Вебер социология – § 7. Макс Вебер, его «понимающая социология» и теория социального действия

Социология по Веберу | Социология

Социология по Веберу — наука, которая занимается социальны­ми действиями, толкуя и понимая эти действия через объяснения. Социальные действия — это предмет изучения. Толкование, пони­мание — метод, благодаря которому причинно объясняются явле­ния. Тем самым понимание является средством объяснения.

Среди социологов, в чьих теоретических построениях пробле­ма социального конфликта занимает доминирующее положение при объяснении социальных процессов и изменений, (Вебер входит в их число), приняты следующие постулаты:

1. Каждое общество изменяется в каждой своей точке, соци­альные изменения — вездесущи.

2. Каждое общество в каждой своей точке пронизано рассогла­сованием и конфликтом, социальный конфликт — вездесущ.

3. Каждый элемент в обществе вносит свой вклад в его дезин­теграцию и изменение.

4. Каждое общество основано на том, что одни члены общества принуждают к подчинению других.

Проблематика конфликта пронизывает все три главные направ­ления творчества Макса Вебера — социологию религии, социоло­гию политики и социологию экономической жизни, непосредствен­но связанные между собой…

Наиболее очевидным образом проблематика конфликта, прояв­ляется в социологии политики, особенно в связи с анализом трех идеально-типических форм господства — подчинения или форм осуществления власти: традиционной, харизматической и рацио­нальной. При анализе властных отношений для Вебера основное значение имеют не столько акции насилия, сколько сами механиз­мы согласия с властными полномочиями. По его мнению, страх за жизнь и имущество являются не единственными основаниями при­нятия власти. В различных политических системах проявляются различные сочетания материальных и идейных интересов, побужда­ющие людей к согласию с властями или, наоборот, к протесту против них. По мере исторического развития цивилизации вырабатываются все более сложные формы взаимоотношений индивидумов и власти, общественных структур и политических институтов.

Подробно все это расписано в учении Вебера о типах легитим­ного господства, то есть такого господства, которое признается

управляемыми индивидами. Как писал Вебер, — «господство озна­чает шанс встретить повиновение определенному приказу». Кро­ме этого, господство предполагает взаимные ожидания того, кто приказывает и того, кто повинуется этому приказу, ожидая, что приказ будет иметь тот характер, который им воспринимается. В соответствии со своей методологией, Вебер дает анализ легитим­ных типов господства, причем начиная его с рассмотрения возмож­ных типических типов уступчивости. Вебер выделяет три разно­видности подчинения, ставя им в соответствие три типа подчине­ния.

Первый тип легитимности господства Вебер обозначает как традиционный. Этот тип обусловлен нравами, привычкой к опре­деленному поведению. В этом отношении традиционное господ­ство основано на вере не только в законность, но даже в священ­ность издревле существующих порядков и властей.

Чистейшим тиром такого господства является, по Веберу, пат­риархальное государство. Это общество, которое предшествовало современному буржуазному обществу. Тип традиционного господ­ства по своей структуре сходен со структурой семьи. Именно это обстоятельство делает особенно прочным и устойчивым этот тип легитимности.

Штаб правления здесь состоит из лично зависимых от господи­на домашних чиновников, родственников, личных друзей или вас­салов. В отличии от других видов господства, именно личная вер­ность служит здесь основанием для назначения на должность, а также для продвижения по иерархической лестнице. Для традици­онного господства характерно отсутствие формального права и, соответственно, отсутствие требования действовать «невзирая на лица»; характер отношений в любой сфере сугубо личный.

Различие между рациональным способом управления (и рацио­нальным типом государства) и способом управления в традицион­ном обществе Вебер показывает путем сравнения современного западного чиновника с китайским мандарином.

Мандарин, в отличие от управленца бюрократической «маши­ны», совершенно неподготовленный к делам управления человек. Такой человек не управляет самостоятельно — все дела находятся в руках канцелярских служащих. Мандарин — это прежде всего об-

разованный человек, хороший каллиграф, пишущий стихи, знаю­щий всю литературу Китая за тысячу лет и умеющий ее толковать. В то же время он не придает никакого значения политическим обя­занностям. Государство с подобными чиновниками, как отмечает Вебер, представляет собой нечто совершенно отличное от запад­ного государства. В этом государстве все основывается на религи­озно-магической вере в то, что совершенства их литературного образования вполне достаточно для того, чтобы все держать в по­рядке.

Вторым типом господства является, по Веберу, харизматичес­кое господство. Понятие харизмы играет в веберовской политичес­кой социологии важную роль. Харизма, в соответствии с этимоло­гическим значением этого слова, есть некая экстраординарная спо­собность, некоторое качество индивида, выделяющее его среди остальных. Это качество не столько приобретенное, сколько даро­ванное человеку от природы богом, судьбой. К харизматическим качествам Вебер относит магические способности, пророческий дар, выдающуюся силу духа и слова. Харизмой, по Веберу, обла­дают герои, полководцы, маги, пророки и провидцы, выдающиеся политики, основатели мировых религий и другие типы (например: Будда, Христос, Магомет, Солон, Ликург, Цезарь, Сципион Афри­канский и т. д.)

Харизматический тип легитимного господства представляет собой прямую противоположность традиционному. Если традици­онный тип господства держится приверженностью к обычному, раз и навсегда заведенному, то харизматический, напротив, опирается на нечто необычное, никогда ранее не признававшееся. Основной базой харизматического господства является аффективный тип социального действия. Вебер рассматривает харизму как великую революционную силу в традиционном типе общества, способную внести изменения в лишенную динамизма структуру этих обществ. Однако следует отметить, что при всем различии и даже противо­положности традиционного и харизматического типов господства между ними есть и нечто общее, а именно: тот и другой опираются на личные отношения между господином и подчиненным. В этом отношении оба этих типа противостоят формально-рационально­му господству как безличному.

Источником личной преданности харизматическому государю является не традиция и не признание его формального права, а прежде всего, эмоционально окрашенная вера в его харизму и пре­данность этой харизме. Поэтому, как подчеркивал Вебер, харизма­тический вождь должен заботиться о сохранении своей харизмы и постоянно доказывать ее присутствие. Штаб управления при та­ком типе господства формируется на основе личной преданности вождю. Ясно, что рациональное понятие компетентности, также как и сословно-традиционное понятие привилегии, здесь отсутству­ет. Другой момент, как от формально-рационального, так и от тра­диционного типа господства, харизматический отличается тем, что здесь нет установленных (рационально или по традиции) правил и решения по всем вопросам выносятся иррационально, на основе «откровения», интуиции или личного примера.

Понятно, что харизматический принцип легитимности, в отли­чие от формально-рационального, авторитарен. По существу, авто­ритет харизматического лидера базируется на его силе — только не грубой, физической, а на силе его внутреннего дара. Вебер, вер­ный своим познавательным принципам, рассматривает харизму совершенно безотносительно к содержанию того, что возвещает, за что выступает, что несет с собой харизматический лидер, то есть он подчеркнуто безразличен к ценностям, вносимым в мир хариз­матической личностью.

