Таблица основной вопрос философии: Основной вопрос философии и две его стороны

Содержание

Основной вопрос философии и две его стороны

 

Проблема основного вопроса философии является основной для понимания специфики философского знания. И в данной статье мы кратко рассмотрим суть основного вопроса философии и две его стороны.

Основной вопрос философии раскрывает смысловую направленность философии, ее стремление найти ключи к решению главной проблемы человечества – «быть или не быть».

Основной вопрос философии не совпадает всецело с ее предметом. Предмет философии представляет собой исследование принципов взаимоотношения и взаимодействия человека и мира в их всеобщих характеристиках, в то время, как основной вопрос определяет, какой стороной это всеобщее «повернуто» к человеку.

Онтологическая сторона основного вопроса философии

Итак, главный вопрос философии – вопрос об отношении духа, сознания к бытию, материи; вопрос о том, что является первичным – мышление или бытие, природа или дух, материальное или идеальное? Кто кого порождает и определяет?

В зависимости от решения данного вопроса различают материалистические и идеалистические концепции, два основных направления философской мысли:

материализм и идеализм.
В таблице, изображенной ниже, отражены основные философские течения касательно первой стороны основного вопроса философии. Их описание и представителей ищите ниже по тексту.

Материализм

Материализм провозглашает материю вечной, независимой, неуничтожимой и первичной – источником всех вещей, которая существует и развивается по своим собственным законам. Природа, бытие, материя, материальное – первоисточники всего, а в свою очередь сознание, мышление, дух, идеальное – вторичны, определяются и порождаются материальным. В честь крупнейшего материалиста Древней Греции материализм именуется линией Демокрита в философии.

Согласно материализму мир – материален, существует сам по себе, никем не создан и неуничтожим, закономерно изменчив, развивается в силу своих собственных причин; представляет собой единую и последнюю реальность, которая исключает любую свехъестественную силу. Сознание, мышление и дух – свойства материи, ее идеальное отражение.

Достоинства материализма – опора на науку, логическая доказуемость многих положений. Слабая сторона – недостаточное объяснение сущности сознания (его происхождения) и всего идеального.

В различные периоды истории материализм приобретал разные формы и виды:

Материализм Древнего Востока и Древней Греции (стихийный и наивный) – первоначальный вид материализма, представляющий окружающий мир состоящим из четырех основных материальных элементов (воды, земли, воздуха, огня, всех первоначал, атомов и т. п.), который рассматривается сам по себе независимо от сознания человека и богов.

Представители: Фалес Милетский, Левкипп, Демокрит, Гераклит, Эмпедокл и др.

Метафизический (механистический) материализм Нового времени. Его основа – изучение природы. При этом все многообразие ее свойств сводится к протяженности материи и ее механической форме движения. Представители: Г.Галилей, Ф. Бэкон, Дж. Локк, Ж. Ламерти, П. Гольбах, К. Гельвеций и др.

Диалектический материализм (марксизм) – единство материализма и диалектики. Вечная и бесконечная материя находится в постоянном движении и развитии, происходящем по законам диалектики. В процессе самодвижения материя приобретает новые формы и проходит различные этапы развития. Идеальное признается особой реальностью, которая существует относительно автономно. Сознание – свойство материи отражать саму себя. Бог представляет собой идеальный образ, который был создан человеком для объяснения неизведанных и непонятных явлений.

Представители: К. Маркс, Ф. Энгельс. 

Вульгарный материализм все мыслительные процессы сводит к физиологической основе. Сознание отождествляется с материей, материя производит сознание как «печень желчь». Представители: Фохт, Молешотт, Бюхнер.

Идеализм

Согласно идеализму первичным началом всего существующего является духовное начало (Бог, дух, идея, индивидуальное сознание), материя возникает из духа и подчиняется ему, природа, материальные мир — вторичное. Данный термин ввел немецкий философ Г. Лейбниц в начале XVIII века. Родоначальником идеалистического направления в философии для Лейбница стал Платон. Именно по этой причине идеализм именуют

линией Платона в философии.

Идеализм имеет две основные формы: объективный и субъективный идеализм.

Объективный идеализм, согласно которому идеальное существует объективно, независимо от человека и природы в виде мирового разума, космической души, абсолютной идеи. Представители: Платон и неоплатоники, философы средних веков, Гегель и неогегельянцы). 

Субъективный идеализм определяет идеальное формой внутреннего человеческого опыта. Внешний мир, его свойства и отношения зависят от сознания человека.Представители: Дж. Беркли, Д. Юм, Э. Мах и др. Крайней формой субъективного идеализма является солипсизм (от лат. solus — один, ipse — сам, sum — существую), предполагающий, что реально лишь мое сознание, собственное «Я», мои ощущения, в то время, как существование всего, что меня окружает, — проблематично.

Все вышеперечисленные разновидности материализма и идеализма являются различными разновидностями философского монизма (от греч. monos — один, единственный).

Однако, основной вопрос философии допускает и двойственный ответ: и материя, и сознание являются изначальными сущностями и не сводятся друг к другу. Данное направление в философии получило название дуализма (лат. duo — два). Таким образом, дуалисты признавали существование двух самостоятельных субстанций (первооснов). Яркий представитель дуализма — французский философ Рене Декарт.

Возможен также ответ, в котором утверждается множество первоначал, в предельном случае множества неограниченного. Такое направление получило название плюрализма (лат. pluralis — множественный) и было предложено немецким мыслителем XVII века

Г. Лейбницем.

Гносеологическая сторона основного вопроса философии

Данная сторона рассматривает еще одну проблему основного философского вопроса: «Познаваем ли мир? Способен ли человек постигнуть сущность окружающей действительности?». Эта проблема получила в работе Энгельса «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» наименование второй стороны основного вопроса философии: «Великий и основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бытию» ( Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.21, С.220).

Данный вопрос допускает два ответа:

— «мир познаваем», такое решение называется гносеологический оптимизм илигностицизм от греческого gnoseo — знаю;

— «мир непознаваем» — гносеологический пессимизм или агностицизм. Представители: Давид Юм, Иммануил Кант.

Варианты решения первой и второй сторон основного вопроса философии — это основные типы философских построений, которые эволюционируют, меняют формы и составляют дальнейшую классификацию философских решений.

Видеоматериалы по теме:

Читайте также:

Основной вопрос философии

Как известно, основной вопрос философии состоит в выяснении что первично: материя или сознание.
На аналогию меня натолкнула дискуссия, которая периодически вспыхивает в СМИ, среде специалистов и болельщиков по вопросу о размерах площадок и качестве хоккея.
Не так давно на Олл_Хоккее я опубликовал свою работу почти годичной давности, посвящённую этой теме. В работе предпринята попытка ответить на вопрос на основании количественных оценок показателей качества хоккея.
При обсуждении работы вновь были высказаны разные мнения и взгляды.
Многие высказались, что именно профессионализм менеджмента, игроков и тренеров определяют качество хоккея, а не размеры площадок.
Другие не согласны с этим и утверждают, что маленькие площадки повышают качество хоккея, способствуют росту мастерства игроков, скорости реакции, быстрее надо думать и т.п.
Один уважаемый мной российский тренер, успешный в России и имеющий хорошие результаты на международном уровне написал следующее: «Как тренер, испытал разницу игры на обоих площадках. На СА площадках хоккей более интереснее для зрителей, и более полезен для игроков! В этом я убежден на все 100%.

Узкие площадки, дефицит времени заставляет игроков все делать быстрее. Увеличивается скорость игрового мышления. Происходит больше действия на площадке, меньше игры в углах. Игроки делают все на максимальных скоростях, иначе размажут по борту».
Таким образом, можно сформулировать один из основных вопросов философии хоккея: профессионализм хоккейного персонала определяет уровень качества хоккея на площадках любых размеров или размеры площадок определяют уровень профессионализма игроков, тренеров и менеджмента, а через это — и качество хоккея
Если коротко, что первично для качества хоккея: профессионализм или размеры площадки.

Чтобы ответить на данный вопрос необходимо последовательно ответить на ряд подвопросов. Давайте разбираться по порядку.
1. Разный ли хоккей на евро и СА площадках? Т.е. разные ли требования предъявляются размерами площадки к стратегии, тактике командных и групповых взаимодействий, уровню функциональной подготовленности (ФП) игроков, их индивидуальному тактическому и техническому мастерству (ИТТМ) чтобы обеспечить желаемый исход игры? Нужно ли учитывать размеры площадки при подготовке команды к игре или турниру?

Ответ: конечно да. В этом сходятся все, и вся практика хоккея это подтверждает. В реальном времени это можно видеть по игре в КХЛ «Медвешчака».
2. От чего зависит напряжённость игры и интенсивность выполняемых ТТД, количество голов и бросков по воротам? От размеров площадки или от скорости перемещения, уровня ФП и ИТТМ, тактических вариантов игры, предлагаемых тренерами?
Ответ: от скорости, уровня ФП и ИТТМ, тактических вариантов. Абсолютно тех же значений, а то и выше можно достичь и на евро площадках (см. таблицу ниже).
3. От чего зависти уровень брака в ТТД? От размеров площадки или уровня ФП и ИТТМ, тактических вариантов игры, предлагаемых тренерами?
Ответ: от уровня ФП и ИТТМ, тактических вариантов. Абсолютно тех же значений, а то и выше можно достичь и на евро площадках (см. таблицу ниже).
4. Способствует ли тренировочный процесс и игра на узких площадках повышению скорости реакции, быстроты принятия и исполнения решений?
Ответ: да, способствует. Но определяющим в развитии ИТТМ, в том числе скорости реакции, быстроты принятия и исполнения решений является тренировочный процесс, особенно с учётом сенсетивности этих качеств, т. е. в детском и юношеском возрасте. Никто не мешает нам, как это делают в СА, проводить тренировки детей на ½ или 1/3 европлощадки. Могут заниматься сразу 2-3 группы детей. Эффект будет тот же, что и на СА площадке – повысится напряжённость и интенсивность, а следовательно будет правильно развиваться ИТТМ.
У нас же обязательно нужно, чтобы дети тренировались на полном льду, иначе это воспринимается и тренерами и родителями как неуважение, невнимание и т.п. Вот и ждёт ребёнок: когда же к нему подъедет соперник через всё поле. Какая же тут интенсивность и развитие быстроты принятия и исполнения решений?
5. Приведёт ли уменьшение размеров площадок в КХЛ к автоматическому, без затрат дополнительных усилий, росту мастерства игроков и тренеров, повышению скорости, напряжённости и интенсивности игры?
Очевидно, что нет! Если игрок или тренер не желали развиваться в профессиональном плане, то изменение размеров площадки не приведут к возникновению этого желания.
Да, боковой борт станет ближе к воротам соперника, да, это будет больше канализировать атаки в сторону ворот, а не в углы. Так зачем мне бежать быстрее, если я и так стал ближе к воротам?
Да, ширина площадки уменьшиться, следовательно, повысится вероятность встречи игроков соперника друг с другом. Но приведёт ли это к увеличению силовых противоборств в игре, если нет функциональной и психологической подготовленности к этому, если стиль игры не основан на силовом компоненте? М.б. просто увеличится количество прокатов?
С учётом ответа на подвопрос №1 при переходе к узким площадкам и для достижения требуемого качества хоккея необходимо коренное изменение учебно-тренировочного процесса, разработка новых стратегических и тактических вариантов игры, изменение психологии игроков и тренеров.
Автоматически ничего не произойдёт!
6. Что будет, если КХЛ перейдёт на узкие площадки, а IIHF нет? Повысит ли это успешность выступлений сборных команд России на международном уроне?
Ответ: очевидно, что нет. Это создаст нам только дополнительные проблемы к уже и без того имеющимся. Опыт игры команд Канады и США на международных турнирах, проводимых на европлощадках, это подтверждает.

Для практического подтверждения изложенного приведу значения показателей качества хоккея в НХЛ и на ЧМ IIHF. Чтобы далеко не ходить, можно взять данные из работы, написанной по итогам ЧМ-2013. В таблице ниже приведены данные по играм Кубка Гагарина 2013г, полуфиналов и финала ЧМ-13 и Кубка Стенли 2012г.
Обратите внимание, что почти по всем показателям качества ЧМ-13 и КС-12 практически идентичны. За исключением силового компонента. Но здесь дело не столько в размерах площадки, сколько в стиле игры. И это при том, что сборные Швеции, Финляндии и США на ЧМ-13 выступали далеко не в сильнейших составах.

КХЛ же отстаёт, прежде всего, по показателям напряжённости, интенсивности и брака в игре. В силовом компоненте — отставание и от ЧМ-13.
Приведённые данные подтверждают то, что именно высокий профессионализм команд — участниц полуфиналов ЧМ-13 позволил им показать на широких площадках высокое качество хоккея, не уступающее качеству хоккея в Кубке Стенли НХЛ.
По логике же оппонентов такого не должно быть: на широких площадках не может быть достигнуты те же интенсивность и напряжённость при тех же уровнях брака в игре, поскольку у игроков хуже скорость игрового мышления, действуют они не на максимальных скоростях и т. п. Т.е. или интенсивность-напряжённость должны быть ниже, или уровень брака выше.
На деле же всё наоборот: если на широких площадках достигнуты те же интенсивность и напряжённость при тех же уровнях брака, то это означает, что игроки действовали на бОльших скоростях, проделали бОльший объём движения, пробежали бОльшие расстояния, израсходовали больше ресурсов, чем на узких площадках, а следовательно обладают более высоким уровнем работоспособности и при этом ИТТМ у них не хуже. А кроме того, это говорит о сопоставимых по качеству стратегических, тактических и технологических решениях тренерских штабов.

Поэтому на основной вопрос хоккейной философии я отвечаю так: профессионализм хоккейного персонала (игроков, тренеров и менеджмента) первичен по отношению к размерам площадок, именно он определяет уровень качества хоккея.
Как Вы, уважаемый читатель, отвечаете на этот вопрос – решать Вам.

Оригинал статьи.

