Каким должен быть современный цивилизованный и культурный человек: Современный культурный человек | ИГЭУ

Содержание

Современный культурный человек | ИГЭУ

 

2014 год объявлен в России Годом культуры. В ходе изучения культурологии студенты ИГЭУ написали эссе по проблемам определения понятий «культура» и «современный культурный человек».

Предлагаем Вашему вниманию наиболее интересные работы.

Студенческое научное историческое общество «КЛИО»

 

Гусева Нина, 1-4:

Культура — это стремление

к совершенству посредством познания

того, что более всего нас заботит,

 того, о чем думают и говорят…

Мэтью Арнольд.

Что значит быть культурным человеком? По моему мнению, культурный человек — это образованный, воспитанный, толерантный, интеллигентный, ответственный. Он уважает себя и окружающих. Культурного человека отличает также творческий труд, стремление к высокому качеству, признательность и умение быть благодарным, любовь к природе и Родине, сострадание и сочувствие к ближнему, доброжелательство.

Культурный человек никогда не солжет, он сохранит самообладание и достоинства в любых жизненных ситуациях, это человек, имеющий четко поставленную цель и добивающийся ее.

Д.С. Лихачев писал: «В чем самая большая цель жизни? Я думаю: увеличивать добро в окружающем нас. А добро — это, прежде всего, счастье всех людей.

Оно слагается из многого, и каждый раз жизнь ставит перед человеком задачу, которую важно уметь решать. Можно и в мелочи сделать добро человеку, можно и о крупном думать, но мелочь и крупное нельзя разделять…».

Но нельзя полагаться на добро, образование и «правильное» поведение. В наше время люди уделяют слишком мало внимания культуре, а многие даже не задумываются об этом на протяжении всей жизни, тем самым проявляя невежество, лень, эгоизм, лицемерие.

Хорошо, если у человека процесс приобщения к культуре, то есть инкультурация, а также приобщение к культурным ценностям и знаниям через социальные институты, то есть социализация, происходят с детства.

Ребенок приобщается к традициям, переходящим из поколения в поколение, впитывает положительный опыт семьи и окружающей среды. Ведь в жизни, чем опытней человек, тем он более конкурентоспособен, а если ему есть откуда брать этот опыт, значит, у него есть преимущества.

В заключении, нужно отметить: сколько бы не говорилось о культуре, но «только по делам познается человек».

Идеал культурного человека есть не что иное, как идеал человека, который в любых условиях сохраняет подлинную человечность.

 

 

Галкин Олег, 1-4:  

В толковом словаре С.И. Ожегова понятие культуры трактуется так: «Это совокупность производственных, общественных и духовных достижений людей;» культурный человек – «это находящийся на высоком уровне культуры и соответствующий ему», а так же «относящийся к просветительской или интеллектуальной деятельности».

 Это определение размытое и не очень понятное. Попробуем порассуждать на тему: «Какого человека принято считать культурным? Как соотносятся образование и культура?» Русские философы (например, Иван Ильин), писатели, публицисты: (Д.С. Лихачёв, Д.А. Гранин, В.А. Солоухин, Л.В. Успенский и др.) не раз полемизировали на эту тему в дискуссиях, очерках и статьях.

 Интересные размышления о традициях в культуре находим у Ивана Ильина. Он считает, что будущее культуры в умении быть благодарным за прошлое, то есть впитывать в себя всего того, что уже было создано, но не холодного и расчётливого, « ответной реакции сердца, на уже оказанное тебе благодеяние».

 Нельзя не согласиться с этим мнением. Культурный человек способен к познанию мира в его прошлом, настоящем и будущем (это и есть познавательная функция культуры) такой человек способен воспринять всё, что создано другим человеком, его умом руками. Но не завидовать, и тем более «чернить», а воспринимать как интересное явление, оценить и, может быть, познать глубже.

 Образованность и культура — понятия соотносимые, но далеко не однозначные.  Что значит образованность? Это совокупность определённых знаний из какой либо области. Кстати, кто более образован? Кто углублённо познал определённую науку или имеет широкие представления из целого ряда знаний о мире? Несомненно, образование, знания питают культуру человека, но это лишь часть её. Хорошо об этом сказал Д.С. Лихачёв «Культурный человек-это человек интеллигентный. А интеллигентность не только в знаниях – она в способности понимания другого и уважении его Я».

Культурный человек способен впитывать хорошее и противостоять плохому. Много споров ведётся, например, о культуре языка. Культурный человек не способен на корявую речь, на грубые слова в быту, они претят его натуре. Он всё равно будет стремиться к познанию, как правильнее, лучше сказать, написать, вести диалог. Способность к коммуникации, логичности и доказательности своего мнения – одна из способностей высококультурного человека. Культурный человек – человек открытого сердца, способный радоваться и удивляться красоте мира. Неважно, будь это чудеса света, или скромная ромашковая поляна, Ниагарский водопад или тихое лесное озерцо. Культурный человек способен к переживанию и милосердию.

Итак, «культурный человек» – понятие достаточно широкое. Такой человек владеет коммуникативной, образовательной, познавательной культурой, уважает традиции, человек открытый миру.

 

 

Блеченкова Анастасия, 1-4:

«Культура – суть организма. История культуры их биография. Культура зарождается в тот момент, когда из первобытно-душевного состояния вечнодетского человечества пробуждается и выделяется великая душа» (Освальд Шпенглер).

Опираясь на эту цитату, хотелось бы порассуждать с точки зрения цивилизационного подхода к истории развития культуры. Я считаю, что культуру определяет время и общество. То есть, личность должна соответствовать времени и общественному представлению о культурном человеке. В большинстве случаев это предполагает наличие определенного уровня интеллекта, знания этикета, умение правильно и грамотно выражать мысли, быть объективным, держать под контролем свои эмоции.

Человек – творец культуры. Но все начинается с него самого. Он проходит инкультуризацию еще в детстве, затем социализацию через такие социальные институты, как семья, школа, университет и т.д. Из этого мы можем сделать вывод, что формирование культурного человека во многом зависит от внешних факторов.

Вспомним историю о Маугли. Маленький ребёнок попадает в джунгли, в волчью семью, которая живёт в стае и живет по закону джунглей. Естественно, когда он попадает в деревню, ему непривычно жить по людским правилам.

В современном же мире культурное пространство человека в основном формируют различные средства массовой информации. Телевидение и Интернет вытесняют из культурных потребностей современного человека посещение театров, библиотек, музеев. И это горько осознавать. Ведь все, что сейчас существует, все, что мы изучаем, создавалось людьми. Музыка, литература, великие научные открытия, созданные несколько веков назад, позволили нам жить в таком мире, это база, без которой человек не может считаться культурным, если не знает элементарного.

Современная социокультурная ситуация, которая определяет формирование культурного человека и требования к нему в современном мире, характеризуется насыщенностью и многообразием динамических процессов. Темпы модернизации охватывают все большее число существующих культурных форм. Стираются грани между различными этническими культурами, национальными образованиями. Исторически сформированная культурная традиция утрачивает приоритет в социальных процессах. Профессиональная деятельность любого рода становится основной формой индивидуального самовыражения.

Культура есть реализация человеческого творчества и свободы, отсюда – многообразие культур и форм культурного развития. На примере субкультуры мы можем хорошо увидеть, как человек может творить, привносить что-то новое внутри своей социальной группы. Также, в каждой стране мы наблюдаем свои религию, архитектуру, язык, танцы, традиционную одежду. И когда человек переезжает в другую страну, он зачастую старается подстраиваться под данную культуру, что лишний раз показывает, как социальная среда влияет на человека.

Из всего этого можно сделать вывод, что культурным человеком в современном мире можно назвать того, кто знает, понимает культуру прошлого, кто соблюдает нормы и правила поведения нынешнего времени, и кто делает вклад в современную культуру, думая о будущем.

Окей, Гоголь: какими качествами должен обладать культурный человек

21

Мне нравится!

«Для кого спектакли в ТЮЗе?», «Почему Мамин-Сибиряк на памятнике мрачный?», «Как можно самостоятельно издать книгу?» Запросы, с которыми читатели выходят на наш сайт из поисковых систем, порой заставляют задуматься и нас самих. На самые интересные мы решили отвечать в нашей рубрике «Окей, Гоголь». Сегодня мы пытаемся собрать воедино множество ответов на один вопрос – какими качествами должен обладать культурный человек.

Если честно, то сначала мы хотели ограничиться только рекомендацией почитать книгу Дмитрия Сергеевича Лихачева «Письма о добром и прекрасном», но потом подумали, что надо все-таки поговорить на эту тему более развернуто.

Оказывается, вопрос о качествах культурного человека – весьма популярный запрос в интернете. Та же поисковая система «Яндекс» выдает множество результатов, где будет полное совпадение этого вопроса. Мало того, на тех же «Ответ.Мейл.ру» или «Яндекс.Кью» уже зафиксированы эти вопросы как часто задаваемые. И, знаете, нам вдруг показалось, что хорошо, что об этом спрашивают.

Ответы иногда бывают слишком личными, а диапазон качеств – широк. Кто-то формулирует качества культурного человека так: «Он никогда не солжет, – сохранит самообладание и достоинство в любых обстоятельствах и поможет другому, – и каждый день он учится чему-нибудь, а красота – критерий этих знаний». А кто-то так: «Сегодня стать универсальной личностью, как в эпоху Возрождения, весьма трудно и, видимо, невозможно, поскольку объем знаний слишком необъятен. В то же время возможности быть культурным человеком необычайно возросли.

Основные характеристики такого человека остаются теми же: знания, объем и глубина которых должны быть значительными, и умения, отмеченные высокой квалификацией и мастерством. К этому надо добавить нравственное и эстетическое воспитание, соблюдение общепринятых норм поведения и создание собственного «воображаемого музея», в котором присутствовали бы лучшие произведения всего мирового искусства».

Кроме того, перечисляются вежливость, хорошие манеры, воспитание в обществе, постоянное самовоспитание и самообразование в течение всей жизни, нравственность.

В 2017 году наш портал «Культура Екатеринбурга» проводил на улицах города опрос (мы вообще любим выходить на улицу и спрашивать у вас, что вы думаете по какому-либо поводу, и очень скучаем по этой форме общения), где горожане отвечали нам на точно такой же вопрос. Среди ответов были толерантность, честность, экологичность сознания, начитанность, отзывчивость и чувствительность по отношению к другим, самообразование и оперирование хотя бы базой мировой художественной культуры.

Мы переадресовали вопрос о качествах культурного человека двум экспертам. Первой отвечает Татьяна Игоревна Серых, заведующая детской библиотекой №5 («Малая Герценка»), профессиональный художник по куклам, член Творческого союза художников России, обладатель бронзовой медали за вклад в искусство России. То есть человек, который и транслирует культуру и участвует в ее создании:

– На мой взгляд, культурный человек – это…

  • Человек образованный, воспитанный, который не стоит на месте, постоянно развивается, учится.
  • Человек сдержанный, который не болтает зря, для которого каждое слово, сказанное им, важно, и он отдает себе отчет, что говорит.
  • Человек, который умеет молчать.
  • Человек, который умеет радоваться, удивляться.
  • Человек искренний.
  • Человек с внутренним достоинством.
  • Человек, который может и хочет поделиться своими впечатлениями, опытом, знаниями, но при этом не навязывает свое мнение.
  • Человек, который относится к людям по-доброму, не выделяя кого-то особенно.
  • Человек, который не бросит мусор где-либо, даже если его никто не видит.
  • Человек творческий.
  • Человек аккуратный, который следит за собой, которому небезразлично, в какой среде он живет.
  • Человек, который и на людях, и в одиночествеведет себя одинаково достойно».

Еще одним экспертом мы призвали культуролога, театроведа и ректора Гуманитарного университета Льва Абрамовича Закса:

– Современный культурный человек должен обладать набором способностей, знаний, умений и ценностей и в сфере отношений с природой, и в общественных отношениях, и в информационном мире, и в духовной культуре. Сейчас как раз и возникает потребность в особенном социально-культурном сознании: надо осознавать себя не только частью народа, частью страны, но и частью всего человечества, надо осознавать себя частью своей профессиональной группы и этнического сообщества. Человек находится на пересечении бесконечного количества кругов – не трех, не четырех, а бесконечного числа. Каждый раз жизнь требует чего-то нового, но самосознание – то, что управляет нашим взаимоотношением с этими кругами – должно быть современным, и оно заключается как раз в допуске ценности разнообразия, понимании ценности каждой существующей культуры, понимании противоречивости прогресса, понимании сложности и уникальности других людей, понимании ранимости этих людей.

Нам нужны определенные «типовые» качества людей в разных сферах жизни, но нужны и неповторимые, уникальные субъекты, потому что именно они творят новое, рождают более совершенные культурные образцы, по которым завтра будет строиться жизнь целых обществ и именно они вносят ощущение богатства жизни, ее динамики и красоты. Представление о том, что незаменимых нет, мне кажется устаревшим.

Культура делает нас сегодня толерантными: толкает к диалогу и, самое главное, повышает требовательность к себе, потому что, знаете ли, легко требовать с других, но начинать надо с себя. Истина старая, но сегодня она востребована. Когда-то Джон Кеннеди хорошо сказал: «Не спрашивайте, что ваша страна может сделать для вас, спрашивайте, что вы можете сделать для своей страны». Субъект начинается с понимания: я могу, я хочу, я должен. Это соединение пропорционально вариативно: в какие-то времена я могу позволить себе то, что хочу, но в другие только то, что могу, в какие-то – только то, что должен. Заведомо правильного распределения пропорций нет, но жизнь подсказывает, как нам себя вести.

А «Письма о добром и прекрасном» Дмитрия Сергеевича Лихачева все-таки советуем прочитать всем, кто еще не читал, и перечитать, кто читал давно. Иногда кажется удивительным то, что многое подмеченное в 1970-е – 1980-е годы (книга была впервые издана в 1985 году), не просто все еще актуально, а даже стало еще актуальнее. Образ этого человека, воспитанного письмами, – идеал человека вообще: всестороннего, внутренне свободного, одухотворенного, понимающего, способного поддержать других. Ценящего и сберегающего прошлое в настоящем ради будущего. Владеющего комплексом технологий, позволяющих творить хорошее, а не плохое.

поделились
в соцсетях

Комментарии пользователей сайта

Оставьте комментарий

Сочинение на тему «Что значит быть культурным и цивилизованным человеком?»

Культурный человек: какой он?
Иногда старшее поколение критикует молодежь за низкое культурное развитие, и я согласна с этим: действительно, в современном мире есть такая проблема. Многие из нас понятия не имеют об элементарной культуре и манерах, не проявляют признаков цивилизации, уподобляются своим предкам, – и это пугает.
Слово “культура” дословно переводится как развитие, воспитание, образование. Пожалуй, эти три фактора и формируют образ цивилизованного человека. Свой вклад вносит и семья: родители обязаны воспитать ребенка в духе уважения к себе и окружающим, привить ему чувство гуманности, любви к природе, обучить этикету и нормам поведения в обществе. Например, если за общим столом ты будешь кушать руками, не используя столовых приборов, тебя вряд ли назовут адекватным.
Саморазвитие тоже играет важную роль, ведь человек должен иметь внутренний стержень. Все люди должны стремиться познать что-то новое вне зависимости от возраста, чтобы не деградировать. Безусловно, образованные люди ведут себя корректнее и интеллигентнее, то есть цивилизованнее.
Цивилизованные люди решают конфликты путем диалога
Быть цивилизованным еще означает уметь решать конфликты с помощью диалога. Культурный человек никогда не станет грубить своему оппоненту, а наоборот, выслушает его и попробует найти точки соприкосновения, компромиссы. Инструментом воздействия цивилизованного человека должно быть слово, а не оружие, запугивание или рукоприкладство.
Конечно, в повседневной жизни, особенно в быту, трудно оставаться культурной и цивилизованной особой, но все же реально. Если тебя что-то раздражает, не нужно решать проблему криком, достаточно просто посмотреть на нее с другой стороны, войти в чужое положение. Следует почаще обращать внимание на свое поведение, корректировать его, если необходимо: в этом нет ничего стыдного, потому что никто не идеален. Важно осознавать, что предпочтение всегда отдают воспитанному человеку, ведь он умеет не только слушать, но и слышать своего собеседника.

«Человек культуры»: исторические представления на уроках по искусству

Культура выражает отношения человека с миром, воплощает его творческий потенциал, позволяющий не только преобразовывать природу, общество и воспитывать самого человека, но и определять меру его ответственности за последствия этих преобразований. Мир, созданный человеком благодаря целесообразной и целенаправленной деятельности, образует сферу культуры.
Цивилизация принесла человеку освобождение от тяжелого физического труда, создала комфорт, коммуникации, расширила возможности получения информации, создала высокие достижения научно-технического прогресса. Однако в настоящее время, несмотря на высокий уровень цивилизации, ее противоречия привели к кризису как в целом в жизни общества, так и в сфере развития и образования человека и, прежде всего, в области духовной культуры. Ученые Г.Маркузе, А.Печчеи, Б.Раушенбах и др. в своих работах пишут о социокультурной деформации, примитивизации интересов и потере идентичности у современного человека в результате развития процессов технологизации, коммерциализации и непрерывного роста потребления в современной экономике. Обусловленность этими процессами современного социокультурного развития общества требует формирования такой гармонически развитой личности, которую можно назвать человеком культуры.
Кризис классической духовности – это естественный процесс в ходе развития современной глобальной цивилизации, так как закладываются основы для обновления моделей культуры (Г.Выжлецов, Д.Мартин, А.Назаретян, В.Петренко и др.). Переоценка ценностей, мировоззренческая и поведенческая переориентация, отрицание наследия прошлого, то есть все то, что ведет к изменению привычного хода жизни, можно рассматривать либо как осознанный выбор, либо как «иррациональное, спутывающее карты» блуждание (П.М.Бицилли), делающее движение истории необратимым. Таким образом, дальнейшее развитие культуры и цивилизации во многом зависит от человеческих качеств, от того, как сам человек распорядится накопленными ценностями. С этой точки зрения в современном мире, подверженном глобальным и иногда необратимым изменениям, необходимо стремиться к воспитанию в педагогическом процессе человека культуры, созидателя, творца, стремящегося к человеческому идеалу. А.Швейцер считал, что идеал культурного человека не что иное, как идеал индивида, который в любых условиях сохраняет подлинную человечность.
Б.П.Юсов в своей работе «Научная гипотеза взаимодействия и интеграции искусств в полихудожественном развитии школьников» (стр.95), пишет о том, что художественная и гуманитарная безграмотность молодежи привели к взрыву спонтанной молодежной субкультуры на почве готовых, индустриальных форм художественного производства и потребления ввиду того, что произошел распад связей молодежи с художественным культурным наследием. Причиной этого является то, что в нашей стране несколько поколений родителей учились в условиях крайне бедной в эстетико-художественном отношении системы образования, и в рамках этой системы они прошли упрощенную подготовку к жизни. Во многом последствия такого образования — не только экономические, но и нравственные потери большей части населения страны, разрушение трудовой культуры, духовных традиций.
По нашему мнению, формирование человека культуры в среде молодежи определяется художественным воспитанием и образованием школьников в системе общего среднего образования, что близко к позициям Б.П.Юсова, которые он изложил в статье «Законы вселенной и законы культуры» («Взаимосвязь культурогенных факторов в формировании современного художественного мышления учителя образовательной области «Искусство», М., 2004, стр.71). Некоторые методологические вопросы назрели в размышлениях о гуманизации и гуманитаризации нашего образования, особенно в связи с поисками целостной духовной личности, воспитанием молодежи.
Мы развиваем представление о человеке культуры на уроках по искусству у старшеклассников. Курс «Мировая художественная культура» предоставляет возможность учащимся освоить представления о человеке культуры в современности, а также и в различных исторических эпохах, опирающиеся на средства искусства, подводит к сопоставлению таких представлений, к анализу произведений искусства разных периодов. Формирование целостного восприятия мира школьником также возможно осуществить на уроках МХК в связи с изучением понятия «человек культуры».
Понятие «человек культуры» вводится потому, что представление «культурный человек» педагогически недостаточно эффективно в силу общего стертого, шаблонного понимания, из-за чего в нем скрыта суть этого явления. Часто «человек культуры» трактуется школьниками как «культурный человек», что, по их представлениям, подразумевает соблюдение индивидом некоего свода правил, норм, социальных установлений, определяющих поведение человека в обществе. Около 68% учеников 7-10 классов ответили именно так. Школьникам необходимо разъяснять, что, когда мы используем это определение, мы выявляем меру культурности человека и тех границ, которые установлены обществом и самим человеком для себя как для члена социума, его соответствия существующим в обществе идеалам и стандартам. Однако важно отметить, что абсолютно некультурных людей, живущих в каком-либо обществе, не бывает. Именно приобщаясь к культуре, участвуя в ее развитии, человек становится человеком.
Мы характеризуем человека культуры как представителя своей эпохи, который взаимодействует на уровне сотрудничества и диалога, взаимопонимания и доброжелательности; ему присущи высокая духовность и нравственность, развитый интеллект и творческая активность, многогранный внутренний мир, открытый красоте и созиданию. В истории существует целая плеяда таких личностей: например, в эпоху античности блестящие мыслители или творцы искусства – это Сократ, Аристотель. Современный человек культуры – личность свободного общества, построенного на приоритете гуманистических ценностей, национальной неповторимости в гармонии мировых культур. Сами школьники считают, что человек культуры – это «человек, который высокообразован, разносторонне развит и обладает богатым внутренним миром»; «творец, создатель произведений искусства»; «который не представляет свою жизнь без внутреннего развития и совершенствования»; «понимает и ценит всю окружающую его красоту» и т.д.
Понятие «человек культуры» сложно и многомерно, и для его пояснения требуется подключение сведений и охват ряда гуманитарных дисциплин. Предмет МХК, являясь гуманитарным по своей сути, обращен к проблемам человека, его развития, становления личности, прежде всего, за счет усвоения учениками совокупности художественных объектов как системы смыслонесущих текстов. Художественный образ – это феномен, специфический тип социально значимой информации, он является центральной темой и эстетическим основанием каждого урока мировой художественной культуры. Мир культуры полон образов, а образное мышление выступает в качестве высшего уровня развития сознания. Главная задача обогащения художественно-образного мышления на уроках МХК – воссоздание исторических образов в сознании школьников и освоение художественных образов действительности при изучении различных произведений искусства.
Гуманитарная образовательная среда занятий по искусству может быть рассмотрена как развивающаяся целостность, содержащая предпосылки, способствующие ценностно-смысловому вхождению человека в культуру. Рассматривая человека как целостность, аккумулирующую различные процессы окружающего мира, дисциплина МХК интегрирует комплекс знаний, описывающих эти процессы и раскрывающих характер и механизмы влияния средствами искусства на становление и развитие человеческой личности. Освоение представлений о человеке культуры должно быть основным стержнем в течение изучения всего курса МХК с тем, чтобы это влияло на становление личности ученика.
Изучение этой дисциплины целесообразно направить, в частности, на освоение и формирование у школьников представлений о человеке культуры средствами искусства. Именно искусство интегрирует многие потребности человека – интеллектуальные, эмоциональные, эстетические, нравственные. Показывая явления и закономерности жизни человека, передовые философские идеи и идеалы, искусство способствует их познанию и осмыслению, воспитывает в школьниках духовность, нравственные качества, патриотизм, национальную гордость.
Каждая конкретная эпоха, каждый народ создает свой неповторимый мир культуры, художественных образов. Анализируя произведения разных эпох можно прийти к выводу, что существовали разные исторические типы человека культуры как представителя творческой, интеллектуальной, художественной профессии или гуманитарного сознания – философов, педагогов-ученых, духовных и политических деятелей. Это следующие типы: человек мусический (эпоха Античности), богослов (эпоха Средневековья), человек универсальный (эпоха Возрождения), специалист (эпоха Нового времени), носитель планетарного мышления (Новейшее время). Изучая произведения искусства, которые дают представления о духовном мире, об идеале человека, об уровне развития материальной культуры различных эпох и культур, важно донести до школьников знания об этих типах истории культуры.
Люди далекого прошлого своими деяниями и желанием сделать жизнь лучше оказывают заметное влияние на современную жизнь независимо от того, осознаем ли мы это. Жрецы Древнего Египта, Месопотамии последовательно способствовали развитию наук и искусства, создавая их и, в то же время, строго следуя религиозным традициям. Яркий след в истории оставила реформаторская деятельность египетского фараона Аменхотепа, законы правителя Вавилона Хаммурапи, библиотека царя Ашшурбанипала, мудрые изречения Конфуция и других мыслителей.
Изучая на уроке эпоху античности, мы рассказываем о том, что важнейшей частью образования в Древней Греции являлось мусическое воспитание. Оно охватывало те сферы культуры, которые, как считалось, находились под покровительством муз. В их ведении были поэзия, музыка, танцы, науки и творчество в целом. В мусических школах ученики заучивали фрагменты из классической греческой литературы – сочинений Гомера, Гесиода, Эзопа, Эсхила, Софокла, Еврипида. Музыка, поэзия и грамматика были так тесно связаны, что обучать им мог один учитель, параллельно обучая детей игре на кифаре. Игре на флейте в афинских школах детей не обучали, поскольку, по мнению афинян, она не сочеталась с устной речью, а тем самым и не поддерживала интеллектуальное развитие. К числу самых известных и знаменитых ученых-мыслителей Древней Греции, которые разработали основополагающие педагогические идеи, относятся Гераклит, Демокрит, Сократ, Платон, Аристотель. Каждого из этих ярких представителей эпохи без сомнения можно назвать человеком культуры своего времени.
Античная культура сыграла особую роль в развитии педагогических представлений о развитии и очищении души от страстей с помощью искусства (Аристотель «Поэтика»). Искусство окружало античного человека с детства, наполняя его жизнь художественными ритмами и формами. Любой свободнорожденный человек греко-римского мира был вовлечен, даже в повседневной жизни, в восприятие пластических искусств, которым греки отдавали предпочтение. В течение всей жизни греков сопровождали музыка, поэзия, риторика, трагедии и комедии античных авторов, театральные и цирковые зрелища, а также предметы прикладного искусства, архитектура, скульптура. Культура эстетических чувств у греков органично вписалась в систему философских воззрений уже первых античных мыслителей, начиная с пифагорейцев.
Греки живо интересовались искусством, их эстетическая теория не была оторвана от художественной практики, а естественным образом из нее вытекала. В поле зрения античных мыслителей было не только искусство, но и проблемы эстетического воспитания, такие эстетические категории, как прекрасное, трагическое, комическое, мера, гармония и другие. Наряду с философией и наукой, античная эстетика оформилась в самостоятельную область, не зависимую от мифологии. Объективность прекрасного подчеркивали также Гераклит, Эмпедокл и Демокрит. В основе космоса и искусства они видели одни и те же закономерности. Поэтому, подражая природе, искусство стремится запечатлеть в себе симметрию и гармонию частей, присущих самому миру и составляющих сущность прекрасного.
Сократ поставил вопрос о связи прекрасного с нравственным. Главным предметом в искусстве и философии является, по его мнению, человек разумный и добродетельный. Что касается красоты, то ее Сократ считал качеством относительным. Согласно Платону искусство есть лишь подражание чувственным вещам, которые, в свою очередь являются копиями идей, и оно создает копии с копий, только копирует их.
В понимании природы искусства и его общественной роли Аристотель расходится с Платоном, так как считает искусство важнейшим средством познания мира и человека. Рассматривая искусство как «мимезис», т.е. подражание природе и человеку, он утверждает, что не каждый человек может стать объектом искусства, а лишь гармоничный, духовно развитый и при этом телесно пропорционально сложенный. Однако подражание, по мнению Аристотеля, действительно присуще людям с детства, и благодаря этому человек познает мир. И произведение искусства является продуктом подражания, доставляющим удовольствие от радости «узнавания» в нем вещей и людей. Источник эстетического удовольствия кроется в реальном интересе людей к познанию. Подводя итоги на обобщающем занятии по искусству, важно подчеркнуть влияние мыслителей на развитие культуры в эпоху античности; обратить внимание школьников на то, что человек является создателем мира культуры, но и культура эпохи оказывает влияние на его развитие.
Известный римский мыслитель Цицерон впервые в своих сочинениях обратился к понятию «культура». Как культивированию, человека он учил культивировать душу и разум, чтобы не скатиться к варварству. Культура души трактуется Цицероном как личное качество, говорящее о духовном развитии человека, о его способности к рефлексии, логическому, точному мышлению. Свидетельством овладения культурой Цицерон считал умение оратора четко излагать мысли, аргументированно отстаивать свою позицию в споре, убеждать слушателей в истинности высказываемых тезисов. Главную задачу культуры Цицерон видел в достижении органического единства личности и общества, гражданина и полиса. Таким образом, Цицерон – это человек культуры своего времени в ряду других известных современников, например Сенеки, Вергилия и т.д. Его идеи сохранили значение и для нашего времени.
В эпоху средневековья происходит радикальное переосмысление принципов, лежащих в основе культуры. Важнейшим элементом духовной культуры западноевропейского средневековья явилось христианство, которое значительно перестроило отношения человека с миром и другими людьми. Главной ценностью становится Бог. Все важнейшие разделы средневековой культуры выражали этот фундаментальный принцип, реализованный в «символе веры». Признание безоговорочного равенства всех людей перед Богом свидетельствовало о демократизме новой монотеистической религии. Идеал гуманизма и человеколюбия, возникший в среде беднейшей части населения Римской империи, позднее распространился в других регионах мира, включая Россию. Благодаря христианской вере, в ее русле, человеческая духовность достигла небывалых ранее высот, что в значительной мере сказалось на развитии всех последующих цивилизаций. Человек культуры этой эпохи – богослов. Выявляя человека культуры эпохи средневековья, мы могли бы назвать Августина, Фому Аквинского, византийского императора Юстиниана, Иоанна Дамаскина, Карла Великого, Эразма Роттердамского, Пьера Абеляра, Данте и др.
Учение о Едином Боге объединило человечество и направило его познание вглубь, сосредоточив основное внимание на внутренней духовной жизни человека. Осмысление учения о Боге, как и вера в него, требовали сосредоточенности, отказа от чувственных увлечений и удовольствий. Проповедь аскетизма, усмиряющего плоть и готовившего человеческую душу к восприятию духовных истин, становится неотъемлемой частью религиозной практики христианства и жизни отдельного человека.
Хотя античная философская мысль и поставила многие важнейшие проблемы человеческого бытия, но не смогла их решить столь глубоко, как христианское вероучение и мировоззрение, получившее полноту духовного опыта (благодаря не только своему мудрому рассуждению, но, главным образом, в силу богатейшей духовно-религиозной практики). Новая вера призывала человека отрешиться от мирской суеты и волнений, погрузиться в глубины своего духа, в созерцание вечных и абсолютных истин. Этому должна была способствовать и новая культура со всеми ее формами, видами, институтами. Христианство предписывало человеку держать чувственные удовольствия в строго установленных рамках или вовсе отказаться от них.
Античным эстетическим принципам – рациональности красоты и идеализации образов в искусстве – христианство противопоставило простоту, естественность и религиозную истинность, которые стали главными ценностями новой духовной культуры. Поэтому назначение искусства сводили к тому, чтобы способствовать эмоциональной успокоенности, сосредоточенности и духовной углубленности человека.
Эпоха Возрождения открывает новый этап в осмыслении культуры. Если в средневековье массы, завороженные идеей Бога, чувствовали и думали одинаково, то в эпоху Возрождения индивид приобретает все большую самостоятельность. Гордость и самоутверждение, вера в собственные силы и талант становятся отличительными качествами человека эпохи Возрождения. Начинают активно развиваться науки, постепенно освобождающиеся от контроля церкви. Духом открытия, обновления и творчества пронизана культура этой удивительной эпохи. В противоположность средневековому человеку, который всецело считал себя обязанным Богу, индивид Возрождения склонен приписывать свои заслуги собственным талантам.
Человек культуры эпохи Возрождения – универсальный, всесторонне образованный, с ярко выраженными индивидуальными чертами. Это время представило миру целый ряд выдающихся индивидуальностей, обладающих ярким темпераментом, целеустремленностью, глубокими познаниями в различных областях наук: Леонардо да Винчи, Данте, Петрарка, Микеланджело, Коперник, Монтень, Джордано Бруно. Установка общественного сознания эпохи Возрождения поощряла культивирование индивидуальности у людей, их мастерства и предприимчивости.
Все виды искусства тогда понимались как своего рода науки: например, в живописи при помощи математики, геометрических фигур исчисляются идеальные пропорции. Художник верит в свою способность разглядеть, познать, выразить в числе и мере гармонию свободы, тайну красоты. Идеал художника Возрождения – в чувственно совершенном, гармоничном, пропорциональном облике человека, которому соответствует богатый внутренний мир.
В эпоху Нового времени человек культуры – специалист в своей области: философ, писатель, художник, музыкант, ученый, экономист, ремесленник-профессионал. Одним из главных достижений эпохи ранних буржуазных революций явилась концепция естественного права на жизнь, на частную собственность, а вскоре и на образование, и это право должно было обеспечить государство. Жизненные успехи теперь определялись не сословным положением, а личными деловыми качествами и образованностью, необходимой и промышленнику, и мореплавателю, и коммерсанту. Наблюдается рост социального значения науки и образования.
Пониманием места, роли и возможностей человека отличается искусство Нового времени от Ренессанса. Сложность и противоречивость эпохи интенсивного образования абсолютистских национальных государств в Европе определили характер новой культуры, которую в истории искусства принято связывать со стилем барокко; в это время также развиваются классицизм и реализм. Человеком культуры XVII века можно назвать Р. Декарта, Б.Паскаля, Ф.Бэкона, Рембрандта, Шекспира, Вермеера, Мольера и др.
Эпоха Возрождения дала нам примеры объединения науки и искусства в жизнедеятельности одной творческой индивидуальности. Мировоззрение нового времени (ярче всего в XVII веке) пронизано ощущением трагического противоречия человека и мира, в котором человек занимает совсем не главное место, а растворен в многообразии, подчинен среде, обществу, государству. Наука и искусство, став носителями более глубоких знаний, уже не идут рука об руку.
XVIII век в Европе – завершающий этап длительного перехода от феодализма к капитализму. Происходит гигантская ломка всех общественных устоев, идет борьба за освобождение от религиозно-феодального миросозерцания. Разум и просвещение превратились в основные лозунги эпохи. Просветители были убеждены в том, что развитие разума и, прежде всего, прогресс науки и просвещения народа могут изменить общественную жизнь в соответствии с законами природы. В культуре Просвещения над декартовским миром идей количества и протяженности в сфере материального бытия берут верх качественные характеристики. Понимание природы как первопричины и первотворца все чаще наделяется высшим ценностным смыслом. «Естественный человек», «естественный разум», «естественные законы» выступают как синонимы истинного, добродетельного и прекрасного. Человеком культуры этого времени в Западной Европе являются Бах, Моцарт, Дидро, Руссо, Вольтер, Гердер, Гете; в России – Петр I, Ломоносов, Дашкова, Радищев и др.
Великая французская революция 1789-1799 гг., в ряду важнейших событий эпохи Просвещения, – выдающийся период европейской и мировой истории, оказавший колоссальное влияние на ход мировой цивилизации. Одно из достижений революции – «Декларация прав человека и гражданина», которая провозгласила право на свободу личности и равенство людей, право на свободу слова, на сопротивление угнетению, право собственности. Просветители, развивая идеи гуманизма, рассматривали разум как главную составляющую духовного мира человека и на этой основе – яркое проявление таких его качеств, как стремление к свободе, активность, самодеятельность и др. Отсюда следовало, что человек имеет право перестроить общество на разумных справедливых началах – а значит, допускалось декларирование и оправдание революций. Крах итогов революции свидетельствовал о трагедии гуманизма.
В эпохе Нового времени культура XIX века играет особую роль. Это период кульминации развития буржуазного общества с соответствующими изменениями в духовной жизни и художественной культуре. Понимание природы-матери как первоосновы всего сущего уступает место чисто утилитарному ее пониманию как универсальной кладовой, всеобщей мастерской, неисчерпаемого источника материалов и энергии.
В числе социально-экономических и политических факторов определяющее значение имели социальные революции и революционное движение. В XIX веке буржуазные революции охватили многие страны Европы, представляя важнейший этап классовой борьбы. Они способствовали утверждению и развитию капитализма, решению назревших исторических задач (в частности, объединению Германии и Италии), пробудили в прогрессивном человечестве стремление к освобождению от социального гнета и несправедливости.
Вступление Европы в XIX столетие ознаменовано величайшим культурным переворотом. Это время расцвета классического естествознания, создания единой системы наук; cвязь науки с производством становится теснее. Появляются первые научно-исследовательские лаборатории, работающие на промышленность. Открытия в различных областях естествознания все больше воздействуют на развитие ведущих отраслей индустрии: металлургии, энергетики, машиностроения, приборостроения, транспорта, химической промышленности. Человеком культуры можно назвать и великих ученых этой эпохи, и выдающихся деятелей искусства, и тех политических деятелей, которые оставили яркую память в истории развития человечества, – Кант, Гегель, Дарвин, Маркс, Бетховен, Геккель, Менделеев, Пушкин, Гоголь, Толстой, Достоевский, Глинка, Чайковский, Крамской, Репин и др.
В XVII – XIX веках отчетливо проявилась утилитарно-прагматическая направленность традиций Западной цивилизации с характерными элементами рационализма, критичности, индивидуализма. В то же время усилились гуманистические тенденции концепции формирования целостной личности на основе ее свободного развития и самоопределения, что противостояло стандартизирующим тенденциям индустриального общества. Новый идеал личности предполагал формирование человека, способного постигать мир в его целостности, одновременно делая практические выводы. Успехи естествознания стали базой для укрепления социальной уверенности личности.
Человек культуры в определенную историческую эпоху представляет актуальный идеал человека, существующий в тот или иной период истории. Знания по культуре, культурологические термины и понятия позволяют точнее выразить представления о человеке культуры в определенный исторический период, и это помогает учащимся постепенно подойти к моделированию представления о человеке культуры современности.
В процессе развития ХХ века появляются новаторские открытия в науке, технике, экономике, которые быстро меняют жизнь, развитие культуры происходит все более ускоряющимися темпами. То, что люди осваивали в течение жизни двух-трех поколений, усваивается нашими современниками в течение десятилетия. Овладение все большими объемами знаний, кардинальное изменение способов обработки информации меняют человека, мотивы и последствия его деятельности. В настоящее время перед педагогами стоит задача формирования человека – носителя планетарного мышления.
На современный мир культуры существенно влияет развитие знаково-символической и информационно-коммуникативной деятельности. Постепенно уходят в прошлое представления о линейном развитии, жесткой детерминированности социокультурных процессов, абсолютной ценности равновесия и стабильности. Многие ученые подчеркивают, что существующее информационное общество является обществом повышенного риска, так как его социокультурная и экономическая деятельность сопровождается обострением противоречий между инновационными и адаптационными формами. Информационные системы и их воздействие на общество не преодолевают кризисных явлений, но настоятельно требуют формирования принципиально новых представлений о природе, обществе, человеке, жизни, требуют нового уровня сознания, мышления, действия.
Представления о человеке культуры ХХ века у школьников связаны с именами Кюри, Эйнштейна, Билла Гейтса, Сахарова, Гагарина, Прокофьева, Шостаковича, Рахманинова, Солженицына, Дали, Высоцкого и другими. Это свидетельствует о том, что понятие «культура» ученики связывают, прежде всего, с вкладом в развитие искусства и научно-технических направлений современной цивилизации.
Культурное многообразие мира в настоящее время очень медленно объединяется в глобальное, планетарное единство на основе идеалов толерантности и общих признания равноценности, равнозначности всех существующих культурных систем. Необходима трансформация этических ценностей: на место этики «убеждений» должна прийти этика ответственности, «этика жизни», базирующаяся на нравственном императиве «ответственности перед будущим и другими людьми». Формирование системы ценностей современного человека культуры позволит преодолеть этот кризис культуры на основе солидарности, справедливости, свободы, человеческого достоинства, терпимости, ответственности. Новая культура – это культура доверия, культура участия.
Реальная картина нравственного становления школьников нашего времени и их взаимодействия с искусством сложна и противоречива. Для сегодняшнего подростка зачастую характерно упрощенное, потребительское отношение к жизни, неразвитость эмоциональной сферы, неумение общаться со своими сверстниками, взрослыми, мозаичность мировоззрения. Современный урок по искусству должен научить школьников понимать природу художественной культуры, специфику ее видов. Учитель же должен осознавать, в первую очередь, сущность глобальных перемен в современном образовании и их причины.
Сегодняшнее образование и воспитание в России должно быть направлено на формирование духовно и интеллектуально развитой личности, на становление человека культуры, для которого значимы ценности современного мира. Формирование представлений о человеке культуры у школьников на уроках МХК, будет способствовать в дальнейшем развитию социокультурного пространства России, основанного на приоритете духовно-нравственных принципов, ценностей отечественной культуры, особенностей российской ментальности. При этом духовная самобытность России как фактор национального самосознания понимается в качестве основополагающего условия полноценного участия в общемировом диалоге культур, его обеспечения и обогащения.
Сущность человека культуры во все времена – это готовность совершить подвиг во благо человечества, принести в жертву свою жизнь ради развития культуры. Это такие личности, как Сократ, Джордано Бруно, Пастер, Кюри, Солженицын. Искусство же является кладом, сокровищницей всех самых ярких идей человечества, своего рода Прометеем, несущим людям огонь. Произведения искусства – это тот бессмертный и неиссякаемый источник знаний о человеке культуры, который хранит память о нем с самых древнейших времен.
Литература
1. Федоров А.А. Введение в теорию и историю культуры. М, 2005.
2. Гуревич П.С. Культурология. М, 1998.
3. Печчеи А. Человеческие качества. М., 1985.
4. Юсов Б.П. Взаимосвязь культурогенных факторов в формировании современного художественного мышления учителя образовательной области «Искусство». М., 2004.
5. Копылова А.В. Технология урока искусства. М., 2004.
6. Рогова Р.М., Филонов Г.Н., Волков Г.Н., Печко Л.П. Становление самосознания школьника. М., 2003.