Третий тип господства Вебер называет легальным. Здесь в ка­честве мотива уступчивости рассматриваются соображения инте­реса, т.е. целерационального действия. К такому типу, по его мне­нию, относятся современные ему европейские государства: Анг­лия, Франция и США. В таких государствах подчиняются не лич­ности, а четко установленным законам, которым подчиняются и управляемые и управляющие. Аппарат управления («штаб») состо­ит из специально образованных чиновников, которым вменяется в обязанность действовать невзирая на лица, т.е. по строго формали­зованным регламентам и рациональным правилам. Первое начало — принцип, лежащий в основе легального господства. Именно этот принцип оказался, согласно Веберу, одной их необходимых пред­посылок развития современного капитализма как системы формаль­ной рациональности.

Самым чистым типом легального господства Вебер считал бю­рократию. Правда, он тут же оговаривается, что никакое государ­ство не может быть полностью бюрократичным, поскольку на вер­шине лестницы стоят либо наследуемые монархи, либо избранные народом президенты, либо лидеры, избранные парламентской ари­стократией. Но повседневная непрерывная работа при этом ведет­ся силами специалистов-чиновников, т. е. машиной управления.

Этот тип господства наиболее соответствует формально-рацио­нальной структуре экономики. Правление бюрократии — это гос­подство посредством знания, и в этом заключается его специфи­ческий характер.

Важно отметить, что описанный Вебером «идеальный тип фор­мально-рационального управления», конечно же, имел и не имеет полного эмпирического осуществления ни в одном из индустри­альных государств. Собственно Вебер имел ввиду «машину управ­ления», машину в самом буквальном смысле слова, но машину че­ловеческую, у которой нет никакого другого интереса, кроме инте­реса дела. Однако, подобно всякой машине, машина управления нуждается в надежной программе. Сама же она подобной програм­мы не имеет, будучи структурой формально-рациональной. Поэто­му программу может задать ей только политический лидер, ставя­щий перед собой определенные цели, т.е. другими словами, ставя­щий формальный механизм управления на службу определенным политическим целям. Формулируя идеально-типические черты бюрократии: законопослушность, беспристрастное отношение к тем, кто обращается в учреждение, рационализм и т.д., Вебер пре­красно понимал, что эти качества чиновника могут формулировать­ся в качестве общих принципов и требований, но они являются реальными свойствами лиц, занимающих соответствующие долж­ности. Конфликт между нормативными предписаниями и реаль­ной психологией был для него частью социальной реальности, сте­пень и форма этого конфликта подлежали эмпирическому иссле­дованию.

Для современного западного общества, по Веберу, наиболее адекватны рациональная система права, согласие с властями, ос­нованное на законе, наличие конституционных основ правопоряд­ка и развитого гражданского самосознания, что не исключает глубокого политического конфликта между классами и статусными груп­пами, составляющими данное общество.

Легальное господство, по Веберу, имеет более слабую легити­мирующую силу, чем традиционное и харизматическое. Возника­ет законный вопрос: на каком основании делается такой вывод? Чтобы ответить на него, следует еще раз обратить внимание на то, что представляет собой легальный тип господства. Как уже отме­чалось, Вебер за основу легального господства берет целерацио-нальное действие. В чистом виде легальное господство не имеет ценностного фундамента, не случайно этот тип господства осуще­ствляется формально — рационально, где «бюрократическая маши­на» должна служить исключительно интересам дела.

Важно отметить и то, что отношения господства в «рациональ­ном» государстве рассматриваются Вебером по аналогии с отно­шениями в сфере частного предпринимательства. Целерациональ-ное действие имеет в качестве своей модели действие экономичес­кое. Экономика — это та «клеточка», в которой и существует ле­гальный тип господства. Именно экономика более всего поддается рационализации. Она освобождает рынок от сословных ограниче­ний, от сращивания с нравами и обычаями, превращая все каче­ственные характеристики в количественные, то есть расчищая путь для развития сугубо рационального капиталистического хозяйства.

Реальность, в веберовском понимании, это формальная, фун­кциональная реальность, то есть свободная от всяких ценност­ных моментов. Это и есть легальное господство. Но именно по­тому, что формальная рациональность в себе самой своей цели не несет и всегда определяется через что-то другое, легальное господство не имеет достаточно сильной легитимности и долж­но быть подкреплено чем-то другим — традицией или харизмой. На политическом языке это будет звучать таким образом: парла­ментская демократия, признаваемая классическим либерализмом единственно правомерно законодательным (легитимирующим) органом, не имеет в себе достаточной легитимирующей силы в глазах масс. А потому она должна быть дополнена или наследо­ванным монархом (чьи права ограничены парламентом), или плебисцитарным путем избранным политическим лидером. Как видим, в первом случае легитимность легального господства усиливается с помощью апелляции к традиции, во втором — с по­мощью апелляции к харизме.

Не меньшую роль проблематика конфликта играла и веберовс-кой социологии и религии. Здесь конфликт касался не вопросов распределения и перераспределения властных полномочий, а преж­де всего мировоззренческих, ценностных установок в обществе. В своих исследованиях религиозных систем древнего Китая, Индии, Израиля, Вебер основное внимание обратил на проблему соотно­шения религиозных верований и статусных, властных привилегий (как положительного, так и отрицательного характера) групп, со­ставляющих общество. В каких отношениях находились институ­ты власти и религии. Помимо анализа самих групп, Вебер зани­мался анализом деятельности лидеров соответствующих мировых религий. Различное влияние этого центра — степень его принятия, поддержки или противодействия ему со стороны властных инсти­тутов — не могут быть выведены из структуры общества. Это влия­ние можно объяснить взаимодействием двух обстоятельств:

1. Оно есть результат реакции на материальные и идеологичес­кие интересы вполне определенных социальных групп;

2. Оно также является результатом творческого взаимодействия религиозного вдохновения и харизматической личности, действу­ющих как «независимые переменные»;

С точки зрения Вебера, мировоззренческие установки мировых религий созданы вполне определенными социальными группами, занимавшими четко обозначенное социальное положение и обла­давшими соответствующим статусом в обществе. Это — конфуци­анские ученые, индусские брахманы, еврейские левиты и проро­ки, христианские святые и подвижники. Каждая из этих групп имела свой «стиль жизни» и утверждала свой набор религиозных убеж­дений. Особое внимание Вебера привлекал вопрос о том, каким образом взгляды нескольких человек, одаренных харизматическим вдохновением, превращается в начале в «стиль жизни» некоторой статусной группы, а затем, в итоге, в основную направленность развития всей цивилизации. Именно отсюда проистекали основ­ные вопросы, изучением которых Вебер занимался, сравнивая раз­личные цивилизации в момент их становления, когда возникали соответствующие религиозные течения.

По мнению выдающегося исследователя творчества Макса Вебе-ра Р. Бендикса, исходная позиция философа состояла в том, что вся­кое общество можно понять как состоящее из позитивно и негатив­но привилегированных статусных групп, озабоченных, прежде все­го тем, чтобы сохранить в неизменности или упрочнить влияние ныне сложившегося «стиля жизни» путем установления социальной дис­танции и исключительности, с одной стороны, и монополизации эко­номических возможностей — с другой. Чтобы разобраться в стабиль­ности и динамике какого-либо общества, мы должны попытаться понять усилия этих групп в их соотношении с идеями и ценностями, распространенными в обществе. Мы можем выбрать и другой путь исследования: найти для каждой данной идеи или ценностей те ста­тусные группы, материальный или идейный образ жизни которых упрочняется благодаря этим идеям или ценностям. Поиск мотива -кому это выгодно?