существующее, вероятное и невозможное – тема научной статьи по философии, этике, религиоведению читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

УДК 111:165 Макулин Артем Владимирович

кандидат философских наук, заведующий кафедрой гуманитарных наук Северного государственного медицинского университета

ТАКСОНОМИЯ КЛАССИЧЕСКОЙ ЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ: СУЩЕСТВУЮЩЕЕ, ВЕРОЯТНОЕ И НЕВОЗМОЖНОЕ

Makulin Artem Vladimirovich

PhD, Head of the Subdepartment for the Humanities, Northern State Medical University

TAXONOMY OF CLASSICAL EUROPEAN PHILOSOPHY: PRACTICABLE, PROBABLE AND IMPOSSIBLE VARIANTS

Аннотация:

В статье рассмотрена проблема структурирования философского мировоззрения с помощью методов комбинаторики. Предложена комбинаторная таблица, отражающая спектр онтогносеоло-гических позиций классической европейской философии, которые условно можно поделить на три группы: существующие, вероятные и невозможные вариации. Комбинаторика в приложении к философии является эффективным методом определения неполноты линейно-повествовательных классификаций философии.

Ключевые слова:

комбинаторика, организованная эклектика, интерпретационная решетка, эсхатологическая системность, онтогносеологическая единица, фасеточное зрение.

Summary:

The article deals with the structuring of philosophical outlook using the methods of combinatorics. The author proposes a combinatorial table showing the range of ontological and epistemological positions of classical European philosophy, which can be divided into three groups: practicable, probable and impossible variations. The combinatorics as an annex of the philosophy is an effective method for determining the incompleteness of the linear narrative philosophic classifications.

Keywords:

combinatorics, organized eclecticism, interpretive grid, eschatological consistency, ontological and epistemo-logical unit, multi-faceted vision.

Весьма часто в учебной, научной или философской литературе читатели вынуждены сталкиваться с четким маркированием классических мыслителей, то есть определенной и устойчивой характеристикой того или иного философа как объективного или субъективного идеалиста, вульгарного или диалектического материалиста, мониста, дуалиста или плюралиста, скептика, оптимиста или агностика и, наконец, эмпирика, рационалиста или сенсуалиста.

Безусловно, с одной стороны, такая онтогносеологическая классификация нужна, так как представляет собой упорядочивание философских школ и мнений, с другой — эта философская таксономия, уходящая корнями в основной вопрос философии (ОВФ), частично пришла из марксизма и вызывает у современных исследователей амбивалентные чувства. Такое неоднозначное отношение обусловлено тем, что некогда данная философская таксономия была единственной разрешенной формой мысленного разграничения философских идей на «правильные» и «неправильные», «прогрессивные» и «реакционные», «научные» и «ненаучные».

Несмотря на то что современная философия старается избегать тотальных схем и однозначных оценок и зачастую, утонув в лингвистических тонкостях, объявляет построение единственно «правильной» философской системы делом невозможным, напротив, фундаментальная установка истории философии остается непоколебимой и заключается прежде всего в том, чтобы в истории становления философии всегда непременно искать определенный порядок. А сама закономерность появления тех или иных взглядов доказывается тем, что каждый новый философ обязан был «встать на плечи» предыдущего интеллектуального гиганта и взглянуть еще дальше, чем предшественник.

Желание исследователей увидеть стройную историю прогресса или регресса интеллектуального порядка в хаосе школ и мнений заставляет историко-философскую рефлексию конвенционально строить классификационные системы и в учебниках по философии рисовать некую общую последовательность становления мировой философии вообще. И в наши дни вряд ли найдется исследователь, который возьмет на себя смелость написать учебник по истории философии, основанный на тезисе о том, что вся история философии является бессистемным нагромождением противоречивых идей, не поддающихся никакой классификации и не имеющих никакой внутренней эволюционной связи. Даже если попытаться сделать нечто подобное, то необходимо будет решить проблему самоидентификации выдающихся философов и их приписываний себя к тем или иным школам. Также нельзя забывать о том, что многие философы не считали себя представителями

тех направлений, к которым их относила историческая традиция (М. Фуко), а другие нарушали канонические классификации (Г.П. Щедровицкий называл Демокрита «идеалистом» [1]).

Таким образом, и противники, и сторонники систематизации философии, во избежание классификационного хаоса и памятуя об «экономии мышления», вынуждены пользоваться определенными маркерами, а иногда и просто некой общей таксономией философии, позволяющей с известной долей погрешности присваивать каждому отдельному философу ярлык или маркер и, не затрачивая время на глубинное исследование его концепции, соотносить ее с универсальным онтогносеологическим «библиотечным каталогом» мировой философии и устанавливать некий «порядковый номер» каждого определенного мыслителя.

В связи с вышеобозначенным вопросом возникает теоретическая проблема — представление онтогносеологической позиции каждого конкретного философа не как конвенциональной данности, освященной традицией, а как динамического варианта-комбинации в реестре некой философской матрицы-таблицы. Попытка подобного представления позволяет допустить, что, помимо традиционных и общепринятых мировоззренческих установок-маркеров, закрепленных за классическими философами, существует так называемый комбинаторный мир возможных, вероятных и невозможных философских установок. Опираясь на это допущение, можно предположить, что каждый классический философ гипотетически мог занимать более расширенное, чем принято традицией, множество вероятных мировоззренческих позиций. Так, например, работая в определенной области знания или меняя свою мировоззренческую позицию на разных этапах своего творчества, мыслитель вполне может иметь разные порядковые места в общей философской таксономии.

Итак, именно выявление множества онтогносеологических позиций и было целью данного исследования. Основным методом построения этого множества стала комбинаторика, элементами комбинирования — разные фундаментальные стороны и элементы теории познания и теории бытия, способом презентации — таблица.

Прежде чем перейти к построению таблицы комбинаций философских позиций, рассмотрим вкратце самые известные, с нашей точки зрения, попытки создания универсальных и прикладных мировоззренческих таксономий, а также частные случаи пересечения философии и комбинаторики.

Не секрет, что уже античные философы активно использовали комбинаторику: Ксенократ определил количество слогов из сочетаний букв друг с другом; Аристотель перечислил все возможные типы трехчленных силлогизмов; Аристоксен определил чередования длинных и коротких слогов в стихотворных размерах; стоик Хрисипп подсчитывал, сколько следствий можно получить из 10 аксиом. В свою очередь, «споря о взаимоотношениях членов пресвятой троицы, о соподчиненности ангелов, архангелов, херувимов и серафимов, схоласты были вынуждены рассматривать различные отношения порядка и иерархии» [2, с. 310].

Несмотря на все это, идея комплексного приложения комбинаторики к философии впервые была высказана Лейбницем, который писал: «Когда возникали бы споры, нужда в дискуссии между двумя философами была бы не большей, чем между двумя вычислителями. Ибо достаточно было бы им взять в руки перья, сесть за свои счетные доски и сказать друг другу (как бы дружески приглашая): «Давайте посчитаем!» [3, с. 497].

Безусловная вера в разум или, говоря словами К. Поппера, «иррациональная вера в разум» [4, с. 67] позволяла философам допускать гипотетическую возможность построения единой системы разумного описания, объяснения и предсказания всего сущего. Традиция «объять необъятное», классифицировать все в таблицах тождеств и различий, видеть объекты в некой общей системе координат особенно проявила себя в Новое время. Такое желание новоевропейских философов и ученых — создать раз и навсегда единую таблицу-матрицу всего — было позже названо М. Фуко «клеточной» властью» [5, с. 216-217]. Он же отмечал, что именно «создание «таблиц -одна из огромных проблем научной, политической и экономической технологии XVIII в. … В XVIII в. таблица — одновременно и техника власти, и процедура познания» [6, с. 216-217].

Несмотря на то что сам такой проект, за исключением естественных и точных наук («Таблица Царства животных» Ж. Бюффона, периодическая таблица Менделеева), в гуманитарных дисциплинах и философии реализован не был, наличествовало множество деклараций по созданию единых комбинаторных таблиц: в криминологии П.Л. Лакретель (1751-1824) высказал идею о составлении единой таблицы всех родов преступлений; в педагогике французский священник и педагог Жан-Батиста де ла Салль (1651-1719) создал проект единой педагогической таблицы; Гельвеций в работе «Об уме» говорил о необходимости составления метафизических, моральных и политических таблиц, «где были бы с точностью указаны все различные степени вероятности и, следовательно, уверенности, с которой надо принимать каждое мнение!» [7, с. 156].

Лейбниц, критикуя предыдущие попытки построения различных комбинаторных механизмов, в частности знаменитую машину средневекового мыслителя Р. Луллия (1235-1315), создал науку комбинаторику. В письме Иоганну Фридриху, герцогу Ганновера, в апреле 1679 г. Лейбниц

писал: «… мое изобретение, построенное на всей полноте разумения, станет … таблицей мыслей, микроскопом, под которым исследуются предметы близкие, телескопом, с помощью которого угадываются далекие, всеобщим Счислением.» [Цит. по: 8, с. 10].

В наше время особенно примечателен метод многомерных матриц или так называемый «морфологический ящик», «куб» Ф. Цвики (1898-1974), суть которого заключается в том, что новое явление часто является комбинацией известных элементов или известного с неизвестным, матричный подход позволяет проанализировать новые связи и отношения, которые проявляются в процессе комбинаторного анализа. Метод Цвики построен на основе так называемой эсхатологической системности.

Анализируя современное состояние проблемы, следует указать на слабую разработанность истории табличного метода в философском, обобщающем плане. Исследователь О.А. Антонова признавала «отсутствие в нашей стране специальных исследований, посвященных табличному методу как целостному явлению» [9, с. 3].

Завершая краткий исторический обзор применения комбинаторики в философии, перейдем к построению онтогносеологической таблицы, заявленной в качестве цели нашего исследования. Следует сказать, что метод построения таблицы в данном случае является по сути дедуктивным и, следовательно, схематично-теоретическим, но все же именно такой путь позволяет экономить время.

Индуктивный метод построения таблицы был бы, по нашему мнению, более предпочтительным, так как позволил бы двигаться не от комбинации философских маркеров к онтогносео-логическим основам оригинальной философской системы, а от мировоззрения отдельного мыслителя к вариациям его собственной философии. Но этот метод восхождения от частного к общему требует совершенно других усилий и объемов привлекаемого материала. Так, хотя бы в случае с философией Декарта, признавая такие устойчивые маркеры его философии, как рационализм и дуализм, пришлось бы допускать сомнительную комбинацию возможных вариаций его философии, перебирая альтернативы, где, например, дуализм и психофизический параллелизм были бы заменены лейбницевским плюрализмом или спинозовским монизмом, а рационализм бэконовским эмпиризмом или локковским сенсуализмом.

Итак, вернемся к дедукции и, комбинируя философские маркеры, попробуем перейти к единой эсхатологической, то есть законченной в определенном смысле, системе онтологических и гносеологических комбинаций классической европейской философии.

А) Начать следует с простого комбинирования гносеологических категорий, таких как эмпиризм (Эм), рационализм (Ра), сенсуализм (Се), гносеологический оптимизм (Го), скептицизм (Ск) и агностицизм (Аг). В итоге мы получаем матрицу гносеологических комбинаций, состоящую из 9 пар (таблица 1).

Таблица 1 — Гносеологические комбинации

(Эм) (Ра) (Се)

(Эм) (Ра) (Се)

(| о) (Го) (Го) (Го)

(Ск) (Ра) (Се)

(Ск) (Эм) (Ск) (Ск)

(Эм) (Ра) (Се)

(А1 ) (Аг) (Аг) (Аг)

Б) Следующий набор обязательных комбинаций, без которых невозможно представить классическую философскую точку зрения, выглядит следующим образом: монизм (Мн), дуализм (Ду) и плюрализм (Пл) суммируем с позициями онтологической стороны ОВФ: ОИ и СИ — объективный и субъективный идеализм; ВМ и ДМ — вульгарный и диалектический материализм. Следует отметить, что классические количественные позиции в отношении субстанции (Мн, Ду, Пл) можно понимать как в методологическом, так и онтологическом смыслах.

Количество комбинаций будет равно 12 (таблица 2).

Таблица 2 — Онтологические комбинации

(Мн) (Ду) (Пл)

(ВМ) Вм Мн Вм Ду Вм Пл

(ДМ) Дм Мн Дм Ду Дм Пл

(ОИ) М О н Ои Ду Ои Пл

(СИ) Си Мн Си Ду Си Пл

В) Третий шаг заключается в переходе к комплексному комбинированию онтогносеологи-ческих позиций философии. Рассмотрим два варианта комбинирования: простой (В1) и комплексный (В2).

В1. Данный вариант образуется посредством умножения количества комбинаций полученных в вариантах «А» и «Б» и в итоге состоит из 108 комбинаций (таблица 3).

Таблица 3 — Онтогносеологическая таблица

Эм Ра Се

Го Ск Аг Го Ск Аг Го Ск Аг

Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл Мн Ду Пл

ВМ 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27.

дм 28. 29. 30. 31 32. 33. 34. 35. 36. 37 38 39. 40. 41. 42 43. 44. 45. 46. 47. 48. 49. 50. 51. 52. 53. 54.

си 55. 56. 57. 58 59. 60. 61. 62. 63 64. 65 66. 67. 68. 69 70. 71. 72. 73. 74. 75. 76. 77. 78. 79. 80. 81

ОИ 82. 83. 84. 85. 86. 87. 88. 89. 90. 91. 92. 93. 94. 95. 96. 97. 98. 99. 100. 101. 102. 103. 104. 105. 106. 107. 108.

Если воспользоваться данной матрицей как классифицирующей решеткой, то можно увидеть в ней «места» традиционных философских направлений со своим порядковым номером и краткой характеристикой. Например, Декарт — скептик, дуалист, рационалист, объективный или субъективный идеалист, № 95 или № 68. Следовательно, самая общая таксономическая характеристика знаменитых философов будет следующей: Декарт (Ск, Ду, Ра, ОИ — № 95 или СИ — № 68), Лейбниц (Го, Пл, Ра, ОИ — № 93), Спиноза (Го, Мн, Ра, ОИ — № 91), французские материалисты Ламетри, Гольбах (Го, Мн, Се, ВМ — № 19), Гегель — № 91.

Примечательно, что некоторые философы, изменяя свою мировоззренческую позицию, находились в так называемом «номадическом состоянии», то есть как бы «кочевали» по матрице, другие одновременно занимали несколько позиций (клеток), что обусловливало, с одной стороны, сложность и противоречивость их систем, с другой — делало их более гибкими и интересными.

Например, учение И. Канта одновременно находится на взаимоисключающих гносеологических позициях: «Но хотя все наше знание начинается с опыта, из этого вовсе не следует, что оно все происходит из опыта» [10, с. 55]. Поэтому следует допустить наличие единой системы Канта в разных клетках таблицы, так, Кант в отношении чистого разума (Аг, Ду, Ра, СИ — № 71), в отношении объективного мира как источника всякого опыта (Аг, Ду, Эм, ОИ — № 89).

