Конституционно правовая ответственность это отрицательная оценка – — (.. , «», N 10, 2002 .)

60. Позитивная и негативная конституционно-правовая ответственность

Позитивная конституционная ответственность наступает в рамках не общерегулятивных, а конкретных конституционных правоотношений, т.е. для ее наступления необходим юридический факт, который и является ее основанием. Основания позитивной ответственности специфичны, в зависимости от того, применяется ли она к органам (должностным лицам) публичной власти, либо к гражданам, другим физическим и юридическим лицам.

Особенно значительна специфика оснований позитивной конституционной ответственности органов (должностных лиц) публичной власти. Т.Д. Зражевская высказала мнение, что основанием государственно-право-вой ответственности в позитивной ее разновидности является вступление во власть – т.е. факт приобретения специального государственно-правового статуса, возложение на субъектов определенных государственно-правовых функций. С этим можно согласиться, если иметь в виду моральную ответственность. Однако, мы исходим из того, что позитивная конституционная ответственность в конституционном праве, в отличие от иных отраслей, — это разновидность юридической ответственности. Позитивной конституционной ответственности свойственны основания, рождающие негативные юридические последствия для субъектов конституционного права. При этом граница между позитивной и негативной конституционной ответственностью по рассматриваемому (анализируемому) показателю обнаруживается в том, что основанием позитивной конституционной ответственности является специфическое, которое мы бы сформулировали как: юридический факт, свидетельствующий о «конституционной неадекватности» (органа, должностного лица публичной власти).

Негативная:

2) негативная ответственность, т.е.за действия. противоречащие закону. Этот вид К.о. выражается в наборе санкций или мер К.о. Поскольку такая ответственность наступает за уже совершенные действия и направлена на то, чтобы исправить ситуацию. ее также называют ретроспективной ответственностью.

Меры К.о.: признание поведения или действий лица, органа противоречащим конституции: отмена одним органом решения другого органа как незаконного; досрочное переформирование состава органа: отмена решения нижестоящей избирательной комиссии вышестоящей или судом;

признание выборов недействительными;

отзыв депутата; отзыв или голосование по утрате доверия должностного лица; прекращение полномочий депутата на основе обвинительного судебного приговора: лишение депутата слова, удаление из зала заседаний и другие процессуальные санкции: отрешение от должности президента:

роспуск парламента или его палаты; роспуск вышестоящим органом нижестоящего; упразднение органа; отправление правительства в отставку президентом или парламентом как санкция за его неудовлетворительную работу;

закрытие СМИ: ликвидация общественного объединения; лишение гражданства; отмена решения о приеме в гражданство, если оно было получено на основе заведомо ложных сведений; лишение государственных наград и др.К.о. наступает за нарушение не конкретной нормы, а общих требований конституционно-правовых предписаний. К.о. включает элементы политической ответственности и наступает в связи с неудовлетворительной работой органа, должностного лица. К

роме того, одни и те же действия могут стать основанием для применения как конституционно-правовой, так и иных видов юридической ответственности. Например, узурпация власти каким-либо должностным лицом, с точки зрения конституционно-правовой. становится основанием для его освобождения от должности, но одновременно может наступить уголовная ответственность за те же действия. Подлог документов членами избирательной комиссии — основание для признания выборов недействительными. Но это не исключает привлечение виновных к уголовной или административной ответственности.

studfiles.net

Проблемы конституционно-правовой ответственности в РФ

    Ряд авторов отдает предпочтение ретроспективному (негативному) аспекту конституционно-правовой ответственности.5 При этом конституционно-правовая ответственность понимается как отрицательная оценка деятельности субъекта, в результате чего он испытывает неблагоприятные последствия — ограничение либо лишение политических, юридических или других интересов.6

    В свою очередь, негативную конституционно-правовую ответственность некоторые исследователи рассматривают в широком и узком смысле. В первом случае — это отдельный вид ответственности, а во втором — любая негативная ответственность за совершение всякого правонарушения.

7 Такой подход, на наш взгляд, является излишне вольным и необоснованным.

    Подчеркнем, что, конечно, позитивный и ретроспективный  аспекты (виды) ответственности тесно  связаны и иногда первый является необходимым условием наступления  второго и как бы продолжается в нем. Однако, по нашему мнению, именно в ретроспективном аспекте конституционно-правовая ответственность проявляется наиболее ярко, и именно ретроспективная ответственность не вызывает сомнений как юридическая ответственность. Ретроспективная направленность усиливает воспитательное и правоохранительное значение конституционно-правовой ответственности, ее стимулирующую роль в формировании правомерного поведения и социальной активности субъекта конституционно-правовых отношений. Вряд ли та положительная ответственность, которая сохраняется и в случае ответственного поведения субъекта, может столь же эффективно выполнять указанные функции. При этом не следует вовсе отвергать позитивный аспект как таковой или умалять его значение. Он может и должен быть исследован, но отдельно — как особый вид неюридической ответственности.

    В связи с этим, как представляется, следует подходить к конституционно-правовой ответственности, прежде всего как к ответственности за поведение, которое отклоняется от модели, предусмотренной диспозицией конституционно-правовой нормы. А учитывая особенности предмета конституционно-правового регулирования, необходимо, на наш взгляд, рассматривать конституционно-правовую ответственность с широких позиций. Причем не столько в смысле предлагаемой двухаспектности, а, главным образом, с точки зрения критериев юридической ответственности. Во-первых, в сфере конституционно-правовой ответственности, возможно не только государственное принуждение. Во-вторых, конституционно-правовые санкции, субъекты и основания конституционно-правовой ответственности по форме и содержанию разнообразнее, чем при любом другом виде юридической ответственности.

    Исходя  из сказанного, некоторые авторы делают предположение о том, что конституционно-правовая ответственность номинально включает другие самостоятельные виды ответственности (парламентскую, президентскую, правительственную или федеральную и др.) и рассматривают эти виды в качестве самостоятельного явления.8 Действительно, конституционно-правовая ответственность разнообразна, ибо многовариантны конституционно-правовые отношения. Однако трудно выделить такие особенности, которые необходимы и достаточны для обособления таких видов ответственности в качестве самостоятельных. 

  1. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ – ВИД 
    ЮРИДИЧЕСКОЙ  ОТВЕТСТВЕННОСТИ
 
 

    2.1. Понятие и признаки конституционной ответственности

    Особым  видом отраслевой ответственности  в литературе предлагается считать  конституционную ответственность, предусмотренную Конституцией РФ и имеющую в большей степени организационно-дисциплинарный характер (например, в соответствии с ч. 3 ст. 117 Конституции РФ Государственная Дума может выразить недоверие Правительству РФ).

    Исследования  последних 20-30 лет убедительно доказывают самостоятельность конституционной  юридической ответственности.1 Признает данный вид ответственности и Конституционный суд РФ.                                                                                                                                                   

         Так, в Постановлении КС РФ от 11 декабря 1998г. «По делу о толковании положений ч.4 ст.111 Конституции РФ» специально указывается: «Президент Российской Федерации, согласно Конституции Российской Федерации, является главой государства. Именно этим обусловлены полномочия Президента по формированию Правительства Российской Федерации, определению направлений его деятельности и контролю за ней, а также конституционная ответственность Президента Российской Федерации за деятельность Правительства Российской Федерации». Как следует из Постановления, речь в нем идет не только о негативной, но и о перспективной ответственности.

    Справедливо отмечается, что различные виды юридической  ответственности, будучи направлены на охрану Конституции, не обретают (пусть  даже только в этих пределах) свойств  и признаков конституционно-

правовой ответственности.9

    Конституционное право характеризуется наличием собственного потенциала обеспечения  действенности своих норм, т.е. собственного института юридической ответственности. Именно он может и должен стать, по сути, ведущим институтом и тем самым предопределять конкретные параметры других институтов конституционного права. Более того, только при наличии самостоятельной ответственности — как решающем условии и первоначальном основании самостоятельности отрасли — конституционное право приобретает достаточно убедительное свидетельство собственной полноты и внутренней завершенности.

    Особенности конституционно-правовой ответственности  и соответственно ее обособление  как самостоятельного вида юридической  ответственности объясняются предметом  и методом конституционно-правового регулирования общественных отношений; функциями, которые выполняет конституционное право в общей системе права; спецификой статуса субъектов конституционно-правовых отношений; особенностями юридической природы неправомерного поведения в конституционно-правовой сфере; характером конституционных предписаний, на базе которых возникает ответственность; особой процедурой ее реализации.

    Конституционно-правовая ответственность — это самостоятельный  вид юридической ответственности, осуществление мер которой (в виде различного рода неблагоприятных последствий для субъектов) не только устанавливается конституционно-правовыми нормами, но и направлено, прежде всего, на защиту конституционно-правовых отношений. Ее конституционное и законодательное признание и установление как одного из видов юридической ответственности будет повышать эффективность конституционно-правовых норм, усиливать их влияние на общественно-политическую практику, т.е. способствовать решению одной из самых актуальных проблем конституционного права.

    Рассматриваемый вид ответственности предстает  в единстве общесистемных признаков, присущих юридической ответственности  в целом, а также тех свойств  и качеств, которые указывают  на ее своеобразие как относительно самостоятельного правового явления. Общие признаки юридической ответственности специфически преломляются применительно к конституционно-правовой ответственности. Вместе с тем, конституционно-правовая ответственность не может быть полным аналогом других видов юридической ответственности, поскольку содержание ответственности должно быть адекватно содержанию соответствующих общественных отношений, по крайней мере, между ними не должно быть несоответствий.

    С учетом общесистемных признаков  юридической ответственности 

конституционно-правовую ответственность, наступающую в большинстве случаев, можно определить следующим образом. Это закрепленная конституционно-правовыми нормами обязанность субъекта конституционно-правовых отношений отвечать за несоответствие своего юридически значимого поведения тому, которое предписано ему этими нормами, обеспечиваемая возможностью применения уполномоченной инстанцией мер государственного (или приравненного к нему общественного) воздействия.