Итак, Вебер подходит к изучению религиозных идей с точки зрения их отношения к общественным действиям, и прежде всего с точки зрения изучения тех социальных процессов, благодаря ко­торым прозрение и вдохновение нескольких становится убежде­нием множества людей. Он полагает, что каждая социальная груп­па характеризуется склонностью к идеям определенного направ­ления, соответствующему их образу жизни. Например: крестьяне склонны к поклонению природе и стихийной магии, христианское благочестие — типично для городской буржуазной культуры, воен­ная аристократия, равно как и другие находящиеся у власти груп­пы, обладает специфическим чувством чести, несовместимым с идеализацией христианского смирения и т. д.

Общее допущение этих направлений исследовательской деятель­ности состоит в том, что общество представляется как совокупность статусных групп, идеи и интересы которых в какой-то области сходят­ся, а в какой-то различны. При этом расхождение идей и интересов является реакцией на расхождение статусных групп, а пересечение или совпадение их идей и интересов можно объяснить в результате изучения прошлых конфликтов и способов их разрешения, воплотив­шихся в сложившихся формах господства и согласия.

Понимания общества как некоего баланса противостоящих сил дает ключ к пониманию того, почему Вебер отказывается от попы­ток рассматривать социальные структуры в качестве чего-то цело­го. Социология, с его точки зрения это изучение сознательного, доступного понимания, поведения индивидуумов в обществе, а такие коллективные образования, как государство, нация, семья не «действуют», не «поддерживают себя», не «функционируют» — это другая модель. Между индивидуумами существует важная связь, которая может способствовать стабилизации общества. Действие каждого человека ориентировано на действия других людей, и сами люди придают специфическую ценность тем коллективным обра­зованиям, в которых они участвуют. Но это не значит, что эти обра­зования существуют в виде некоторых ценностей высшего поряд­ка. С точки зрения Вебера общество — это арена борющихся между собой статусных групп, каждая из которых имеет свои собствен­ные экономические интересы, амбиции, свое понимание мира и других людей. Он использует этот подход при анализе земельной аристократии, развивающейся буржуазии, бюрократии и рабочего класса в имперской Германии тот же подход используется и в срав­нительных исследованиях религии. Успех каждой из мировых ре­лигий, по его мнению, явился результатом длительной борьбы. Каждая из лидирующих статусных групп, преследовавших свои материальные интересы и идеи во имя сохранения и утверждения исключительности и избранности их собственного «стиля жизни». Конфуцианские ученые должны были бороться с магией, мисти­кой таоизма и с буддистскими монахами; брахманы-индуисты с притязаниями кшатриев, с буддизмом и джайнизмом, равно как и с различными неортодоксальными направлениями внутри брахма­низма; иудейские пророки вели борьбу с огромным числом царс­ких пророков, оракулов и различными группами левитов. Внима­ние к постоянной борьбе между различными социальными груп­пами было сердцевиной веберовского мировоззрения. Он полнос­тью отдавал себе отчет в том, что определенные конфликты, в ос­нове которых лежит противостояние конечных ценностей, не мо­гут быть устранены никакой аргументацией или разъяснением по­зиций. Его исследования в области социологии религии эмпири­чески подтверждают эту точку зрения. Конфуцианство, брахманизм и иудейская религия — несовместимы друг с другом с позиции ми­ровосприятия. Человек, по его мнению, не может последовательно отстаивать сразу две из этих религиозных систем.

Но, с другой стороны, это отнюдь не означает, что общество характеризуется постоянной нестабильностью. В своих исследо­ваниях Китая и Индии Вебер показал, что статусные группы в лице конфуцианских ученых или брахманов становятся «носителями культуры». Это означает, что их образ жизни стабилизирует обще­ство. Как бы ни были условны какие-либо взгляды, если они полу­чают поддержку со стороны господствующей в обществе группы, то они принимаются как само собой разумеющаяся позиция, с ко­торой одобряются или не одобряются те или иные действия или высказывания.

Значительный вклад в развитие социологии внес Эмиль Дюрк-гейм (1858-1917 гг.) — классик «социологической школы», завое­вавший прочные позиции во французском обществоведении. Со­циология должна изучать, полагал он, социальную реальность, имеющую особые, только ей одной присущие качества. Элемента­ми социальной реальности являются социальные факты, совокуп­ность которых — общество. Эти факты и составляют предмет соци­ологии.

«Социальным фактом», по определению Дюркгейма, является всякий образ действия, четко определенный или нет, но способ­ный оказывать на индивида внешнее давление и имеющий в то же время свое собственное существование, независимое от него. При рождении индивид находит готовыми законы и обычаи, правила поведения, религиозные верования и обряды, язык, денежную сис­тему, функционирующие независимо от него. Эти образы мыслей, действий и чувствований существуют самостоятельно, объективно.

Следствием объективности социальных фактов является дру­гая их характеристика — оказываемое ими на индивидов давление, принуждение последних к определенному действию. Каждый че­ловек испытывает на себе социальное принуждение. Юридичес­кие и моральные правила, например, не могут быть нарушены без того, чтобы индивид не почувствовал всей тяжести всеобщего нео­добрения. Точно также обстоит дело с другими видами социальных фактов.

В концепции Дюркгейма социология занимает центральное мес­то среди общественных наук. Ее задача не только исследование со­циальных фактов. Социология вооружает все другие общественные науки методом и теорией.

При разделении труда в современном обществе Дюркгейм под­черкивал и выделял аспект солидарности. Разделение труда, со­гласно Дюркгейму, — это тот механизм, который в современном об­ществе, утратившем в значительной степени цементирующую силу общего, коллективного религиозного сознания, создает желаемую общественную связь, групповую солидарность, компенсирующую все недостатки, связанные с узкой специализацией. Понятие соли­дарность становится осью, вокруг которой строится весь анализ разделения труда, определение его функций.

Солидарность рассматривалась Дюркгеймом как высший мо­ральный принцип, высшая ценность, которая является универсаль­ной, признаваемой всеми членами общества. Поскольку потреб­ность в общественном порядке, гармонии, солидарности «всеми считается за моральную» — морально и само разделение труда.

Личность и общество, считал Дюркгейм, находятся в отноше­ниях взаимозависимости, каждая сторона заинтересована в разви­тии и процветании другой.

Он выступил в роли обличителя неизбежного морального зла, вытекающего из специализации и дифференциации производства.

По мнению Дюркгейма, превращение человека в придаток ма­шины невозможно смягчить или сгладить предоставлением рабо­чим общего образования, развитием у них интереса к искусству, литературе, потому что приобщение к культуре делает еще более нетерпимым узкие границы специализации.

Как же устранить противоречие между разделением труда, уве­личивающейся специализацией функций работающего и потреб­ностями развития его личности? Разделение труда, согласно Дюр-кгейму, само по себе не влечет отрицательных последствий. Они возникают только при исклюсительных и ненормальных услови­ях. Важным условием солидарной, согласованной деятельности работающих является соответствие выполняемых ими функций их способностям и наклонностям.

