Сельское и городское население: Городское и сельское население. Видеоурок. География 10 Класс

Содержание

Критерии доступности и качества

Критерии качества медицинской помощи
1. Удовлетворенность населения медицинской помощью процентов от числа опрошенных 39,0  
1.1. Удовлетворенность сельского населения медицинской помощью процентов от числа опрошенных сельских жителей 40,0  
1.2. Удовлетворенность городского населения медицинской помощью процентов от числа опрошенных городских жителей 38,0  
2. Смертность населения в трудоспособном возрасте человек, умерших в трудоспособном возрасте, на 100 тыс. человек населения 496,4  
3. Доля умерших в трудоспособном возрасте на дому в общем количестве умерших в трудоспособном возрасте процентов 39,4  
4. Материнская смертность случаев на 100 тыс. родившихся живыми 14,7  
5. Младенческая смертность случаев на 1000 родившихся живыми 7,5  
5.1. Младенческая смертность (сельское население) случаев на 1000 родившихся живыми (сельское население) 8,3  
5.2. Младенческая смертность (городское население) случаев на 100 тыс. родившихся живыми (городское население) 7,0  
6. Доля умерших в возрасте до 1 года на дому в общем количестве умерших в возрасте до 1 года процентов 9,75  
7. Смертность детей в возрасте 0 – 4 лет случаев на 1000 родившихся живыми 199,2  
8. Смертность населения число умерших на 1000 человек населения 12,9  
8.1. Смертность населения (городское население) число умерших на 1000 человек населения (городское население) 13,1  
8.2. Смертность населения (сельское население) число умерших на 1000 человек населения (сельское население) 12,7  
9. Доля умерших в возрасте 0 – 4 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0 – 4 лет процентов 17,1  
10.
Смертность детей в возрасте 0 – 17 лет
случаев на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста 81,0  
11. Доля умерших в возрасте 0 – 17 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0 – 17 лет процентов 25,0  
12. Доля пациентов со злокачественными новообразованиями, состоящих на учете с момента установления диагноза 5 лет и более, в общем числе пациентов со злокачественными новообразованиями, состоящих на учете процентов 52,7  
13. Доля впервые выявленных случаев фиброзно-кавернозного туберкулеза в общем количестве выявленных случаев туберкулеза в течение года процентов 0,4  
14. Доля впервые выявленных случаев онкологических заболеваний на ранних стадиях (I и II стадии) в общем количестве выявленных случаев онкологических заболеваний в течение года процентов 54,5  
15. Доля пациентов с инфарктом миокарда, госпитализированных в первые 12 часов от начала заболевания, в общем количестве госпитализиро-ванных пациентов с инфарктом миокарда процентов 35,1  
16. Доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведена тромболитическая терапия, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда, имеющих показания к ее проведению процентов 25,1  
17. Доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведено стентирование коронарных артерий, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда, имеющих показания к ее проведению процентов 12,0  
18. Доля пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, которым выездной бригадой скорой медицинской помощи проведен тромболизис в общем количестве пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, имеющих показания к ее проведению, которым оказана медицинская помощь выездными бригадами скорой медицинской помощи процентов 9,1  
19. Доля пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями, госпитализиро-ванных в первые 6 часов
от начала заболевания, в общем количестве госпитализированных пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями
процентов 46,0  
20. Доля пациентов с острым ишемическим инсультом, которым проведена тромболитическая терапия
в первые 6 часов госпитализации, в общем количестве пациентов
с острым ишемическим инсультом, имеющих показания к ее проведению
процентов 5,1  
21. Количество обоснованных жалоб, в том числе на отказ в оказании медицинской помощи, предоставляемой в рамках Территориальной программы государственных гарантий жалоб 80  
Критерии доступности медицинской помощи
22. Обеспеченность населения врачами на 10 тыс. человек населения 33,4  
городское население на 10 тыс. человек населения 48,8  
сельское население на 10 тыс. человек населения 15,3  
22. 1. Обеспеченность населения врачами, оказывающими медицинскую помощь в амбулаторных условиях на 10 тыс. человек населения 21,0  
22.2. Обеспеченность населения врачами, оказывающими медицинскую помощь в стационарных условиях на 10 тыс. человек населения 15,4  
23.
Обеспеченность населения средним медицинским персоналом
на 10 тыс. человек населения 80,0  
городское население на 10 тыс. человек населения 99,7  
сельское население на 10 тыс. человек населения 52,4  
23.1. Обеспеченность населения средним медицинским персоналом, оказывающим медицинскую помощь в амбулаторных условиях на 10 тыс. человек населения 41,4  
23.2. Обеспеченность населения средним медицинским персоналом, оказывающим медицинскую помощь в стационарных условиях на 10 тыс. человек населения 36,6  
24. Доля расходов на оказание медицинской помощи в условиях дневных стационаров в общих расходах на Территориаль-ную программу государственных гарантий процентов 8,1  
25. Доля расходов на оказание медицинской помощи в амбулаторных условиях в неотложной форме в общих расходах на Территориаль-ную программу государственных гарантий процентов 2,6  
26. Доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами детей процентов 90,0  
26.1. Доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами детей (сельское население) процентов 90,0  
26. 2. Доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами детей (городское население) процентов 90,0  
27. Доля пациентов, получивших специализиро-ванную медицинскую помощь в стационарных условиях в медицинских организациях, подведомст-венных федеральным органам исполнительной власти, в общем числе пациентов, которым была оказана медицинская помощь в стационарных условиях в рамках Территориальной программы ОМС процентов 3,1  
28. Число лиц, проживающих в сельской местности, которым оказана скорая медицинская помощь на 1000 человек сельского населения 310  
29.
Доля фельдшерско-акушерских пунктов и фельдшерских пунктов, находящихся в аварийном состоянии и требующих капитального ремонта, в общем количестве фельдшерско-акушерских пунктов и фельдшерских пунктов процентов 7,2  
30. Доля посещений выездной патронажной службы на дому для оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению процентов 20,0  
31. Доля женщин, которым проведено экстракорпоральное оплодотворение в общем количестве женщин с бесплодием процентов 20,0  
32. Эффективность деятельности медицинских организаций, в том числе расположенных в городской и сельской местности (на основе оценки выполнения функции врачебной должности, показателей рационального и целевого использования коечного фонда) Кп и Кс 0,95  

Городское и сельское население России. Крупнейшие города и агломерации. Роль крупнейших городов в жизни страны.

Население по месту проживания делится на городское и сельское.

Город — это населённый пункт, отличающийся большой численностью населения (как правило, более 12 тыс. человек), и где большая часть экономически активного населения занята в промышленности или в сфере услуг. Сельские населённые пункты характеризуются небольшой численностью жителей, а главное тем, что их жители заняты преимущественно в сельском хозяйстве. В настоящее время в городах проживает 73% населения России, следовательно, в сельских населенных пунктах — 27%.

Доля городского населения страны называется уровнем урбанизации. На уровень урбанизации влияют следующие факторы:

1) уровень экономического развития страны или региона — в промышленно развитых странах или регионах уровень урбанизации значительно выше, чем в аграрных;

2) природно-климатические условия — чем хуже природные условия для развития сельского хозяйства, тем выше уровень урбанизации;

3) традиции населения — жители Крайнего Севера продолжают жить в сельской местности, так как их основным занятием является оленеводство, охота и рыболовство;

4) миграции — одной из наиболее массовых миграций является миграция населения из села в город, что напрямую будет снижать долю сельского и увеличивать долю городского населения.

Наибольший уровень урбанизации характерен для промышленно развитых регионов Центрального, Северо-Западного, Волго-Вятского и Уральского экономических районов, а также в регионах с крайне неблагоприятными природными условиями — Европейского Севера, Сибири и Дальнего Востока, где в городах проживает более 3/4 населения.

Наименьший уровень урбанизации характерен для Северного Кавказа (56%) и Центрально-Чернозёмного района (65%).

Среди субъектов Федерации наивысший уровень урбанизации зафиксирован в городах федерального значения — в Москве и Санкт-Петербурге (по 100%), а также в Мурманской и Магаданской областях (по 92%), а наименьший — в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе, где городское население отсутствует.

Крупнейшими городами России являются Москва (12,5 млн. человек), Санкт-Петербург (4,5 млн.) и Новосибирск (1,5 млн.). В число городов-миллионеров входят также Нижний Новгород, Самара, Казань, Волгоград, Екатеринбург, Челябинск, Уфа, Пермь, Ростов-на-Дону и Омск.

Скопление городов называется городской агломерацией. Городские агломерации бывают двух видов: моноцентрические (Московская, Петербургская, Самарская, Новосибирская, Нижегородская и т.д.) и полицентрические (Кузбасс).

Крупнейшими по численности населения городскими агломерациями в России являются Московская (около 15 млн. человек), Петербургская (5,5 млн. человек) и Самарская (2,5 млн. человек), Нижегородская и Новосибирская (около 2 млн. человек).

Крупнейшие города играют первоочередную роль в жизни страны: в них не только концентрируется большая часть населения, но они являются и главными административными, экономическими, транспортными, научными, культурными и спортивными центрами России.

ПОКАЗАТЕЛИ ДОСТУПНОСТИ И КАЧЕСТВА

ЦЕЛЕВЫЕ ЗНАЧЕНИЯ
КРИТЕРИЕВ ДОСТУПНОСТИ И КАЧЕСТВА МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ,
ОКАЗЫВАЕМОЙ В РАМКАХ ПРОГРАММЫ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ГАРАНТИЙ В БУЗ ВО «ЧЕРГОРРОДОМ» НА 2018 ГОД
И ПЛАНОВЫЕ 2019, 2020 ГОДА

1. Удовлетворенность населения медицинской помощью (процент от числа опрошенных): 2018 год — 54%, в том числе городского населения — 54%; 2019 год — 55%, в том числе городского населения — 55%; 2020 год — 56%, в том числе городского населения — 56%.

2. Материнская смертность (на 100 тыс. родившихся живыми): 2018 год — 0; 2019 год — 0; 2020 год — 0.

3. Младенческая смертность (на 1000 родившихся живыми): 2018 год — 3.05, в том числе городского населения — 3.05, сельского населения — 0; 2019 год — 2.7, в том числе городского населения — 2.7, сельского населения — 0; 2020 год — 2,4, в том числе городского населения — 2,4, сельского населения 0.

4. Смертность детей в возрасте 0-4 лет (на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста): 2018 год — 0; 2019 год — 0; 2020 год — 0.

5. Доля умерших в возрасте 0-4 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0-4 лет: 2018 год — 0%; 2019 год — 0%; 2020 год — 0%.

6. Смертность детей в возрасте 0-17 лет (на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста): 2018 год — 0; 2019 год — 0; 2020 год — 0.

7. Доля умерших в возрасте 0-17 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0-17 лет: 2018 год — 0%; 2019 год — 0%; 2020 год — 0%.

8. Обеспеченность населения врачами, в том числе оказывающими медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях (на 10 тыс. населения): 2018 год — 4,68, включая городское население — 3,84, сельское население — 0,84; 2019 год — 4,56, включая городское население — 3,74, сельское население — 0,82; 2020 год — 4,8, включая городское население — 3,94, сельское население — 0,86.

9. Обеспеченность населения средним медицинским персоналом, в том числе оказывающими медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях (на 10 тыс. населения): 2018 год — 11,16, включая городское население — 9,15, сельское население — 2,01; 2019 год — 11,16, включая городское население — 9,15, сельское население — 2,01; 2020 год — 11,16, включая городское население — 9,15, сельское население — 2,01.

10. Средняя длительность лечения в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях (дней в среднем по Вологодской области): 2018 год — 6.2; 2019 год — 6.1; 2020 год — 6.

11. Эффективность деятельности медицинских организаций, в том числе расположенных в городской и сельской местности (на основе оценки выполнения функций врачебной должности, показателей рационального и целевого использования коечного фонда): 2018 год — 0,94; 2019 год — 0.95; 2020 год — 0.96.

12. Обеспеченность койками на 10000 чел. населения: 2018 год — 9.6, в том числе расположенных в городской местности — 9.6, в сельской местности — 0; 2019 год — 9.6, в том числе расположенных в городской местности — 9.6 в сельской местности — 0; 2020 год — 9.6, в том числе расположенных в городской местности — 9.6 в сельской местности — 0.

13. Доля расходов на оказание медицинской помощи в условиях дневных стационаров в общих расходах на Программу: 2018 год — 2,7%; 2019 год — 14,4%; 2020 год — 14,5%.

14. Доля расходов на оказание медицинской помощи в амбулаторных условиях в неотложной форме в общих расходах на Программу: 2018 год — 1%; 2019 год — 1,5%; 2020 год — 1,6%.

15. Доля впервые выявленных случаев онкологических заболеваний на ранних стадиях (I и II стадии) в общем количестве выявленных случаев онкологических заболеваний в течение года: 2018 год — 100%; 2019 год — 100%; 2020 год — 100%.

16. Доля пациентов, получивших специализированную медицинскую помощь в стационарных условиях в медицинских организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, в общем числе пациентов, которым была оказана медицинская помощь в стационарных условиях в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования: 2018 год — 100%; 2019 год — 100%; 2020 год — 100%.

17. Количество обоснованных жалоб, в том числе на отказ в оказании медицинской помощи, предоставляемой в рамках Программы: 2018 год — 0; 2019 год — 0; 2020 год — 0.

Городское и сельское население Иркутской области

На территории Иркутской об­ласти 22 города, в том числе облас­тного подчинения — 14, районно­го — 8 (табл. 3.9, 3.10). Поселков городского типа — 66, прочих на­селенных пунктов около 1500.

Из 22 городов Иркутской области име­ют численность населения более 100 тыс. чел. только пять: Иркутск, Ангарск, Братск, Усть-Илимск и Усолье-Сибирское. В них прожи­вает свыше 1,3 млн чел. (около половины всего населения области).

Что касается сельского насе­ления, то оно увеличивалось в ос­новном за счет естественного при­роста и вследствие переселения из Европейской России. Наибольшее количество переселенцев оседало на западе Иркутской губернии, в пределах быв­ших Нижнеудинского и Балаганcкого уездов. На севере (в Киренском уезде и части Верхоленского уезда) переселенцев почти не было.

До 1930-х гг. Иркутская губерния, как и вся Восточная Сибирь, представляла собой ти­пичный полуаграрный регион, с явным преобладанием сельских жителей, доля которых в об­щей численности населения до­стигала 80-90 %.

Промышленное и энер­гетическое   строительство способствовало увеличению численности городского насе­ления Иркутской области. Старые города облас­ти (Иркутск, Черемхово, Усолье-Сибирское) превратились в крупные промышленные и культурные центры. Начиная с 1950-х гг. в Иркутской области стали быстро рас­ти новые города и рабочие по­селки. Рядом с Иркутском, на берегу Китоя, появился круп­ный современный город — Ан­гарск, с широкими проспекта­ми, благоустроенными домами, магазинами,  учреждениями культуры. Недалеко от Иркут­ска вырос  город  металлур­гов Шелехов.  В районах строительства   Братской   и Усть-Илимской ГЭС возникли два новых современных про­мышленных города Братск и Усть-Илимск.

В итоге в 1930-1980 гг. удельный вес сельских жите­лей в общей численности населения Иркутской области сократил­ся с 80% до 20 %, соответственно возросла доля горожан. Наибольшие темпы сокращения доли сельских жителей наблюдались в годы так называемого раскулачи­вания и массовой коллективизации.

Численность населения на 1 января 2021 г. по областям и г.Минску

(человек)


Все население 

Городское население

Сельское население 

мужчины и
женщины

мужчины

женщины

мужчины и
женщины

мужчины

женщины

мужчины и
женщины

мужчины

женщины

Республика  Беларусь

9 349 645

4 321 122

5 028 523

7 280 320

3 334 708

3 945 612

2 069 325

986 414

1 082 911

Области и г. Минск:

 

 

 

 

 

Брестская

1 338 044

620 600

717 444

948 832

435 116

513 716

389 212

185 484

203 728

Витебская

1 120 364

513 852

606 512

870 383

393 871

476 512

249 981

119 981

130 000

Гомельская

1 375 286

635 144

740 142

1 059 334

483 917

575 417

315 952

151 227

164 725

Гродненская

1 017 976

471 640

546 336

772 345

356 007

416 338

245 631

115 633

129 998

г. Минск

2 009 786

918 453

1 091 333

2 009 786

918 453

1 091 333

Минская

1 473 346

689 435

783 911

808 934

373 609

435 325

664 412

315 826

348 586

Могилевская

1 014 843

471 998

542 845

810 706

373 735

436 971

204 137

98 263

105 874

Версия для печати

© Национальный статистический комитет Республики Беларусь. При использовании информации ссылка на Национальный статистический комитет Республики Беларусь является обязательной.

Показатели доступности и качества медицинской помощи

Показатели доступности и качества медицинской помощи, установленных в территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Омской области на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов

Критериями качества медицинской помощи являются:

  • удовлетворенность населения медицинской помощью, в том числе городского и сельского населения (процентов от числа опрошенных):
    • 2017 год: — 52,0, в том числе городского населения — 52,0, сельского населения — 52,0;
    • 2018 год: — 53,0, в том числе городского населения — 53,0, сельского населения — 53,0;
    • 2019 год: — 53,0, в том числе городского населения — 53,0, сельского населения — 53,0;
  • смертность населения в трудоспособном возрасте (число умерших в трудоспособном возрасте на 100 тыс. человек населения):
    • 2017 год: — 581,0;
    • 2018 год: — 578,0;
    • 2019 год: — 576,0;
  • доля умерших в трудоспособном возрасте на дому в общем количестве умерших в трудоспособном возрасте (процентов):
    • 2017 год: — 24,0;
    • 2018 год: — 23,8;
    • 2019 год: — 23,7;
  • материнская смертность (на 100 тыс. человек, родившихся живыми):
    • 2017 год: — 11,5;
    • 2018 год: — 11,4;
    • 2019 год: — 11,3;
  • младенческая смертность, в том числе в городской и сельской местности (на 1 тыс. человек, родившихся живыми):
    • 2017 год: — 7,1, в том числе в городской местности — 6,0, сельской местности — 8,3;
    • 2018 год: — 7,0, в том числе в городской местности — 5,9, сельской местности — 8,1;
    • 2019 год: — 7,0, в том числе в городской местности — 5,9, сельской местности — 8,1;
  • доля умерших в возрасте до 1 года на дому в общем количестве умерших в возрасте до 1 года (процентов):
    • 2017 год: — 14,8;
    • 2018 год: — 14,5;
    • 2019 год: — 14,2;
  • смертность детей в возрасте 0-4 лет (на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста):
    • 2017 год: — 205;
    • 2018 год: — 204,5;
    • 2019 год: — 204;
  • доля умерших в возрасте 0-4 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0-4 лет (процентов):
    • 2017 год: — 18,7;
    • 2018 год: — 18,6;
    • 2019 год: — 18,4;
  • смертность детей в возрасте 0-17 лет (на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста):
    • 2017 год: — 8,0;
    • 2018 год: — 7,5;
    • 2019 год: — 7,5;
  • доля умерших в возрасте 0-17 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0-17 лет (процентов):
    • 2017 год: — 24,7;
    • 2018 год: — 24,4;
    • 2019 год: — 24,1;
  • доля пациентов со злокачественными новообразованиями, состоящих на учете с момента установления диагноза 5 лет и более, в общем числе пациентов со злокачественными новообразованиями, состоящих на учете (процентов):
    • 2017 год: — 51,0;
    • 2018 год: — 51,4;
    • 2019 год: — 51,6;
  • доля впервые выявленных случаев фиброзно-кавернозного туберкулеза в общем количестве выявленных случаев туберкулеза в течение года (процентов):
    • 2017 год: — 1,2;
    • 2018 год: — 1,1;
    • 2019 год: — 1,0;
  • доля впервые выявленных случаев онкологических заболеваний на ранних стадиях (I и II стадии) в общем количестве выявленных случаев онкологических заболеваний в течение года (процентов):
    • 2017 год: — 53,3;
    • 2018 год: — 53,6;
    • 2019 год: — 53,9;
  • доля пациентов с инфарктом миокарда, госпитализированных в первые 6 часов от начала заболевания, в общем количестве госпитализированных пациентов с инфарктом миокарда (процентов):
    • 2017 год: — 28,5;
    • 2018 год: — 28,6;
    • 2019 год: — 28,7;
  • доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведена тромболитическая терапия, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда (процентов):
    • 2017 год: — 18,5;
    • 2018 год: — 18,6;
    • 2019 год: — 18,8;
  • доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведено стентирование коронарных артерий, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда (процентов):
    • 2017 год: — 34,0;
    • 2018 год: — 35,0;
    • 2019 год: — 35,5;
  • доля пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, которым выездной бригадой скорой медицинской помощи проведен тромболизис, в общем количестве пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, которым оказана медицинская помощь выездными бригадами скорой медицинской помощи (процентов):
    • 2017 год: — 9,3;
    • 2018 год: — 9,4;
    • 2019 год: — 9,5;
  • доля пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями, госпитализированных в первые 6 часов от начала заболевания, в общем количестве госпитализированных пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями (процентов):
    • 2017 год: — 68,5;
    • 2018 год: — 68,7;
    • 2019 год: — 68,7;
  • доля пациентов с острым ишемическим инсультом, которым проведена тромболитическая терапия в первые 6 часов госпитализации, в общем количестве пациентов с острым ишемическим инсультом (процентов):
    • 2017 год: — 2,0;
    • 2018 год: — 2,0;
    • 2019 год: — 2,0;
  • количество обоснованных жалоб, в том числе на отказ в оказании медицинской помощи, предоставляемой в рамках программы ОМС (единиц):
    • 2017 год: — 26;
    • 2018 год: — 26;
    • 2019 год: — 25.