    Одной из основных функций конституционно-правовой ответственности является восстановительная. Наряду с этим она, как и всякая юридическая ответственность, осуществляет карательную (штрафную) функцию в отношении субъектов, допустивших недолжное поведение в сфере конституционно-правовых отношений. Разумеется, конституционно-правовая ответственность выполняет также стимулирующую (организационную) функцию, поскольку побуждает участников конституционно-правовых отношений к должному поведению. Способствуя предотвращению возможных в будущем конституционных деликтов, конституционно-правовая ответственность выполняет и предупредительно-воспитательную (превентивную) функцию.

    Конституционные правонарушения могут быть связаны  с самыми разными объектами, закрепляемыми  и регулируемыми Конституцией (права  человека, целостность государства, федерализм и др.), и совершены в самых различных сферах конституционных правоотношений. Противоправные деяния могут быть связаны с нарушением принципа верховенства Конституции и федеральных законов, территориальной целостности государства, ущемлением прав народа на реализацию власти, умалением прав и свобод человека и гражданина. Учитывая федеративное устройство государства и проблемы, возникающие в этой сфере, следует констатировать наличие огромного количества нарушений в отношениях между Федерацией и субъектами (по разграничению предметов ведения, принятию неконституционных законов, неконституционному регулированию экономических и финансовых отношений и др.). Принимая во внимание практику Конституционного Суда Российской Федерации, необходимо также признать наличие конституционных правонарушений, совершаемых при формировании и деятельности органов государственной власти Российской Федерации и ее субъектов. Субъектами конституционных отношений являются государство, государственные органы, общественные объединения, должностные лица, граждане, иностранные граждане, апатриды и другие. Они же являются и субъектами конституционной ответственности.

    Конституционная ответственность имеет отличительные  особенности, связанные не только с  субъектом и объектом ответственности. Самое главное, что при применении мер конституционной ответственности виновные несут ее перед народом, гражданами государства. Верной представляется позиция И.А. Умновой, что при определении мер ответственности должен учитываться принцип, согласно которому чем больше субъект (носитель) власти ее получает, тем большую ответственность он несет перед гражданином, народом, населением.10 Вместе с тем следует иметь в виду, что меры конституционной ответственности возлагаются не самими гражданами или народом (за редким исключением, например, когда инициируется отзыв выборного лица), а государственными органами (судами, главой государства, парламентом и др.). В связи с этим нередко создается впечатление, что ответственность наступает перед отдельными государственными органами, что не совсем верно.

    Важным  вопросом при выделении в качестве самостоятельного вида конституционной  ответственности является определение  критериев объективной стороны  конституционного правонарушения. Основанием привлечения к конституционно-правовой ответственности является правонарушение. Любое правонарушение, имеющее место в той или иной сфере общественных отношений, связано с виновным поведением субъекта (хотя следует признать наличие исключений, например, в административном праве при ответственности организаций). «Правонарушение всегда выступает как нарушение выраженного в норме права обязательного правила поведения, как отклонение от содержащихся в ней требований».11 В связи с этим кажется не совсем верным мнение Е.И. Колюшина, который считает, что в некоторых случаях конституционно-правовая ответственность может наступать при отсутствии вины. В качестве примеров автор приводит отзыв депутата избирателями, отставку Правительства по инициативе Президента РФ, когда может отсутствовать конкретная вина.12 Однако возникает вопрос о том, являются ли данные действия применением мер конституционной ответственности, если не было самого конституционного правонарушения. В данном случае, видимо, более правильно говорить о применении мер политической ответственности, когда позиции населения и депутата, Правительства и Президента не совпадают по политическим мотивам. Более верным представляется мнение тех авторов, которые связывают возникновение конституционной ответственности с виной. Так, В.О. Лучин отмечает, что «применительно к конституционным деликтам наличие вины, хотя и не всегда отвечающей требованиям традиционной формы, в принципе является необходимым условием наступления ответственности».13 Таким образом, требует своего разрешения вопрос о разграничении политической ответственности (применяемой при отсутствии вины) и конституционной, как разновидности юридической ответственности (обязательно связанной с виновным поведением).

stud24.ru

Конституционно-правовая ответственность

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Юридическая ответственность — важнейший институт любой правовой системы, один из сущностных признаков  права, необходимый элемент механизма  его действия. В силу этого проблема юридической ответственности занимает одно из центральных мест, как в общей теории права, так и в отраслевых юридических науках, включая и конституционное право.

Господствующей  в литературе о юридической ответственности  является ее трактовка как меры государственного принуждения, основанной на юридическом и общественном осуждении правонарушения и выражающейся в установлении для него определенных отрицательных последствий в форме ограничений (лишений) личного или имущественного порядка.

Поскольку юридическая ответственность является одним из важнейших средств организации правильного (должного) исполнения предписаний правовых актов, предупреждения и пресечения нежелательного с точки зрения закона поведения субъектов общественных отношений, она является категорией, свойственной всем отраслям права, включая и конституционное.

Будучи одним  из видов юридической ответственности, конституционно-правовая ответственность  обладает всеми общими признаками, которые выделяют юридическую ответственность  среди других социальных явлений. Она, как и любая другая юридическая ответственность, является мерой государственного принуждения, основанной на юридическом и общественном осуждении правонарушения и выражающейся в установлении для правонарушителя определенных отрицательных последствий.

Цель работы – рассмотреть понятия конституционно-правовой ответственности и конституционного контроля и проанализировать особенности  их основания и применения.

Актуальность  данного исследования представляется бесспорной по следующим причинам:

  • в нашей стране обозначились признаки сформировавшейся государственности;
  • в России появились признаки развития зрелой демократии;
  • общественные отношения, в сфере конституционализма в связи с этим переходят в новую стадию.

Поставленная  цель достигается посредством решения следующих задач:

  • исследовать основные направления развития конституционного права в сфере конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации и за рубежом;
  • рассмотреть содержание законодательной базы лежащей в основе регламентации конституционно-правовой ответственности;
  • проанализировать плюсы и минусы данного правового института, исследовать проблематику, связанную с данной разновидностью конституционных норм;
  • выяснить тенденции развития в этой сфере.

Объектом исследования данной работы являются общественные отношения в сфере охраны конституционализма.

Предметом исследования данной работы являются нормы права, регламентирующие применение конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации.

В научной литературе данная проблема отражена достаточно широко, однако до сих пор ученые не придерживаются одного определенного мнения в исследовании понятия «конституционная ответственность» и оснований ее возникновения. В данной работе сделана попытка обобщить существующие точки зрения, выработать единый подход к обозначенной проблеме. Использовались исследования следующих авторов: Несмеянова С.Э., Сергеев А.С., Мартиросян А.Г., Липинский Д.А., Зиновьев А.В., Лучин О.В., Лейст О.Э., Абдулаев М.И., Комаров С.А., Колосова Н.М., Витрук Н.В.

 

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА  КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ  В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

1.1. Теоретические подходы  к конституционно-правовой ответственности

 

Конституционно-правовая ответственность  впервые появилась не в правовых актах, а в научных исследованиях, причем по сравнению с другими видами юридической ответственности относительно недавно.

Прежде чем давать определение  конституционной ответственности  необходимо раскрыть понятие и существенные признаки родового для нее понятия юридической ответственности. Содержание термина «юридическая ответственность» продолжат оставаться дискуссионным, и на сегодняшний день среди ученых не выработано его единого общепринятого определения.

Выделяются следующие точки  зрения на понятие юридической ответственности:

1) это исполнение обязанности на основе государственного или приравненного к нему общественного принуждения;

2) это разновидность социальной ответственности, предусмотренной санкциями норм права.1

Юридическая ответственность –  это своеобразное правоотношение между государством и лицом, совершившим противоправное деяние, в котором государство имеет право к такому лицу применить нормативно установленные неблагоприятные меры воздействия.

В связи с многообразием точек  зрения на содержание данного термина необходимо выявить его сущностные признаки:

1) основание наступления – деяние (действие либо бездействие), нарушающие правовые устои государства;

2) государственное принуждение, суть которого в применении к лицу лишения личного либо имущественного характера;

3) наказание либо восстановление предыдущего правового положения к цель государственного принуждения.

Существование многочисленных проблем  в общей теории юридической ответственности  осложняет научное осмысление конституционной  ответственности. В литературе, посвященной конституционно-правовой ответственности, нашло отражение многообразие существующих позиций по поводу юридической ответственности. Вследствие этого, а также в связи с неоднозначностью восприятия самой конституционно-правовой ответственности имеются серьезные различия в теоретических подходах к этому виду ответственности, отсутствует единство в характеризующем ее категориальном аппарате. Однако можно констатировать, что в отечественной правовой литературе — при всех разногласиях — мнения сходятся в том, что невозможно отрицать как саму необходимость такой ответственности, так и существование целого комплекса мер конституционно-правовой ответственности в российском законодательстве. Высказываемые точки зрения о сущности конституционно-правовой ответственности весьма разноречивы, однако в юридической литературе, как правило, признается наличие двух аспектов (видов) конституционно-правовой ответственности — позитивного и негативного (ретроспективного). Ответственность первого вида несут все субъекты конституционно-правовых отношений, ответственность второго вида связана с применением специальных мер воздействия, вытекающих из недолжного поведения субъектов конституционно-правовых отношений. Представляется, что попытки рассмотрения конституционно-правовой ответственности одновременно с двух позиций могут привести, в том числе, к неприменению мер государственного воздействия к виновным в неправомерном поведении под предлогом несения ими позитивной ответственности. Ряд авторов отдает предпочтение ретроспективному (негативному) аспекту конституционно-правовой ответственности. При этом конституционно-правовая ответственность понимается как отрицательная оценка деятельности субъекта, в результате чего он испытывает неблагоприятные последствия — ограничение либо лишение политических, юридических или других интересов.2

Исходя из сказанного, некоторые  авторы делают предположение о том, что конституционно-правовая ответственность  номинально включает другие самостоятельные  виды ответственности — парламентскую, президентскую, правительственную или федеральную и т.д., и рассматривают эти виды в качестве самостоятельного явления. Действительно, конституционно-правовая ответственность разнообразна, ибо многовариантны конституционно-правовые отношения. Однако трудно выделить такие особенности, которые необходимы и достаточны для обособления таких видов ответственности в качестве самостоятельных.