Система Маркса-Энгельса также является «разорванной» на две части, так как декларирует противоположные идеи: материальность мира и одновременно несводимость идеи к материи (как высшей формы движения материи), наличие объективных законов диалектики (№ 37) и практику как основной критерий истины (№ 28).

Нельзя не отметить и ограничения метода комбинирования, так, согласно таблице, например, позиции Платона, Гегеля практически полностью совпадают в одной клетке, а такое отождествление верно лишь по форме или формально-логическому итогу этих систем, но абсолютно некорректно по их содержанию и влиянию на философию вообще.

Таблица 3 показывает, что из 108 комбинаций возможных вариантов классическими «освоенными» позициями занято примерно 9 клеток.

В2. Комплексный вариант является логическим продолжением простого варианта и образован на основе допущения, что при построении целостной философской таксономии как в онтологическом, так и гносеологическом смыслах можно разложить ряд позиций ОВФ (ВМ, ДМ, СИ, ОИ) на более атомарные составляющие: диалектический (Д), вульгарный (В), материалистический (М), идеалистический (И), субъективный (С), объективный (О). Следует отметить, что, комбинируя этот ряд, мы вынуждены смешивать в определенной степени методологические и онтологические категории. Но такое смешение не нарушает правила основания классификации, так как само такое комбинирование не есть классификация, а скорее вынужденная эклектика. Предлагается просто разложить и скомбинировать близкие по статусу субъекты и предикаты основных тезисов ОВФ. Смешение в этом случае оправдано лишь чисто технически и теоретически крайне противоречиво.

Для расчета количества комбинаций воспользуемся стандартной формулой комбинаторики:

? ?

Д В М И О С

2 6! 6*5*4*3*2 720

Аб» “ (6-2)! 4* 3*2 24~

Рисунок 1 — Формула комбинаторики [11, с. 42] — 27 —

Комбинируя общее число основных категории ОВФ, получим в итоге 30 пар, то есть, помимо традиционных ВМ, ДМ, СИ, ОИ, еще ВД, ВИ, ВС, ВО, ДВ, ДИ, ДС, ДО, ИВ, ИД, ИС, ИО, ИМ, СВ, СД, СО, СМ, ОВ, ОД, ОС, ОМ, МВ, МД, МИ, МС, МО. Если достроить онтогносеологическую таблицу (таблица 3) с учетом новых 26 комбинаций, то число вариаций возрастет до 810.

Первая буква в паре играет роль субъекта, вторая — предиката. Следует отметить, что наличие новых комбинаций не говорит о том, что они отражают реальное положение дел в общепринятой практике философского мышления, они есть лишь схемы, которым может противостоять содержание общеизвестных позиций. Они представляют собой лишь заготовленные ранее схемы мысли.

В процессе комбинирования происходит конечное варьирование 6 концептов друг с другом с целью получения пары, причем субъекты и предикаты пары меняются друг с другом местами конечное число раз. Такая вариативность приводит к появлению вполне устойчивых в философии пар, например, ДМ — диалектический материализм и МД — материалистическая диалектика практически совпадают в смысловом плане, хотя нельзя не сказать, что традиционно ДМ считают направлением в философии, а МД — методом познания, ядром ДМ. Пары ВМ — вульгарный материализм и МВ — материалистический вульгаризм (материалистическая вульгарность) являются в общем смысле синонимическими, но при внимательном рассмотрении имеют смысловые отличия. Так, ВМ четко ассоциируется с философским течением в рамках материализма середины XIX в. (К. Фогт, Я. Молешотт), а МВ скорее с теорией литературных вульгаризмов, изучающей массовые вливания вульгаризмов (оборотов, применяемых в просторечии) в литературный язык.

В итоге различные соотношения элементов могут давать разные пары:

1) устойчивые словосочетания — ВМ и ДМ, СИ (ВС) и ОИ, ВД, ИД и МД, ОД и СД;

2) парадоксы — СО, ОС, МИ, ИМ, ДВ, например, диалектический вульгаризм, материалистический идеализм;

3) словосочетания, не распространенные или не используемые в философском дискурсе -ВС, СВ, ИВ.

Что касается «нестандартных» комбинаций мировоззрения, появляющихся в процессе комбинирования, то они представляют собой в общем и целом организованную эклектику (интерпретационную решетку), использование которой носит чисто познавательный интерес. Также нельзя не отметить, что часть этих комбинаций уже представлена в современном философском дискурсе: например, СМ — субъективный материализм (А.Г. Дугин) [12, с. 37], ВО — вульгарно-объективные реальности (П. Бурдье), ВД — вульгарная диалектика Фукуямы (С. Ежов), в методологии социальногуманитарных наук используются устойчивые позиции: ВС и ВО — вульгарный субъективизм и вульгарный объективизм (В.В. Ильин) [13, с. 122-123], СО — субъективная объективность (В.И. Гольдшмидт), ОД и СД — объективная и субъективная диалектика (В. Кохановский) [14, с. 129].

С помощью данного подхода становятся в большей степени ясными варианты популярной в наше время философии объективизма Айн Рэнд [15].

Итак, в итоге мы получаем возможность сделать наше видение онтогносеологических позиций матричным или, выражаясь словами Г.П. Щедровицкого, фасеточным [16], то есть способным воспринять проблему через множество ментальных экранов. Принципиально важно также, что единица мировоззрения в таблице всегда вероятностна, может занимать разные клетки или распыляться по ним и уловима лишь в диапазоне некоего мировоззренческого поля, не поддается однозначному определению и закреплению за той или иной клеткой.

Следует отдельно сказать об использовании таблицы в практике преподавания философии. Комбинаторика философии может дать наглядный и удобный инструмент понимания логически существующих, возможных и невозможных конфликтов, возникающих между разными философскими позициями. Нельзя не отметить и минусы этого метода, главный из которых — громоздкость. Но последнее является не более препятствием, чем, например, таблицы истинности в логике, к которым вряд ли прибегает человек, желающий что-либо логически непротиворечиво сказать.

Преобразование линейной истории философии в таблицу вариаций философских мировоззренческих единиц позволяет установить вполне видимую неполноту линейно-повествовательных классификаций истории философских идей. Таблица показывает, что пустые клетки, бросающиеся в глаза при использовании матричного подхода, совершенно не видны при линейном повествовании. Экономичное пространство таблицы лаконично устраняет всевозможные умолчания и неопределенные описания в отношении мировоззрения, и ранее отсутствовавшие философские вариации в большей степени становятся доступными для описания и анализа.

Таблица философских комбинаций может стать основой для компьютерного моделирования различных теоретических аспектов философии, установления теоретической противоречивости конкретных мировоззренческих позиций с последующим использованием данных моделей в процессе преподавания философии в вузе.

Ссылки:

1. Щедровицкий Г.П. Философия. Наука. Методология. Глава 14. Перспективы и программы развития смд-методологии // Центр гуманитарных технологий [Электронный ресурс]. 2011. 11Р1_: http://gtmarket.ru/laboratory/basis/5484/5497 (дата обращения: 10.06.2014).

2. Виленкин Н.Я., Виленкин А.Н., Виленкин П.А. Комбинаторика. М., 2006. 400 с.

3. Лейбниц Г.В. Об универсальной науке или философском исчислении // Сочинения : в 4 т. Т. 3. М., 1984. 734 с.

4. Поппер К. Открытое общество и его враги : в 2 т. Т. 1 : Чары Платона. М., 1992. 448 с.

5. Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы / пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой. М., 1999. 480 с.

6. Там же.

7. Гельвеций. Сочинения : в 2 т. Т. 1 / сост., общ. ред. и вступ. ст. Х.Н. Момджяна. М., 1973. 647 с.

8. Эко У. Поиски совершенного языка в Европейской культуре. СПб., 2009. 423 с.

9. Антонова О.А. Современные проблемы использования табличных методов в логике : автореф. дис. … д-ра филос.

наук. СПб., 2004. 35 с.

10. Кант И. Критика чистого разума / пер. с нем. Н.О. Лосского с вариантами пер. на рус. и европ. яз. М., 1999. 960 с.

11. Виленкин Н.Я., Виленкин А.Н., Виленкин П.А. Указ. соч.

12. Дугин А. Философия политики. М., 2004. 614 с.

13. Философия социальных и гуманитарных наук : учеб. пособие для вузов / под общ. ред. проф. С.А. Лебедева. М., 2006. 973 с.

14. Философия : учеб. пособие для вузов. 6-е изд., перераб. и доп. Ростов н/Д., 2003. 576 с.

15. Пейкофф Л. Объективизм: философия Айн Рэнд / пер. с англ. Н.И. Подуновой, Б. Картера. М., 2012. 576 с.

16. Щедровицкий Г.П. Лекции «На Досках». 1989 [Электронный ресурс]. 11Р1_: http://www.docme.rU/doc/70210/shhedrovickij-g.p.-lekcii-na-doskah (дата обращения: 12.06.2014).

140 БОЛЬШИЕ ФИЛОСОФСКИЕ ВОПРОСЫ

Философия — это изучение или попытка понять коренную природу реальности, существования и знания. На философские вопросы нет однозначных ответов. Фактически, философский вопрос часто приводит к большему количеству вопросов (на вид без ответа). Ключ к ответу на философский вопрос — непредвзятость. Нужно мыслить критически, систематично и ясно. Ответы на философские вопросы помогают нам понять себя и окружающий мир.Мы включили глубокие философские вопросы, сложные философские вопросы, на которые сложно ответить, а также некоторые забавные и забавные. Наслаждайтесь размышлениями днем ​​или вечером в одиночестве или с друзьями.

Глубокие философские вопросы

Наш список глубоких философских вопросов помогает заглянуть внутрь себя и в мир вокруг себя, чтобы найти смысл существования. Поразмышляйте над вопросами, прежде чем пытаться ответить. Помните, что эти глубокие вопросы могут иметь совершенно разные ответы для каждого человека, размышляющего над ними.Будьте смелыми и мыслите нестандартно.

  • Вы бы убили десять человек, чтобы спасти одного?
  • Существует ли свобода воли?
  • Откуда вы знаете, что Бог существует? Не существует?
  • В чем смысл жизни?
  • Существует ли абсолютная мораль?
  • Природа или воспитание формируют личность человека?
  • Что такое свобода? Возможна ли настоящая свобода?
  • Можем ли мы узнать, что такое счастье без печали?
  • Можем ли мы понять добро без зла?
  • Что такое правда и совпадает ли она с реальностью?
  • Истина существует или она относительна?
  • Может ли человек быть счастливым, если он никогда не испытывал печали?
  • Как и когда все началось?
  • Как узнать, что реально, а что нет?
  • Есть ли повод для жизни и что это такое?
  • Что происходит с человеком после его смерти?
  • Есть ли у людей душа? Есть ли у животных душа?
  • Меняет ли то, что наблюдает человек, то, что происходит на самом деле?
  • Должны ли мы иметь доказательства, чтобы знать правду?
  • Как узнать, что реально?
  • Что такое гравитация и как она работает?
  • Насколько человек может контролировать свою жизнь?
  • Врать всегда неправильно? Когда (если вообще) это будет нормально?
  • Можно ли сделать что-то «неправильно», если никто этого не видит или не знает?
  • Вы сами определяете свою судьбу или все происходит по воле судьбы?
  • Действительно ли существуют числа или они созданы человеком?
  • Если Бог «добр», почему в мире так много зла?
  • Когда, по вашему мнению, наступит «конец» света?
  • Когда начинается человеческое сознание?
  • Что такое мысли и откуда они берутся?
  • Что такое душа? Существует ли оно до жизни и продолжается после?
  • Существуют ли параллельные вселенные?
  • Почему людям говорят уважать мертвых?
  • В чем смысл жизни?
  • У всех одинаковая ценность?
  • Совместимы ли религия и наука? Почему или почему нет?
  • Является ли самое главное в жизни счастье? Если нет, то что?
  • Что более реально, разум или материя?
  • Что такое любовь?

Ознакомьтесь с нашей статьей с темами и вопросами для глубокого разговора.

Интересные философские вопросы

Не все философские вопросы серьезны. Хотя наш список забавных философских вопросов может потребовать серьезного размышления, они предназначены больше для беззаботного вечера, чем для обсуждения или разногласий. Они также являются хорошими завязками для разговора.

  • Люди говорят, что за деньги нельзя купить счастье, но можно ли когда-нибудь быть по-настоящему счастливым без денег?
  • Если бы вы могли изменить хотя бы одну вещь в мире, что бы это было?
  • Какие характеристики у хорошего друга?
  • Существует ли «Закон притяжения» и что это такое?
  • Есть ли настоящая любовь?
  • Что лучше — иметь любовь и потерять или вообще никогда не любить?
  • Как вы думаете, компьютеры когда-нибудь захватят мир?
  • Что проще — любить или быть любимым?
  • Как мы называем это «влюбленность»?
  • Ищете ли вы мужа на сайте знакомств? Почему или почему нет?
  • Считаете ли вы, что «диких» животных следует содержать в качестве домашних животных? Когда и почему?
  • Нужны ли людям друзья? Почему?
  • Если запретить наркотики, то почему не вредные пищевые добавки и алкоголь?
  • Как мы узнаем о существовании электронов и черных дыр, если мы их не видим?
  • Можно ли когда-нибудь рассказать секрет?
  • Вы бы нарушили закон, чтобы спасти любимого человека?
  • Чего вы боитесь больше всего?
  • Если бы вы выиграли в лотерею, бросили бы вы свою работу? Почему или почему нет?
  • Вы бы предпочли иметь работу, которая вам нравится, с очень низкой оплатой, или работу, которую вы ненавидите, с большими деньгами?
  • Время меняется от одного дня к другому, и поэтому некоторые дни кажутся бесконечными?
  • Если бы вы знали, что умрете завтра, что бы вы сделали сегодня?
  • Существует ли жизнь где-нибудь еще во Вселенной?
  • Если наш разум состоит из частиц и атомов, которые ведут себя вероятностно, как мы можем думать, что у нас есть свобода воли?
  • Какая историческая личность, хорошая или плохая, по вашему мнению, оказала наибольшее влияние на мир? Твоя страна?
  • Есть ли удача?
  • Что делает домашнее животное лучше — кошку или собаку? Почему?
  • Как вы думаете, наступит время, когда все покупки будут осуществляться в Интернете?
  • Какой сезон лучше — лето, зима, весна или осень? Почему?
  • Клоуны смешные или страшные?
  • В каком возрасте нужно вступать в брак?
  • Что важнее — быть лидером или последователем?
  • Могут ли животные «думать» и / или «рассуждать»?
  • Определяет ли имя человека что-нибудь в его личности?
  • Почему дома не оборудованы световыми приборами, которые выключаются, когда в комнате никого нет?