Критериями доступности медицинской помощи являются:

  • обеспеченность населения врачами (на 10 тыс. человек населения, включая городское и сельское население), в том числе оказывающими медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях:
    • 2017 год: — 40.2, включая городское население — 36,5, сельское население — 18,1, в амбулаторных условиях — 22,6, в стационарных условиях — 17,6;
    • 2018 год: — 40.2, включая городское население — 36,5, сельское население — 18,1, в амбулаторных условиях — 22,7, в стационарных условиях — 17,5;
    • 2019 год: — 40.2, включая городское население — 36,5, сельское население — 18,1, в амбулаторных условиях — 22,8, в стационарных условиях — 17,4;
  • обеспеченность населения средним медицинским персоналом (на 10 тыс. человек населения, включая городское и сельское население), в том числе оказывающим медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях:
    • 2017 год: — 97,2, включая городское население — 76,4, сельское население — 69,5, в амбулаторных условиях — 43,3, в стационарных условиях — 53,9;
    • 2018 год: — 97,2, включая городское население — 76,4, сельское население — 69,5, в амбулаторных условиях — 43,3, в стационарных условиях — 53,9;
    • 2019 год: — 97,2, включая городское население — 76,4, сельское население — 69,5, в амбулаторных условиях — 43,3, в стационарных условиях — 53,9;
  • доля расходов на оказание медицинской помощи в условиях дневных стационаров в общих расходах на Программу (процентов):
    • 2017 год: — 6,4;
    • 2018 год: — 6,4;
    • 2019 год: — 6,4;
  • доля расходов на оказание медицинской помощи в амбулаторных условиях в неотложной форме в общих расходах на Программу (процентов):
    • 2017 год -2,4;
    • 2018 год — 2,4;
    • 2019 год — 2,4;
  • доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами детей, в том числе городских и сельских жителей (процентов):
    • 2017 год: — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0;
    • 2018 год: — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0;
    • 2019 год: — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0;
  • доля пациентов, получивших специализированную медицинскую помощь в стационарных условиях в медицинских организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, в общем числе пациентов, которым была оказана медицинская помощь в стационарных условиях в рамках территориальной программы ОМС (процентов):
    • 2017 год — 0,82;
    • 2018 год — 0,83;
    • 2019 год — 0,83;
  • число лиц, проживающих в сельской местности, которым оказана скорая медицинская помощь (на 1 тыс. человек сельского населения):
    • 2017 год: — 146,0;
    • 2018 год: — 145,0;
    • 2019 год: — 144,0;
  • доля фельдшерско-акушерских пунктов и фельдшерских пунктов, находящихся в аварийном состоянии и требующих капитального ремонта, в общем количестве фельдшерско-акушерских пунктов и фельдшерских пунктов (процентов):
    • 2017 год: — 9,9;
    • 2018 год: — 9,8;
    • 2019 год: — 9,7.

Показатели доступности и качества медицинской помощи

Программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Омской области устанавливаются следующие целевые значения критериев доступности и качества медицинской помощи, на основе которых проводится комплексная оценка уровня и динамики доступности и качества медицинской помощи:

     39. Критериями качества медицинской помощи являются:

 

1) обеспеченность населения врачами (на 10 тыс. человек населения, включая городское и сельское население), в том числе оказывающими медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях: 2020 год -41,0, включая городское население — 55,1, сельское население — 18,6, в амбулаторных условиях — 22,7, в стационарных условиях — 16,1; 2021 год — 41,3, включая городское население — 55,3, сельское население — 18,9, в амбулаторных условиях — 22,9, в стационарных условиях — 16,1; 2022 год — 41,7, включая городское население — 55,5, сельское население — 19, в амбулаторных условиях — 23,0, в стационарных условиях — 16,1;

2) обеспеченность населения средним медицинским персоналом (на 10 тыс. человек населения, включая городское и сельское население), в том числе оказывающим медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях: 2020 год — 99,5, включая городское население — 77,2, сельское население — 67,2, в амбулаторных условиях — 43,2, в стационарных условиях — 45,9; 2021 год — 101,0, включая городское население — 78,0, сельское население — 67,6, в амбулаторных условиях — 43,6, в стационарных условиях — 46; 2022 год — 103,0, включая городское население — 78,2, сельское население -68, в амбулаторных условиях — 43,9, в стационарных условиях — 46;

3) доля расходов на оказание медицинской помощи в условиях дневных стационаров в общих расходах на Программу (процентов): 2020 год — 9,5; 2021 год — 9,8; 2022 год — 10,0;

4) доля расходов на оказание медицинской помощи в амбулаторных условиях в неотложной форме в общих расходах на Программу (процентов): 2020 год — 2,5; 2021 год — 2,6; 2022 год — 2,7;

5) доля охвата диспансеризацией взрослого населения, подлежащего диспансеризации (процентов): 2020 год — 95,0; 2021 год — 95,0; 2022 год — 95,0;

6) доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами взрослого населения, в том числе городских и сельских жителей, подлежащего профилактическим медицинским осмотрам (процентов): 2020 год — 34,0, в том числе проживающих в городской местности — 34,0, сельской местности — 34,0; 2021 год — 35,9, в том числе проживающих в городской местности -35,9, сельской местности — 35,9; 2022 год — 42,1, в том числе проживающих в городской местности — 42,1, сельской местности — 42,1;

7) доля охвата профилактическими медицинскими осмотрами детей, в том числе городских и сельских жителей, подлежащих профилактическим медицинским осмотрам (процентов): 2020 год — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0; 2021 год — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0; 2022 год — 95,0, в том числе проживающих в городской местности — 95,0, сельской местности — 95,0;

8) доля записей к врачу, совершенных гражданами без очного обращения в регистратуру медицинской организации, в общем количестве записей к врачу (процентов): 2020 год — 40,0; 2021 год — 45,0; 2022 год — 50,0;

9) доля пациентов, получивших специализированную медицинскую помощь в стационарных условиях в медицинских организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, в общем числе пациентов, которым была оказана медицинская помощь в стационарных условиях в рамках территориальной программы ОМС (процентов): 2020 год -1,2; 2021 год — 1,2; 2022 год — 1,2;

10) число лиц, проживающих в сельской местности, которым оказана скорая медицинская помощь (на 1 тыс. человек сельского населения): 2020 год — 195,0; 2021 год — 195,0; 2022 год — 195,0;

11) доля фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов, находящихся в аварийном состоянии и требующих капитального ремонта, в общем количестве фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов (процентов): 2020 год — 8,8; 2021 год — 8,6; 2022 год — 8,5;

12) доля посещений выездной патронажной службой на дому для оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению в общем количестве посещений по паллиативной медицинской помощи взрослому населению (процентов): 2020 год — 0,0; 2021 год — 5,0; 2022 год — 12,0;

13) число пациентов, получивших паллиативную медицинскую помощь по месту жительства, в том числе на дому: 2020 год — 1300; 2021 год — 1400; 2022 год-1500;

14) число пациентов, которым оказана паллиативная медицинская помощь по месту их фактического пребывания за пределами субъекта Российской Федерации, на территории которого указанные пациенты зарегистрированы по месту жительства: 2020 год — 2; 2021 год — 3; 2022 год — 3;

15) доля женщин, которым проведено экстракорпоральное оплодотворение, в общем количестве женщин с бесплодием (процентов): 2020 год — 21,3; 2021 год — 21,3; 2022 год — 21,3.

40. Критериями качества медицинской помощи являются:

1) удовлетворенность населения медицинской помощью, в том числе городского и сельского населения (процентов от числа опрошенных): 2020 год — 61,0, в том числе городского населения — 61,0, сельского населения — 61,0; 2021 год — 63,0, в том числе городского населения — 63,0, сельского населения — 63,0; 2022 год — 65,0, в том числе городского населения — 65,0, сельского населения — 65,0;

2) смертность населения в трудоспособном возрасте (число умерших в трудоспособном возрасте на 100 тыс. человек населения): 2020 год — 480,0; 2021 год — 470,0; 2022 год — 460,0;

3) доля умерших в трудоспособном возрасте на дому в общем количестве умерших в трудоспособном возрасте (процентов): 2020 год — 26,7; 2021 год -26,6; 2022 год-26,5;

4) материнская смертность (на 100 тыс. человек, родившихся живыми): 2020 год — 11,4; 2021 год — 11,4; 2022 год — 11,2;

5) младенческая смертность, в том числе в городской и сельской местности (на 1 тыс. человек, родившихся живыми): 2020 год — 5,9, в том числе в городской местности — 5,0, сельской местности — 8,7; 2021 год — 5,8, в том числе в городской местности — 4,9, сельской местности — 8,6; 2022 год — 5,7, в том числе в городской местности — 4,8, сельской местности — 8,5;

6) доля умерших в возрасте до 1 года на дому в общем количестве умерших в возрасте до 1 года (процентов): 2020 год — 14,5; 2021 год — 14,5; 2022 год-14,5;

7) смертность детей в возрасте 0 — 4 лет (на 1 тыс. родившихся живыми): 2020 год — 7,3; 2021 год — 7,2; 2022 год — 7,1;

8) смертность населения, в том числе городского и сельского населения (число умерших на 1 тыс. человек населения): 2020 год — 12,4, в том числе городского населения — 11,8, сельского населения — 13,7; 2021 год — 12,1, в том числе городского населения — 11,5, сельского населения — 13,4; 2022 год — 11,8, в том числе городского населения — 11,3, сельского населения — 13,1;

9) доля умерших в возрасте 0 — 4 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0 — 4 лет (процентов): 2020 год — 18,3; 2021 год — 18,2; 2022 год — 18,2;

10) смертность детей в возрасте 0 — 17 лет (на 100 тыс. человек населения соответствующего возраста): 2020 год — 63,2; 2021 год — 61,4; 2022 год — 59,6;

11) доля умерших в возрасте 0 — 17 лет на дому в общем количестве умерших в возрасте 0 — 17 лет (процентов): 2020 год — 24,9; 2021 год — 24,9; 2022 год — 24,9;

12) доля впервые выявленных заболеваний при профилактических медицинских осмотрах, в том числе в рамках диспансеризации, в общем количестве впервые в жизни зарегистрированных заболеваний в течение года (процентов): 2020 год — 8,0; 2021 год — 8,1; 2022 год — 8,2;

13) доля впервые выявленных заболеваний при профилактических медицинских осмотрах, в том числе в рамках диспансеризации, лиц старше трудоспособного возраста в общем количестве впервые в жизни зарегистрированных заболеваний в течение года у лиц старше трудоспособного возраста (процентов): 2020 год — 8,9; 2021 год — 9,9; 2022 год — 10,1;

14) доля впервые выявленных онкологических заболеваний при профилактических медицинских осмотрах, в том числе в рамках диспансеризации, в общем количестве впервые в жизни зарегистрированных онкологических заболеваний в течение года (процентов): 2020 год — 21,5; 2021 год — 22,0; 2022 год — 22,5;

15) доля пациентов со злокачественными новообразованиями, находящихся под диспансерным наблюдением с даты установления диагноза 5 лет и более, в общем числе пациентов со злокачественными новообразованиями, находящихся под диспансерным наблюдением (процентов): 2020 год — 52,0; 2021 год — 53,0; 2022 год — 53,5;

16) доля впервые выявленных случаев онкологических заболеваний на ранних стадиях (I и II стадии) в общем количестве выявленных случаев онкологических заболеваний в течение года (процентов): 2020 год — 59,0; 2021 год — 60,1; 2022 год — 61,2;

17) доля пациентов со злокачественными новообразованиями, взятых под диспансерное наблюдение, в общем количестве пациентов со злокачественными новообразованиями (процентов): 2020 год — 98,5; 2021 год — 98,6; 2022 год — 98,7;

18) доля пациентов со злокачественными новообразованиями, выявленных активно, в общем количестве пациентов со злокачественными новообразованиями, взятых под диспансерное наблюдение (процентов): 2020 год — 25,6; 2021 год — 25,9; 2022 год — 26,3;

19) доля лиц, инфицированных вирусом иммунодефицита человека, получающих антиретровирусную терапию, в общем количестве лиц, инфицированных вирусом иммунодефицита человека (процентов): 2020 год -55,0; 2021 год — 58,0; 2022 год — 60,0;

20) доля впервые выявленных случаев фиброзно-кавернозного туберкулеза в общем количестве выявленных случаев туберкулеза в течение года (процентов): 2020 год — 1,0; 2021 год — 0,95; 2022 год — 0,9;

21) доля пациентов с инфарктом миокарда, госпитализированных в первые 12 часов от начала заболевания, в общем количестве госпитализированных пациентов с инфарктом миокарда (процентов): 2020 год — 44,9; 2021 год — 45,1; 2022 год — 45,3;

22) доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведено стентирование коронарных артерий, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда, имеющих показания к его проведению (процентов): 2020 год — 34,4; 2021 год — 39,6; 2022 год — 40,4;

23) доля пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, которым выездной бригадой скорой медицинской помощи проведен тромболизис, в общем количестве пациентов с острым и повторным инфарктом миокарда, имеющих показания к его проведению, которым оказана медицинская помощь выездными бригадами скорой медицинской помощи (процентов): 2020 год — 7,3; 2021 год — 7,8; 2022 год — 8,3;

24) доля пациентов с острым инфарктом миокарда, которым проведена тромболитическая терапия, в общем количестве пациентов с острым инфарктом миокарда, имеющих показания к ее проведению (процентов): 2020 год — 25,4; 2021 год — 25,6; 2022 год — 25,8;

25) доля пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями, госпитализированных в первые 6 часов от начала заболевания, в общем количестве госпитализированных в первичные сосудистые отделения или региональные сосудистые центры пациентов с острыми цереброваскулярными болезнями (процентов): 2020 год — 32,2; 2021 год — 32,4; 2022 год — 32,6;

26) доля пациентов с острым ишемическим инсультом, которым проведена тромболитическая терапия, в общем количестве пациентов с острым ишемическим инсультом, госпитализированных в первичные сосудистые отделения или региональные сосудистые центры в первые 6 часов от начала заболевания (процентов): 2020 год — 5,0; 2021 год — 5,0; 2022 год — 5,0;

27) доля пациентов с острым ишемическим инсультом, которым проведена тромболитическая терапия, в общем количестве пациентов с острым ишемическим инсультом, госпитализированных в первичные сосудистые отделения или региональные сосудистые центры (процентов): 2020 год — 5,0; 2021 год — 5,0; 2022 год — 5,0;

28) доля пациентов, получивших паллиативную медицинскую помощь, в общем количестве пациентов, нуждающихся в паллиативной медицинской помощи (процентов): 2020 год — 33; 2021 год — 34; 2022 год — 35;

29) доля пациентов, получающих обезболивание в рамках оказания паллиативной медицинской помощи, в общем количестве пациентов, нуждающихся в обезболивании при оказании паллиативной медицинской помощи (процентов): 2020 год — 98; 2021 год — 99; 2022 год — 100;

30) количество обоснованных жалоб, в том числе на отказ в оказании медицинской помощи, предоставляемой в рамках Программы (единиц): 2020 год — 96; 2021 год — 95; 2022 год — 94.

 

 

 

Демографические и экономические тенденции в городских, пригородных и сельских общинах

Три ключевых демографических фактора изменили общую численность населения США в последние годы: рост расового и этнического разнообразия, рост иммиграции и рост числа пожилых людей. Но эти тенденции по-разному проявляются в сельских, городских и пригородных общинах страны, затрагивая одни больше, чем другие.

Аналогичным образом, недавний рост населения США также был неравномерным. С 2000 года городские округа выросли примерно на 13% в целом по стране.Пригородные и небольшие мегаполисы стали более оживленными. Сельские округа отстают, и в половине из них сейчас меньше жителей, чем в 2000 году.

Согласно анализу данных переписи, проведенному исследовательским центром Pew Research Center, с 2000 года городское и пригородное население США выросло не менее, чем за предыдущее десятилетие. Но общая численность сельского населения выросла меньше, чем в 1990-е годы, когда рост численности вселял надежду на умеренное «восстановление сельских районов». В результате несколько меньшая доля американцев сейчас проживает в сельских округах (14% vs.16% в 2000 г.).

Совсем недавно, по оценкам Бюро переписи населения на 2017 год, численность сельского населения страны увеличилась за год, но этого недостаточно, чтобы компенсировать предыдущее снижение. Анализ, проведенный демографом Кеннетом М. Джонсоном, объясняет рост населения сельскими общинами на окраинах мегаполисов, в то время как более отдаленные округа продолжают терять население.

В этой главе сравниваются три различных типа сообществ в округах страны на основе системы классификации Национального центра статистики здравоохранения (NCHS).Анализ охватывает 3130 из 3142 округов страны и их эквивалентов, таких как приходы и независимые города. Для получения более подробной информации см. Методологию.

Основные городские округа: Эти 68 округов, например округ Майами-Дейд, округ Милуоки и округ Сан-Диего, расположены в 53 городских районах США с населением не менее миллиона человек. В системе классификации NCHS они называются округами с «большими центральными метро», и примерно три из десяти американцев (31%) проживают в них.В данном отчете эти округа иногда называют просто «городскими» или «городами».

Пригородные округа и небольшие городские округа: Эти 1093 округа — иногда называемые в данном отчете «пригородами» — включают округа за пределами основных городов крупнейших городских районов, а также целые другие пригородные районы. В эту группу входят округа «крупный метрополитен», «средний метрополитен» и «малый метрополитен» в системе классификации NCHS. Около половины американцев (55%) живут в пригородных округах и небольших мегаполисах, среди которых округ Нью-Хейвен, Коннектикут, округ ДеКалб (недалеко от Атланты) и округ Бойсе, штат Айдахо.

Сельские районы: Эти 1969 округов расположены за пределами мегаполисов. В них проживает всего 14% американцев. Эти общины со средней численностью населения 16 535 человек включают округа или их эквиваленты, такие как округ Эванджелин, штат Луизиана; Округ Навахо, Аризона; и округ Элк, штат Пенсильвания.

Поток людей в разные типы округов США и из них влияет на их размер и состав. С 2000 года больше людей уехало из сельских округов в городские, пригородные или небольшие городские округа, чем переехало из этих районов.Поскольку новых иммигрантов не хватало, чтобы компенсировать отъезд, сельские округа как группа росли только потому, что у них было больше рождений, чем смертей.

На национальном уровне белые неиспаноязычные составляют большинство населения, но в настоящее время происходит ключевой демографический сдвиг: белые составляют сокращающуюся долю населения и, как ожидается, к середине столетия их будет меньше половины, поскольку другие группы растут более быстрыми темпами. Белые стали меньшинством населения в большинстве городских округов с 2000 года, оставаясь большинством в 90% пригородных округов и небольших городских округов и 89% сельских округов.

Другая ключевая демографическая тенденция, рост иммиграции в последние десятилетия, увеличила долю иностранцев в населении США в целом и увеличила долю в каждом типе округов, хотя и в разной степени. Иммигранты, а также их дети и внуки составили основную часть прироста населения США с 1965 года. Но иммигранты больше сконцентрированы в городах и пригородах, чем в сельской местности. С другой стороны, в большинстве сельских округов сейчас меньше U.Местные жители, родившиеся на С., чем в 2000 году, являются ключевым фактором в их сокращающейся популяции.

Третий основной фактор роста населения — старение поколения гигантского бэби-бума — также по-разному влияет на разные типы графств. В сельских районах выше доля взрослых в возрасте 65 лет и старше, чем в городских или пригородных округах. Но в пригородах наблюдается самый резкий рост числа пожилых людей с 2000 года.

Анализ в этой главе в основном основан на данных Бюро переписи населения.Текущие цифры по характеристикам округов взяты из объединенных данных Американского общественного исследования (ACS) за 2012-2016 годы, последних доступных. Текущие цифры естественного прироста / убыли и миграционных потоков взяты из оценок численности населения за 2014 год, год, наиболее сопоставимый с данными ACS, поскольку это средняя точка объединенных данных ACS, используемых в этой главе. Для получения более подробной информации см. Методологию.

Пригороды растут быстрее, чем сельские или городские районы

Около 46 миллионов американцев живут в сельских округах страны, 175 миллионов — в пригородах и небольших метро и около 98 миллионов — в центральных городских округах.

В целом население сельских округов выросло на 3% с 2000 года, что меньше, чем их рост на 8% в 1990-х годах. Население городских округов увеличилось на 13% с 2000 года, а население пригородных и небольших городских округов увеличилось на 16%, темпы роста несколько выше, чем в 1990-х годах. Доля жителей США, проживающих в сельских округах, снизилась в 1990-х годах и с 2000 года, но выросла в пригородных округах в течение обоих периодов и оставалась стабильной в городских округах.

Хотя сельское население в целом выросло с 2000 года, большинство населения в отдельных сельских округах этого не произошло.С начала века численность населения сократилась в 52% сельских уездов — 1024 из 1969. Среди наиболее пострадавших округов были те, в которых экономика основана на сельском хозяйстве, примерно пятая часть сельских округов.

Факторы роста различаются для городов, пригородов и сельской местности

Существует четыре основных фактора прироста или убыли населения на уровне округа: рождение, смерть, новые иммигранты, прибывающие из-за границы или уезжающие, и люди, переезжающие в другие округа США или из них (включая иммигрантов, уже проживающих в США).С.). Данные переписи показывают, что эти факторы по-разному влияют на города, пригороды и сельские общины.

С 2000 года в городах прибыло 1,6 миллиона новых мигрантов, причем избыток иммигрантов с лихвой компенсировал потерю людей, переехавших в пригороды или сельские районы. В совокупности в городских округах рождений было на 9,8 миллиона больше, чем смертей, что еще больше увеличивало численность их населения.