Таким образом, под юридической ответственностью понимают своеобразное правоотношение между государством и лицом, совершившим противоправное деяние, в котором государство имеет право к такому лицу применить нормативно установленные неблагоприятные меры воздействия. Сущностные признаки юридической ответственности можно выделить следующие: 1) основание наступления – деяние (действие либо бездействие), нарушающие правовые устои государства; 2) государственное принуждение, суть которого в применении к лицу лишения личного либо имущественного характера; 3) наказание либо восстановление предыдущего правового положения — цель государственного принуждения.

 

1.2. Понятие и место конституционно-правовой  ответственности в системе конституционного  права

 

Принуждение как общий признак  юридической ответственности является государственно-властным способом подавления отрицательных волевых устремлений отдельных субъектов для обеспечения их подчинения нормам права. В праве используются самые разнообразные способы принуждения, объективно обусловленные основаниями и целями их применения. Используя принуждение, государство не только воздействует на правонарушителей, но и осуществляет меры, направленные на предупреждение правонарушений.

Другим общим признаком юридической  ответственности является установление для правонарушителя определенных отрицательных последствий, т.е. мер  принуждения (санкций), которые применяются государством в случае нарушения нормы права.

В конституционном праве предусмотрена  возможность применения мер принуждения, а также мер воздействия за определенные нарушения. Таким образом, конституционно-правовой ответственности, как и всякой другой юридической ответственности, присущи элементы кары как претерпевания неблагоприятных для правонарушителя последствий за нарушение норм конституционного права.

Однако в конституционно-правовой ответственности кара имеет свои особенности, отличающие ее от кары в других видах юридической ответственности. Если, например, уголовное наказание заключается в лишениях личного и имущественного свойства, то правовые последствия реализации конституционно-правовой ответственности имеют иной характер. Отсутствуют в конституционно-правовой ответственности и такие меры государственного принуждения, как конфискация имущества, штраф и т.п.

Вместе с тем, конституционно-правовая ответственность — это не только кара за нарушение правовых норм. Здесь  на первый план выступает правовосстановительная функция ответственности. Но если, например, в гражданском праве восстановление выражается в возвращении в первоначальное состояние, возмещении (компенсации) понесенных убытков и т.п., то в конституционном праве оно связано с устранением нарушений закона и принятием мер по обеспечению нормального функционирования государственного аппарата, деятельности депутатов, должностных лиц, осуществлению конституционных прав, свобод и обязанностей граждан.

Таким образом, конституционно-правовая ответственность — это, прежде всего, отрицательная оценка государством деятельности граждан, государственного органа, должностного лица и т.д., а также мера принуждения, реализация санкции правовой нормы.

Они детализируются в Уголовном  кодексе Российской Федерации и других нормативных актах. Поэтому противоправное деяние, нарушающее эти запреты, нарушает одновременно два вида правоотношений: конституционно-правовое и конкретное правоотношение другой отрасли права, детализирующее конституционно-правовое отношение. Однако эти нарушения влекут за собой применение той меры ответственности, которая установлена законодательством. Такая мера всегда определяется той отраслью права, которая конкретизирует конституционно-правовой запрет. Что же касается самого запрета, то он лишь указывает на безусловную необходимость правовой реакции государства, привлечения виновного субъекта к правовой ответственности.

Особенность предмета конституционного права, как это уже ранее отмечалось, состоит в том, что конституционно-правовое регулирование общественных отношений в различных сферах жизни, охватываемых этой отраслью, неодинаково. В одних сферах жизни общества нормы конституционного права регулируют лишь основополагающие отношения. Во всем объеме их регулирование осуществляется другими отраслями права. В других сферах жизни общества предметом конституционного права охватывается весь комплекс общественных отношений. Именно в этих сферах общественной жизни конституционно-правовая ответственность и применяется, так сказать, в «чистом» виде, как особый вид юридической ответственности.3

Правда, и здесь не исключено  положение, когда государство вынуждено  для защиты определенных общественных отношений прибегать к мерам  не только конституционно-правовой, но и иных видов юридической ответственности.

Использование иных видов юридической  ответственности в этих случаях  связано с тем, что все общественные отношения, составляющие предмет конституционного права, являются базовыми, основополагающими. Они образуют фундамент всего здания сложной системы социальных связей, подлежащих правовому воздействию. Все они являются системообразующими, оформляющими целостность общества, его единство как организованной и функционирующей структуры, основанной на общих началах политического, экономического и социального устройства. Все они, так или иначе, связаны с организацией и функционированием общества и с механизмом, посредством которого осуществляется управление всеми сферами жизнедеятельности общества, поддерживается его целостность. Поэтому государство использует все средства их защиты, все виды юридической ответственности.

stud24.ru

Понятие и признаки конституционно-правовой ответственности

 

Вопрос о понятии конституционно-правовой ответственности является весьма актуальным, в силу того, что в настоящее время в силу специфики правового регулирования конституционно-правовые отношения нуждаются в особой защите,- которой и выступает в некотором свойстве конституционно-правовая ответственность.

Наличие конституционно-правовой ответственности ученые-конституционалисты стали выделять недавно. В качестве самостоятельного вида ответственности, конституционно-правовую ответственность попытались изучить и изложили результаты в своих работах такие ученые как Б. М. Лазарев, Ю. Н. Еременко, Ф. М. Рудинский, С. А. Авакьян, Г. В. Барабашева. Наиболее подробнее вопросы относительно данной ответственности рассматриваются в трудах Н. М. Колосовой, В. О. Лучина, Т. Д. Зражевской, Н. А. Бобровой, В. А. Виноградова.

Стоит отметить, что, несмотря на значительное количество научных трудов, в научной литературе нет единого мнения о том, что можно понимать под конституционно-правовой ответственностью, источниках, основаниях и мерах конституционно-правовой ответственности.

М. П. Авдеенкова понимает под конституционно-правовой ответственностью особый вид ответственности за ненадлежащее осуществление публичной власти должностными лицами и органами публичной власти [1, c.103].

И. А. Конюхова считает, что конституционно-правовая ответственность — это вид позитивной ответственности, выражающаяся в обязанности обеспечивать действие норм конституционного права, а также посредством решения неблагоприятных последствий за нарушение конституционно-правовых норм в негативном смысле [2, c.202].

Т. Д. Зражевская понимает под конституционной ответственностью «самостоятельный вид юридической ответственности, который выражается в установлении приоритетности защиты важнейших отношений, а также возможности наступления неблагоприятных последствий для субъектов конституционного права, нарушивших нормы конституционного законодательства» [3, c. 93].

С точки зрения Е. В. Корчиго, Д. Б. Каткова отличительными характеристиками конституционной ответственности как одним из особых видов ответственности является то, что данная ответственность может применяться как к государству, так и к отдельному человеку [4, c.50]. Государство выступает субъектом конституционно-правовой ответственности в случае ненадлежащего исполнения конституционных обязанностей или неисполнения, провозглашенных в ст. 2 Конституции РФ.

По мнению Н. М. Колосовой, конституционная ответственность применяется к субъектам права лишь в том случае ненадлежащего исполнения или неисполнения субъектом своих обязанностей, а также в случае злоупотребления ими [5, c.40].

Весьма интересной представляется точка зрения О. Е. Кутафина, Е. И. Козлова, по их мнению, конституционно-правовая ответственность представляет собой вид ответственности, санкционированный мерами государственного принуждения, базирующийся на общественном и юридическом осуждении правонарушения и выражающийся в установлении определенных отрицательных последствий [6, c.204].

В качестве отличительных признаков конституционно-правовой ответственности от, например, уголовной, гражданской является то, что, во-первых, она имеет самостоятельный объект защиты — это конституционные правоотношения и самостоятельные механизмы восстановления конституционного правопорядка.

Во-вторых, данный вид ответственности имеет комплексный характер, который заключается в том, что ответственность несет государство в целом, так и отдельные властные структуры, а также ответственность отдельной личности или группы лиц, которая наступает за невыполнение или ненадлежащее выполнение своих конституционных обязанностей, а также в случае злоупотребления правами.

В-третьих, отсутствие единой процедурной формы применения.

В-четвертых, основанием конституционно-правовой ответственности является нарушение норм конституционного права, выражающееся в ненадлежащем исполнении или неисполнении субъектом правоотношений своих конституционных обязанностей или злоупотреблении своими конституционными правами.

Следующей отличительной характеристикой выступает то, что Конституционно-правовая ответственность носит как правило, ярко выраженный политический характер и тесно соприкасается, в отдельных случаях даже сочетается политической ответственностью. В качестве примера, можно рассмотреть случай, когда отставка правительства может быть как мерой политической, так и конституционно-правовой видов ответственности [7, c.145].

Особенной характеристикой конституционно-правовой ответственности является латентный (скрытый) характер. Примером может быть статья 53 Конституции РФ, которая прямо не говорит о государстве как о субъекте конституционно-правовой ответственности, для отнесения государства к таковым требуется анализ нескольких правовых норм. Порой для решения того или иного вопроса конституционно-правовой ответственности требуется анализ целого комплекса правовых актов.

Таким образом, резюмируя вышеназванное, следует отметить, что в научнойлитературе нет единства мнений, о том, что необходимо понимать под конституционно-правовой ответственностью. Более того, ряд авторов нередко подменяют понятие «конституционно-правовая ответственность» под «конституционную ответственность». На наш взгляд, более целесообразным представляется использование термина «конституционно-правовая ответственность», так как, именно Конституция РФ регулирует общественные отношения, устанавливает общие принципы жизнедеятельности российского общества, которые детализируются и конкретизируются в других источниках конституционного права, в частности, в федеральных конституционных законах и федеральных законах, а также в силу того, что конституционное право не исчерпывается нормами Конституции РФ, включая в себя обширный перечень иных источников, поэтому термин «конституционно-правовая ответственность» в большей степени соответствует предмету исследования.