Дюркгейм вместе с тем настаивал на том, что дифференциация общества покоится не на социальных привилегиях, а на тех пре­имуществах, которые обусловливаются индивидуальными способ­ностями каждого.

Таким образом, равенство, справедливость и свобода в пред­ставлении Дюркгейма — основы общественного усройства высше­го типа организации, к которому приблизилось современное про­мышленное общество.

Социологическая система Вильфредо Паретто (1848-1923), по замыслу, должна была положить конец метафизическими спекуля­тивным рассуждениям об обществе, занимавшим доминирующее положение в социально-политической мысли Х1Х века. Парето стре­мился разработать такие принципы построения социологического знания, которые обеспечили бы его достоверность, надежность и обоснованность. Поддерживая в целом концепцию общественной науки, созданную основоположниками позитивизма — Контом, Миллем и Спенсером, Парето справедливо критиковал их за не­последовательность в проведении принципа эмпирической обосно­ванности знания.

Метод, при помощи которого итальянский социолог намеревался открыть всеобщие принципы устройства, функционирования и из­менения обществ, он назвал логико-экспериментальным. Стремясь сделать социологию такой же точной наукой, как физика, химия и астрономия, он предлагал пользоваться только эмпирически обо­снованными описательными суждениями, строго соблюдая логи­ческие правила при переходе от наблюдений к обобщениям. Эти­ческие и вообще ценностные элементы в теории, по мнению Паре-то, всегда ведут к искажению, фальсификации фактов и поэтому подлежат устранению.

Как и большинство позитивистов, Парето требовал отбросить понятия «абсолютный», «необходимый», поскольку они заключа­ют в себе априорное содержание — признак метафизики и теоло­гии.

Поняти е причинности, поскольку оно выражает отношение, ко­торое нельзя наблюдать, Парето подверг сомнению. Критикуя прин­цип монокаузальности, он сделал вывод, что отношение причин­ности, должно быть заменено отношением взаимности или взаи-

модействия. Отрицая факт каузального приоритета какого-либо од­ного явления, он требовал заменить причинную связь функциональ­ной, причинное объяснение — функциональным. Поскольку каждое социальное явление — функция многих переменных, социальная тео­рия должна принимать во внимание все факторы, действующие в обществе, и устанавливать между ними отношения постоянных за­висимостей.

Значительный вклад в развитие социологии внес немецкий со­циолог Карл Маннгейм (1893-1947 г.г). Область его научных инте­ресов — социология.

На всех этапах своих исследований Маннгейм обращал особое внимание на изучение тех структур, в которых так или иначе при­сутствовали взаимосвязи мышления и общества. Понятия «струк­туры» и «взаимосвязи» являются главными и присутствуют во всех его сочинениях.

Маннгейм сконцентрировал внимание на том, что мышление есть деятельность, тесно связанная с деятельностью социальной и образующая структурную систему. Оно не является привилегиро­ванным видом деятельности, свободным от влияний обществен­ной жизни, а поэтому должно быть понято и объяснено внутри нее. Познание является «общим процессом групповой жизни», где каж­дый открывает свои знания в структуре общей деятельности.

Все идеи, согласно Маннгейму, даже «истины» относительны и соответственно подвержены влиянию социальной или исторической ситуации, из которой они возникают. Тот факт, что каждый мыслитель связан с определенной группой, что он имеет конкретный статус и исполняет конкретную роль, определяет его интеллектуальный кру­гозор. Люди не рассматривают события с абстрактных позиций вооб­ще, не делают этого как отдельно взятые личности. Напротив, они действуют объединяясь или противостоя друг другу, и пока они так поступают, они и мыслят одинаково или различно.

Все познание и все идеи «локализованы», хотя и в разной степе­ни, внутри социальной структуры или исторического процесса. Иногда определенная группа может иметь более полный доступ к пониманию социального явления, чем другие группы, но ни одна из них не может иметь абсолютного доступа к нему. Идеи имеют  корни в различных отрезках исторического времени и социальных структурах, поэтому мышление неизбежно является перспектив­ным, т. е. зависит от позиции, занимаемой наблюдателем. Два чело­века, следующие одним и тем же формально логическим прави­лам, могут судить об одном и том же событии очень различно.

Маннгейм утверждал, что мышление неизбежно носит идеоло­гический характер. Система мышления какой-либо группы не бу­дет содержать всю истину. Идеологии с различными перспектива­ми сосуществуют, причем каждая из них претендует на то, чтобы представлять всю истину, хотя фактически содержит только часть ее. Полная истина может быть найдена независимыми интеллиген­тами, не привязанными ни к какой отдельной позиции и настолько свободными, что они имеют возможность стать — в действительно­сти или в воображении — на любую позицию. Благодаря этому они достигают понимания всех идеологий со всех точек зрения и мо­гут обнаружить полную истину.

Маннгейм подчеркивал, что его вклад в социологию знания раз­деляется на две части: эмпирическое исследование реального «вли­яния социальных взаимоотношений на мышление» и теоретичес­кое исследование «влияния этих взаимоотношений на действитель­ность». Он помог открыть новую область социологического зна­ния, показывая на конкретных примерах, как глубоко мыслящие связаны с историческим и социокультурным контекстом, в кото­рый они включены.

Таким образом, в XIX в. и первой половине XX в. были заложе­ны основы социологии как особая наука об обществе, и определи­лись ее главные направления, оригинальные теоретические концеп­ции и методологические принципы, составившие специфику со­циологического подхода к изучению общества.

ibrain.kz

§ 7. Макс Вебер, его «понимающая социология» и теория социального действия

Одним
из самых влиятельных теоретиков
социологии, оставивших выдающийся след
в ее истории, является Макс Вебер
(1864-1920). Становление концепции исторической
социологии, к которой немецкий социолог
продвигался на протяжении всего своего
творческого пути, было обусловлено
довольно высоким уровнем развития
современной ему исторической науки,
накоплением ею большого количества
эмпирических данных о социальных
феноменах во многих обществах мира.
Именно пристальный интерес к анализу
этих данных помог Веберу определить
свою основную задачу – сочетать
общее и специфическое, выработать
методологию и понятийный аппарат, с
помощью которого можно было бы упорядочить
хаотический разброс социальных фактов.
Труды Вебера представляют собой
удивительный по широте охвата и смелости
обобщений сплав исторических изысканий
и социологической рефлексии.

Если
мысль Маркса можно считать освобождением
от эзотерически-идеалистической
философии и мелкобуржуазного провинциализма
небольших германских государств, что,
в значительной мере, сделало его всемирным
провозвестником социализма, то творчество
Макса Вебера интеллектуально и
эмоционально очень тесно связано с
новой, уже не раздробленной, а объединенной
канцлером Бисмарком Германией – молодом
и полном амбиций национальным государством.

С
полной ответственностью можно утверждать,
что развитие обществоведческой мысли
в ХХ веке шло под влиянием интеллектуального
наследия двух титанов науки: Карла
Маркса и Макса Вебера.

Известность
Веберу принесла работа «Протестантская
этика и дух капитализма» (1904).
Основное внимание Вебера в этой и других
работах по хозяйственной этике было
направлено на
изучение культурного значения
современного капитализма, т. е. его
интересовал капитализм не как экономическая
система или результат классовых интересов
буржуазии, а как повседневная практика,
как методически-рациональное поведение.