Пригородные округа и небольшие городские округа выросли с 2000 года благодаря усилению всех факторов изменения численности населения.Они приобрели 11,7 миллиона новых жителей, привлекая бывших жителей городских и сельских районов США, а также иммигрантов из-за границы. Вдобавок к этому у них было на 12,1 миллиона рождений больше, чем смертей.

Иная картина была для сельских округов, где количество выездов с 2000 г. превысило количество выездов. Как группа, они потеряли 380 000 человек, которые переехали. Потери были бы больше — более 950 000 человек, если бы они не были частично компенсированы примерно 600 000 новых иммигрантов.Общая численность населения сельских округов росла только за счет естественного прироста, то есть рождений у них на 1,2 миллиона больше, чем смертей.

Самая большая потеря сельского населения на Среднем Западе

Модели рождений, смертей, миграции и иммиграции сильно различаются в зависимости от региона и в целом иллюстрируют долгосрочную тенденцию, когда американцы отдают предпочтение штатам Солнечного пояса на юге и западе, а не штатам Северо-Востока или Среднего Запада. Эти региональные различия сохраняются в пределах каждого типа округа.

Среди сельских округов большинство на Северо-Востоке и Среднем Западе потеряли население с 2000 года, в то время как большинство на Юге и особенно на Западе увеличило население.Одним из факторов, лежащих в основе региональных различий, является то, что в сельских округах Северо-Востока и Среднего Запада было больше вероятности, чем в других сельских районах, иметь больше смертей, чем рождений. Эти округа также с большей вероятностью испытали чистую потерю мигрантов — больше людей уезжали, чем въезжали.

Динамика численности населения сельских округов связана с их экономическим профилем. Как группа, 391 сельский округ страны, в значительной степени сконцентрированный на Великих равнинах, потерял общее население с 2000 года, в то время как сельские округа с другими типами экономики увеличили население.

Общая численность населения сельских округов с рекреационной и государственной экономикой выросла с 2000 года больше, чем население других сельских округов. Одна из причин роста округов, основанных на отдыхе, заключалась в том, что они получили чистый прирост новых жителей, переехавших из других округов США, единственного типа сельских округов, который получил прирост чистой внутренней миграции. Анализ, проведенный Справочным бюро по народонаселению, показал, что сельские округа, основанные на отдыхе, с большей вероятностью будут иметь растущее число жителей 65 лет и старше, в то время как сельские округа, основанные на сельском хозяйстве, теряют жителей этой возрастной группы.

Среди городских районов Средний Запад имел самую большую долю округов с убытком населения с 2000 года: 42% городских округов в этом регионе, включая те, которые включают Чикаго (округ Кук, штат Иллинойс), Детройт (округ Уэйн, штат Мичиган) и Кливленд (округ Кайахога, штат Огайо), потерял население.

Среди пригородных округов и небольших городских округов около четверти на Северо-Востоке и Среднем Западе потеряли население с 2000 года, это более высокая доля, чем в других регионах. В большинстве пригородных округов Северо-Востока и Среднего Запада был чистый прирост мигрантов, но в основном это произошло за счет иммиграции.Большинство жителей за этот период потеряли жителей городских или сельских округов США.

Пожилые люди составляют более высокую долю населения в сельской местности, чем в городских и пригородных округах

Ключевой демографической тенденцией, определяющей состав местного населения, а также страны в целом, является рост числа пожилых американцев. Поколению бэби-бума, родившемуся между 1946 и 1964 годами, в 2011 году исполнилось 65 лет, и все они достигнут этого возраста к 2030 году.

В то время как население стареет во всех трех типах округов, это происходит более быстрыми темпами в U.С. пригородные и небольшие уезды метро. С 2000 года численность населения в возрасте 65 лет и старше в пригородах выросла на 39% по сравнению с 26% в городах и 22% в сельских округах.

На национальном уровне и в каждом типе округов рост пожилого взрослого населения с 2000 года был более резким, чем у любой другой возрастной группы — маленьких детей, детей школьного возраста, молодых людей или взрослых среднего возраста. В сельской местности численность населения моложе 18 лет за этот период сократилась. В результате в каждом типе округов взрослые в возрасте 65 лет и старше сейчас составляют большую долю от общей численности населения, чем в 2000 году.

В целом, сельские округа намного старше, чем пригородные и городские округа: 18% сельских жителей в возрасте 65 лет и старше по сравнению с 15% в пригородных и небольших городских округах и 13% в городах.

В сельских округах также проживает меньшая доля молодежи, чем в городах или пригородах.

Городские и пригородные округа становятся более разнообразными в расовом и этническом отношении гораздо быстрее, чем сельские округа

Нация становится более разнообразной в расовом и этническом отношении, но эти изменения были более приглушенными в сельских округах по сравнению с городскими и пригородными.С 2000 года доля белого населения упала на 8 процентных пунктов в пригородах, на 7 процентов в центре города и только на 3 процента в сельских округах.

В целом, большинство населения США остается белым, но не в городских районах как группа. Среди городских жителей 44% составляют белые по сравнению с 68% в пригородах и небольших городских округах и 79% в сельских округах. Фактически, белые стали меньшинством в большинстве городских округов (53% из них составляют большинство небелых) с 2000 года; только около одного из десяти пригородных (10%) и сельских (11%) округов составляют большинство небелого населения.

В то время как доля неиспаноязычных белых снизилась, количество белых человек выросло по стране в целом — и в пригородных округах в целом — с 2000 года. Но белое население не росло так резко, как другие группы. что привело к снижению доли белого населения в США и пригородах.

В городских округах сокращение доли белого населения было связано как с уменьшением количества белых, так и с увеличением размера других групп населения, в основном выходцев из Латинской Америки.

В сельских округах белое население также сократилось, а другие группы также увеличились в размерах, но влияние на белую долю населения было более скромным, поскольку белые составляют большую часть сельских жителей.

Иммигранты составляют растущую долю населения в каждом типе округов

Население иностранного происхождения неравномерно распределено по типам округов; иммигранты, как правило, сосредоточены в крупных мегаполисах. Фактически, около половины из них проживают в городских округах, где они составляют более высокую долю от общего числа, чем в пригородных или сельских округах.

Доля иммигрантов в населении выросла с 2000 года в стране в целом и в каждом типе округов. На иммигрантов приходилась большая доля общего прироста в сельских (37%) и городских (38%) округах, чем в пригородных (26%) округах.

Хотя в сельских округах как группе проживает больше жителей США, чем в 2000 году, в большинстве из отдельных сельских округов проживает меньше жителей США, чем в 2000 году.Число жителей С., родившихся на человек, чем в 2000 году, и тех, у которых было меньше человек, всего жителей, чем в 2000 году. В подавляющем большинстве потерявших население сельских округов — 1011 из 1025 — количество жителей США, родившихся в США, уменьшилось, и было недостаточно новых иммигрантов, чтобы возместить убытки.

Существуют пробелы в бедности, образовании и занятости по типам округов

В дополнение к трем основным демографическим сдвигам, которые меняют городские, пригородные и сельские округа в США.S. — старение населения, изменение расового и этнического состава и приток новых иммигрантов — существуют значительные различия в других важных показателях для разных типов сообществ. Они связаны с экономическим благополучием их жителей.

Уровень бедности в пригородах вырос более резко, чем в городских или сельских округах

В целом уровень бедности несколько выше в сельских (18%) и городских (17%) округах, чем в пригородных (14%). С 2000 года уровень бедности вырос во всех трех типах округов.

Число людей, живущих в бедности, также увеличилось в разных типах сообществ, но размер бедного населения увеличился более резко в пригородных округах, чем в городских или сельских.

Около половины бедного населения США (49%) проживает в пригородах и небольших городских округах, 34% — в городах и 17% — в сельской местности.

Но если посмотреть на долю округов, где по крайней мере пятая часть населения является бедным — показатель, известный как концентрированная бедность, — сельские районы находятся на первом месте.Примерно три из десяти сельских округов (31%) имеют концентрированную бедность по сравнению с 19% городов и 15% пригородов. Число округов с концентрированной бедностью выросло для всех трех типов округов с 2000 года.

Растет доля жителей всех типов округов, имеющих высшее образование

С 2000 года растет доля жителей в возрасте 25 лет и старше, окончивших колледжи, во всех типах сообществ США, хотя с 2000 года рост не был таким резким, как в 1990-е годы. Сельские общины отстают по доле населения с высшим образованием.

Сегодня 35% городских жителей и 31% в пригородах имеют степень бакалавра или выше по сравнению с 19% в сельских округах. Сельские районы также уступают городским и пригородным районам по доле жителей с учеными степенями.

В городских и пригородных округах в целом количество выпускников колледжей превышает число жителей, имеющих аттестат о среднем образовании и не получившее дальнейшего образования, но в общей численности сельского населения выпускников средних школ больше, чем выпускников колледжей. Доля жителей, не окончивших среднюю школу, сократилась во всех трех типах округов.

сельские округа потеряли работников старшего возраста, в то время как городские и пригородные районы получили их

Сельские округа также уступают другим типам сообществ, особенно городским округам, по ключевым показателям занятости трудящихся в расцвете сил — от 25 до 54 лет. Например, 71% сельских жителей наиболее трудоспособного возраста имеют работу по сравнению с 77% как в городских, так и пригородных округах.

Число занятых взрослых в этой возрастной группе (а также общее число основных жителей трудоспособного возраста, работающих или нет) выросло в городских районах, а также в пригородах и небольших городских районах с 2000 года, но снизилось в сельских округах в целом. .В настоящее время в сельских округах проживает меньшая доля трудящихся среднего возраста страны, чем в 2000 году.

Рост трудоспособного населения в расцвете сил был особенно резким в городских районах. В результате в городских округах сейчас проживает бóльшая доля трудящихся среднего возраста страны, чем в 2000 году.

В пригородных районах, где с 2000 года также наблюдался рост числа работников прайм-возраста, картина выглядит несколько менее радужной, если проанализировать ее через другую призму — опыт отдельных округов.Хотя количество этих рабочих росло в пригородных округах как группа, в большинстве пригородных округов (59%) их меньше, чем в 2000 году. Среди сельских округов 88% потеряли рабочих в расцвете сил с 2000 года. Только 29% городских округа сделали.

Другой показатель экономического здоровья — средний заработок на одного работника — самый высокий в городских округах и самый низкий в сельских. Эти средние заработки сейчас ниже, чем в 2000 году, для всех типов округов, что отражает длительные последствия рецессии 2007–2009 годов, хотя средний заработок в сельской местности снизился меньше всего.(Этот более поздний показатель основан на пятилетнем среднем показателе с центром в 2014 году и отражает прибыль за предыдущий год. Цифра за 2000 год отражает прибыль за 1999 год.)

• Размер городского и сельского населения США 2020

• Размер городского и сельского населения США 2020 | Statista

Другая статистика по теме

Пожалуйста, создайте учетную запись сотрудника, чтобы иметь возможность отмечать статистику как избранную. Затем вы можете получить доступ к своей любимой статистике через звездочку в заголовке.

Зарегистрироваться

Пожалуйста, авторизуйтесь, перейдя в «Моя учетная запись» → «Администрирование». После этого вы сможете отмечать статистику как избранную и использовать персональные статистические оповещения.

Аутентифицировать

Сохранить статистику в формате .XLS

Вы можете загрузить эту статистику только как премиум-пользователь.

Сохранить статистику в формате .PNG

Вы можете загрузить эту статистику только как премиум-пользователь.

Сохранить статистику в формате .PDF

Вы можете загрузить эту статистику только как Премиум-пользователь.

Показать ссылки на источники

Как премиум-пользователь вы получаете доступ к подробным ссылкам на источники и справочной информации об этой статистике.

Показать подробные сведения об этой статистике

Как премиум-пользователь вы получаете доступ к справочной информации и сведениям о выпуске этой статистики.

Статистика закладок

Как только эта статистика будет обновлена, вы сразу же получите уведомление по электронной почте.

Да, сохранить в избранное!

… и облегчить мою исследовательскую жизнь.

Изменить параметры статистики

Для использования этой функции вам потребуется как минимум Одиночная учетная запись .

Базовая учетная запись

Познакомьтесь с платформой

У вас есть доступ только к базовой статистике.
Эта статистика не учтена в вашем аккаунте.

Единая учетная запись

Идеальная учетная запись начального уровня для индивидуальных пользователей

  • Мгновенный доступ к статистике 1 м
  • Скачать в формате XLS, PDF и PNG
  • Подробно справочных материалов

$ 59 $ 39 / месяц *

в первые 12 месяцев

Корпоративный аккаунт

Полный доступ

Корпоративное решение, включающее все функции.

* Цены не включают налог с продаж.

Самая важная статистика

Самая важная статистика

Самая важная статистика

Самая важная статистика

Самая важная статистика

Самая важная статистика

Дополнительная статистика

Узнайте больше о том, как Statista может поддержать ваш бизнес.

Всемирный банк. (9 сентября 2020 г.). Размер городского и сельского населения США с 1960 по 2020 год (в миллионах) [График]. В Statista. Получено 21 мая 2021 г. с сайта https://www.statista.com/statistics/985183/size-urban-rural-population-us/

World Bank. «Размер городского и сельского населения США с 1960 по 2020 год (в миллионах)». Диаграмма. 9 сентября 2020 года. Statista. По состоянию на 21 мая 2021 г. https://www.statista.com/statistics/985183/size-urban-rural-population-us/

World Bank.(2020). Размер городского и сельского населения США с 1960 по 2020 год (в миллионах). Statista. Statista Inc. Дата обращения: 21 мая 2021 г. https://www.statista.com/statistics/985183/size-urban-rural-population-us/

World Bank. «Размер городского и сельского населения США с 1960 по 2020 год (в миллионах)». Statista, Statista Inc., 9 сентября 2020 г., https://www.statista.com/statistics/985183/size-urban-rural-population-us/

Всемирный банк, Размер городского и сельского населения США с 1960 по 2020 год (в миллионах) Statista, https: // www.statista.com/statistics/985183/size-urban-rural-population-us/ (последнее посещение 21 мая 2021 г.)

городской район | Национальное географическое общество

Городской район — это регион, окружающий город. Большинство жителей городских районов работают в несельскохозяйственном секторе. Городские районы очень развиты, что означает, что здесь много построек, таких как дома, коммерческие здания, дороги, мосты и железные дороги.

«Городской район» может относиться к городам, городам и пригородам. Городская территория включает в себя сам город, а также его окрестности.Многие городские районы называются мегаполисами или «большими», как в Большом Нью-Йорке или Большом Лондоне.

Когда два или более мегаполисов разрастаются до объединения, результат может быть известен как мегаполис. В Соединенных Штатах городской район Бостона, штат Массачусетс, в конечном итоге распространился на юг до Вашингтона, округ Колумбия, создав мегаполис BosWash или Северо-восточный коридор.

Сельские районы противоположны городским. Сельские районы, часто называемые «деревнями», имеют низкую плотность населения и большие площади неосвоенных земель.Обычно разница между сельской и городской местностью очевидна. Но в развитых странах с большой численностью населения, таких как Япония, разница становится менее очевидной. В США поселения с населением 2500 и более человек считаются городскими. В Японии, которая гораздо более густонаселенна, чем США, городскими считаются только поселения с населением 30 000 человек и более.

Во всем мире преобладает миграция внутри стран из сельских в городские районы.Отчасти это связано с тем, что усовершенствованные технологии снизили потребность в сельскохозяйственных рабочих, а отчасти потому, что города считаются открывающими большие экономические возможности. Однако большинство людей в мире по-прежнему живут в сельской местности.

Города

Один из типов городской территории — город. Город обычно больше деревни, но меньше города. Некоторые географы также определяют город как имеющий от 2500 до 20 000 жителей.

Города обычно имеют местное самоуправление, и они могут расти за счет специализированной экономической деятельности, такой как горнодобывающая промышленность или железная дорога.

Западная часть Соединенных Штатов, например, усеяна «городами-призраками». В городах-призраках больше нет человеческого населения. Они полны заброшенных зданий и дорог, заросших кустарником и естественной растительностью.

Многие города-призраки на западе США — это остатки «городов бума», которые возникли после того, как в 19 веке в этом районе были обнаружены золото и серебро. В этих городах бурно развивалась экономическая активность, большая часть которой была сосредоточена на добыче полезных ископаемых.Когда все золото и серебро были добыты, экономическая деятельность прекратилась, и люди уехали, оставив города-призраки пустыми домами и предприятиями.

Рост пригородов

Пригороды — это небольшие городские районы, окружающие города. Большинство пригородов менее плотно заселены, чем города. Они служат жилым районом для большей части городской рабочей силы. Пригороды состоят в основном из домов на одну семью, магазинов и служб.

Многие горожане переезжают в пригороды — ситуация, известная как пригородная миграция.Дома в пригородах обычно больше домов в городах, а в пригородах обычно больше парков и открытых пространств. Жители могут переехать, чтобы избежать движения, шума или жить в более просторном доме.

Большие группы американцев начали переезжать в пригороды в конце 1800-х годов. Изобретение трамвая позволило жителям добираться из дома на работу в городе.

В конце Второй мировой войны правительство США ввело в действие программу предоставления жилищных займов вернувшимся ветеранам войны.Это вызвало бурный рост домов на одну семью и увеличило рост пригородов по всей Америке.

Принятие в 1956 г. Закона о федеральной автостраде также способствовало росту пригородов и городских территорий. В соответствии с Законом о автомагистралях было создано 66 000 километров (41 000 миль) межгосударственных дорожных систем. Первоначальный план системы шоссейных дорог предусматривал эвакуацию крупных городов в случае ядерного или военного нападения. Вместо этого Закон о автомагистралях привел к разрастанию пригородов.

Разрастание пригородов продолжает быть явлением в США. Во-первых, расширяются окраины города. Постепенно эти отдаленные районы становятся более густонаселенными, отодвигая пригороды все дальше в сельские районы.

Жилье и предприятия, обслуживающие пригородные районы, съедают сельхозугодья и пустыню. Более 809000 гектаров (2 миллионов акров) сельскохозяйственных угодий и дикой природы теряются из-за развития каждый год в США

.

Умный рост

В последнее время специалисты пытались ограничить распространение пригородов или, по крайней мере, создать более целенаправленную застройку городских территорий.Это известно как «умный рост». Градостроители создают сообщества, которые созданы для того, чтобы больше ходить пешком и меньше зависеть от автомобилей. Некоторые застройщики восстанавливают старые общины в центре города, вместо того, чтобы развивать следующий участок сельскохозяйственных угодий или дикой местности.

штатов, таких как Орегон, принимают законы по предотвращению незапланированного разрастания городов. Они создали границы вокруг городов, которые ограничивают рост развития. Чиновники создали законы, согласно которым минимальный размер земельного участка составляет 32 гектара (80 акров).Это сделано для того, чтобы застройщики не создавали пригородных поселков. Земельный участок в 80 акров — это слишком дорого для дома на одну семью!

Другие сообщества умного роста создают новые типы развития. Некоторые из них имеют большое количество неосвоенных «зеленых насаждений», органических ферм и озер.

В городских районах обычно отводится вода от дождя и снега, которая не может скапливаться на мощеной земле. Вместо того, чтобы использовать дренажные трубы и канавы, быстрорастущие сообщества создают водно-болотные угодья, предназначенные для фильтрации ливневых стоков.

Все больше градостроителей развивают городские районы с учетом их географии. Инженеры строят конструкции, гармонирующие с окружающей их природой, и используют природные ресурсы. Например, белые крыши отражают солнечные лучи и снижают стоимость кондиционирования воздуха. По этой причине застройщики в таких разных городских районах, как Лос-Анджелес, Калифорния и островные сообщества Греции, создают дома и предприятия с белыми штукатурными или черепичными крышами.

Существует также тенденция к сохранению и поддержанию большего количества зеленых насаждений и посадке большего количества деревьев в городских районах.Ландшафтные дизайнеры часто консультируются с градостроителями, чтобы включить парки в застройку.

Различия в уровне счастья между городом и деревней во всем мире

Abstract

Цель этой главы — использовать результаты Всемирного опроса Гэллапа для изучения разницы в уровне счастья между городом и деревней во всем мире. Мы начинаем с общего описания различий между городом и деревней и постепенно вводим больше деталей, чтобы выявить сложность, которая подчеркивает эти различия. В частности, мы сопоставляем различия в Северо-Западной Европе и англосаксонском западном мире с различиями в странах Африки к югу от Сахары и исследуем степень, в которой эти различия обусловлены факторами, основанными на местах проживания людей.В обоих случаях мы определяем тех, чье благосостояние больше всего повышается в городах.

Эта глава дополняет существующую литературу несколькими способами. Во-первых, мы предоставляем эмпирическое расширение работы Истерлина, Анжелеску и Цвейга о различиях счастья между городом и деревней, предоставляя информацию по 150 странам. Во-вторых, мы оцениваем степень, в которой различия в уровне счастья между городом и деревней определяются факторами, основанными на местах проживания людей. В-третьих, мы определяем степень, в которой определенные группы с большей вероятностью вернут более высокий уровень счастья в городах.

Рамки разницы в уровне счастья между городом и деревней

Городское население мира выросло с 30% от общей численности в 1950 году до 55% в 2018 году и, по прогнозам, продолжит расти до 68% к 2050 году. В то время как мировое сельское население, как ожидается, сократится с 3,4 миллиарда в 2018 году до примерно 3,1 миллиарда в 2050 году, ожидается, что городское население увеличится с нынешних 4,2 миллиарда в 2018 году до 6,7 миллиарда к 2050 году. Ожидается, что эта восходящая тенденция урбанизации сохранится в обоих более развитых регионах (с 79%). в 2018 году до почти 87% к 2050 году) и менее развитых регионов (с 51% в 2018 году до почти 66% к 2050 году).Следовательно, во всем мире продолжается рост уровня урбанизации. К наиболее урбанизированным регионам относятся Северная Америка (82% населения проживало в городских районах в 2018 году), Латинская Америка и Карибский бассейн (81%), Европа (74%) и Океания (68%). Уровень урбанизации в Азии сейчас приближается к 50%. Напротив, Африка остается в основном сельской, и только 43% ее населения проживает в городских районах.