 

Литература:

 

  1.      Авдеенкова М. П. Конституционно-правовая ответственность в России: проблемы становления и реализации: Дис…. канд. юрид.наук: Москва, 2003–200 c.
  2.      Конюхова И. А. Конституционное право Российской Федерации. Общая часть: курс лекций. М.: ИНФРА-М, 2010. 324 с.
  3.      Боброва Н. А., Зражевская Т. Д. Ответственность в системе гарантий конституционных норм. Государственно-правовые аспекты. Монография / Науч. ред.: Основин В. С. — Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1985. — 154 c.
  4.      Хасмутдинов Р. Р. Конституционная ответственность как структурный элемент системы юридической ответственности / Р. Р. Хасмутдинов //Вестник МГОУ. Серия «Юриспруденция».- 2014. — № 3.- С. 49–54.
  5.      Колосова Н. М. Конституционная ответственность в Российской Федерации: Ответственность органов государственной власти и иных субъектов права за нарушение конституционного законодательства Российской Федерации / Н. М. Колосова. — М.: Городец, 2000. — 190 с.
  6.      Козлова Е. И., О. Е. Кутафин.Конституционное право России: учебник / Е. И. Козлова, О. Е. Кутафин. — М.: Проспект: Велби, 2006. — 603 с.
  7.      Кондрашев, А. А. Теория конституционно-правовой ответственности / А. А. Кондрашев. — М.: Юрист, 2011.- 201 с.

moluch.ru

Глава II. Конституционно-правовая ответственность

§ 1. Понятие и особенности

конституционно-правовой ответственности

Юридическая ответственность — важнейший институт любой правовой системы, один из сущностных признаков права, необходимый элемент механизма его действия. В силу этого проблема юридической ответственности занимает одно из центральных мест как в общей теории права, так и в отраслевых юридических науках, включая и конституционное право.

Господствующей в литературе о юридической ответственности является ее трактовка как меры государственного принуждения, основанной на юридическом и общественном осуждении правонарушения и выражающейся в установлении для него определенных отрицательных последствий в форме ограничений (лишений) личного или имущественного порядка.

Поскольку юридическая ответственность является одним из важнейших средств организации правильного (должного) исполнения предписаний правовых актов, предупреждения и пресечения нежелательного с точки зрения закона поведения субъектов общественных отношений, она является категорией, свойственной всем отраслям права, включая и конституционное.

Будучи одним из видов юридической ответственности, конституционно-правовая ответственность обладает всеми общими признаками, которые выделяют юридическую ответственность среди других социальных явлений. Она, как и любая другая юридическая ответственность, является мерой государственного принуждения, основанной на юридическом и общественном осуждении правонарушения и выражающейся в установлении для правонарушителя определенных отрицательных последствий.

Принуждение как общий признак юридической ответственности является государственно-властным способом подавления отрицательных волевых устремлений отдельных субъектов для обеспечения их подчинения нормам права. В праве используются самые разнообразные способы принуждения, объективно обусловленные основаниями и целями их применения. Используя принуждение, государство не только воздействует на правонарушителей, но и осуществляет меры, направленные на предупреждение правонарушений.

Другим общим признаком юридической ответственности является установление для правонарушителя определенных отрицательных последствий, т.е. мер принуждения (санкций), которые применяются государством в случае нарушения нормы права.

В конституционном праве предусмотрена возможность применения мер принуждения, а также мер воздействия за определенные нарушения. Например, согласно Конституции РФ (ч. 3 ст. 115) постановления и распоряжения Правительства РФ в случае их противоречия Конституции РФ, федеральным законам и указам Президента РФ могут быть отменены Президентом РФ. Отмена акта является принудительным воздействием со стороны Президента РФ, которое прекращает возникшее правоотношение и предупреждает наступление вредных последствий издания неправомерного акта. Вместе с тем, эта отмена является конституционно-правовой санкцией, выражающей в правовой форме последствия несоблюдения норм конституционного права. Эти последствия носят неблагоприятный для правонарушителя характер.

Таким образом, конституционно-правовой ответственности, как и всякой другой юридической ответственности, присущи элементы кары как претерпевания неблагоприятных для правонарушителя последствий за нарушение норм конституционного права. Эта кара всегда имеет государственно-властную, принудительную природу.

Однако в конституционно-правовой ответственности кара имеет свои особенности, отличающие ее от кары в других видах юридической ответственности. Если, например, уголовное наказание заключается в лишениях личного и имущественного свойства, то правовые последствия реализации конституционно-правовой ответственности имеют иной характер. Отсутствуют в конституционно-правовой ответственности и такие меры государственного принуждения, как конфискация имущества, штраф и т.п.

Вместе с тем, конституционно-правовая ответственность — это не только кара за нарушение правовых норм. Здесь на первый план выступает правовосстановительная функция ответственности. Но если, например, в гражданском праве восстановление выражается в возвращении в первоначальное состояние, возмещении (компенсации) понесенных убытков и т.п., то в конституционном праве оно связано с устранением нарушений закона и принятием мер по обеспечению нормального функционирования государственного аппарата, деятельности депутатов, должностных лиц, осуществлению конституционных прав, свобод и обязанностей граждан.

Необходимым элементом основания конституционно-правовой ответственности является наличие вины. Однако здесь требуется правильное понимание таких ее психологических форм, как умысел и неосторожность. Используя в конституционном праве эти категории, конечно, противоестественно говорить, например, о «неосторожном» неудовлетворении требований, предъявляемых к деятельности должностного лица, о «неосторожном» отсутствии контроля и т.п. Однако вполне естественно было бы сказать о неполноценности или нерадивости должностного лица, которое неумышленно допустило в своей деятельности очевидные нарушения, т.е. совершило действия или бездействие, которые в других отраслях права как раз и признаются неосторожными.

Таким образом, конституционно-правовая ответственность — это прежде всего отрицательная оценка государством деятельности граждан, государственного органа, должностного лица и т.д., а также мера принуждения, реализация санкции правовой нормы.

Наряду с общими признаками, свойственными всем другим видам ответственности, конституционно-правовая ответственность имеет свои особенности, не свойственные ни одному другому виду юридической ответственности. Эти особенности обусловлены специфическими свойствами предмета конституционного права.

Конституционное право регулирует основополагающие отношения, определяющие содержание всех других общественных отношений во всех сферах жизнедеятельности общества. Оно устанавливает не только принцип безусловной наказуемости всех деяний, нарушающих общественные отношения, но и общие запреты на совершение тех или иных деяний.

Так, согласно Конституции РФ (ч. 4 ст. 3) никто не может присваивать власть в Российской Федерации. Захват власти или присвоение властных полномочий преследуются по федеральному закону. В ч. 5 ст. 13 Конституции РФ указывается: «Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни».

Такого рода запреты на совершение тех или иных деяний требуют установления юридической ответственности в различных отраслях права. Они детализируются в Уголовном кодексе Российской Федерации и других нормативных актах. Поэтому противоправное деяние, нарушающее эти запреты, нарушает одновременно два вида правоотношений: конституционно-правовое и конкретное правоотношение другой отрасли права, детализирующее конституционно-правовое отношение. Однако эти нарушения влекут за собой применение той меры ответственности, которая установлена законодательством. Такая мера всегда определяется той отраслью права, которая конкретизирует конституционно-правовой запрет. Что же касается самого запрета, то он лишь указывает на безусловную необходимость правовой реакции государства, привлечения виновного субъекта к правовой ответственности.

Все это, разумеется, не означает, что конституционно-правовая ответственность всегда обеспечивается только каким-либо иным видом ответственности.

Особенность предмета конституционного права, как это уже ранее отмечалось, состоит в том, что конституционно-правовое регулирование общественных отношений в различных сферах жизни, охватываемых этой отраслью, неодинаково. В одних сферах жизни общества нормы конституционного права регулируют лишь основополагающие отношения. Во всем объеме их регулирование осуществляется другими отраслями права. В других сферах жизни общества предметом конституционного права охватывается весь комплекс общественных отношений. Именно в этих сферах общественной жизни конституционно-правовая ответственность и применяется, так сказать, в «чистом» виде, как особый вид юридической ответственности.

Правда, и здесь не исключено положение, когда государство вынуждено для защиты определенных общественных отношений прибегать к мерам не только конституционно-правовой, но и иных видов юридической ответственности.

Использование иных видов юридической ответственности в этих случаях связано с тем, что все общественные отношения, составляющие предмет конституционного права, являются базовыми, основополагающими. Они образуют фундамент всего здания сложной системы социальных связей, подлежащих правовому воздействию. Все они являются системообразующими, оформляющими целостность общества, его единство как организованной и функционирующей структуры, основанной на общих началах политического, экономического и социального устройства. Все они так или иначе связаны с организацией и функционированием общества и с механизмом, посредством которого осуществляется управление всеми сферами жизнедеятельности общества, поддерживается его целостность. Поэтому государство использует все средства их защиты, все виды юридической ответственности.

Необходимость использования всех видов юридической ответственности для защиты конституционно-правовых отношений определяется также спецификой санкций конституционно-правовой ответственности, которые, как правило, сами по себе не носят ни карательного в прямом смысле этого слова, ни компенсирующего характера.

Итак, конституционно-правовая ответственность может наступать за нарушение норм конституционного права. Однако не всякая ответственность за нарушение этих норм является конституционно-правовой. В нормах конституционного права могут закрепляться и иные виды ответственности. Например, согласно ст. 20 Конституции РФ за особо тяжкие преступления может применяться в качестве исключительной меры наказания смертная казнь впредь до ее отмены. Таким образом, в этой статье Конституции речь идет не о конституционно-правовой ответственности, а об уголовной.

Говоря о соотношении конституционно-правовой и других видов юридической ответственности, можно выделить несколько вариантов их раздельного или совместного применения.

В одних случаях применение того или иного вида ответственности может исключить конституционно-правовую ответственность. Например, лица, захватившие власть или присвоившие властные полномочия, привлекаются к уголовной ответственности.

В других случаях применение конституционно-правовой ответственности может исключить необходимость использования какой-либо иной ответственности. Например, отставка министра в связи с его плохой работой, как правило, снимает вопрос о применении к нему мер дисциплинарной ответственности.

Иногда конституционно-правовая ответственность используется независимо от того, использована ли другая ответственность. Например, нарушение порядка подсчета голосов влечет аннулирование результатов выборов по избирательному округу независимо от того, понесли ли виновные уголовную ответственность.

Наконец, применение другой ответственности в ряде случаев обязательно влечет и конституционно-правовую ответственность. Например, в связи с вступлением в законную силу обвинительного приговора суда в отношении лица, являющегося депутатом, соответствующий законодательный (представительный) орган принимает решение о досрочном прекращении его депутатских полномочий.