Цивилизационный выбор: вызов и ответ

Для страны на развилке судьбоносных вопросов всего два: цивилизационный выбор и исторический вызов. Арнольд Тойнби вообще считал, что цивилизации гибнут из-за неспособности ответить на вызовы времени. У нас эти вопросы искусственно разделены. Выбор отнесен к большой истории (концепция «колеи») и глобальной конспирологии (теория «заговора» – войны всех против нас). Судьба российской цивилизации сведена к великой культуре и круговой обороне, тогда как вызов, связанный с обреченностью сырьевой экономики и ресурсной модели в целом, отодвинут на задний план. Проблема если и обсуждается, то с олимпийским спокойствием и философической задумчивостью – будто положение некритично и время на размышление и действие ничем не ограничено. Если и дальше так понимать вызов, завтра на карте мира не окажется самого субъекта выбора.

Смена повестки

Лет 10 назад было высочайше объявлено: обвал ресурсной модели – дело времени, под вопросом «само существование страны» (Владимир Путин, 2008 г. – выступление на заседании Госсовета о стратегии развития страны до 2020 г.). Однако поиски цивилизационной перспективы и уникального российского проекта с некоторых пор старательно обходят проблему «смены вектора с сырьевого на инновационный».

Хочешь убить идею – сделай ее лозунгом российского руководства. В 2008 г. независимые и правительственные эксперты в унисон сказали правду про вынужденность модернизации. Но эта правда быстро стала неудобной всем. Для власти всерьез менять курс – значит подрывать свои же основы либо демонстрировать недееспособность. Прогрессивные умы после «обратной рокировки» тоже отвернулись от проекта как от кремлевского и к тому же проваленного. Однако, если тему где-то заболтали, это не повод ее игнорировать, особенно когда к тому так выразительно подталкивают.

Власть контролирует повестку, и она ее сменила. Реальные проблемы страны вытеснены нарисованными триумфами дипломатии и перманентной маленькой войной, победоносно завершаемой раз в квартал. Для ушибленной психики это сильнодействующий анальгетик и седатив. Поднять духовность куда проще, чем экономику инноваций и знания. Освободившись от экономоцентризма, общественная мысль России ушла в высшие материи, будто благополучие и достоинство этой нации не зависят от бюджета и цены на нефть.

Нефтедобывающая цивилизация

Проект «смены вектора» был обречен уже в силу непонимания, что по масштабу задачи это не просто технологический, экономический или институциональный маневр, а именно цивилизационный сдвиг. Проблема упирается в сверхсильные комплексы и инерции, но, чтобы это осознать, придется в самой ресурсной модели увидеть особый тип цивилизации.

Сырьевая экономика не сводится к структуре экспорта. Она веками пропахивает глубокую колею в истории, сознании, политике и государственности. Сырьевое проклятье перерождается в институциональное и социокультурное, в итоге – в цивилизационное. Если так хочется увидеть в России отдельную цивилизацию, то начинать придется с характерных типов ресурсных отношений, сбыта и перераспределения, эксплуатации недр и «природных» запасов, включая людские. Это особый строй политики, культуры, менталитета, коллективной психологии, этики, социальной связи, господства и подчинения, наконец, самого отношения государства к человеку и человека к государству. Даже активная демографическая политика здесь вырождается в род «экстенсивного земледелия» и «политического животноводства».

Точно так же ориентация на креатив, экономику знания и человеческий капитал – тоже фронт особой, другой цивилизации, смешивающей и перекрывающей старые типологии. Сойтись с порождениями ресурсного социума этому миру часто труднее, чем антропологу-постструктуралисту понять аборигена островной культуры. И разбудить к новой жизни традиционные и примитивные сообщества бывает даже проще, чем переломить в якобы современной стране вековую инерцию сбыта природных богатств – льна, пеньки, меха, леса, нефти, газа и некоторых металлов. Самолетопоклонника, выросшего на аэродроме из прутиков и соломы, еще можно сделать нормальным пилотом, но когда недра заменяют целой нации мозги и руки…

Есть восходящая типология цивилизаций: природная, доиндустриальная (аграрная), индустриальная и постиндустриальная. Современная нефтедобыча – не черпание сырой нефти ведром из открытой ямы, однако по своей глубинной сути она ближе не столько к промышленности, сколько к аграрной культуре, а то и вовсе к собирательству и охоте. Нефть и газ – найденные плоды и коренья, месторождение – выслеженный и убитый зверь, добыча – разделка туши, часть которой можно обменять на новейшие каменные орудия у более инновационных неандертальцев. Дух кочевых цивилизаций в нашу жизнь привнесен не только расположением запасов в регионах с соответствующей культурой. Важен сам генезис поселений: нефтедобывающее «стационарное кочевье» тоже живет от месторождения к месторождению – только временной цикл другой.

В контроле над обстановкой ресурсная цивилизация близка «природной». Ценовая конъюнктура зависит от внешних обстоятельств, как от естественных циклов, сезонов и капризов погоды. Внешняя политика может влиять на цены энергоносителей, но не более разгона облаков перед праздником.

Внешний прикид ресурсной цивилизации не должен обманывать. В упаковке с гаджетами, девайсами, сетями и политическим постмодернизмом проступают черты совсем других цивилизаций – от островного культа карго и потлача до ближневосточной давлы и мулка в версии арабского политолога ибн Хальдуна и русского художника-мыслителя Александра Луфера. Россия сейчас сближается с Сирией не только применением ВКС, но и политической архаикой: у нас асабии сырьевого кочевья захватывают и подавляют стационарные поселения, подавляя местное производство. В этом смысле рассматривать новую Россию как недоделанный Запад можно лишь с очень большими и нелестными оговорками.

В сопоставлении типологических черт цивилизаций «восточного типа» и «нефтедобывающих» (в том числе, в российском изводе) совпадения полные: патернализм, патриархальность, доминация общины и государства над человеком и далее по списку. Но есть и принципиальное отличие – в перспективе. Если азиатчина у нас от географии и «колеи», можно доказывать, что мы и далее обречены со всем этим счастьем жить. Если же думать о судьбе нефтедобывающей цивилизации, то мы обречены с этим проклятьем умереть – или все же каким-то чудесным образом выскочить из колеи злоупотребления ресурсом, в том числе человеческим.

Геометрия тупика

Поэтому так мешает старая географическая привязка цивилизаций, в которой даже в названиях господствует топонимика: Европа, Азия, Евразия… Если у того же Тойнби есть цивилизации китайская, тибетская, японская и проч., то и нам грех не иметь собственную – российскую. То, что ее ставят вровень с Европой и Азией, – вопрос нашей «скромности» либо «гордыни» (в терминах Данилевского). Или мегаломании.

Ресурсная модель встроена в систему цивилизаций иначе – не «по месту». Это образование системное, но не локальное, типологическое, но не топологическое. Не срабатывает и старая модель восхождения, прогресса во времени. Сама нефтедобыча по-разному встроена в современность: Россия, Венесуэла, Эмираты, США, Норвегия…

Ресурсная цивилизация не привязана намертво к границам: это часть более сложной внутристрановой сборки. Скорее, это «идеальный тип» по Максу Веберу. В теле одной страны возможно динамичное сосуществование цивилизаций ресурса и производства, сырья и инноваций. Не работает принцип: одна страна – одна цивилизация. Так, история нашей ресурсной модели не исключает подъема промышленности в дореволюционной России, почти автохтонных производств и полного научного комплекса в СССР, даже отдельных героических достижений ученых и промышленников в нынешней России. В этом шанс на выход из «колеи», хотя он крайне мал, пока ресурсная цивилизация стремится к своему апогею. Страна несется в тупик, разворачиваться в котором не будет ни времени, ни места.

Автор — руководитель Центра исследований идеологических процессов

«культура и цивилизация» как основной вопрос социологии культуры Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

УДК 130.2 DOI: 10.12737/2789

I КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

I КАК ОСНОВНОЙ ВОПРОС СОЦИОЛОГИИ КУЛЬТУРЫ

I Кортунов Вадим Вадимович, доктор философских наук, профессор, заведующий

I кафедрой философии, социологии и психологии, [email protected],

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», Москва, Российская Федерация

Понятия «культура» и «цивилизация» в обыденном языке употребляются как синонимы. Но для философии и культурологии разделение этих понятий — вопрос принципиальный. И дело не только в том, что на идее противопоставления культуры и цивилизации построено большинство культурологических концепций XIX и XX веков. Что более существенно, сам ход исторического процесса в Европе и России наглядно показывает, что ценности культуры и цивилизации не только не совпадают, но и находятся на различных полюсах системы ценностей. Мы стали очевидцами, как современная цивилизация буквально вытесняет многовековые завоевания человечества в сфере Духа.

Цивилизация и культура, понятые в качестве оппозиционных понятий, позволяют сопоставить их с «духовно-тварной» природой человека, его дуальностью и противоречивыми тенденциями в его духовном бытии. Понятия цивилизации и культуры в статье понимаются как совокупность материальных ценностей (цивилизация) и ценностей духовных (культура). Автор убежден, что в такой интерпретации эти системы приобретают трагический характер. Игнорирование цивилизационных вызовов современному миру чревато превращением человека в специалиста, его жизни в работу. В рамках «цивилизованных» отношений человек рискует деградировать до штамповки, социального эрзаца, потеряв собственно человеческие качества, индивидуальность, лицо, уникальность. Развитие техногенной цивилизации в ущерб культуре грозит нам нивелировкой духовных ценностей, накопленных человечеством веками. А значит, наша история рискует превратиться в дорогу в никуда.

Ключевые слова: культура, цивилизация, духовные ценности, материальные ценности

Проблема соотношения понятий «культура» и «цивилизация» интересует ученых уже несколько столетий, начиная от философов, которые стояли у истоков развития цивилизационных процессов, заканчивая современными исследователями [2; 4; 7; 8 и др.]. Тем не менее, эта проблема остается актуальной, учитывая, что противоречия между культурой и цивилизацией не только не разрешились, но, напротив, обостряются с новой силой.

Для того чтобы не возникало разночтений, определим с самого начала, что мы будем понимать в настоящей работе под категориями «культура» и «цивилизация». Из многообразия определений, которыми переполнена научная литература, мы хотим выбрать наиболее при-

емлемую для нас традицию и остановиться на том, что культура есть совокупность духовных ценностей, а цивилизация — совокупность ценностей материальных. И как бы ни разнилась терминология в рамках указанной парадигмы («культура есть наивысшие проявления духовной жизни человечества», «культура — восхождение человечества к Духу», «культура включает в себя мировоззрение, религиозные ценности и художественное творчество» и т. д.), для нас важно зафиксировать, что культура соотносится с понятием «дух», «духовность», а цивилизация — с понятием «материя». В определенном смысле такая постановка проблемы есть не что иное, как формулирование основного вопроса культурологии. И это вполне логично: в фило-

6

научный журнал СЕРВИС PLUS 2014 / № 1

Культура и цивилизация как основной вопрос социологии культуры

софии основной вопрос звучит как проблема отношения материи к сознанию. В культурологии — как проблема отношения цивилизации к культуре.

Необходимо сделать еще одну оговорку. Наши оппоненты часто задают, на первый взгляд, вполне резонный вопрос: зачем вообще разделять эти понятия? Ведь в реальности объекты культуры и цивилизации не существуют независимо друг от друга. Мир существует как сплетение материи и духа, объективного и субъективного. Зачем же искусственно отделять одно от другого?

Ответ на него лежит в плоскости учебного курса по философии и методологии науки для начинающих студентов. Наука на то и наука, что изучает идеальные объекты. Менделеев никогда бы не создал свою периодическую таблицу, если бы следовал такой логике. Ведь в природе не существует ни чистых элементов, ни лабораторных реакций. Как могла бы развиваться физика, если бы не такие понятия, как «идеальный газ», «абсолютный покой», «абсолютный вакуум»? Зачем в таком случае существует наука всех наук — математика, если ее основное содержание — числа — вообще не имеют аналогов в живой природе?

Логика и философия разделяют такие понятия, как «природа» и «сущность» явления. У явления природа может быть многообразной, а сущность одна, поскольку лишь она фиксирует уникальность явления, то неповторимое качество, которое выделяет его из ряда схожих объектов. В случае с объектами культуры и цивилизации, их природа дуалистична: мы всегда в них можем найти и дух, и материю. Но если для книги ее материальность (бумага, переплет, типографская краска) вынуждена, безусловно, вторична, но ее духовность (информация, знание, образы, эмоции) — сущ-ностна. А для молотка все наоборот. Первична, сущностна его материальность, способность быть использованным для утилитарных задач. А его духовная природа, включение в культурный контекст, — вторична и несущественна.

Отношение к человеку и природе

Объектом цивилизации всегда выступает человек. Именно он занимает центральное место в системе ценностей цивилизации, и в этом смысле она антропоцентрична. Цивилизация заботится о человеческом комфорте. По сути дела, научно-технический прогресс, состав-

ляющий вершину цивилизации, направлен отнюдь не на отыскание истины (это удел философии, искусства и религии), а на комфорт и благосостояние. Конечно, зачастую продукты цивилизации оборачиваются для человека катастрофами, природными катаклизмами и вспышками неизвестных доселе заболеваний. Но объективности ради мы должны признать, что все это не что иное, как «побочные эффекты», не запланированные результаты ее антропоцентрической деятельности.

В центре внимания культуры тоже может быть человек. Но не только. Объектом культуры вполне может быть природа, Бог, идея, знание, эмоции… Словом, все что угодно. Даже писсуар, как это показал Марсель Дюшан. И в этом смысле, культура, безусловно, полицентрична.

Отношение культуры и цивилизации к природе еще более недвусмысленно. Цивилизация эксплуатирует природу, потребляет и покоряет ее; культура же относится к природе благоговейно: она возвышает ее и преклоняется перед ней.

Отношение к человеку и природе этих двух систем показывает тот факт, что они исходят из двух различных мировоззренческих установок в отношении к ним. Цивилизация видит в человеке «венец природы», противопоставляя человека и природу, субъекта и окружающий его мир. Здесь человек стоит над природой, управляет ею, борется с ней и покоряет ее (характерно для Запада). В системе культуры человек, напротив, вписан в природу и окружающий мир как в единое целое, составляет с ними гармоническое единство (характерно для Востока). Отсюда и совершенно противоположные советы, которые дают Восток и Запад при периодически возникающих противоречиях между человеком и окружающим миром. «Измени мир!» — настаивает Запад. «Измени себя!» — учит Восток.

Прагматизм и «романтизм»

Прагматизм цивилизации сомнений не вызывает. Все, что делает цивилизация, имеет яркий утилитарно-прагматический смысл. Если я задам вопрос: «Для чего существует молоток?», большинство вменяемых людей ответит: «Для забивания гвоздей». И будут правы. Конечно, молоток можно вставить в рамочку и повестить на стене. В культуре постмодернизма встречается и не такое. Но изначальная функция молотка определена однозначно.

7

КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

А на вопрос: «Для чего существует Литургия Рахманинова?» однозначного ответа не последует. И не потому, что она никому не нужна, а потому, что она не выполняет никаких утилитарно-прагматических задач. Кто-то скажет, что музыкой можно лечить людей, кто-то заявит, что партитурами можно топить камин. Но вряд ли Рахманинов писал свою «Литургию» для этого. Объекты культуры не несут никакой утилитарно-прагматической нагрузки, и в этом смысле они «романтичны». Мартин Хайдеггер, сравнивая объекты цивилизации и культуры, обращает внимание на изделие. Изделие является результатом человеческого труда, но оно также сродни художественному произведению (создано человеком), однако в его функции не входит «разверстывание просторов мира» (оно не наполнено духовным содержанием), оно не несет в себе духовного начала. Камень в каменном топоре не в состоянии вскрыть своей сущности: она выхолащивается из камня дельностью топора. Чем более пригоден топор к работе, тем неощутимее для нас его каменность [6].

Оппозиция «прагматизм — романтизм» достаточно универсальна, чтобы отнести ее к людским характерам. В характере человека, как правило, не сочетается прагматика и романтика. Мы ищем романтическую натуру для любви и дружбы. Прагматики в дружбе нас не устраивают, поскольку мы боимся, что нас станут использовать для достижения неких «темных», корыстных целей. А в бизнесе, напротив, мы тяготеем к прагматичным партнерам, ибо романтика и деньги — вещи несовместные.

В русской и европейской литературе XIX— XX вв. бесчисленное количество раз описана эта дилемма применительно к выбору молодой женщины: за кого выйти замуж? Существует, как правило, альтернатива: романтичный и нищий студент и прагматичный и богатый старик (в данном случае, мы берем обобщенные образы). Выбор не простой, но взаимоисключающий. Это выбор между интересной, насыщенной жизнью, любовью и счастьем, с одной стороны, и уверенностью в завтрашнем дне, своем благополучии и благополучии своих детей — с другой.

Реализм и символизм

Реальность объектов цивилизации обусловлена тем, что их смыслы и значения находятся в них самих. Объект цивилизации самопре-зентативен. Молоток или топор не имеют (или

почти не имеют) дополнительных смыслов, находящихся за пределами их материальности, поскольку они не апеллируют к духовным свойствам мира. Другое дело — каменный топор, артефакт древности. Он превращается в предмет культуры в силу того, что «дельность» утратила актуальность, а утилитарная польза растворилась в ветхости. Каменный топор становится артефактом, символом прошедшей эпохи, отсылающим нас и свои смыслы в каменный век.

Культурные объекты (в особенности объекты искусства) суть символы, знаки. Их сущность находится за пределами них самих. Например, картина из Третьяковской галереи, рассматриваемая как объект цивилизации, есть лишь ее материальная форма — краска, холст, деревянная рама. Мы должны понимать, что в самой картине нет ни улицы, ни леса, ни дома. Их там не может быть физически. В самой картине нет эмоций, красоты, гармонии, — все это воссоздается в нашем сознании. Картина — лишь знак, символ, своеобразный «транслятор» эмоций художника в адрес воспринимающего субъекта (реципиента).

То же можно сказать и о человеке как символе культуры. Вне культуры женщина — всего лишь анатомическое тело, нагромождение костей, мышц и внутренних органов. Свои смыслы и значения она приобретает вне своего материального тела, вне самой себя — в характеристиках, которые ей предпосылает культура. Если в системе цивилизационных ценностей женщина всего лишь самка (в лучшем случае — эмансипированная «бизнес-леди»), то в системе культуры она превращается в хранительницу очага, приобретает собственно женственность, становится неисчерпаемым источником вдохновения поэтов и художников.

Универсализм и специализация

Эта оппозиция категорий кажется наиболее трагической. Именно здесь во всей своей полноте проявляется агрессивность цивилизации по отношению к культуре [2; 4; 9; 10; 14—17].

С культурой вроде бы все ясно. Она воспитывает культурного человека, нацеливая его на постижение всего, что создало человечество: искусства, науки, религии, философии. Человек тем более универсален, чем полнее он ориентируется в культурных артефактах.

С цивилизацией, как всегда, все сложнее. Цивилизация не заинтересована в универсаль-

8

научный журнал СЕРВИС PLUS 2014 / № 1

Культура и цивилизация как основной вопрос социологии культуры

ности человека, ее волнует, насколько человек выполняет функции «специалиста». Причем не просто специалиста, а специалиста узкого профиля, поскольку конвейерный метод производства до сих пор никто не отменял. Конвейер — идеал цивилизации. Это и наиболее эффективный способ экономики, это и наиболее эффективный способ закрепощения человека. Чем уже его специализация, тем человек эффективнее с точки зрения производительности труда. В XXI веке мы стали свидетелями критического сужения специализации современного работника. «Специалист подобен флюсу», — говорил Козьма Прутков. К. Маркс ставил диагноз более кардинально: «Профессиональный кретинизм» [12]. Современный сатирик М. Задорнов вводит понятие «специалиста по правой ноздре», нынешние психологи выражаются более корректно и замысловато: «Эффект интенциональной экстраполяции», подразумевая рассмотрение жизни в целом сквозь призму профессии.

И в самом деле, согласно трудовому законодательству РФ, современный среднестатистический человек работает пять дней в неделю по восемь часов в день. Давайте попробуем вычеркнуть из его жизни время, когда он не в состоянии заниматься собой. Треть жизни — сон. Это чистая физиологическая потребность, от которой отказаться мы не можем. Вычеркиваем дальше: хождение по магазинам, стояние в очередях, присутствие на собраниях, совещаниях вне рабочего времени, обслуживание квартиры и автомобиля, тупое времяпрепровождение перед телевизором, приготовление еды… Что еще забыли? Фитнес-центры, Интернет, бесцельные разговоры по телефону, не менее бесцельные переписки в социальных сетях. Список можно пополнять бесконечно, и все это мы прекрасно знаем. Это пресловутая «социализация» и «инкультурация».

И что остается в остатке? Работа. Жизнь превратилась в работу, человек стал специалистом. А это, в свою очередь, означает, что человек не живет, а работает. Точнее, его жизнь рассматривается им же самим сквозь призму его работы. Это рыночная ориентация становится доминирующей [30]. Чтобы стало понятнее, приведем примеры.

Любому человеку необходимо мировоззрение. Он нуждается в системе ценностей, принципах, в конце концов, в идеалах. Кроме работы, существуют быт, жизнь, которые ста-

вят перед ним вопросы, на которые человек не может не реагировать. Противоречие между профессиональной реальностью и бесконечным многообразием жизни заставляет человека заполнять духовные ниши, возникающие в результате социальных перегрузок, привычно наработанным профессиональным опытом. Наиболее простой и распространенный способ преодоления этого противоречия — экстраполяция профессиональных интенций человека на мировоззрение в целом. Это некорректное отождествление профессиональной реальности и реальной жизни, перенос «ремесленных» установок на все многообразие духовных процессов в целом.

Врач-хирург изо дня в день спасает жизни людей, призван облегчать их страдания; он ежедневно сталкивается со смертью, уродством, кровью, болью. При этом он должен оставаться хладнокровным и безучастным, способным преодолевать эмоциональную слабость перед болезнями и страданием. Ежедневные операции, кромсание скальпелем живой человеческой плоти заставляют его относиться к пациенту как к «куску мяса», «анатомическому объекту». Смерть и страдания людей для него будни, ремесло, «конвейер». Ежедневный поток изуродованных и больных тел заставляет хирурга абстрагироваться от восприятия своих пациентов как индивидуальностей, людей, обладающих именем и прошлым. Без такого абстрагирования врач никогда не станет профессионалом высокого класса, поскольку его эмоции, рефлексирование и сопереживания будут лишь мешать благополучному проведению операций и очень быстро скажутся на его психическом здоровье. Профессиональный цинизм врача — условие его успешной работы, его психического здоровья, а следовательно, и той неоценимой помощи, которую он оказывает людям.

Профессиональный цинизм врача — это malum necessarium в рамках профессиональной деятельности. Однако человек, ориентированный на социум, глубоко погруженный в процесс дезинтеграции духа, бессознательно начинает переносить эту интенцию за рамки своей работы. Профессия превращается в мировоззрение.

Мы очень хорошо знаем, какой сильный отпечаток на духовности человека оставляет служба в Армии. Одна из самых почетных обязанностей гражданина — защита Отече-

9

КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

ства — всего за один год надолго ломает психику человека, выставляя мир в черно-белом цвете и уча жить по принципу «Так точно!» и «Никак нет!». Для профессиональных офицеров направленность сознания на уничтожение и насилие нередко заканчивается весьма печально. Вернувшись «на гражданку» после военных действий, они не всегда способны к адаптации к мирной жизни. В итоге герои минувших сражений превращают свою жизнь в грандиозное поле боя и начинают воевать с мифическим противником.

Осталось добавить, что все мы имеем одно общее ремесло. Мы все в какой-то степени, экономисты, бухгалтеры, финансисты. В начале XXI века стиль мышления приобрел четко выраженный денежный окрас, и экстраполяция экономической интенции достигла всеобщего характера. Все современное общество предстало в ином качестве: говоря словами известного политэконома, мир превратился в nation of shopkeepers (нацию торгашей) [35].

Уникальность и тиражирование

Уникальность произведения искусства обусловлена его тяготением к шедевру, приращению бытия, созиданию доселе несуществующего и невиданного. Шедевр по определению не может существовать в нескольких экземплярах. Копирование шедевра порождает подделку, «китч» (халтура, псевдоискусство, безвкусица, дешевка). Произведение искусства, как и человек, уникально и индивидуально.

Цивилизация же, напротив, основана на конвейерном способе производства, на копировании и тиражировании. А уникальным на конвейере может быть только брак, «некондиция». Если Сикстинская Мадонна в качестве объекта культуры существует только в одном экземпляре в Дрездене, то ее изображение на марках, открытках и всевозможных рекламных проспектах можно найти в любых уголках планеты. Но почтовая открытка не есть произведение искусства. В Сикстинской Мадонне на открытке не больше духовности, чем в Бенджамине Франклине на стодолларовой бумажке. Цивилизация базируется не на уникальности, а на стандарте.

Скептически настроенный читатель может возразить: «Что же здесь дурного? Цивилизация и культура занимаются своим делом. В мире хватит места и для шедевров, и для

штамповки». И в этом была бы своя правда, если бы не одно «но». Как мы говорили в самом начале, культура неуклонно вытесняется цивилизацией, и современное общество все больше и больше нацеливается на исключительно материальное производство и потребление, производство и потребление людей.

«Цивилизованное» общество не терпит уникальности. И от штамповки изделий оно переходит к штамповке личностей. Для школьников и студентов существует государственный стандарт. Для начальников и подчиненных — типовые должностные инструкции. Для интернет-пользователей — трафаретный набор «смайликов». Ну а для власть предержащих — шаблонный протокол.

Цивилизационная машина — это конвейер, штампующий личности, «людей без лица». Современная цивилизация подобна гигантской мясорубке, перемешивающей «человеческий материал» в однородную массу специалистов без индивидуальных свойств. Современный человек превращается в бездушный механизм, обеспечивающий функционирование современной цивилизации. Человек не должен чувствовать, думать, творить; он, как и положено механизму, должен работать. Когда он ломается, его чинят, а когда приходит в негодность — сдают в утиль.

Современные философы и культурантропологи, анализируя устоявшиеся в обществе лингвистические конструкции («философия лингвистического анализа») [6], приходят к выводу, что самоидентификация человека за последние полтора столетия менялась несколько раз. В начале века про людей, упавших в обморок, говорили: «Он лишился чувств», имея в виду душевную, эмоциональную, чувственную его природу. В середине века отношение человека к самому себе изменилось, и в той же ситуации стали говорить по-другому: «Потерял сознание». Из «чувствующего», человек превратился в «думающего». Душевные качества начинают терять безусловную ценность. На смену им приходит способность к рационализации, аналитике, рассудочности. Человек перестает ценить в себе сердце; теперь своим кумиром он делает мозг. Но вот проходит еще полстолетия, и мы снова наблюдаем еще одну смену идентичности. От Homo Sapiens мы эволюционируем до Homo Mechanics. Теперь мы говорим про себя: «Вырубился».