В своей основополагающей работе « The Great Escape » Ангус Дитон показал, что в поперечном сечении показатель субъективного благополучия по Кантрильной лестнице последовательно повышается с каждым процентным изменением дохода на душу населения.Поскольку урбанизация широко считается основным инструментом экономического роста и повышения уровня жизни, можно ожидать, что пространственное перераспределение населения мира в города будет связано с ростом счастья. По большей части это так, но способность городов повышать производительность и передавать это в виде заработной платы и расширения возможностей трудоустройства — не единственный путь к повышению благосостояния. Повышение доступности, которое приносит агломерация, также связано с сокращением затрат на потребление и расширением возможностей для социального взаимодействия, даже если это также связано с усилением неравенства.

Истерлин, Анжелеску и Цвейг использовали данные 80 стран из первых трех волн Всемирного опроса Гэллапа (2005–2008 гг.) И использовали вопрос оценки жизни, разработанный Кантрилом, чтобы показать, что средний уровень счастья растет с экономическим ростом. Они рассматривают это в значительной степени как результат сельскохозяйственной и промышленной реструктуризации, сопровождавшей урбанизацию, и поэтому утверждают, что различия в уровне благосостояния между городом и деревней в основном обусловлены соответствующими изменениями в доходах и экономических возможностях.На ранних стадиях экономического развития переход от аграрного к индустриальному обществу характеризуется заменой мелкомасштабных доиндустриальных ремесленных технологий крупномасштабными механизированными технологиями общего назначения. Эти новые технологии стимулируют географическую кластеризацию несельскохозяйственной продукции и услуг в городах за счет наличия внутренней и внешней экономии за счет масштаба (включая распределение ресурсов, объединение ресурсов на рынке труда и вторичные эффекты знаний). В то время как в аграрных или доиндустриальных обществах большинство людей живет в сельской местности, реструктуризация промышленности и технологические изменения идут рука об руку с миграцией людей из сельских в городские районы, поскольку городские районы предлагают как более высокую вероятность трудоустройства, так и более высокую заработную плату, если работа обеспечена.Эта реакция городов на изменения в технологии сопровождалась изменением промышленной и профессиональной структуры сельских районов, а также изменениями в заработной плате и уровне жизни, что также находит свое отражение в повышении уровня благосостояния.

В качестве рабочего обобщения на рис. 4.1 показано, каким образом средние уровни субъективного благополучия (оценки жизни) в странах повышались с разной скоростью у людей, живущих в городских и сельских районах. На этом рисунке проводится различие между тем, как субъективное благополучие изменяется с экономическим развитием в очень крупных мегаполисах (Большой город) по сравнению с меньшими городами и сельскими районами.

Рисунок 4.1: Городской парадокс: субъективное благополучие и Глава 4 Большой город

Поскольку доходы и экономические возможности в городах выше в фазе A на рисунке 4.1, они сопровождаются более высоким уровнем счастья по сравнению с сельским населением. области. По мере роста доходов и дальнейшего развития технологий и совершенствования транспортной и цифровой инфраструктуры сельские районы становятся более доступными и разнообразными. Это повсеместное изменение характера работы в конечном итоге приводит к сокращению разницы в уровне счастья между городом и деревней до такой степени, что средний уровень счастья в сельской местности, деревнях и малых городах приближается к уровню больших городов и даже превышает их.По иронии судьбы, хотя крупные города представляют собой движущую силу развитой экономики и по-прежнему считаются привлекательными местами для жизни, их средний уровень благосостояния свидетельствует о снижении, как это показано в фазе B на Рисунке 4.1. Именно на этом этапе взаимоотношений между сельскими и городскими районами возник термин «городской парадокс».

Жилая среда и состав населения, населяющего очень большие города в развитых странах, играют важную роль в формировании их более низкий средний уровень благосостояния по сравнению с небольшими городскими и сельскими поселениями.Большинство людей в фазе B на Рисунке 4.1 предпочитают жить в городских районах, потому что они предлагают более высокое качество жизни как с точки зрения возможностей трудоустройства, так и доступа к удобствам и общественным услугам. Однако эти городские выгоды могут распределяться неравномерно, поскольку такая урбанизация обычно связана с более высокой реальной стоимостью жизни. В зависимости от уровня доходов и образования, проживание человека в городе может сопровождаться более низким уровнем социального капитала, а также более высоким уровнем загрязнения, заторов на дорогах, преступности, неравенства, отсутствия зеленых насаждений и подверженности болезням.Степень, в которой эти затраты ощущаются и отражаются в показателях благосостояния, вероятно, зависит от образования жителей и связанного с ними социально-экономического статуса.

В то время как в развивающихся странах преимущества города для благополучия могут перевешивать недостатки по сравнению с поселениями за пределами большого города, это может быть не так для большинства городских жителей в развитых странах. Многие жители реструктурированных сельских районов в развитых странах больше не зависят от сельского хозяйства, а расширение городских центров означает, что многие из них живут и работают в непосредственной близости от столичных центров и могут « позаимствовать » положительные эффекты гораздо более крупных городов, в то время как быть относительно изолированным от негативных воздействий.Также может быть отбор несчастных людей в города и счастливых людей в сельской местности. Например, Винховен обнаружил, что это самая несчастная часть сельской местности в западном мире, которая имеет тенденцию переезжать в город. В связи с этим в городах развитых стран обычно относительно больше одиноких, безработных и мигрантов, что, как правило, снижает средний уровень счастья в городах.

Свидетельства в поддержку разницы в уровне счастья между городом и деревней можно найти в различных региональных исследованиях.Хотя размер или плотность населения на гектар не обязательно коррелируют с более низким субъективным благополучием, в развитых странах и нескольких быстро развивающихся странах средний уровень субъективного благополучия снижается по мере увеличения размера и плотности населения. Первоначально доказательства поступали из ряда стран с развитой экономикой новых поселенцев, включая США, Канаду, Австралию и Новую Зеландию. Примеры стран старых поселенцев включают Соединенное Королевство и Ирландию, а также континентальную Европу.Это явление было выявлено в ряде исследований отдельных стран, таких как Германия, Италия и Нидерланды. В то же время более низкий средний уровень субъективного благополучия сейчас наблюдается и в крупнейших городах других частей мира. Особенно важны недавние выводы, сделанные в Китае и Гонконге, которые указывают на явление, которое в более широком смысле связано с быстрым экономическим развитием.

Для сравнения, мало что известно о различиях счастья между городскими и сельскими районами в развивающихся странах, а степень, в которой различия в уровне счастья между городскими и сельскими районами определяются факторами, основанными на людях и местами, неясна.Ситуация усложняется тем, что отношения между местом жительства и счастьем неоднородны, поскольку люди не оценивают атрибуты окружающей среды одинаково. Кроме того, одни люди больше подвержены положительному (или отрицательному) воздействию городов, чем другие. В частности, существуют различия между социально-экономическими группами и группами, находящимися на разных этапах жизненного пути. Например, Хугербрюгге и Бургер обнаружили, что в Соединенном Королевстве студенты, переезжающие из сельской местности в города, получают удовлетворение от жизни, в то время как Окулич-Козарин и Валенте выяснили, что городское несчастье не распространяется на молодое поколение американских городов.

Моррисон утверждал, что, хотя городская агломерация (в европейских городах) увеличивает доход и благосостояние людей с высшим образованием, падение среднего уровня благосостояния в фазе B на Рисунке 4.1 в первую очередь является результатом более низкого уровня благосостояния. сталкиваются с большим количеством менее образованных людей с более низким доходом и более длительными поездками на работу, а также предоставляют вспомогательные услуги в большом городе. В частности, большой город обеспечивает необходимую инфраструктуру для получения отдачи от высшего образования в результате расширения как масштабов, так и масштабов экономической и культурной деятельности.Однако лица с высшим образованием, в свою очередь, привлекают большое количество менее образованных, которые работают в неторгуемом секторе, обеспечивая стрижки, массаж, садоводство, уборку, приготовление кофе и другие личные, а также связанные с фирмой услуги. Экономическая необходимость работать на месте за низкую заработную плату конкурирует с ростом цен на жилье рядом с местом работы, что приводит к тому, что им приходится добираться намного дольше на работу. Спрос на такие личные услуги очень эластичен по доходу, и, поскольку очень большие города платят гораздо более высокую заработную плату квалифицированным рабочим, соотношение услуг и образованного персонала выше, чем в других типах поселений.Возникающий разрыв в уровне благосостояния между людьми с высшим и невысшим образованием еще больше усиливается из-за совместного воздействия образования и дохода на уровень социального взаимодействия в большом городе, отчасти потому, что более длительные поездки на работу сокращают время, затрачиваемое на семью и досуг. Поскольку образованные получают более высокую заработную плату и могут иметь гораздо более широкий выбор места проживания, они могут не только жить ближе к работе, но и географически объединяться в кластеры, тем самым укрепляя социальные сети, тем самым повышая свое благосостояние.Короче говоря, конкуренция, порождаемая крупными городами, ведет к более высокому неравенству, что приводит к более широкому несоответствию в среднем уровне благосостояния.

В оставшейся части этой главы мы опираемся на результаты всемирного опроса Gallup, чтобы изучить доказательства в поддержку стилизованного аргумента, представленного на рис. 4.1. При этом мы эмпирически демонстрируем, каким образом комбинированные эффекты переселения и роста населения в городских и сельских поселениях связаны с изменением взглядов людей на свою жизнь.Мы начинаем с широких обобщений и постепенно вводим больше деталей, чтобы выявить сложность, которая подчеркивает общий аргумент. В частности, мы сосредотачиваемся на двух крайних случаях: счастье в городах в Африке к югу от Сахары и несчастье в городах в западном мире, и при этом исследуем, обусловлены ли различия между городом и деревней эффектами отбора и состава и / или различиями в качество городской и сельской среды. Африка к югу от Сахары — это не только одна из областей в мире с низкими показателями счастья, но и регион, в котором различия в уровне счастья между городом и деревней наиболее заметны в пользу городской жизни.Действительно ли города предлагают больше шансов или это просто надежда, которая движет счастьем в городах Африки, и есть ли все еще часть населения, живущая в сельской местности в более выгодном положении? Иными словами, загадка городского несчастья в западном мире интересна, потому что города рассматриваются как «место, где можно жить», поскольку они обладают привлекательным разнообразием потребительских удобств, включая бары, рестораны, музеи, театры, музыкальные и спортивные мероприятия. Однако преимущества счастья в городах могут быть компенсированы издержками счастья для значительной части населения, такими как высокая стоимость жизни, более длительные поездки на работу, большее неравенство, социальная изоляция, шум и загрязнение окружающей среды.В то же время доступность городских удобств и отсутствие проблем, связанных с городской жизнью, могут объяснить относительно высокий уровень счастья в сельской местности Запада. В обоих случаях (страны Африки к югу от Сахары и западный мир) мы также исследуем, какие люди лучше живут в городах или в сельской местности.

Изучение различий в уровне счастья между городом и деревней

Измерение разницы в уровне счастья между городом и деревней

В этой главе мы используем данные ежегодного перекрестного всемирного опроса Gallup (GWP) по 150 странам за период 2014-2018 гг. Городские и сельские различия в счастье.Мы используем три показателя благополучия, которые вместе охватывают когнитивные и эмоциональные аспекты счастья:

  1. Оценка жизни, измеряемая с помощью вопроса о лестнице Кэнтрила, в котором респондентам предлагается оценить качество своей жизни по 11-балльной лестничной шкале с нижняя ступенька лестницы (0) — наихудшая из возможных жизней, которую они могут себе представить, а высшая ступенька (10) — наилучшая возможная жизнь.
  2. Положительное влияние, измеряемое с помощью индекса из двух пунктов, в котором респондентов спрашивают, часто ли они испытывали (1) удовольствие и (2) смех за день до опроса.
  3. Отрицательный аффект, измеряемый с помощью индекса из трех пунктов, в котором респондентов спрашивают, часто ли они испытывали (1) беспокойство, (2) печаль и (3) гнев в день перед опросом.

Несмотря на положительную корреляцию, результаты могут различаться по этим параметрам, поэтому мы проводим отдельный анализ для каждого показателя благополучия. При изучении различий в уровне счастья между городом и деревней мы используем классификацию Гэллапа, основанную на типе поселения, о котором сообщил респондент: (1) в сельской местности или на ферме; (2) в маленьком городке или деревне; (3) в большом городе; (4) отказался; (5) не знаю; (6) в пригороде большого города.В нашем анализе «сельский» определяется как индивиды в категории (1), а «городской» определяется как индивиды в категориях (3) и (6). Следуя Истерлину, Анжелеску и Цвейгу, мы определяем категорию (2) как «пригородную», поскольку она обычно занимает промежуточное положение между городской и сельской местностью. В соответствии с глобальной урбанизацией, больше людей в нашей выборке указали, что живут в городской местности (41%), чем в пригородной (33%) или сельской местности (26%) (см. Онлайн-приложение A). Мы используем два типа весов: веса выборки используются для повышения национальной репрезентативности обследований, а веса населения используются в межнациональном анализе для учета населения каждой страны в возрасте 15 лет и старше.

На сегодняшний день в большинстве опубликованных оценок субъективного благополучия по типу поселения использовалась собственная оценка респондентом того типа места, в котором они живут. Недавно коалиция шести международных организаций (ЕС, ФАО, МОТ, ОЭСР, ООН- Habitat и Всемирный банк) разработали единообразное определение степени урбанизации, которое было применено к всемирному опросу Gallup путем наложения геотегов интервью на этот геопространственный слой. Обзор этого метода представлен в приложении к этому отчету Дейкстрой и Пападимитриу.Однако, поскольку эти данные доступны только за период 2016–2018 годов и по 115 странам, мы воздерживаемся от использования этого показателя в этой главе. Что наиболее важно, для значительного числа стран с высоким уровнем доходов с более отрицательными различиями между городскими и сельскими районами новый показатель урбанизации недоступен, что может объяснить некоторые различия между нашими результатами и результатами, представленными в этом приложении. Ниже в этой главе приводится сравнение между показателем степени урбанизации и воспринимаемой мерой урбанизации.

Различия в уровне счастья между городом и деревней

Три графика на Рисунке 4.2 показывают различия между городом и деревней в оценке жизни, положительном и отрицательном влиянии для различных регионов мира, а в таблице 4.1 представлен обзор количества стран со значительными различия между городскими и сельскими районами в оценке жизни, положительном и отрицательном влиянии по регионам мира. Страны с наиболее выраженными различиями перечислены в таблице 4.2; полный обзор различий между городом и деревней по странам можно найти в онлайн-приложении C.

График A на Рисунке 4.2 показывает различия в оценке жизни между городом и деревней. В то время как средняя оценка жизни городского населения во всем мире составляет 5,48, оценка жизни сельского населения во всем мире составляет 5,07; разница в 0,41 балла на 11-балльной лестнице Кантрила. Различия между городским и сельским населением самые большие в Восточной Азии (0,56) и Африке к югу от Сахары (0,56), за которыми следуют Южная Азия (0,47), Южная Европа (0,46) и Латинская Америка и Карибский бассейн (0.38). Только в Австралии и Новой Зеландии (-0,16), Северной и Западной Европе (-0,05) и Северной Америке (-0,01) средняя оценка жизни сельского населения выше, чем средняя оценка жизни городского населения. Эти результаты согласуются с результатами, представленными в главе 3, в которой среднее счастье жителей города чаще, чем не выше, чем среднее счастье в стране, особенно в менее счастливых и менее богатых странах.

Таблица 4.1 подтверждает эту глобальную картину. В целом, только в 13 из 150 опрошенных стран (9%) средняя оценка жизни сельского населения значительно выше, чем средняя оценка жизни городского населения. Наибольшие различия наблюдаются в Ливане (-0,41), Исландии (-0,38), Нидерландах (-0,35), Новой Зеландии (-0,34), Великобритании (-0,34) и Египте (-0,34) (см. Таблицу 4.2). Ни одну из стран с более высокими оценками оценки жизни в сельских районах нельзя найти в Содружестве Независимых Государств (СНГ), Восточной Европе, Восточной Азии, Латинской Америке и Карибском бассейне и Южной Азии.В то же время в 101 из 150 опрошенных стран (67%) средняя оценка жизни городского населения значительно выше, чем средняя оценка жизни сельского населения. Однако ни одну из стран этой категории нельзя найти в Океании и Северной Америке, а в большинстве стран Северной и Западной Европы нет статистически значимой разницы в том, насколько положительно городское и сельское население оценивает свою жизнь.

Находим ли мы аналогичные различия, когда смотрим на меры аффекта? Когда мы переходим к положительному влиянию (график B на рисунке 4.2) мы обнаружили, что во всем мире 76,3% городского населения указали, что за день до опроса испытали удовольствие или смех, по сравнению с 72,0% для сельского населения. Различия в пользу городского населения были самыми большими в Южной Азии (8,3%), Южной Европе (8,0%) и странах Африки к югу от Сахары (5,3%). Только в Северной и Западной Европе среднее положительное влияние сельского населения (80,0%) было выше, чем среднее положительное влияние городского населения (78,2%), в то время как в Австралии, Новой Зеландии и Северной Америке различия были незначительны. напомнил о счастье накануне, несмотря на то, что средняя оценка жизни в городах была выше.

Лишь в нескольких странах (17 из 150 стран; 11%) показатель положительного влияния сельского населения значительно выше, чем у городского населения (Таблица 4.1). Однако, в отличие от меры оценки жизни, нет статистически значимой разницы между городом и деревней в половине стран (75 из 150 стран), по которым имелась достаточная информация. Это говорит о том, что мировые различия между городом и деревней в положительном влиянии меньше, чем мировые различия между городом и деревней в оценках жизни.

Наконец, что касается негативного воздействия (График C на Рисунке 4.2), мы обнаруживаем, что городское население во всем мире испытывало меньше беспокойства, печали и гнева за день до исследования (24,8%) по сравнению с сельским населением (27,8%). Наибольшие различия между городом и деревней наблюдаются в Южной Азии (8,1%) и Южной Европе (4,7%). В целом, различия между городом и деревней в негативном аффекте обычно меньше, чем различия между городом и деревней в оценке жизни и различия между городом и деревней в позитивном аффекте. В 93 из 150 обследованных стран (62%) не было существенной разницы в негативном влиянии, в то время как в 37 странах (25%) у городского населения была значительно более низкая оценка негативного аффекта, чем у сельского населения.

Рисунок 4.2. Различия между городом и деревней в оценках жизни, положительном и отрицательном влиянии по регионам мира и отрицательное влияние по регионам мира

Примечания: N = 150 стран. Цифры представляют собой средневзвешенные значения с использованием весов выборки и совокупности. Контрольные переменные не используются. SSA = Африка к югу от Сахары, S-Азия = Южная Азия, MENA = Ближний Восток и Северная Африка; E-Asia = Восточная Азия; Юго-Восточная Азия = Юго-Восточная Азия; СНГ = Содружество Независимых Государств; LAC = Латинская Америка и Карибский бассейн; E-EU = Восточная Европа; S-EU = Южная Европа; СЗ-ЕС = Северная и Западная Европа; NA = Северная Америка; ANZ = Австралия-Новая Зеландия.Страны или территории с менее чем 50 наблюдениями в сельской или городской местности не включаются. См. Онлайн-приложение B с региональной классификацией стран.

Таблица 4.1: Количество стран со значительными различиями между городом и деревней в оценке жизни (LE), положительном влиянии (PA) и отрицательном влиянии (NA) по регионам мира

Таблица 4.2: Страны с наиболее выраженными различиями между городом и деревней в оценка жизни, положительное и отрицательное влияние

Рисунок 4.3 обеспечивает эмпирическую поддержку теоретических предположений на рис. 4.1, а именно, что преимущество города в плане счастья уменьшается и в конечном итоге превращается в невыгодное положение города с повышением уровня экономического развития (ВВП на душу населения). В целом, хотя люди в городах счастливее, чем в сельской местности, эта разница, как правило, не сохраняется для (высокоразвитых) стран.

Рисунок 4.3: Различия между городом и деревней в оценке жизни по странам ВВП на душу населения

Различия в уровне счастья между городом и пригородом и между городом и деревней

Помимо различий в уровне счастья между городом и деревней, мы также исследовали городской vs.различия в уровне благосостояния пригородов и сельских районов в сравнении с городскими. Результаты большинства этих обследований можно найти в онлайн-приложениях C, D и E. Оценка жизни (5,29), положительного аффекта (73,9%) и отрицательного аффекта (25,7%) пригородного населения попадает в категорию между оценками городского и сельского населения. Мы находим несколько стран, в которых пригородное население демонстрирует значительно более высокий уровень счастья, чем городское население. В то же время различия между городом и пригородом менее выражены.Мы не обнаружили существенных различий в 43% стран по метрике оценки жизни, 65% по метрике положительного аффекта и 63% по метрике отрицательного аффекта. Поэтому в оставшейся части этой главы мы в основном сосредоточимся на различиях между городом и деревней.