Трудные философские вопросы

Трудные философские вопросы — это те, которые заставляют задуматься, но (в отличие от большинства глубоких философских вопросов) на них можно ответить.Многие из них включают высказывание своего мнения, а затем подтверждение этого мнения фактами или личным опытом. Наш список представляет собой хороший трамплин для увлекательной дискуссии и способ узнать кого-то еще на более глубоком и личном уровне.

  • Эмоции рациональны или иррациональны?
  • Существуют ли универсальные права человека? Кто они такие?
  • Какие права есть у животных?
  • Есть ли у компьютеров способность к творчеству?
  • Решают ли войны когда-нибудь проблемы стран и правительств?
  • У каждого события есть причина?
  • Действительно ли у людей есть свобода воли?
  • Отличается ли любовь от сексуального желания? Страсть? Как?
  • Какая свобода должна быть у людей?
  • Должны ли правительства вводить наказания для тех, кто ведет нездоровый образ жизни?
  • Должно ли правительство сделать обязательным донорство органов?
  • Следует ли разрешить людям продавать свои органы и должны ли доноры органов получать финансовую компенсацию?
  • Должны ли люди иметь право жить и путешествовать где угодно, без границ штата или страны?
  • Работает ли демократия для каждой страны?
  • Так как рождаемость в США упала.С., нужно ли требовать от людей иметь хотя бы одного ребенка?
  • Если кто-то убивает себя, а вы просто смотрите и отказываетесь вмешиваться, несете ли вы ответственность за эту смерть?
  • Следует ли ограничивать количество денег, которое люди могут зарабатывать и откладывать, чтобы избежать неравного распределения богатства?
  • Когда вы едете и видите одну обувь на обочине дороги, как вы думаете, что случилось с другой колодкой?
  • Оправданы ли пытки?
  • Всегда ли иметь выбор — это хорошо?
  • Что важнее, справедливость или милосердие?
  • Является ли сохранение культуры страны веской причиной для ограничения иммиграции?
  • Есть ли разница между справедливой торговлей и свободной торговлей? Что это такое и что важнее?
  • Является ли определение людей по расе социальной конструкцией или биологической категорией?
  • Можно ли когда-нибудь путешествовать во времени? Космос?
  • Следует ли позволять или поощрять смертельно больных людей к самоубийству?
  • Можно ли когда-нибудь нарушать закон? Почему и когда?
  • Что такое сны и почему они у нас есть?
  • Может ли человек получить «образование» без формального образования?
  • Есть ли в современном обществе такое понятие, как честь? Как бы вы определили честь?
  • Насколько актуальна семья в современном мире?
  • Что важнее, чтобы его уважали или любили?
  • Что лучше: сыграть в хорошую игру и проиграть или обмануть и сыграть в «плохую» игру и выиграть?
  • Является ли способ компенсации людям за их работу «справедливым», или мы должны каким-то образом обеспечить, чтобы люди получали соответствующую оплату? (я.е. футболисты и учителя)
  • Что такое чувство собственного достоинства и откуда оно взялось?

Веселые философские вопросы

Иногда все, что нам нужно, — это посмеяться. Наши забавные философские вопросы растягивают ваш разум и щекочут вашу забавную кость. Они отлично подходят для вечеринок и молодежных групп — в любое время, когда вы в группе и хотите развлечься или начать разговор.

  • Могут ли овощи чувствовать боль, когда вы их кусаете?
  • Почему мы называем его сердцем артишока, когда он находится на дне?
  • Когда вы идете в кинотеатр и у сидений есть подлокотники, какой из них ваш, а какой у ваших соседей?
  • Следует ли вегетарианцу есть крекеры из животных?
  • Почему молоко не портится внутри коровы, но портится, если не хранить его в холодильнике?
  • Какого цвета волосы указаны в водительских правах лысого мужчины?
  • Сколько раз следует пользоваться одноразовой бритвой?
  • Почему шрифт Брайля нанесен на номерные знаки на автоматах для проезда через банк?
  • Правда ли, что у пяти из четырех людей проблемы с дробями?
  • Поскольку женщины не считают волосы на своем лице привлекательными, почему они не сбривают брови?
  • Разве ананасовый пирог вверх ногами нельзя называть ананасовым пирогом вверх ногами?
  • Почему мы называем кофе без сливок и сахара «черным», если он действительно темно-коричневый?
  • Если вы тренируетесь каждый день, чтобы добавить час к своей жизни, разве вы не используете этот дополнительный час, который добавили, чтобы тренировки действительно не добавляли часов к вашей жизни?
  • Почему они не делают ломтики сыра и мяса для обеда такого же размера и формы, как кусок хлеба?
  • Почему нельзя купить корм для кошек со вкусом мыши?
  • Почему собака ненавидит, когда вы дует ей в морду, но любит высунуть голову из окна в машине?
  • Почему женщины открывают рот, когда наносят тушь?
  • Если шерсть сжимается при намокании, почему овцы не сжимаются под дождем?
  • Зачем прибивают крышку гроба?
  • Почему у них нет ремней безопасности в автобусах, а в самолетах?
  • Почему у вас под сиденьем есть плавучее устройство, а не парашют в самолете?
  • Почему у нас нет названия для верхней части стопы и тыльной стороны рук? Будет ли противоположность подошвы полюсом, а противоположность ладони — салмом?
  • Почему круглые пиццы поставляются в квадратных коробках?
  • В каком возрасте человек становится «пожилым»?
  • У наших питомцев есть имена для нас?
  • Как узнать, как выглядит зеркальная комната, когда в ней никого нет?
  • Чем отличается штора от портьеры?
  • Почему усы считаются привлекательными для мужчины, а для женщины — нет?
  • Где и как бы вы спрятали слона, если бы кто-то дал вам слона, но вы не могли никому сообщить, что он у вас есть?
  • Почему мы считаем младенцев здоровыми, если они полные, а женщины с таким же составом тела считаются полными?
  • Чем отличается присоска от леденца на палочке? Если так, то, что это?

Есть много разных философских вопросов.Некоторые существовали до тех пор, пока человек обладал способностью рассуждать. Другие отражают время, в котором мы живем. Независимо от того, является ли философский вопрос глубоким, сложным, веселым или забавным, все они требуют способности мыслить и рассуждать, и они развивают нашу способность делать это. Используйте наши списки для вечеринок и свиданий; как ледоколы и провокации; и как увлекательный способ лучше узнать других. Если вы действительно хотите бросить вызов, придумайте несколько собственных оригинальных философских вопросов. Спросите и получайте удовольствие!

Сьюзан изучала английский язык с двойным вторым по специальности «гуманитарные науки и бизнес» в Университете штата Аризона и получила степень магистра управления образованием в Университете Либерти.Она преподавала с четвертого по двенадцатый классы как в государственных, так и в частных школах. Предметы включали английский язык, американскую и всемирную историю и географию, математику, землю и физические науки, Библию, информационные технологии и творческое письмо.

Сьюзан писала-фрилансером более десяти лет, за это время она написала и отредактировала книги, газетные статьи, биографии, книжные обзоры, руководства, описания районов для риэлторов, презентации Power Point, резюме и множество других проектов.

Прочитать полную биографию

29 умопомрачительных философских вопросов — вы будете подвергать сомнению все

На протяжении всей истории человечества великие мыслители и простые люди размышляли над одними и теми же вопросами. Почему ты должен быть другим? Начните философское обсуждение с другом или коллегой и посмотрите, к чему вас приведут ваши мысли. Будьте готовы к исследованию умов.

Задание философских вопросов может стать важным первым шагом на пути к самоанализу.Мы живем в динамично меняющемся мире с обилием внешней информации, но что, если бы самые важные истины были похоронены глубоко в наших умах, ожидая своего открытия? Мы составили этот список философских вопросов, чтобы вызвать подобные мысли и дискуссии. Если вы ищете более сложные вопросы, вы также можете проверить наш список сложных вопросов.

Brightful — это место для беззаботных и глубоких дискуссий

Что-то более легкое

Если вы хотите начать встречи с чего-то более легкого, чем вопрос, в чем смысл жизни, то обязательно попробуйте Brightful Meeting Games .В нем есть игры, идеально подходящие для удаленных встреч. Лучше всего это бесплатно! В конце концов, все самое лучшее в жизни — бесплатно … Ой, я снова перефразирую!

Без лишних слов …

Вот отличный список философских вопросов, которые заставят вас задуматься о жизни, вселенной и всем остальном.

Может быть, самое время задуматься.

1. Какие суровые истины вы предпочитаете игнорировать?

Это вопрос, который может помочь создать интроспективное настроение.У всех нас есть вещи, с которыми нам нужно противостоять, и подсказка кому-то с этим вопросом может быть хорошим способом начать сложный (но необходимый) разговор.

2. Если бы вы могли стать бессмертным при условии, что НИКОГДА не смогли бы умереть или убить себя, выбрали бы вы бессмертие?

Без смерти жизнь была бы совсем другой. Было бы интересно посмотреть, кто сделает этот выбор и что они будут делать со своей вновь обретенной продолжительностью жизни.

3.Стакан наполовину пуст или наполовину полон?

Вы можете рассматривать этот вопрос как пессимистичную или оптимистичную сторону медали, но это всегда интересное начало разговора, а иногда и хороший способ продемонстрировать ценность обучения смотреть на вещи с другой точки зрения.

4. Почему мы забываем то, что не хотим забывать?

Это хороший способ заставить кого-то исследовать некоторые из своих подсознательных убеждений. Если кто-то хочет что-то забыть, то что именно в этой вещи они хотят забыть? Чего они боятся или чего не устраивают?

5.Может ли человек без надежды жить полноценной и счастливой жизнью?

Важно воспитывать хорошее отношение к жизни. Если у кого-то действительно нет надежды, то зачем вообще вставать с постели? Именно эта надежда заставляет нас верить в возможности счастья и самореализации.

6. Если ребенок становится родителем, кто тогда становится ребенком?

Это вопрос, который большинство людей редко задумывается. Каким был бы мир, если бы дети внезапно получили власть над своими родителями? Есть ли корреляция между возрастом и зрелостью?

Это ваша идея, как выглядит успех?

7.Как нам измерить успех?

Этот вопрос может очень быстро стать философским. То, что делает успешным одного человека, может не сделать успешным другого. Приравнивается ли иметь много денег к успеху? Приравнивается ли хорошее здоровье к успеху? Это отличный вопрос для разговора и изучения различных точек зрения.

8. Любят ли нас на самом деле те, кто нас любит, или они просто любят то, что они думают о нас?

Мы влюбляемся в кого-то из-за того, что мы знаем о нем? Или мы влюбляемся в человека, которым потенциально может стать, а затем продолжаем показывать нам проблески этого потенциала? Этот вопрос может стать хорошим началом разговора о различиях между любовью и привязанностью.

9. Когда лучше всего сказать «Я люблю тебя»?

Когда лучше всего сказать кому-нибудь, что вы его любите? Нужно ли нам доказывать, что мы любим кого-то, чтобы сказать им об этом? Или лучше сказать без предупреждения?

10. Если люди могут стирать плохие воспоминания, разве кто-нибудь решит забыть всю свою жизнь?

Это интересный вопрос, потому что он исследует идею того, что значит быть человеком.Почему одни воспоминания хорошие, а другие — плохие? Что мы ценим в своей жизни и почему?

11. Какая ваша любимая философская мысль?

Когда кто-то входит в философское настроение, спросите его о его любимой философской мысли или идее. Если вы не занимаетесь философией, спросите их любимую цитату и почему она самая любимая.

у всех нас есть убеждения, которые дороги нашему сердцу

12. Во что вы верите, но не можете доказать?

К чему люди больше всего привязаны? Их убеждения.Когда вы задаете кому-то этот вопрос, им придется исследовать собственное чувство веры и подумать, почему они цепляются за определенные вещи.

13. Что вы знаете неправду о себе?

Мы все принимаем решения на основе неточной или неполной информации. Это просто факт жизни. Если попросить кого-то признать это и честно рассказать о своих ошибках, это может быть хорошим способом исследовать их самоощущение.

14. Если воспоминание из давних времен вызывается с полной ясностью, является ли оно менее ценным, чем воспоминание, подробно вызванное только вчера?

Насколько мы ценим воспоминания? Являются ли одни воспоминания для нас более ценными, чем другие? Некоторые воспоминания более значимы, чем другие? Когда мы выбираем, за что держаться, а что забыть, как мы это определяем?

15.Что мы считаем моральным?

Важно спросить кого-нибудь, что они думают о морали и как они принимают моральные решения.

16. Вы бы предпочли родиться умным или стать умным?

Очень распространено мнение, что интеллект — это то, с чем вы родились. Однако правда в том, что это навык, которому можно научиться развивать. Тогда возникает вопрос: кто предпочел бы родиться умным или работать, чтобы стать умным?

17.Могут ли люди действительно измениться, или все обречены остаться прежними?

Этот вопрос может стать хорошим началом разговора о самопознании, личном изменении и росте.

Полезно поразмышлять о нашей смертности

18. О чем бы вы пожалели, если бы умерли завтра?

Разве нам всем не хотелось бы знать, живем ли мы той жизнью, которой гордимся? О чем мы сожалеем, и есть ли у нас время сделать то, что нужно сделать?

19.Как бы вы определили свой характер?

Это отличный вопрос, потому что он помогает кому-то понять, как они видят себя, а затем посмотреть, соответствует ли их восприятие реальности.

20. За что вы себя не прощаете?

Все делают ошибки, и важно знать, за что кому-то сложно себя простить.

21. Кто важнее для мира, вы или ваш сосед?

Это очень интересный вопрос, потому что он затрагивает суть вопроса о том, как все мы видим себя и как мы видим других.Каждый из нас так же важен, как и все остальные, или одни люди важнее других?

22. Как далеко вы пойдете, чтобы испытать что-то впервые?

Трава всегда зеленее, поэтому люди проводят много времени, пытаясь испытать что-то впервые. Это может быть о человеке или о каком-то опыте.