Единственным
в своем роде признаком современного
западного капитализма Вебер считал
рациональную организацию формально
свободного труда на предприятии.
Предпосылками этого стали: рациональное
право и рациональное управление, а также
интернационализация принципов
методически-рационального поведения
в рамках практического поведения людей.
Поэтому он понимал современный капитализм
как культуру, крепко укоренившуюся в
ценностных представлениях и мотивах
действий и во всей жизненной практике
людей его эпохи.

Важным
вкладом Вебера в социологии было введение
понятия «идеальный тип». «Идеальный
тип» представляет собой искусственно,
логически сконструированное понятие,
позволяющее выделить основные черты
исследуемого социального феномена
(например, идеально типическое военное
сражение должно включать в себя все
основные компоненты, присущие реальному
сражению, и т. п.).

Современная
американская социология сформировалась
в значительной степени благодаря
развитию веберовской концепции свободы
от ценностных суждений. Однако сам Вебер
не отрицал полностью значение оценок.
Он лишь считал, что процедура исследования
разделяется на три этапа. Ценности
должны фигурировать в начале и в конце
исследования. Процесс же сбора данных,
точное наблюдение, систематическое
сравнение данных должны быть беспристрастны.
Веберовское понятие «отнесение к
ценности» означает, что исследователь
производит отбор материала на основе
современной ему системы ценностей.

Основа
социологической теории Вебера – это
концепция социального действия. Он
отличал действие от чисто реактивного
поведения. Его интересовало действие,
включающее мыслительные процессы и
осуществляющее посредничество между
стимулом и реакцией: действие имеет
место в том случае, когда индивиды
субъективно осмысливают свои поступки.

В
трудах Вебера блестяще исследованы
феномены бюро­кратии и всеподавляющей
прогрессирующей бюрократизации
(«рационализации») общества. Важная
категория, введенная Вебером в научную
терминологию, – «рациональность».
Рационализация, по Веберу, это результат
воздействия нескольких феноменов,
несших в себе рациональное начало, а
именно — античной науки, особенно
математики, дополненной в эпоху
Возрождения экспериментом, экспериментальной
наукой, а затем и техникой. Здесь же
Вебер выделяет рациональное римское
право, которое получило на европейской
почве дальнейшее развитие, а также
рациональный способ ведения хозяйства,
возникший благодаря отделению рабочей
силы от средств производства. Фактором,
который позволил как бы синтезировать
все эти элементы, явился протестантизм,
создавший мировоззренческие предпосылки
для осуществления рационального способа
ведения хозяйства, поскольку экономический
успех был возведен протестантской
этикой в религиозное призвание.

Так
сложился современный индустриальный
тип общества, который отличается от
традиционных. А главное его отличие –
в том, что в традиционных обществах
отсутствовало господство
формально-рационального начала.
Формальная реальность – это то, что
исчерпывается количественными
характеристиками. Как показывает Вебер,
движение в направлении формальной
реальности – это движение самого
исторического процесса.

Наиболее
известным произведением М. Вебера
является «Хозяйство и общество» (1919).

М.
Вебер является основоположником
«понимающей» социологии и теории
социального действия, применивший ее
принципы к экономической истории,
исследованию политической власти,
религии, права. Главной идеей веберовской
социологии является обоснование
возможности максимально рационального
поведения, проявляющегося во всех сферах
человеческих взаимоотношений. Эта мысль
Вебера нашла свое дальнейшее развитие
в различных социологических школах
Запада, что вылилось в 70-е гг. в своеобразный
«веберовский ренессанс».

В
качестве необходимой предпосылки
социологии Вебер ставит не «целое»
(общество), а отдельного осмысленно
действующего индивида. Согласно Веберу,
общественные институты – право,
государство, религия и т. д. –
должны изучаться социологией в той
форме, в какой они становятся значимыми
для отдельных индивидов, в какой последние
реально ориентированы на них в своих
действиях. Он отрицал идею, что общество
первичнее составляющих его индивидов,
и «требовал» исходить в социологии из
действий отдельных людей. В этой связи
можно говорить о методологическом
индивидуализме Вебера.

Но
Вебер не остановился на крайнем
индивидуализме. Неотъемлемым моментом
социального действия он считает
«ориентацию действующего лица на другого
индивида или окружающих его других
индивидов». Без этого введения, т. е.
ориентации на другое действующего лицо
или социальные институты общества, его
бы теория осталась классической «моделью
робинзонады», где в действиях индивида
нет никакой «ориентации на другого». В
этой «ориентации на другого» получает
свое «признание» и «социально общее»,
в частности «государство», «право»,
«союз» и т. д. Отсюда «признание» –
«ориентация на другого» – становится
одним из центральных методологических
принципов социологии Вебера.

Социология,
по Веберу, является «понимающей»,
поскольку изучает поведение личности,
вкладывающей в свои действия определенный
смысл. Действия человека обретают
характер социального
действия,
если
в нем присутствуют два момента:
субъективная мотивация индивида и
ориентация на другого (других). Понимание
мотивации, «субъективно подразумеваемого
смысла» и отнесение его к поведению
других людей – необходимые моменты
собственно социологического исследования,
отмечал Вебер.

Предметом
социологии должно, по мнению Вебера,
стать не столько непосредственное
поведение, сколько его смысловой
результат. Ибо характер массового
движения в значительной мере определяется
смысловыми установками, которыми
руководствуются составляющие массу
индивиды.

Перечисляя
возможные виды социального действия,
Вебер указывает четыре: целерациональное;
ценностно-рациональное; аффективное;
традиционное.

1.
Целерациональное
действие
характеризуется ясным пониманием
деятелем того, чего он хочет добиться,
какие пути, средства для этого наиболее
пригодны. Деятель рассчитывает возможные
реакции окружающих, как и в какой мере
их можно использовать для своей цели и
т. д.

2.
Ценностно-рациональное
действие подчинено сознательной вере
в этическую, эстетическую, религиозную
или какую-либо другую, иначе понимаемую
безусловно собственную ценность
(самоценность) определенного поведения,
взятого просто как такое независимо от
успеха.

3.
Аффективное
действие
обусловлено чисто эмоциональным
состоянием, осуществляется в состоянии
аффекта.

4.
Традиционное
действие диктуется привычками, обычаями,
верованиями. Оно осуществляется на
основе глубоко усвоенных социальных
образцов поведения.

Как
отмечал Вебер, описанные четыре идеальных
типа не исчерпывают собой всего
многообразия видов ориентации
человеческого поведения. Однако их
можно считать самыми характерными.

Стержнем
веберовской «понимающей» социологии
является идея рациональности, нашедшая
свое конкретное и последовательное
выражение в современном ему капиталистическом
и, что очень важно, германском обществе
с его рациональным хозяйствованием
(рационализация труда, денежного
обращения и т. д.), рациональной
политической властью (рациональный тип
господства и рациональная бюрократия),
рациональной религией (протестантизм).

studfiles.net

§ 7. Макс Вебер, его «понимающая социология»

и
теория социального действия

Одним
из самых влиятельных теоретиков
социологии, оставивших выдающийся след
в ее истории, является Макс Вебер
(1864-1920). Становление концепции исторической
социологии, к которой немецкий социолог
продвигался на протяжении всего своего
творческого пути, было обусловлено
довольно высоким уровнем развития
современной ему исторической науки,
накоплением ею большого количества
эмпирических данных о социальных
феноменах во многих обществах мира.
Именно пристальный интерес к анализу
этих данных помог Веберу определить
свою основную задачу – сочетать
общее и специфическое, выработать
методологию и понятийный аппарат, с
помощью которого можно было бы упорядочить
хаотический разброс социальных фактов.
Труды Вебера представляют собой
удивительный по широте охвата и смелости
обобщений сплав исторических изысканий
и социологической рефлексии.