10

научный журнал СЕРВИС PLUS 2014 / № 1

Культура и цивилизация как основной вопрос социологии культуры

Рациональность и органичность

Рациональность цивилизации все всяких сомнений. Нерациональная экономика — это неэффективная, слабая экономика. Противоречивая правовая система людям невыгодна, нерациональный бизнес убыточен, а нерациональное хозяйствование ущербно. Иными словами, цивилизация эксплуатирует рационалистические, аналитические, логические способности человеческой психики.

Но, как утверждают физиологи, человеческий мозг имеет два полушария. И лишь одно из них отвечает на рациональность. Второе же — за художественно-образное восприятие мира. И именно это полушарие реализует себя в полной мере в культуре, трансляции духовных ценностей.

Представьте себе ситуацию проведения собеседования между молодым специалистом и работодателем. Работодатель задает вопрос: «Скажите, как вы относитесь к Шестой симфонии Чайковского? Чувствуете ли вы единство с космосом? Каково ваше отношение к категорическому императиву Канта? Что значит для вас «любовь»? В чем смысл жизни?» Вероятно, вы подумаете, что ваш работодатель сошел с ума. И правильно подумаете: все эти вопросы не имеют никакого отношения ни к вашим будущим обязанностям, ни к цивилизационным ценностям в целом. И здесь не было бы никакой трагедии, если бы мы не наблюдали неуклонное «сползание» человеческих ценностей в сторону собственно цивилизационных.

Культура не чурается рационалистических подходов к миру. Художники изучают каноны искусства, ученые — методы научных исследований, религиоведы — теологию, а литераторы — технику литературного письма. Но сутью духовной культуры остается стремление к непостижимому; к эстетическому, художественно-образному восприятию мира, к эмоционально-психологическим переживаниям человека. И в этом смысле культура органична. Она задействует оба полушария человеческого мозга, стремится использовать человеческую психику на все 100%. С этой точки зрения, цивилизация ограничивается лишь одним полушарием, атрофируя второе, переводя, таким образом, человека в статус своего бездумного и бездушного раба.

Заключение

В короткой статье невозможно затронуть все тонкости трагических взаимоотношений культуры и цивилизации. Мы обозначили лишь контуры этой болезненной и животрепещущей темы. Подобно тому, как удачное лечение начинается с правильно поставленного диагноза, решение проблемы начинается с ее постановки. Игнорирование цивилизационных вызовов современному миру чревато превращением человека в специалиста, его жизни в работу. В рамках «цивилизованных» отношений человек рискует деградировать до штамповки, социального эрзаца, потеряв собственно человеческие качества, индивидуальность, лицо, уникальность.

Каково же решение проблемы? Понятно, простых рецептов здесь быть не может. Мы можем дать лишь общие, стратегические рекомендации (или, точнее, высказать пожелания) для создания полноценной национальной политической программы перспективного культурного развития России.

Тезис 1. Необходимо четкое понимание самого существования проблемы. Сегодня много говорится о том, что российская культура пребывает в состоянии упадка. Более того, политические решения руководства страны так или иначе, осознанно или бессознательно, этому способствуют. Выход из возникшего «культурного тупика» нам видится в раскрытии его причин, истоков, философско-культурологическом осмыслении. Необходимо публичное, общественное (с привлечением ученых, политиков, общественных деятелей, творческой элиты и т. д.) обсуждение вопросов столкновения цивилизационных и культурных ценностей, противоречий между законами рыночной экономики и развития духовной культуры, между гедонистическими ценностями цивилизации и креационным пафосом духовной жизни.

Тезис 2. Осознание культурных ценностей России в качестве ее основного достояния. Российские политики сегодня сконцентрированы на решении экономических задач России, на ее конкурентоспособности, на ее политическом влиянии на мировые процессы. Развитие духовной культуры оказалось на периферии стратегических приоритетов.

Если развитие экономических процессов в России можно отдать на откуп рыночной экономике (условно), то культурные процессы

11

КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

должным быть регулируемыми. Конечно, речь не идет о цензуре. Речь идет о патриотическом воспитании, смене курса СМИ, внятном представлении духовного будущего нашей страны. Мы должны избежать процессов вестернизации, американизации, глобализации в сфере культуры в целях сохранения своего национального культурного достояния и достоинства. Для этого необходимы государственная поддержка культуры, ее финансирование, и, прежде всего, ее понимание исходя из принципов многообразия, поликультурности и целостности.

Тезис 3. Необходимо юридическое решение о статусе русской культуры в России. В последние десятилетия «неожиданно», «вдруг» встал вопрос о месте русской культуры, русского народа в российском государстве. В условиях многонационального, многорелигиозного и многокультурного государства — это весьма тонкий, деликатный, но, вместе с тем,

и опасный вопрос. Мы стали свидетелями небывалой распущенности наших сограждан, носителей иной культурной традиции. De jure мы равные граждане одной страны, светского государства. De facto культурно-историческое развитие России построено на русской, во многом православной культуре, на «титульно-сти» русского народа в русской, российской истории и государственности. Если «смыслообразующий» статус русской культуры в России не будет закреплен законодательно, мы должны готовиться к дальнейшим межкультурным конфликтам, утере российской идентичности, распаду государственности. Однако это отдельный вопрос.

Мы должны помнить, что развитие техногенной цивилизации в ущерб культуре грозит нам нивелировкой духовных ценностей, накопленных человечеством веками. А значит, наша история рискует превратиться в дорогу в никуда.

Литература

1. АхиезерА.С. Социокультурные проблемы развития России. М., 1992.

2. Берг В. Карьера — суперигра. М.: АО «Интерэксперт», 1998.

3. БердяевН.А Смысл истории. М., 1990.

4. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры: Психология человеческой судьбы. М.: Прогресс, 1988. 400 с.

5. Гайденко П.П. От исторической герменевтики к «герменевтике бытия». Критический анализ эволюции М. Хайдеггера // Вопросы философии. 1987. № 9.

6. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 1991.

7. Ильенков Э.В. Философия и культура. М., 1991.

8. Кертман Л.Е. История культуры стран Европы и Америки. М., 1987.

9. КлимовЕ.А. Образ мира в разнотипных профессиях. М.: Изд-во МГУ, 1995. 224 с.

10. Климов Е.А. Развивающийся человек в мире профессий. Обнинск: МГУ, Центр «Детство», 1993.

11. Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. СПб., 1994.

12. Маркс К., Энгельс Ф., Ленин В.И. О коммунистическом труде. М.: Политиздат, 1984. 158 с.

13. Ортега-и-ГассетX. Философия культуры. М., 1991.

14. Поляков В.А. Технология карьеры. М.: Дело ЛТД, 1995. 128 с.

15. Прощицкая Е.Н. Джон Голланд о выборе профессии // Школа и производство. 1993. № 4. С. 20—22.

16. Пряжников Н.С. Профессиональное и личностное самоопределение. М.: Изд-во: Институт практической психологии, Воронеж: НПО «МОДЭК», 1996. 246 с.

17. Пряжников Н.С. Психологический смысл труда. М.: Изд-во «Институт практической психологии»; Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997. 352 с.

18. Психологическое сопровождение выбора профессии / Под ред. Л.М. Митиной. М.: МПСИ, Флинта, 1998. 184 с.

19. РикерП. Конфликт интерпретаций. М., 1995.

20. Розин В.М. Психология судьбы: программирование или творчество // Вопросы психологии. 1992. № 1. С. 98-105.

21. Россия: духовная ситуация времени. 1999. № 1.

22. Самосознание европейской культуры XX века. М., 1991.

23. Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. М., 1993.

24. Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.

12

научный журнал СЕРВИС PLUS 2014 / № 1

Культура и цивилизация как основной вопрос социологии культуры

25. Струмилин С.Г. К вопросу о классификации труда / История советской психологии труда: Тексты. (20— 30-е гг. ХХ века) / Под ред. В.П. Зинченко, В.М. Мунипова, О.Г. Носковой. М.: Изд-во МГУ, 1983. 360 с.

26. Тойнби А. Постижение истории. М., 1991.

27. Фельденкрайз М. Понимание при делании / Хрестоматия по телесно-ориентированной психотерапии и психотехнике / Сост. В.Ю. Баскаков. М.: НПО “Психотехника”, 1993. С. 44—87.

28. Философия и культура. М., 1987.

29. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. 368 с.

30. Фромм Э. Человек для себя. Мн.: Коллегиум, 1992. 253 с.

31. Шпрангер Э. Основные идеальные типы индивидуальности / Психология личности: Тексты / Под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, А.А. Пузырея. М.: Изд-во МГУ, 1982. С. 55—59.

32. Шпенглер О. Закат Европы. М., 1993.

33. ЮнгК.Г. Проблемы души нашего времени. М.: Прогресс, Универс, 1994. 336 с.

34. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991.

35. Smith, Adam. The Wealth of Nations, London, 1776.

«CULTURE AND CIVILIZATION» AS THE CENTRAL ISSUE FOR SOCIOLOGY OF CULTURE

Kortunov Vadim Vadimovich, Doctor of Philosophy, Professor, Head of the Department of Philosophy, Sociology and Psychology,

[email protected], Russian State University of Tourism and Service, Moscow, Russian Federation

The concepts of culture and civilization are regarded by the general public as identical, and language-inuse affords them the status of synonyms. However, philosophy and cultural studies insist on a differentiation between the two concepts claiming that the opposition between culture and civilization was at the core of a vast majority of culturology theories elaborated in the 19th and the 20th centuries, and, more importantly, that the very process of historical development in Europe and Russia testifies to the fact that cultural and civilization values do not coincide, moreover, they are polar value systems. Humanity has repeatedly witnessed the modern civilization ousting the age-long gains in the spiritual plain.

When viewed as polar, civilization and culture allow of a ‘spirit versus savage/beast’ juxtaposition in studying human nature, of a duality and contradictory tendencies in human spiritual being.

The article views the concepts of civilization and culture as a set of material values (civilization) and a set of spiritual values (culture). The author claims that such an interpretation of the systems brings up their tragic facets. With the challenges that civilization poses going ignored, humans risk being transformed into pure specialists, having their life dominated by work. The framework of ‘civilized’ relationships is fraught with human degradation to the extent of becoming a moulding product, a social erzats. It jeopardizes human qualities proper, individuality, uniqueness, and identity. One of the menacing implications of the development of industrial civilization to the detriment of culture is the neutralization of age-long spiritual values, turning human history into a road to nowhere.

Keywords: culture, civilization, spiritual values, material values

References

1. Akhiezer, A.S. Sotsiokul’tumye problemy razvitiia Rossii [Sociocultural problems ofRussia’s development]. Moscow, 1992.

2. Berg, W. Kar’era — superigra [Tips und Tricks fur die Karriere auf die «fiese» Art]. Moscow: AP Interekspert Publ., 1998.

3. Berdyaev, N.A. Smysl istorii [The Meaning of History]. Moscow, 1990.

4. Berne, E. Igry, v kotorye igraiut liudi. Liudi, kotorye igraiut v igry: Psikhologiia chelovecheskoi sud’by [Games People Play (The Psychology of Human Relationships)]. Moscow: Progress Publ., 1988. P. 400.

13

КУЛЬТУРА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

5. Gaidenko, P.P. Ot istoricheskoi germenevtiki r “germenevtike bytiia”. Kriticheskii analiz evolutsii M. Khaideggera [From historical hermeneutics to ‘hermeneutics of being’. A Critical analysis of Martin Heidegger’s evolution]. Voprosy filosofii [Philosophical issues]. 1987. № 9.

6. Danilevskii, N.Ia. Rossiia i Evropa [Russia and Europe]. Moscow, 1991.

7. Il’enkov, E.V. Filosofiia ikul’tura [Philosophy and Culture]. Moscow, 1991.

8. Kertman, L.E. Istoriia kul’tury stran Evropy i Ameriki [European and American Culture: a Historical Perspective]. Moscow, 1987.

9. Klimov, E.A. Obraz mira v raznotipnykh professiiakh [the World as Viewed by Representatives of Different-Type Professions]. Moscow: MSU [Lomonosov Moscow State University] Publ., 1995. P. 224.

10. Klimov, E.A. Razvivaiushchiisia chelovek v mire professii [A Developing Human in a World of Professions]. Obninsk: MGU, Tsentr ‘Detstvo’, 1993.

11. Lotman, Iu.M. Besedy o russkoi kul’ture [Discourse on Russian Culture]. St.Petersburg, 1994.

12. Marx, K. Heinrich, Engels, F., Lenin, V.I. O kommunisticheskom trude [On Communist Labour Endeavour]. Moscow: Politizdat, 1984. P. 158.

13. Ortega y Gasset, J. Estetika. Filosofiia Kul’tury [Aesthetics. The Philosophy of Culture: a Collection of Works]. Moscow, 1991.

14. Poliakov, V.A. Tekhnologiia kar’ery [Career Technologies]. Moscow: Delo LTD Publ., 1995. 128 с.

15. Proshitskaia, E.N. Dzhon Golland o vybore professii [John Holland on Career choice]. Shkola i proizvodstvo [School and Industry]. 1993. № 4. pp. 20—22.

16. Priazhnikov, N.S. Professional’noe i lichnostnoe samoopredelenie [Professional and Personal Self-Identification]. Moscow: Institut prakticheskoi psikhologii [The Institute of Practical Psychology and Psychoanalysis]; Voronezh: NPO MODEK Publ, 1996. P. 246.

17. Priazhnikov, N.S. Psikhologicheskii smysl truda [The Psychological Essence ofLabour]. Moscow: Institut prakticheskoi psikhologii [The Institute of Practical Psychology and Psychoanalysis]; Voronezh: NPO MODEK Publ., 1997. P. 352.

18. Mitina, K.M. Psikhologicheskoe soprovozhdenie vybora professii [Psychology as accompanying a career choice]. Moscow: MPSI, Flinta, 1998. P. 184.

19. Ricoeur, P. Konflikt interpretatsii [The Conflict of Interpretations: Essays in Hermeneutics]. Moscow, 1995.

20. Rozin, V.M. Psikhologiia sud’by: programmirovanie ili tvorchestvo [The psychology offate: programming or creating]. Voprosy psikhologii [Psychological Issues]. 1992. № 1. pp. 98—105.

21. Rossiia: dukhovnaia situatsiia vremeni [Russia: spiritual context ofthe time]. 1999. № 1.

22. Samosoznanie evropeiskoi kul’tury XX veka [20th-century European Culture: Self-Actualization]. Moscow, 1991.

23. Sapir, E. Izbrannye trudy po iazykoznaniiu i kul’turologii [Selected Works on Language Theory and Culture]. Moscow, 1993.

24. Sorokin, P. Chelovek. Tsivilizatsiia. Obshchestvo. [Human. Civilization. Society]. Moscow, 1992.

25. Strumilin, S.G. K voprosu o klassifikatsii truda [On Labour classification]. Istoriia sovetskoi psikhologii truda: Teksty (20-30e gg XX veka) [A History of Soviet Labour Psychology: Texts (1920—1930)]. Moscow: MGU [Lomonosov Moscow State University], 1983. P. 360.

26. Toynbee, A.J. Postizhenie istorii [A Study of History]. Moscow, 1991.

27. Feldenkrais, M.P. Ponimanie pri delianii [Awareness Through Movement]. Khrestomatiia po telesno-orientirova-noi psykhoterapii i psitekhonike [Reader on body therapy and psychotechnics]. Moscow: NPO Psikhotekhnika, 1993, p. 44-87.

28. Filosofiia i kul’tura [Philosophy and Culture]. Moscow, 1987.

29. Frankl, V.E. Chelovek v poiskakh smysla [Man’s Search for Meaning]. Moscow: Progress Publ., 1990. Р. 368.

30. Fromm, E.S. Chelovek dlia sebia [Man for himself, an inquiry into the psychology of ethics]. Mn.: Kollegium, 1992. P. 253.

31. Spranger, E. Osnovnye ideal’nye tipy individual’nosti [Types of Men]. Psikhologiia lichnosti [Individual Psychology]. Moscow: MGU [Lomonosov Moscow State Unviersity] Publ., 1982. pp. 55-59.

32. Spengler, O.A.G. Zakat Evropy [The Decline of the West]. Moscow, 1993.

33. Jung, C.G. Problemy dushi nashego vremeni [The Undiscovered Self: The Problem of the Individual in Modern Society]. Moscow: Progress, Univers Publ., 1994. P.336.

34. Jaspers, K.T. Smysl i znechenie istorii [The Origin and Goal of History]. Moscow, 1991.

35. Smith, A. The Wealth ofNations, London, 1776.

14

научный журнал СЕРВИС PLUS 2014 / № 1

Быть толерантным!

Мы живём в век глобализации экономики и всё большей мобильности, быстрого развития коммуникации, интеграции и взаимозависимости, в век крупномасштабных миграций и перемещения населения, урбанизации и преобразования социальных структур.

Одна из задач школы – научить людей жить вместе. В современной социокультурной ситуации школа является местом, где создаются благоприятные условия для межэтнического общения, где обучающимся прививается уважение к своей культуре и культурам других народов, формируются толерантные качества личности в процессе поликультурного образования.

Предлагаем вашему вниманию методические материалы для проведения классного часа «Быть толерантным!»

Автор: Т. В. Рябцева

Рекомендации по работе с презентацией тематического занятия (классного часа) «Быть толерантным!»
для обучающихся 8−9-х классов

Вариант проведения занятия [PDF] [DOCX]

Презентация [PDF] [PPTX]

Приложения [PDF] [DOCX]

Цель: воспитание в подрастающем поколении потребности и готовности к конструктивному взаимодействию с людьми и группами людей независимо от их национальной, социальной, религиозной принадлежности, взглядов, мировоззрения, стилей мышления и поведения.

Задачи:

  • познакомить обучающихся с понятием «толерантность», с основными чертами толерантной и интолерантной личности;
  • дать обучающимся возможность оценить степень своей толерантности;
  • способствовать развитию уважительного отношения между школьниками, воспитанию чувства коллективизма, сплочённости;
  • способствовать развитию у обучающихся самосознания.

Методический материал носит рекомендательный характер. Педагог, принимая во внимание особенности каждого класса, может варьировать задания, их количество, менять этапы тематического занятия.


Учитель предлагает обучающимся послушать китайскую притчу «Ладная семья», которая поможет сформулировать тему классного часа.

Китайская притча «Ладная семья»

Жила-была на свете семья. Она была непростая. Более 100 человек насчитывалось в этой семье. И занимала эта семья целое село. Так и жили всей семьёй и всем селом. Вы скажете: «Ну и что, мало ли больших семейств на свете!» Но дело в том, что семья была особая – мир и лад царили в этой семье и, стало быть, на селе ни ссор, ни ругани, ни, боже упаси, драк и раздоров.

Дошёл слух об этой семье до самого владыки страны. И он решил проверить, правду ли молвят люди. Прибыл он в село, и душа его возрадовалась: кругом чистота, красота, достаток и мир. Хорошо детям, спокойно старикам. Удивился владыка. Решил узнать, как жители села добились такого лада. Пришёл к главе семьи: «Расскажи, как ты добиваешься такого согласия и мира в твоей семье?» Тот взял лист бумаги и стал что-то писать. Писал долго – видно, не очень силён был в грамоте. Затем передал лист владыке. Тот взял бумагу и стал разбирать каракули старика. Разобрал с трудом и удивился. Три слова были начертаны на бумаге: любовь, прощение, терпение.

И в конце листа: сто раз любовь, сто раз прощение, сто раз терпение.

− Да, − сказал старик, − это и есть основа жизни всякой хорошей семьи. И подумав, добавил:

− И мира тоже.

Вопросы:

  • Согласны ли вы с тем, что написал на листе бумаги глава семьи?
  • Как вы думаете, о чём мы сегодня с вами будем говорить?

Опираясь на ответы обучающихся, классный руководитель, формулирует тему классного часа.

А что значит быть толерантным?

Что такое толерантность?

Не всем, может быть, знакомо это слово, и, на первый взгляд, звучит совершенно непонятно. Но смысл, который оно несёт, очень важен для существования и развития человеческого общества. Современный культурный человек – это не только образованный человек, но обладающий чувством самоуважения и уважаемый окружающими. Толерантность считается признаком высокого духовного и интеллектуального развития индивидуума, группы, общества в целом.

Задание:

  • Используя различные источники, найдите определение слова «толерантность». (Приложение 1)
  • Что объединяет эти определения?
  • Почему, на ваш взгляд, в разных источниках определения различны?
  • Какое из определений вы считаете наиболее важным для себя?

На сегодняшний день толерантность рассматривается в контексте таких понятий, как признание, принятие, понимание.

Признание – это способность видеть в другом именно другого как носителя других ценностей, другой логики мышления, других форм поведения.

Принятие – это положительное отношение к отличиям.

Понимание – это умение видеть другого изнутри, способность взглянуть на его мир одновременно с двух точек зрения: своей собственной и его.


Учитель предлагает школьникам ответить на вопрос «Что такое толерантность?», начиная с фразы «Толерантность – это …».

— Толерантность – это милосердие.

— Толерантность – это уважение.

— Толерантность – это понимание.

— Толерантность – это снисхождение.

— Толерантность – это поддержка.


16 ноября 1995 года государства, члены ЮНЕСКО, приняли Декларацию принципов терпимости и Программу действий. Этот день был объявлен Международным днём толерантности.

Задание:

Ознакомьтесь с Декларацией принципов терпимости (Приложение 2) и ответьте на вопросы:

  • Что провозглашает Декларация принципов терпимости? (Все люди по своей природе различны, но равны в своих достоинствах и правах.)
  • Как вы понимаете утверждение Декларации о том, что терпение является необходимым условием мира и социально-экономического развития всех народов?
  • Что, согласно Декларации, является наиболее эффективным средством предупреждения нетерпимости?
    (Воспитание, которое начинается с разъяснения людям их прав и свобод с целью обеспечения соблюдения этих прав, а также с поощрения стремления к защите прав других.)
  • Какие синонимы слову «толерантность» использованы в Декларации?
  • Почему толерантность так актуальна в настоящее время?

Учитывая ответы обучающихся, учитель даёт комментарии. 


Современные реалии таковы, что практически каждый человек цивилизованного мира живёт в поликультурном пространстве.

Все мы разные, чем-то мы отличаемся друг отдруга, в чём-то мы похожи.

Задание:

Назовите черты сходства и различия людей.

После выполнения задания учитель предлагает обучающимся вопросы для открытого обсуждения.

Вопросы:

  • Как влияют сходства и различия людей на жизнь общества?
  • Что значит быть терпимым в отношениях с людьми?
  • Возможно ли жить без конфликтов?
  • Сказываются ли различия в возрасте на общении людей и почему?
  • Какие факторы влияют на ваши взаимоотношения с людьми?

Людей делят на толерантных и интолерантных. Деление это весьма условно. Каждый человек в своей жизни совершает как толерантные, так и интолерантные поступки. Однако склонность вести себя так или иначе может стать устойчивой личностной чертой.

Задание:

Как вы думаете, какие черты присущи толерантной личности, а какие – интолерантной?

Работа в группах.

Обучающиеся делятся на две группы.

1-я группа описывает основные черты, присущие толерантной личности;

2-я группа – черты, присущие интолерантной личности.

По окончании работы обсуждаются её результаты.

Каждый человек выбирает свой стиль, свой путь общения. Следовательно, существует и два пути общения.

Таким образом, есть два пути развития личности: интолерантный и толерантный.

Интолерантный путь характеризуется представлением человека о собственной исключительности, низким уровнем воспитанности, чувством дискомфортности существования в окружающей его действительности, желанием власти, непринятием противоположных взглядов, традиций и обычаев.

Толерантный путь – это путь человека, хорошо знающего себя, комфортно чувствующего себя в окружающей среде, понимающего других людей и готового всегда прийти на помощь, человека с доброжелательным отношением к иным культурам, взглядам, традициям.

Человек должен стремиться к тому, чтобы изменить себя в лучшую сторону, жить в мире с собой.


Игра «Волшебная рука»
(приём поиска толерантной позиции)

Участники обводят на листе бумаги свою руку. Предлагается написать на пальцах свои хорошие качества, а на ладошке – то, что хотелось бы изменить в себе.

Учитель:

Не стесняйтесь говорить о себе хорошо, хвалите себя, если вы можете найти в себе что-то хорошее, то и окружающие смогут увидеть это в вас. Чем чаще мы видим что-то хорошее в себе, тем больше хорошего мы видим в других.

Каждый человек является носителем только ему присущих, индивидуальных позитивных качеств и достоинств, которые позволяют ему выстоять в любых, даже самых критических ситуациях. 


Учитель:

• Мы не сможем в одночасье сделать толерантным ни своё поведение, ни поведение других людей.

• Однако важен даже самый маленький шаг в этом направлении.

• Важно не только то, о чём мы говорили и во что играли на классном часе, но и то, что мы из него вынесем в реальную жизнь, как изменим отношения с людьми, с которыми встречаемся.

Класс – это маленькая семья. Хотелось бы, чтобы в классе всегда царили доброта, уважение, взаимопонимание.

Давайте посмотрим, какой мы класс!

Используются итоги игры «Волшебная рука».

При желании ребята оглашают написанные определения своих качеств.

Рисунки можно разместить на доске.


 

ключевых компонентов цивилизации | Национальное географическое общество

Самые ранние цивилизации развивались между 4000 и 3000 гг. До н.э., когда рост сельского хозяйства и торговли позволил людям иметь излишки продовольствия и экономическую стабильность. Многим людям больше не приходилось заниматься сельским хозяйством, что позволило разнообразным профессиям и интересам процветать на относительно ограниченном пространстве.

Цивилизации сначала появились в Месопотамии (современный Ирак), а затем в Египте.Цивилизации процветали в долине Инда примерно к 2500 г. до н. Э., В Китае примерно к 1500 г. до н. Э. И в Центральной Америке (где сейчас находится Мексика) примерно к 1200 г. до н. Э. В конечном итоге цивилизации развивались на всех континентах, кроме Антарктиды.

Характеристики цивилизации

Все цивилизации имеют определенные характеристики. К ним относятся: (1) крупные населенные пункты; (2) монументальная архитектура и уникальные художественные стили; (3) общие коммуникационные стратегии; (4) системы управления территориями; (5) сложное разделение труда; и (6) разделение людей на социальные и экономические классы.

Городские районы

Крупные населенные пункты или городские районы (1) позволяют цивилизациям развиваться, хотя люди, живущие за пределами этих городских центров, по-прежнему являются частью цивилизации этого региона. Среди сельских жителей цивилизаций могут быть фермеры, рыбаки и торговцы, которые регулярно продают свои товары и услуги городским жителям.

Например, в огромном городском центре Теотиуакана на территории современной Мексики в период между 300 и 600 годами нашей эры проживало до 200 000 жителей.Развитие цивилизации Теотиуакано стало возможным отчасти благодаря богатым сельскохозяйственным угодьям, окружающим город. По мере возделывания земли меньшее количество фермеров могло поставлять больше основных продуктов питания, таких как кукуруза и бобы, большему количеству людей.

Торговля также сыграла роль в городском развитии Теотиуакана. Большая часть богатства и могущества Теотиуакана была обусловлена ​​раскопками и торговлей богатыми месторождениями обсидиана по всему городу. Обсидиан — это твердый вулканический камень, который высоко ценился как режущий инструмент.Торговцы Теотиуакано продавали (экспортировали) обсидиан окружающим культурам в обмен на товары и услуги, импортированные в поселения Теотиуакано.

Памятники

Все цивилизации стремятся сохранить свое наследие, строя большие памятники и сооружения (2). Это так же верно сегодня, как и тысячи лет назад.

Например, древние памятники в Великом Зимбабве до сих пор постоянно используются как символ политической власти в современной стране Зимбабве.Великий Зимбабве, построенный между 1100 и 1450 годами, описывает руины столицы Королевства Зимбабве. На пике своего развития Великий Зимбабве был населен более чем 10 000 человек и был частью торговой сети, которая простиралась от Магриба через восточное побережье Африки и до Индии и Китая.

Великий Зимбабве — свидетельство изысканности и изобретательности предков местного народа шона. Такие политики, как Роберт Мугабе, президент, который руководил Зимбабве почти 40 лет в 20-м и 21-м веках, полностью сформировали свою политическую идентичность, отождествляя себя с монументальной архитектурой древней цивилизации.

Здания — не единственные памятники, определяющие цивилизации. Отличительный художественный стиль Великого Зимбабве включал в себя изображения местных животных, вырезанные из мыльного камня. Стилизованные каменные скульптуры, известные как «птицы Зимбабве», например, остаются эмблемой Зимбабве, они появляются на национальном флаге, валюте и гербах.

Совместное общение

Совместное общение (3) — еще один элемент, который разделяют все цивилизации.Совместное общение может включать разговорный язык; алфавиты; числовые системы; знаки, идеи и символы; и иллюстрации и изображения.

Совместное общение позволяет развивать инфраструктуру, необходимую для технологий, торговли, культурного обмена и управления, и использовать ее в масштабах всей цивилизации. У цивилизации инков, например, не было письменного письма, о котором мы знаем, но ее сложная система бухгалтерского учета кипу позволяла правительству проводить переписи своего населения и производства на обширном участке гор Анд.Кипу — это записывающее устройство, состоящее из ряда ниток, завязанных узлами определенного узора и цвета.

Письменный язык, в частности, позволяет цивилизациям записывать свою собственную историю и повседневные события, что имеет решающее значение для понимания древних культур. Самым древним письменным языком в мире является шумерский, который возник в Месопотамии около 3100 г. до н. Самая известная форма раннего шумерского письма называлась клинописью и состояла из различных наборов клиновидных (треугольных) форм.Самым ранним шумерским письмом было ведение записей. Точно так же, как письменные записи современных цивилизаций, шумерская клинопись отслеживала налоги, счета за продукты и законы о таких вещах, как воровство.

Письменность была ключевой частью совместного общения во время Золотого века ислама, который процветал в южной Европе, Северной Африке и Западной Азии с седьмого по тринадцатый века. Так называемые «арабские цифры» и арабский язык были общими средствами коммуникации, которые позволили различным культурам арабского мира внести свой вклад в поразительные достижения в области математики, науки, технологий и искусства.

Инфраструктура и администрирование

Все цивилизации полагаются на государственное управление — бюрократию. (4) Возможно, ни одна цивилизация не иллюстрирует это лучше, чем Древний Рим.

Само слово «цивилизация» происходит от латинского слова civis, что означает «гражданин». Латинский язык был языком Древнего Рима, территория которого простиралась от Средиземного моря до некоторых частей Великобритании на севере и Черного моря на востоке.Чтобы управлять такой большой территорией, римлянам, базирующимся на территории нынешней центральной Италии, требовалась эффективная система государственного управления и инфраструктуры.

Римляне использовали различные методы управления своей республикой, а позже и империей. Например, инженерное дело было ключевой частью римской администрации. Римляне построили сеть дорог, чтобы сообщение между отдаленными территориями было максимально эффективным. Дороги также значительно облегчили путешествие римских военных. Повсюду римляне строили сооружения своей цивилизации: например, акведуки снабжали города пресной водой для улучшения санитарии и гигиены.

Язык также играл роль в римской инфраструктуре. Римляне распространили латинский язык по всей южной Европе. Так называемые «романские языки» (испанский, французский, португальский, румынский, каталонский и итальянский) называются так, потому что все они произошли от римского языка: латыни. Подобный язык облегчил общение и руководство для Рима на его обширных территориях.

Римские лидеры полагались на ряд юридических кодексов для управления.Эти кодексы помогли структурировать законы между различными частями римской территории, а также между богатыми и бедными, мужчинами и женщинами, рабами и свободными. Римские законы включали ограничения на вступление в брак, владение землей и доступ к таким профессиям, как священство.

Одним из наиболее значительных вкладов Рима в западную цивилизацию было становление самой правовой культуры. Римское право было в основном публичным, и юристы создали такие формальности, как юридический язык и процедуры, которые веками определяли европейское право.Фактически, «римское право» описывает правовую систему, которая использовалась по всей Западной Европе до 18 века.

Наконец, римляне использовали местных лидеров, а также римлян для исполнения закона на своих территориях. Жители были лучше знакомы со своими лидерами и с большей вероятностью следили за их объявлениями. Например, израильские лидеры работали с римскими властями на римской территории Палестины, в то время как британские лидеры часто работали с римлянами на острове Великобритании. Некоторые люди, родившиеся на римских территориях, в конечном итоге стали римскими императорами: например, император Константин родился на территории современной Сербии; император Адриан, возможно, родился на территории современной Испании.Это взаимодействие уменьшило конфликт между Римом и его территориями.

Отделение труда

Цивилизации отмечены сложным разделением труда (5). Это означает, что разные люди выполняют специализированные задачи. В чисто сельскохозяйственном обществе члены сообщества в значительной степени самодостаточны и могут обеспечить себя едой, кровом и одеждой. В сложной цивилизации фермеры могут выращивать один вид сельскохозяйственных культур и зависеть от других людей в получении других продуктов питания, одежды, жилья и информации.

Цивилизации, зависящие от торговли, особенно отмечены разделением труда. Город Тимбукту на территории нынешнего Мали был важным торговым центром для нескольких африканских цивилизаций. Жители Тимбукту специализировались на торговле такими товарами, как золото, слоновая кость или рабы. Другие жители предоставляли еду или укрытие торговым караванам, путешествующим на верблюдах из пустыни Сахара. Городской центр Тимбукту также был центром обучения. В разделение труда входили не только торговцы, но и врачи, религиозные лидеры и художники.

Структура класса

Последний элемент, который имеет ключевое значение для развития цивилизаций, — это разделение людей на классы (6). Это сложная идея, которую можно разбить на две части: доход и вид выполненной работы. Смена класса традиционно была трудной и происходила из поколения в поколение.

Классы могут означать группы людей, разделенные по их доходу. Это подразделение иногда называют «экономическим классом». Современная западная цивилизация часто делит экономические классы на богатых, средний класс и бедных.В средневековых цивилизациях Европы было меньше экономических классов. У королей и королев было огромное количество денег и земли. Крепостные или люди, работавшие на земле, почти ничего не имели. Со временем возник экономический класс купцов.