Альтернативное определение урбанизации

Сравнение наших результатов с альтернативным показателем урбанизации Дейкстры и Пападимитриу (см. Приложение к настоящему Отчету о мировом счастье) представлено на Рисунке 4.4 и в онлайн-приложении F.Обратите внимание, что альтернативная урбанизация доступна только для 115 стран на период 2016-2018 годов. В целом, мы обнаруживаем сильную корреляцию (0,75) между разницей в оценке городской и сельской жизни в стране, полученной с использованием показателя воспринимаемой урбанизации, и разрывом в оценке городской и сельской жизни в стране с использованием объективного показателя степени урбанизации. В то же время использование этого улучшенного показателя урбанизации несколько уменьшает разрыв между городскими и сельскими районами, а в некоторых странах разрыв между городскими и сельскими районами зависит от того, какой показатель используется.Например, для Кот-д’Ивуара разрыв в оценке городской и сельской жизни, полученный с использованием показателя воспринимаемой урбанизации, составляет 0,79, в то время как разрыв в оценке городской и сельской жизни с использованием показателя объективной степени урбанизации составляет всего 0,13. Как только степень урбанизации станет доступной для большего количества лет и стран, будущие исследования должны изучить основные причины этих различий.

Рисунок 4.4: Разрыв в оценках жизни между городской и сельской местностью с использованием степени урбанизации и воспринимаемой урбанизации 2016-2018 гг.

Различия в уровне счастья между городом и деревней во времени

Рисунок 4.1 подразумевает временную структуру относительного благополучия сельского и городского населения в той степени, в которой время коррелирует с экономическим ростом. Можем ли мы наблюдать временной тренд в разнице между счастьем между городом и деревней за короткий двенадцатилетний период, рассматриваемый здесь? Предыдущая литература была в основном сосредоточена на западном мире и показала, что различия в среднем уровне счастья людей, живущих в городе и сельской местности, были довольно стабильными с течением времени. Чтобы изучить события в других частях мира, мы использовали данные опроса Gallup World Poll за период 2006-2018 гг., Объединив данные за период 2006-2011 гг. В единое наблюдение (из-за более ограниченных стран, установленных до 2011 г. и для получения надежного базового уровня).Что касается тенденций различий между городом и деревней в оценках жизни, положительном и отрицательном влиянии (см. Онлайн-приложение G, рисунок G1), можно сделать следующие основные выводы:

  • Различия между городом и деревней в оценках жизни и положительных эмоциях. аффект оставался неизменным в последнее десятилетие по всему миру, но люди в городских районах стали реже сообщать о негативном влиянии.
  • Люди в городских районах стали относительно лучше по сравнению с жителями сельских районов в Северной и Западной Европе (с точки зрения оценки жизни и положительного влияния), Африки к югу от Сахары (оценка жизни и отрицательное влияние), Южной Азии и Среднего Восточная и Северная Африка (негативное влияние).
  • В то же время люди в сельской местности стали относительно лучше жить по сравнению с людьми в городских районах Восточной Европы с точки зрения положительного влияния.
  • Смешанные данные обнаружены в Восточной Азии, Австралии, Новой Зеландии и Северной Америке, где сельское население стало относительно лучше с точки зрения оценки жизни, в то время как городское население сообщило о меньшем негативном воздействии.
  • В глобальном масштабе наблюдалась общая стабильность в различиях между городом и пригородом и различиях в уровне счастья между городом и деревней, за исключением того, что люди в пригородных районах стали относительно лучше с точки зрения негативное влияние по сравнению с людьми в сельской местности.Эти результаты также представлены в онлайн-приложении G (рисунки G2 и G3).
  • Временные тенденции по странам представлены в онлайн-приложении H.

Головоломки о счастье между городом и деревней

Во втором разделе этой главы мы увидели, что существуют значительные различия в уровне счастья между городскими и сельскими районами стран и эти различия зависят от уровня развития страны. Однако выявить точные причины этих географических различий в уровне счастья внутри стран непросто.С одной стороны, географические различия могут быть объяснены различиями между городом и деревней в качестве среды обитания или дисбалансом между преимуществами счастья и недостатками жизни в определенных районах страны. С другой стороны, более низкий уровень счастья в определенных областях также можно объяснить эффектами отбора и состава, такими как тот факт, что городские и сельские районы привлекают и являются домом для разных типов людей. В этом отношении вполне может быть, что различия в уровне счастья между городом и деревней объясняются «человеческими» факторами.

Чтобы исследовать относительную важность более высокого уровня жизни в городах, мы используем разложение Блайндера-Оахаки (см. Онлайн-приложение I), которое основывается на нескольких факторах, чтобы объяснить разницу между оценками счастья в городах и сельской местности в странах Африки к югу от Сахары. . Используя опрос Gallup World Poll, мы принимаем во внимание следующие факторы «людей» и местные факторы «места» (точное определение переменных см. В онлайн-приложении I, таблицу I1):

Факторы, связанные с людьми:

  • Экономическая ситуация: годовое домохозяйство доход, достаточность доходов и статус занятости
  • Экономический оптимизм: оптимизм относительно собственного экономического положения
  • Образование: количество лет обучения
  • Здоровье: проблемы со здоровьем и страдания
  • Социальный капитал: социальная поддержка и гражданская активность
  • Безопасность : чувство безопасности и жертвы
  • Демографические данные: возраст, пол, наличие партнера и наличие детей
  • Мигрант: родился в стране или в другом месте
  • Восприятие условий в стране: качество институтов, коррупция и воспринимаемая свобода

Место Факторы:

  • Местные: Качество воды и воздуха: удовлетворенность качеством воды и воздуха в данной местности
  • Местный: Общественная инфраструктура: удовлетворенность инфраструктурой, общественным транспортом, доступностью качественного здравоохранения и системой образования на местном уровне
  • Местный: Доступность жилья: воспринимаемая доступность жилья в местном масштабе
  • Местное население: Рабочий климат: экономические условия и работа рыночные условия на местном уровне
  • Местный: Привязанность к сообществу: склонность оставаться на местном уровне и удовлетворение местным районом
  • Местный: Разнообразие: местный район является хорошим местом для проживания меньшинств.
  • Другое: мы учитываем фиксированные эффекты для страны и года, которые могут определять разницу в уровне счастья между городом и деревней.

Факторы, относящиеся к людям и местам, объединяют группы переменных, и поэтому мы сообщаем об их совместной статистической значимости. Хотя мы пытаемся различать эффекты, основанные на людях и местах, эти два явления не всегда можно разделить. Например, более высокий доход и более низкий уровень безработицы в городских районах могут быть результатом концентрации более квалифицированных и талантливых людей в городах (эффекты отбора и состава), а также лучших возможностей трудоустройства.Точно так же мы считаем, что социальный капитал и чувство безопасности основаны на людях, хотя можно утверждать, что по крайней мере часть факторов связана с местоположением.

Мы сосредотачиваемся на двух крайностях, присутствующих в наборе данных. Сначала мы рассмотрим городское счастье в Африке к югу от Сахары, а затем обратимся к западному миру (Западной Европе, Северной Америке, Австралии и Новой Зеландии). В заключение мы сделаем краткий обзор основных причин различий в уровне счастья между городом и деревней в других частях мира.

Городское счастье в Африке к югу от Сахары

С 63% от общей численности населения к югу от Сахары, составляющей 854 миллиона человек, проживает в сельских районах, Африка в настоящее время является наименее урбанизированным континентом и единственным оставшимся континентом, где численность сельского населения превышает численность городского.Это одна из причин, по которым темпы урбанизации в Африке, составляющие 3,5% в год, являются самыми высокими в мире: они выросли примерно с 27% в 1950 году до 40% в 2015 году и, по прогнозам, достигнут 60% к 2050 году. Сельскохозяйственный сектор остается доминирующим. средства к существованию для многих в Африке к югу от Сахары. Однако быстрый рост городского населения стимулирует экономические возможности и увеличивает доступ все большего числа людей к превосходной инфраструктуре и сопутствующим услугам.

Население африканских стран удвоится к 2050 году, и более 80% этого прироста придется на города.По прогнозам, крупнейший город Африки, Лагос, Нигерия, с настоящего момента и до 2030 года будет увеличиваться на 77 человек каждый час. К 2025 году в Африке будет 100 городов с населением более одного миллиона человек, что в два раза больше, чем в Латинской Америке. Уже 70% африканцев моложе 30 лет, что составляет около 20% населения, 40% рабочей силы и 60% безработных. Похоже, что страны Африки к югу от Сахары не готовы к расширению городов, и правительства многих африканских стран пытаются ограничить миграцию из сельских районов в города.

На внутреннюю миграцию приходится значительная часть урбанизации в Африке, при этом большая часть роста городов, по прогнозам, будет происходить в малых и средних городах, а не в мегаполисах. Однако, несмотря на местные исключения, миграция не является основным фактором роста городов в Африке к югу от Сахары. Напротив, при молодом населении и высоких коэффициентах рождаемости естественный прирост является основным драйвером. Кроме того, крупные города не несут ответственности за этот рост; скорее, урбанизация, наблюдаемая в Африке, связана с постепенным увеличением существующих небольших поселений и ростом городов среднего размера, а также с постоянным изменением карты городов.

Скорость урбанизации в Африке ставит ряд сложных вопросов, когда дело доходит до понимания географии счастья в странах Африки к югу от Сахары. Gallup World Poll опирается не на официальное изменение границ между городом и селом, а на самооценку респондентов того места, где они проживают: городское, пригородное или сельское. Основываясь на этих субъективных оценках, мы находим более высокую оценку жизни, возвращаемой теми, кто живет в районах, которые они классифицируют как городские и пригородные.

В африканской сельской местности существуют вполне реальные проблемы для развития (например, отсутствие основных потребностей, таких как еда, питьевая вода и медицинское обслуживание), а расширяющиеся города предоставляют экономические возможности для выхода из бедности. Города всегда рассматривались как место, куда можно пойти за работой, услугами, удобствами, социально-экономической мобильностью, свободой и счастьем, а города ассоциируются с ожиданиями, надеждами и «городскими обещаниями». В то же время миграция из сельских районов в города часто связана с ухудшением субъективного благополучия в результате эмоциональных издержек, связанных с отсутствием семьи, ложными ожиданиями и растущими чаяниями, как, например, документально подтверждено в случае Южной Африки.

Почему оценки жизни выше в городах Африки к югу от Сахары

Завышенные ожидания, которые многие африканцы возлагают на города, могут помочь объяснить как положительное влияние, так и заметно более высокие оценки жизни городских жителей в Африке. На рисунке 4.5 показано разложение Блиндера-Оахаки для Африки к югу от Сахары, основанное на наблюдениях за период 2014–2018 годов. Из разницы в 0,71 балла в разнице в оценке жизни между городской и сельской местностью более 0,50 балла (71%) можно статистически объяснить различиями в людях и характеристиках места.Доминирующим фактором, связанным с различием между городом и деревней, является лучшая экономическая ситуация в городах (0,15 балла), которая связана с их более высокообразованным населением (0,11 балла). Фактор «Другое» (0,15 балла) особенно отражает то, что более бедные африканские страны в среднем более сельские и менее счастливые. Другими факторами, благоприятствующими городу, являются более высокий уровень экономического оптимизма (0,04 балла), лучшая общественная инфраструктура (0,03 балла), более высокий уровень социального капитала (0.03 балла) и улучшение здоровья (0,01 балла). Различия между городскими и сельскими районами в отношении этих факторов показаны в Таблице 4.3. Все эти другие (группы) переменных статистически не значимы на уровне 5%.

Таблица 4.3: Сравнение жизни в городах и сельских районах Африки к югу от Сахары

Рисунок 4.5: Почему оценка жизни выше в городах Африки к югу от Сахары, чем в сельских районах Африки к югу от Сахары? Изучение факторов, связанных с людьми и местами, объясняющих разрыв между городом и деревней

При переоценке разложения Блайндера-Оахаки для положительных и отрицательных воздействий в странах Африки к югу от Сахары мы делаем более или менее аналогичные выводы в отношении здоровья и привязанность к сообществу играет более важную роль, а образование менее важную роль в объяснении различий между городом и деревней.Эти результаты можно найти в онлайн-приложении J.

Трудно установить, обусловлены ли различия счастья между городом и деревней в Африке к югу от Сахары людьми или местными эффектами, но когда мы переоценим разложение Блайндера-Оахаки и включим только местные факторы (качество воды и воздуха, общественная инфраструктура, доступность жилья, климат работы, разнообразие и привязанность к сообществу), мы обнаруживаем, что эти местные факторы составляют только 8% разницы в уровне счастья между городом и деревней.В то же время у нас нет объективных характеристик населенного пункта, в котором живут люди, а есть только субъективные представления о его реальных особенностях, которые частично зависят от характеристик людей.

Гетерогенная взаимосвязь между городской жизнью и оценкой жизни в странах Африки к югу от Сахары

Разные люди лучше всего подходят для разных видов жизненной среды, и поэтому люди не обязательно оценивают характеристики мест одинаково.Это усложняет понимание взаимосвязи между местом жительства и оценкой жизни. Что касается стран Африки к югу от Сахары, мы исследовали, живут ли некоторые группы общества лучше в сельской местности, чем в городе. Мы обнаружили, что уровни оценки жизни для всех основных социально-демографических групп были выше, когда они жили в городах, и что это особенно заметно для более образованных, как показывает анализ модерации на Рисунке 4.6. Хотя многие из малообразованных также испытывают трудности в городах Африки к югу от Сахары, относительно говоря, они все же лучше живут в городах.

Рисунок 4.6: Различия в уровне счастья между городскими и сельскими районами по подгруппам в странах Африки к югу от Сахары

Несчастье в городах в западном мире

Когда дело доходит до различий в уровне счастья в городской иерархии, отличительная черта стран Севера и Запада Европа, Северная Америка и Австралия-Новая Зеландия (NWAS) — это не только более высокий средний уровень счастья большинства жителей городов, но и столь же высокий, а иногда и более высокий уровень счастья тех, кто живет в сельской местности.Сопоставление этих двух результатов наряду с тем фактом, что большинство очень крупных мегаполисов продолжают привлекать людей и генерировать непропорционально большую долю богатства своей страны, является причиной ярлыка городского парадокса.

В отличие от большей части развивающегося мира, абсолютная и относительная численность сельского населения в развитых регионах намного ниже, и ожидается, что в период 2018-2050 гг. Она сократится еще на 35%. Мало того, что в сельских районах стран СЗБ проживает небольшая и все уменьшающаяся часть населения, но и те, кто живет в сельской местности, теперь выполняют совершенно другие виды работы по сравнению с теми, кто живет в развивающихся странах.Большая часть «сельской» работы не связана с сельским хозяйством и оплачивается на уровне, который часто бывает таким же высоким, как и в городах. Сельское население также тесно связано с городами сложной транспортной инфраструктурой, что означает, что они могут « заимствовать » положительные эффекты городов, а те, кто больше не имеет оплачиваемой работы в сельской местности, часто поддерживаются относительно щедрыми пенсионными доходами, безработицей. , или пособие по инвалидности.

Городской парадокс, описанный в фазе B рисунка 4.1 можно в значительной степени объяснить как неравенством, связанным с ростом крупных городов, фундаментально изменившейся структурой занятости, так и уровнем жизни в прилегающих сельских районах. Между тем, в крупных мегаполисах, с которыми их сравнивают, наблюдается высокий уровень неравенства, а это означает, что значительная часть их населения подвержена негативным внешним эффектам урбанизации. В то же время отрицательные внешние эффекты, связанные с ростом городов, могут быть ограниченными, поскольку в регионе СЗБ сравнительно мало мегаполисов по сравнению с развивающимся миром.Вместо этого городское население в странах с высоким уровнем доходов смещено в сторону классов среднего размера. В то время как в Европе две трети городского населения проживает в городах с населением менее 500 000 человек, в Австралии и Новой Зеландии большинство городского населения проживает в 6 городах среднего размера.

Почему люди во многих западных странах более счастливы, живя в сельской местности

На рисунке 4.7 показано разложение Блайндера-Оахаки для западного мира, основанное на 63 440 наблюдениях за период 2014–2018 годов.Он показывает вклад каждой группы переменных в объяснение разрыва в оценке жизни в -0,04 балла между городскими и сельскими районами Северной и Западной Европы, Северной Америки, Австралии и Новой Зеландии. Мы обнаружили, что более высокие показатели счастья в сельской местности объясняются, в частности, более высокой степенью привязанности к сообществу и доступностью жилья, а также более низким процентом одиноких домохозяйств.

Эти результаты согласуются с доказательствами, представленными в Hoogerbrugge and Burger для Соединенного Королевства (см. Онлайн-приложение K).В то время как жители городских районов более позитивно относятся к стране, более оптимистичны, здоровее и образованнее, чем жители сельских районов, преобладает более низкий уровень благосостояния большинства (см. Таблицу 4.4).

Таблица 4.4: Сравнение жизни в городской и сельской местности NWAS

Рисунок 4.7: Почему оценки жизни выше в сельской местности в западном мире? Изучение факторов, связанных с людьми и местами, объясняющих разрыв между городом и деревней

Переменные, которые мы использовали в разложении, не полностью объясняют разницу между городом и деревней в западном мире (см. Также онлайн-приложение L), и это Возможно, что более длительные поездки на работу, более высокое неравенство, заторы на дорогах и стресс, связанный с повседневной городской жизнью, снижают социальный капитал, с которым сталкиваются многие.Кроме того, проблемы безопасности могут способствовать снижению социального капитала жителей городов. В то же время некоторые из одних и тех же факторов, вероятно, будут по-разному оцениваться в городской и сельской местности. Например, социальный капитал и принадлежность к коренному населению (т. Е. Немигрант) имеют значительно более сильную положительную связь с оценкой жизни в сельской местности. Более подробное обсуждение выходит за рамки данной главы, но эти результаты показывают, что объяснение различий между городом и деревней в западном мире может включать другой набор факторов, чем это было очевидно в случае Африки.

Гетерогенная взаимосвязь между жизнью в городе и счастьем в западном мире

Мы также исследовали, какие группы общества лучше живут в сельской местности, чем в городе (см. Рис. 4.8). Хотя большинство подгрупп одинаково счастливы в городских и сельских районах, есть три заметных исключения. Первое исключение — люди в возрасте 15–29 лет в среднем значительно счастливее в сельской местности. Действительно, модерационный анализ показывает, что люди в возрасте 15–29 лет, как правило, чувствуют себя относительно счастливее в сельской местности по сравнению с людьми из группы 30–60 лет.Однако это преимущество счастья в сельской местности зависит от уровня образования; Люди со средним и низким уровнем образования в возрасте 15-29 лет более счастливы в сельской местности (M = 7,28 и M = 7,01), чем в городах (M = 6,86 и M = 6,57), в то время как высокообразованные в этой возрастной группе значительно счастливее в городах. области (M = 7,15), чем в сельской местности (M = 6,83). Эти результаты согласуются с выводами в литературе о том, что высокообразованные студенты в Соединенном Королевстве испытывают преимущества счастья от переезда в город, в то время как менее образованные студенты испытывают негативные последствия от переезда в город (см. Онлайн-приложение K).Второе и связанное с этим исключение состоит в том, что люди с низким и средним образованием обычно более счастливы в сельской местности, чем в городах. Анализ модерации показывает, что, соответственно, малообразованные люди относительно несчастливы в городских районах по сравнению со средними и высокообразованными людьми. В-третьих, мы обнаруживаем, что международные мигранты относительно счастливы в городских районах.

Таким образом, стремление к получению образования и его достижения являются основным стимулом для городской жизни как в развивающихся, так и в развитых странах.В частности, крупные города предоставляют необходимую инфраструктуру для получения отдачи от высшего образования в результате расширения как масштабов, так и масштабов экономической и культурной деятельности. В свою очередь, получившие высшее образование привлекают большое количество менее образованных, которые работают в неторгуемом секторе, где они потенциально более уязвимы для монопсонистической практики найма. Спрос на такие персональные услуги в значительной степени зависит от дохода, и, поскольку в очень крупных городах зарплата квалифицированным специалистам намного выше, соотношение обслуживаемого и образованного персонала выше, чем в небольших городских поселениях.Однако экономический императив работы на месте за низкую заработную плату конкурирует с ростом цен на жилье рядом с местом работы, в результате чего многим работникам сферы услуг приходится переносить длительные поездки на работу. Возникающий в результате разрыв в уровне счастья еще больше увеличивается из-за совместного воздействия образования и дохода на уровень социального взаимодействия в большом городе, отчасти потому, что более длительные поездки на работу сокращают время с семьей и досугом, а более низкие доходы ограничивают возможности для социального взаимодействия в городе. все более коммерциализированная среда.Поскольку образованные получают более высокую зарплату и могут иметь гораздо более широкий выбор места проживания, они могут не только жить ближе к работе, но и географически объединяться в кластеры, тем самым укрепляя социальные сети, которые повышают их субъективное благополучие.

Рисунок 4.8: Различия в уровне счастья между городскими и сельскими районами по подгруппам в NWAs

Изучение разницы в уровне счастья в городах в других частях мира

В нашем анализе разницы в уровне счастья между городом и деревней мы сосредоточили внимание на странах Африки к югу от Сахары и западный мир как две крайности.Однако как эти два региона мира сравниваются с другими частями мира? Чтобы получить общее представление об уникальности двух рассмотренных случаев, мы выполнили разложение Блайндера-Оахаки для других частей мира, от Восточной Европы (онлайн-приложение L1) до Ближнего Востока и Северной Африки. (Онлайн-приложение, рис. L8). Несмотря на то, что каждый регион имеет свои особенности (которые требуют дальнейшего исследования), можно сделать ряд общих выводов:

  • В целом, человеческие факторы более четко объясняют различия между городом и деревней, чем факторы места, если судить по качеству места на опыте. .Факторы места имеют значение только в ограниченной степени, объясняя не более одной трети различий (онлайн-приложение, таблица L1).
  • Экономическая ситуация и образование являются важными факторами, объясняющими различия между городскими и сельскими районами в большинстве регионов мира.
  • Западный мир — это аномалия, когда дело касается природы и причин различий между городом и деревней. Эти различия не только намного меньше в регионе NWAS, но и факторы, объясняющие различия между городскими и сельскими районами, также различаются, так как они обусловлены релятивностью, которая в значительной степени отдает предпочтение лицам с высшим образованием, которые переезжают в города, но оказывают меньшее влияние на большинство, которые их обслуживают.Для сравнения, демографические данные и привязанность к сообществу являются менее важными факторами, объясняющими разницу между городом и деревней в странах, не входящих в СССБ.