Если
мысль Маркса можно считать освобождением
от эзотерически-идеалисти-ческой
философии и мелкобуржуазного провинциализма
небольших германских государств, что,
в значительной мере, сделало его всемирным
провозвестником социализма, то творчество
Макса Вебера интеллектуально и
эмоционально очень тесно связано с
новой, уже не раздробленной, а объединенной
канцлером Бисмарком Германией – молодом
и полном амбиций национальным государством.

С
полной ответственностью можно утверждать,
что развитие обществоведческой мысли
в ХХ веке шло под влиянием интеллектуального
наследия двух титанов науки: Карла
Маркса и Макса Вебера.

Известность
Веберу принесла работа «Протестантская
этика и дух капитализма» (1904). Основное
внимание Вебера в этой и других работах
по хозяйственной этике было направлено
на изучение культурного значения
современного капитализма, т. е. его
интересовал капитализм не как экономическая
система или результат классовых интересов
буржуазии, а как повседневная практика,
как методически-рациональное поведение.

Единственным
в своем роде признаком современного
западного капитализма Вебер считал
рациональную организацию формально
свободного труда на предприятии.
Предпосылками этого стали: рациональное
право и рациональное управление, а также
интернационализация принципов
методически-рационального поведения
в рамках практического поведения людей.
Поэтому он понимал современный капитализм
как культуру, крепко укоренившуюся в
ценностных представлениях и мотивах
действий и во всей жизненной практике
людей его эпохи.

Важным
вкладом Вебера в социологии было введение
понятия «идеальный тип». «Идеальный
тип» представляет собой искусственно,
логически сконструированное понятие,
позволяющее выделить основные черты
исследуемого социального феномена
(например, идеально типическое военное
сражение должно включать в себя все
основные компоненты, присущие реальному
сражению, и т. п.).

Современная
американская социология сформировалась
в значительной степени благодаря
развитию веберовской концепции свободы
от ценностных суждений. Однако сам Вебер
не отрицал полностью значение оценок.
Он лишь считал, что процедура исследования
разделяется на три этапа. Ценности
должны фигурировать в начале и в конце
исследования. Процесс же сбора данных,
точное наблюдение, систематическое
сравнение данных должны быть беспристрастны.
Веберовское понятие «отнесение к
ценности» означает, что исследователь
производит отбор материала на основе
современной ему системы ценностей.

Основа
социологической теории Вебера – это
концепция социального действия. Он
отличал действие от чисто реактивного
поведения. Его интересовало действие,
включающее мыслительные процессы и
осуществляющее посредничество между
стимулом и реакцией: действие имеет
место в том случае, когда индивиды
субъективно осмысливают свои поступки.

В
трудах Вебера блестяще исследованы
феномены бюро­кратии и всеподавляющей
прогрессирующей бюрократизации
(«рационализации») общества. Важная
категория, введенная Вебером в научную
терминологию, – «рациональность».
Рационализация, по Веберу, это результат
воздействия нескольких феноменов,
несших в себе рациональное начало, а
именно — античной науки, особенно
математики, дополненной в эпоху
Возрождения экспериментом, экспериментальной
наукой, а затем и техникой. Здесь же
Вебер выделяет рациональное римское
право, которое получило на европейской
почве дальнейшее развитие, а также
рациональный способ ведения хозяйства,
возникший благодаря отделению рабочей
силы от средств производства. Фактором,
который позволил как бы синтезировать
все эти элементы, явился протестантизм,
создавший мировоззренческие предпосылки
для осуществления рационального способа
ведения хозяйства, поскольку экономический
успех был возведен протестантской
этикой в религиозное призвание.

Так
сложился современный индустриальный
тип общества, который отличается от
традиционных. А главное его отличие –
в том, что в традиционных обществах
отсутствовало господство
формально-рационального начала.
Формальная реальность – это то, что
исчерпывается количественными
характеристиками. Как показывает Вебер,
движение в направлении формальной
реальности – это движение самого
исторического процесса.

Наиболее
известным произведением М. Вебера
является «Хозяйство и общество» (1919).

М.
Вебер является основоположником
«понимающей» социологии и теории
социального действия, применивший ее
принципы к экономической истории,
исследованию политической власти,
религии, права. Главной идеей веберовской
социологии является обоснование
возможности максимально рационального
поведения, проявляющегося во всех сферах
человеческих взаимоотношений. Эта мысль
Вебера нашла свое дальнейшее развитие
в различных социологических школах
Запада, что вылилось в 70-е гг. в своеобразный
«веберовский ренессанс».

В
качестве необходимой предпосылки
социологии Вебер ставит не «целое»
(общество), а отдельного осмысленно
действующего индивида. Согласно Веберу,
общественные институты – право,
государство, религия и т. д. –
должны изучаться социологией в той
форме, в какой они становятся значимыми
для отдельных индивидов, в какой последние
реально ориентированы на них в своих
действиях. Он отрицал идею, что общество
первичнее составляющих его индивидов,
и «требовал» исходить в социологии из
действий отдельных людей. В этой связи
можно говорить о методологическом
индивидуализме Вебера.

Но
Вебер не остановился на крайнем
индивидуализме. Неотъемлемым моментом
социального действия он считает
«ориентацию действующего лица на другого
индивида или окружающих его других
индивидов». Без этого введения, т. е.
ориентации на другое действующего лицо
или социальные институты общества, его
бы теория осталась классической «моделью
робинзонады», где в действиях индивида
нет никакой «ориентации на другого». В
этой «ориентации на другого» получает
свое «признание» и «социально общее»,
в частности «государство», «право»,
«союз» и т. д. Отсюда «признание» –
«ориентация на другого» – становится
одним из центральных методологических
принципов социологии Вебера.

Социология,
по Веберу, является «понимающей»,
поскольку изучает поведение личности,
вкладывающей в свои действия определенный
смысл. Действия человека обретают
характер социального
действия,
если
в нем присутствуют два момента:
субъективная мотивация индивида и
ориентация на другого (других). Понимание
мотивации, «субъективно подразумеваемого
смысла» и отнесение его к поведению
других людей – необходимые моменты
собственно социологического исследования,
отмечал Вебер.

Предметом
социологии должно, по мнению Вебера,
стать не столько непосредственное
поведение, сколько его смысловой
результат. Ибо характер массового
движения в значительной мере определяется
смысловыми установками, которыми
руководствуются составляющие массу
индивиды.

Перечисляя
возможные виды социального действия,
Вебер указывает четыре: целерациональное;
ценностно-рациональное; аффективное;
традиционное.

1.
Целерациональное
действие
характеризуется ясным пониманием
деятелем того, чего он хочет добиться,
какие пути, средства для этого наиболее
пригодны. Деятель рассчитывает возможные
реакции окружающих, как и в какой мере
их можно использовать для своей цели и
т. д.