Класс также может относиться к типу работы, которую выполняют люди. Есть много социальных слоев. Социальный класс часто ассоциируется с экономическим классом, но не определяется им строго.

В древней китайской цивилизации существовало четыре основных типа социальных классов.Ученые и политические лидеры (известные как ши) были самым влиятельным социальным классом. Следующей по величине группой были фермеры и сельскохозяйственные рабочие (нонг) . Художники (гонг), , которые делали все, от подков до шелковых одежд, были следующим представителем социального класса. В нижней части социальных слоев находились купцы и торговцы, которые покупали и продавали товары и услуги. Известные как шанг, , эти купцы часто были намного богаче, чем другие классы, но имели более низкий социальный статус.

Развитие цивилизации

Цивилизации расширяются за счет торговли, конфликтов и исследований. Обычно все три элемента должны присутствовать, чтобы цивилизация росла и оставалась стабильной в течение длительного периода времени.

Физическая и человеческая география Юго-Восточной Азии позволила этим атрибутам развиться, например, в кхмерской цивилизации. Кхмеры процветали в некоторых частях нынешней Камбоджи, Таиланда, Лаоса, Вьетнама и Мьянмы между 800 и 1400 годами.

Торговля

Шелковый путь связывал рынки специй и шелка Азии с торговцами Европы. Обширная сеть водных путей Юго-Восточной Азии способствовала развитию торговли: кхмерская столица Ангкор была построена на берегу крупнейшего пресноводного озера Юго-Восточной Азии, Тонлесап. Вытекающая река Тонлесап является притоком могучей реки Меконг, которая соединяет Юго-Восточную Азию с Тибетским плато на севере и Южно-Китайским морем на юге.

Помимо материальных благ, кхмерская цивилизация способствовала мощной торговле идеями. В частности, кхмеры сыграли важную роль в распространении влияния буддийской и индуистской культур с Индийского субконтинента на Юго-Восточную и Восточную Азию.

Конфликт

Основные конфликты кхмерской цивилизации велись с соседними общинами — чамами, вьетнамцами и тайцами. Чамы были собранием королевств на территории современного центрального и южного Вьетнама, в то время как древнее вьетнамское влияние распространилось на территорию современного Северного Вьетнама.Тайские королевства, такие как Сукотай и Аюттхая, процветали на территории нынешних Таиланда, Камбоджи и Малайзии.

Кхмерская цивилизация была основана на последовательном сопротивлении политическому давлению со стороны чамов и вьетнамцев, но в конечном итоге не выдержала давления тайских цивилизаций. Тысячи тайских народов мигрировали с севера (нынешний регион Юньнань в Китае), основав небольшие королевства на юго-западе Кхмерской империи. В конце концов, эти королевства стали достаточно сильными, чтобы аннексировать территорию кхмеров, что привело к завоеванию Аюттайей кхмерской столицы Ангкора в 1431 году.

Исследования и инновации

Кхмерская цивилизация в значительной степени полагалась на выращивание риса и разработала сложную ирригационную систему, чтобы использовать реки и водно-болотные угодья, разбросанные по их территории. Эффективная серия оросительных каналов и водохранилищ, называемых барай, , позволила меньшему количеству фермеров производить больше риса. Это, в свою очередь, позволило большему количеству людей вести несельскохозяйственный образ жизни и мигрировать в крупные городские районы, такие как Ангкор.

Ангкор, столица древней кхмерской цивилизации, является домом для одного из крупнейших и наиболее самобытных религиозных памятников в мире — Ангкор-Ват.Ангкор-Ват изначально был построен как серия святилищ индуистского бога Вишну в начале 12 века, хотя менее чем через сто лет он стал буддийским храмовым комплексом.

Ангкор-Ват и родственный ему комплекс Ангкор-Том — прекрасные образцы классической кхмерской архитектуры. Высокие ступенчатые пирамидальные башни Ангкор-Вата называют «храмовыми горами». Башни окружены открытыми галереями, а вся конструкция ограждена стеной и квадратным рвом.Тысячи квадратных метров стен в Ангкор-Ват и Ангкор-Том украшены тысячами барельефов и скульптур, изображающих индуистские истории и персонажей.

Кхмерский памятник в Ангкор-Ват помогает определить современную нацию Камбоджи сегодня. Это главная туристическая достопримечательность страны, объект Всемирного наследия, и он даже изображен на камбоджийском флаге.

Падение цивилизаций

Многие цивилизации процветали, а затем рухнули или распались.Для этого есть много причин, но многие историки указывают на три модели падения цивилизаций: внутренние изменения, внешнее давление и экологический коллапс. Падение цивилизаций никогда не бывает результатом единственного события или закономерности.

Иногда кажется, что цивилизации полностью «исчезают».

Внутреннее изменение

Динамика населения — наиболее распространенная сила внутренних изменений цивилизации. Внезапное изменение численности населения или демографических изменений может привести к разрушению инфраструктуры цивилизации.

Популяции могут расти из-за миграции или периода нестабильного состояния здоровья. Популяции могут сокращаться из-за болезней, экстремальных погодных условий или других факторов окружающей среды.

Наконец, население может переопределить себя. По мере роста цивилизаций города могут расти в размерах и становиться более отличными в культурном отношении от сельских, сельскохозяйственных районов. Крупные империи могут простираться на такие большие регионы, что языки, культура и обычаи могут размывать самобытность жителей империи.

Внутренние изменения способствовали краху цивилизации майя, которая процветала в Мезоамерике более тысячи лет.Крах «классических майя» произошел относительно быстро в 800-х годах. Такие болезни, как дизентерия и смертельная геморрагическая лихорадка, убили и стали инвалидами тысячи людей майя. Еще миллионы были вынуждены переехать из городов в сельские районы. Такие огромные перемещения населения уменьшили способность майя общаться, управлять и объединяться против внешних сил и стихийных бедствий (таких как засуха).

Внешнее давление

Самым ярким примером внешнего давления на цивилизацию является иностранное вторжение или продолжающаяся война.Защита границ цивилизации может быть чрезвычайно дорогой и потребовать сильных вооруженных сил за счет развития или поддержания других аспектов цивилизации.

Внешнее давление может привести к относительно внезапному концу одной цивилизации (и, часто, к принятию другой). Падение империи ацтеков с приходом европейских конкистадоров является таким примером.

Внешнее давление также может привести к постепенному упадку цивилизации. «Падение» того, что мы часто считаем Древним Египтом, является хорошим примером того, как внешнее давление может изменить определение цивилизации на протяжении сотен лет.Египет столкнулся с давним периодическим конфликтом на своих границах с конкурирующими цивилизациями, такими как нубийцы (на юге), ассирийцы (на Ближнем Востоке) и ливийцы (на западе). Позже Египет столкнулся с цивилизациями Древней Греции и Рима и со временем стал частью Римской империи.

Экологический коллапс

Некоторые антропологи считают, что как стихийные бедствия, так и неправильное использование окружающей среды способствовали упадку многих цивилизаций.

Стихийные бедствия, такие как засуха, наводнения и цунами, становятся стихийными бедствиями, поскольку они влияют на цивилизации.

Засуха способствовала падению таких цивилизаций, как майя и долина Инда или цивилизация Хараппа. Цивилизация долины Инда была цивилизацией бронзового века на территории нынешних Пакистана, Индии и Афганистана. Цивилизация долины Инда зависела от сезонных муссонных дождей для снабжения водой для питья, гигиены и орошения. Изменение климата сделало муссоны гораздо более непредсказуемыми, а сезонные наводнения — менее надежными.Жители Хараппы страдали от болезней, передаваемых через воду, и не могли эффективно орошать свои посевы.

Крах минойской цивилизации, оказавшей большое влияние на Древнюю Грецию, часто связывают с катастрофическим извержением вулкана Тера на острове, который сейчас является Санторини. Извержение вызвало мощное цунами, которое уменьшило население, торговые возможности и влияние минойцев.

Человеческая деятельность также может создать серьезную угрозу для окружающей среды, которая приведет к краху цивилизации.Например, одним из нескольких факторов, способствовавших краху форпоста викингов в Гренландии, была неспособность европейских поселенцев адаптироваться к климату и почве Гренландии. Методы земледелия, которые успешно применялись на богатых суглинистых почвах Северной Европы, не подходили для более холодной и тонкой почвы Гренландии и более короткого вегетационного периода. Земля не могла поддерживать урожай, необходимый для содержания домашнего скота викингов, включая коз, крупный рогатый скот и овец. Кроме того, на самой земле заготавливали торф — основной строительный материал заставы.Викинги в Гренландии также столкнулись с внутренним давлением, таким как слабая торговая система с Европой, и внешним давлением, таким как враждебные отношения со своими соседями-инуитами.

«Затерянные цивилизации»

История и мифы богаты «потерянными цивилизациями», целыми образами жизни, которые, казалось, процветали, а затем исчезали из исторических записей.

Исчезновение цивилизации предков пуэбло — одна из таких загадок. Цивилизация предков пуэбло процветала на территории нынешних четырех уголков Юты, Колорадо, Нью-Мексико и Аризоны.Цивилизация предков пуэблоя развивалась около 1200 г. до н.э. и процветала более тысячи лет.

Цивилизация предков пуэбло была отмечена монументальной архитектурой в виде квартирных жилищ на скалах и больших городских территорий, известных как пуэбло. Разнообразные в культурном отношении представители племени пуэбло были связаны сложной системой дорог, стандартным стилем религиозного поклонения и уникальным художественным стилем, о чем свидетельствуют керамика и петроглифы.

Похоже, что предки пуэблоанцы покинули свои городские районы примерно в 1300 году нашей эры.Исчезновение этой цивилизации остается загадкой, хотя большинство ученых говорят, что пуэблоанцы-предки вели войну со своими соседями навахо, внутренние группы боролись за землю и ресурсы, а длительные засухи уменьшили способность предков пуэблоан орошать посевы на засушливом юго-западе.

Люди пуэбло, конечно, никогда не исчезли: различные группы создали свои собственные, конкурирующие цивилизации после миграции или распада предков пуэбло. Эти группы включают цивилизации зуни и хопи.

Цивилизация

и ее последствия — Oxford Handbooks

Civilization относится как к процессу, так и к месту назначения. Он описывает процесс становления социального коллектива цивилизованным или перехода от естественного состояния, дикости или варварства к состоянию цивилизации. Он описывает состояние человеческого общества, отмеченное значительной урбанизацией, социальным и профессиональным расслоением, роскошью свободного времени и соответствующими достижениями в области искусства и науки.Способность к достаточно сложной социально-политической организации и самоуправлению в соответствии с преобладающими стандартами долгое время считалась центральным требованием цивилизации.

В западном мире широко распространено мнение, что цивилизация — это хорошо, или, по крайней мере, она лучше, чем альтернативы: варварство, дикость или какое-то естественное состояние. Теоретически, по прошествии времени и чем дальше мы уходим от Большого взрыва и изначального супа, тем больше мы прогрессируем как вид, так и как отдельные человеческие существа; чем больше мы прогрессируем, тем более цивилизованными становимся индивидуально и коллективно; чем более цивилизованными мы становимся, тем дальше мы удаляемся от пережитков дикости и варварства.Фактически, для многих на Западе цивилизация, прогресс и современность по определению являются хорошими вещами (например, Stark 2014). Сэмюэл Хантингтон довольно кратко резюмировал состояние дискуссии: быть цивилизованным — хорошо, а быть нецивилизованным — плохо (1998, 40).

Однако, как и во многих дебатах, редко бывает так ясно черным или белым; оттенков серого обычно намного больше. Например, в резком контрасте с радужной картиной цивилизации и современности, предложенной выше, Зигмунт Бауман (2001, 4, 6) тревожно высветил темную сторону, предполагая, что Холокост был не столько «временным прекращением цивилизационной хватки в мире». которое обычно считается человеческим поведением », но« парадигмой »современной цивилизации» и современности.Это не обязательно означает, что цивилизация «плоха», не стоит того, чтобы иметь или быть частью; просто чтобы подчеркнуть, что наряду с положительными сторонами есть некоторые потенциальные недостатки, даже «темная сторона» (Александр, 2013).

Чтобы лучше понять различные взгляды на цивилизацию, эта статья начинается с описания того, что означает цивилизация, особенно в истории западной политической мысли (о других традициях мысли см., Например, Weismann 2014).Затем он исследует значение и природу довольно симбиотических отношений между цивилизацией и такими понятиями, как прогресс и современность. Затем в статье исследуются некоторые потенциальные последствия, которые соответствуют или являются результатом стремления к этим идеалам, менее общепризнанной темной стороне цивилизации. Сюда включены другие важные аспекты отношений между цивилизацией и прогрессом, такие как отношения между цивилизацией и войной и эксплуататорский характер отношений между цивилизацией и окружающей средой или миром природы в целом.В заключении предлагается несколько иной взгляд на цивилизацию, который может помочь нам избежать некоторых ловушек, ведущих от света в темноту.

Значение цивилизации

Слово civilization имеет свои основы во французском языке, происходя от таких слов, как civil (тринадцатый век) и civilité (четырнадцатый век), которые, в свою очередь, происходят от латинского civitas . До появления civilizé широко использовались такие слова, как poli или polite, police (что в широком смысле означало закон и порядок, включая правительство и администрацию), civilizé и civilité , но ни один из них не мог адекватно удовлетворить растущие и растущие требования к французскому языку.После появления глагола civilizer где-то в шестнадцатом веке, который послужил основой для существительного, чеканка civilizer была лишь вопросом времени, потому что это был неологизм, время которого пришло. Как заявляет Эмиль Бенвенист, « [C] ivilité , статический термин больше не подходил», что требует введения термина, который «должен был называться цивилизация , чтобы вместе определить как направление, так и непрерывность» ( 1971, 292).

Первое известное зарегистрированное использование civilization на французском языке придало ему значение, совершенно отличное от того, что обычно ассоциируется с ним сегодня. Некоторое время civilizer использовался в юриспруденции для описания преобразования уголовного дела в гражданское; следовательно, цивилизация была определена в универсале словаря Треву от 1743 года как «термин юриспруденции». Правосудие или приговор, делающий уголовное дело гражданским. Цивилизация достигается путем преобразования информации ( информации ) в запросы ( enquêtes ) или другими способами »(Starobinski 1993, 1). Когда впервые появилось письменное слово «цивилизация » в его более современном понимании, можно только догадываться. Несмотря на обширные расследования, Люсьен Февр заявляет, что он «не смог найти слово цивилизация , использованное в любом французском тексте, опубликованном до 1766 года», когда оно появилось в посмертной публикации М.Буланже, Antiquité dévoilée par sesages . Этот отрывок гласит: «Когда дикий народ стал цивилизованным, мы не должны прекращать действие цивилизации , давая ему жесткие и незыблемые законы; мы должны заставить его рассматривать данное ему законодательство как форму непрерывной цивилизации »(Febvre 1973, 220–222). Очевидно, что с самого начала цивилизация использовалась для обозначения как продолжающегося процесса, так и состояния развития, которое является шагом вперед по сравнению с дикостью.

Первоначальный интерес к концепции цивилизации уступил место детальным исследованиям цивилизаций девятнадцатого и двадцатого веков, в значительной степени вызванным основанием и развитием областей антропологии и этнографии (например, Bagby 1959; Coulborn 1959; Quigley 1961). ; Сорокин 1957; Мелко 1969). Такой сдвиг привел к утверждениям о том, что более широкая озабоченность нормативными аспектами цивилизации «потеряла часть своей значимости» (Huntington 1998, 41). Результатом этого сдвига стала озабоченность более узкими определениями, такими как те, которые предложили Эмиль Дюркгейм и Марсель Мосс (1971, 811): «Цивилизация представляет собой своего рода моральную среду, охватывающую определенное количество наций, причем каждая национальная культура является лишь отдельной форма целого.Ведущим представителем сравнительного исследования цивилизаций был Арнольд Тойнби, который не отказался полностью от идеала цивилизации, поскольку он отмечал: «Цивилизации приходили и уходили, но Цивилизация (с большой буквой C) преуспела» или выдержал (1948a, 24; 1948b). Тойнби также попытался сформулировать связь между «цивилизациями во множественном числе и цивилизациями в единственном числе», отметив, что первая относится к «конкретным историческим примерам абстрактной идеи цивилизации».Это определяется в «духовных терминах», в которых он «приравнивает [к] цивилизацию к состоянию общества, в котором существует меньшинство населения, даже небольшое, которое не выполняет задачи, а не просто производит пищу, но участие в любой другой экономической деятельности — например, промышленность и торговля — это необходимо для поддержания жизни общества в материальном плане на цивилизационном уровне »(1972, 44–45).

Аргумент Тойнби относительно организации общества, отмеченной специализацией навыков, движением к элитным профессиям и эффективным использованием досуга, долгое время считался связующим с развитием цивилизации (и цивилизованного общества).Гоббс (1985, 683), например, настаивал на том, что «добыча предметов первой необходимости… была невозможна до тех пор, пока не были построены великие Содружества», которые были «матерью мира и удовольствия », которая, в свою очередь, была «матерью Philosophy ; … Там, где сначала были великие и процветающие городов , сначала было изучение философии ». Эта общая аргументация повторялась снова и снова на протяжении всей истории. Такие описания взаимоотношений между цивилизацией, обществом и правительством согласуются с утверждением Энтони Пагдена (1988, 39), что «философская история цивилизации была историей прогрессивной сложности и прогрессивной утонченности, которая вытекала из свободного выражения этих способностей. которыми мужчины обладают только как члены сообщества.”

R.G. Коллингвуд выделил три аспекта цивилизации: экономический, социальный и правовой. Экономическая цивилизация характеризуется не просто погоней за богатством, что может быть враждебно экономической цивилизации, но «цивилизованным погоней за богатством». Сфера «социальной цивилизации» — это форум, на котором человечество удовлетворяется «идеей совместных действий» или тем, что мы могли бы назвать сообществом. Последним признаком цивилизации является «общество, управляемое законом», и не столько уголовным правом, сколько гражданским правом — «законом, в соответствии с которым претензии регулируются между его членами», в частности (1992, 502–511).Для Коллингвуда «Цивилизация — это то, что происходит с сообществом …». Цивилизация — это процесс приближения к идеальному состоянию »(1992, 283). По сути, Коллингвуд утверждает, что цивилизованное общество — и, следовательно, сама цивилизация — руководствуется принципами верховенства закона и действует в соответствии с ними. Когда мы объединяем эти три элемента цивилизации, они составляют то, что я бы назвал социально-политической цивилизацией, или способность коллектива организовываться и управлять собой в рамках некоторой системы законов или конституции.

Эта статья больше посвящена нормативным измерениям цивилизации, но интересно отметить недавнее возрождение в международных отношениях (МО) исследований, посвященных цивилизациям, а не только в ответ на тезис Хантингтона о столкновении. Например, размышляя о книге Адды Боземана «Политика и культура в международной истории », Дональд Пучала (1997, 5) отмечает, что «напыщенность и беспокойство государств и их героев в ходе бесчисленных конфликтов на протяжении нескольких тысячелетий позволили добиться немногого большего, чем периодическая реконструкция. политическая география, осквернение значительной части художественного и архитектурного наследия человечества, растрата богатства и унесение жизни сотен миллионов человек.Он добавляет, что «история отношений между государствами — будь то городские, имперские, средневековые, вестфальские, современные, супер- или национальные государства — была довольно избыточной, обычно неприятной и чаще всего лишенной имеет большое значение в ходе культурной эволюции человечества ». Он настаивает на том, что, в отличие от отношений между государствами, «история отношений между народами имела гораздо более широкие человеческие последствия». Или, как пытался объяснить Бозман (2010, xv), «взаимодействие… политики и культуры усилилось во всем мире», и это происходило «в плане международных отношений, а также в плане внутригосударственного социального существования и управление.Она пришла к выводу, что «территориально ограниченное, правовое государство западного типа больше не является [если оно когда-либо было в этом прочтении] центральным принципом в реальном ведении международных отношений, и поэтому его не следует рассматривать как ведущую норму. в академической вселенной »(Bozeman 2010, xl). Типы отношений, которые имеют в виду и Бозман, и Пучала, — это отношения между цивилизациями (см. Также Холл и Джексон, 2007; Катценштейн, 2010; Боуден, 2012).

«Бремя цивилизации»

Недалеко от заботы Коллингвуда об устранении физической и моральной силы с помощью социальной цивилизации находятся описания цивилизованного общества, заинтересованного в управлении насилием, хотя бы путем удаления его из общественной сферы.В описании цивилизации Зигмунта Баумана такая озабоченность распространяется на более общую проблему создания легко управляемых субъектов. «Концепция цивилизации , — утверждает он, — вошла в научный дискурс на Западе как название сознательного крестового похода прозелитизма, проводимого людьми знания и направленного на искоренение пережитков диких культур» (1987, 93).

Этот проповеднический крестовый поход во имя цивилизации заслуживает дальнейшего рассмотрения. Его логику нетрудно определить, если принять во внимание утверждение Старобинского (1993, 31): «Цивилизация, взятая как ценность, представляет собой политическую и моральную норму.Это критерий, по которому судят и осуждают варварство или нецивилизацию ». Аналогичный аргумент выдвигает Пагден (1988, 33), который утверждает, что цивилизация «описывает состояние, социальное, политическое, культурное, эстетическое — даже моральное и физическое, — которое считается оптимальным состоянием для всего человечества, и это подразумевает неявное утверждение, что только цивилизованные люди могут знать, что значит быть цивилизованными ». Именно из этого неявного утверждения и вынесенных от его имени суждений родилось понятие «бремя цивилизации».И это, как утверждали многие, является одним из менее желательных аспектов и результатов идеи цивилизации (Anghie 2005; Bowden 2009).

Аргумент о том, что только цивилизованные знают, что значит быть цивилизованным, является важным, поскольку, как отмечает Старобинский (1993, 32), «исторический момент, в котором появляется слово цивилизация , знаменует собой появление саморефлексии, появление сознания, которое думает, что понимает природу своей собственной деятельности ». В частности, он отмечает «момент, когда западная цивилизация осознает себя рефлексивно, она видит себя одной цивилизацией среди других.Достигнув самосознания, цивилизация сразу же открывает цивилизации ». Но, как подчеркивает Норберт Элиас (2000, 5), это не тот случай, когда западная цивилизация является просто одной среди равных, поскольку само понятие цивилизации «выражает самосознание Запада…». Он суммирует все, в чем западное общество последних двух или трех столетий считает себя лучше, чем более ранние общества или «более примитивные» современные ». Далее он поясняет, что, используя термин «цивилизация», «западное общество стремится описать, что составляет его особый характер и чем оно гордится: уровень — его технологии , характер — его манеры, развитие — его научные знания или взгляд на мир и многое другое.Нетрудно увидеть, как предвестники цивилизации могут тяготеть к (благонамеренному) «крестовому походу прозелитизма», движимому, по крайней мере частично, глубоко укоренившейся верой в «бремя цивилизации» (см. Bowden 2009 ).

Проблема не только в отрицании ценности и достижений других цивилизаций, но и в том, что они находятся в почти необратимом упадке. С этой точки зрения их вклад в цивилизацию «большой C» рассматривается как в значительной степени ограниченный прошлым, из чего следует дальнейший вывод, что если что-то ценное и нужно вернуть, это не может быть сделано без помощи более цивилизованного наставника.Такое мышление слишком очевидно, например, в ошибочном заявлении Фердинанда Шиллера о том, что «народы Индии, похоже, очень мало заботятся об истории и никогда не трудились над ее компиляцией» (1926, vii; ср. Guha 2002). Британцы взяли на себя задачу составить такие разрозненные отчеты, как тот, который был подготовлен Джеймсом Миллем и опубликован как The History of British India в 1817 году. Несмотря на то, что никогда не посещал Индию, Милль History передал европейской аудитории в корне ошибочную образ индийской цивилизации как вечно отсталой и неразвитой.

Стандарты цивилизации

Одно из основных оправданий, лежащих в основе такого мышления, связано с широко распространенным мнением о том, что способность к достаточно сложной социально-политической организации и самоуправлению в соответствии с преобладающими стандартами является центральным требованием цивилизации. Присутствие или отсутствие институтов общества, которые способствуют управлению в соответствии с устоявшимися традициями — первоначально европейскими, а теперь в более широком смысле — западными — долгое время считалось отличительной чертой зарождения цивилизации или ее потенциала.Примером важности общества для квалификации цивилизации являются «ингредиенты цивилизации» Дж. С. Милля. Милль заявляет, что тогда как

дикое племя состоит из горстки особей, странствующих или рассредоточенных по обширной территории страны: густое население, следовательно, живущее в постоянных жилищах и в основном собирающееся вместе в городах и деревнях, которые мы называем цивилизованными. В дикой жизни нет ни торговли, ни мануфактуры, ни сельского хозяйства, ни почти ничего; Страну плодов сельского хозяйства, торговли и производства мы называем цивилизованной.В диких сообществах каждый человек подменяет себя; за исключением войны (и даже тогда очень несовершенной) мы редко видим какие-либо совместные операции, проводимые союзом многих; дикари не находят особого удовольствия в обществе друг друга. Поэтому везде, где мы находим людей, действующих вместе для общих целей в больших телах и наслаждающихся удовольствиями социального общения, мы называем их цивилизованными. (1977, 120)

Часто игнорируемые последствия этой нагруженной ценностями концепции цивилизации привели к тому, что Георг Шварценбергер (1955) назвал «стандартом цивилизации в международном праве» или тем, что Геррит Гонг (1984) позже назвал «стандартом цивилизации в международном обществе». .Исторически эталон цивилизации был средством, используемым в международном праве для различения цивилизованных и нецивилизованных народов с целью определения членства в международном сообществе государств. Эта концепция вошла в международно-правовые тексты и практику в восемнадцатом и девятнадцатом веках под влиянием антропологов и этнологов, которые проводили различия между цивилизованными, варварскими и дикими народами на основе их соответствующих способностей к социальному сотрудничеству и организации.Действуя в основном в течение европейского колониального периода, эталоном цивилизации был правовой механизм, разработанный для того, чтобы установить ориентир для восхождения неевропейских государств в ряды цивилизованной «Семьи наций», а вместе с тем и их полного признания международным правом. . Цивилизованное государство требовало (1) базовых институтов власти и государственной бюрократии; (2) организационная способность к самообороне; (3) опубликованный правовой кодекс и соблюдение законности; (4) способность выполнять контракты в торговле и обмене капиталом; и (5) признание международного права и норм, включая законы войны (Gong 1984; Bowden 2004, 2009).Если нация могла соответствовать этим требованиям, она обычно считалась законным суверенным государством, имеющим право на полное признание в качестве международной личности.

Неспособность многих неевропейских обществ соответствовать этим европейским критериям и сопутствующее юридическое различие, отделявшее их от цивилизованных обществ, привели к неравной договорной системе капитуляций. Право на экстерриториальность, как это было также известно, регулировало отношения между суверенными цивилизованными государствами и квазисуверенными нецивилизованными государствами в отношении их соответствующих прав и обязательств перед гражданами цивилизованных государств, проживающих и действующих в странах, где действовала капитуляция. .Как объясняет итальянский юрист Паскуале Фиоре (1918, 362), «в принципе, капитуляция унизительна по отношению к местному« общему »праву; они основаны на низшем состоянии цивилизации некоторых государств Африки, Азии и других варварских регионов, что делает невозможным осуществление суверенных прав на взаимной и взаимной основе при полном равенстве правовых условий ». В большей части нецивилизованного мира эта система капитуляций постепенно разрасталась до такой степени, что превратилась в крупномасштабную европейскую цивилизационную миссию, которая, в свою очередь, превратилась в колониализм.После окончания Первой мировой войны это правовое обоснование способствовало созданию мандатной системы Лиги Наций.

Несмотря на критику в их адрес, стандарты цивилизации остаются влиятельными инструментами в практике международных отношений. Некоторые видные недавние дискуссии о стандартах цивилизации в IR и международном праве были сосредоточены на предложениях по соответствующим стандартам для конца двадцатого или начала двадцать первого века, начиная от прав человека, демократии, экономического либерализма и глобализации до современности в целом (см. Donnelly 1998; Franck 1992; Fidler 2000; Mozaffari 2001; Gong 2002).Большая часть этой литературы в значительной степени некритична к иногда разрушительным последствиям применения стандартов цивилизации, настаивая на том, что новое миссионерское рвение по продвижению прав человека, демократии и экономического либерализма каким-то образом изолировано от «фатального заражения», связанного с колониальной эксплуатацией и завоеваниями. Другие исследования выявили темную сторону стандартов цивилизации и их роль в европейской экспансии, такую ​​как имитация в случае Японии (Suzuki 2009) или влияние стигматизма на формирование внешней политики в случае побежденных держав, таких как Турция, Япония и Россия (Заракол, 2011).Как показывают эти исследования, ряд продолжающихся событий продолжает оказывать влияние на ведение международных дел.

Цивилизация и прогресс

Одна из основных причин, по которой социополитика занимает центральное место в рассмотрении цивилизации, очевидна в следующем, часто цитируемом отрывке из книги Томаса Гоббса Левиафан (1985, 186):

Итак, все, что является следствием времени Варре, когда каждый человек — Враг для каждого человека; то же самое следствие того времени, когда люди живут без другой безопасности, кроме той, которая обеспечена их собственной силой и их собственным изобретением.В таких условиях нет места Промышленности; потому что плод его неопределен: и, следовательно, нет Культуры Земли; запрет на судоходство и использование товаров, которые могут ввозиться морем; нет просторного здания; никаких инструментов для перемещения и удаления таких вещей, которые требуют большой силы; нет Знания о лице Земли; нет счета Времени; нет искусства; нет писем; нет общества; и что хуже всего, постоянный страх и опасность насильственной смерти; И человеческая жизнь — одинокая, бедная, мерзкая, грубая и короткая.

Один из важных уроков, обычно извлекаемых из этого отрывка, заключается в том, что жизнь, проживаемая вне общества в естественном состоянии, постоянно находится под угрозой; у людей мало шансов на мир без общества. С этим связан тот факт, что определенная степень социально-политического сотрудничества и организации является основной необходимостью для основания цивилизации. Говорят, что социальный и политический прогресс предшествует практически любой другой форме прогресса; более того, считается, что прогресс в других субэлементах цивилизации зависит от этого.Фридрих фон Шиллер (1972, 329) позже сформулировал ситуацию следующим образом: «Родила бы Греция Фукидида, Платона и Аристотеля, или Рим — Горация, Цицерона, Вергилия и Ливия, если бы эти два государства не поднялись до тех высот политических достижений, которых они в действительности достигли? »

Тесная связь между цивилизацией и прогрессом отражена в наблюдении Старобинского (1993, 4) о том, что «слово цивилизация , обозначающее процесс, вошло в историю идей одновременно с современным пониманием слова прогресс . .Этим двум словам суждено было сохранить самые близкие отношения ». Эта интимная связь также очевидна в вопросе Роберта Нисбета (1980, 9) о том, «возможна ли цивилизация в любой форме и содержании, сравнимая с тем, что мы знали… на Западе без поддерживающей веры в прогресс, которая существовала вместе с этой цивилизацией. ” Он добавляет: «Ни одна идея не была важнее, чем… идея прогресса западной цивилизации на протяжении почти трех тысяч лет». Хотя такие идеи, как свобода, справедливость, равенство и общность занимают свое законное место, он настаивает на том, что «на протяжении большей части западной истории основой даже этих идей была философия истории, которая придает прошлому, настоящему и будущему их важность. ”(1980, 4).Старобинский (1993, 33–34) по этой теме отмечает, что «цивилизация , является мощным стимулом для теории», и, несмотря на ее двусмысленность, существует подавляющее «искушение прояснить наше мышление, разработав теорию цивилизации, способную обосновать далеко идущая философия истории ». Ясно, что близнецы идеалов цивилизации и прогресса являются важными факторами в наших попытках осмыслить жизнь через формулировку некой всеобъемлющей или, по крайней мере, всеобъемлющей философии истории.В самом деле, в последние столетия он оказался непреодолимым для самых разных мыслителей со всего политического спектра.

Отношения между цивилизацией и прогрессом занимали центральное место в анализе истории Европы и процессов цивилизации, проведенного Франсуа Гизо. В отчете, охватывающем как социально-политические, так и моральные требования цивилизации, Гизо (1997, 16) настаивал на том, что «первый факт, заключенный в слове цивилизация… — это факт прогресса, развития; он сразу представляет идею народа, идущего вперед, не для того, чтобы изменить свое место, а для изменения своего положения; людей, чья культура обусловливает себя и улучшает себя.Идея прогресса, развития кажется мне основной идеей, содержащейся в слове цивилизация. «Что касается Гоббса и других, то для Гизо социально-политический прогресс или использование общества — это лишь часть картины, которая есть цивилизация, на обратной стороне которой« [л] эттеры, науки, искусства демонстрируют все свое великолепие. Где бы человечество ни увидело эти великие знамения, эти знамения, прославленные человеческой природой, где бы оно ни увидело сотворенные эти сокровища возвышенного наслаждения, оно там признает и назовет цивилизацию.По Гизо (1997, 18), «два факта» являются неотъемлемой частью «великого факта», которым является цивилизация: «развитие социальной активности и развитие индивидуальной активности; прогресс общества и прогресс человечества ». Где бы ни присутствовали эти «два симптома», «человечество громкими аплодисментами провозглашает цивилизацию».

Дж. Б. Бери (1960, 2–5) аналогичным образом утверждает, что «идея [прогресса] означает, что цивилизация двигалась, движется и будет двигаться в желаемом направлении». В соответствии с неотразимостью распространения великой теории, Бери утверждает, что «идея человеческого прогресса — это теория, которая включает синтез прошлого и пророчество о будущем».Это теоретизирование основано на интерпретации истории, согласно которой человеческое состояние развивается «в определенном и желаемом направлении». Кроме того, это «подразумевает, что … в конечном итоге будет обеспечено состояние всеобщего счастья, которое оправдает весь процесс цивилизации». Короче говоря, конец истории находится в непосредственной близости от состояния индивидуальной и социальной способности человечества к совершенствованию, в котором опасности и неопределенности гоббсовской войны всех против всех оставлены позади в пользу относительной безопасности и защищенности гражданских или гражданских лиц. цивилизованное общество.