Заключительные замечания и программа исследования

В этой главе мы рассмотрели различия в уровне счастья между городом и деревней по всему миру. В соответствии с более ранними исследованиями мы обнаружили, что городское население в среднем счастливее, чем сельское население, поскольку они возвращают более высокий уровень счастья. Наши результаты устойчивы к различным показателям благополучия: оценке жизни, положительному и отрицательному аффектам, хотя различия наиболее выражены для показателя оценки жизни.

Обнаруженные нами различия в первую очередь можно объяснить более высоким уровнем жизни и лучшими экономическими перспективами в городах, особенно для тех, кто имеет образование. В то же время относительная важность этих мест и воздействия на людей может варьироваться от страны к стране и, следовательно, требует использования тематического исследования. В этой главе было показано, что различия в благосостоянии между городом и деревней сильно зависят от уровня развития, и, как показано на Рисунке 4.1, опыт урбанизации в более развитом западном мире может привести к более низкому, а не более высокому среднему уровню благосостояния населения. города.В отличие от других частей мира, во многих странах Северной и Западной Европы, Северной Америки и Австралии и Новой Зеландии относительно гораздо меньшее сельское население имеет более высокий средний уровень благосостояния, чем городское население. Частично это можно объяснить тем фактом, что, несмотря на то, что в более крупных городах доля жителей с высшим образованием выше, люди с высшим образованием по-прежнему составляют меньшинство. Для сравнения: гораздо более многочисленное менее образованное большинство сталкивается с более высокой стоимостью жизни в городах по сравнению с доходом, включает большую долю одиноких людей с низким доходом (многие из которых являются студентами) и по ряду причин, включая ограниченный доступ к жилым помещениям, занимаемым владельцем. жилье и более длительные средние поездки на работу возвращают более низкий уровень благосостояния.Результаты согласуются с тем, что мы уже знаем о городском парадоксе, но местные вариации таких закономерностей требуют дальнейших исследований.

В этом отношении наше исследование также показало, что некоторые группы лучше могут пользоваться преимуществами городов и меньше подвержены негативному влиянию городов, чем другие. У людей с более низким уровнем образования и / или низким доходом меньше возможностей купить себе выход из бедной городской среды. В этом исследовании мы обнаружили, что преимущество городского счастья значительно выше для людей с более высоким образованием, чем для людей с низким уровнем образования, как в странах Африки к югу от Сахары, так и в Северной и Западной Европе, Северной Америке и Австралии и Новой Зеландии.В будущих исследованиях в этой связи следует более конкретно изучить, какая среда обитания лучше всего подходит для какого типа людей, уделяя особое внимание образу жизни. Особое значение в западном мире имеет более высокая реальная стоимость жилья для лиц с низким уровнем образования в городах, что приводит к увеличению продолжительности поездок на работу, что сокращает время для отдыха и времяпрепровождения с семьей, в сочетании с усугубляющим эффектом относительного дохода в очень близких условиях. Это недостатки, возникшие из-за в пределах , крупного агломерации, а не в результате выборочной миграции из относительно небольшой базы сельского населения.

Хотя данные Всемирного опроса Гэллапа позволили значительно продвинуться в понимании географии различий между городом и деревней в субъективном благополучии, остается несколько открытых вопросов. Первый из них касается чувствительности различий между городом и деревней к тому, как мы измеряем субъективное благополучие. Три показателя, которые мы здесь исследовали, — оценка жизни, а также положительный и отрицательный опыт, вспоминаемый накануне, — различаются не только в среднем по странам, но и от страны к стране, как это наблюдалось ранее почти десять лет назад.Другими словами, существуют различия в поведении различных аспектов благополучия как в зависимости от места, так и на уровне развития, которые заслуживают дальнейшего анализа.

Во-вторых, когда дело доходит до счастья, эффект места зависит от людей, которые там живут, и наоборот. Любое выражение счастья из выборки для конкретного места будет отражать совокупный эффект фактических характеристик места, субъективного восприятия его особенностей и того, как разница между ними зависит как от характеристик мест, так и от самих людей.Наша оценка этих взаимодействий и того, как они меняются в зависимости от показателя субъективного благополучия, требует более тщательного анализа, начиная с подхода, основанного на тематическом исследовании. В связи с этим и как упоминалось ранее в этой главе, в будущих исследованиях можно также использовать более объективные показатели урбанизации, представленные в Приложении к настоящему Отчету о мировом счастье. Использование такой объективной меры представляется особенно уместным для понимания «урбанизации» в Африке и Китае, где существует важное различие между «урбанизацией мест» (города срастаются с сельскими деревнями) и «урбанизацией людей» ( люди переезжают в города).В обеих этих частях мира именно реклассификация формально сельских районов в городские во многом объясняет рост урбанизации. Другими словами, огромное количество людей в этих странах становятся урбанизированными, не двигаясь.

Третий вопрос, связанный с этим, напрашивается на значение самого места. То, как мы связываем места — например, городские и сельские — часто бывает довольно произвольным. Более того, места не существуют изолированно и встроены друг в друга (города и поселки внутри регионов внутри стран), и понимание роли места в контексте такой иерархической кластеризации выиграет от более регулярных приложений многоуровневой модели. .Основываясь на нескольких новаторских приложениях, использующих другие глобальные опросы, возможности для многоуровневого моделирования современных выборок Gallup World Poll остаются значительными.

Четвертая особенность, которую нам не удалось исследовать в этой главе, — это связь между средним уровнем счастья и его вариацией. Существует значительный простор для распространения на другие страны проверки тезиса о том, что экономический рост обратно пропорционален субъективному неравенству благополучия, даже если он не увеличивает среднее субъективное благополучие.Хотя существует общепринятая отрицательная связь между неравенством благосостояния внутри страны и уровнем развития страны, есть возможности для расширения существующей работы по данным Всемирного опроса Гэллапа.

Наше обсуждение городского парадокса также выдвигает на первый план пятую проблему, а именно последствия социально-экономического неравенства для пространственного благополучия. Благополучие предполагает географию в результате двух процессов: пространственной сортировки и адаптации на месте. И то, и другое в первую очередь зависит от ресурсов, доступных домохозяйствам, и, хотя рынок в значительной степени определяет, кто, где и в каких условиях живет, внутренняя география благосостояния в значительной степени зависит от характеристик самой страны и уровня ее развития.И эти процессы сортировки и адаптации требуют дальнейшего внимания.

В качестве шестого пункта, когда дело доходит до понимания географии счастья в городских районах, конкуренция за место жительства рядом с местами в центре города приводит к отрицательной взаимосвязи между доходом и расстоянием до дома. В результате конкуренция за доступность имеет ряд неизученных последствий для пространственного распределения благосостояния. По этой причине мы бы порекомендовали добавить вопрос о продолжительности поездки к вопросам в опросе World Gallup Poll, поскольку это в некоторой степени повлияет на наше понимание нелинейных последствий размера города для благополучия.

Последний вывод, который мы должны сделать из нашей работы, — это роль личности и генетических предрасположенностей и их влияние на благополучие. Всемирный опрос Гэллапа не собирает данные о типах личности, и поэтому эти атрибуты людей нельзя контролировать при понимании взаимосвязи между счастьем людей и местом их проживания. Например, преуспевают ли экстраверты в среде, отличной от окружающей среды интровертов, и подходят ли города для жизни невротикам? Было бы полезно задать эти и связанные с ними вопросы в будущих исследованиях.

Библиография

Албуи, Д. (2008). Неужели большие города — действительно плохое место для жизни? Повышение качества жизни в городах. Рабочий документ Национального бюро экономических исследований.

Алирол Э., Гетаз, Л., Столл, Б., Чаппуи, Ф. и Лутан, Л. (2011). Урбанизация и инфекционные болезни в глобализированном мире. The Lancet Infectious Diseases , 11 (2): 131-141.

Алонсо, В. (1973). Городской нулевой рост населения. Дедал , 102 (4), 191-206.

Арампаци, Э., Бургер, М., Янчовичина, Э., Рёрихт, Т., и Винховен, Р. (2018). Несчастливое развитие: неудовлетворенность жизнью накануне арабской весны. Обзор доходов и богатства , 64, S80-S113.

Аслам А. и Коррадо Л. (2012). География благополучия. Журнал экономической географии , 12 (3), 627-649.

Баллас, Д. (2008). Географическое моделирование счастья и благополучия. Доклад представлен на BURISA 177.

Ballas, D., & Транмер, М. (2012). Счастливые люди или счастливые места? Многоуровневый модельный подход к анализу счастья и благополучия. Международный региональный обзор науки , 35, 70-102.

Беккетти, Л., Массари, Р., & Натичкиони, П. (2013). Движущие силы неравенства счастья: предложения по содействию социальной сплоченности. Oxford Economic Papers , 66 (2), 419-442.

Беренс, К. и Роберт-Никуд, Ф. 2014. Выживание наиболее приспособленных в городах: урбанизация и неравенство. Экономический журнал , 124, 1371-1400.

Берри, Б. Дж. Л., & Окулич-Козарин, А. (2009). Неудовлетворенность городской жизнью: новый взгляд на старые вопросы. Города , 26, 117-124.

Берри, Б. Дж. Л., и Окулич-Козарин, А. (2011). Градиент счастья между городом и деревней. Городская география , 32 (6), 871-883.

Берри С. и Вальдфогель Дж. (2010). Качество продукции и размер рынка. Журнал экономики промышленности , 58 (1), 1-31.

Блиндер А. С. (1973). Дискриминация в оплате труда: сокращенная форма и структурные оценки. Журнал людских ресурсов , 8 (4), 436-455.

Бонини, А. (2008). Межнациональные различия в индивидуальной удовлетворенности жизнью: влияние национального богатства, человеческого развития и условий окружающей среды. Исследование социальных показателей , 87, 223-236.

Ботцен, К. (2016). Социальный капитал и экономическое благополучие в регионах Германии: исследовательский пространственный анализ данных. Регион , 3 (1), 1-24.

Бреретон, Ф., Клинч, П., и Феррейра, С. (2008). Счастье, география и окружающая среда. Экологическая экономика , 65, 386-396.

Броерсма, Л. и Ван Дейк, Дж. (2008). Влияние скопления и агломерации на многофакторный рост производительности в голландских регионах. Журнал экономической географии , 8 (2), 181-209.

Бургер, М. Дж., Мейерс, Э. Дж., И Ван Оорт, Ф. Г. (2014). Региональная пространственная структура и торговые объекты в Нидерландах. Регионоведение , 48 (12), 1972–1992.

Burger, M., Hendriks, M., Marlet, G., Van Oort, F., Ponds, R., & Van Woerkens, C. (2017), De geluksatlas [Атлас счастья], Atlas voor Gemeenten 2017 , Глава 1. Неймеген: VOC Uitgevers

Cantril, H. (1965). Образец человеческих забот . Нью-Брансуик, Нью-Джерси: Издательство Университета Рутгерса.

Кардосо, Р., Мейерс, Э., Ван Хэм, М., Бургер, М., и Де Вос, Д. (2019). Почему яркие городские огни ослепляют и освещают: подход когнитивной науки к городским обещаниям. Городские исследования , 56 (2), 452-470.

Чен Дж., Дэвис Д. С., Ву К. и Дай Х. (2015). Удовлетворенность жизнью в урбанизации Китая: влияние размера города и путей к городскому проживанию. Города , 49, 88-97.

Кристиан, Т.Дж. (2012). Продолжительность поездки на автомобиле и количество времени, проведенного с супругом, детьми и друзьями. Профилактическая медицина , 55, 215-218.

Кларк, В.А.В., Йи, Д., и Хуанг, Ю. (2019). Субъективное благополучие в меняющемся обществе Китая .PNAS.

Камминс, Р. А., Дэверн, М., Окерстром, Э., Ло, С. К., и Экерсли, Р. (2005). Отчет 12.1. Индекс благосостояния Австралийского единства. Спецрепортаж о городской и загородной жизни . Мельбурн: Школа психологии и Австралийский центр качества жизни, Университет Дикина.

Данг, Ю., Чен, Л., Чжан, В., Чжэн, Д., и Чжан, Д. (2020). Как растущий размер города влияет на счастье жителей городских районов Китая? Пример региона Бохайского края. Habitat International , 102120.

Дитон А. (2015). Великий побег: здоровье, богатство и истоки неравенства . Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.

Диминг, К. и Хейс, Д. (2012). Миры благосостояния капитализма и благополучия: многоуровневый анализ. Журнал социальной политики , 41, 811-829.

Данлоп. С., Дэвис С. и Свалс К. (2016). Столичные невзгоды: почему шотландцы живут в «плохих для жизни местах?». Регионоведение, краеведение , 3 (1), 717-736.

Европейская комиссия. (2013). Качество жизни в городах Flash Eurobarmeter 366 . Люксембург: Бельгия: Европейский Союз.

Истерлин Р. А., Анхелеску Л. и Цвейг Дж. С. (2011). Влияние современного экономического роста на различия в субъективном благополучии между городом и деревней. Мировое развитие , 39 (12), 2187-2198.

Фэджиан, А., Олферт, М. Р., и Партридж, М. Д. (2011). Вывод о региональном благополучии на основе выявленных индивидуальных предпочтений: подход «голосование ногами».Кембриджский журнал регионов, Экономика и общество , 5 (1), 163-180.

Глезер, Э. (2011). Торжество города . Бейзингсток и Оксфорд: Пэлгрейв Макмиллан.

Glaeser, E., Gottlie, JD. и Зив, О. (2016). Несчастные города. Журнал экономики труда , 34 (2), S129-S182.

Glaeser E. & Sacerdote, B. (1999) Почему в городах больше преступности? Журнал политической экономии , 107 (6), S225-S258.

Гунеральп, Б., Лваса, С., Масундире, Х., Парнелл, С., и Сето, К. С. (2018). Урбанизация в Африке: проблемы и возможности сохранения. Письма об экологических исследованиях , 13, 1-8.

Галлер М. и Хадлер М. (2006). Как социальные отношения и структуры могут производить счастье и несчастье: международный сравнительный анализ. Исследование социальных показателей, 75, 169-216.

Харрис, Дж. Р. и Тодаро, М. Д. (1970) Миграция, безработица и развитие: двухсекторный анализ. Американский экономический обзор , 60, 126-142

Хеллиуэлл, Дж. Ф., и Баррингтон-Ли, К. П. (2010). Измерение и понимание субъективного благополучия. Канадский журнал экономики , 43 (3), 729-753.

Хелливелл, Дж. Ф., Хуанг, Х. и Ван, С. (2017). Социальные основы мирового счастья. В: Helliwell, J., Layard, R. & Sachs, J. (eds.) World Happiness Report 2017 . Нью-Йорк: Сеть решений для устойчивого развития.

Хелливелл, Дж., Layard, R., & Sachs, J. (Eds.). (2012). Отчет о мировом счастье . Нью-Йорк: Институт Земли, Колумбийский университет.

Helliwell, J., Layard, R., & Sachs, J. (Eds.). (2013). Отчет о мировом счастье 2013 г. . Нью-Йорк: Сеть решений ООН в области устойчивого развития.

Хелливелл, Дж., Лейард, Р., & Сакс, Дж. (2015). Отчет о мировом счастье, 2015 г. . Сеть решений для устойчивого развития Нью-Йорка.

Hoogerbrugge, M.M., & Burger, M.J. (2018). Социальный капитал на основе соседства и удовлетворенность жизнью: пример Роттердама, Нидерланды. Городская география , 39 (10), 1484-1509.

Hoogerbrugge, M.M. И Бургер, М.Дж. (2019). Парадокс городского счастья. Свидетельства из Соединенного Королевства. Рабочий документ, Университет Эразма в Роттердаме.

Ифчер, Дж. И Заргхами, Х. (2016). Неравенство счастья: свидетельство сжатия субъективного распределения с экономическим ростом. В: Basu, K. & Stiglitz, J.E. (ред.) Неравенство и рост: модели и политика. Том 1. Концепции и анализ . Нью-Йорк: Пэлгрейв Макмиллан.

Джорда, В. и Сарабия, Дж. М. (2015). Распределение благополучия в эпоху глобализации: 30 лет конвергенции. Прикладные исследования качества жизни , 10, 123-140.

Канеман Д. (2011). Мыслить быстро и медленно . Макмиллан.

Канеман Д. и Дитон А. (2010). Высокий доход улучшает оценку жизни, но не улучшает эмоциональное состояние. Известия национальной академии наук , 107 (38), 16489-16493.

Лагас, П., ван Донген, Ф., ван Рин, Ф., и Виссер, Х. (2015). Региональное качество жизни в Европе. Регион , 2 (2), 1-26.

Lenzi, C., & Perucca, G. (2016a). Являются ли урбанизированные районы источником удовлетворенности жизнью? Данные из регионов ЕС. Статьи по региональной науке , 97 (S1), S105-S122.

Lenzi, C., & Perucca, G. (2016b). Удовлетворенность жизнью в румынских городах на пути от посткоммунистического перехода к вступлению в ЕС. Регион , 3 (2), 1-22.

Лензи, К., и Перукка, Г. (2019). Субъективное благополучие во времени и в пространстве. Scienze Regionali , 18 (специальный выпуск), 611-632.

Лоскьяво, Д. (2019). (Не) удовлетворение жизнью в большом городе? Влияние жизни в городах на субъективное благополучие (№ 1221). Банк Италии, Отдел экономических исследований и международных отношений.

Лу К., Шелленберг Г., Хоу Ф. и Хелливелл Дж. Ф. (2015). Как жизнь в городе? Удовлетворенность жизнью в мегаполисах и экономических регионах, где проводилась перепись.В: Canada Economic Insights (стр. 11). Оттава: Статистическое управление Канады.

Линн, М. и Стил, П. (2006). Национальные различия в субъективном благополучии: интерактивные эффекты экстраверсии и невротизма. Журнал исследований счастья , 7, 155-165.

MacKerron, G. & Mourato, S. (2009). Удовлетворенность жизнью и качество воздуха в Лондоне. Экологическая экономика , 68 (5): 1441-1453.

Мейерс, Э. Дж., И Бургер, М. Дж. (2017). Расширение концепции «заимствованного размера». Городские исследования , 54 (1), 269-291.

Моррисон, П.С. (2007). Субъективное благополучие и город. Журнал социальной политики Новой Зеландии , 31 (июль), 74-103.

Моррисон, П.С. (2020). Благополучие и регион. Справочник по региональной науке (готовится к печати). Берлин: Springer.

Моррисон, П.С. (2011) Местные выражения субъективного благополучия: опыт Новой Зеландии. Региональные исследования 45 (8): 1039-1058.

Моррисон, П.С. (2018). Разрешение городского парадокса: субъективное благополучие, образование и большой город. Повышение качества жизни в меняющемся мире . 16-е ежегодное собрание Международного общества исследований качества жизни. Гонконгский политехнический университет, Коулун, Гонконг.

Моррисон, П.С., Паппс, К. и Пут, Дж. (2006). Заработная плата, занятость, текучесть кадров и доступность местных рынков труда. Экономика труда , 13, 639-663.

Моррисон, П.С. и Векрот, М. (2017). Человеческие ценности, субъективное благополучие и столичный регион. Региональные исследования , 52, 325-337.

Малкахи, К., и Коллампарамбил, У. (2016). Влияние миграции из сельской местности в города на SWB в Южной Африке. Журнал исследований развития , 52 (9), 1357-1371.

Новак М. и Пахор М. (2017). Использование многоуровневого моделирования для объяснения влияния экономического развития на субъективное благополучие людей. Экономическое исследование — Ekonomska Istraživanja , 30, 705-720.

Оахака, Р. (1973). Разница в заработной плате мужчин и женщин на городских рынках труда. Международный экономический обзор , 693-709.

Окулич-Козарин А. (2015). Счастье и место: почему жизнь лучше за городом . Нью-Йорк: Пэлгрейв Макмиллан.

Окулич-Козарин, А., и Валенте, Р. Р. (2019). Никаких городских недугов для миллениалов. Региональные исследования , 53 (2), 195-205.

OECD (2010). Тенденции урбанизации и городской политики в странах ОЭСР: какие уроки для Китая? Париж: Издательство ОЭСР.

OECD (2014). Как жизнь в вашем регионе? Измерение регионального и местного благосостояния для разработки политики . Париж: Издательство ОЭСР.

OECD 2018. Разделенные города: понимание внутригородского неравенства . Париж: Издательство ОЭСР.

Пайпер А. Т. (2014). Столицы Европы и наказание за счастье: расследование с использованием Европейского социального исследования. Исследование социальных показателей , 123 (1), 103-126.

Питтау М.Г., Зелли Р. и Гельман А. (2010). Экономическое неравенство и удовлетворенность жизнью в европейских регионах. Исследование социальных показателей , 96, 339-361.

Плаут В. К., Маркус Х. Р. и Лахман М. Э. (2002). Место имеет значение: особенности согласия и региональные различия в самочувствии и благополучии американцев. Журнал личности и социальной психологии , 83 (1), 160.

Рентфроу, П.Дж. (2010). Различия личности в масштабах штата: к психологической географии Соединенных Штатов. Американский психолог , 65, 548-558.