Конституционно-правовая ответственность часто носит ярко выраженный политический характер и тесно соприкасается или даже сочетается с политической ответственностью. Например, отставка правительства может быть как мерой конституционно-правовой ответственности, когда она наступает в результате ненадлежащего исполнения правительством своих обязанностей, так и мерой политической, когда правительство увольняется с целью разрешения сложившегося в стране политического кризиса. Не исключено также, что такая отставка может быть одновременно и мерой политической, и мерой конституционно-правовой ответственности. Однако при этом важно учитывать, что основанием конституционно-правовой ответственности для высших должностных лиц является нарушение их конституционных обязанностей, тогда как политическая ответственность означает только то, что занимающее высшую государственную должность лицо может лишиться политической поддержки в силу той или иной причины.

Характерной для конституционно-правовой ответственности особенностью является то, что не существует единой процедурной формы ее применения. Почти каждой мере конституционно-правовой ответственности соответствует свой особый порядок ее назначения и исполнения. Например, порядок отрешения Президента РФ от должности иной, чем, скажем, порядок отмены незаконного акта или досрочного роспуска того или иного государственного органа и т.д.

studfiles.net

Позитивная и негативная конституционно-правовая ответственность

Позитивная и негативная конституционно-правовая ответственность

Ранее бытовало мнение, что реализация норм конституци­онного (государственного) права осуществляется организаци­онными средствами. Но в самой этой отрасли права нет санк­ций; выполнение ее предписаний обеспечивается, если такое требуется, санкциями других отраслей права — уголовного, ад­министративного, частично гражданского. Если есть отрасль права, она должна обеспечи­вать реализацию своих норм прежде всего собственными средст­вами, в том числе мерами ответственности, санкциями, а уж за­тем мерами других отраслей права.

Вывод о том, что действие норм конституционного права обеспечивается санкциями других отраслей права, не учитывал и того, что последние применяются не за конституционно-пра- вовые составы правонарушений (или деликты, как сегодня принято говорить). Налицо было фактически два вида правона­рушений — за первое наступала конституционно-правовая от­ветственность, за второе —• отраслевая. Например, подлог на выборах вызывает такие меры конституционно-правовой ответ­ственности, как признание выборов недействительными, рас­формирование избирательных комиссий. А для виновных лиц может наступить административная или уголовная ответствен­ность.

В современных условиях вопрос о конституционно-правовой ответственности стал актуальным в силу великого множества конституционно-правовых отношений и необходимости обеспече­ния должного поведения их участников. Например, с признанием института президента встал вопрос о досрочном прекращении полномочий президента, в том числе путем отрешения его от должности. Если появился принцип разделения властей, а зна­чит, и определенная их конкуренция, то можно говорить и о роспуске палат парламента, и об отправлении правительства в отставку как конституционно-правовых санкциях.

В теории ответственности выделяют три аспекта: 1) внутрен­нее отношение субъекта права к своему долгу в части выполне­ния требований норм права; 2) ответственность перед кем-то, предполагающая возможность спросить с данного субъекта права отчет за его действия’, 3) применение санкций (наказания) к субъекту права в связи с оценкой его поведения. Первый и второй варианты трактуются как проявление так называемой позитивной ответственности, третий вариант — негативной от­ветственности.

Позитивная ответственность — ответственность перед сво­ей совестью либо перед кем-то, кто может оценить поведение данного субъекта права. То есть спрашивают за поведение, в целом соответствующее закону, за его исполнение, поэтому и ответственность называется позитивной.

Если поведение оценивается как нарушающее определенные нормы, т. е. как негативное, наступает черед применения санк­ций за такое поведение. Это и будет негативная ответствен­ность, ее еще называют ретроспективной (обращенной назад), т. е. наступающей за ранее совершенные действия.



Не все ученые признают выделение позитивной ответствен­ности наряду с негативной. Однако многое зависит от кон­кретной отрасли права. Например, в уголовном праве более ес­тественно говорить об ответственности как наказании за со­вершенные деяния, это негативная ответственность. Но в конституционном праве есть основания для выделения пози­тивной ответственности. Вероятно, еще можно отказаться от понятия ответственности, при котором его критерием является восприятие индивидом, иным субъектом права меры своего долга за решение задачи (первый аспект). Но нельзя уйти от того, что в государстве, во властных отношениях существует ответственность кого-то перед кем-то, и она дает право одному спросить с другого за исполнение его функций (второй ас­пект). Типичным примером такой позитивной ответственности является представление Правительством РФ отчета об испол­нении федерального бюджета Государственной Думе, а также ежегодного отчета о результатах своей деятельности, в том чис­ле по вопросам, поставленным Государственной Думой (п. «а» ч. 1 ст. 114 Конституции). Позитивная ответственность может быть конструктивным элементом взаимоотношений в системе органов государственной власти и местного самоуправления.

Но безусловно, важнейшей проблемой конституционно-пра­вовой ответственности является негативная ответственность, т. е. последствия недолжного поведения.

Прежде всего: что есть должное поведение? Очень хочется сказать, что это поведение, соответствующее норме права. Но поведение участников конституционно-правовых отношений от­нюдь не предопределяется лишь правовыми нормами, оно часто обусловлено политическими соображениями, оценками и крите­риями. Безуспешно работающее правительство, не нарушая ни одной правовой нормы, будет отправлено в отставку. И успеш­но работающее правительство тоже кого-то не устроит, и его отправят в отставку.

Кстати, это и настораживает в конституци- онно-правовой ответственности. Правовая ответственность вы­текает из правонарушения. Но вот есть ли оно — вопрос.

Конечно, можно включить в нормы права какие-то оценоч­ные категории и далее считать ответственность наступившей за нарушение таких норм, т. е. за правонарушения. Например, за­фиксируем обязанность правительства работать «хорошо», «ус­пешно» и т. п. А затем, отправляя его в отставку, провозгласим, что оно, мол, нарушило данное конституционное предписание. Или к примеру, полномочия главы исполнительной власти субъекта РФ прекращаются досрочно в случае утраты доверия Президента РФ. Следовательно, норма требует от главы так ра­ботать, чтобы «быть в доверии» у Президента. Отправляемого в отставку по данному критерию можно считать нарушившим правовую норму. Но для совершенствования конституционно­правовой ответственности это ничего не даст. Все равно на первом плане будут соображения делового или политического характера. Таким образом, конституционно-правовая ответст­венность зачастую есть политическая ответственность, всего лишь сопровождаемая конституционно-правовой формой.

Поэтому можно говорить о следующем генеральном прави­ле: следует стремиться к тому, чтобы меры конституционно­правовой ответственности применялись за нарушение норм права; но иногда на первый план выступают политические, деловые, а то и моральные критерии.

Другой важный вопрос: во всех ли случаях применения мер принуждения можно говорить о конституционно-правовой от­ветственности ? Ответ не может быть однозначным, и все зави­сит от конкретных случаев. Например, допущенные к участию в выборах кандидаты в депутаты или избирательные объедине­ния (политические партии), не набравшие определенного числа голосов избирателей, обязаны вернуть соответствующую часть средств, полученных ими от избирательных комиссий, и если этого не сделают добровольно, возможно принудительное взы­скание. Это, конечно, не санкции. Если Президент РФ ввел чрезвычайное положение на территории какого-то субъекта РФ из-за того, что местные органы власти допустили возникнове­ние напряженной ситуации и угрозы жизни и безопасности на­селения, акция Президента может трактоваться в отношении соответствующих органов как санкция, поскольку введение чрезвычайного положения стало следствием их виновной дея­тельности (бездействия). Если же чрезвычайное положение вве­дено в связи с природными катаклизмами или массовыми забо­леваниями людей, говорить о конституционно-правовой ответ­ственности и санкциях в таком случае не приходится.

И еще вопрос: во всех ли случаях наступления негативных по­следствий надо говорить об ответственности? Нет. Негативные последствия нередко возникают в результате отказа в принятии соответствующего решения, но оно не будет санкцией, и ответ­ственность не наступает.

Попытаемся с опреде­ленной долей условности сгруппировать меры конституционно­правовой ответственности (санкции) для их лучшего усвоения читателями.

1.Меры, принимаемые к физическим и юридическим лицам для обеспечения интересов государства и народа.

2.Меры, принимаемые для обеспечения федеративных и иных «вертикальных» конституционных правоотношений.(федеральное вмешательство в дела субъектов, в Бюджетном Кодексе – предупреждение о надлежащем исполнении бюджетного процесса, блокировка расходов).

3. Меры, принимаемые в связи с реализацией избирательных прав граждан и организацией избирательного процесса в Россий­ской Федерации.

4.Меры, принимаемые в связи с деятельностью органов госу­дарственной власти и местного самоуправления, а также депу­татов и должностных лиц. Это могут быть меры, в результате которых деятельность органа прекращается, он ликвидируется либо формируется в новом составе. Известны также такие меры конституционно-правовой ответственности, как роспуск, пре­кращение полномочий, расформирование, переформирование орга­на, прекращение полномочий (освобождение, отрешение от долж­ности) соответствующего лица.

*********************************************

9. Верховная государственная власть: понятие, признаки, институты.

Первой по степени значения среди форм власти народа яв­ляется государственная власть. Акты (действия) государствен­ной власти распространяются на всех граждан, проживающих на территории ее действия, имеют общеобязательный характер, т. е. подлежат исполнению всеми государственными органами, общественными объединениями, должностными лицами и гражданами. Государственная власть добивается следования ее воле методами убеждения, агитации, воспитания, но при необ­ходимости применяет государственное принуждение и систему государственных санкций (наказаний).

Государственную власть осуществляют либо народ в целом, Либо специальная система государственных органов (органов госу­дарственной власти).

Верховная власть имеет следующие основные признаки, вытекающие из ее принципиального содержания и государственного значения:

· Единство (неделимость). «Государственная власть всегда одна и, по существу своему, не может допустить конкуренции другой такой же власти в отношении тех же лиц, на пространстве той же территории[1].» Принцип разделения властей распространяется на государственные органы, подчинённые верховной власти, которая делегирует им соответствующие полномочия (законодательные, исполнительные, судебные и т. д.).