Одна из вещей, с которой мы все чаще сталкивались и боролись, чтобы выжить и искоренить в прошлые века, — это бедствие войны между сообществами, включая цивилизованные сообщества. В некотором роде это может показаться немного противоречащим идеям цивилизации, прогресса и человеческого совершенствования, но так же, как существует тесная связь между цивилизацией и прогрессом, также существует тесная связь между цивилизацией и войной, и между войной. и прогресс.

Цивилизация и война

Инстинкт подсказывает, что чем более цивилизованными мы становимся с течением времени или чем дальше мы продвигаемся от жестокого состояния природы, тем более вероятно, что жестокие и кровавые реалии вооруженного конфликта станут еще более отвратительными и нежелательными, и можно избежать практически любой ценой. В самом деле, это один из ключевых уроков, которые мы извлекаем из Гоббса (1985, 186–188; см. Также Lorenz 1966; Keeley 1997) о неопределенности и краткости жизни в естественном состоянии, в котором каждый человек — враг каждому. человек, и хотя он не обязательно постоянно находится в состоянии войны со всеми остальными, по крайней мере, подготовлен к этому.Жан-Жак Руссо, с другой стороны, утверждал, что состояние природы было игровой площадкой благородного дикаря, который в целом жил в состоянии гармонии со своими собратьями и миром природы в целом. Только с приходом цивилизации Эдемский сад был потревожен войной и другими бедствиями, связанными с цивилизованной современностью. Как красноречиво выразился Руссо (1997, 161): «Первый человек, который, огораживая участок земли, которому пришло в голову сказать , это мой , и нашел людей, достаточно простых, чтобы поверить ему, был истинным основателем гражданское общество.Сколько преступлений, войн, убийств, сколько бедствий и ужасов, «человечество» было бы спасено тем, кто, поднимая колья или засыпая канаву, кричал своему роду: остерегайтесь слушать этого самозванца; [вы] потеряны, если вы забудете, что плоды принадлежат всем, а Земля — ​​ничему «. Имея в виду эти совершенно разные точки зрения, Азар Гат (2006, 663), изучив происхождение и эволюцию войн между людьми на протяжении двух миллионов лет, утверждает, что из двух: «Гоббс был намного ближе к истине.”

Этот вывод хорошо согласуется с предположениями о распространении цивилизации, лежащей в основе все более упорядоченного и мирного, цивилизованного международного общества, в котором обращение к вооруженным конфликтам становится все более редким. Но действительно ли связь между цивилизацией и войной является прямой обратной линейной зависимостью, или же здесь есть нечто большее? Предположение, что цивилизация и война имеют общее наследие, что «колыбель цивилизации — это также колыбель войны», похоже, указывает на то, что происходит нечто более сложное (Meistrich 2005, 85).Как объясняет Ира Мейстрих (2005, 85), «Война требует такого рода массовых ресурсов и организации, которые может предоставить только цивилизация, и поэтому плодородная почва, на которой люди собирали первые плоды цивилизации, также взращивала драконий зуб войны». Гарри Холберт Терни-Хай (1971, 23) отмечает то же самое, что «комплекс войны согласуется с остальной структурой социальной организации».

Как объясняет Тойнби (1951, viii), «возможность ведения войны предполагает минимум техники и организации, а также избыточное богатство сверх того, что необходимо для простого существования.В то же время, как это ни странно, считается, что ведение войны — это важнейший стержень, вокруг которого растет и обретает свой блеск жемчужина цивилизации. Роберт Р. Марретт (1920, 36) предполагает, что «это обычное дело в антропологии, что на определенной стадии эволюции — так сказать, на полпути — война является главным фактором цивилизации». Куинси Райт (1965, 98–99) делает аналогичные выводы: «Первобытные войны были важным фактором в развитии цивилизации. Он культивировал такие добродетели, как храбрость, верность и послушание; он создал сплошные группы и метод увеличения ареала этих групп, все из которых были необходимы для создания последующих цивилизаций.”

Уильям Экхардт (1975, 55–62; 1992) аналогичным образом утверждает, что «антропологические данные» указывают на тот факт, что «первобытные войны были функцией человеческого развития в большей степени, чем человеческий инстинкт или человеческая природа». Он также предполагает, что «только после того, как мы начали заниматься земледелием и скотоводством, земля стала для нас важной и, следовательно, тем, за что стоит бороться». Во многом так же, как Гоббс объясняет процесс и результаты социально ограниченного цивилизованного общества, Экхардт (1990, 10–11) указывает, как «сельскохозяйственная революция сделала доступным излишек продовольствия, который вывел людей за пределы прожиточного минимума, позволяющего производить жить до такой степени, что излишки могут быть использованы для оплаты одними, чтобы управлять другими, и заниматься искусством, религией и писательством, а также участвовать в войне, чтобы распространить блага цивилизации на других или побудить других помочь заплатить за процесс цивилизации или защитить себя от тех, у кого может возникнуть соблазн сократить путь к цивилизации.Это предполагает совершенно иную связь между цивилизацией и войной, чем аргумент о том, что существует прямая корреляция между цивилизованным обществом и склонностью к миролюбию. Напротив, утверждается, что «чем более цивилизованными становятся люди, тем более воинственными, как мы можем ожидать, они будут» (Eckhardt 1990, 15).

Райт (1965, 99) отмечает, что по мере того, как «первобытное общество развивалось в сторону цивилизации, война начала приобретать иной характер. Цивилизация была одновременно следствием и причиной воинственности.Экхардт (1990, 9) приводит аналогичный случай, «что война действительно вступила в свои права только после возникновения цивилизации около 5000 лет назад». Следуя Райту, Экхардт (1990, 14) заключает, что, по сути, «война и цивилизация, в зависимости от того, что наступило раньше, поддерживали друг друга в рамках положительной обратной связи, так что чем больше одна, тем больше другая; и чем меньше одного, тем меньше другого ». Этот одновременно цивилизованный, но порочный круг составляет основу «диалектической, эволюционной теории войны» Экхардта (1990, 9–11), согласно которой «более развитые общества участвуют в большем количестве войн.Более того, «цивилизованные народы вступали в войну, как утки в воду, судя по их художественным и историческим записям», причем «войны служили одновременно повивальными бабками и гробовщиками во время подъема и падения цивилизаций в ходе истории».

Джеймс Босуэлл (1951, 35) однажды написал: «Как долго будет продолжаться война, мы не можем предполагать», добавив: «Цивилизация, которая, как можно было ожидать, уничтожила бы ее, только усовершенствовала свою жестокость. грубость. Иррациональность остается, хотя мы узнали insanire certa ratione modoque , чтобы иметь метод в нашем безумии.В самом деле, скорее, чем цивилизация и все ее атрибуты, представляющие противоядие или антитезу войне, может показаться, что цивилизация и война идут рука об руку; В частности, механизированная индустриальная цивилизация кажется особенно искусной и эффективной в искусстве ведения войны. Как выразился Экхардт (1990, 15), «война и цивилизация идут и растут вместе». И поскольку «цивилизация порождает войну или, по крайней мере, способствует ее использованию, и поскольку война в конечном итоге уничтожает ее создателя или проводника, тогда цивилизация является саморазрушительным процессом, который препятствует ее собственному прогрессу.Аналогичное замечание высказал Тойнби (1951, vii – viii), который пришел к выводу, что, хотя «война на самом деле могла быть порождением цивилизации», в конечном итоге ребенок не был особенно добр к своему создателю, поскольку « Война оказалась непосредственной причиной распада каждой цивилизации, которая, как известно наверняка, распалась ». По сути, это приводит нас к замкнутому кругу отношений между цивилизацией и войной: ведение войны порождает цивилизацию, которая, в свою очередь, способствует более кровопролитному и эффективному ведению войн, что, в свою очередь, приводит к гибели цивилизации (или цивилизаций).

Цивилизация и окружающая среда

Антропоморфное изменение климата, связанные с ним последствия и хрупкое состояние природного мира в целом находятся на переднем крае новых и возникающих угроз цивилизации (Fagan 2004, 2008). Фактически, природа эксплуататорских отношений человечества с более широким миром природы в целом ставится под сомнение и заставляет некоторых из нас серьезно переосмыслить эти отношения. Хотя Руссо мог бы охарактеризовать отношения между людьми и миром природы как отношения, отмеченные гармонией и благодетельностью, для большей части истории цивилизации в значительной степени рассказывается о способности человечества покорять природу: покорять дикие границы, укрощать животный мир, и цивилизовать варварские и дикие народы нашего собственного вида.Как объясняет В. Гордон Чайлд (1948, 1), «прогресс» и «научные открытия сулили безграничный прогресс в контроле человека над природой». Такое отношение к природе и природным ресурсам давно преобладает в европейском и, в частности, западном мышлении. Джон Локк (1965, 339 / II: 42), например, в своем обсуждении Северной и Южной Америки, американских индейцев и прав собственности, писал: «Земля, полностью отданная природе, не имеющая улучшений пастбищ, обработки почвы или посадки. , называется, как и есть, отходов [отходы].Земля должна была улучшаться и использоваться, чтобы вместить большее количество людей, чем к тому были склонны американские индейцы, и если они не собирались использовать ее надлежащим образом, то британцы имели право ее занять — фактически , это их долг.

Как отмечалось выше в отношении прогресса, значительный аспект цивилизации вращается вокруг эволюции или развития, будь то естественное состояние, дикость или варварство, к урбанизированной, научной, технологической цивилизации.Большая часть этого эволюционного процесса касается способности общества контролировать природу и использовать ее ресурсы. Это проиллюстрировано Адамом Смитом (1869, 289–296), когда он очерчивает четыре различных этапа человеческого социального развития: первая — это «нации охотников, низшее и самое грубое состояние общества», его ярким примером являются «местные племена Северная Америка.» Второй этап — это «нации пастухов, более развитое состояние общества», например, у татар и арабов. Но у таких народов все еще нет «постоянного жилья» в течение значительного периода времени, поскольку они передвигаются по «прихоти» своего скота и в зависимости от времени года в бесконечных поисках корма.Третий этап — это сельское хозяйство, которое «даже в самом грубом и низком состоянии предполагает поселение [и] какое-то постоянное жилище». Четвертая и наиболее продвинутая стадия — это цивилизованное, урбанизированное, коммерческое общество, эффективное и действенное пользование природой и всеми ее плодами. Точно так же Уолтер Бэджхот (1875, 17–19) утверждал, что «различные расы мира справедливо можно описать как находящиеся на разных краях индустриальной цивилизации, приближающиеся к ней с разных сторон и отстающие от нее в различных аспектах.Проблема с теми, кто терпит неудачу, нецивилизованными людьми, которыми якобы управляла природа, а не ее правителями, заключалась в том, что они «не знали природу, которая является часовым механизмом материальной цивилизации, и не обладали политикой, которая является своего рода часового механизма моральной цивилизации ».

В некотором смысле отношения между цивилизацией и природой не так уж сильно отличаются от диалектических отношений между цивилизацией и войной: чем выше уровень цивилизации, тем сильнее эксплуатируется природа; чем больше используется природа, тем больше прогрессирует цивилизация.Но, как и в случае с цивилизацией и войной, эти отношения не могут продолжаться вечно: добыча и эксплуатация природных ресурсов — это не бездонная яма, а, скорее, конечная цель, которая может поддерживать определенное количество людей в течение определенного времени. И, конечно же, как нам говорит наша планета, есть серьезные последствия, связанные с процессами цивилизации, модернизации, урбанизации и всем, что с ними связано. Цикл извлечения большего количества материала из земли, обработки большего количества материала, создания большего количества материала, производства большего количества материала, владения большим количеством материала, выброса большего количества материала и покупки большего количества нового материала для его замены оказывается неустойчивым в таких больших масштабах.Последствия такого избытка в формах ухудшения состояния окружающей среды и изменения климата многочисленны и разнообразны; они включают таяние полярных ледяных шапок и повышение уровня моря, колебания температуры воздуха и моря, продолжительные периоды засухи в некоторых частях мира, в то время как в других наблюдается увеличение количества осадков и наводнений, а также учащение экстремальных погодных явлений, и это лишь некоторые из них.

Эти изменения окружающей среды, в свою очередь, влияют на нашу способность продолжать жить в определенных частях Земли и на нашу способность продолжать использовать и эксплуатировать ресурсы, как мы делали это на протяжении веков.Эффект цепочки заключается в том, что эти разнообразные изменения и угрозы часто взаимосвязаны; одна область безопасности или незащищенности может иметь прямое и драматическое влияние на другую, порождая своего рода порочный круг незащищенности. Например, нехватка и конкуренция за основные ресурсы, такие как земля, еда, вода и энергия, являются потенциальными катализаторами насильственного конфликта (Dyer 2008; Mazo 2010; Homer-Dixon 2001; Pumphrey 2008). И это не просто воображаемые сценарии; период 2007–2008 гг. стал свидетелем жестоких продовольственных бунтов в 30 странах мира, в том числе в развитых странах Запада.Если мрачные прогнозы верны, то это, так сказать, лишь верхушка айсберга.

Переосмысление цивилизации

Чуть более пары сотен лет назад Эдвард Гиббон ​​(1963, 530) писал, что человечество может «согласиться с приятным заключением о том, что каждый век мира увеличивался и все еще увеличивает реальное богатство, счастье, знания и, возможно, добродетель человеческой расы ». Во многих отношениях записи человеческой истории подтверждают это: например, продолжительность жизни римлянина во времена империи составляла около двадцати пяти лет.Сегодня средняя продолжительность жизни в мире составляет где-то от середины до конца шестидесятых годов, а во многих частях мира ожидаемая продолжительность жизни значительно выше. Отчасти благодаря достижениям в области науки и техники только в двадцатом веке «средний национальный прирост ожидаемой продолжительности жизни при рождении [составил] 66% для мужчин и 71% для женщин, а в некоторых случаях ожидаемая продолжительность жизни… увеличилась более чем вдвое. »В течение столетия (Kinsell 1992; Galor and Moav 2005). Двадцатый век также стал свидетелем беспрецедентной урбанизации, ключевого показателя прогресса и развития, с увеличением с 220 миллионов городских жителей, или около 13% населения мира, в начале века до 732 миллионов, или 29% к середине века. и достигнув примерно 3.2 миллиарда человек или 49% в 2005 году. С учетом того, что урбанизация будет продолжаться быстрыми темпами, по оценкам, к 2030 году почти 5 миллиардов человек будут жить в городах, что эквивалентно примерно 60% мирового населения (United Nations 2005).

Что касается мировой экономики, то было подсчитано, что в прошлом тысячелетии, в течение которого население мира увеличилось примерно в двадцать два раза, глобальный доход на душу населения увеличился примерно в тринадцать раз, в то время как мировой ВВП увеличился почти в два раза. 300.Подавляющее большинство этого роста можно отнести к успехам, достигнутым в результате промышленной революции; с 1820 года население мира выросло в пять раз, а доход на душу населения увеличился примерно в восемь раз. Такого рода развитие намного превосходит предыдущее тысячелетие, когда, по оценкам, население Земли выросло всего на одну шестую, и в течение этого времени доход на душу населения в значительной степени оставался неизменным (Maddison 2006).

Тогда может показаться, что цивилизация продвигается вперед довольно успешно, как это многие представляли; мы живем дольше, чем наши предшественники, мы лучше образованы, чем когда-либо прежде, и у нас есть доступ к гораздо большему количеству вещей, чем большинству из нас когда-либо понадобится.Но какой ценой эта цивилизация и прогресс пришли к нам и нашей планете? Выдающийся ученый, покойный Фрэнк Феннер — человек, объявивший миру в 1980 году, что оспа была искоренена, — недавно заявил, что он убежден, что « Homo sapiens вымрет, возможно, в течение 100 лет». Как и другие, он утверждает, что Земля вступила в антропоцен, и хотя «изменение климата только начинается … мы уже наблюдаем заметные изменения в погоде.Именно на этом основании он утверждает, что человечество коллективно «постигнет та же участь, что и народ острова Пасхи». Единственное, что останется от нас, — это наши памятники излишествам павшей цивилизации. А до этого, когда население Земли «будет расти до семи, восьми или девяти миллиардов, будет намного больше войн из-за еды». И не только люди обречены, но и «многие другие животные… тоже. Это необратимая ситуация »(Fenner in Jones 2010; Boulter 2002).

Трудно поверить, что состояние человека действительно настолько опасно, что тонкий лед цивилизации тает так быстро и так резко, что его будущее находится под угрозой.Неужели мы действительно движемся к некоему постапокалиптическому миру, подобному тому, который изображен в Mad Max или The Road ? Хотя скептики изменения климата могут не согласиться, по крайней мере, в мире цивилизации не все хорошо. Я предполагаю, что значительная часть проблемы может быть в том самом способе, которым мы представляем цивилизацию и прогресс, которые так долго были в основном связаны с социальными, политическими и материальными аспектами цивилизации за счет ее этических соображений. и прочее касательно габаритов.При рассмотрении человеческого прогресса, Рут Маклин (1977, 370) немного расходится с Гиббон ​​в ней утверждает, что это «совершенно бесспорное в трюм, что технический прогресс имел место; в значительной степени бесспорный утверждать, что интеллектуальный и теоретический прогресс произошел; несколько спорно сказать, эстетический или художественный прогресс имеет место; и весьма спорным утверждать, что нравственный прогресс произошел «.

Вопрос нравственного прогресса, по-видимому, лежит в основе основных вызовов цивилизации, описанных выше.Что касается как отношений между цивилизацией и войной, так и отношений между цивилизацией и окружающей средой, мы можем видеть два потенциально саморазрушительных процесса, в которых цивилизация приводит к собственной гибели, поскольку она каннибализирует себя в своего рода самоубийственном жизненном цикле. Взаимоотношения между цивилизацией и войной, по-видимому, представляют собой отношения, в которых ведение войны порождает цивилизацию, организационные и технологические достижения которой, в свою очередь, способствуют еще более кровопролитному и эффективному ведению войны, что, в свою очередь, в конечном итоге приводит к гибели цивилизации либо из-за перенапряжения, либо внутренний коллапс.Точно так же до этого момента в истории человечества развитие цивилизации происходило в основном за счет окружающей среды и мира природы в целом. А теперь, в свою очередь, окружающая среда угрожает будущему цивилизации из-за потенциально катастрофических последствий изменения климата. В обоих случаях это представляет собой своего рода порочный круг, в котором цивилизация в конечном итоге является злейшим врагом самой себе. Вдобавок ко всему этому — менее вкусные вещи, совершаемые во имя цивилизации; на протяжении веков цивилизация доказывала свою одержимость искоренением того, что не является цивилизованным, или того, что считается угрозой для цивилизации.Последствия варьируются от европейского завоевания и колонизации до глобальной войны с террором.

Лауреат Нобелевской премии мира 1952 года Альберт Швейцер предлагает другой взгляд на цивилизацию, который больше обязан моральным и этическим соображениям, чем социально-политическим и материальным соображениям. Он пишет (1947, viii): «Цивилизация, попросту говоря, состоит в том, что мы отдаем себя, как человеческие существа, усилиям по достижению совершенствования человеческого рода и актуализации прогресса любого рода в условиях человечества и объективного мира.Это самоотдача является в такой же степени отношением или настроением, как и политическим, материальным или культурным выражением цивилизации, поскольку оно обязательно «включает в себя двоякую предрасположенность: во-первых, мы должны быть готовы действовать положительно по отношению к миру и жизнь; во-вторых, мы должны стать этичными ». Для Швейцера (1967, 20), «сущность цивилизации заключается не в ее материальных достижениях, а в том факте, что люди помнят об идеалах совершенствования человека и улучшения социальных и политических условий народов. , и человечества в целом.И как он выразился несколько иначе (1947, ix): «Цивилизация возникает, когда люди вдохновляются сильной и ясной решимостью достичь прогресса и в результате этой решимости посвящают себя служению жизни и миру. . » Этот призыв к служению жизни и миру лежит в основе философии цивилизации Швейцера, которая, по сути, также является его пониманием этики; это то, что он называл идеей благоговения перед жизнью ( Ehrfurcht vor dem Leben ), которая требует от нас «мировоззрения», ориентированного на других, и расширяет право на жизнь и этику «ответственности без ограничения по отношению ко всему живому »(1967, 215; Cicovacki 2007).В эпоху «селфи» и сопровождающей его одержимости собой, возможно, это слишком много, чтобы просить, но этого не должно и не должно быть.

Civilization — New World Encyclopedia

Пирамида Луны в Теночтитлане, Мексика. Строительные проекты такого размера требуют социальной организации, характерной для цивилизаций.

Цивилизация относится к сложному человеческому обществу, в котором люди живут группами оседлых жилищ, составляющих города. Ранние цивилизации развивались во многих частях мира, в основном там, где было достаточно воды.

Причины роста и упадка цивилизаций и их распространения до потенциального мирового сообщества сложны. Однако цивилизациям для процветания требуется не только внешний прогресс, но и поддержание и развитие хороших социальных и этических отношений, обычно основанных на религиозных и духовных нормах.

Определение

Термин «цивилизация» или «цивилизация» происходит от латинского слова civis , что означает «гражданин» или «горожанин». По самому минимальному, буквальному определению «цивилизация» — это сложное общество.

Антропологи различают цивилизации, в которых многие люди живут в городах (и получают пищу от сельского хозяйства), от племенных обществ, в которых люди живут небольшими поселениями или кочевыми группами (и питаются добычей пищи, охотой или работой в небольших садовых садах). ). В этом смысле «цивилизация» — это эксклюзивный термин, применяемый к одним человеческим группам, но не к другим.

«Цивилизация» также может означать стандарт поведения, подобный этикету. Здесь «цивилизованное» поведение противопоставляется грубому или «варварскому» поведению.В этом смысле цивилизация подразумевает изысканность и утонченность.

Другое использование термина «цивилизация» сочетает в себе значения сложности и изощренности, подразумевая, что сложное, изощренное общество, естественно, превосходит менее сложные, менее изощренные общества. Эта точка зрения использовалась для оправдания расизма и империализма — могущественные общества часто считали, что это их право «цивилизовать» или культурно доминировать над более слабыми («варварами»). Этот акт цивилизации более слабых народов получил название «бремя белого человека».»

В более широком смысле,» цивилизация «часто относится к любому отдельному обществу, будь то сложное и городское, или простое и племенное. Это использование менее эксклюзивно и этноцентрично, чем предыдущие определения, и почти синонимично с культурой. Таким образом, , термин «цивилизация» может также описывать культуру сложного общества, а не только само общество. Каждое общество, цивилизация или нет, имеет определенный набор идей и обычаев, а также определенный набор предметов и искусств, которые делают его уникальный.Цивилизации имеют более сложные культуры, включая литературу, профессиональное искусство, архитектуру, организованную религию и сложные обычаи, связанные с элитой.

Сэмюэл П. Хантингтон в своем эссе Столкновение цивилизаций определил цивилизацию как «высшую культурную группу людей и самый широкий уровень культурной самобытности, которым люди не обладают тем, что отличает людей от других видов». В этом смысле христианка афроамериканского происхождения, проживающая в Соединенных Штатах Америки, будет, прежде всего, считаться членом «западной цивилизации», даже если она отождествляет себя со многими культурами.

Наконец, «цивилизация» может относиться к человеческому обществу в целом, как в предложении «Ядерная война уничтожит цивилизацию» или «Я рад благополучно вернуться в цивилизацию после того, как потерялся в пустыне на троих. недель «. В этом смысле он также используется для обозначения потенциальной глобальной цивилизации.

Проблемы с термином «цивилизация»

Как обсуждалось выше, «цивилизация» имеет множество значений, и его использование может привести к путанице и недопониманию. Более того, этот термин несет в себе ряд важных коннотаций.Это может напомнить о таких качествах, как превосходство, человечность и утонченность. Действительно, многие члены цивилизованных обществ считали себя выше «варваров» за пределами своей цивилизации.

Многие постмодернисты и значительная часть широкой общественности утверждают, что деление обществ на «цивилизованные» и «нецивилизованные» произвольно и бессмысленно. На фундаментальном уровне они говорят, что нет разницы между цивилизациями и племенными обществами, и что каждая из них просто делает все, что может, с имеющимися у нее ресурсами.С этой точки зрения концепция «цивилизации» была просто оправданием колониализма, империализма, геноцида и принудительной аккультурации.

По этим причинам многие ученые сегодня избегают использования термина «цивилизация» как отдельного термина, предпочитая использовать термины городское общество или интенсивное сельскохозяйственное общество , которые менее двусмысленны и более нейтральны. «Цивилизация», однако, по-прежнему широко используется в академических кругах при описании конкретных обществ, таких как цивилизация майя.

Цивилизация и культура

Как отмечалось выше, термин «цивилизация» использовался почти как синоним слова «культура». Это потому, что цивилизация и культура — это разные аспекты единого целого. Цивилизацию можно рассматривать как внешнее проявление, а культуру как внутренний характер общества. Таким образом, цивилизация выражается в физических атрибутах, таких как изготовление орудий, сельское хозяйство, здания, технологии, городское планирование, социальная структура, социальные институты и т. Д.С другой стороны, культура относится к социальным стандартам и нормам поведения, традициям, ценностям, этике, морали, а также религиозным верованиям и обычаям, которые являются общими для членов общества.

Что характеризует цивилизацию

Исторически общества, называемые цивилизациями, обладали некоторыми или всеми из следующих черт (Винкс и др. 1995, xii):

  • Изготовление инструментов , которое позволяет развивать интенсивные сельскохозяйственных методов , такие как использование человеческой силы, севооборота и орошения.Это позволило фермерам производить излишки продовольствия сверх того, что необходимо для их собственного существования.
  • Значительная часть населения, которая не посвящает большую часть своего времени производству продуктов питания. Это разрешает разделения труда . Те, кто не тратит свое время на производство продуктов питания, могут получить их через торговлю, как в современном капитализме, или могут получать продукты питания от государства, как в Древнем Египте. Это возможно из-за описанного выше переизбытка пищи.
  • Собрание этих непродовольственных производителей в постоянных поселений , называемых городами.
  • Некоторая форма правления или правительства . Это может быть вождество, в котором вождь одной знатной семьи или клана правит людьми; или государственное общество, в котором правящий класс поддерживается правительством или бюрократией.
  • A социальная иерархия , состоящая из разных социальных классов.
  • Будет разработана форма записи , чтобы стало возможным общение между группами и поколениями.
  • Создание сложных, формальных социальных институтов , таких как организованная религия и образование, в отличие от менее формальных традиций других обществ.
  • Развитие сложных форм экономического обмена . Это включает расширение торговли и может привести к созданию денег и рынков.
  • Концепция Высшего существа , хотя и не обязательно через организованную религию, с помощью которой люди могут развить общее мировоззрение, объясняющее события и находящее цель.
  • Концепция времени , с помощью которой общество связывает себя с прошлым и смотрит в будущее.
  • Концепция досуга , позволяющая развивать искусства .
  • Развитие факультета критики . Это не обязательно должен быть рационализм Запада или какой-либо конкретный религиозный или политический механизм, но его существование необходимо для того, чтобы общество могло созерцать изменения изнутри, а не терпеть нападения и разрушения извне.

Исходя из этих критериев, некоторые общества, например, в Древней Греции, явно являются цивилизациями, тогда как другие, такие как бушмены, нет. Однако различие не всегда так однозначно. Например, на тихоокеанском северо-западе Соединенных Штатов изобилие рыбы гарантировало, что у людей будет избыток пищи без какого-либо сельского хозяйства. Люди основали постоянные поселения, социальную иерархию, материальное богатство и передовое искусство (наиболее известные из них — тотемные столбы), и все это без развития интенсивного сельского хозяйства.Между тем, культура пуэбло на юго-западе Северной Америки развила развитое сельское хозяйство, ирригацию и постоянные общинные поселения, такие как Таос Пуэбло. Однако у пуэбло никогда не было сложных институтов, связанных с цивилизациями. Сегодня многие племенные сообщества живут в штатах и ​​по своим законам. Политические структуры цивилизации накладывались на их образ жизни, и поэтому они занимают промежуточное положение между племенным и цивилизованным.

Ранние цивилизации

Ранние поселения людей строились в основном в долинах рек, где земля была плодородной и подходящей для сельского хозяйства.Легкий доступ к реке или морю был важен не только для еды (рыбная ловля) или ирригации, но также для транспорта и торговли. Некоторые из самых ранних известных цивилизаций возникли в долине Нила в Древнем Египте, на острове Крит в Эгейском море, вокруг рек Евфрат и Тигр в Месопотамии, в районе долины Инда в современном Пакистане и в долине Хуангхе (желтый Река) Китая. Жители этих областей построили города, создали системы письма, научились делать керамику и использовать металлы, приручили животных и создали сложные социальные структуры с классовыми системами.

Древний Египет

Как антропологические, так и археологические свидетельства указывают на существование культуры измельчения зерна и земледелия вдоль Нила в десятом тысячелетии до н. Э. Свидетельства также указывают на то, что до 8000– гг. До н. Э. В юго-западной части Египта, недалеко от границы с Суданом, жили люди. Изменение климата и / или чрезмерный выпас около 8000 г. г. до н. Э. начал высыхать пастбищные земли Древнего Египта, в конечном итоге сформировав Сахару (около 2500– гг. До н. Э.). н. Э.). Ранние племена естественным образом мигрировали в реку Нил, где они развили оседлую сельскохозяйственную экономику и более централизованное общество. Домашние животные были завезены из Азии между 7500 и годами до н. Э. и 4000 до н. Э. Есть свидетельства скотоводства и выращивания зерновых в Восточной Сахаре в седьмом тысячелетии до н. Э. Самое раннее известное изображение кораблей в Древнем Египте датируется 6000– гг. До н. Э.

Древние пирамиды Египта, которые все еще возвышаются над пустыней, были спроектированы с намерением, чтобы духи умерших правителей могли более легко вернуться в свои тела.

К 6000 г. г. до н. Э. Додинастический Египет (в юго-западном углу Египта) пас скот и строил большие здания. Символы на герзийской керамике (около 4000– гг. До н.э., г. до н.э.) напоминают традиционные египетские иероглифы. В Древнем Египте кладка использовалась в 4000– гг. До н. Э. , а древние египтяне производили керамический фаянс еще в 3500– годах до н. Э. Есть свидетельства того, что древние египетские исследователи, возможно, первоначально расчистили и защитили некоторые ответвления «Шелкового пути».«Медицинские учреждения, как известно, были созданы в Египте примерно с 3000 до н. Э. Древний Египет также получил признание за самые высокие древние пирамиды и использование барж для транспортировки.

Египетская религия пронизывала все стороны жизни. Он настолько доминировал в жизни, что почти все сохранившиеся памятники и постройки носили скорее светский религиозный характер. Доминирующей заботой египетской религии было поддержание ритма жизни, символизируемого Нилом, и предотвращение вырождения порядка в хаос.Египтяне глубоко верили в загробную жизнь, и много сил и средств было вложено в строительство надгробных памятников и гробниц для правителей. Священники служили богам, но также выполняли социальные функции, включая обучение, проведение религиозных обрядов и советы.

Арнольд Дж. Тойнби утверждал, что из 26 цивилизаций, которые он определил, Египет был уникален тем, что не имел ни предшественника, ни преемника, хотя, поскольку Египет завещал миру множество идей и концепций, можно утверждать, что человечество в целом является его преемником.Вклад Древнего Египта в развитие знаний в области математики, медицины и астрономии продолжает влиять на современную мысль. Хотя египетская религия больше не существует в ее первоначальном виде, и иудаизм, и христианство признают определенную задолженность перед Египтом.

Эгейские цивилизации

Эгейские цивилизации — это общий термин для доисторических цивилизаций Греции и Эгейского моря. Первые жители Кносса, центра минойской цивилизации на Крите, относятся к седьмому тысячелетию до г. до н. Э. г. до н. Э. Минойцы процветали приблизительно с 2600 по 1450 год до н. Э. , когда их культура была вытеснена микенской культурой, которая опиралась на минойцев.

Основываясь на изображениях в минойском искусстве, минойская культура часто характеризуется как матрилинейное общество, в центре которого — поклонение богине. Хотя есть также некоторые признаки богов-мужчин, изображения минойских богинь значительно превосходят по численности изображения всего, что можно было бы считать минойским богом. Кажется, есть несколько богинь, включая Богиню-Мать плодородия, «Хозяйку животных», покровительницу городов, домашнего хозяйства, урожая и подземного мира и многое другое.Часто они представлены змеями, птицами и фигуркой животного на голове. Хотя пресловутый Минотавр с головой быка является чисто греческим изображением, печати и оттиски печати показывают божеств с птичьими головами или в масках. Минойские священные символы включают быка и его рога посвящения, «лабрис» (двуглавый топор), столб, змею, солнце и дерево.

Эгейская цивилизация разработала три отличительных черты:

  1. Система письма коренных народов, состоящая из символов, из которых лишь очень небольшой процент были идентичны или даже явно связаны с символами любого другого письма.
  2. Искусство Эгейского моря отличается от искусства других ранних периодов и областей. Заимствуя из других видов современного искусства, эгейские мастера придали своим работам новый характер — реализм. Фрески, керамические мотивы, рельефы, свободная скульптура и ручная работа торевтики Крита являются яркими примерами.
  3. Эгейская архитектура: Эгейские дворцы бывают двух основных типов.
    • Сначала (и, возможно, самые ранние по времени) камеры сгруппированы вокруг центрального двора, соединенные друг с другом в виде лабиринта, а большие продолговатые части входят с длинной стороны и разделены в продольном направлении колоннами.
    • Во-вторых, основная камера так называемого типа мегарон , то есть она стоит отдельно, изолирована от остальной части плана коридорами, входит в вестибюль с короткой стороны и имеет центральный очаг. окруженный колоннами и, возможно, открытый небу. Центрального двора нет, остальные квартиры образуют отдельные блоки. Несмотря на многие сравнения, сделанные с египетскими, вавилонскими и хеттскими планами, обе эти договоренности не соответствуют каким-либо остаткам более ранних или современных структур в других местах.

Плодородный полумесяц

Плодородный полумесяц — исторический регион на Ближнем Востоке, включающий Древний Египет, Левант и Месопотамию. Омываемый реками Нил, Иордан, Евфрат и Тигр и занимающий около 400-500000 квадратных километров, регион простирается от восточного берега Средиземного моря, вокруг севера Сирийской пустыни и через Джазиру и Месопотамию до Персидский залив.

На этой карте показана протяженность Плодородного полумесяца.