23. Какова ваша цель в жизни?

Когда кто-то знает свою цель в жизни, он на правильном пути, но если он не знает, то, скорее всего, он борется и чувствует себя потерянным.

24. Люди существуют просто для того, чтобы жить, или они живут, чтобы существовать?

Это еще один хороший вопрос о смысле жизни и цели жизни.

25. Можете ли вы достичь только того, к чему стремитесь?

Это очень вдохновляет, когда кто-то может рассказать вам, как они добились собственного успеха, и если вы действительно чего-то хотите, вы должны настроиться на это.

26. Как вы думаете, что будет более ценно в будущем: отношения или деньги?

Что дороже? Люди или деньги? Некоторые люди предпочитают стремиться к деньгам за счет отношений, а другие предпочитают поддерживать отношения за счет денег.

27. Какой самый полезный разговор у вас был за последнее время?

Это может быть способ способствовать интеллектуальному диалогу и побудить людей говорить на более важные идеи и темы.

28. О чем лучше не говорить?

Хранение секретов может вызвать негодование или просто ненужное беспокойство. Если у кого-то есть что-то, что они хотят вам сказать, но не делают, то они могут так себя чувствовать.

29. Если бы люди никогда не влюблялись, были бы они когда-нибудь по-настоящему счастливы?

Верите ли вы, что любовь — это источник счастья? Или поиск любви — один из самых больших источников человеческого несчастья?

Журнальный столик

Философия: Нил, Дж. Эдвард: 9781508733027: Amazon.com: Книги

.a-tab-content> .a-box-inner {padding-top: 5px; padding-bottom: 5 пикселей; } #mediaTabs_tabSetContainer.a-tab-content {граница-радиус: 0px; } #mediaTabsHeadings {white-space: nowrap; переполнение: скрыто; } # mediaTabsHeadings.nonJSTabs {white-space: normal; } #mediaTabsHeadings ul.a-tabs {background: # f9f9f9; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading .mediaTab_logo {padding-left: 3px; вертикальное выравнивание: базовая линия; } #mediaTabsHeadings #mediaTabs_tabSet {margin-top: 5px; плыть налево; граница справа: 0 пикселей; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading {margin-left: -1px; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading a {color: # 111; граница справа: сплошной 1px #ddd; padding-top: 8 пикселей; padding-bottom: 7 пикселей; } #mediaTabsHeadings.mediaTab_heading.a-active a {color: # c45500; маржа сверху: -5 пикселей; padding-top: 11 пикселей; граница слева: сплошной 1px #ddd; border-top-width: 3px;} #mediaTabsHeadings .tabHidden {display: none! important; } #bookDescription_feature_div {дисплей: встроенный блок; ширина: 100%;} ]]>

Доставка и продажа на Amazon.com.

Доступно по более низкой цене у других продавцов, которые могут не предлагать бесплатную доставку Prime. Доступно по более низкой цене у других продавцов, которые могут не предлагать бесплатную доставку Prime.

3 больших вопроса философии

В превосходном курсе по великим вопросам философии философ-психолог Дэн Робинсон формулирует философское начинание в терминах «долгих дебатов» по ​​трем центральным вопросам, на которые, по его мнению, невозможно по-настоящему ответить. , но вместо этого их следует рассматривать как фундаментальные элементы, с помощью которых люди строят свои системы оправдания.

Вот эти замечательные вопросы:

1. Что такое знания?

Это относится к следующим видам вопросов и вопросов: Как мы можем что-либо знать (то есть, исходную позицию радикального скептика)? Существует ли абсолютное, трансцендентное, универсально истинное знание (например, математические истины или платоновские идеалы) или все знания практические, локальные и зависят от конкретного знающего и контекста? Каковы отношения между внутренним ментальным миром (либо эмпирическим / перцептивным, либо рациональным) и фактическим состоянием внешнего мира и как мы можем узнать об этих отношениях? (Более подробное описание того, как подойти к вопросу о знании, см. В этом посте).

2. Как мы должны себя вести?

Этот вопрос касается природы человеческого состояния в том, что касается морали, и вопросов о том, что составляет «добро». Связанные с этим вопросы: что такое ценный образ жизни и ценный образ жизни? Как нам подойти к этим вопросам? Существуют ли моральные абсолюты, по которым можно судить о добродетели, или все это — социальная конструкция, связанная с историей и контекстом? Какими должны быть показатели, по которым мы определяем, какими мы хотим быть? (Основные различия во взглядах на нашу природу и мораль можно найти здесь и здесь).

3. Как, , мы должны управлять собой?

Это объединяет вопросы один и два в практическую и социальную точки зрения. То есть, с учетом нашего уровня знаний и наших ценностей в отношении того, что составляет добро, как должны выглядеть наши социальные и политические организации? На каких принципах мы должны строить нашу социальную структуру? У кого должна быть власть и почему? Каковы наиболее важные социальные ценности (например, равенство, свобода, справедливость, безопасность) и как мы должны структурировать общество, чтобы максимизировать их? (Идеи о нашем моральном компасе и ценностях, которыми мы должны руководствоваться, см. Здесь).

Источник: Грегг Энрикес

К сожалению, золотой век философии прошел. Вместо этого академия перешла в эпоху эмпирической науки (о чем говорят данные?) И поверхностного экономического утилитаризма (т.е. как мы можем максимизировать наши кошельки и наши удовольствия, не причиняя вреда другим?). Если есть какие-либо вопросы о том, повлиял ли упадок философии на наше общество, примите во внимание, что во время прошлой ночи дебаты о выдвижении республиканцами на самую влиятельную должность в мире победитель нашел время, чтобы заверить нас, что он здоров. -наделен.

Появляется много новых свидетельств того, что наши поверхностные, нерефлексивные системы оправдания угрожают самому нашему существованию. Поэтому я надеюсь, что к глубокому и изощренному размышлению над этими вопросами мы вернемся быстро и глубоко.

классических философских вопросов | 14-е издание

В ЭТОМ РАЗДЕЛЕ:

1.) КРАТКАЯ
2.) ОБЩАЯ

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ:

Часть 1: Сократ и природа философии
Часть 2: Философия религии
Часть 3: Этика
Часть 4: Знание
Часть 5: Метафизика
Часть 6: Социальная и политическая философия
Часть 7: Эстетика
Часть 8: Философия и хорошая жизнь


ПОЛНОЕ СОДЕРЖАНИЕ:

Часть 1: Сократ и природа философии

Что такое философия?
Евтифрон: определение философских терминов
Апология: испытание и защита Сократа
Критон: отказ Сократа бежать
Федон: добродетель и взгляд Сократа на смерть

Часть 2: Философия религии
Можем ли мы доказать, что Бог существует?
ул.Ансельм: онтологический аргумент
Св. Фома Аквинский: космологический аргумент
Уильям Пейли: телеологический аргумент
Блез Паскаль: Лучше верить в существование Бога, чем отрицать это.

Исключает ли идея доброго Бога зло?
Боэций: Бог может допустить зло.
Дэвид Хьюм: Добрый Бог исключает зло.
Джон Хик: зло, свобода человека и нравственное развитие

Часть 3: Этика

Относительна ли этика?
Рут Бенедикт: Этика относительна
W.Т. Стейс: Этика не относительна

Всегда ли люди эгоистичны?
Люди всегда эгоисты: вызов Главона Сократу
Джеймс Рэйчелс: Люди не всегда эгоисты

Что является основным в этике: счастье или обязательство?
Аристотель: счастье живет добродетельно
Джереми Бентам: счастье ищет величайшего удовольствия для наибольшего числа людей
Иммануил Кант: долг перед счастьем
Фридрих Ницше: счастье имеет силу
Жан-Поль Сартр:
0003 Жан-Поль Сартр: экзистенциал Вирджиния Хелд: Феминистская этика отличается

Часть 4: Знание

Что такое знания?
Платон: знание — это «обоснованная истинная вера»

Какой метод лучше всего подходит для приобретения знаний?
Чарльз Сандерс Пирс: четыре подхода к философии

Как мы получаем знания?
Рене Декарт: Знание — это не совсем осмысленное знание
Джон Локк: Знание предельно воспринимается
Иммануил Кант: Знание является одновременно рациональным и эмпирическим.

Как устанавливается правда?
Бертран Рассел: Истина устанавливается из переписки
Бранд Бланшард: Истина означает согласованность
Уильям Джеймс: Истина устанавливается с помощью прагматических средств

Можем ли мы узнать природу причинно-следственных связей?
Дэвид Хьюм: причина означает регулярное общение
Дэвид Хьюм: нет никаких оснований для индукции

Часть 5: Метафизика

Почему есть нечто, а не ничто?
Парменид: бытие беспричинно
Лао-цзы: небытие — источник бытия

Реальность общая или частная?
Платон: Универсалии реальны
Дэвид Юм: Частности реальны

Из чего состоит реальность?
Рене Декарт: Реальность состоит из разума и материи
Пол Черчленд: Реальность состоит из материи
Джордж Беркли: Реальность состоит из идей
Джон Дьюи: Реальность состоит из умственных и физических качеств

Люди свободны?
Гольбах: Люди предопределены
Джон Стюарт Милль: Детерминизм и свобода совместимы
Ричард Тейлор: Люди свободны

Есть ли у людей идентичность?
Джон Локк: Человеческие существа имеют идентичное Я
Дэвид Хьюм: Человеческие существа не имеют идентичного Я

Есть ли жизнь после смерти?
Платон: душа бессмертна и бессмертна
Джозеф Батлер: люди выживают после смерти
Дэвид Юм: жизнь после смерти философски недоказуема

Часть 6: Социальная и политическая философия

906 Что такое свобода?
Федор Достоевский: свобода и власть
Джон Стюарт Милль: свобода — это независимость от тирании большинства
Мартин Лютер Кинг-младший.: Свобода и расовые предрассудки
Симона де Бовуар: Освобождение женщин.

Какое правительство лучше?
Томас Гоббс: Лучше всего монархия
Джон Локк: Лучше демократия
Карл Маркс: Лучше коммунизм и неразделенный труд
Бенджамин Барбер: Лучше всего «Сильная демократия»

Часть 7: Эстетика

54 Что составляет переживание красоты?
Плотин: красота, чувственность и идеал

Какова функция искусства?
Аристотель: Природа трагедии
Анри Бергсон: Природа комедии

Часть 8: Философия и хорошая жизнь

Два классических взгляда на хорошую жизнь
Эпикур
и приятная жизнь Эпиктет и жизнь самоконтроля

Что придает жизни смысл?
Лев Толстой: вера дает смысл жизни
Альбер Камю: смысл жизни определяется каждым человеком

В чем ценность философии?
Бертран Рассел: значение философии для индивидуальной жизни.
Джон Дьюи: ценность философии для общества

Глоссарий

Вопрос Молинье | Интернет-энциклопедия философии

Вопрос Молинье, также известный как проблема Молинье, касается возможности того, что слепорожденный может сразу идентифицировать форму, ранее знакомую ему, только на ощупь, если он был заставлен видеть. Через личную переписку Уильям Молинье первоначально представил этот вопрос Джону Локку в 1688 году. Локк затем вставил вопрос во второе издание своего «Эссе о человеческом понимании» :

.

«Предположим, что человек родился слепым, а теперь стал взрослым и научился своим прикосновением различать Куб и Сферу из того же металла и почти одинакового размера, чтобы определить, когда он почувствовал одно и то же». другой, который является Кубом, который является Сферой.Предположим, что Куб и Сфера помещены на Стол и Слепого заставляют видеть. Куер, будь то своим взглядом, прежде чем он коснулся их, он теперь мог различить и сказать, что такое Глобус, а что — Куб (Локк, 1694/1979) ».

Вопрос Молинье вскоре стал точкой опоры для ранних исследований в области эпистемологии концепций, бросив вызов распространенным нативистским интуициям о приобретении концепций; спрашивают, различают ли сенсорные особенности концепции и как концепции могут применяться в новом опыте.Этот вопрос был перепечатан и обсужден широким кругом философов раннего Нового времени, включая Готфрида Лейбница, Джорджа Беркли и Адама Смита, и был, пожалуй, самой важной проблемой в развивающейся дисциплине психологии 18– годов.

С тех пор вопрос прошел различные стадии развития, как мысленное упражнение, так и как экспериментальная парадигма, получив множество как утвердительных, так и отрицательных ответов в течение трех столетий дебатов и размышлений.Возобновление интереса вызвала недавняя эмпирическая работа над пациентами, недавно излечившимися от катаракты, которые не смогли определить форму с первого взгляда, но вскоре были повторно протестированы с успешными результатами.

Должны ли мы отвечать на вопрос Молинье «нет», как это было обычным ответом 18 -го века, или «да», как утверждают некоторые современные философы? Как должен решаться успех этих ответов? Вопрос теоретический или эмпирический? Может ли наука дать достаточный ответ на этот вопрос? В чем его философское значение?

Содержание

  1. Комплекс вопросов
  2. Отрицательные ответы
  3. Положительных ответов
  4. Разработка как мысленный эксперимент
  5. Развитие как эмпирическая проблема
  6. Заключение
  7. Ссылки и дополнительная литература

1.Комплекс вопросов

Вопрос Молинье вызывает ряд сложных вопросов как в психологии, так и в философии восприятия. Он связывает эти области обучения с множеством вопросов:

  • Индивидуализирует ли сенсорный опыт чувства?
  • Индивидуализирует ли сенсорный опыт сенсорные концепции?
  • Доступны ли сенсорные концепции, если таковые имеются, для сознательной рефлексии или перцептивного обучения, чтобы сделать их незамедлительно применимыми для задач распознавания другими органами чувств?
  • Является ли наше сенсорное познание внешнего мира косвенным?

Первые два из этих вопросов представляют собой центральное соображение при ответе на вопрос Молинье «нет.«В традиционном взгляде, который сегодня гораздо менее заметен (см. Macpherson 2011), чувственный опыт является основной основой для индивидуализации как чувств, так и концепций. Беркли (1709), например, придерживался сильнейшей формы сенсорной индивидуации: чувства метафизически различны, некоторые из них являются порталами в пространственные измерения (осязание), а другие — непространственными (видение). Как следствие, он позорно защищал метафизическую индивидуацию или разнородность между концепциями, полученными из разных смыслов.Понятия видимой линии и линии касания вместе не составляют более длинную воспринимаемую линию, существующую на разных осях существования.