· Неограниченность. Юридическое подчинение носителя верховной власти какой-либо внешней силе (другому государству, надгосударственному образованию) означает переход верховной власти к этой силе.

· Полнота. В государстве отсутствует какая-либо власть, неподконтрольная верховной.

· Постоянство и непрерывность. Прекращение существования верховной власти равносильно исчезновению самого государства (утрате им независимости). Смена типа верховной власти возможна не эволюционным, а лишь революционным путём — через ликвидацию старого государственного строя и учреждение нового.

Высшим выражением непосредственного (прямого) осуще­ствления государственной власти самим народом являются ре­ферендум (народное голосование) и выборы депутатов законода­тельных (представительных) органов государственной власти (депутатов Государственной Думы Федерального Собрания, за­конодательных собраний субъектов РФ), а также государствен­ных выборных должностных лиц (Президент РФ).

Институты государственной власти – это социальные образования, связанные с осуществлением власти и управлением обществом.

Государственную власть народа, помимо самого народа, осу­ществляют по его уполномочию органы государстваорганы государственной власти, делают они это на постоянной (регу­лярной) основе, в то время как необходимость в акциях с участием народа возникает лишь периодически.

Органом государства (государственной власти) являются группа (коллектив) граждан или один гражданин, которым пору­чено осуществление задан и функций государства’, орган образован в надлежащем порядке, определенном конституцией или законом, наделен соответствующими полномочиями, действует в установленном законодательством порядке, принимает необхо­димые правовые акты и несет ответственность за свою дея­тельность перед народом и государством.

Органы государственной власти, осуществляющие власть народа, в Конституции РФ делятся на три вида — законодательной, исполнительной и судебной власти.

По уровням государственные органы в Российской Федера­ции делятся на федеральные органы государственной власти и ор­ганы государственной власти субъектов РФ.

Государственную власть на федеральном уровне представля­ют и осуществляют, согласно ст. 11 Конституции РФ, Прези­дент РФ, Федеральное Собрание — парламент РФ, Правитель­ство РФ и другие федеральные органы исполнительной власти, суды Российской Федерации.

*********************************************

10. Понятие и юридические свойства Конституции РФ. Прямое действие Конституции РФ. Анализ Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.95 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия». Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.1998г.

Под Конституцией понимается основной закон государства, выражающий волю народа в целом либо отдельных социальных групп (обществ) и закрепляющий в их интересах важнейшие начала общественного строя и государственной организации соответствующей страны.

Юридические свойства конституции — это ее признаки как основного закона государства.

13. Конституцияосновной закон государства

Как отмечалось выше, любая конституция относится к числу правовых актов, является законом и обладает всеми его чертами.

В нашей стране Конституция — это один акт. В науке кон­ституционного (государственного) права основной закон, пред­ставленный одним актом, принято называть писаной конститу­цией. Если у государства нет такого единого акта, а конституци­онное значение признается за рядом актов разных лет, то их в совокупности обычно именуют неписаной конституцией (на­пример, в Великобритании).

14. Юридическое верховенство

Юридическое верховенство конституции означает ее высшую юридическую силу по отношению ко всем иным нормативным актам. В Российской Федерации в общий их перечень включаются и федеральные законы, и федеральные конституционные законы.

Юридическое верховенство конституций обычно подчерки­вается в них самих. Так, согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ «Конституция Российской Федерации имеет высшую юридиче­скую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, прини­маемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации».

Акты могут развивать положения Конституции. Но при этом, если первое слово по какому-то вопросу уже сказано в Конституции, они не вправе содержать в себе другое предпи­сание.

15. База текущего законодательства

Конституция является базой для текущего законодательства, определяет его характер. Текущее законодательство развивает предписания конституции, исходит из ее духа при детальном регулировании различных общественных отношений.

Текущее регулирование общественных отношений в разви­тие норм конституций необходимо. Обычно конституции ини­циируют текущее регулирование, используя для этого разные приемы, нацеленные на принятие нормативных актов, разви­вающих ее положения. Так, Конституция РФ делает это сле­дующими методами:

1)прямо указывает виды федеральных конституционных за­конов и многих федеральных законов, требуемых для подроб­ного регулирования определенных вопросов; конкретно преду­сматривает принятие федеральных законов — о гражданстве (ст. 6), о военной службе (ст. 59), об альтернативной граж­данской службе (ст. 59).

2)использует указание на то, что определенные обществен­ные отношения регулируются федеральным законом, не назы­вая конкретный по наименованию или содержанию акт. Так, согласно ч. 3 ст. 36, закрепляющей право частной собственно­сти на землю, «условия и порядок пользования землей опреде­ляются на основе федерального закона».

3)говорит о необходимости дополнительного регулирования общественных отношений либо закрепления гарантий для их участников в акте текущего законодательства, оставляя на по­следующее разрешение вопрос о виде акта и принимающем его органе. Например, согласно ст. 43 Конституции РФ, посвящен­ной праву граждан на образование, Российская Федерация «ус­танавливает федеральные государственные образовательные стандарты»; ясно, что для этого понадобится соответствующий нормативный акт.

16. Особый порядок принятия и изменения

Конституцию характеризует и такое юридическое свойство, как особый порядок принятия и изменения.

Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.95 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия».

Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции Российской Федерации Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. В соответствии с этим конституционным положением судам при рассмотрении дел следует оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматриваемые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Конституцию Российской Федерации в качестве акта прямого действия.

Суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности:

а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) когда суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей;

в) когда суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции;

г) когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует.

В случаях, когда статья Конституции Российской Федерации является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения Конституционного Суда Российской Федерации о признании неконституционной той или иной нормы закона не препятствует применению закона в остальной его части.

Нормативные указы Президента Российской Федерации как главы государства подлежат применению судами при разрешении конкретных судебных дел, если они не противоречат Конституции Российской Федерации и федеральным законам (ч. 3 ст. 90 Конституции Российской Федерации).


Дата добавления: 2015-07-11; просмотров: 1373 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО | Источники конституционного права как отрасли права. | Порядок изменения глав 3-8 Конституции России. Постановление Конституционного Суда РФ от 31.10.1995г. | Статус судей | Конституционный Суд РФ как орган по защите конституционных прав и свобод человека и гражданина. | Полномочия Конституционного Суда РФ. | Правовая позиция | Особое мнение судьи | Гарантии реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина. | Ограничения прав и свобод личности. |
mybiblioteka.su — 2015-2019 год. (0.015 сек.)

mybiblioteka.su

Необходимость выделения конституционно-правовой ответственности как самостоятельного вида юридической ответственности

Как важнейший социальный регулятор институт ответственности ориентирует участников общественных отношений на добросовестное, легитимное, социально полезное поведение, формализуя последнее в виде обязанностей и предусматривая за их невыполнение применение воздействия негативного характера (санкций). Данный социальный институт универсален в том смысле, что используется всеми известными в истории системами регулирования — обычной, нравственной, религиозной, политической и правовой. Именно поэтому развитие института ответственности в направлении его эффективности адекватности вызовам времени — серьезная проблема, не теряющая своей актуальности.

Юридическая (правовая) ответственность как вид социальной ответственности должна обладать всеми ее родовыми параметрами: именно общественными потребностями определяются ее цели, функции, субъекты, основания, меры и др. Из этого исходит современная теория юридической ответственности. Однако она недостаточно четко обосновывает систему критериев выделения видов юридической ответственности. Особенно очевидным это оказалось, когда наряду с традиционными видами ответственности: уголовно-правовой, гражданско-правовой, административно-правовой и дисциплинарной — в научных исследованиях, появившихся в последние два десятилетия, стали выделять и обосновывать финансово-правовую (налоговую), конституционную, процессуальную и другие виды ответственности [2, с.8]. Причины такой ситуации понятны: бурное развитие законодательства в ходе проводимых социально-экономических и политико-правовых преобразований и попытки обеспечить это законодательство гарантиями реализации привели к модернизации института юридической ответственности, который в его традиционном советском варианте уже не обеспечивал потребности развивающегося общества. Однако новое законодательство не в полной мере прояснило, а напротив, даже усложнило задачу выявления и отграничения видов юридической ответственности, повысив ее актуальность для современной науки.

Современные исследователи предлагают выделять публично-правовую и частноправовую ответственность в соответствии с самыми крупными компонентами структуры права — частным и публичным. Ответственность в публичном праве дифференцируется на конституционную, дисциплинарную, административную, уголовную, условно отличающиеся сферой действия, степенью и характером общественной опасности публично-правового деликта (нарушения), специфическими правовыми последствиями. При этом отмечается, что возможны и иные классификации юридической ответственности. Например, в зависимости от порядка применения различают ответственность, налагаемую в судебном, административном, судебно-административном порядках [2, c.5]. Вместе с тем очевидно, что простая привязка вида ответственности к конкретной отрасли права вопроса в целом не решает: например, дисциплинарная ответственность применяется главным образом в рамках трудового права, но и в отношениях, регулируемых воинским уставом, уголовно-исполнительным законодательством, не включаемых в предмет трудового права. Нормы же отрасли конституционного права охраняются с помощью уголовной, административной, дисциплинарной и иных видов ответственности. До сих пор идет дискуссия об отраслевой принадлежности санкций в отношении судей [3, c.4].

Можно отметить со всей определенностью, что все большее количество российских теоретиков права и конституционалистов готовы признать, что в российской правовой системе динамично формируется институт конституционно-правовой (конституционной) ответственности, элементы которого появились еще в советский период.

Целый ряд источников современного российского конституционного права не только обязывают субъектов конституционно-правовых отношений выполнять соответствующие предписания, но и устанавливают для них различные виды отрицательных последствий (прекращение деятельности общественного объединения, расформирование избирательной комиссии, досрочное прекращение полномочий государственного органа, лишение статуса и др.), определяют инстанции и процедуру реализации таких последствий. Это означает, что в рамках конституционного права появился самостоятельный вид государственно-правового принуждения, характеризующийся наличием собственной нормативной базы (хотя и не обобщенной или кодифицированной), перечнем субъектов, оснований и инстанций их применения.