Плодородный полумесяц имеет впечатляющую историю человеческой деятельности в прошлом. Наряду с наличием множества мест, содержащих скелеты и культурные останки как досовременных, так и ранних современных людей (например, в пещере Кебара в Израиле), более поздних плейстоценовых охотников-собирателей и эпипалеолитических полуоседлых охотников-собирателей (натуфийцев), это Область наиболее известна своими памятниками, связанными с истоками сельского хозяйства. В западной зоне вокруг рек Иордан и верховья Евфрата возникли первые известные неолитические поселения земледельцев, которые датируются примерно 9000 гг. До н. Э. н.э. (включая такие сайты, как Иерихон). В этом регионе, рядом с Месопотамией, лежащей к востоку от Плодородного полумесяца, между реками Тигр и Евфрат, в последующий бронзовый век также возникли первые сложные общества. В этом регионе также есть ранние свидетельства письменности и формирования обществ государственного уровня. Это принесло региону прозвище «Колыбель цивилизации».

Реки сыграли решающую роль в подъеме цивилизации Плодородного Полумесяца, но не только они повлияли на их скороспелость.У Плодородного полумесяца был климат, который стимулировал развитие многих однолетних растений, дающих больше съедобных семян, чем многолетних растений, а резкое разнообразие возвышенностей региона привело к появлению многих видов съедобных растений для ранних экспериментов по выращиванию. Наиболее важно то, что Плодородный полумесяц обладал дикими предками восьми культур-основателей эпохи неолита, важных для раннего земледелия (то есть дикими предками эммера, эйнкорна, ячменя, льна, нута, гороха, чечевицы, горькой вики) и четырьмя из пяти наиболее неподалеку жили важные виды домашних животных — коровы, козы, овцы и свиньи, а пятый вид — лошади.

Религиозные писания шумеров, которые обычно считаются первыми людьми, живущими в Месопотамии, являются старейшими из существующих зарегистрированных религий. Они исповедовали политеистическую религию с антропоморфными богами или богинями, представляющими силы или присутствие в мире, как и в более поздней греческой мифологии. Многие истории в шумерской религии кажутся гомологичными историям других религий. Например, иудео-христианское описание сотворения человека и повествование о потопе Ноя очень напоминают более ранние шумерские описания.

Цивилизация долины Инда

Цивилизация долины Инда существовала вдоль реки Инд на территории современного Пакистана. Изображенные выше руины Мохенджо-Даро когда-то были центром этого древнего общества.

Самые ранние из известных сельскохозяйственных культур в Южной Азии возникли на холмах Белуджистана, Пакистан, в седьмом тысячелетии до н. Э. Эти полукочевые народы одомашнивали пшеницу, ячмень, овец, коз и крупный рогатый скот. Керамика использовалась в шестом тысячелетии до г. до н.э. н. Э. Их поселения состояли из глиняных построек, в которых находилось четыре внутренних подразделения. В захоронениях использовались тщательно продуманные предметы, такие как корзины, инструменты из камня, кости, бусы, браслеты, подвески и иногда жертвоприношения животных. Фигурки и украшения из ракушек, известняка, бирюзы, лазурита, песчаника и полированной меди также были найдены в этом районе.

К четвертому тысячелетию до н. Э. , есть свидетельства производства, в том числе сверла для камня и меди, печи с восходящим потоком, большие шахтные печи, медные плавильные тигли и устройства для кнопочного уплотнения с геометрическим узором.Жители деревни приручили множество сельскохозяйственных культур, в том числе горох, семена кунжута и хлопок, а также широкий спектр домашних животных, в том числе водяных буйволов, которые до сих пор остаются незаменимыми для интенсивного сельскохозяйственного производства во всей Азии. Есть также свидетельства о судостроении. Археологи обнаружили в прибрежном городе Лотал в Индии массивный канал, вынутый дноуглубителями, и причал в прибрежном городе Лотал, возможно, в старейшей морской гавани в мире. Судя по разбросу артефактов, их торговые сети включали части Афганистана, персидского побережья (Иран), северной и центральной Индии, Месопотамии и Древнего Египта.

Археологи, изучая останки двух мужчин из Мехргара, Пакистан, обнаружили, что жители долины Инда обладали знаниями в области медицины и стоматологии примерно в 3300– годах до нашей эры. Цивилизации долины Инда приписывают самое раннее известное использование десятичных дробей в единой системе древних мер и весов, а также отрицательных чисел. Древние артефакты долины Инда включают красивые глазурованные каменные фаянсовые бусы. Цивилизация долины Инда может похвастаться самыми ранними известными описаниями городского планирования.Как видно из Хараппы, Мохенджо-Даро и недавно открытого Ракхигархи, их городское планирование включало в себя первые в мире системы городской санитарии. Факты свидетельствуют об эффективных муниципальных органах власти. Улицы были выложены идеальной сеткой, сопоставимой с современным Нью-Йорком. Дома были защищены от шума, запахов и воров. Системы канализации и дренажа, разработанные и используемые в городах по всей долине Инда, были намного более развитыми, чем в современных городских городах на Ближнем Востоке.

Эта цивилизация представляет собой ранний период расцвета культуры и организованной городской жизни, из которой позже черпали индейцы. Можно считать, что индуизм уходит корнями в религиозную жизнь и обычаи этой цивилизации. Находки фигурок, изображающих женское плодородие, указывают на то, что жители долины Инда поклонялись богине-матери. Также были обнаружены печати, изображающие животных, возможно, как объект почитания, которые сравнимы с зооморфными аспектами некоторых индуистских богов.

Китай

Китай — одна из старейших непрерывных крупных цивилизаций в мире, письменные записи которой датируются 3500 годами. Китай был заселен, возможно, более миллиона лет назад Homo erectus . Возможно, самый известный экземпляр Homo erectus , найденный в Китае, — это так называемый пекинский человек (北京人), обнаруженный в 1923 году. Homo sapiens или современный человек, возможно, попал в Китай примерно 65 000 лет назад из Африки.Ранние свидетельства протокитайского земледелия на рисовых полях датируются углеродом примерно 6000– гг. До н. и связан с культурой пэйлиган (裴李崗文裴李崗) уезда Синьчжэн (新鄭 縣), Хэнань (河南省). С развитием сельского хозяйства появилось увеличение населения, возможность хранить и перераспределять урожай, а также поддерживать специалистов-ремесленников и администраторов. В конце неолита долина Хуанхэ (黃河) начала становиться культурным центром, где были основаны первые деревни; наиболее археологически значимые из них были найдены в Банпо (), Сиань ().

Черепашьи панцири с отметинами, напоминающими древнюю китайскую письменность времен династии Шан (nds), датированы углеродом примерно 1500– гг. До н. Э. Эти записи предполагают, что истоки китайской цивилизации начались с городов-государств, возраст которых может насчитывать более 5000 лет.

Некоторые основные религиозные концепции ранней китайской цивилизации продолжали придерживаться большинства китайцев даже после появления буддизма и даосизма. Небеса рассматривались как всемогущее существо, наделенное личностью, но не телесной формой.Императора считали «Сыном Неба», и он, как правило, возглавлял императорский двор в выполнении сложных ежегодных религиозных ритуалов. Его не считали божеством, а скорее посредником между силами неба и земли. Считалось, что император нес «Небесный мандат».

Современная цивилизация

Концепция современного мира в отличие от древнего мира исторических и устаревших артефактов основывается на том понимании, что современный мир в первую очередь является продуктом относительно недавних революционных изменений.Достижения во всех областях человеческой деятельности — политике, промышленности, экономике, торговле, транспорте, коммуникации, науке, медицине, технологии и культуре — по-видимому, превратили «Старый Свет» в «Современный или Новый Свет».

Политика

В европейской политике переход от феодальных институтов к современным государствам был отмечен рядом революций. Славная английская революция 1688 года положила конец феодализму в Великобритании, создав современную конституционную монархию.Американская и Французская революции положили конец власти абсолютных монархов.

Лидеры, такие как Наполеон, ввели новые своды законов в Европе, основанные на заслугах и достижениях, а не на системе социальных классов, уходящей корнями в феодализм. Власть выборных органов вытеснила традиционное правление королевским указом.

Новая республика Соединенных Штатов Америки попыталась взять бразды правления в свои руки на основе новой Конституции, создав систему сдержек и противовесов между тремя различными ветвями власти: законодательной, судебной и исполнительной во главе с президентом, который был выбран на общенациональных выборах.

Наука и технологии

Революции в науке и технике оказали не меньшее влияние на изменение формы современного мира, чем политические революции. «Научная революция», начавшаяся с открытий Иоганна Кеплера и Галилея и завершившаяся работой Исаака Ньютона « Philosophiae Naturalis Principia Mathematica » (1687), изменила взгляд образованных людей на мир природы. Достижения двадцатого века в физике произвели революцию в нашем понимании Вселенной.Новые теории, такие как эволюция и психоанализ, изменили представление человечества о самом себе.

Однако не все научные достижения были положительными. Война изменилась с появлением новых разновидностей оружия. Оружие массового уничтожения, такое как атомная бомба, наряду с химическим оружием и биологическим оружием, фактически сделали возможным разрушение всей планеты Земля.

Изобретения

Механические и научные изобретения изменили способ производства и продажи товаров.Телефон, радио, рентгеновские лучи, микроскопы и электричество способствовали быстрым изменениям в образе жизни. Недавно изобретенный двигатель приводил в движение автомобиль, поезд, корабль и, в конечном итоге, самолет, что произвело революцию в способах передвижения людей. Открытие антибиотиков, таких как пенициллин, открыло новые способы борьбы с болезнями. Хирургия и лекарства привели к прогрессивному улучшению медицинского обслуживания, больниц и сестринского дела.

Промышленность

Промышленная революция, начавшаяся в Великобритании восемнадцатого века, изменила мир.Машины ускорили производство таких товаров, как ткань и железо. Лошадь и бык больше не были нужны в качестве вьючных животных. Искусственно созданная энергия приводила в действие любой двигатель, приводивший в движение любую изобретенную машину. Сырье можно было перевозить в огромных количествах на огромные расстояния; продукты можно было производить быстро, а затем продавать по всему миру.

Культура

Новое отношение к религии, с упадком традиционных церквей и стремлением к личным свободам, вызвали желание сексуальных свобод, которые в конечном итоге были приняты широкими слоями западного мира.

Равенство полов в политике и экономике, движение за освобождение женщин и свобода, предоставляемая противозачаточными средствами, сильно изменили роль женщин во всех сферах жизни общества.

Типичным примером современного искусства является самосознание и манипулирование формой или средой как неотъемлемой частью самого произведения. В то время как досовременное западное искусство просто стремилось представить форму реальности, современное искусство имеет тенденцию побуждать аудиторию подвергать сомнению его восприятие и, следовательно, фундаментальную природу самого искусства.Ключевые направления в современном искусстве включают кубистическую живопись, воплощенную в образе Пабло Пикассо, модернистскую литературу, например, написанную Джеймсом Джойсом, Вирджинией Вульф и Гертрудой Стайн, а также «новую поэзию», возглавляемую Эзрой Паундом и Т.С. Элиотом.

Экспансия цивилизации

Природа цивилизации такова, что она стремится распространяться и расширяться, и у нее есть средства для этого. Цивилизация распространилась через привнесение земледелия, систем письма и религии нецивилизованным племенам.Затем нецивилизованные люди приспосабливаются к цивилизованному поведению. Цивилизация также распространялась силой, часто используя религию для оправдания своих действий.

Тем не менее, некоторые племена и народы все еще оставались нецивилизованными. Известные как примитивные культуры, они не имеют иерархического правительства, организованной религии, систем письма или контролируемого экономического обмена. Существующая небольшая иерархия, например уважение к пожилым людям, по обоюдному согласию не поддерживается какой-либо правящей властью.

Рост и упадок цивилизаций

Исторически цивилизации переживали циклы рождения, жизни, упадка и смерти, подобные жизненному циклу всех живых существ, включая людей.Старое часто вытесняется новой цивилизацией с мощной новой культурой или характером, основанным на другом мировоззрении, дающим разные ответы на самые важные вопросы. Хотя это наблюдение обычно не оспаривается, было предложено множество причин роста и упадка цивилизаций.

Многие антропологи девятнадцатого века поддержали теорию, называемую культурной эволюцией. Они считали, что люди естественным образом переходят от простого к высшему цивилизованному состоянию.Джон Уэсли Пауэлл, например, классифицировал все общества как «дикие», «варварские» и «цивилизованные» — первые два из которых шокировали бы большинство современных антропологов.

Сегодня большинство социологов верят, по крайней мере, до некоторой степени, в культурный релятивизм: представление о том, что сложные общества по своей природе не превосходят, не гуманнее и не сложнее, чем менее сложные или технологически продвинутые группы. Эта точка зрения уходит корнями в произведения Франца Боаса в начале двадцатого века. Боас утверждал, что развитие какой-либо конкретной цивилизации невозможно понять без понимания всей истории этой цивилизации.Таким образом, каждая цивилизация имеет свое собственное уникальное рождение, пик и упадок, и ее нельзя сравнивать ни с какой другой цивилизацией.

Английский биолог Джон Бейкер в своей книге « Race » 1974 г. оспорил эту точку зрения. Его весьма неоднозначная работа исследовала природу цивилизаций, представив 23 критерия, которые характеризуют цивилизации как превосходящие нецивилизации. Он попытался показать взаимосвязь между культурами и биологической предрасположенностью их создателей, утверждая, что некоторые расы были просто биологически и эволюционно предрасположены к большему культурному развитию.Таким образом, одни расы были более креативными, чем другие, в то время как другие были более приспособлены к новым идеям.

Историк середины двадцатого века Арнольд Дж. Тойнби исследовал цивилизационные процессы в своем многотомнике A Study of History , в котором прослеживается подъем и, в большинстве случаев, упадок 21 цивилизации и пяти «арестованных цивилизаций». Тойнби рассматривал всю историю как взлет и падение цивилизаций. «Западная цивилизация», например, вместе с «православной цивилизацией» (Россия и Балканы) возникла после падения Римской империи, тем самым сменив греко-римскую цивилизацию.По словам Тойнби, цивилизации развиваются в ответ на ряд вызовов окружающей среды, которые требуют творческих решений, которые в конечном итоге переориентируют все общество. Примерами этого являются разработка шумером методов орошения для выращивания сельскохозяйственных культур в Ираке или когда католическая церковь включила языческие племена в свою религиозную общину. Когда цивилизации используют новые творческие идеи, они преодолевают трудности и растут. Когда они жесткие и не могут ответить на вызовы, они падают.

Согласно Тойнби, большинство цивилизаций приходило в упадок и падало из-за морального или религиозного упадка, который привел к жесткости и неспособности к творчеству. Тойнби утверждал, что по мере распада цивилизаций они испытывают «раскол в душе», поскольку творческий и духовный импульс умирает. В этой среде новый пророк (например, Авраам, Моисей и Иисус) может испытать необычайное духовное понимание. Хотя эти новые духовные прозрения допускают рождение новой религии и, в конечном итоге, новой цивилизации, они в конечном итоге непостоянны.Это происходит из-за их тенденции к ухудшению после того, как они были институционализированы, поскольку люди Божьи вырождаются в успешных бизнесменов или людей политики.

Еще неизвестно, что произойдет с четырьмя оставшимися цивилизациями двадцать первого века: западной цивилизацией, исламским обществом, индуистским обществом и Дальним Востоком. Тойнби предложил две возможности: все они могут слиться с западной цивилизацией или западная цивилизация может распасться и умереть. Альтернативой может быть появление нового пророка с духовным пониманием, которое могло бы привести к созданию новой единой мировой цивилизации, уравновешивая сильные стороны каждой из четырех цивилизаций.

Таким образом, существует множество факторов, которые необходимо учитывать при понимании хода развития любой цивилизации. К ним относятся как социальные, так и внутренние факторы, такие как расположение людей и структура общества, и экологические или внешние факторы, такие как наличие воды для сельского хозяйства и транспорта. Будет ли цивилизация приходить в упадок или продолжать развиваться, также зависит как от внутренних, так и от внешних факторов, поскольку они определяют ответ на различные вызовы, с которыми сталкивается цивилизация.

Негативные взгляды на цивилизацию

Члены цивилизаций иногда избегали их, полагая, что цивилизация не позволяет людям жить в их естественном состоянии. Религиозные аскеты часто пытались обуздать влияние цивилизации на свою жизнь, чтобы сосредоточиться на духовных вопросах. Монашество представляет собой попытку этих аскетов создать жизнь в некоторой степени отдельно от их основных цивилизаций.

Экологи также критикуют цивилизации за их эксплуатацию окружающей среды.За счет интенсивного сельского хозяйства и роста городов цивилизации стремятся разрушить естественные условия и среду обитания. Сторонники этой точки зрения считают, что традиционные общества живут в большей гармонии с природой, чем «цивилизованные» общества. Движение за «устойчивый образ жизни» — это толчок со стороны некоторых представителей цивилизации к восстановлению гармонии с природой.

Марксисты утверждали, что «начало цивилизации было началом угнетения». Они утверждают, что по мере роста производства продуктов питания и материальных ценностей богатство стало сосредоточено в руках сильных мира сего, а общинный образ жизни среди племен уступил место аристократии и иерархии.

«Примитивизм» — это современная философия, противостоящая цивилизации по всем вышеперечисленным причинам, обвиняющая цивилизации в ограничении людей, угнетении слабых и нанесении ущерба окружающей среде.

Будущее цивилизаций

Шкала Кардашева, предложенная российским астрономом Николаем Кардашевым, классифицирует цивилизации на основе их уровня технического прогресса, в частности, измеряемого количеством энергии, которое цивилизация может использовать. Шкала Кардашева предусматривает наличие цивилизаций, гораздо более технологически продвинутых, чем любая из существующих в настоящее время.

В настоящее время мировая цивилизация находится на стадии, которую можно охарактеризовать как «индустриальное общество», заменяющее предыдущее «аграрное общество». Некоторые считают, что мир переживает очередную трансформацию, когда цивилизации вступают в стадию «информационного общества».

Политолог Сэмюэл П. Хантингтон утверждал, что определяющей характеристикой двадцать первого века будет «столкновение цивилизаций». Согласно Хантингтону, конфликты между цивилизациями вытеснят конфликты между национальными государствами и идеологиями, которые характеризовали девятнадцатый и двадцатый века.

Многие теоретики утверждают, что весь мир уже интегрировался в единую «мировую систему» ​​- процесс, известный как глобализация. Различные цивилизации и общества по всему миру во многом экономически, политически и даже культурно взаимозависимы. Согласно Дэвиду Уилкинсону, цивилизации могут быть культурно разнородными, как «западная цивилизация», или относительно однородными, как японская цивилизация. То, что Хантингтон называет «столкновением цивилизаций», можно охарактеризовать Уилкинсоном как столкновение культурных сфер внутри единой глобальной цивилизации.

В будущем можно ожидать роста цивилизаций, что приведет к единой мировой цивилизации, а также к технологическому прогрессу. Однако технологические и другие внешние улучшения могут быть не самым важным аспектом будущих цивилизаций — рост на внутреннем уровне (психологическом, социальном, даже духовном) также необходим любой цивилизации, чтобы избежать застоя и упадка.

В конечном счете, будущее цивилизаций может зависеть от ответа на вопрос, будет ли история развиваться как серия случайных событий или у нее есть замысел и цель, известные религиозным людям как божественное провидение.

Ссылки

  • Fernandez-Armesto, F. 2001. Civilizations , London: Free Press. ISBN 0743202481
  • Хантингтон, С. 1993. «Столкновение цивилизаций?» Министерство иностранных дел . 72 (3) (лето 1993): 22-28.
  • Уилкинсон Д. 1987. «Центральная цивилизация». Сравнительный обзор цивилизаций 4: 31-59.
  • Уилкинсон, Д. 1999. «Однополярность без гегемонии». Обзор международных исследований 1 (2): 141-172.
  • Винкс, Р.В., К. Бринтон, Дж. Б. Кристофер и Р. Л. Вульф. 1995. История цивилизации Том II: с 1648 г. по настоящее время . 9-е издание. Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Prentice Hall. ISBN 0132283212

Внешние ссылки

Все ссылки получены 23 февраля 2017 г.

Кредиты

New World Encyclopedia Авторы и редакторы переписали и завершили статью Wikipedia в соответствии со стандартами New World Encyclopedia . Эта статья соответствует условиям лицензии Creative Commons CC-by-sa 3.0 Лицензия (CC-by-sa), которая может использоваться и распространяться с указанием авторства. Кредит предоставляется в соответствии с условиями этой лицензии, которая может ссылаться как на участников Энциклопедии Нового Света, участников, так и на самоотверженных добровольцев Фонда Викимедиа. Чтобы процитировать эту статью, щелкните здесь, чтобы просмотреть список допустимых форматов цитирования. История более ранних вкладов википедистов доступна исследователям здесь:

История этой статьи с момента ее импорта в энциклопедию Нового Света :

Примечание. могут применяться ограничения на использование отдельных изображений, на которые распространяется отдельная лицензия.

Модернизация | Культурная антропология

Понятие «быть современным» со временем изменилось. В V веке нашей эры обращенные в христианство римляне использовали термин, чтобы отличить себя от «варваров». Варвары были нехристианскими народами, особенно людьми иудейской веры. В эпоху Возрождения, чтобы быть современным, нужно было культивировать образ жизни, основанный на классической греческой и римской цивилизациях, в то время как в эпоху Просвещения рационализм, научные знания и стремление к «прогрессу» были отличительными чертами современности.Все эти определения объединяет то, что люди, находящиеся у власти, определили, что значит быть современным. Эта практика продолжается и сегодня, когда «современный» является синонимом западного индустриального мира во главе с США. Время нужно считать линейным способом; научное знание и юридически-рациональные институты господствуют. Технологии, капиталистическая экономика и демократическая политическая система считаются характеристиками современности. Модернизация , таким образом, представляет собой процесс культурных и социально-экономических изменений, в результате которых менее развитые страны (НРС) приобретают черты западных индустриальных обществ.Следует отметить, что это определение используется прежде всего в культурах европейского происхождения. Модернизация предполагает, что другие общества должны быть больше похожи на «нас»; в противном случае это общество неполноценно. Это наследие европейского колониализма.

Наследие колониализма

В широком смысле колониализм, как и глобализация, не новость. С тех пор, как первые гоминины покинули Африку около 1,8 миллиона лет назад, люди начали колонизировать землю. Иногда это движение по земному шару вовлекало людей, вторгающихся в районы, уже населенные другими людьми.Археологи документировали перемещение людей на протяжении всей доисторической и исторической эпохи, используя различные данные, чтобы реконструировать, как могли выглядеть эти взаимодействия. Колониализм означает господство одной культуры, общества или нации над другой. В контексте современной глобализации, упрощенно говоря, колониализм конкретно относится к господству Западной Европы над большей частью мира, начиная с пятнадцатого века, но истоки этого движения лежат в ранее установленных азиатских наземных торговых маршрутах.В оставшейся части этой статьи любое упоминание колониализма относится конкретно к западноевропейскому колониализму.

Карта Великого шелкового пути.

Процесс колониализма оставил наследие, которое придает современную глобализацию. Когда западноевропейские страны захватили контроль над различными территориями, лидеры и торговцы переселили многие коренные народы со своих родных мест, чтобы решить проблему нехватки рабочей силы, с которой столкнулись колониальные державы. Африканская работорговля — пример, который приходит на ум большинству людей, но другие народы также были порабощены, т.е.г., китайский и индийский. Работорговля была возможна, потому что существовало убеждение, что любой человек, не живущий в манере западных европейцев, по своей природе отсталый или хуже белых европейцев. Эта дегуманизация , или отрицание человечности, была существенной для колониальной практики, поскольку она служила оправданием агрессивной и морально сомнительной практики (Haslam et al. 2007). Мы все еще можем видеть эффекты этой идеологии сегодня в различных социальных движениях, таких как Occupy и зеленое движение.

Группа мужчин и женщин, которых отправляют на невольничий рынок.

Под европейским колониальным господством были реорганизованы политические и экономические системы. Европейцы с высоким статусом руководили колониями. К концу девятнадцатого века колониальные администрации были самофинансируемыми системами. Местных лидеров коренных народов подкупили титулами, землей и налоговыми льготами. Это создало атмосферу привилегии, которая создаст проблемы после деколонизации. Затем местные лидеры помогли колониальным администраторам принудить местное население к капиталистической экономической системе. Производство первичных товаров , или производство сырья, стало обязательной нормой, подорвав традиционные ремесла и смешанные системы земледелия. Следуя модели движения за принудительное огораживание в Европе, где общинные земли огораживались и использовались в частном порядке для производства рыночного сельского хозяйства, фермеров вынуждали выращивать товарные культуры вместо выращивания сельскохозяйственных культур для личного пользования. Установилась культура экспортной монокультуры , когда страна производит один или несколько основных товаров, практика, которая до сих пор лежит в основе международной торговли.Южная Африка стала известна золотом и бриллиантами, Мексика — кукурузой, а Индия — хлопком, чаем, арахисом и сахарным тростником. В результате этой реорганизации многие фермеры из числа коренных народов лишились земли для коммерческого сельскохозяйственного производства. Мужчин часто забирали из домов для работы на этих промышленных фермах, чтобы удовлетворить растущий спрос на товары европейского городского населения. Оставленные семьи изо всех сил пытались свести концы с концами. Среди коренных народов росли недоедание и социальные волнения.

Администрация колоний редко признавала традиционные женские гендерные роли, если они не отражали женскую гендерную роль в Европе, в которой говорилось, что женщины являются собственностью мужчин, будь то отцов или мужей. В областях, где женщины обладали имущественными правами, колониальные державы игнорировали их. В Кении женщины кикуйю имели право наследовать землю. После европейского господства мужчин отправляли работать на принадлежащие европейцам фермы, а земля, которая, как предполагалось, принадлежала этим мужчинам, была конфискована. Женщины потеряли контроль над возможностью выращивать достаточно еды для своих семей и потеряли свой статус, богатство и авторитет.

Фронтиспис из книги Saint-Domingue, ou Histoire de Ses Révolutions. ок. 1815.

Утрата самоуправления и статуса, нарушение гендерных ролей и семьи, а также потеря ресурсов привели к социальным беспорядкам, поскольку большие сегменты коренного населения были порабощены, убиты или умирали из-за болезней. Движение за деколонизацию началось в Гаити в 1791 году. Восстание на Гаити было начато рабами на сахарных плантациях и было единственным восстанием рабов, которое привело к основанию государства.Со временем движение за независимость набирало силу, распространившись на Латинскую Америку, Азию и Африку даже в 1990-е годы (Южная Африка). После окончания Второй мировой войны колониальные подданные, участвовавшие в войне, вернулись с идеологиями свободы и самоопределения. По мере того как колонии обретали независимость, ожидалось, что новые лидеры будут действовать на мировой арене так же, как и со своими бывшими колониальными правителями, чтобы считаться законными. Часто люди обладали некоторой властью в колониальной администрации из-за взяточничества или отношения к прежним державам, получившим власть в новых независимых государствах.Многие недавно возникшие государства нуждались в экономическом стимулировании, которое принималось в форме, запрещенной единственной страной, имевшей экономический рост во время Второй мировой войны, Соединенными Штатами. Эту модель экономического развития иногда называют неоколониализм ; Другими словами, новые государства были экономически тесно связаны с бывшими колониальными державами.

Мы все еще видим сохраняющиеся эффекты колониального культурного империализма или экспансии одной культуры за счет других в языках, обычаях и мировоззрении бывших колоний.Национальный язык Гаити — французский; в Бразилии — португальский. На испанском говорят в большинстве стран Южной и Центральной Америки, на английском языке широко географическое распространение в результате империалистической экспансии этой страны.

~

Список литературы

Бодли, Джон Х. Культурная антропология: племена, государства и глобальная система, 4-е издание. Бостон: Макгроу Хилл, 2005.

Гезен, Лиза и Конрад Коттак. Культура. Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 2014.

.

Глобальная биржа.«Всемирный банк и Международный валютный фонд». Последнее обновление 2011 г. По состоянию на 5 мая 2015 г. http://www.globalexchange.org/resources/wbimf.

Хаслам, Ник, Стивен Локнан, Кэтрин Реймольдс и Сэмюэл Уилсон. «Дегуманизация: новая перспектива». Социальная и личностная психология Компас 1 вып. 1 (2007): 409-422. По состоянию на 1 мая 2015 г. doi. 10.1111 / j.1751-9004.2007.00030.x

Мир без голода. «Бангладеш: ключ к региональному развитию». По состоянию на 6 мая 2015 г. http: // www.hungerfree.net/english/whatdo/bangladesh/lcbd.html.

Инда, Джонатан X. и Ренато Розальдо. «Вступление.» В книге «Антропология глобализации: читатель» под редакцией Джонатана X. Инда и Ренато Розальдо, с. 1-34. Мальден, Массачусетс: Blackwell Publishers Inc., 2002.

Международный валютный фонд. «О МВФ». По состоянию на 4 мая 2015 г. http://www.imf.org/external/about.htm.

Кин, Кортни. «Неудачные девелоперские проекты: опасности узких подходов к сложным ситуациям.»Глобальность. По состоянию на 6 мая 2015 г. http://www.globalhood.org/articles/briefingnotes/Development_Projects_That_Didnt_Work.pdf.

Коттак, Филипп Конрад. «Культура и экономическое развитие». Американский антрополог 92, вып. 3 (1990): 723-731.

МакКиббенс, Билл. «Альтернатива прогрессу». Мать Джонс, май / июнь (2001). http://www.motherjones.com/politics/2001/05/alternative-progress.

МакМайкл, Филипп. Развитие и социальные изменения: глобальная перспектива. Таузенд-Оукс, Калифорния: Pine Forge Press, 2000.

Миллер, Барбара. Культурная антропология, 6-е издание. Бостон: Prentice Hall, 2011.

.

Моррис, Кристофер. «Глобализация». Антропология 21 века: Справочник, Том. 2, под редакцией Х. Джеймса Биркса, стр. 865-873. Таузенд-Оукс, Калифорния: Справочник SAGE, 2010 г.

О’Дрисколл, Эмма. «Применение« неудобной науки »: роль антропологии в развитии. Даремский антропологический журнал 16, вып. 1 (2009): 13-21. Http://community.dur.ac.uk/anthropology.journal/vol16/iss1/odriscoll.pdf.

Шах, Шелли. «Развитие: критика ориентированных на рост теорий развития». Социологическая дискуссия. По состоянию на 5 мая 2015 г. http://www.sociologydiscussion.com/development/development-criticism-of-growth-oriated-theories-of-development/1065.

Институт Левина — Государственный университет Нью-Йорка. «Что такое глобализация?» Globalization 101. По состоянию на 1 мая 2015 г. http://www.globalization101.org/what-is-globalization/.

Организация Объединенных Наций. «Главные органы». По состоянию на 4 мая 2015 г.http://www.un.org/en/sections/about-un/main-organs/index.html.

Всемирный банк. «Организация». По состоянию на 4 мая 2015 г. http://www.worldbank.org/en/about/leadership.

Глава 1: Концепция культуры

Щелкните здесь, чтобы увидеть полный текст и изображения Глава 1: Концепция культуры .

Цели обучения

• Сравните и противопоставьте идеи этноцентризма и культурного релятивизма.

• Опишите роль первых антропологов сэра Джеймса Фрейзера и сэра Э.Б. Тайлор сыграл в определении концепции культуры в антропологии.

• Определите различия между кабинетной антропологией и полевой работой с участием наблюдателя и участником и объясните, как Бронислав Малиновский способствовал развитию методов антропологической полевой работы.

• Определите вклад Франца Боаса и его учеников в развитие новых теорий о культуре.

• Оцените некоторые этические проблемы, которые могут возникнуть в результате антропологических исследований.

МЫСЛИ О КУЛЬТУРЕ ЗА ЧАШКОЙ КОФЕ

Как вы думаете, культуру можно изучать в кофейне? Вы когда-нибудь ходили в кофейню, садились с книгой или ноутбуком и слушали разговоры вокруг вас? Если вы только что ответили «да», то в некотором смысле действовали как антрополог. Антропологи любят становиться частью своего окружения, наблюдая и участвуя в повседневных делах людей. Как два антрополога, пишущие главу о концепции культуры, мы хотели узнать, что другие люди думают о культуре.Что может быть лучше для встреч, чем в нашей общественной кофейне?

Наша маленькая кофейня наполнилась ароматом кофейных зерен, а голоса людей соревновались со звуком кофемолки. На доске у прилавка были перечислены ежедневные фирменные бутерброды и десерты. Кофейни имеют свой собственный язык с такими словарями, как макиато и латте . Это может быть похоже на проникновение в чужую культуру. Мы нашли тихий уголок, который позволил бы нам наблюдать за другими людьми и, надеюсь, идентифицировать некоторых, с которыми можно было бы пообщаться, не отвлекая их слишком много разговором.Мы понимаем, как антропологи думают о культуре, но нам также было интересно, что люди, сидящие вокруг нас, могут сказать. Будет ли определение культуры что-то значить для среднего посетителя кофейни? Важно ли определение? Люди заботятся? В то утро нам очень повезло, потому что рядом с нами сидел человек, работавший на своем ноутбуке, а у его ног лежала служебная собака.

Встреча с Бобом в кофейне

Заведение животных в сфере общественного питания обычно не разрешается, но в нашем сообществе люди могут иметь с собой своих служебных собак.Этот молодой золотистый ретривер носил шлейку с надписью о том, что ее владелец болен диабетом. Эта собака была очень дружелюбной; на самом деле, она хотела, чтобы к ней прикасались, и не оставляла нас одних, виляя хвостом и уткнувшись носом в наши руки. Это очень необычно, потому что многих служебных собак, например собак-поводырей, трогать нельзя. Ее владелец, Боб, сообщил нам, что его собака должна быть дружелюбной и не бояться приближаться к людям: если Бобу нужна помощь в чрезвычайной ситуации, например, при диабетической коме, собака должна обратиться за помощью к кому-нибудь другому.

Нам понравилось познакомиться с Бобом и его собакой, и мы спросили, не хочет ли он ответить на наш вопрос: что такое культура? Боб был счастлив поделиться своими мыслями и идеями.