Другие охватили слабое эпистемологическое различие между чувствами и, следовательно, между сенсорными концепциями; с этой точки зрения, перевод их содержания возможен, но изучение их общего значения требует рационального мышления (Лейбниц) или времени и опыта (Локк). Так же, как рациональное усилие или время и опыт необходимы для тренировки использования одного чувства — нужно «научить» собственное зрение видеть трехмерные фигуры при просмотре, например, фотографий «трехмерного волшебного глаза» — визуально представленные формы требуют степень перцепционной тренировки, прежде чем они смогут быть правильно распознаны как те, кого ранее коснулись.Другие придерживались более сильного различий между сенсорными форматами, утверждая, что они слишком несовместимы для перевода, хотя одно и то же «значение» разделяется между ними, предлагая сильное эпистемологическое различие между сенсорными концепциями (Лотце). В лучшем случае такие концепции становятся коррелированными, но никогда не известно, что они соответствуют одним и тем же объектам.

Если понятия разнородны (слабо, сильно или метафизически), то прямое познание объектов внешнего мира проблематично.Например, если наши знания о помидоре приобретаются на основе зрения, а затем наощупь, то эти два разных представления помидора могут составлять вместе два разных понятия помидора, не говоря уже о том, который скоро будет понюхать и пробовать помидор. Это предполагает возможность того, что наше знание внешнего мира является косвенным, поскольку на него влияют особенности наших органов чувств и механизмов обработки. Напротив, другие утверждали, что, поскольку мы непосредственно знаем только один помидор, любое феноменальное различие между чувствами является косвенным, как акцент, а не отдельный язык, точку зрения, защищаемую Джоном Кэмпбеллом (1996).

Вопросы, вызванные вопросом Молинье, приводят к комплексу ответов в ответ. Ответы можно аккуратно (возможно, слишком аккуратно) разделить на «нет» и «да», но они представляют собой отрицание и подтверждение различных вопросов, определяемых основанием, на котором даны эти ответы. Следовательно, мы находим некоторых философов, отвечающих «да» на одну причину, «нет» — на другую, других утверждающих, что ответа нет, а третьи утверждали, что приемлемо множество ответов. Кроме того, ряд целенаправленных модификаций, как эмпирических, так и теоретических, дополнительно пытается изолировать конкретные запросы в рамках общего вопроса.Учитывая его сложность, мы должны судить об успехе вопроса Молинье не по его ответу, а по его продуктивности.

2. Отрицательные ответы

Две основные причины для ответа на вопрос Молинье «нет» касаются неоднородной природы понятий, как метафизически, так и эпистемологически различных, и участия перцептивного обучения — вывода связей в иначе несопоставимых сенсорных репрезентациях, включающих одно или несколько чувств. Хотя эти причины взаимосвязаны, поскольку перцептивное обучение предполагает неоднородность, они различаются акцентом философа.Эти взгляды развивались по-разному, поскольку новые эмпирические открытия предполагают, что бессознательные неврологические процессы обучения следует рассматривать отдельно от сознательных «концептуальных» процессов. На диаграмме ниже показаны эти отрицательные ответы.

Сам Молинье подчеркивал проблему перцептивного обучения, отвечая, что чувствовал, что угол куба сначала не будет казаться глазу так же, как видит угол куба .Время и опыт — это средства для познания ассоциаций между видимыми и ощущаемыми свойствами формы. Локк согласился с отрицательным ответом Молинье, но, основываясь на своих собственных рассуждениях о перцептивном обучении в рамках одного только чувства зрения, утверждал, что сначала зрение производит примитивные ощущения, которые позже изменяются практикой; первое появление сферы — это «круг разного цвета», но по прошествии времени и опыта будет решено, что это сфера одного цвета. Те, кто прислушивались к ответу Локка, заметили, что это описание первого взгляда является чистой гипотезой, поскольку Локк не имел доступа к своим собственным воспоминаниям о первом взгляде.Другие утверждали, что если когда-то слепому были представлены двумерные формы, Локк ответил бы на вопрос Молинье утвердительно. Но пример Локка может (как и Беркли) выражать идею о том, что примитивные визуальные ощущения от сферы вообще непространственны, и поэтому двумерная форма не поможет некогда слепому идентифицировать формы.

Однако вопрос о первом взгляде и перцептивном обучении в последнее время стал эмпирическим вопросом. В отрицательном ответе Шона Галлахера говорится о текущих исследованиях нейронной пластичности или способности нашего мозга изменяться в ответ на новую информацию.Он рассматривает многочисленные отчеты субъектов, которые не могут распознать формы после удаления катаракты, и объясняет их неспособность распознавания значительным ухудшением их зрительной коры. Ответ Галлагера основан на дегенеративном случае перцептивного обучения в рамках зрительного восприятия; при неиспользовании способность зрения «разучивает» свою способность видеть. В отличие от этого, Марджолейн Дегенаар на основе того же набора данных утверждает, что операции по удалению катаракты показывают, что вопрос Молинье не поддается проверке; она заключает, что на вопрос Молинье «нет ответа».Она следует за Жюльеном Оффре де ла Меттри, который оспаривает применимость операций по удалению катаракты к вопросу Молинье из-за связанных с этим физиологических расстройств, но Дегенаар добавляет, что никакая другая экспериментальная парадигма не подходит лучше для проверки вопроса Молинье.

Перцептивное обучение, однако, неэффективно, если сенсорные форматы считаются совершенно разными. Аргумент Беркли в пользу неоднородности органов чувств был основан на наблюдениях, согласно которым зрение не является пространственным чувством: изображения на сетчатке перевернуты, двойные изображения могут быть созданы двумя глазами, а расстояние для зрения недоступно.Зрение зависит от корреляции с осязанием, поэтому тело может использовать зрение для взаимодействия с пространственными особенностями объектов. (Последователи этой мысли, такие как граф де Бюффон, неверно истолковывают эти идеи как предполагающие, что младенцы и когда-то слепые изначально видят мир перевернутым, удвоенным и лишенным расстояния. Из-за этого основа собственного отрицательного ответа Бюффона падает на «заблуждение психолога», что мы действительно видим наши изображения сетчатки глаза, изображения, известные только на уроке анатомии.)

Рассмотрение внепространственности ощущений, производимых чувствами с первого взгляда, заставило Этьена Бонне де Кондильяка отказаться от ранее высказанного утвердительного ответа.Свою новообретенную интуицию он основывал на представлении себя безглазой статуей, ограниченной простым осязательным знанием объектов, способной понимать размер, расстояние и ориентацию объектов на расстоянии только с помощью жестких палочек, которые при пересечении, как компас для рисования. , предоставил ему информацию для расчета их истинного соотношения размер / расстояние. Постулируя, что одно только зрение независимо друг от друга дает такое же знание (лучи света заменяют тактильные палочки для расчета размера, расстояния и формы объектов вокруг него), он мог объяснить общее значение между чувствами.Делая акцент на неоднородности органов чувств, Кондильяк утверждал, что когда-то слепые были бы полностью сбиты с толку первоначальным визуальным проявлением ощущений цветовых пятен. В 1887 году Герман Лотце утверждал, что все ощущения непространственны, но вскоре их коррелируют с изученными «местными знаками» — представлениями поведенческих взаимодействий с пространственными особенностями внешнего мира. Лотце утверждал, что требуется много времени и усилий, чтобы научиться воспринимать пространственный мир. Поскольку слепой воспринимает пространство только наощупь, что является совершенно другим способом, чем зрение, местные знаки когда-то слепого были бы неприменимы как к новым зрительным ощущениям, так и к местным знакам, которые они позже произведут, что привело бы его к заключению отрицательный ответ на вопрос Молинье.

3. Положительные ответы

Жизнеспособность утвердительного ответа на вопрос Молинье является недавним достижением, в значительной степени вызванным сочетанием поддерживающих исследований в области науки о развитии и нейробиологии, а также возросшей популярностью прямого реализма в эпистемологии. Некоторые философы, как известно, отвечают на основании нативистов , что либо врожденные пространственные схемы необходимы для интегрированного сенсорного восприятия, либо что врожденные механизмы необходимы для сопоставления в противном случае разнородных концепций. Общие ощущения , представления, которые не связаны с каким-либо сенсорным форматом, также являются основанием для важной стратегии реагирования, но различаются в зависимости от вида достигнутой общности — будь то общие концепции свойств формы, общие поведенческие реакции на формы или общие концепции формы. Наконец, использование геометрии рассматривается как решающее, как когда-то слепой разум, так и непосредственно воспринимает внешний мир. Эти категории ответов представлены ниже на диаграмме.

Хотя сам Иммануил Кант никогда прямо не рассматривал вопрос Молинье в письменной форме, его современники считали этот вопрос важным тестом для теории Канта о том, что единая пространственная организация является предпосылкой для любого перцептивного опыта. Сначала кажется, что точка зрения Канта предсказывает, что зрительное восприятие некогда слепых упорядочено так же, как их тактильное восприятие форм, то есть оба опыта используют одни и те же пространственные концепции.В предположениях современников Канта об утвердительном ответе, однако, не учитывается, что для координации объединения визуального и тактильного восприятия могут потребоваться дополнительное время и опыт. Для более подробного обсуждения см. Работу Sassen (2004).

Вместо того чтобы использовать концептуальную общность, Адам Смит в своем эссе «О внешних чувствах» утверждал, что врожденные механизмы автоматически порождают корреляции между осязанием и другими чувствами. Подобно правилам перспективы, которые визуальные художники используют для передачи глубины в картинах, этот механизм должен использовать врожденно известные правила для распознавания, механизм, который Смит назвал «инстинктивным внушением».В том же ключе Джесси Принц утверждал, что изначально синхронизированная обработка неоднородного визуального и тактильного контента создает «зоны конвергенции», области, которые связывают входные данные от нескольких сенсорно-специфических корковых голов и проецируют связанные входные данные обратно на эти процессоры в задачах воспроизведения, так что каждое чувство -конкретное представление активируется одновременно.

Не все философы рассматривают неоднородность чувств как влечет за собой разнородный концептуальный репертуар. Эдвард Синг, знакомый с Молинуэксом, представил свой утвердительный ответ, основанный на различении между «образами», разнородными в сознании, и «понятиями» или «идеями», которые позволяют им с первого взгляда познать общие черты в тактильном и визуальные образы, такие как гладкая поверхность сферы и изогнутый вид куба.Джудит Джарвис Томпсон представляет аналогичный ответ, но ее аргумент включает косвенную стратегию; она утверждает, что с метафизической точки зрения не существует возможного мира, в котором свойства войлочных кубов казались бы зрению как свойства сфер, и эта возможность, по ее мнению, была вызвана отрицательным ответом при прочих равных условиях.

В влиятельной статье Гарета Эванса 1985 года рассматривалось предположение, что общность между видением и прикосновением форм должна быть способностью эгоцентрически локализовать части формы — знать, где части формы находятся по отношению к локусу действия субъекта.Другими словами, для Эванса мы воспринимаем форму по тому, где находим части формы в эгоцентрическом пространстве. Например, чтобы воспринимать квадрат, должно быть внутреннее представление угла, который ощущается «справа», а затем по краю «влево», еще один угол ощущается «вниз», а затем еще один «справа». . » Наше восприятие войлочного квадрата должно основываться на тех же эгоцентрических отношениях, которые возникают при восприятии видимого квадрата. Поскольку должны использоваться одни и те же эгоцентрические отношения, наше восприятие квадрата одинаково для осязания и зрения.Эта интуиция обеспечивает поведенческую основу для утвердительного ответа на вопрос Молинье, который Альва Ноэ берет в качестве тестового примера для своего эактивистского представления о восприятии: утверждение, что мы воспринимаем с помощью своей телесной активности, а не своим мозгом.

Утвердительный ответ Фрэнсиса Хатчесона в 1727 году на вопрос Молинье был основан на существовании концепций однородной формы, не связанных с чувствами, с помощью которых они приобретаются. Формы можно охарактеризовать с точки зрения восприятия разными способами, например, с помощью ограниченных цветов или наборов текстур.Однако концепции формы сами по себе отличаются от этих сенсорных представлений. Хатчесон продемонстрировал эту интуицию с помощью набора творческих (хотя и отнюдь не убедительных) мысленных экспериментов: сможет ли слепой, паралитический (и предположительно глухой) человек, чье чувство реальности основано на запахе, понять число и его применение в геометрических рассуждениях? Сможет ли слепой, не знакомый с чувством струнного инструмента, определить его музыкальную гамму, только услышав его звуки? Интуиция Хатчесона подсказывала положительный ответ на оба этих сценария и, соответственно, положительный ответ на вопрос Молинье.

Как и Synge, Лейбниц отстаивал различие между образами и идеями, утверждая, что последние однородны во всех органах чувств из-за их геометрического содержания. Важность рационального мышления подчеркивается модификациями Лейбница, согласно которым вновь зрячим сообщаются имена представленных им форм и знакомятся с их новым визуальным опытом, чтобы иметь возможность применять к ним геометрические выводы.

Томас Рид согласился с Локком в том, что на первый взгляд формы будут выглядеть плоскими, как картина без перспективы.Это заставило его утверждать, что когда-то слепой мог сразу распознавать двумерные формы. Однако, если бы формы видимых объектов имели объем — были трехмерными — они бы выглядели иначе, чем ощущались, и были бы неузнаваемыми. Но поскольку эти различия могут быть представлены геометрически, слепой математик сможет вычислить, какие видимые формы коррелируют с какими тактильными формами. Для получения дополнительной информации см. (Van Cleve, 2007).

Джон Кэмпбелл утверждал, что, поскольку наши чувства устанавливают прямую связь с внешним миром, чувственный опыт должен быть параллелен внешним характеристикам, а не особенностям конкретных чувственных модальностей.В частности, геометрические свойства объектов составляют чувственное восприятие человека. Это гарантирует, что восприятие формы на вид и на ощупь будет однородным по структуре, поскольку восприятие обеспечивает прямое, непосредственное отношение к объектам в мире. Если внешний объект сам по себе обеспечивает характер переживания, то переживания предметов наощупь и зрением должны иметь одинаковый характер, что приводит к тому, что когда-то слепой сразу узнает формы с первого взгляда.