Теория права всегда исходила из постулата о том, что норма права должна быть защищена механизмом ответственности, в который включаются и отрицательные последствия за ее неисполнение или нарушение. Институт ответственности в рамках отрасли отечественного конституционного права только формируется. Трудности возникают как на уровне научной интерпретации имеющихся законодательных конструкций, так и при реализации соответствующих норм. Они вызваны неразвитостью новых экономических отношений, устойчивостью «правового нигилизма» и устаревших стереотипов в сознании и поведении людей. И тем не менее основа для научного обоснования нового правового института в отечественной правовой системе есть. Попытаемся определить его основные параметры.

Начнем с социальных истоков. Целью юридической ответственности является обеспечение правопорядка как условия стабильности и безопасности социальной системы. В конституционно-правовой сфере эта цель может быть конкретизирована как обеспечение конституционного порядка через верховенство, высшую юридическую силу конституции, прямое действие ее норм, реализацию и защиту прав и свобод человека и гражданина. Для достижения этой цели в механизм ответственности включается определенная схема поведения социальных субъектов: социально одобряемое и добросовестное поведение членов сообщества и порицающая реакция этого сообщества в отношении тех, кто допускает социально неодобряемое поведение, в виде негативных последствий. Приобретая юридическую форму, социальная ответственность предстает перед нами как сложное правовое отношение, предполагающее правомерное поведение субъектов этих отношений либо наступление для них предусмотренных правовыми нормами негативных последствий как результат неправомерного поведения.

Исходя из этого структуру конституционно-правовой ответственности образует правомерное поведение субъектов конституционно-правовых отношений. Социальные истоки такой структуры кроются в том, что любая социальная общность стремится защитить себя от внешних и внутренних угроз, создавая себе условия стабильности и безопасности. Механизм конституционно-правового регулирования строится исходя из очерченной выше логики социальных связей: конституционные нормы формируют конституционно-правовые статусы тех или иных субъектов — гражданина, беженца, общественного или религиозного объединения, государственного органа, должностного лица и т. д. Ответственность в конституционном праве напрямую связывает субъекта с его конституционным статусом: нарушение с его стороны конституционных норм влечет прекращение (аннулирование) такого статуса, и наоборот, добросовестное законопослушное поведение должно рассматриваться как основа для расширения и повышения этого статуса, поощрительных мер.

Правомерное поведение субъектов конституционно-правовых отношений, т. е. позитивная конституционно-правовая ответственность, казалось бы, не требует более глубокого изучения и научного осмысления. Однако практика функционирования властного механизма свидетельствует о том, что позитивное в правовом отношении поведение, формально заслуживающее высокой оценки, может вызывать негативную реакцию определенной части государственно-властного механизма.

В особом внимании нуждается и морально-этический аспект «должного» поведения, который, как правило, вообще не берется в расчет при анализе позитивной ответственности, но зачастую выступает определяющим в механизме ретроспективной (негативной) ответственности, например, судей и прокурорских работников [5, c.16].

На наш взгляд, с позитивной конституционно-правовой ответственностью непосредственно связано поощрительно-наградное право. Данный правовой институт включает правоотношения, возникающие как по поводу присвоения почетных званий и чинов, так и награждения государственными наградами. Очевидной становится и потребность в законодательном закреплении целей, функций, принципов наградного права, а также оснований (критериев) возникновения различных видов наградных отношений, как и их прекращения [3, c.8,10]

Институт публично-правовой ответственности отражает характер отношения социальных, прежде всего властных, субъектов к своим правовым обязанностям. Таким образом, данный институт напрямую связан с оценкой поведения субъектов на основе критерия правомерности. Отражающая такое поведение позитивная ответственность включается в правовое регулирование как его необходимый атрибут и обеспечивает общее позитивное последствие, являющееся целью правового регулирования, — конституционный порядок.

Исходя из сказанного новый вид ответственности, возникший в рамках конституционно-правового регулирования, можно в первом приближении определить следующим образом: конституционно-правовая ответственность — это возникающее в результате конституционно-правового регулирования сложное правовое отношение, предполагающее должное поведение субъектов этих отношений либо наступление для них предусмотренных конституционно-правовыми нормами негативных последствий как результат недолжного (неправомерного) поведения (негативная ответственность).

Для определения границ института конституционной ответственности и ее особенностей исследователю важно выбрать исходную позицию своего анализа: обычно это выявление социальной потребности, которую реализует этот институт, теоретические разработки данной проблемы и практика ее проявления в реальной жизни. В правовой сфере, следовательно, мы должны отталкиваться от научного понимания института юридической ответственности и реальной картины его функционирования.

Вырабатывая собственные представления об этом институте, прежде всего установим, каковы признаки и элементы, присущие любому виду юридической ответственности, и конституционно-правовой в частности.

Важнейший признак ретроспективной юридической ответственности, который признают за таковой все правоведы, — негативные последствия, наступающие для субъекта правовых отношений в результате государственного принуждения. При этом такие последствия фиксируются в законе: в силу важности института подзаконные акты обычно ответственность не вводят. Сама фиксация мер негативной ответственности предупреждает или предостерегает от нежелательного для общества и чреватого для субъекта поведения. Применение этих мер лишает данный субъект конституционно-правового статуса.

Субъектом конституционно-правовой ответственности выступает только субъект конституционно-правового отношения, имеющего властно-правовое содержание. Поэтому это либо властный субъект (государство, государственное либо иное публично-территориальное образование, орган публичной власти, должностное лицо), либо физическое или юридическое лицо, наделенное определенным конституционно-правовым статусом, вступившее в непосредственные отношения с государством и реализующее при этом свои конституционные, прежде всего политические, права.

Следующий элемент — субъект (или инстанция) наложения ответственности, наделенный правом оценивать поведение как должное или недолжное, инициировать данный процесс и (или) определять (индивидуализировать) меру ответственности. В рамках рассматриваемого института такими инстанциями выступают и те, которые вправе инициировать наградное производство, выдвижение на государственные и муниципальные должности, т. е. применение позитивной ответственности, а также инициировать и применять меры негативной ответственности.

Еще один необходимый элемент, включаемый в структуру этого института, — основание применения ответственности [6, c.59] в качестве которого следует рассматривать, во-первых, факт наделения субъекта правового отношения конституционным статусом (исходное основание) и, во-вторых, деятельность (поведение) субъекта ответственности, характеризующуюся признаками, определенными законом, — производное основание. Выделение в качестве исходного основания факта наделения субъекта ответственности правами и обязанностями необходимо прежде всего потому, что именно этот факт указывает на существование отношений позитивной ответственности даже при отсутствии каких-либо поощрительных санкций, негативная ответственность потенциально предусматривается для субъекта только с момента его вступления в конституционный статус.

Ретроспективная конституционно-правовая ответственность связывается с претерпеванием негативных последствий. Именно она обладает охранно-восстановительным и карательным потенциалом, связана с государственным принуждением и поэтому более всего нуждается в четком и подробном законодательном регулировании. Действующее конституционное законодательство дает нам весьма разнообразный перечень таких последствий.

Итак, обязательные атрибуты любой социальной ответственности в негативном смысле: а) поведение, наносящее вред или ущерб конкретной социальности, б) принудительный характер воздействия на субъектов такого поведения или их представителей, а также в) наступление для них последствий отрицательного характера, имеющих превентивное, восстановительное или карательное воздействие. Не исключение и юридическая ответственность, в том числе и конституционно-правовая. При этом данные признаки порождают ответственность, только если наличествуют в совокупности. Отсутствие любого из них исключает применение данного института, однако не исключает социального, в том числе юридического, их самостоятельного значения либо в составе других институтов, например других видов государственно-правового принуждения [7, c.126–134].

При этом применительно к любому виду негативной юридической ответственности ее основанием не может выступать социально полезное либо не наносящее вреда или ущерба поведение. Кроме того, юридический характер ответственности предопределяет необходимость законодательного (формализованного) установления критериев оценки социально значимого поведения как общественно вредного и опасного, как и критериев определения ущерба, нанесенного оцениваемыми действиями.

Исходя из этого не должно быть основанием негативной юридической, в том числе конституционно-правовой, ответственности действие или бездействие, не обозначенное в законе как правонарушение. Сама же ответственность не должна налагаться при отсутствии поведения, подпадающего под признаки правонарушения, например, по недоверию или в случае ненадлежащего исполнения своих обязанностей. В противном случае данная мера не достигает своей главной задачи — справедливого возмездия за правонарушение.

Следовательно, не может рассматриваться как форма конституционной ответственности отказ в приеме в гражданство, поскольку отрицательное решение в отношении конкретного лица может быть принято и при отсутствии его неправомерного поведения.

В этом смысле меры конституционно-правовой ответственности очень важно отличать от иных мер государственного воздействия. Например, ограничение конституционных прав (свободы) личности может осуществляться в различных формах самой Конституцией РФ (например, ч. 3 ст. 32). Установление перечня составов административных правонарушений в соответствующем кодексе, как и перечня составов преступлений в Уголовном кодексе РФ, есть не что иное, как установление мер предупреждения и границ свободы личности (т. е. ограничение конституционных прав, например личной свободы и неприкосновенности, права на информацию, передвижение и др.). Частью механизма юридической ответственности эти нормы становятся лишь в сочетании с соответствующими санкциями, процедурой и принципами, а также целями данного института, его функциями. В соответствии с этим и институт конституционно-правовой ответственности должен рассматриваться в единстве этих составляющих.

Социальная значимость любой юридической ответственности «расшифровывается» в ее функциях. Функции же обеспечиваются посредством реализации главных внутренних и внешних связей — принципов. Если нормы не реализуют той или иной функции, которую выполняет формируемый ими институт, либо не достигается цель, ради которой он создан, значит, нормы ущербны или свойственны другому институту. В этой связи, очерчивая параметры именно конституционно-правовой ответственности, следует определиться в понимании ее целей, задач, функций и принципов.

Социальная задача, социальная сущность данного института определяются как негативная реакция общества посредством действий государства на совершение правонарушения, правовое осуждение (порицание) обществом нарушителя. При этом выделяются следующие функции ретроспективной ответственности: профилактически-устрашающая, карательно-штрафная и восстановительно-компенсаторная [2, c. 108]. Эти функции можно свести к одной общей — охрана и защита правопорядка, конституционного правопорядка. Институт ответственности выполняет эту функцию посредством потенциального и реального государственно-правового принуждения. Первое осуществляется за счет устрашительно-предупреждающего воздействия на субъектов правовых отношений. Второй вид принуждения направлен на наказание (кару, возмездие) и восстановление нарушенной ситуации и компенсацию, моральную либо материальную.