Боб считает, что язык очень важен для культурной самобытности. Он считает, что если человек теряет язык, он также теряет важную информацию о дикой природе, местных растениях и образе жизни. Как член племени коренных народов, Боб считает, что слова имеют глубокое культурное значение. Самое главное, он рассматривает английский как язык торговли.Боб обеспокоен влиянием западного потребительства и тем, как оно меняет культурную идентичность.

Боб не антрополог. Он был просто человеком, готовым поделиться своими идеями. Однако сам того не зная, Боб описал некоторые элементы антропологии. Он сосредоточился на важности языка и утрате традиций, когда на нем больше не говорят, и он признал, что язык является частью культурной идентичности. Его беспокоила глобализация и потребительство, меняющие культурные ценности.

Помня мнение Боба, мы начали думать о том, как мы, два культурных антрополога, ответим на один и тот же вопрос о культуре. Наше обучение формирует наше понимание вопроса, но мы знаем, что концепции культуры — это нечто большее, чем простое определение. Почему антропологам важно задавать вопрос о концепции культуры? Это имеет значение? Можно ли понять культуру, не изучая ее формально?

В этой главе мы проиллюстрируем, как антропология разработала концепцию культуры.В нашем путешествии мы исследуем важность повествования и то, как антропология стала социальной наукой. Это будет включать в себя изучение работы важных ученых, о том, как антропология возникла в Северной Америке, и обзор важности этики.

ИСТОРИИ КАК ОТРАЖЕНИЕ КУЛЬТУРЫ

Истории рассказываются в каждой культуре и часто преподают нравственный урок маленьким детям. Басни похожи, но часто служат примером для людей, которым нужно жить, или описывают, что делать в опасной ситуации.Они также могут быть частью традиций, помогать сохранять образ жизни или объяснять загадки. Рассказывание историй принимает разные формы, такие как сказки и народные сказки. Они предназначены для развлечения или обсуждения жизненных проблем. И то и другое также является формой сохранения культуры, способом передачи морали и ценностей следующему поколению. Истории также могут быть формой общественного контроля над определенными действиями или обычаями, которые не разрешены в обществе.

Басня становится традицией, когда ее пересказывают и принимают другие члены сообщества.В разных культурах есть очень похожие истории, имеющие общие темы. Одна из самых распространенных тем — борьба добра и зла. Другой — это история квеста. Квест часто переносит персонажа в далекие страны, наполненные жизненными ситуациями, возможностями, невзгодами и душевными страданиями. В обоих этих типах рассказов читатель знакомится с антропологической концепцией, известной как Другой . Что такое Другой ? Другой — это термин, который использовался для описания людей, чьи обычаи, убеждения или поведение отличаются от ваших собственных.

Может ли история объяснить концепцию Другого? « Gulliver’s Travels » Джонатана Свифта — это четыре разных путешествия, которые совершает Гулливер. Его первое приключение — самое известное; по сюжету Лемюэль Гулливер — хирург, который планирует морское путешествие, когда его бизнес терпит крах. Во время шторма на море он терпит кораблекрушение, и он просыпается и обнаруживает, что его связывает и защищает группа похитителей, лилипутов, ростом шесть дюймов. Гулливер, имеющий, по мнению европейцев, нормальный рост, внезапно становится гигантом.Во время этого приключения Гулливер рассматривается как посторонний, чужой с разными чертами лица и языком. Гулливер становится Другим.

Какие уроки о культуре мы можем извлечь из книги Путешествие Гулливера ? История Свифта предлагает уроки о культурных различиях, конфликтах, происходящих в человеческом обществе, и балансе сил. Это также важный пример Другого. Другой — это вопрос перспективы в этой истории: Гулливер считает лилипутов странными и необычными.Для Гулливера лилипуты — это Другой, но лилипуты в равной степени видят в Гулливере Другого — он их пленник и является редким видом людей из-за своего размера.

Темы в Путешествие Гулливера описывают различные культуры и аспекты повествования. История использует язык, привычное поведение и конфликт между различными группами, чтобы исследовать идеи экзотического и странного. История оформлена как приключение, но на самом деле она о том, насколько похожи могут быть культуры.В конце концов, Гулливер становится членом другой культурной группы, изучая новые нормы, отношения и модели поведения. В то же время он хочет их колонизировать, как отражение своего прежнего культурного «я».

Истории — важная часть культуры, и когда они используются для передачи традиций или культурных ценностей, они могут связывать людей с прошлым. Истории также являются способом подтверждения религиозных, социальных, политических и экономических практик от одного поколения к другому. Истории важны, потому что они используются в некоторых обществах для оказания социального давления, для того, чтобы держать людей в узде, и являются частью формирования образа мышления и поведения людей.

Антропологи как рассказчики

На протяжении всей зарегистрированной истории люди полагались на рассказывание историй как на способ поделиться культурными подробностями. Когда первые антропологи изучали людей из других цивилизаций, они полагались на письменные отчеты и мнения других; они представили факты и развили свои истории о других культурах, основываясь исключительно на информации, собранной другими. Эти ученые не имели прямого контакта с людьми, которых они изучали.Этот подход получил название кресло-антропология . Проще говоря, если культура рассматривается на расстоянии (как с кресла), антрополог имеет тенденцию измерять эту культуру со своей собственной точки зрения и проводить сравнения, которые ставят культуру антрополога выше изучаемой. Эту точку зрения еще называют этноцентризмом. Этноцентризм — это отношение, основанное на идее, что собственная группа или культура лучше других.

Ранние антропологические исследования часто представляли предвзятую этноцентрическую интерпретацию условий жизни человека. Например, идеи о расовом превосходстве возникли в результате изучения культур, встречавшихся в колониальную эпоху. В колониальную эпоху с шестнадцатого до середины двадцатого века европейские страны (Великобритания, Франция, Германия, Бельгия, Голландская республика, Испания, Португалия) установили контроль над землей (Азия, Африка, Америка) и людьми. Европейские представления о правильном и неправильном использовались как мерило для оценки образа жизни людей в разных культурах.Эти другие культуры считались примитивными, что было этноцентрическим термином для людей неевропейского происхождения. Это также негативный термин, предполагающий, что культурам коренных народов не хватало технического прогресса. Колонизаторы думали, что они превосходят Других во всех отношениях.

Кабинетные антропологи вряд ли знали об их этноцентрических идеях, потому что они не посещали изучаемые ими культуры. Шотландский социальный антрополог сэр Джеймс Фрэзер хорошо известен своей работой 1890 года « Золотая ветвь: A Исследование сравнительных религий ».Позднее ее название было изменено на «Исследование магии и религии» , и это была одна из первых книг, описывающих и записывающих магические и религиозные верования различных культурных групп по всему миру. Тем не менее, эта книга не была результатом обширных исследований в этой области. Вместо этого Фрэзер полагался на рассказы других путешественников, таких как ученые, миссионеры и правительственные чиновники, чтобы сформулировать свое исследование.

Еще один пример антропологического письма без использования полевых исследований — это сэр Э.Работа Б. Тайлора 1871 г. « Первобытная культура». Тайлор, который впоследствии стал первым профессором антропологии в Оксфордском университете в 1896 году, оказал большое влияние на развитие социокультурной антропологии как отдельной дисциплины. Тайлор определил культуру как «то сложное целое, которое включает в себя знания, убеждения, искусство, закон, мораль, обычаи и любые другие способности и привычки, приобретенные человеком как членом общества» 1. Его определение культуры все еще часто используется сегодня и остается основой концепции культуры в антропологии.

На определение культуры Тайлором повлияли популярные теории и философии его времени, в том числе работы Чарльза Дарвина. Дарвин сформулировал теорию эволюции путем естественного отбора в своей книге «О происхождении видов » 1859 года. Ученые того времени, в том числе Тайлор, считали, что культуры подвержены эволюции, как растения и животные, и считали, что культуры со временем развиваются от простого к сложному. Многие антропологи девятнадцатого века считали, что культуры проходят разные стадии.Они назвали эти стадии такими терминами, как дикость, варварство и цивилизация. Эти теории культурного эволюционизма впоследствии будут успешно опровергнуты, но противоречивые взгляды на культурный эволюционизм в девятнадцатом веке подчеркивают продолжающуюся природу или воспитание спор о том, стоит ли биология формирует поведение больше, чем культура.

И Фрейзер, и Тайлор внесли важный вклад в фундаментальные исследования, хотя никогда не выходили на поле для сбора информации.Кабинетные антропологи сыграли важную роль в развитии антропологии как дисциплины в конце девятнадцатого века, потому что, хотя эти ранние ученые не испытывали непосредственного опыта изучаемых культур, их работа действительно ставила важные вопросы, на которые в конечном итоге можно было ответить только в полевых условиях.

Антропологи как участники культуры

Кабинетный подход как способ изучения культуры изменился, когда такие ученые, как Бронислав Малиновский, Альфред Рэдклифф-Браун, Франц Боас и Маргарет Мид, вышли на поле и изучали, будучи участниками и наблюдателями.Когда они это сделали, полевые исследования стали самым важным инструментом, который антропологи использовали для понимания «сложного целого» культуры.

Польский антрополог Бронислав Малиновский находился под сильным влиянием работ Фрейзера . Однако , , в отличие от кабинетного антропологического подхода, который Фрейзер использовал при написании Золотая ветвь , Малиновский использовал более новаторские этнографические методы, и его полевые исследования уводили его с веранды для изучения различных культур. Подход вне веранды отличается от кабинетной антропологии, потому что он включает активное участвующих наблюдений : путешествие в какое-либо место, проживание среди людей и наблюдение за их повседневной жизнью.

Что случилось, когда Малиновский сошел с веранды? Аргонавты западной части Тихого океана (1922) считались первой современной этнографией и переопределили подход к полевым исследованиям. Эта книга является частью трилогии Малиновского о жителях Тробрианских островов. Малиновский жил с ними и наблюдал за жизнью в их деревнях. Живя среди островитян, Малиновский смог узнать об их социальной жизни, еде и убежище, сексуальном поведении, экономике сообщества, моделях родства и семье.3

Малиновский стал до некоторой степени «родным» во время полевых исследований с жителями Тробрианских островов. Стать родным означает полностью интегрироваться в культурную группу: занять руководящие должности и взять на себя ключевые роли в обществе; заключение брачного или супружеского договора; исследование сексуальности или полное участие в ритуалах. Когда антрополог уезжает на родину, антрополог лично занимается с местными жителями. В книге «Аргонавты западной части Тихого океана » Малиновский предложил другим антропологам «понять точку зрения туземца, его отношение к жизни, чтобы реализовать его видение своего мира.Однако, как мы увидим позже в этой главе, практика Малиновского стать туземцем представляла проблемы с этической точки зрения. Наблюдение за участниками — это метод сбора этнографических данных, но переход на родину подвергает риску как антрополога, так и культурную группу, стирая границы с обеих сторон отношений.

РАЗВИТИЕ ТЕОРИЙ КУЛЬТУРЫ

Антропология в Европе

Дисциплина культурная антропология развивалась несколько по-разному в Европе и Северной Америке, в частности в Соединенных Штатах, в течение девятнадцатого и начала двадцатого веков, и каждый регион привносил новые измерения в концепцию культуры.Многих европейских антропологов особенно интересовали вопросы о том, как устроены общества и как они остаются стабильными с течением времени. Это подчеркнуло растущее признание того, что культура и общество — это не одно и то же. Культура была определена Тайлором как знания, верования и обычаи, но общество — это больше, чем просто общие идеи или привычки. В каждом обществе люди связаны друг с другом через социальные институты, такие как семьи, политические организации и предприятия. Антропологи по всей Европе часто сосредотачивали свои исследования на понимании формы и функции этих социальных институтов.

Европейские антропологи разработали теории функционализма , чтобы объяснить, как социальные институты способствуют организации общества и поддержанию социального порядка. Бронислав Малиновский считал, что культурные традиции возникли в ответ на конкретные потребности человека, такие как еда, комфорт, безопасность, знания, воспроизводство и экономическое существование. Одна из функций образовательных учреждений, таких как школы, например, заключается в предоставлении знаний, которые готовят людей к получению работы и внесению вклада в жизнь общества.Хотя он предпочитал термин структурно-функционализм , британский антрополог А. Рэдклифф-Браун также интересовался тем, как социальные структуры функционируют для поддержания социальной стабильности в обществе с течением времени.5 Он предположил, что во многих обществах именно семья служила самой важной социальной структурой, поскольку семейные отношения во многом определяли жизнь человека. социальные, политические и экономические отношения, и эти модели повторялись из поколения в поколение.В семье, где отец является кормильцем, а мать остается дома, чтобы воспитывать детей, социальные и экономические роли как мужа, так и жены будут в значительной степени определяться их конкретными обязанностями в семье. Если их дети вырастут и будут следовать тому же порядку, эти социальные роли сохранятся в следующем поколении.

В двадцатом веке функционалистские подходы также стали популярными в североамериканской антропологии, но в конечном итоге потеряли популярность.Одна из самых серьезных критик функционализма заключается в том, что он рассматривает культуры как стабильные и упорядоченные и игнорирует или не может объяснить социальные изменения. Функционализм также пытается объяснить, почему общество развивает один конкретный вид социальных институтов вместо другого. Функционалистские взгляды действительно способствовали развитию более сложных концепций культуры, устанавливая важность социальных институтов в объединении обществ. Хотя определение разделения между культурным и социальным по-прежнему остается сложным, функционалистская теория помогла разработать концепцию культуры, продемонстрировав, что культура — это не просто набор идей или верований, а состоит из конкретных практик и социальных институтов, которые дают структура повседневной жизни и позволяет человеческим сообществам функционировать.

Антропология в США

Во время развития антропологии в Северной Америке (Канада, США и Мексика) значительный вклад Американской школы антропологии в девятнадцатом и двадцатом веках явилась концепция культурного релятивизма , которая является идеей, что культуры не могут быть объективно поняты, поскольку все люди видят мир через призму своей культуры. Культурный релятивизм отличается от этноцентризма, потому что он подчеркивает понимание культуры с точки зрения инсайдера.Сосредоточение внимания на культуре наряду с идеей культурного релятивизма отличает культурную антропологию в Соединенных Штатах от социальной антропологии в Европе.

Метод полевых исследований с включенным наблюдением был революционным изменением в практике антропологии, но в то же время он создал проблемы, которые необходимо было преодолеть. Задача заключалась в том, чтобы отойти от этноцентризма, расовых стереотипов и колониальных взглядов и двигаться вперед, поощряя антропологов поддерживать высокие этические стандарты и непредвзятость.

Франц Боас, американский антрополог, получил признание за перенаправление американских антропологов от культурного эволюционизма к культурному релятивизму. Боас сначала изучал физику в Кильском университете в Германии. Поскольку он был образованным ученым, он был знаком с использованием эмпирических методов как способа изучения предмета. Эмпирические методы основаны на доказательствах, которые можно проверить с помощью наблюдения и эксперимента.

В 1883 году Франц Боас отправился в географическую экспедицию на Баффиновый остров в канадской Арктике. В «Центральных эскимосах» (1888 г.) подробно описывается его время, проведенное на острове Баффин, изучение культуры и языка центральных эскимосов (инуитов). Он изучал все аспекты их культуры, такие как инструменты, одежду и убежища. Это исследование было первым крупным вкладом Боаса в американскую школу антропологии и убедило его в том, что понимание культур возможно только с помощью обширных полевых исследований. Как он заметил на острове Баффина, культурные идеи и обычаи формируются в результате взаимодействия с окружающей средой.Культурные традиции инуитов соответствовали среде, в которой они жили. Эта работа привела его к продвижению культурного релятивизма: принципа, согласно которому культуру следует понимать в ее собственных терминах, а не сравнивать со стандартами постороннего. Это был важный поворотный момент в решении проблемы этноцентризма в этнографических полевых исследованиях6.

Боаса часто считают основоположником американской антропологии, потому что он обучил первое поколение американских антропологов, включая Рут Бенедикт, Маргарет Мид и Альфреда Кребера.Используя приверженность культурному релятивизму в качестве отправной точки, эти студенты продолжили совершенствовать концепцию культуры. Рут Бенедикт, одна из первых студенток Боаса, использовала культурный релятивизм как отправную точку для исследования культур северо-запада и юго-запада Америки. В ее бестселлере « Образцы культуры » (1934) подчеркивается, что культура дает людям последовательные модели мышления и поведения. Она утверждала, что культура влияет на людей психологически, формируя индивидуальные черты личности и побуждая представителей культуры проявлять схожие черты, такие как склонность к агрессии или спокойствию.

Бенедикт была профессором Колумбийского университета и, в свою очередь, оказала большое влияние на свою студентку Маргарет Мид, которая впоследствии стала одной из самых известных американских культурных антропологов-женщин. Мид был пионером в проведении этнографических исследований в то время, когда это была преимущественно мужская дисциплина. Ее исследование 1925 года девочек-подростков на острове Тау на Самоанских островах, опубликованное как Coming of Age in Samoa (1928), показало, что подростки в Самоа не испытывали такого же стресса и эмоциональных трудностей, как в Соединенных Штатах. Состояния.Книга стала важным вкладом в дискуссию о противопоставлении природы и воспитания, доказав, что усвоенные культурные роли важнее биологии. Книга также укрепила идею о том, что индивидуальные эмоции и личностные качества являются продуктами культуры.

Альфред Луи Крёбер, другой ученик Боаса, также разделял приверженность полевым исследованиям и культурному релятивизму, но Крёбер был особенно заинтересован в том, как культуры меняются с течением времени и влияют друг на друга.В таких публикациях, как The Nature of Culture (1952), Kroeber исследовал исторические процессы, приведшие к появлению культур в виде отдельных конфигураций, а также то, как культуры могут стать более похожими посредством распространения или распространения культурных черт. Крёбер также интересовался языком и его ролью в передаче культуры. Он посвятил большую часть своей карьеры изучению языков коренных американцев в попытке задокументировать эти языки до того, как они исчезли.

Антропологи в Соединенных Штатах использовали культурный релятивизм, чтобы добавить глубины концепции культуры несколькими способами.Тайлор определил культуру как включающую знания, веру, искусство, закон, мораль, обычаи, способности и привычки. Боас и его ученики дополнили это определение, подчеркнув важность инкультурации , процесса обучения культуре, в жизни людей. Бен-Эдикт, Мид и другие установили, что посредством инкультурации культура фундаментальным образом формирует индивидуальную идентичность, самосознание и эмоции. Они также подчеркнули необходимость целостности , подходов к исследованиям, которые учитывают весь контекст общества, включая его историю.

Крёбер и другие также установили важность языка как элемента культуры и задокументировали способы использования языка для передачи сложных идей. К концу двадцатого века новые подходы к символической антропологии поставили язык в центр анализа. Позже Клиффорд Гирц, основатель постмодернистской антропологии, отметил в своей книге Интерпретация культур (1973), что культуру не следует рассматривать как нечто, что «заперто в головах людей».Вместо этого культура публично передавалась через речь и другие формы поведения. Культура , заключил он, — это «исторически переданный образец значений, воплощенных в символах, система унаследованных концепций, выраженных в символических формах, с помощью которых люди сообщают, сохраняют и развивают свои знания и свое отношение к жизни» 7. Это определение, которое продолжает оказывать влияние сегодня, отражает влияние многих предыдущих попыток уточнить концепцию культуры в американской антропологии.

ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ В ИСТИННОМ ГОВОРЕНИИ

По мере того, как антропологи разрабатывали более сложные концепции культуры, они также лучше понимали этические проблемы, связанные с антропологическими исследованиями. Поскольку полевые исследования с включенным наблюдением сближают антропологов с людьми, которых они изучают, может возникнуть много сложных вопросов. Культурный релятивизм — это точка зрения, которая побуждает антропологов проявлять уважение к представителям других культур, но только после Второй мировой войны профессия антропологов осознала необходимость разработки формальных стандартов профессионального поведения.

Нюрнбергский процесс, начавшийся в 1946 году в Нюрнберге, Германия, проводился под руководством Франции, Советского Союза, Великобритании и США, преследовавших членов нацистского режима за военные преступления. Помимо военных и политических деятелей, врачи и ученые также были привлечены к ответственности за неэтичные эксперименты над людьми и массовые убийства. Испытания показали, что врачи и другие ученые могут быть опасными, если используют свои навыки для оскорбительных или эксплуататорских целей.Нюрнбергский кодекс, принятый в ходе испытаний, считается знаковым документом в области медицинской и исследовательской этики. Он установил принципы этического обращения с людьми, участвующими в любых медицинских или научных исследованиях.

Из-за таких событий, как Нюрнбергские испытания, многие университеты приняли этические принципы исследований при лечении людей. Антропологи и студенты, которые работают в университетах, где существуют эти правила, обязаны соблюдать эти правила.Американская антропологическая ассоциация (AAA) вместе со многими антропологическими организациями в других странах разработала этические кодексы, описывающие конкретные ожидания антропологов, занимающихся исследованиями в различных условиях. Принципы этического кодекса AAA включают: не навреди; будьте открыты и честны в отношении своей работы; получить информированное согласие и необходимые разрешения; обеспечивать защиту уязвимых групп населения в каждом исследовании от конкурирующих этических обязательств; сделать ваши результаты доступными; защитить и сохранить ваши записи; и поддерживать уважительные и этичные профессиональные отношения.Эти принципы кажутся простыми, но на практике они могут быть сложными.

Бронислав Малиновский

Карьера Бронислава Малиновского является примером того, как исследования культуры могут вести антропологов в трудные этические области. Как уже говорилось выше, Малиновский считается ведущей фигурой в истории антропологии. Он положил начало полевым исследованиям с участием участников и опубликовал несколько высоко оцененных книг, в том числе «Аргонавты западного побережья» Тихого океана .После его смерти личный дневник, который он вел во время полевых исследований, был обнаружен и опубликован как Дневник в строжайшем смысле термина (1967). Дневник описывал чувство одиночества и изоляции Малиновского, но также содержал много информации о его сексуальных фантазиях, а также его некоторые бесчувственные и презрительные мнения о жителях Тробрианских островов. Дневник дал ценную информацию о сознании важного этнографа, но также поднял вопросы о том, в какой степени его личные чувства, включая предвзятость и расизм, нашли отражение в его официальных выводах.

Большинство антропологов ведут дневники или ежедневные записи, чтобы отслеживать исследовательский проект, но эти записи почти никогда не публикуются. Поскольку дневник Малиновского был опубликован после его смерти, он не мог объяснить, почему он написал то, что делал, или оценить степень, в которой он смог отделить личное от профессионального. Какая из этих книг лучше всего отражает правду о взаимодействии Малиновского с жителями Тробрианских островов? Это редкое представление о частной жизни полевого исследователя показывает, что даже когда антропологи действуют в рамках профессиональной этики, они все еще изо всех сил пытаются отказаться от собственных этноцентрических взглядов и предрассудков.

Наполеон Шаньон

Более серьезный и сложный инцидент касался исследования, проведенного среди яномами, группы коренного населения, проживающей в тропических лесах Амазонки в Бразилии и Венесуэле. Начиная с 1960-х годов антрополог Наполеон Шаньон и генетик Джеймс Нил проводили исследования среди яномами. Нил интересовался изучением воздействия радиации, испускаемой ядерными взрывами, на людей, живущих в отдаленных районах. Шаньон исследовал теории о роли насилия в обществе яномами.В 2000 году американский журналист Патрик Тирни опубликовал книгу об исследовании Шаньона и Нила: Тьма в Эльдорадо: как ученые и журналисты опустошили Амазонку . Книга содержала множество ошеломляющих утверждений, в том числе утверждение о том, что пара намеренно заразила яномами корью, что положило начало эпидемии, унесшей жизни тысяч людей. В книге также утверждалось, что Нил проводил медицинские эксперименты без согласия яномами и что Чагнон намеренно создавал конфликты между группами яномами, чтобы он мог изучить возникающее насилие.

Эти утверждения были доведены до сведения Американской антропологической ассоциации, и в конечном итоге был проведен ряд расследований. Джеймс Нил скончался, но Наполеон Шаньон категорически отрицал обвинения. В 2002 году AAA выпустила свой отчет; Считалось, что Шаньон исказил жестокую природу культуры яномами, причинив им вред, и не получил надлежащего согласия на свое исследование. Однако Шаньон продолжал отвергать эти выводы и жаловался, что процесс, использованный для оценки доказательств, был несправедливым.В 2005 году AAA отменило собственное заключение, сославшись на проблемы с процессом расследования. Результаты нескольких лет расследования ситуации мало кого удовлетворили. Шаньон не был окончательно признан виновным и не был оправдан. Спустя годы споры по поводу этого эпизода продолжаются8. Споры демонстрируют, насколько истина может быть неуловимой в антропологических исследованиях. Хотя антропологи не должны быть рассказчиками в том смысле, что они сознательно создают вымыслы, различия во взглядах и теоретической ориентации неизбежно создают различия в том, как антропологи интерпретируют одну и ту же ситуацию.Антропологи должны попытаться использовать свой инструментарий теории и методов, чтобы гарантировать, что истории, которые они рассказывают, правдивы и отражают голос людей, изучаемых с использованием этического подхода.

НАЗАД В КОФЕ МАГАЗИН

В этой главе рассматриваются некоторые исторические поворотные моменты в том, как антропологи определяют культуру. Не существует единого истинного, абсолютного определения культуры. Антропологи уважают такие традиции, как язык; развитие личности, особенно от младенчества до взрослой жизни; родство; и структура социальной единицы или слоев человека в их классовой структуре; брак, семьи и обряды перехода; системы убеждений; и ритуал.Однако антропологи также обращают внимание на изменения и их влияние на эти традиции.

В условиях стремительных темпов глобализации и ежедневных изменений, как новые тенденции изменят концепцию культуры? Например, социальные сети и Интернет соединяют мир и создали новые языки, отношения и онлайн-культуру без границ. Возникает вопрос: будущее — цифровая или киберантропология? Считается ли изучение онлайн-культур, с которыми в основном приходится читать текст, в кресле или вне веранды? Кибер-мир — это реальная или виртуальная культура? В некотором смысле обращение к онлайн-культурам возвращает антропологию к ее корням, поскольку антропологи могут исследовать новые миры, не выходя из дома.В то же время киберпространство и новые технологии позволяют людям видеть, слышать и общаться с другими людьми по всему миру в режиме реального времени.

Вернувшись в кофейню, где мы провели время с Бобом, мы обнаружили, что он надеется сохранить в живых знакомые аспекты его собственной культуры, такие традиции, как язык, социальная структура и уникальные выражения ценностей. Вопрос о том, что такое культура, заставил нас задуматься о нашем собственном понимании культурного Я и культурного Другого , а также о важности самости и культурного осознания.

Эмили

Мое культурное «я» развилось из первых традиционных традиций моего детства, однако моя жизнь с инуитами заставила меня подумать, что у меня такие же ценности и общественные черты, как и у моих друзей на Севере. Мое детство было сосредоточено на заботе, принятии и совместной работе для достижения жизненных потребностей. Жизнь на земле с инуитами ничем не отличалась, и на протяжении многих лет я видел, насколько мы одинаковы, просто живем в разных местах и ​​при разных обстоятельствах.Моя антропологическая подготовка обогатила мой жизненный опыт, научив меня наслаждаться миром и его народами. Я также испытал себя культурным Другим , работая в поле, и это всегда напоминало мне, что культурное Я и культурное Другой всегда будут конфликтовать друг с другом по обе стороны опыта.

Присцилла

Жизнь с различными коренными племенами в Кении дала мне возможность узнать, как общины поддерживают свою традиционную культуру и образ жизни.Я происхожу из португальско-канадской семьи, которая сохранила прочные связи с культурой и религией наших предков. Португальцы верят, что рассказывание историй — это способ сохранить свои традиции, культурную самобытность, знания коренных народов и язык. Когда я жил в провинции Найроби, Кения, я обнаружил, что люди там придерживаются той же точки зрения. Мне показалось странным, что люди до сих пор определяют свою идентичность по своей культурной истории. Проведя культурные полевые исследования, я узнал, что значения культуры не только различаются от одной группы к другой, но что все человеческие общества определяют себя через культуру.

Наше последнее отражение

Боб отправил нас в путешествие, чтобы понять, что лежит в основе концепции культуры. Ясно, что концепция культуры не идет по прямой. Ученым, рассказчикам и людям, с которыми приходится встречаться в повседневной жизни, есть что сказать о составляющих культуры. История, которая возникает из разных голосов, помогает понять, что значит быть человеком. Определение концепции культуры похоже на сборку пазла из множества частей.Загадка концепций культуры почти завершена, но еще не решена.

Вопросы для обсуждения

1. В чем разница между кабинетной антропологией и «вне верандой» как методами изучения культуры? Что можно узнать о культуре, испытав ее на собственном опыте, чего нельзя узнать, прочитав о ней?

2. Почему трудно дать определение понятию культуры? Как вы думаете, какие элементы культуры являются наиболее важными?

3. Почему трудно отделить «социальное» от «культурного»? Как вы думаете, это важное различие?

4.В двадцать первом веке люди имеют гораздо больший контакт с представителями других культур, чем в прошлом. Какие темы или проблемы должны быть приоритетными для будущих исследований культуры?

Глоссарий

Кресло антропологии : ранний и дискредитированный метод антропологического исследования, не предполагавший прямого контакта с изучаемыми людьми.

Культурный детерминизм : идея о том, что различия в поведении являются результатом культурных, а не расовых или генетических причин.

Культурный эволюционизм: теория, популярная в антропологии девятнадцатого века, предполагающая, что общества развивались поэтапно от простого к высокому. Позже было показано, что эта теория неверна.

Культурный релятивизм : идея о том, что мы должны стремиться понять убеждения и поведение других людей с точки зрения их собственной культуры, а не нашей.

Инкультурация: процесс изучения характеристик и ожиданий от культуры или группы

Этноцентризм: тенденция рассматривать свою собственную культуру как наиболее важную и правильную, а также как инструмент, с помощью которого можно измерить все другие культуры.

Функционализм: подход к антропологии, разработанный в британской антропологии, который подчеркивает способ, которым части общества работают вместе, чтобы поддерживать функционирование целого.

Становление родным : полная интеграция в культурную группу посредством таких действий, как занятие руководящей должности, принятие ключевых ролей в обществе, вступление в брак или другие формы поведения, которые вовлекают антрополога в общество, которое он изучает.

Холизм: широкий взгляд на исторические, экологические и культурные основы поведения.

Родство: кровных уз, общего происхождения и социальных отношений, которые образуют семьи внутри человеческих групп.

Причастное наблюдение: вид наблюдения, при котором антрополог наблюдает, участвуя в той же деятельности, что и ее информаторы.

Спасательная антропология : такие действия, как сбор артефактов или запись культурных ритуалов с верой в то, что культура вот-вот исчезнет.

Структурализм: подход к антропологии, который фокусируется на способах, которыми обычаи или социальные институты в культуре способствуют организации общества и поддержанию социального порядка.

Другой: термин, который использовался для описания людей, чьи обычаи, убеждения или поведение «отличаются» от их собственных

ОБ АВТОРАХ

Доктор Эмили Коулл — культурный антрополог и преподаватель кафедры антропологии Университета Макмастера, Канада; Историк медицины; и бывший практикующий практикующий врач в Онтарио. Ее основные научные исследовательские интересы сосредоточены на культурной этноистории канадской Арктики.Эмили переехала в Восточную Арктику в 1980-х годах, где она стала частью общественной жизни. Вернувшись для участия в исследовательских проектах на уровне сообществ с 2003 по 2011 год, ее предыдущие отношения с сообществом позволили завершить историческое исследование, посвященное изучению географии человека и культурных последствий туберкулеза с 1930 по 1972 год. С 2008 по 2015 год ее работа в области управления культурными ресурсами увлекла ее. на канадский архипелаг Высокой Арктики для создания музея, посвященного эпохе оборонных исследований, в парках C anada, национальный парк Куттинирпаак на острове Элсмир.Когда она не прыгает в самолет Twin Otter для отдаленных полевых лагерей, она изучает культурные аспекты здоровья окружающей среды и религиозного паломничества по всей Мексике.

Присцилла Медейрос — кандидат наук и преподаватель в Университете Макмастера, Канада, осенью 2017 года защищает диссертацию. Ее основные научные интересы связаны с антропологией здоровья. Это включает изучение биокультурных аспектов медицины с особым упором на историю и развитие общественного здравоохранения в развитых странах, болезни и неравенство, а также гендерные отношения.Присцилла начала свою общинную работу по профилактике, уходу и поддержке людей, живущих с ВИЧ и СПИДом, семь лет назад в провинции Найроби, Кения, в рамках получения степени магистра. Ее текущее исследование сосредоточено на отсутствии гендерно-ориентированных и приемлемых с культурной точки зрения инициатив и программ по профилактике ВИЧ для женщин в Приморских провинциях, Канада, и финансируется Канадским институтом исследований в области здравоохранения. Когда она не работает в сельской местности или не преподает в классе, Присцилла путешествует по экзотическим местам, чтобы научиться готовить блюда местной кухни, говорить на иностранных языках и исследовать чудеса света.Фактически, она настоящая Индиана Джейн из антропологии, когда дело доходит до полевых приключений, и у нее есть много замечательных историй, которыми можно поделиться.

БИБЛИОГРАФИЯ

Бенедикт, Рут. Образцы культуры . Бостон: Houghton and Mifflin Company, 1934.

Боас, Франц. Раса, язык и культура . Чикаго: University of Chicago Press, 1940.

Дарвин, Чарльз. О происхождении видов . Лондон: Джон Мюррей, Альбемарл-стрит, 1859 г.

Крёбер, Альфред. Природа культуры . Чикаго: Издательство Чикагского университета, 1952 г.

Малиновский, Бронислав. Аргонавты Западной части Тихого океана . Лондон: Рутледж и сыновья, 1922.

Мид, Маргарет. Достижение совершеннолетия в Самоа: психологическое исследование примитивной молодежи для западной цивилизации . Новый

Йорк: Уильям Морроу и компания, 1928.

Свифт, Джонатан. Путешествие Гулливера в несколько далеких стран мира .Лондон: Бенджамин Мотт, 1726.

Тайлор, Эдвард Б. Первобытная культура: исследования развития мифологии, философии, религии, языка,

Искусство и таможня . Лондон: Издательство Кембриджского университета. 1871.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Эдвард Б. Тайлор, Примитивная культура: исследования развития мифологии, философии, религии, языка, искусства и Таможня (Лондон: Cambridge University Press, 1871), предисловие.

2. Льюис Генри Морган был одним из антропологов, который предложил эволюционную структуру, основанную на этих терминах, в своей книге « Древнее общество » (Нью-Йорк: Генри Холт, 1877).