Джон Кэмпбелл утверждал, что, поскольку наши чувства устанавливают прямую связь с внешним миром, чувственный опыт должен быть параллелен внешним характеристикам, а не особенностям конкретных чувственных модальностей. В частности, геометрические свойства объектов составляют чувственное восприятие человека. Это гарантирует, что восприятие формы на вид и на ощупь будет однородным по структуре, поскольку восприятие обеспечивает прямую связь с объектами в мире без посредничества. Если внешний объект сам по себе обеспечивает характер переживания, то переживания предметов наощупь и зрением должны иметь одинаковый характер, что приводит к тому, что когда-то слепой сразу узнает формы с первого взгляда.

4. Развитие как мысленный эксперимент

Разнообразие ответов на вопрос Молинье также указывает на отсутствие конкретики и необходимость тщательно формулировать конкретные вопросы, представляющие интерес, в самом вопросе. Это давление, таким образом, спровоцировало ряд философов переоснастить вопрос и контрольные переменные в попытке изолировать конкретные проблемы. Эти разработки могут быть организованы вокруг изменений, внесенных в три важнейших элемента эксперимента: упрощение трехмерной формы стимулов, определение аспектов испытуемого, участвующего в задаче, и изменение экспериментальной процедуры.

Кроме того, это целенаправленное рассмотрение следует более традиционной точке зрения, согласно которой вопрос Молинье является мысленным экспериментом, хотя многие философы используют экспериментальные парадигмы для включения в задаваемый вопрос. Эти изменения представлены на диаграмме ниже.

Дени Дидро в 1749 году утверждал, что если бы формы стимула были упрощены с трехмерных кубов и сфер до двумерных квадратов и кругов, утвердительный ответ не потребовал бы учета озабоченности Локка перцептивным обучением в рамках зрения.Гарет Эванс предложил дальнейшее упрощение, чтобы учесть возможность того, что органы зрения сами по себе могут оставаться неэффективными: когда-то слепой субъект может видеть четыре внутренние зрительные точки (фосфены), сконфигурированные в форме квадрата, создаваемые прямой нейронной стимуляцией зрительной коры. Развитие Эванса привело к совершенно новому подходу к проблеме того, чтобы сделать вопрос Молинье доступным для эмпирического экспериментирования, который дал результаты, благоприятные (хотя и не окончательные) его утвердительному ответу.

Джеймс Ван Клив разработал менее инвазивную стратегию тестирования некогда слепых. Он предложил использовать одну выпуклую точку Брайля рядом с парой выпуклых точек для визуального представления слепому, который тогда должен был иметь возможность сразу же определить, какая точка является единственной, а какая — парной. Однако эта стратегия упрощения форм происходит за счет уменьшения количества доступной информации для распознавания форм, увеличивая неоднозначность того, какая форма представлена ​​для объекта.Это проблема, которую могут решить будущие модификации.

Предметная оговорка
Учитывая проблему двусмысленности упрощения форм, может показаться ироничным, что Дидро также считал уровень интеллектуальных способностей объекта определяющим фактором распознавания. «Тупица» — предположительно субъект с когнитивными нарушениями — не будет идентифицировать двумерные формы, в то время как субъекты с нормальными когнитивными способностями будут, хотя у них не будет причин для того, как и они будут в целом не уверены в своем визуальном суждении.Напротив, «метафизик», обученный философии, определенно распознает формы, но не сможет сформулировать общие черты видимых и затронутых форм. «Геометр» не только будет уверен в своей идентификации, но и будет знать геометрические особенности, общие для взгляда и осязания. Томас Рид любезно принял это последнее условие и в 1764 году добавил детали, которые включали точные математические стратегии, которые мог использовать геометр.

Физические ограничения также были предложены для гипотетического объекта Молинье.Модификация «статуи» Кондильяка требовала, чтобы при рассмотрении вопроса Молинье индивидуальные чувственные модальности использовались по одной, без учета модальностей предыдущего или будущего опыта. Это помогло выразить интуицию Кондильяка о том, что каждый способ ощущения способствует ощущению пространственности внешнего мира, хотя ощущения каждого чувства совершенно разные. Х. П. Грайс, напротив, воображал органы чувств, совершенно чуждые человеку; Описывая уникальный опыт цветотипа, создаваемый этими органами, он смог продемонстрировать, насколько незнакомы цвета для слепых, и, таким образом, уникальность опыта для когда-то слепых с первого взгляда.

Обеспокоенность Галлахера нейрофизиологическими различиями между когда-то слепыми и всегда зрячими заставила его предложить гипотетического субъекта Молинье без нейронной дегенерации из-за своей слепоты, чтобы компенсировать центральную переменную: все субъекты с ослабленным зрением сталкиваются с нейронным ухудшением визуальной обработки. центры. Такой субъект был бы подобен младенцу, другому субъекту, предложенному для включения Галлахером и ожидаемому Адамом Смитом, но отличающегося тем, что нервная организация младенцев будет подготовлена ​​к сенсорной интеграции, тогда как гипотетический субъект будет нейтральным в этом отношении.

Процедурная модификация
Хотя развитие стимулов и испытуемых напрямую влияет на то, как проходит сам тест, стоит отметить независимые процедурные разработки, поскольку они способны ограничивать особенности, оставленные двусмысленными из-за собственной интерпретации вопроса Молинье. За шесть лет до публикации своего знаменитого вопроса Молинье поднял связанный с этим вопрос: «Мог ли он узнать по своему зрению, прежде чем протянул руку, не мог ли он достичь их, хотя они были удалены от него на 20 или 1000 футов. ? » (Локк, 1688/1978).Молинье, вероятно, также ответил бы отрицательно на дистанционный вариант своего вопроса. Что еще более важно, это помогает квалифицировать популярный вопрос Молинье, чтобы указать, что представление форм близко к предмету. Еще одна неявная особенность вопроса была выражена Лейбницем, который оговорил, что когда-то слепому следует сообщать имена форм, предъявляемых для распознавания. Это дает субъекту подсказку, так что распознавание форм — это просто вопрос определения, какая форма была какой, а также указывает на то, что стимулы — это не просто картины, а реальные тела, доступные для прикосновения.

Лейбниц также добавил эпистемологическое условие, что когда-то слепому позволяется знакомство с опытом зрения и умение делать выводы наравне с нормально зрячими. Эти дополнительные ограничения не позволят косвенным факторам повлиять на тест; когда-то слепой не был бы «ослеплен и сбит с толку странностями» видения. Еще одно ограничение ван Клеве подчеркнуло это беспокойство, отстаивая, что первичными стимулами должны быть визуальные проявления форм, а не сами представленные формы.Это условие учитывает возможность того, что обработка визуальной информации систематически искажается, так что некогда слепые углы формы кажутся гладкими, а гладкие стороны — загнутыми.

Джанет Левин порекомендовала еще одну модификацию, касающуюся временной непосредственности, с которой должен быть испытан некогда слепой. Нам не нужно удовлетворять требование Молинье о том, что идентификация форм происходит «с первого взгляда», если мы иным образом можем установить «эпистемическую непосредственность» — зная что-то без применения умозаключений или других рациональных стратегий.Левин предположил, что эпистемическая непосредственность может быть обеспечена с помощью стимулов формы, которые более похожи друг на друга, чем куб и сфера. Отождествление квадрата с формой, подобной квадрату с выпуклыми сторонами, может контролировать простые выводы, элемент управления, который открывает новые перспективы для будущих модификаций.

5. Развитие как эмпирическая проблема

Экспериментальные размышления над вопросом Молинье сразу же последовали за его публикацией. Однако, поскольку немедленного излечения слепоты не предвидится, необходимы две оговорки, чтобы сделать вопрос более доступным для эмпирического исследования: зрение достижимо путем медленного процесса восстановления зрения, и субъекты не обязательно должны быть врожденно слепыми взрослыми мужчинами.Вместо этих условий использовались три основных развития: глазная и нервная хирургия, адаптация к устройствам сенсорного замещения и развивающие эксперименты на младенцах. На диаграмме ниже показаны эти изменения в разбивке по видам.

Хирургический

Через тридцать шесть лет после публикации вопроса Молинье английский хирург Уильям Чезелден опубликовал столь убедительный отчет об успешной операции по удалению катаракты, который Джордж Беркли считал подтверждением своего отрицательного ответа, как и многие французские философы, такие как Вольтер.Молодой субъект Чеселдена, который был лишь частично слепым (он умел отличать ночь от дня), был не способен распознавать предметы с первого взгляда, хотя знал их наощупь. Подобные эксперименты на протяжении 18 -го , 19 -го и 20 -го веков подтвердили выводы Чезелдена для многих ученых.

Исследования XXI века показывают более тонкие результаты. Зрительная депривация приводит к ухудшению зрительной коры. (Например, один тщательно изученный пациент, который был слепым в течение 40 лет до операции по удалению катаракты в возрасте 43 лет, смог оценить расстояние и размер предметов примерно через пять месяцев выздоровления, но по-прежнему не мог узнавать людей по чертам лица. или ценить глубину, такую ​​как рисование линий кубиков.См. Fine, 2003). Это указывает на то, что области мозга, предназначенные для обработки некоторой пространственной информации, остаются в ухудшенном состоянии, и, следовательно, анализ переживаний людей, у которых когда-то была катаракта, может быть менее актуальным для вопроса, поставленного вопросом Молинье, который касается природы. идей, приобретенных сенсорным восприятием, а не отдельной проблемой нарушения зрения.

Held et al. (2011) переосмыслили парадигму катаракты, дав вновь зрячим испытуемым второй шанс идентифицировать формы через несколько дней после их первоначальных неудачных тестов; во втором тесте все испытуемые сдали экзамен.Авторы приходят к более детальному ответу: «сначала нет, но впоследствии да». Другими словами, визуальная депривация вызывает сбой передачи , а не препятствует созданию кросс-модальных репрезентаций: «Скорость приобретения предполагает, что нейронные субстраты, ответственные за кросс-модальное взаимодействие, могут уже существовать до того, как они проявятся в поведении (проведено 2011: 552) ». Их общий вывод состоит в том, что нейронная структура для кросс-модального переноса доступна, но не может быть использована из-за ее дегенерированного состояния, вызванного визуальной депривацией.Эта модифицированная парадигма катаракты поддерживает положительный ответ, если вас беспокоит кросс-модальный перенос. Однако, если кого-то интересует вопрос о последствиях долгосрочной визуальной депривации, модифицированная парадигма поддерживает отрицательный ответ.

Хирургия катаракты — не единственная хирургическая парадигма, примененная к вопросу Молинье. Эванс предложил использовать визуальные протезы для прямой стимуляции зрительной коры или областей вдоль нижних зрительных путей, таких как зрительный нерв и сетчатка.Эта инвазивная техника дает новый и шокирующий результат: вырабатываются «фосфены» — вспышки молнии, возникающие в воображении. Сообщается, что слепые люди способны пространственно организовывать фосфены, распознавая движение и простые формы. После значительного обучения они даже могут интегрировать эти ментальные восприятия в свое поведение: они могут локализовать, идентифицировать и даже захватывать соответствующие тактильные объекты, представленные им. Однако такие методы еще не прошли клинических испытаний и поэтому остаются лишь предположением о положительном ответе.

Связанное с этим теоретическое наблюдение касается того, могут ли области мозга, функционально зарезервированные для обработки информации от одного чувственного воздействия, такого как прикосновение, обрабатывать информацию от другого, например зрения. Мриганка Сур обнаружила, что хирургическое перенаправление информации из сетчатки хорьков как в слуховую, так и в сомотосенсорную кору головного мозга вызывало реакции в обоих случаях, когда субъект подвергался визуальной стимуляции. Это свидетельствует о «кроссмодальной пластичности», заявлении о том, что чувства функционально организованы для обработки определенных видов информации, таких как пространственно или временно организованные стимулы, а не организованы исключительно врожденными связями с органами чувств.Межмодальная пластичность также подтверждается наблюдением, что когда слепые субъекты обрабатывают слуховую информацию, зрительная кора головного мозга активна; это говорит о том, что перестройка кортикального слоя — естественное явление. Дальнейшая поддержка исходит от феномена, известного как «синестезия», при котором восприятие одной сенсорной модальностью включает в себя эмпирический характер другой сенсорной модальности — например, когда человек «слышит» цвета. Хирургические исследования, на которые повлиял вопрос Молинье, значительно продвинули наше понимание как долгосрочных негативных последствий сенсорной депривации, так и корковой пластичности мозга, что позволило улучшить визуальное восстановление некогда слепых.

Устройства сенсорной замены (SSD)

Изобретение Бах-и-Ритой устройства, созданного для имитации сенсорных переживаний одной сенсорной модальности в другой, вызвало ряд экспериментов, связанных с вопросом Молинье. Одно из таких устройств, BrainPort, передает визуальную информацию с мобильной камеры на электродную решетку, расположенную на языке. Используя BrainPorts, слепые люди могут распознавать объекты на расстоянии по электрическим раздражителям, которые они ощущают на своем языке.Помимо анекдотических сообщений от пользователей SSD, которые говорят, что после практики с BrainPort они больше не ощущают стимуляции на своем языке, а просто «видят» объекты перед собой, есть свидетельства того, что, когда слепые от рождения люди используют устройство, области в задействован мозг, зарезервированный для обработки изображений. В том же исследовании у контрольной группы зрячих субъектов не было обнаружено активации зрительной коры головного мозга после практики использования устройства, что дает интригующее представление о кроссмодальной пластичности.Использование твердотельных накопителей кажется своего рода экспериментом Молинье, который показывает, что слепые могут распознавать тактильно знакомые формы с помощью устройства увеличения. См. (Reich et al., 2012). Однако использование этих устройств является экспериментальным аналогом вопроса Молинье только в той степени, в которой устройство представляет информацию визуально — маловероятное утверждение, поскольку они более точно соответствуют расширению сенсорной модальности. использовался.

Наука о развитии

Новорожденные младенцы открывают уникальные возможности для развития сенсорных представлений о форме.Как и вопрос Молинье, имитационные исследования Эндрю Мельцова включают проверку того, переносятся ли стимулы, знакомые для прикосновения (например, в его исследовании, знакомое ощущение собственного выражения лица или проприоцепция лица), на способность распознавания того, что видно с первого взгляда. Он продемонстрировал, что младенцы в возрасте нескольких недель имитируют выражение лица другого человека, например, выступание языка и открывание рта, предлагая доказательства в поддержку утвердительного ответа. Эти результаты, однако, были опровергнуты дальнейшими исследованиями, которые не смогли повторить выводы Мельцова.В другом эксперименте, проверяющем вопрос Молинье, Мельцов показывает, что оральное тактильное знакомство текстур соски, будь то «неровная» или «гладкая», влияет на визуальное распознавание этих форм, предлагая утвердительный ответ. Младенцы, которые орально привыкли к ощущению неровной соски, чаще обращали внимание на визуально представленную неровную форму, чем на соску с гладкой текстурой, и наоборот.