Что касается именно конституционно-правовой ответственности, то ее сущность состоит в том, что этот правовой институт обеспечивает конституционный порядок правовыми методами: обвязыванием субъектов соответствующих отношений соблюдать принципы верховенства и высшей юридической силы конституции с помощью государственно-правового принуждения в случаях совершения конституционно-правовых проступков (неконституционное поведение). Позитивная конституционно-правовая ответственность стимулирует конституционное поведение, а негативная — помимо этого, пресекает и карает нарушителя, способствует восстановлению конституционного правопорядка.

Функции и цели конституционной ответственности не отличны от общих, характерных для юридической ответственности вообще. К задачам института конституционно-правовой ответственности можно отнести: а) выявление и законодательное закрепление форм неправомерного поведения в конституционной сфере; б) законодательное закрепление перечня (видов) санкций за то или иное неправомерное поведение; в) учреждение и создание инстанций и процедур применения соответствующих мер ответственности; г) реализацию принципов юридической ответственности, характерных для правовой государственности.

Принципы юридической ответственности раскрывают сущностные внутренние связи, на которых строится и развивается данный институт, и позволяют ему сохранять свою качественную определенность. Среди них конституционная законность, определенность и обоснованность основания ответственности, неотвратимость ее наступления, равные основания юридической ответственности, персонификация и индивидуализация, недопустимость двойного наказания за одно и то же нарушение, оптимальность процессуально-процедурной формы, эффективность реализации.

Исходя из теоретических посылок, разработанных общей теорией юридической ответственности, под конституционной ответственностью мы можем понимать правовой механизм, реализующий названные выше функции и задачи в определенных целях на основе указанных принципов. Тем не менее многочисленные современные исследования этого института не учитывают данного обстоятельства и рассматривают в рамках конституционно-правовой ответственности меры, которые этим критериям не соответствуют.

Не реализуется при этом и принцип неотвратимости применения (наступления последствий) ответственности. Во всех подобных случаях применение мер основано на дискреционных полномочиях соответствующих инстанций, а не их обязанностях в целях обеспечения законности применять такие меры.

Не менее важным остается вопрос о границах института конституционно-правовой ответственности в избирательных отношениях. Здесь он еще более запутан. Известно, что избирательные права граждан защищаются уголовно-правовыми, административно-правовыми и собственно конституционно-правовыми средствами. Не все эти средства есть ответственность. Если подвергнуть анализу конституционно-правовые институты защиты избирательно-правовых норм, то среди них кроме мер юридической ответственности обнаруживаются меры предупреждения, пресечения, процессуального обеспечения, защитные и восстановительные меры. Однако зачастую в учебной литературе и в ходе научного анализа эти меры смешиваются.

На наш взгляд, вряд ли конструктивно для развития демократического современного государства смешивать институт конституционно-правовой ответственности с государственным контролем за законностью (правомерностью) правовых актов, принимаемых органами публичной власти [1, c.291]. А вот установить между этими институтами необходимые четкие правовые связи просто необходимо. Данная задача уже реализуется, например, за счет механизмов, предусмотренных законодательством об организации власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления. Правовые возможности привлечения к конституционной ответственности в виде досрочного прекращения полномочий законодательного органа субъекта Российской Федерации, высшего должностного лица такого субъекта, органа местного самоуправления за непринятие мер по отмене принятого им незаконного акта и минимизации последствий его действия — наглядные примеры таких механизмов.

Виды конституционной ответственности выделяются как по характеру субъектов конституционно-правовых отношений (ответственность государственных органов и должностных лиц, ответственность физических лиц, общественных ассоциаций, субъектов федерации), так и по подвиду общественных отношений, регулируемых конституционным правом (избирательно-правовая, федеративная, муниципально-правовая ответственность и др.). Для обозначения круга мер принуждения, применяемых федеральными структурами в отношении структур региональных, с некоторых пор применяется термин «федеративная ответственность», хотя совершенно очевидна его условность. Не вдаваясь в своеобразие связанных с ним терминологических споров, отметим лишь, что федеративные отношения, безусловно, требуют серьезной правовой защиты.

Законотворческая деятельность российского парламента в последнее десятилетие дает богатую почву для анализа расширяющегося круга мер государственно-правового принуждения в сфере федеративных отношений, и в том числе мер конституционно-правовой ответственности. Однако и здесь еще в большей степени наблюдается смешение последней с иными правовыми институтами. Во-первых, к собственно федеративным отношениям относится взаимодействие между федеральными и региональными структурами власти в рамках или по поводу разграничения властных полномочий в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Поэтому такие меры, как досрочное прекращение полномочий законодательного органа субъекта Федерации, в случае, когда таковой в течение определенного законом срока не проводит заседания, вряд ли напрямую затрагивает федеративные отношения. То же можно отметить и по поводу выражения недоверия законодательного органа высшему должностному лицу за ненадлежащее исполнение своих обязанностей.

Видовые же отличия в рамках института федерализма имеют отношения между федерацией в целом и государственными образованиями, ее составляющими, так как они подчинены особым принципам (равноправие субъектов федерации, разные критерии их выделения, единый государственный суверенитет, разграничение предметов ведения и полномочий и др.), целям и задачам (сохранение единого суверенного пространства при согласовании и учете общих и региональных интересов). Отечественная конституционно-правовая наука склонна к мерам федеративной конституционно-правовой ответственности относить введение режима чрезвычайного положения и режима контртеррористической операции на территории субъекта федерации.

В современной российской правовой системе необходимы разработка и введение механизмов конституционной ответственности как субъекта федерации за нарушение принципов федерализма, так и федерации в целом. Такой механизм должен приводиться в действие любой из сторон федеративных отношений, а для принятия решений о применении санкций следует создать специальный орган, выполняющий роль арбитража по федеративным спорам. Этот орган может быть учрежден как самостоятельная структура, а также в качестве подразделения Конституционного Суда РФ со специальным порядком формирования, компетенцией и задачами в рамках функции конституционного контроля.

Вопрос об особенностях конституционной ответственности в сфере местного самоуправления применительно к действующему российскому праву имеет право на существование, поскольку такой вид публичной власти наряду с государственной, а также его социальная природа обозначены в Конституции Российской Федерации. Представляется надуманным лишь выделение муниципально-правовой ответственности как особого вида. Здесь мы согласны с А. А. Кондрашевым в том, что никаких существенных особенностей юридической природы неправомерного поведения, особой процедуры ее реализации, как, впрочем, и конкретных санкций правовых норм, сторонники концепции самостоятельности такого вида ответственности привести пока не способны [6, c.329].

Согласно логике наших рассуждений к мерам конституционно-правовой ответственности не относятся такие формы публично-правового принуждения в сфере местного самоуправления, как: 1) временное осуществление органами государственной власти отдельных полномочий органов местного самоуправления, если в связи со стихийным бедствием, катастрофой, иной чрезвычайной ситуацией представительный орган муниципального образования и местная администрация отсутствуют и (или) не могут быть сформированы; 2) отмена правового акта, изданного органом местного самоуправления; 3) удаление в отставку главы муниципального образования в случае, если а) он по уважительной причине в течение трех и более месяцев не исполнял обязанностей по решению вопросов местного значения, осуществлению полномочий, предусмотренных действующими нормативными правовыми актами, а также обязанностей по обеспечению осуществления государственных полномочий, переданных органам местного самоуправления; б) неудовлетворительной оценки его деятельности представительным органом муниципального образования по результатам его ежегодного отчета, данной два раза подряд.

Приведенные рассуждения позволяют прийти к заключению о том, что среди достаточно обширного ряда мер государственно-правового принуждения, закрепленных действующим законодательством, лишь небольшая доля может быть расценена в качестве мер конституционно-правовой ответственности. Гораздо чаще закон использует модель организационно-властных принудительных мер, осуществляемых в рамках дискреционных полномочий. Такие меры дают власти потенциал мобильности, гибкости, оперативной результативности, однако одновременно и мощное средство политической борьбы — тот административно-принудительный ресурс, с помощью которого власть получает возможность принимать решения с максимально-политическим содержанием. Эта тенденция требует серьезного анализа и социально-правовой оценки.

Развитие современного общества немыслимо без адекватных и постоянно усложняющихся связей индивида, социальных общностей и государства; такие связи должны быть взаимными, легитимными и конструктивными с точки зрения создания оптимальных условий существования самой социальности. В этой парадигме институт ответственности, прежде всего юридической, выступает неотъемлемым элементом, и его значение в условиях демократического пространства возрастает.

Устойчивость, упорядоченность, стабильность такого пространства обеспечивается конституцией, ставящей публичную власть на службу человеку с помощью права. Институт конституционной ответственности — важнейший контрольный механизм, обеспечивающий самодостаточность и юридическую завершенность такой модели устройства публичной власти, как конституционный строй. Российская правовая и политическая системы сегодня остро нуждаются в теоретическом обосновании и практическом совершенствовании этого правового института.

Литература:

1.           Авдеенкова М. П., Дмитриев Ю. А. Конституционное право Российской Федерации: курс лекций. Ч. 1. М., 2002. С. 291.

2.           Витрук Н. В. Общая теория юридической ответственности. // М.: НОРМА, 2009. 432 с.

3.           Винокуров В. А. Конституционно-правовые основы регулирования наград государства в Российской Федерации: Автореф. дис…. д-ра юрид. наук. М., 2011. С. 8, 10.

4.           Кислухин В. А. Виды юридической ответственности: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. М., 2002.

5.           Клеандров М. И. Ответственность судьи: этическая или дисциплинарная? // Российское правосудие. 2010. N 5(49). С. 4–30.

6.           Кондрашев А. А. Теория конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации. М., 2011. С. 329.

7.           Овсепян Ж. И. Государственно-правовое принуждение и конституционно-правовое принуждение как его отраслевая разновидность // Конституционное и муниципальное право. 2005. N 1. С. 126–134.

moluch.ru