3. Фильм « Бронислав Малиновский: Вне веранды » (Films Media Group, 1986) далее описывает исследовательскую практику Малиновского.

4. Бронислав Малиновский. Аргонавты западной части Тихого океана (Лондон: Рутледж и Киган Пол, 1922), 290.

5.Для получения дополнительной информации по этой теме см .: Адам Купер, Антропология и антропологи: современная британская школа (Нью-Йорк: Рутледж, 1983) и Альфред Рэдклифф-Браун, Структура и функции в примитивном обществе (Лондон: Коэн и Уэст, 1952). .

6. На отношение Боаса к культурному релятивизму повлиял его опыт в канадской Арктике, когда он изо всех сил пытался выжить в естественной среде, чуждой его собственному предыдущему опыту. Его личный дневник и письма фиксируют эволюцию его взглядов на то, что значит быть «цивилизованным».В письме к своей невесте он написал: «Я часто спрашиваю себя, какими преимуществами обладает наше« хорошее общество »по сравнению с« дикарями », и нахожу, чем больше я замечаю их обычаи, что мы не имеем права смотреть вниз. на них … Мы не имеем права обвинять их в их формах и суевериях, которые могут показаться нам смешными. Мы, «высокообразованные люди», относительно говоря, намного хуже ». Полное письмо можно прочитать в George Stocking, ed. Наблюдатели : Очерки по этнографической полевой работе (Мэдисон, Висконсин: University of Wisconsin Press, 1983), 33.

7. Clifford Geertz, The Interpretation of Culture (New York: Basic Books, Geertz 1973), 89.

8. Для получения дополнительной информации о споре см. Томас Грегор и Дэниел Гросс, «Вина по ассоциации: культура обвинения и исследование темноты в Эльдорадо Американской антропологической ассоциацией». Американский антрополог 106 4 (2004): 687-698 и Роберт Борофски, Яномами: ожесточенная полемика и чему мы можем научиться из этого (Беркли: University California Press, 2005).Наполеон Шаньон написал свое опровержение в книге Благородные дикари: Моя жизнь среди двух опасных племен — яномамо и антропологов (Нью-Йорк: Саймон и Шустер, 2013).

Цивилизация — Всемирная историческая энциклопедия

Значение термина «цивилизация» несколько раз менялось за свою историю, и даже сегодня он используется по-разному. Он обычно используется для описания человеческих обществ «с высоким уровнем культурного и технологического развития», в отличие от того, что многие считают менее развитыми обществами.Это определение, однако, неясно, субъективно и несет в себе не принимаемые современной наукой допущения о том, как изменились человеческие общества за свое долгое время.

Этимологически слово «цивилизация» относится к латинскому термину « civitas», «» или «» «город », поэтому иногда оно относится к городским обществам государственного уровня, не считая кочевых народов, не имеющих постоянного поселения, и тех, кто живет в них. населенные пункты, не считающиеся городскими или не имеющие государственной организации.Иногда его можно использовать как ярлык для человеческих обществ, достигших определенной степени сложности. В широком смысле цивилизация часто означает почти то же самое, что и культура или даже региональные традиции, включая одно или несколько отдельных государств. В этом смысле мы иногда говорим об эгейской цивилизации, китайской цивилизации, египетской цивилизации или мезоамериканской цивилизации, но каждый из них может включать в себя несколько городов или регионов, например: «Мезоамериканская цивилизация» включает такие группы, как ольмеки, майя, сапотеки. , Ацтек и другие; «Эгейская цивилизация» включает минойское, микенское и другие общества Кикладских островов и западной Анатолии.

Поведение, которое в одной культуре считается «цивилизованным», может быть сочтено бессмысленным или даже воспринятым с ужасом в другой культуре.

Развитие термина «цивилизация»

В конце 19-го и начале 20-го веков нашей эры среди европейских ученых было широко распространено мнение, что все человеческие сообщества были вовлечены в процесс прямого развития, в результате которого условия общества постепенно улучшались. Считалось, что в рамках этих изменений общества переживают разные стадии: дикость, варварство и, наконец, цивилизацию.Цивилизация в этом контексте понималась как последняя остановка в долгом путешествии человеческого общества. Различные стадии этой социальной эволюции были приравнены к конкретным человеческим сообществам: палеолитические и мезолитические сообщества охотников-собирателей считались частью стадии дикости, фермеры неолита и бронзового века считались частью стадии варварства и, наконец, городские сообщества бронзового века (особенно те, что на Ближнем Востоке) считались ранней фазой цивилизованного мира. Сегодня этот подход больше не действует, поскольку он связан с установкой культурного превосходства, в соответствии с которой человеческие сообщества, которые еще не являются «цивилизованными», рассматриваются как неполноценные.

Римский акведук Пон-дю-Гар

Майкл Гвайтер-Джонс (CC BY)

Этноцентрические взгляды

В повседневном разговоре существует тенденция использовать слово «цивилизация» для обозначения того типа общества, который демонстрирует набор моральных ценностей, таких как уважение прав человека или сострадательное отношение к больным и пожилым людям. Это может быть проблематично, поскольку моральные ценности неизбежно однобоки и этноцентричны. Поведение, считающееся «цивилизованным» в одной культуре, может быть сочтено бессмысленным или даже воспринятым с ужасом в другой культуре.История знает множество примеров этой проблемы. Об одном известном рассказе сообщает Геродот, который описывает противоречивые погребальные обычаи группы греков, кремировавших своих мертвых, и индейцев, известных как каллати, которые ели своих мертвых:

Во время своего правления Дарий созвал эллинов к своему двору и спросил их, сколько денег они примут за поедание тел своих умерших отцов. Они ответили, что ни за какие деньги не сделают этого. Позже Дарий призвал некоторых индейцев по имени Каллатиаи, которые действительно едят своих родителей.[…], он [Дарий] спросил индейцев, сколько денег они согласятся сжечь тела своих умерших отцов. Они ответили криком, приказав ему закрыть рот, чтобы не оскорбить богов. Что ж, так люди думают, и мне кажется, что Пиндар был прав, когда сказал в своих стихах, что обычай — король всех. (Геродот 3.38.3-4)

Маска Ксюхтекутли

Попечителями Британского музея (Copyright)

Атрибуты цивилизации

Влиятельный ученый по имени Гордон Чайлд составил список из десяти атрибутов, которые отличают цивилизацию от других типов обществ; его список неоднократно пересматривался и переписывался.Ниже приводится версия американского археолога Чарльза Редмана:

Основные характеристики

  1. Городские поселения
  2. Специалисты, занятые полный рабочий день, не занимающиеся сельскохозяйственной деятельностью
  3. Концентрация избыточной продукции
  4. Структура классов
  5. Государственная организация (правительство)

Вторичные характеристики

История любви?

Подпишитесь на нашу бесплатную еженедельную рассылку новостей по электронной почте!

  1. Монументальное общественное здание
  2. Обширные торговые сети
  3. Стандартные монументальные произведения искусства
  4. Письмо
  5. Развитие точных наук

Сегодня признано, что эти критерии могут быть проблематичными по ряду причин, главным образом потому, что археологические критерии, используемые для определения цивилизации, не всегда четкие: реальность безразлична к нашим интеллектуальным различиям.Мы знаем о сложных цивилизациях, таких как инки, у которых не было системы письма; мы знаем общества, которые создавали монументальные здания, например, на Восточных островах или в Стоунхендже, где не существовало ни организации государственного уровня, ни письменности; и мы даже знаем городские центры, такие как докерамическая цивилизация в Андах (ок. 3000–1800 гг. до н. э.) задолго до времен инков, которые были основаны до развития экстенсивного сельского хозяйства.

Этот список, однако, предлагает основу, с помощью которой можно объективно сравнивать атрибуты любого общества.Если общество демонстрирует большинство из этих атрибутов (или даже все из них), это позволит нам называть его цивилизацией, независимо от того, насколько чуждым, неприятным или архаичным мы можем считать его образ жизни и ценности.

Розеттский камень

Попечителями Британского музея (Авторское право)

Вплоть до 1970-х годов н.э. объяснения, объясняющие, как развивались цивилизации, имели тенденцию быть монопричинными, а цивилизации считались неизбежным конечным продуктом социальной или политической эволюции.Сегодня признано, что объяснения с множеством причин, вероятно, лучше объясняют развитие цивилизаций: мы знаем, что многие социальные силы, которые, как считалось в прошлом, неизбежно вели к развитию городов и штатов (например, торговля на дальние расстояния, ирригация) системы или рост населения) не всегда приводят к такому результату. Разнообразие человеческого опыта кажется слишком сложным и обширным, чтобы наши концепции полностью соответствовали реальности. Было бы разумнее и, возможно, ближе к истине осознать, что каждое человеческое общество формируется собственным уникальным набором обстоятельств и что универсальные объяснения или общие концепции не всегда имеют совершенный смысл.Только если мы будем помнить об этих ограничениях, концепция цивилизации набирает силу и становится полезным концептуальным инструментом.

Перед публикацией эта статья была проверена на предмет точности, надежности и соответствия академическим стандартам.

Не существует западной цивилизации | Философия

Как и многие англичане, заболевшие туберкулезом в XIX веке, сэр Эдвард Бернетт Тайлор поехал за границу по медицинскому совету в поисках более сухого воздуха более теплых регионов.Тайлор происходил из преуспевающей деловой семьи квакеров, поэтому у него были ресурсы для долгой поездки. В 1855 году, когда ему было чуть за 20, он уехал в Новый Свет и, подружившись с археологом-квакером, которого встретил во время своих путешествий, в конечном итоге проехал верхом по мексиканской сельской местности, посетив руины ацтеков и пыльные пуэбло . Тайлора впечатлило то, что он назвал «свидетельством огромного древнего населения». И его мексиканское пребывание зажгло в нем энтузиазм к изучению далеких обществ, древних и современных, который длился до конца его жизни.В 1871 году он опубликовал свой шедевр «Первобытная культура», который может претендовать на звание первого труда современной антропологии.

«Первобытная культура» в некотором смысле была спором с другой книгой, в названии которой было слово «культура»: «Культура и анархия» Мэтью Арнольда, сборник, вышедший всего двумя годами ранее. Для Арнольда культура была «стремлением к нашему полному совершенству посредством познания по всем вопросам, которые нас больше всего волнуют, лучшего из того, что было задумано и сказано в мире».Арнольда не интересовало что-то более узкое, чем классовое ценители: он имел в виду моральный и эстетический идеал, нашедший выражение в искусстве, литературе, музыке и философии.

Но Тайлор подумал, что это слово может означать совсем другое, и отчасти по институциональным причинам он смог это увидеть. В конце концов, Тайлору назначили руководить Университетским музеем в Оксфорде, а затем, в 1896 году, его назначили там первым заведующим кафедрой антропологии.Именно Тайлору больше, чем кому-либо другому, мы обязаны идеей о том, что антропология — это изучение чего-то, что называется «культурой», которую он определил как «это сложное целое, которое включает в себя знания, верования, искусства, мораль, право, обычаи и все остальное. способности и привычки, приобретенные человеком как членом общества ». Цивилизация, как ее понимал Арнольд, была лишь одним из многих модусов культуры.

В наши дни, когда люди говорят о культуре, они обычно имеют в виду либо Тайлора, либо Арнольда.Эти две концепции культуры в некотором смысле антагонистичны. Идеалом Арнольда был «культурный человек», и он считал бы «примитивную культуру» оксюмороном. Тайлор считал абсурдным предполагать, что человеку не хватает культуры. Тем не менее, эти противоположные представления о культуре связаны вместе в нашей концепции западной культуры, которая, по мнению многих, определяет идентичность современных западных людей. Так что позвольте мне попытаться распутать некоторые из наших заблуждений относительно культуры, как тайлорийской, так и арнольдийской, того, что мы стали называть западом.

Кто-то спросил Махатму Ганди, что он думает о западной цивилизации, и он ответил: «Я думаю, это была бы очень хорошая идея». Увы, как и многие лучшие истории, эта, вероятно, апокрифическая; но также, как и многие из лучших историй, она выжила, потому что в ней есть привкус правды. Но мой собственный ответ был бы совсем другим: я думаю, вам следует отказаться от самой идеи западной цивилизации. В лучшем случае это источник большой путаницы, в худшем — препятствие на пути к решению некоторых из великих политических проблем нашего времени.Я не решаюсь не согласиться даже с легендарным Ганди, но я считаю, что западная цивилизация — это совсем не хорошая идея, а западная культура не улучшается.

Одна из причин недоразумений, порождаемых «западной культурой», кроется в заблуждениях о западе. Мы использовали выражение «запад» для очень разных работ. Редьярд Киплинг, поэт английской империи, писал: «О, восток есть восток, а запад есть запад, и они никогда не встретятся», противопоставляя Европу и Азию, но игнорируя все остальное.Во время «холодной войны» «запад» был одной из сторон железного занавеса; «Восток» — его противоположность и враг. Это использование также игнорировалось большей частью мира. Часто в последние годы «запад» означает северную Атлантику: Европу и ее бывшие колонии в Северной Америке. Противоположным здесь является незападный мир в Африке, Азии и Латинской Америке, который теперь называют «глобальным югом», хотя многие люди в Латинской Америке также будут претендовать на наследство от Запада. Такой способ разговора обращает внимание на весь мир, но объединяет множество очень разных обществ вместе, деликатно вырезая австралийцев, новозеландцев и белых южноафриканцев, так что «западный» здесь может выглядеть просто как эвфемизм для белого.

Конечно, сегодня мы часто также говорим о западном мире, чтобы противопоставить его не югу, а мусульманскому миру. Мусульманские мыслители иногда говорят параллельно, проводя различие между Дар аль-Ислам, , домом ислама, и Дар аль-Куфр, , домом неверия. Я хотел бы подробнее изучить это противостояние. Сегодня европейские и американские дебаты о том, является ли западная культура христианской по своей сути, унаследовали генеалогию, в которой христианство заменяется Европой, а затем идеей Запада.

Значит, корни этой цивилизационной идентичности уходят корнями в почти 1300 лет. Но чтобы рассказать всю историю, нам нужно начать еще раньше.


Согласно греческому историку Геродоту, писавшему в пятом веке до нашей эры, мир был разделен на три части. На востоке была Азия, на юге — континент, который он назвал Ливией, а остальное — Европой. Он знал, что люди, товары и идеи могут легко перемещаться между континентами: он сам путешествовал по Нилу до Асуана и по обе стороны Геллеспонта, традиционной границы между Европой и Азией.Геродот признался, что на самом деле был озадачен тем, «почему у Земли, которая является одной, есть три имени, все женские». Тем не менее, несмотря на его недоумение, эти континенты были для греков и их римских наследников крупнейшими значительными географическими подразделениями мира.

Но вот важный момент: Геродоту не пришло бы в голову думать, что эти три имени соответствуют трем типам людей: европейцам, азиатам и африканцам. Он родился в Галикарнасе — Бодруме в современной Турции.Однако то, что он родился в Малой Азии, не сделал его азиатом; это оставило его греком. А кельты на далеком западе Европы были для него гораздо чуже, чем персы или египтяне, о которых он знал довольно много. Геродот использует слово «европейский» только как прилагательное, а не как существительное. Спустя тысячелетие после его дней никто больше не говорил о европейцах как о народе.

Затем география, известная Геродоту, была радикально изменена с появлением ислама, который вырвался из Аравии в седьмом веке и с поразительной скоростью распространился на север, восток и запад.После смерти пророка в 632 году арабы сумели всего за 30 лет победить Персидскую империю, которая простиралась через Центральную Азию до Индии, и вырвать провинции у остатков Рима в Византии.

Династия Омейядов, начавшаяся в 661 году, продвигалась на запад в Северную Африку и на восток в Центральную Азию. В начале 711 года он послал армию через Гибралтарский пролив в Испанию, которую арабы назвали аль-Андалусом, где он напал на вестготов, которые правили большей частью римской провинции Испания в течение двух столетий.В течение семи лет большая часть Пиренейского полуострова находилась под властью мусульман; только в 1492 году, почти 800 лет спустя, весь полуостров снова оказался под христианским владычеством.

Мусульманские завоеватели Испании не планировали останавливаться в Пиренеях и в первые годы предпринимали регулярные попытки продвинуться дальше на север. Но недалеко от Тура в 732 г. до н. Э. Карл Мартель, дед Карла Великого, нанес поражение силам Аль-Андалуса, и эта решающая битва фактически положила конец попыткам арабов завоевать франкскую Европу.Историк 18-го века Эдвард Гиббон, несколько преувеличивая, заметил, что если бы арабы победили в Туре, они могли бы плыть вверх по Темзе. «Возможно, — добавил он, — толкование Корана теперь будет преподавать в школах Оксфорда, и ее кафедра могла бы продемонстрировать обрезанным людям святость и истину откровения Магомета».

Мир по Геродоту. Фотография: Interfoto / Alamy / Alamy

Для наших целей важно то, что первое зарегистрированное использование слова для европейцев как человека, насколько мне известно, возникло в результате этой истории конфликта.В латинской хронике, написанной в 754 году в Испании, автор называет победителей Турской битвы « евро, », европейцы. Проще говоря, сама идея «европейца» впервые использовалась для противопоставления христиан и мусульман. (Даже это, однако, является некоторым упрощением. В середине восьмого века большая часть Европы еще не была христианской.)

Так вот, никто в средневековой Европе не использовал бы слово «западный» для этой работы. Во-первых, побережье Марокко, родины мавров, простирается к западу от Ирландии.Во-вторых, на Пиренейском полуострове — части континента, которую Геродот называл Европой — были мусульманские правители почти до 16 века. Естественный контраст был не между исламом и западом, а между христианским миром и Дар аль-ислам года, каждый из которых считал друг друга неверными, определяемыми своим неверием.

Начиная с конца 14 века турки, создавшие Османскую империю, постепенно распространили свое правление на некоторые части Европы: Болгарию, Грецию, Балканы и Венгрию.Только в 1529 году, после поражения армии Сулеймана Великолепного в Вене, началось завоевание Восточной Европы. Это был медленный процесс. Только в 1699 году османы окончательно потеряли свои венгерские владения; Греция стала независимой только в начале 19 века, Болгария — позже.

Таким образом, у нас есть четкое представление о христианской Европе — христианском мире — определяющей себя через оппозицию. И все же перейти от «христианского мира» к «западной культуре» непросто.

Во-первых, образованные классы христианской Европы переняли многие свои идеи из языческих обществ, которые им предшествовали.В конце XII века Кретьен де Труа, родившийся в паре сотен километров к юго-западу от Парижа, прославлял эти более ранние корни: «Греция когда-то имела величайшую репутацию рыцарства и образованности», — писал он. «Затем рыцарство перешло в Рим, а также все знания, которые теперь пришли во Францию».

Идея о том, что лучшая культура Греции была передана через Рим в Западную Европу, в средние века постепенно стала обычным явлением. На самом деле у этого процесса было название.Это называлось « translatio studii »: передача обучения. И это была удивительно настойчивая идея. Более шести веков спустя великий немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель сказал ученикам средней школы, которой он руководил в Нюрнберге: «Основой высшего образования должна быть и оставаться в первую очередь греческая литература, а во вторую — римская. ”

Итак, с позднего средневековья до наших дней люди считали лучшее в культуре Греции и Рима наследием цивилизации, передаваемым как драгоценный золотой самородок, выкопанным из земли греками, переданным, когда Римская империя покорила их, до Рима.Разделенные между фламандским и флорентийским дворами и Венецианской республикой в ​​эпоху Возрождения, его фрагменты прошли через такие города, как Авиньон, Париж, Амстердам, Веймар, Эдинбург и Лондон, и, наконец, воссоединились — собраны вместе, как осколки греческой урны — в академиях Европы и США.


Есть много способов приукрасить историю о золотом самородке. Но все они сталкиваются с исторической трудностью; если, то есть, вы хотите сделать золотой самородок ядром цивилизации, противостоящей исламу.Потому что классическая наследственность, которую он определяет, была разделена с мусульманским образованием. В Багдаде времен Аббасидского халифата IX века в дворцовой библиотеке были представлены произведения Платона и Аристотеля, Пифагора и Евклида, переведенные на арабский язык. В века, которые Петрарка называл средневековьем, когда христианская Европа мало способствовала изучению греческой классической философии и многие тексты были утеряны, эти труды сохранялись мусульманскими учеными. Большая часть нашего современного понимания классической философии у древних греков у нас есть только потому, что эти тексты были восстановлены европейскими учеными в эпоху Возрождения у арабов.

В представлении христианского летописца, как мы видели, битва при Туре столкнула европейцев против ислама; но мусульмане Аль-Андалуса, какими бы воинственными они ни были, не думали, что борьба за территорию означает, что вы не можете делиться идеями. К концу первого тысячелетия города Кордовского халифата были отмечены сожительством евреев, христиан и мусульман, берберов, вестготов, славян и бесчисленного множества других.

При дворе Карла Великого не было признанных раввинов или мусульманских ученых; в городах Аль-Андалуса были епископы и синагоги.Ракемондо, католический епископ Эльвиры, был послом Кордовы при дворах Византийской и Священной Римской империй. Хасдай ибн Шапрут, лидер еврейской общины Кордовы в середине 10 века, был не только великим ученым-медиком, он был председателем медицинского совета халифа; и когда император Константин в Византии послал халифу копию книги Диоскорида De Materia Medica, он принял предложение Ибн Шапрута перевести ее на арабский язык, и Кордова стала одним из крупнейших центров медицинских знаний в Европе.Перевод на латынь произведений Ибн Рушда, родившегося в Кордове в XII веке, положил начало европейскому переоткрытию Аристотеля. Он был известен на латыни как Аверроэс , или чаще просто «Комментатор», из-за его комментариев к Аристотелю. Таким образом, классические традиции, призванные отличить западную цивилизацию от наследников халифатов, на самом деле являются точкой родства с ними.

Термин «западная культура» на удивление современен — ​​определенно более поздний, чем фонограф.

Но история золотого самородка неизбежно столкнется с трудностями.Он представляет западную культуру как выражение сущности — чего-то, — что передавалось из рук в руки на его историческом пути. Подводные камни такого эссенциализма очевидны во многих случаях. Обсуждаете ли вы религию, национальность, расу или культуру, люди полагали, что идентичность, сохраняющаяся во времени и пространстве, должна продвигаться какой-то могущественной общей сущностью. Но это просто ошибка. Какой была Англия во времена Чосера, отца английской литературы, который умер более 600 лет назад? Возьмите все, что, по вашему мнению, было отличительным от него, какое бы сочетание обычаев, идей и материальных вещей делало Англию тогда типично английской.Что бы вы ни выбрали для обозначения англичанья сейчас, это не будет , а . Скорее, с течением времени каждое поколение наследует ярлык от более раннего; и в каждом поколении лейбл остается наследником. Но по мере того, как наследство теряется или обменивается на другие сокровища, лейбл продолжает двигаться вперед. И поэтому, когда некоторые из представителей одного поколения переезжают с территории, с которой когда-то была привязана английская идентичность — например, переезжают в New England — лейбл может даже выходить за пределы этой территории.Короче говоря, идентичности можно удерживать вместе с помощью повествований, без сущностей. Вы не должны называться «англичанином», потому что этот ярлык следует сущности; Вы англичанин, потому что наши правила определяют, что вы имеете право на получение ярлыка из-за того, что каким-то образом связаны с местом под названием Англия.

Итак, как люди из Северной Атлантики и некоторые из их родственников по всему миру подключились к царству, которое мы называем западом, и приобрели идентичность как участники чего-то, что называется западной культурой?

В карикатуре Джеймса Гилрея 1805 года «Пудинг в опасности» изображены премьер-министр Уильям Питт и Наполеон Бонапарт, разделившие мир. Фотография: Rischgitz / Getty Images

Это поможет понять, что термин «западная культура» на удивление современен конечно, чем фонограф.Тайлор никогда об этом не говорил. И действительно, у него не было причин для этого, поскольку он глубоко осознавал внутреннее культурное разнообразие даже своей собственной страны. В 1871 году он сообщил о свидетельствах колдовства в сельской местности Сомерсета. Порыв ветра в пабе вынес из трубы несколько зажаренных булавками луковиц. «На одном, — писал Тайлор, — было имя моего брата-магистрата, которого волшебник, хозяин пивной, питал особую ненависть … и от которого он, по-видимому, намеревался избавиться, нанеся удар и жарят лук, представляющий его.- Действительно, первобытная культура.

Таким образом, сама идея «запада», чтобы назвать наследие и объект исследования, на самом деле не возникла до 1890-х годов, во время жаркой эпохи империализма, и получает более широкое распространение только в 20-м веке. Когда примерно во время Первой мировой войны Освальд Шпенглер написал влиятельную книгу, переведенную как «Закат Запада» — книгу, которая познакомила многих читателей с этой концепцией, — он высмеивал идею о том, что между западной культурой и классической культурой существует преемственность. Мир.Во время визита на Балканы в конце 1930-х годов писательница и журналист Ребекка Уэст рассказала посетителю, что «это неприятно недавний удар, который сокрушил бы всю нашу западную культуру». Рассматриваемый «недавний удар» — это осада Вены турками в 1683 году.

Откровенно говоря: если бы западная культура была реальной, мы бы не тратили так много времени на ее обсуждение

Если бы понятие христианского мира было артефактом Из-за продолжительной военной борьбы против мусульманских сил наша современная концепция западной культуры в значительной степени приняла свою нынешнюю форму во время холодной войны.В холоде битвы мы создали грандиозное повествование об афинской демократии, Великой хартии вольностей, революции Коперника и так далее. Платон в НАТО. Западная культура по своей сути была индивидуалистической, демократической, свободомыслящей, терпимой, прогрессивной, рациональной и научной. Неважно, что досовременная Европа не имела ничего из этого, и что до прошлого века демократия была исключением в Европе — то, о чем немногие приверженцы западной мысли могли сказать что-нибудь хорошее. Идея о том, что толерантность является неотъемлемой частью чего-то, что называется западной культурой, удивила бы Эдварда Бернетта Тайлора, которому, как квакеру, запретили посещать великие университеты Англии.Откровенно говоря: если бы западная культура была реальной, мы бы не тратили так много времени на ее обсуждение.

Конечно, как только западная культура могла быть термином похвалы, она должна была стать и термином порицания. Критики западной культуры, создавая фотонегатив, подчеркивающий рабство, порабощение, расизм, милитаризм и геноцид, были привержены тому же эссенциализму, даже если они видели самородок не золота, а мышьяка.

Разговорам о «западной культуре» пришлось преодолеть большее неправдоподобие.В основе идентичности лежат всевозможные возвышенные интеллектуальные и художественные достижения — философия, литература, искусство, музыка; то, что ценил Арнольд и изучали гуманисты. Но если западная культура и существовала в Труа в конце XII века, когда был жив Кретьен, она имела мало общего с жизнью большинства его сограждан, которые не знали латыни или греческого языка и никогда не слышали о Платоне. Сегодня классическое наследие не играет большей роли в повседневной жизни большинства американцев и британцев.Сдерживают ли нас эти арнольдианские достижения? Конечно, нет. Что нас объединяет, безусловно, так это широкое чувство культуры Тайлора: наши обычаи в одежде и приветствии, привычки поведения, которые формируют отношения между мужчинами и женщинами, родителями и детьми, полицейскими и гражданскими лицами, продавцами и потребителями. Такие интеллектуалы, как я, склонны полагать, что то, о чем мы заботимся, является самым важным. Я не говорю, что они не имеют значения. Но они имеют меньшее значение, чем предполагает история о золотом самородке.

Итак, как мы преодолели пропасть здесь? Как нам удалось сказать себе, что мы полноправные наследники Платона, Аквинского и Канта, когда суть нашего существования — это скорее Бейонсе и Бургер Кинг? Что ж, объединив тилорианскую и арнольдскую картины, царство обыденного и царство идеала. И ключом к этому было то, что уже присутствовало в работах Тайлора. Вспомните его знаменитое определение: все началось с культуры как «этого сложного целого». То, что вы слышите, мы можем назвать органицизмом .Видение культуры не как рыхлого скопления разрозненных фрагментов, а как органического единства, в котором каждый компонент, как и органы в теле, тщательно приспособлен для того, чтобы занимать определенное место, причем каждая часть важна для функционирования целого. Конкурс песни «Евровидение», вырезки Матисса, диалоги Платона — все это части большого целого. Таким образом, каждый из них является фондом вашей культурной библиотеки, так сказать, даже если вы никогда лично не проверяли его. Даже если это не ваше варенье, это все равно ваше наследие и достояние.Организм объяснил, как наши повседневные «я» могут быть посыпаны золотом.

Когда-то британцы меняли свою рыбу с жареным картофелем на курицу тикка масала, теперь, как я понимаю, у них у всех нахальный Nando’s

Теперь в нашей культурной жизни есть органические целые: музыка, слова, декорации … дизайн, танец оперы подходят друг другу и предназначены для того, чтобы соответствовать друг другу. Словом, изобретенным Вагнером, это Gesamtkunstwerk , настоящее произведение искусства. Но не существует одного большого целого, называемого культурой, которое органично объединяет все эти части.Испания, находящаяся в центре «запада», сопротивлялась либеральной демократии в течение двух поколений после того, как она взорвалась в Индии и Японии на «востоке», колыбели восточного деспотизма. Культурное наследие Джефферсона — афинская свобода, англосаксонская свобода — не спасло Соединенные Штаты от создания рабовладельческой республики. В то же время Франц Кафка и Майлз Дэвис могут жить вместе так же легко, а может быть, даже легче, чем Кафка и его собрат, австро-венгр Иоганн Штраус. Вы найдете хип-хоп на улицах Токио.То же самое и с кухней: когда-то британцы меняли рыбу с жареным картофелем на курицу тикка масала, а теперь, как я понимаю, у них всех есть дерзкий Nando’s.

Как только мы откажемся от органицизма, мы сможем перейти к более космополитической картине, в которой каждый элемент культуры, от философии или кухни до стиля телесных движений, принципиально отделен от всех остальных — вы действительно можете ходить и говорить как человек. Афроамериканец и думает с Мэтью Арнольдом и Иммануилом Кантом, а также с Мартином Лютером Кингом и Майлзом Дэвисом.Никакая мусульманская сущность не мешает жителям Дар аль-Ислам принимать что-либо от западной цивилизации, включая христианство или демократию. Никакая западная сущность не может помешать жителю Нью-Йорка любого происхождения принять ислам.

В рассказах, которые мы рассказываем, которые связывают Платона, Аристотеля, Цицерона или святого Августина с современной культурой в североатлантическом мире, конечно, есть доля правды. У нас есть застенчивые традиции исследования и аргументации. Заблуждение состоит в том, чтобы думать, что достаточно иметь доступ к этим значениям, как если бы они были треками в плейлисте Spotify, который мы никогда не слушали.Если эти мыслители являются частью нашей арнольдийской культуры, нет никакой гарантии, что лучшее в них будет продолжать что-то значить для детей тех, кто сейчас оглядывается на них, равно как и центральное место Аристотеля для мусульманской мысли на протяжении сотен лет. лет гарантирует ему важное место в современной мусульманской культуре.

Ценности — не по праву рождения: о них нужно заботиться. Жизнь на западе, как бы вы это ни определяли, будучи западной, не дает никаких гарантий, что вы будете заботиться о западной цивилизации.Ценности, которых любят придерживаться европейские гуманисты, так же легко принадлежат африканцу или азиату, который принимает их с энтузиазмом, как и европейцу. По этой самой логике, конечно, они не принадлежат к европейцу, который не потрудился понять и усвоить их. То же, конечно, верно и в другом направлении. История с золотым самородком говорит о том, что мы не можем не заботиться о традициях «запада», потому что они наши: на самом деле, все наоборот. Они принадлежат нам только в том случае, если мы о них заботимся.Культура свободы, терпимости и рационального исследования: это было бы хорошей идеей. Но эти ценности представляют собой выбор, который необходимо сделать, а не пути, проложенные западной судьбой.

В год смерти Эдварда Бернетта Тайлора то, что нас учили называть западной цивилизацией, вступило в смертельный бой сам с собой: союзники и Великие Центральные державы бросали тела друг в друга, отправляя молодых людей на смерть, чтобы убить «Защищать цивилизацию». Пропитанные кровью поля и отравленные газом окопы потрясли бы надежды эволюционистов и прогрессистов Тайлора и подтвердили бы худшие опасения Арнольда относительно того, что на самом деле означает цивилизация.Арнольд и Тайлор согласились бы, по крайней мере, в этом: культура — это не ящик, который нужно проверять на вопроснике человечества; это процесс, к которому вы присоединяетесь, это жизнь, прожитая с другими.

Культура — как религия, нация и раса — обеспечивает источник идентичности для современных людей. И, как и все три, это может стать формой ограничения, когда концептуальные ошибки подпишут моральные. Но все они также могут очертить нашу свободу. Социальная идентичность связывает малые масштабы, в которых мы живем вместе с нашими родными и близкими, с более крупными движениями, причинами и проблемами.Они могут сделать мир понятнее, живее и актуальнее. Они могут расширить наши горизонты и охватить сообщества более крупные, чем те, в которых мы живем лично. Но и наша жизнь должна иметь смысл в самом большом из всех масштабов. Мы живем в эпоху, когда наши действия, как в сфере идеологии, так и в сфере технологий, имеют все более глобальные последствия. Когда дело доходит до компаса нашей заботы и сострадания, человечество в целом не является слишком широким горизонтом.

Мы живем с семью миллиардами людей на маленькой теплой планете.Космополитический импульс, который исходит из нашей общей человечности, больше не является роскошью; это стало необходимостью. И, описывая это кредо, я могу опираться на частое присутствие на курсах западной цивилизации, потому что я не думаю, что смогу улучшить формулировку драматурга Теренция: бывший раб из римской Африки, латинский переводчик греческих комедий, писатель из классической Европы, называвший себя Теренс Африканский. Однажды он написал: « Homo sum, humani nihil a me alienum puto .«Я человек, я не думаю, что ничто человеческое мне чуждо». Теперь есть личность, за которую стоит держаться.

Это отредактированная версия лекции Кваме Энтони Аппиа на BBC Reith «Культура», четвертой части серии « Mistaken Identities », которая доступна на веб-сайте Radio 4

Следите за подробным прочтением в Twitter: @gdnlongread , или подпишитесь на длинную еженедельную электронную почту здесь .