Эти результаты согласуются с экспериментами Арлетт Стрири, которые заключались в приучении новорожденных к ощущению форм в их правой руке, не позволяя им их видеть.Обе формы затем визуально представлялись младенцам, при этом записывались их длина взгляда и количество взглядов. Фигуры, которые не удерживались, рассматривались дольше и чаще, предполагая, что концепции формы, приобретенные посредством прикосновения, передавались от прикосновения к зрению. Контрольная группа младенцев, которые тактически не привыкли к формам, смотрели на визуально представленные формы в течение равного промежутка времени, предполагая, что предыдущий тактильный опыт направлял внимание младенца. Эти результаты согласуются с утвердительным ответом на вопрос Молинье.

6. Заключение

Муза философа, вопрос Молинье продолжает вдохновлять на понимание и прямое понимание разума и его содержания. Будущие перспективы эмпирического решения постоянно остаются вне досягаемости когнитивных наук, расширяя их методологию и одновременно расширяя применение вопроса к новым экспериментальным парадигмам. Философское вознаграждение от такой будущей работы обещает быть таким же богатым, как прошлое и настоящее.

7.Ссылки и дополнительная литература

  • Беркли, Джордж. 1709/1975. «Очерк новой теории зрения». Философские труды, в том числе работы по зрению. (Под редакцией Майкла Р. Эйерса.) Лондон: Дж. М. Дент.
    • Защищает отрицательный ответ на вопрос Молинье в разделах 132–159.
  • Берман, Д. 1974/2009. «Фрэнсис Хатчесон о Беркли и проблеме Молинье». Беркли и ирландская философия. Нью-Йорк: Continuum Books: 138–148.
    • Интерпретирует утвердительный ответ Хатчесона на вопрос Молинье.
  • Бруно, М., Мандельбаум, Э. 2010. «Ответ Локка на мысленный эксперимент Молинье». History of Philosophy Quarterly 27: 165–180.
    • Интерпретирует отрицательный ответ Локка на вопрос Молинье.
  • Буффон К. 1749/1971. De l’homme. (Перевод М. Дюше) Париж: Маспаро.
    • Защищает отрицательный ответ на вопрос Молинье в главе «Du sens de la vue».
  • Кэмпбелл Дж. 1996. «Вопрос Молинье.Восприятие: философские вопросы 7. (Под редакцией Энрике Вильянуэва). Атаскадеро, Калифорния: Издательство Ridgeview Publishing Company: 301–318.
    • Отстаивает прямой реализм, отвечая на вопрос Молинье.
  • Cheseldon, W. 1728. «Отчет о некоторых наблюдениях, сделанных молодым джентльменом, который родился слепым или потерял зрение так рано, что не помнил, что когда-либо видел, и был на диване между 13 и 14 годами. Возраст.» Философские труды 35: 447–50.
    • Представляет известный случай исцеления пациента от катаракты.
  • Condillac, E. B. 1754/1930. Трактат Кондильяка об ощущениях. (Перевод Джеральдин Карр.) Лондон: Favil Press.
    • Защищает отрицательный ответ на вопрос Молинье, используя знаменитый пример статуи.
  • Degenaar, M. 1996. Проблема Молинье: три века дискуссии о восприятии форм. (Перевод Майкла Дж. Коллинза) Бостон: Kluwer Academic Publishers.
    • Обобщает историю ответов на вопрос Молинье.
  • Дидро, Д. 1749/1972. «Письмо о слепых для видящих». Ранние философские произведения Дидро. (Перевод Маргарет Журден.) Нью-Йорк: Берт Франклин.
    • Рассказывает о жизни Николаса Сондерсона, слепого математика, с множеством предлагаемых изменений в вопросе Молинье.
  • Evans, G. 1985. «Вопрос Молинье». Сборник статей. (Под редакцией Джона Макдауэлла.) Нью-Йорк: Оксфорд, UP.
    • Защищает утвердительный ответ на вопрос Молинье.
  • Fine, I., Wade, A., Brewer, A., May, M., Goodman, D., Boynton, G., Wandell, B., MacLeod, D. 2003. «Длительная депривация влияет на зрительное восприятие. и Cortex ». Nature Neuroscience 6 (9): 909–10.
    • Описывает отдаленные последствия слепоты после восстановления зрения после операции по удалению катаракты.
  • Gallagher, S. 2005. «Нейроны и новорожденные: размышления о системе Молинье.»Как тело формирует разум. Оксфорд: Clarendon Press: 153–172.
    • Защищает утвердительный ответ на вопрос Молинье.
  • Гленни, Б. 2013. «Философские проблемы, кластерные концепции и вопрос о многих жизнях Молинье». Биология и философия 28 3: 541–558. DOI 10.1007 / s10539-012-9355x
    • Отстаивает плюралистический ответ на вопрос Молинье.
  • Glenney, B. 2012. «Лейбниц по вопросу Молинье». History of Philosophy Quarterly 29 3: 247–264.
    • Интерпретирует утвердительный ответ Лейбница на вопрос Молинье.
  • Гленни Б. 2011. «Адам Смит и проблема внешнего мира». Журнал шотландской философии 9 2: 205–223.
    • Интерпретирует утвердительный ответ Смита на вопрос Молинье.
  • Грайс, Х. П. 1962/2011. «Некоторые замечания о чувствах». Чувства: классические и современные философские перспективы. Нью-Йорк: Оксфорд UP: 83–100.
    • Защищает индивидуализацию чувств на основе опыта.
  • Held, R., Ostrovsky, Y., deGelder, B., Gandhi, T., Ganesh, S., Mathur, U. and Sinha, P. 2011. Недавно обнаруженные не могут совпадать с войлоком. Nature Neuroscience 14: 551–553.
    • Описывает новую парадигму тестирования визуальной идентификации тактильно знакомых форм субъектами, недавно вылечившимися от катаракты.
  • Левин, Дж. 2008. «Вопрос Молинье и индивидуализация перцептивных концепций». Философские исследования 139 1: 1–28.
    • Отстаивает утверждение о том, что одни и те же концепции проявляются при наблюдении и прикосновении к фигурам.
  • Лю, З., Керстен, Д., Книл, Д. 1999. «Разделение информации о стимуле от внутреннего представления — пример распознавания объектов». Исследование зрения 39: 603–612.
    • Описывает модификацию вопроса Молинье с использованием фосфенов, результаты которой подтверждают положительный ответ.
  • Локк, Дж., 1688/1978. Переписка Джона Локка 3. (Под редакцией Э. С. Де Бир.) Оксфорд: Clarendon Press: 482–3.
    • Молинье впервые задает свой вопрос в Письме 1064 (7 июля 1688 г.).
  • Локк, Дж. 1694/1979. Очерк человеческого понимания. (Под редакцией Питера Х. Ниддича.) Оксфорд: Clarendon Press.
    • Защищает отрицательный ответ на вопрос Молинье в II.ix.
  • Lotze, H. 1887. Метафизика. (Под редакцией Бернарда Мозанке.) Оксфорд: Clarendon Press. Vol. II.
    • Защищает отрицательный ответ на вопрос Молинье.
  • Макферсон, Ф. 2011. Чувства: классические и современные философские перспективы.Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.
    • Представляет теории о том, как нужно индивидуализировать чувства.
  • Meltzoff, A. N. 1993. «Младенцы Молинье: кросс-модальное восприятие, имитация и разум довербального младенца». Пространственное представление. Кембридж: Блэквелл: 219–235.
    • Описывает визуальную идентификацию младенцев тактильно знакомых форм.
  • Морган, Майкл Дж. 1977 г. Вопрос Молинье: видение, осязание и философия восприятия.Нью-Йорк: Кембридж, UP.
    • Обобщает историю ответов на вопрос Молинье.
  • Ноэ, А. 2004. Действие в восприятии. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.
    • Защищает утвердительный ответ на вопрос Молинье.
  • Принц, Дж. 2002. Обустройство разума: концепции и их основа восприятия. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.
    • Защищает утвердительный ответ на вопрос Молинье в главе 5.
  • Райх, Л., Майденбаум, С., Амеди, А. «Мозг как гибкая рабочая машина: значение для визуальной реабилитации с использованием неинвазивных и инвазивных подходов. Текущее мнение в неврологии 25 1 2012: 86-95.
    • Описывает использование и значение устройств сенсорной замены.
  • Сассен, Б. 2004, «Кант о проблеме Молинье». Британский журнал истории философии 12, 3: 471–485.
    • Интерпретирует возможный ответ Канта на вопрос Молинье.
  • Стрири, А., Гентаз, Э. 2003. «Кросс-модальное распознавание формы от руки до глаз и рук у новорожденных». Соматосенсорные и моторные исследования 20 1: 11–16.
    • Описывает визуальную идентификацию младенцев тактильно знакомых форм.
  • Sur, M., Pallas, S., Roe, A. 1990. «Кросс-модальная пластичность в развитии коры: дифференциация и спецификация сенсорного неокортекса». Тенденции в неврологии 13 6: 227–233.
    • Описывает эксперимент по перенаправлению сенсорной информации от зрения к слуху и осязанию у хорьков.
  • Томсон, Дж. 1974. «Проблема Молинье». Философский журнал 71 18: 637–650.
    • Защищает утвердительный ответ на вопрос Молинье.
  • Van Cleve, J. 2007. «Ответ Рида на вопрос Молинье». Монист 90 2: 251–270.
    • Интерпретирует ответ Рида на вопрос Молинье.

Информация об авторе

Брайан Гленни
Электронная почта: [email protected]
Колледж Гордон
U.S. A.

Четыре причины, почему философия актуальна как никогда

Знаете ли вы, что сегодня Всемирный день философии? Это ежегодное наблюдение, представленное ЮНЕСКО в 2002 году, посвящено этой теме, пытаясь повысить осведомленность о ее ценности. Хотите знать, насколько актуальным остается это древнее исследование природы реальности и существования в современном мире? Читайте обзор четырех причин, почему философия сейчас так же важна, как и раньше.

1.Философия — основа критического мышления.

Хотя современное общество сильно отличается от того, когда основатели западной философии оставляли свой след, вопросы, с которыми мы сталкиваемся сегодня, столь же сложны. Войдите в современную философию, которая ставит во главу угла критическое мышление и решение проблем, чтобы разобраться в этих серьезных проблемах.

Писатель Александр Ливсли объясняет в Huffington Post , : «Философия не устарела.Философия ставит важные вопросы на стол и работает над ответом. Это побуждает нас критически относиться к миру; это основа всех знаний, и при правильном использовании она может принести нам огромную пользу ».

2. Наука не может ответить на все вопросы.

Сегодня мы очень сильно опираемся на науку. И на то есть веская причина: благодаря достижениям в науке и технологиях мы живем совсем по-другому, чем без них. От холодильников для еды до самолетов для путешествий, нельзя отрицать, что научные достижения жизненно важны для нашего выживания как вида.

Но то, что наука важна, не отменяет ценности философии. Фактически, они идут рука об руку. «К сожалению, у науки нет ответов на все вопросы. Как и у любого другого поля, у него есть свои пределы. Мы не можем извлечь все из опыта, и философия не мертва … Например, наука не может определять человеческие ценности. Эмпиризм не может определить, почему мы должны действовать морально или почему мы должны ценить человеческое счастье выше человеческих страданий. Мы не можем создать эксперимент, который проверяет природу Истины или доступность знания », — утверждает Габриэль дель Кармен в журнале Odyssey .

Блогер Дэвид Калхун добавляет: «По своей сути философия — это стремление понять, что является истинным и стоящим, и что значит жить осмысленной и стоящей жизнью. Это запрещено для науки, потому что наука может сказать нам, как обстоят дела эмпирически, но не может предписать, как нам тогда жить. […] Короче говоря: наука помогает нам жить дольше, тогда как философия помогает нам жить лучше ».

3. Философия имеет особое значение в деловом мире.

На первый взгляд такая «мягкая» наука, как философия, может показаться не особенно актуальной для бизнеса. Однако это далеко не так.

Франкфуртская школа финансов и менеджмента, профессор философии Кристин Тифензее, объясняет, что любому, кто хочет добиться успеха на сложной руководящей должности в бизнесе, государственном управлении, политике или обществе в целом, необходим важнейший набор навыков. Она добавляет: «Вам нужно будет быстро разобраться в сложных проблемах, собрать убедительные аргументы за или против данных предложений, отфильтровать релевантную информацию от нерелевантной информации, проверить последовательность и обоснованность политических документов, решить, какие проблемы являются критическими, и выявить проблемы, которые являются актуальными. все еще плохо разбирается.Эти навыки строгого анализа, веских аргументов и критического анализа составляют основу философии: ни один предмет не тренирует нашу способность к последовательному, систематическому мышлению лучше, чем философия ».

Однако эти навыки не ограничиваются миром бизнеса. Их можно применять практически в любом контексте — как профессиональном, так и личном.

4. Древние философы продолжают влиять на человечество.

Хотя Платону и Аристотелю часто приписывают формирование будущих цивилизаций, и их влияние ощущается и сегодня, Publishers Weekly настаивает на , «Древнегреческие философы Платон и Аристотель могут показаться типичными Мертвыми Белыми мужчинами, но на самом деле они очень живы.Двадцать четыре столетия назад они заложили основы западной культуры, и их идеи и идеи по-прежнему определяют основные черты нашего мира прямо сейчас, от того, что мы едим, до того, что мы видим в Интернете ».

И хотя вы можете думать о Конфуция исключительно с точки зрения звуковых фрагментов, его работа была чрезвычайно значимой — и остается таковой по сей день. Это очень полезно знать, особенно для студентов, изучающих такие области, как политология, дипломатия и международная политика. Например, согласно National Geographic , современное правительство Китая во многом основывает свой этос на риторике Конфуция, таких как «подчинение императору, иерархия и лояльность.С другой стороны, недавние фильмы о супергероях Человек из стали (о Супермене) и Темный рыцарь (Бэтмен) показывают серьезные моральные дилеммы, основанные на вековой философской проблеме, известной как «проблема тележки».

Итак, хотя для некоторых людей философия может быть не самой привлекательной из тем на бумаге, она обладает необычайной выносливостью и потенциалом.