Рентфроу, П.Дж., Гослинг, С.Д. И Поттер Дж. (2008). Теория возникновения, сохранения и выражения географических вариаций психологических характеристик. Перспективы психологической науки , 3, 339-369.

Сагир Дж. И Санторо Дж. (2018). Урбанизация в Африке к югу от Сахары . Центр стратегических и международных исследований (CSIS), 1-7 апреля.

Шарф Т. и Де Йонг Гирвельд Дж. (2008) Одиночество в городских кварталах: англо-голландское сравнение. Европейский журнал старения , 5 (2): 103-115.

Шванен, Т., и Ван, Д. (2014). Благополучие, контекст и повседневная деятельность в пространстве и времени. Анналы Ассоциации американских географов , 104 (4), 833-851.

Шинс П. (2002). Богатство наций, индивидуальный доход и удовлетворенность жизнью в 42 странах: многоуровневый подход. Исследование социальных показателей , 60, 5-40.

Шеппард, Э. и Макмастерс, Р. Б. (2004). Масштаб и географическое исследование: природа, общество и метод . Корнуолл. Издательство Blackwell.

Шилдс, М., и Вуден, М. (2003). Изучение роли характеристик района в определении удовлетворенности жизнью. Рабочий документ Мельбурнского института, № 24/03. Мельбурн: Мельбурнский институт прикладных экономических и социальных исследований.

Смартс, Э. (2012). Благополучие в Лондоне: измерение и использование . Текущие выпуски GLA Economics Примечание 35. Лондон: мэр Лондона.

Соренсен, Дж. Ф. (2014). Различия между городом и деревней в удовлетворенности жизнью: данные Европейского союза. Региональные исследования , 48 (9), 1451-1466.

Тей, Дж. (2018). Урбанизация и миграция в Африке . Документ представлен на заседании Группы экспертов в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций.

ДЭСВ ООН (2014). Перспективы мировой урбанизации, редакция 2011 г. .Отдел народонаселения Департамента по экономическим и социальным вопросам Секретариата Организации Объединенных Наций.

Организация Объединенных Наций (2019 г.). Обзор мировых перспектив урбанизации 2018 . Нью-Йорк: ООН

Валдманис В.Г. (2015). Факторы, влияющие на благополучие на уровне штата в США. Журнал исследований счастья , 16, 985-997.

Винховен Р. (2000). Четыре качества жизни. Журнал исследований счастья , 1 (1), 1-39.

Винховен, Р.(1994). Насколько удовлетворительна сельская жизнь ?, В J. Cecora (ред.), Изменение ценностей и отношений в семейных домохозяйствах, с сельскими группами сверстников, социальными сетями и пространствами действий , Бонн, Германия: Общество сельскохозяйственной политики и сельской социологии, стр. 4–52.

Винховен, Р., и Берг, М. (2013). Модернизация зашла слишком далеко? Счастье и современность в 141 современном народе. Международный журнал счастья и развития , 1 (2), 172-19.

Völker, Beate, & Flap, Henk.(2007). Шестнадцать миллионов соседей. Многоуровневое исследование роли соседей в личных сетях голландцев. Обзор городских дел , 43 (2), 256–284.

Винтерс, Дж. В., и Ли, Ю. (2017). Урбанизация, природные удобства и субъективное благополучие: данные по округам США. Городские исследования , 54 (8), 1956–1973.

Всемирный банк (2009 г.). Доклад о мировом развитии 2009. Изменение экономической географии . Вашингтон, округ Колумбия: Международный банк реконструкции и развития / Всемирный банк.

Сноски

Вернуться к отчету за 2020 год

Здоровье в сельских и городских районах | Институт политики здравоохранения

На главную & rtrif; Сельское и городское здравоохранение

Профили посещений для просмотра профилей данных о хронических состояниях и инвалидности, а также о молодых пенсионерах и пожилых работниках.


Различия в обращении за услугами здравоохранения

В отношении здоровья сельское население неизменно менее обеспечено, чем городское.Однако различия между двумя популяциями не всегда существенны. Сельское население с большей вероятностью будет вести себя рискованно, связанное со здоровьем, и будет чаще сталкиваться с хроническими состояниями и ограничениями активности. Сельские жители также с большей вероятностью будут незастрахованы в течение более длительных периодов времени и с меньшей вероятностью, чем городские жители, получат некоторые виды медицинской помощи, включая тесты на различные хронические состояния. Ограниченный доступ к медицинскому обслуживанию в сельской местности обычно связан с меньшим количеством поставщиков.В этом профиле сравниваются люди, которые живут в статистической зоне мегаполиса (MSA), с теми, кто не проживает (не-MSA). Люди, проживающие в MSA, называются городскими жителями, а те, кто живет в MSA, называются сельскими жителями. Около одной пятой населения США проживает в сельской местности. Большие различия между сельским и городским населением могут быть замаскированы в результате способа представления данных. Использование широких категорий «городское» и «сельское» может скрывать некоторые различия из-за существенных различий в размере и плотности населения.Например, сельская местность может относиться к округу с населением в 10 000 или более человек или к приграничной зоне с чрезвычайно низкой плотностью населения, обычно менее 6 человек на квадратную милю.

Сельское население несколько менее здоровое, чем городское

Большая часть сельского населения, чем городского, имеет плохое физическое и психическое здоровье. Например, доля сельских жителей, сообщающих о слабом физическом здоровье, почти в полтора раза превышает долю городских жителей.

Хронические состояния несколько чаще встречаются среди взрослых в сельской местности

Различия в доле взрослого населения сельских и городских районов с конкретными хроническими заболеваниями невелики, но закономерность остается неизменной. Доля взрослых в сельских районах с хроническими заболеваниями немного больше, чем их городских сверстников. Например, несколько большая доля сельских мужчин и женщин, сообщающих о проблемах с сердцем, по сравнению с их горожанами (см. Диаграмму 1).

Взрослые в сельской местности сталкиваются с более высокими показателями ограничений

Одна треть взрослого населения в сельской местности по сравнению с менее чем четвертью взрослого населения в городах сообщают, что они ограничены в выполнении основной деятельности, такой как оплачиваемая работа, работа по дому или учеба. Среди лиц в возрасте 18 лет и старше большая часть сельских жителей, чем городских жителей, также сообщают об ограничениях, связанных с социальной, развлекательной или семейной деятельностью.

Взрослые в сельской местности также чаще сообщают о физических ограничениях.Около 14 процентов по сравнению с 9 процентами в городских районах говорят, что у них есть физические ограничения, включая трудности при ходьбе 10 шагов, 3 блока или 1 мили, подъеме 10 фунтов, стоянии в течение 20 минут, сгибании или наклоне, потягивании через голову или использовании их пальцы, чтобы схватить (см. рисунок 2).

Опасное для здоровья поведение несколько чаще встречается среди взрослых в сельской местности

В целом, немного большая доля взрослого населения в сельской местности, чем в городах, придерживается рискованного поведения, связанного со здоровьем.Например, 26 процентов жителей сельской местности по сравнению с 23 процентами тех, кто проживает в городах, в настоящее время курят. А среди взрослых, употреблявших алкоголь в прошлом году, большая часть сельских жителей потребляет в среднем 5 и более напитков в день. Сельские жители также чаще страдают избыточным весом или ожирением и воздерживаются от регулярных физических упражнений (см. Диаграмму 3).

У взрослых в сельской местности меньше шансов пройти тестирование на хронические заболевания

В целом, меньшее количество взрослых, проживающих в сельской местности, чем тех, кто проживает в городских районах, проходят скрининг на различные типы рака, включая рак простаты, груди, толстой кишки и кожи.Например, среди мужчин в возрасте 50 лет и старше около 82 процентов сельских жителей и 87 процентов городских жителей прошли обследование простаты. Кроме того, половина городских жителей в возрасте 50 лет и старше сдали анализ кала в крови на колоректальный рак, по сравнению с 42 процентами сельских жителей в возрасте 50 лет и старше.

Хотя число случаев СПИДа в сельской местности быстро растет, сельские жители в возрасте 18 лет и старше с меньшей вероятностью пройдут тестирование на СПИД по сравнению с городскими жителями (см. Рисунок 4). (1) Среди взрослых с ВИЧ / СПИДом, проживающих в В сельской местности почти три четверти едут в город, чтобы получить медицинскую помощь.(2)

Сельские жители с большей вероятностью не будут застрахованы и останутся незастрахованными в течение более длительного периода времени

Среди населения в возрасте до 65 лет около 19 процентов сельских жителей и 16 процентов городских жителей не имеют страховки. Сельские жители, как правило, остаются незастрахованными дольше, чем городские жители. Факторы, которые могут способствовать этому неравенству, включают более высокий процент самозанятых лиц, малых предприятий и сельскохозяйственных предприятий в сельской местности.(3)

Более одной трети сельских жителей по сравнению с примерно четвертью городских жителей не застрахованы более трех лет. Однако большая часть городских жителей никогда не была застрахована (см. Диаграмму 5).

Затраты на здравоохранение у сельского населения несколько выше

Медианные общие расходы на здравоохранение для сельского населения — 434 доллара — несколько выше, чем у городского населения — 418 долларов. Сельские жители оплачивают большую часть своих расходов на здравоохранение — 29 процентов — из собственного кармана, чем городские жители — 23 процента (см. Диаграмму 6).


В СЕЛЬСКИХ РАЙОНАХ ДОСТУПНО МЕНЬШЕ МЕРОПРИЯТИЙ

Менее 11 процентов врачей в США практикуют в сельской местности, но около 20 процентов населения проживает в сельской местности. Проблемы с набором и удержанием поставщиков медицинских услуг в сельской местности связаны с несколькими факторами, включая более низкую заработную плату, географическую изоляцию от сверстников и возможности получения образования, а также меньшее количество удобств, таких как школы и отдых. Министерство здравоохранения и социальных служб рекомендует соотношение количества поставщиков и пациентов: один врач первичной медико-санитарной помощи на каждые 2000 человек.Более 20 миллионов сельских жителей Америки живут в районах, где соотношение поставщиков и пациентов составляет от 1 до 3500 или меньше, и которые федерально определены как районы нехватки медицинских работников (HPSA). Для отмены статуса HPSA из всех сельских районов необходимо более 2200 врачей, но для достижения рекомендуемого соотношения 1 к 2 000 в этих районах необходимо более чем вдвое больше врачей (4). еще более серьезный. Более трех четвертей округов, определенных как федеральные психиатрические больницы, находятся в сельской местности.(5)


У сельского населения меньше шансов получить стоматологическую помощь

Получение стоматологической помощи между городским и сельским населением различается. Например, среди взрослого населения в возрасте от 18 до 64 лет около 66 процентов взрослого городского населения посещали стоматолога в прошлом году по сравнению с 59 процентами взрослого населения в сельской местности. Это несоответствие, вероятно, связано с нехваткой стоматологов в сельской местности. В большинстве сельских районов на 100 000 жителей приходится 29 стоматологов по сравнению с 61 на 100 000 в городах.(6)

Уровень занятости ниже для людей с ХОБЛ

Сельское население несколько чаще, чем городское, пользуется больничными услугами, включая посещение отделений неотложной помощи и ночлег в больнице. Около 10 процентов сельских жителей по сравнению с 8 процентами городских жителей в прошлом году ночевали в больнице (см. Диаграмму 7). Нехватка врачей первичного звена в сельской местности является одним из факторов, который может способствовать более широкому использованию больничных услуг.

Среди населения в возрасте 65 лет и старше жители сельских районов получают меньше медицинских услуг на дому и имеют худшие результаты, чем жители городских районов. Например, сельские старейшины с большей вероятностью будут госпитализированы. (7)


ТЕЛЕМЕДИЦИНА МОЖЕТ ПРЕДОСТАВИТЬ УСЛУГИ В НЕОБХОДИМЫЕ ЗОНА

Телемедицина дает возможность предоставлять медицинские услуги на огромных расстояниях в недостаточно обслуживаемых городских и сельских районах. Телемедицина — это использование электронных коммуникаций и информационных технологий для оказания клинической помощи на расстоянии.Это может предоставить жителям сельской местности доступ к телеконсультациям с поставщиками медицинских услуг и специалистами, которые в противном случае не могли бы произойти. Телемедицина также может помочь привлечь и удержать поставщиков медицинских услуг в сельской местности, обеспечивая постоянное обучение и взаимодействие с другими поставщиками.

Отсутствие страхового возмещения было препятствием для внедрения телемедицины в районы с недостаточным уровнем обслуживания, но, вероятно, в будущем это будет меньшим фактором. Закон 2000 года об улучшении и защите бенефициаров программ Medicare, Medicaid и SCHIP позволяет Medicare полностью возмещать расходы терапевту во время телеконсультации с пациентом и лечащим врачом.Закон также разрешает Medicare проводить телеконсультации во всех сельских районах. (8) По состоянию на июнь 2002 года 18 штатов предоставили Medicaid компенсацию за телемедицину, а 2 штата разрабатывали планы по охвату телемедицины. (9) Несколько штатов, включая Калифорнию, Луизиану и Техас принял законы, обязывающие частные страховые компании покрывать услуги телемедицины. (10)


1. Национальная ассоциация сельского здравоохранения (1997). ВИЧ / СПИД в Америке.

2. Schur, C. et al. (2002). «Куда обращаться за помощью: обследование людей, инфицированных ВИЧ / СПИДом в
сельской местности.Журнал сельского здоровья, 18 (2): 337-47.

3. NRHA (1999). Доступ к медицинскому обслуживанию для незастрахованных в сельской и приграничной Америке.

4. Программа исследований здоровья в сельских районах Северной Каролины (1997 г.). Факты о… сельских медиках. Вашингтон, округ Колумбия: Федеральное управление политики здравоохранения в сельских районах, Департамент здравоохранения и социальных служб США.

5. Американская психологическая ассоциация (2000). Критическая потребность в психологах в сельской Америке.

6. CDC (2001). Здоровье США, 2001: Городская и сельская карта.Хяттсвилл, Мэриленд: NCHS.

7. Schlenker, M. et al. (2002). «Различия в медицинском обслуживании на дому между городом и деревней до принятия Закона о сбалансированном бюджете 1997 года». Журнал сельского здоровья, 18 (2): 359-72.

8. MEDPAC (2001). Отчет Конгрессу: Medicare в сельских районах Америки. Вашингтон, округ Колумбия: MEDPAC.

9. Центр услуг Medicare и Medicaid (5 июня 2002 г.). Медикейд и телемедицина.

10. Орлов Т. (1998). Государственные проблемы и возможности в предоставлении медицинских услуг в сельских и приграничных районах.Вашингтон, округ Колумбия: Национальная ассоциация губернаторов.


О ДАННЫХ

Если не указано иное, данные, представленные в этом Профиле, взяты из двух национальных обследований гражданского неинституционализированного населения Соединенных Штатов. Национальное опросное обследование здоровья (NHIS), ежегодно проводимое Национальным центром статистики здравоохранения, является основным источником информации о состоянии здоровья населения США. Обследование медицинских расходов (MEPS) 1998 года, спонсируемое Агентством медицинских исследований и качества и Национальным центром статистики здравоохранения, дает национальные оценки использования медицинских услуг, расходов, источников оплаты и страхового покрытия.

О ПРОФИЛЯХ

Это второй набор профилей данных в серии «Вызовы 21 века: хронические состояния и инвалидность». Сериал поддержан грантом Фонда Роберта Вуда Джонсона. Этот профиль был написан Ли Ширей при содействии Лоры Саммер. Он седьмой в серии. Предыдущие профили включают:

1. Скрининг на хронические состояния: недостаточно используемые услуги

2. Детское ожирение: угроза здоровью на всю жизнь

3.Нарушение зрения: растущее беспокойство по мере того, как население в возрасте 9000 лет.

4. Рак: серьезная национальная проблема

5. Лекарства, отпускаемые по рецепту: жизненно важный компонент здравоохранения

6. Хроническая обструктивная болезнь легких: хроническое заболевание, ограничивающее активность

Центр по проблемам старения общества — это беспартийная политическая группа в Вашингтоне, расположенная в Институте исследований и политики в области здравоохранения Джорджтаунского университета. Центр изучает влияние демографических изменений на государственные и частные учреждения, а также на экономическую безопасность и безопасность здоровья семей и людей всех возрастов.

Десять фактов, которые нужно знать о городских и сельских районах

Становится ли Америка более городской? Какая часть населения сейчас проживает в городских (по сравнению с сельскими) поселениями? Есть ли у нас способ определить и измерить, где и в какой степени происходит разрастание городов? Ответы на все эти вопросы требуют, чтобы у нас было согласованное определение того, что значит быть «городским» или «сельским».

На этой веб-странице рассматриваются официальные определения городских и сельских территорий Бюро переписи населения и указываются ресурсы для определения того, как различные географические районы классифицируются как те или иные.Мы также рассмотрим, как и где получить данные переписи и другие данные, которые могут помочь нам увидеть различия между двумя типами территорий (с точки зрения количества людей, возрастного распределения, уровня доходов и бедности и т. Д.), И, возможно, что более важно. , какие тренды с ними связаны.

Может показаться очевидным, что центральные города явно городские, тогда как большинство ферм явно сельские. Но все больше и больше происходит развитие в местах, которые иногда называют «пригороды», и в периферийных районах, расположенных в небольших городах или рядом с ними, где классификация городской / сельский гораздо менее очевидна.Поскольку определение этой концепции очень важно, мы чувствуем себя обязанными продолжать попытки улучшить его. Это хороший способ лучше измерить то, что происходит в последнее время, но это создает проблемы при попытке проанализировать тенденции, когда определение меняется с течением времени. Текущее определение города (которое также является определением сельского, поскольку они дополняют друг друга) вступило в силу с десятилетней переписью 2000 года и основано на данных о плотности населения. Если не указано иное, все ссылки на urban vs.сельский в этом документе будет использовать это определение.

1. Городские и сельские районы назначаются на уровне квартала переписи.

Блоки переписи — это наименьшие географические единицы, которые Бюро переписи признает в своей географической схеме. Все другие географические районы, используемые в продуктах переписи, можно определить как совокупность (обычно, но не всегда смежных) блоков переписи.

Любой другой географический район — город, округ, школьный округ, почтовый индекс и т. Д. — не обязательно будет классифицироваться как полностью городской или сельский.Например, округ Джексон, штат Миссури, является основным округом столичного района Канзас-Сити и может показаться, очевидно, городским округом. Но, согласно переписи 2000 года, в округе Джексон было более 26 000 человек (4%), которые жили в переписных кварталах, классифицированных как сельские. Даже в пределах города Канзас-Сити, штат Миссури, 1,3% населения относилось к категории проживающих в сельской местности. Если посмотреть на площадь земли, а не на население, 43,3% площади города Канзас-Сити классифицируется как сельская! (Любой, кому довелось побывать в аэропорту Канзас-Сити, который находится более чем в 20 милях от центра Канзас-Сити и в очень сельской местности, но находится в пределах города, не будет удивлен этой статистикой.)

2. В Миссури нет 100% городских округов, за исключением независимого города Сент-Луис.

Из 114 округов штата только 33 классифицируются как полностью сельские.

3. 97,4% земель в штате Миссури классифицируются как сельские (согласно переписи 2000 года).

Но только 30,6% населения классифицируется как проживающее в сельской местности. Таким образом, почти 70% населения штата проживает примерно на 2,6% земли.В целом по стране те же 97,4% земель классифицируются как сельские, но только около 21% населения проживает в этих сельских районах.

4. Geocorr можно использовать для просмотра разбивки по городам и селам.

Это приложение включает в себя вариант «городской / сельский район» в качестве выбора в меню географии источника / цели. Просто выберите свой штат, выберите интересующий географический слой в меню исходного геокода и выберите городской / сельский в меню целевого геокода. Выберите весовую переменную: население (по умолчанию) или площадь земли.Все приведенные выше статистические данные о частях населения и земельных участках различных географических объектов были получены с помощью Geocorr.

5. Краткое определение городского и сельского.

Для переписи 2010 года Бюро переписи классифицирует как «городские» всю территорию, население и жилые единицы, расположенные в пределах урбанизированной зоны (UA) или городского кластера (UC). Он очерчивает границы UA и UC, чтобы охватить густонаселенную территорию, которая состоит из:

  • основных групп или кварталов переписи с плотностью населения не менее 1000 человек на квадратную милю и
  • окружающих переписных кварталов с общей плотностью не менее 500 человек на квадратную милю.

Кроме того, при определенных условиях менее плотно заселенная территория может быть частью каждого UA или UC.

Классификация «сельских» Бюро переписи населения включает всю территорию, население и жилые единицы, расположенные за пределами UA и UC. Сельский компонент включает в себя как территориальную, так и неместную территорию. Географические объекты, такие как переписные участки, округа, мегаполисы и территории за пределами мегаполисов, часто «разделены» между городской и сельской территорией, а население и жилые единицы, которые они содержат, часто частично классифицируются как городские, а частично — как сельские. .

6. Городской иногда путают с «митрополитом».

Или, с недавних пор, «микрополитен», который в меньшем масштабе является просто мегаполисом. Но эти две концепции существенно различаются. метрополитены и микрополитаны включают целые округа; в округах на окраинах городских районов («пригороды») часто большая часть земельных участков и значительная часть населения классифицируются как сельские. Концепция мегаполиса больше связана с тем, живете ли вы в районе, в котором вы находитесь, или имеете доступ к городскому центру.Под «доступом» мы подразумеваем, что вы можете добираться туда на работу (это основной критерий включения в зону метро), получать доступ к местным теле- и радиостанциям, подписываться на местные газеты и т. Д.