2.
Ценностно-рациональное
действие подчинено сознательной вере
в этическую, эстетическую, религиозную
или какую-либо другую, иначе понимаемую
безусловно собственную ценность
(самоценность) определенного поведения,
взятого просто как такое независимо от
успеха.

3.
Аффективное
действие
обусловлено чисто эмоциональным
состоянием, осуществляется в состоянии
аффекта.

4.
Традиционное
действие диктуется привычками, обычаями,
верованиями. Оно осуществляется на
основе глубоко усвоенных социальных
образцов поведения.

Как
отмечал Вебер, описанные четыре идеальных
типа не исчерпывают собой всего
многообразия видов ориентации
человеческого поведения. Однако их
можно считать самыми характерными.

Стержнем
веберовской «понимающей» социологии
является идея рациональности, нашедшая
свое конкретное и последовательное
выражение в современном ему капиталистическом
и, что очень важно, германском обществе
с его рациональным хозяйствованием
(рационализация труда, денежного
обращения и т. д.), рациональной
политической властью (рациональный тип
господства и рациональная бюрократия),
рациональной религией (протестантизм).

studfiles.net

Социология М.Вебера

Скачать

Содержание

 

Теория социального действия М.Вебера……………………………..………………3

Политическая социология М.Вебера…………………………..……………………4

Религия в социологии М.Вебера………………….………….…………………….10

Вывод…………………………………………….………….……………………..14

Литература……………………………………………………..…………….…….16

Теория социального действия М.Вебера

Социология по Веберу — наука, которая занимается социальными действиями, толкуя и понимая эти действия через объяснения. Таким образом, социальные действия — это предмет изучения. Толкование, понимание  метод, благодаря которому причинно объясняются явления. Тем самым понимание является средством объясне­ния.

Социологическое понятие действия Вебер вводит через понятие смысла. Социология рассматривает поведение личности лишь постольку, поскольку личность связывает со своим действием определенный смысл, то есть социология призвана изучать рациональное поведение, при котором индивид осознает смысл и цели своих поступков, не подчиняясь эмоциям и страстям. Вебер выделял четыре типа поведения:

Целерациональное поведение предполагает свободный и осознанный выбор цели: продвижение по службе, покупка товара, деловая встреча. Такое поведение обязательно свободно. Свобода означает отсутствие какого-либо принуждения со стороны коллектива или толпы.

Ценностно-рациональное поведение базируется на сознательной ориентации или вере в нравственные или религиозные идеалы. Идеалы стоят выше сиюминутных целей, расчетов, соображений выгоды. Деловой успех отходит на второй план. Человек может даже не интересоваться мнением окружающих: осуждают они его или нет. Он думает только о высших ценностях, например, спасении души или чувстве долга. С ними он соизмеряет свои поступки.

Традиционное поведение. Его даже нельзя назвать сознательным, ибо в основе лежит притупленная реакция на привычные раздражения. Она протекает по однажды принятой схеме. Раздражителями выступают различные табу и запреты, нормы и правила, обычаи и традиции. Они передаются из поколения в поколение. Таков, например, обычай гостеприимства, существующий у всех народов. Ему следуют автоматически, в силу привычки вести себя так, а не иначе.

Аффективное, или реактивное поведение. Аффект – это душевное волнение, которое перерастает в страсть, сильный душевный порыв. Аффект идет изнутри, под его влиянием человек поступает бессознательною. Будучи кратковременным эмоциональным состоянием, аффективное поведение не ориентировано на поведение других или сознательный выбор цели. Состояние растерянности перед неожиданным событием, душевный подъем и энтузиазм, раздражение на окружающих, подавленное состояние и меланхолия – все это аффективные формы поведения.

Два последних вида действия не являются, по Веберу, социальными действиями в строгом смысле слова, поскольку здесь мы имеем дело с осознанным и положенным в основу действия смыслом. Вебер отмечает, что описанные четыре типа не исчерпывают собой всего многообразия видов ориентации человеческого поведения, однако их можно считать самыми характерными.

Описанные Вебером типы социального действия – это не просто методологический прием, удобный для объяснения. Вебер убежден, что рационализация рационального действия – это тенденция самого исторического процесса. Рационализация – это результат воздействия нескольких феноменов, несших в себе рациональное начало, а именно: античная наука, рациональное римское право.

 

Политическая социология М.Вебера

 

Теория рационализации Вебера непосредственным образом связана с его трактовкой «социального действия», которая в свою очередь выходит на концепцию господства, являющейся основой политической социологии Вебера.    

Наглядно все это наблюдается в учении Вебера о типах легитимного господства, то есть такого господства, которое признано со стороны управляемых индивидов. Господство предполагает взаимное ожидание: того кто приказывает, что его приказу будут повиноваться, и тех кто повинуется, что приказ будет иметь характер, ожидаемый ими, то есть признанный. В соответствии со своей методологией Вебер дает анализ легитимных типов господства. Он различает три чистых типа господства.

Первый тип господства Вебер называет легальным. К такому типу, по его мнению, относятся современные ему европейские государства: Англия, Франция и США. В таких государствах подчиняются не личности, а четко установленным законам, которым подчиняются и управляемые и управляющие. Аппарат управления («штаб управления») состоит из специально образованных чиновников , которым вменяется в обязанность действовать невзирая на лица, т.е. по строго формализованным регламентам и рациональным правилам. Правовое начало — принцип лежащий в основе легального господства. Именно этот принцип оказался ,согласно Веберу, одной из необходимых предпосылок развития современного капитализма как системы формальной рациональности.

Самым чистым типом легального господства Вебер считал бюрократию. Правда, он тут же оговаривается, что никакое государство не может быть полностью бюрократичным, поскольку на вершине лестницы стоят либо наследуемые монархи, либо избранные народом президенты, либо лидеры, избранные парламентской аристократией. Но повседневная непрерывная работа при этом ведется силами специалистов-чиновников, т.е. машиной управления.

Этот тип господства наиболее соответствует формально-рациональной структуре экономики. Правление бюрократии — это господство посредством знания, и в этом заключается его специфически рациональный характер.

Вебер рассматривал бюрократию в двух смыслах – позитивном и негативном. Воплощением бюрократии в позитивном смысле является государственный аппарат управления. Если он состоит из людей честных и неподкупных, если его штат набирается из специально обученных чиновников, то они будут относиться к подчиненным объективно. Основной закон бюрократии – четкое и безошибочное функционирование, направленное на максимальную прибыль. Чтобы достичь этого, необходимо знать, что:

  1. Организация свободна в выборе любого средства для обеспечения своей устойчивости;
  2. Люди работают таким образом, что могут быть взаимозаменяемы, поэтому каждый обязан выполнять только одну задачу;
  3. Труд представляет собой наиболее подходящую меру успеха человека и является для него основой существования;
  4. Поведение исполнителей полностью определено рациональной схемой, которая обеспечивает точность и рациональность действий, позволяет избежать предубежденности и личных симпатий во взаимоотношениях.

Должностные позиции в бюрократической организации строго подчинены друг другу и расположены в иерархическом порядке. Каждое должностное лицо ответственно перед вышестоящим начальством и за свои личные решения, и за действия своих подчиненных. Сотрудники организации – это прежде всего наемные работники. Вознаграждение им выдается в виде жалованья, а после отставки назначается пенсия.

