любого из вышеперечисленных правил.

Подводя итог, можно сказать, что в России явно создана строго регулируемая и нисходящая система контроля КИ в целом (которая в основном уже основывалась на государственной собственности) и ИСИ в частности (что было новым явлением) с точки зрения свои меры против угроз безопасности.В то время как злонамеренные инсайдерские действия, ведущие к нарушению работы CI, естественно, подлежат уголовному преследованию, законодательство сформулировано таким образом, что неумышленное бездействие или халатное отношение также могут легко стать преступными. На практике это положение означает, что государственные агентства тесно связаны с мерами безопасности и защиты отдельных компаний и объектов CI / CII на очень практическом уровне мониторинга. Однако как такая система работает на практике в якобы коррумпированной системе управления в России и ее взаимодействии с компаниями, стремящимися к прибыли, нельзя сделать вывод из официальных документов.

Внутренние и внешние факторы, определяющие внешнюю политику России в отношении стран Балтии

Публикация Магистерская диссертация на 1 курс
Заголовок Внутренние и внешние факторы, определяющие внешнюю политику России в отношении стран Балтии
Автор Салимзаде, Самир
Датировать 2018
Английский аннотация
В этой диссертации обсуждается одна из самых серьезных проблем безопасности, с которыми сталкиваются страны Балтии с момента восстановления своей независимости.Этот вызов безопасности является продуктом агрессивной внешней политики России по отношению к ее западным соседям, которая усилилась после аннексии Крыма в 2014 году. Чтобы понять причины политики Кремля в регионе, тезис направлен на анализ того, как внутренние и внешние факторы формируют внешнюю политику России по отношению к странам Балтии. Используя неоклассический реализм в качестве теоретической основы, диссертация использует смешанные методы исследования для сбора данных и применяет качественный контент-анализ для анализа трех основных факторов, определяющих политику России в странах Балтии.