Городской / сельский не очень заботится о том, насколько далеко вы находитесь от городского центра. Это гораздо больше связано с плотностью населения в непосредственной близости от того места, где вы живете. Хотя 30,6% населения Миссури было классифицировано как проживающее в сельской местности по переписи 2000 года, только около 14% проживало за пределами каких-либо мегаполисов или микрополитенов (72.8% проживали в мегаполисах и 13,2% — в микрополитенах). Подразумевается, что более 3/4 сельского населения также являются мегаполисами. В масштабах страны лишь около 25% сельского населения (около 14,6 миллиона человек) проживает за пределами городских районов. Около 51% проживают в статистических районах мегаполисов и 24% — в статистических районах микрополитена.

Существуют веб-сайты (например), где определение «сельский» представлено как не входящее в MSA (столичная статистическая зона). Хотя некоторые агентства могут посчитать удобным использовать такие определения, и хотя с этими альтернативными определениями может быть связана некоторая логика, важно знать, что это не официальные определения, и их широкое использование только способствует путанице.Кажется, проще просто сказать «сельский» вместо «не метро». Это может быть нормально, пока кто-нибудь не захочет узнать, сколько людей живет в этих «сельских» районах

7. Предыдущее определение города использовало границы города вместо городских кластеров.

Хотя детали того, как урбанизированные районы (UA) изменились в рамках нового определения «город / село», изменились на 2000 год, концепция осталась почти такой же. Вместо требования к месту (городу) с численностью населения 50 000 человек или более, чтобы сформировать ядро ​​UA, теперь у нас есть более изощренный способ определения густонаселенных групп населения численностью 50 000 человек и более.Например, Джефферсон-Сити, штат Миссури, не считался урбанизированным районом в 1990 году, поскольку в городе проживало чуть менее 40 000 человек. Однако в соответствии с новыми критериями территория соответствует требованиям, поскольку учитывает не только население, проживающее в черте города, но, скорее, всю густонаселенную территорию, которая включает большую часть города.

Более важное изменение в определении города / села произошло в том, как классифицировались районы за пределами UA. Новая задействованная географическая единица называется городской кластер (UC).Городской кластер определяется с использованием той же концепции, что и UA, за исключением того, что пороговое значение для центрального населения снижено с 50 000 до 10 000. Например, у нас есть микрополитен «Тополь Блафф» (Миссури), потому что в этом городе и его ближайших окрестностях проживает более 10 000 человек (но менее 50 000 человек). Этот центральный район кластера не имеет ничего общего с границами города, а имеет отношение только к плотному заселению. Если вы живете на окраине Поплар-Блафф, но являетесь частью густонаселенной центральной части или менее густонаселенной прилегающей территории, то вы попадаете в городской кластер и, следовательно, классифицируетесь как городские.Это не имеет никакого отношения к тому, живете ли вы в пределах какой-либо городской черты.

Согласно старому определению, если вы жили за пределами урбанизированной зоны («большого города»), то вы были классифицированы как городские тогда и только тогда, когда вы жили в месте с населением 2500 или более человек. Это определение использовалось довольно хорошо, когда люди более или менее жили «в городе» или в «открытой местности». Но не больше; люди, живущие в некорпоративных районах, прилегающих к небольшим городам (таким как Поплар Блафф), живут в густонаселенных районах и должны быть отнесены к городским.С другой стороны, если вы живете в небольшом городке с населением 2500 или более человек, который не соответствует критериям наличия связанного с ним кластера населения из 10 000 человек, то теперь вы классифицируетесь как сельский, а не городской согласно новому определению.

8. Доступ к данным переписи для городского / сельского компонентов.

Бюро переписи населения публикует данные десятилетних переписей и обследований американских сообществ для географических компонентов крупных географических областей (таких как штаты, регионы и нация).Географический компонент — это что-то такое, как городская или сельская часть района, или часть в пределах статистических районов метрополии или урбанизированных районов, или в центральных городах мегаполисов и т.д. представляют собой краткие сведения о географических компонентах на уровне штата, а еще больше — на уровне страны и региона США. MCDC обнаружил, что когда эти краткие сведения о географических компонентах смешиваются с сводными сведениями о полной географической области, они иногда могут мешать и вызывать путаницу.Итак, мы выделили сводки географических компонентов и создали наборы данных с именем usgeocomps в наших каталогах типов файлов sf32000 и sf32000x (стандартный экстракт). Коды для городского и сельского компонентов (т. Е. Значения переменной geocomp в сводных наблюдениях) — «01» и «43» соответственно. Итак, чтобы увидеть сводные данные по сельской части штата Миссури, вы должны перейти в подкаталог sf32000x и выбрать файл usgeocomps.sas7bdat. В Dexter вы можете фильтровать по значению State (= 29) и GeoComp (= 43) .

Вы также можете получить доступ к сводкам по таким географическим компонентам через data.census.gov. Например, если вы выбираете опцию наборов данных AFF, а затем выбираете десятилетнюю перепись населения и файл сводки 3 и подробные таблицы с географическим сводным уровнем состояния или выше, то после отображения ваших выходных данных они предоставляют строку меню, которая позволяет вам изменить ваши результаты. Если вы нажмете на раскрывающееся меню опций, вам будет представлен выбор географических компонентов. Следуйте меню и делайте свой выбор.Создать таблицы для городских и сельских районов штатов и нации действительно довольно просто.

Вы можете получить все другие подробные таблицы — такие как показатели дохода, таблицы уровня бедности, медиумы и распределения стоимости жилья, склонность жить в передвижных домах и т. Д. — все это разбито не только на городские и сельские районы, но и на различные подкатегории городских и сельских, например «Город — в урбанизированной зоне — не в центре» (что вы можете назвать «пригородом»).

Если все, что вас интересует, это то, сколько людей и / или домохозяйств на территории классифицируются как городские и сельские, это можно легко получить из таблиц в файлах, таких как SF3. В наши стандартные выдержки, основанные на данных сводного файла 3 (тип файла sf32000x), мы включаем переменные городские, сельские, InUAs (проживающие в урбанизированных районах), InUA (проживающие в городских кластерах), OnFarms (люди, живущие на фермах), UrbanHUs (городские единиц жилья) и сельских жилищных единиц. Для каждого из этих пунктов есть соответствующие процентные переменные.Все эти элементы взяты из таблиц в итоговом файле 3. Определения можно просмотреть в файлах метаданных. Данные также можно просмотреть в нашем стандартном приложении демографических профилей на основе SF3.

Сводные данные по географическим компонентам в файлах сводных данных переписи не новость. Такие резюме всегда публиковались Бюро, хотя количество категорий увеличилось. Городские и сельские районы всегда были самыми важными и широко доступными категориями. Однако имейте в виду, что определения со временем менялись, поэтому данные нельзя полностью сопоставить.

9. Город и село не обновляются в ACS.

Исследование американского сообщества предоставляет нам сводные данные по более крупным географическим регионам за десятилетие. Вы можете рассчитывать на получение сводных данных по географическим компонентам, которые позволят нам узнать, сколько людей сейчас живет в городских и сельских районах и каковы их характеристики. Вы можете особенно подумать об этом, потому что Бюро действительно публикует резюме географических компонентов на основе ACS, а городские и сельские районы относятся к категориям географических компонентов.Как Бюро соотносит характеристики города и сельской местности с записями обследования ACS?

Ответ заключается в том, что они геокодируют адрес респондента обследования, прилагая (среди прочего) блок переписи 2000 года. Затем они присваивают код города / села домохозяйству / человеку на основе кода, присвоенного этому блоку переписи с 2000 года. Почему бы не использовать код города / села, присвоенный этому блоку на основе данных 2005 года?

Потому что таких данных не существует! См. Пункт 4 на странице «Десять фактов об исследовании американского сообщества» (издание 2005 г.).ACS — это не подсчет людей; речь идет о характеристиках людей и домохозяйств. Чтобы определить блок переписи как городской или сельский, потребуется полный набор текущих подсчетов населения квартала, который затем нужно будет использовать в качестве входных данных для очень сложной программы Бюро на основе ГИС, которая исследует сложные модели плотности в для присвоения категорий.

Итак, как мне интерпретировать 1 803 146 человек в «сельской местности»? Если это число превышает сопоставимое число по переписи 2000 года, означает ли это, что люди переезжают из городских в сельские районы? Если под «сельской местностью» вы подразумеваете район, который был классифицирован как сельский в 2000 году на основе данных 2000 года, то ответ, вероятно, будет утвердительным.Но это не обязательно означает, что мы отказываемся от городских условий, чтобы жить в более деревенских. Что происходит, когда люди из городских районов переезжают в районы, которые раньше были сельскими, но прилегают к городским районам, эти районы превращаются из сельских в городские. Просто мы не измеряем и не распознаем это преобразование до следующей десятилетней переписи. Конечно, всегда возможно, что в некоторых районах все могло пойти другим путем — что некоторые кварталы, ранее классифицированные как городские, теперь стали сельскими.Но любой, кто следит за моделями развития в США, знает, что такого рода изменения почти не слышны, за исключением стихийных бедствий или техногенных катастроф.

Суть в том, что цифры для сельских частей штатов и нации, полученные от ACS, вероятно, считают слишком много людей сельскими, с соответствующим занижением количества городских частей. Если вы изучаете разрастание городов и хотите использовать данные ACS, чтобы посмотреть, какая площадь земель была преобразована из сельской в ​​городскую в результате разрастания, вам следует , а не смотреть на сводные данные по географическим компонентам ACS для городских и городских районов.деревенский.

10. Фотография сельского населения в штате Миссури.

На этой карте показано, о чем мы говорили в пункте 6 выше. Большая часть сельского населения Миссури (что вовсе не является необычным штатом с точки зрения подобных вещей) проживает в мегаполисах или микрополитенах. Цифра, которую мы приводили выше, что менее 3% территории штата Миссури классифицировалось как городское, можно увидеть на этой карте. Хотя он не отображает явно городское население, мы знаем, что он может существовать только в урбанизированной зоне или городском кластере.Урбанизированные районы / городские кластеры и мегаполисы / микрополитены очень тесно связаны, при этом UA / UC — это просто густонаселенный центральный район метрополитена / микрорайона. Городские территории на этой карте представляют собой зеленые зоны без черных точек. Центральные районы Сент-Луиса и Канзас-Сити, безусловно, являются крупнейшими такими районами в штате Миссури. Большинство действительно плотных скоплений черных точек (сельское население) находятся в зеленых зонах, особенно темно-зеленых (округа Джефферсон и Франклин к югу и юго-западу от Св.Луи, например). Наибольшее скопление точек в зоне, не относящейся к метро-микро (белый цвет на карте), находится в районе озера Озарк — районе, населенном ранними пенсионерами и другими людьми, стремящимися уйти из большого города. Этот район лишь частично классифицируется как сельский; с ростом в этом десятилетии района Осейдж-Бич / озера Озарк, весьма вероятно, что вскоре у нас будет микрополитен и городской кластер озера Озарк, что приведет к тому, что большая часть населения этого района будет переведена в категорию городских.

Когда многие люди думают о сельском образе жизни, это то, что поездка «в город» подразумевает значительное путешествие, которое может происходить только раз в неделю или реже. Но сейчас с подавляющим большинством сельского населения дело обстоит иначе. Если вы ищете эту группу, лучшей категорией будут люди, живущие в белых областях карты, то есть за пределами метро или микрополитена. Большинство сельского населения сегодня (в Миссури, по крайней мере) может иметь септики и может не иметь доступа к городским коммунальным и другим услугам, но они действительно живут в пределах легкой езды от какого-либо населенного центра; Мы подозреваем, что подавляющее большинство имеет легкий доступ к Super Walmart.Большинство из них не живут на фермах — только около 2,5% населения Миссури проживало на фермах в 2000 году; это примерно 1 из каждых 12 сельских жителей. Большинство из них живут в районах, которые очень похожи на пригороды или в небольшие городки, такие как Херманн или Осейдж Бич.

Может ли городское и сельское население США работать на одной странице…

Все Соединенные Штаты борются с новой пандемией коронавируса.Однако до сих пор не все районы были затронуты в равной степени, и существуют огромные различия между тем, как городские и сельские районы реагируют на угрозу.

Согласно опросам Gallup, американцы, живущие в районах с высокой плотностью населения, гораздо чаще практикуют базовое социальное дистанцирование — например, избегают магазинов и ресторанов — чем те, кто живет в более сельских районах страны. В сельской местности только 42 процента принимают эти меры предосторожности. В самых густонаселенных городах так поступают две трети.Это огромная разница в 24 пункта.

Эта разница в индивидуальном поведении проявляется на уровне политики и лидерства. В штате Юта губернатор-республиканец Гэри Герберт издал распоряжения о закрытии школ и запрете обедов в ресторанах и барах. Но ответная реакция сельских жителей наступила быстро. Семнадцать комиссаров графств и один представитель штата, в основном из малонаселенной южной части штата, написали письмо Герберту, призывая «вернуться к нормальной жизни» и утверждая, что разрушительность вируса «абсолютно и никоим образом не поддерживает уровень заражения». возникшая обеспокоенность и распространившаяся паника.”

Рекламное объявление Икс

Meet the Greater Good Toolkit

От GGSC на вашу книжную полку: 30 научно обоснованных инструментов для благополучия.

Это резко контрастирует с реакцией многих городских политиков, начиная с губернатора Калифорнии Гэвина Ньюсома, которые быстро издали приказы не сидеть дома и требуют штрафов для тех, кто их нарушает. «Калифорния мобилизует все органы правительства для поддержки нашей системы здравоохранения, ее сотрудников и тех из нас, кто наиболее уязвим для COVID-19», — заявил Ньюсом в марте.Фактически, ранние агрессивные попытки Калифорнии «сгладить кривую» были настолько успешными, что штат почувствовал, что может предоставить аппараты ИВЛ в аренду Нью-Йорку и другим горячим точкам коронавируса.

Что стоит за этим разрывом в реагировании городских и сельских жителей на COVID-19? Чтобы найти ответ, мы поговорили с экспертами в области общественного здравоохранения по всей Америке, пытаясь понять, почему он существует и что мы можем сделать, чтобы побудить больше американцев объединиться для принятия мер, необходимых для уменьшения воздействия пандемии.

Различные географические воздействия

Нам нужно начать с одного простого факта: плотность населения действительно повышает осведомленность об опасности заражения. Пока что горячие точки Америки находятся в наиболее густонаселенных городах и штатах. Нью-Йорк — это плотно загруженный транспортный узел для многих международных путешественников, и сейчас это наиболее пострадавший район Америки. Знание людей, которые болеют, заставляет чувствовать себя более правдоподобно, чем слышать о болезни в новостях.

Ахла Марате — профессор Института биокомплексов Университета Вирджинии, которая в прошлом изучала пути распространения эпидемий гриппа.«Сельские сети довольно редки по сравнению с социальными сетями городских регионов», — говорит Марате. Даже при том же уровне соблюдения требований социального дистанцирования сельские регионы не так сильно страдают от пандемий.

Однако эксперты подчеркивают, что сельские районы по-прежнему имеют особую уязвимость. Например, город Олбани на юго-западе Джорджии стал одной из горячих точек региона. Почему это могло быть?

В 2009 году группа исследователей из Университета штата Канзас намеревалась изучить, как сельские районы реагируют на вспышки инфекционных заболеваний, в серии различных работ.«В сельской местности нет общественного транспорта, поэтому люди не собираются в автобусах или метро», — говорит Катерина Скольо, профессор инженерных наук Государственного университета Канзаса и один из авторов исследования. «[Но] есть и уязвимости».

Она указывает на тот факт, что сельское население в среднем старше, что является особенно важным фактором риска для нового коронавируса. Ожирение, еще один фактор риска, также более распространено.

И еще есть социальное поведение.Хотя в исследованиях Скольо не уделялось пристального внимания городскому населению в качестве сравнения, в своих исследованиях они обнаружили культурные закономерности, которые, по их мнению, более распространены в сельской местности.

Например, по ее словам, люди, живущие в сельской местности, обычно имеют более сплоченные социальные сети, где посещение друзей и родственников является обычным явлением. В то время как потребители в городских районах часто имеют много разных мест для покупок, сельский город может полагаться на один Walmart для всех своих товаров первой необходимости.Приходящие в церковь сельские прихожане также, как правило, более регулярно посещают церковь, чем жители городских районов.

Команда

Скольо провела опросы среди жителей сельских городов Канзаса, спрашивая их о том, как они изменят свое поведение в случае вспышки инфекционного заболевания. Почти половина респондентов заявили, что они «по-прежнему посещали бы по крайней мере одно или два домохозяйства за пределами своего дома, если бы произошла серьезная эпидемия и радио / телевидение / Интернет сказали им оставаться дома и не навещать других».

Эти более тесные социальные сети означают, что, хотя у сельских американцев гораздо более низкая плотность населения, они по-прежнему подвергаются значительному риску заражения, если болезнь закрепится в сообществе.Несмотря на недостаточную плотность населения, сельские общины могут столкнуться с серьезной угрозой из-за плохой инфраструктуры здравоохранения. Как недавно отметил представитель штата Джорджия, 95 из 159 округов Джорджии не имеют коек отделения интенсивной терапии.

Д-р Майкл Брюмадж, директор резидентуры по профилактической медицине в Школе общественного здравоохранения Университета Западной Вирджинии, сравнил ситуацию с войной с медленно движущимся фронтом:

Это похоже на большое поле битвы в Первую мировую войну.С одной стороны, у вас есть солдаты, которые сидят в грязи, под дождем и на солнце и не подозревают, что битва на Сомме идет на другом конце линии. Так что для них это совершенно скучный опыт. И их представления о войне сформированы этим опытом. В то время как люди, которые находятся на Сомме, которая представляет собой промышленную резню в массовом масштабе, — это другой опыт. Вот почему я думаю, что есть Нью-Йорк и гораздо более сельская часть Соединенных Штатов, где война не кажется такой жестокой, как для участников битвы.

Роль политики

К сожалению, политические разногласия также могут вбивать клин между сельскими и городскими районами.

«В большей части сельской Америки мы консервативны по сравнению с обоими побережьями», — говорит Брюмадж. «И поэтому люди будут стремиться смотреть источники новостей, которые преуменьшали значение пандемии на раннем этапе».

В ходе недавних общенациональных выборов сельские и городские районы стали все более политически поляризованными: небольшие округа оказались в лагере консервативных республиканцев, в то время как либеральные демократы доминируют в больших городах.

В начале пандемии консервативные СМИ и политики преуменьшали серьезность болезни, что, вероятно, в некоторой степени повлияло на восприятие кризиса некоторыми американцами. Как заявил 22 января президент Трамп: «Мы полностью контролируем ситуацию. Это один человек из Китая. У нас это под контролем. Все будет хорошо.

В одном рабочем документе, посвященном данным опроса, предполагается, что пристрастие является мощным детерминантом поведения в отношении здоровья во время этого кризиса, и республиканцы гораздо реже прибегают к такому поведению, как мытье рук, вероятно, под влиянием таких лидеров, как Трамп.

Исследования показывают, что ранее существовавшие мнения людей часто меняются, чтобы соответствовать политическим позициям партий, к которым они принадлежат. Этот эффект может иметь значение даже на элитном уровне. Первоначальный тон президента Трампа в отношении вируса изменился с оптимистичного на более настороженный после визита ведущего Fox News Такера Карлсона, который призвал президента отнестись к вирусу более серьезно.

Преодоление пропасти

Хорошая новость в том, что есть признаки того, что разрыв между городскими и сельскими сообществами начинает сокращаться.

Опрос Pew, проведенный в конце марта, показал, что разрыв начинает сокращаться: 61 процент сельских американцев согласны с тремя четвертями горожан в том, что вирусная вспышка является «серьезным кризисом».

Хотя разрыв все еще существует, значительное большинство людей в обеих группах начинают относиться к нему более серьезно. Pew отмечает, что демократы и республиканцы «значительно чаще заявляют, что вирус представляет собой серьезную угрозу» для США.S. экономики, здоровья всего населения США, их личного финансового положения и их личного финансового здоровья, чем они были в начале марта.

В то время как многие либералы в социальных сетях винят в этом разрыве антинаучный уклон консерваторов, в исследовании, которое вскоре будет опубликовано, четыре британских и американских исследователя объединили данные опроса и эксперимент, чтобы обнаружить, что это страх перед болезнью. не политическая ориентация — это движет социальным дистанцированием и поведением в области общественного здравоохранения.

Исследователи приходят к выводу, что «во время (международного) национального кризиса люди могут отказаться от своих идеологических обязательств и вести себя в соответствии с рекомендациями правительства, стремясь к общему благу общественного здравоохранения.”

Есть важное предостережение: 80 процентов участников исследования были британцами. «Трудно извлечь пользу из небританских участников, и еще труднее сделать какие-либо значимые заявления, касающиеся конкретно американцев», — говорит Роберт Латцман, профессор психологии Университета штата Джорджия, который работал над исследованием.

«При этом я считаю, что основные выводы относительно часто адаптивной и функциональной природы отрицательных эмоций, то есть приводящей к соответствующему изменению поведения, связанного с общественным здоровьем, в данном контексте, можно обобщить.”

Итак, как преодолеть эти различия в сообщениях общественного здравоохранения? Специалисты предлагают в первую очередь найти подходящих мессенджеров.

Люди, как правило, лучше реагируют на руководство и указания людей, которые находятся в их внутренних группах — группах, частью которых они считают себя, — чем они реагируют на людей в предполагаемых чужих группах или на группы людей, которые считаются посторонними. Один эксперимент показал, например, что респонденты с большей вероятностью поддержали равенство в браке, когда они получили послание в пользу равенства от местного пастора, а не от обычного «обеспокоенного гражданина».”

Соглио предполагает, что одни из лучших людей для общения с сельскими сообществами — это люди, которые уже там живут.