Вебер был убежден, что бюрократия является самым сложным и рациональным устройством, когда-либо придуманным человеком, но он прекрасно понимал, что в чистом виде бюрократия – иерархическая организация высококвалифицированных экспертов нигде в реальности не существует.

Важно отметить, что описанный Вебером «идеальный тип формально-рационального управления», конечно же не имел и не имеет полного эмпирического осуществления ни в одном из индустриальных государств. Собственно Вебер имел ввиду «машину управления», машину в самом буквальном смысле слова, но машину человеческую, у которой нет никакого другого интереса, кроме интереса дела. Однако, подобно всякой машине, машина управления нуждается в надежной программе. Сама же она подобной программы не имеет, будучи структурой формально-рациональной. Поэтому программу может задать ей только политический лидер, ставящий перед собой определенные цели, т.е. другими словами, ставящий формальный механизм управления на службу определенным политическим целям.

Второй тип легитимного господства Вебер обозначает как традиционный. Этот тип обусловлен нравами, привычкой к определенному поведению. В этом отношении традиционное господство основано на вере не только в законность, но даже в священность издревле существующих порядков и властей.

Чистейшим типом такого господства является, по Веберу, патриархальное государство. Это общество, которое предшествовало современному буржуазному обществу. Тип традиционного господства по своей структуре сходен со структурой семьи. Именно это обстоятельство делает особенно прочным и устойчивым этот тип легитимности.

Штаб правления здесь состоит из лично зависимых от господина домашних чиновников, родственников, личных друзей или вассалов. В отличии от других видов господства, именно личная верность служит здесь основанием для назначения на должность, а также для продвижения по иерархической лестнице. Для традиционного господства характерно отсутствие формального права и, соответственно, отсутствие требования действовать «невзирая на лица»; характер отношений в любой сфере сугубо личный.

Различие между рациональным способом управления (и рациональным типом государства) и способом управления в традиционном обществе Вебер показывает путем сравнения современного западного чиновника с китайским мандарином.

Мандарин, в отличие от управленца бюрократической «машины», совершенно неподготовленный к делам управления человек. Такой человек не управляет самостоятельно – все дела находятся в руках канцелярских служащих. Мандарин – это прежде всего образованный человек, хороший каллиграф, пишущий стихи, знающий всю литературу Китая за тысячу лет и умеющий ее толковать. В то же время он не придает никакого значения политическим обязанностям. Государство с подобными чиновниками, как отмечает Вебер, представляет собой нечто совершенно отличное от западного государства. В этом государстве все основывается на религиозно-магической вере в то, что совершенства их литературного образования вполне достаточно для того, чтобы все держать в порядке,

Третьим типом господства является, по Веберу, харизматическое господство. Понятие харизмы играет в веберовской политической социологии важную роль. Харизма, в соответствии с этимологическим значением этого слова, есть некая экстраординарная способность, некоторое качество индивида, выделяющее его среди остальных. Это качество не столько приобретенное, сколько дарованное человеку от природы богом, судьбой. К харизматическим качествам Вебер относит магические способности, пророческий дар, выдающуюся силу духа и слова. Харизмой, по Веберу, обладают герои, полководцы, маги, пророки и провидцы, выдающиеся политики, основатели мировых религий и другие типы (например, Будда, Христос, Магомет, Цезарь).

Харизматический тип легитимного господства представляет собой прямую противоположность традиционному. Если традиционный тип господства держится приверженностью к обычному, раз и навсегда заведенному, то харизматический, напротив, опирается на нечто необычное, никогда ранее не признававшееся. Основной базой харизматического господства является аффективный тип социального действия. Вебер рассматривает харизму как великую революционную силу в традиционном типе общества, способную внести изменения в лишенную динамизма структуру этих обществ. Однако следует отметить, что при всем различии и даже противоположности традиционного и харизматического типов господства между ними есть и нечто общее а именно: тот и другой опираются на личные отношения между господином и подчиненным. В этом отношении оба этих типа противостоят формально-рациональному господству как безличному.

Источником личной преданности харизматическому государю является не традиция и не признание его формального права, а, прежде всего, эмоционально окрашенная вера в его харизму и преданность этой харизме. Поэтому, как подчеркивал Вебер, харизматический вождь должен заботиться о сохранении своей харизмы и постоянно доказывать ее присутствие. Штаб управления при таком типе господства формируется на основе личной преданности вождю. Ясно, что рациональное понятие компетентности, так же как и сословно-традиционное понятие привилегии, здесь отсутствует. Другой момент. Как от формально-рационального, так и от традиционного типа господства харизматический отличается тем, что здесь нет установленных (рационально или по традиции) правил и решения по всем вопросам выносятся иррационально, на основе «откровения», интуиции или личного примера.

Понятно, что харизматический принцип легитимности, в отличие от формально-рационального, авторитарен. По существу, авторитет харизматического лидера базируется на его силе – только не на грубой, физической, а на силе его внутреннего дара. Вебер, верный своим познавательным принципам, рассматривает харизму совершенно безотносительно к содержанию того, что возвещает, за что выступает, что несет с собой харизматический лидер, то есть он подчеркнуто безразличен к ценностям, вносимым в мир харизматической личностью.       

Легальное господство, по Веберу, имеет более слабую легитимирующую силу, чем традиционное и харизматическое. Возникает законный вопрос: на каком основании делается такой вывод? Чтобы ответить на него, следует еще раз обратить внимание на то, что представляет собой легальный тип господства. Как уже отмечалось, Вебер за основу легального господства берет целерациональное действие, В чистом виде легальное господство не имеет ценностного фундамента, не случайно этот тип господства осуществляется формально-рационально, где «бюрократическая машина» должна служить исключительно интересам дела.

Важно отметить и то, что отношения господства в «рациональном» государстве рассматриваются Вебером по аналогии с отношениями в сфере частного предпринимательства. Целерациональное действие имеет в качестве своей модели действие экономическое. Экономика – это та «клеточка», в которой и существует легальный тип господства. Именно экономика более всего поддается рационализации. Она освобождает рынок от сословных ограничений, от сращивания с нравами и обычаями, превращая все качественные характеристики в количественные, то есть расчищая путь для развития сугубо рационального капиталистического хозяйства.

Рациональность, в веберовском понимании, это формальная, функциональная реальность, то есть свободная от всяких ценностных моментов. Это и есть легальное господство. Но именно потому, что формальная рациональность в себе самой своей цели не несет и всегда определяется через что-то другое, легальное господство не имеет достаточно сильной легитимности и должно быть подкреплено чем-то другим – традицией или харизмой. На политическом языке это будет звучать таким образом: парламентская демократия, признаваемая классическим либерализмом единственно правомерно законодательным (легитимирующим) органом, не имеет в себе достаточной легитимирующей силы в глазах масс. А потому она должна быть дополнена или наследованным монархом (чьи права ограничены парламентом), или плебисцитарным путем избранным политическим лидером. Как видим, в первом случае легитимность легального господства усиливается с помощью апелляции к традиции, во втором – с помощью апелляции к харизме.

Возвращаясь непосредственно к идее Вебера об усилении легитимности легального господства, можно сказать: именно формальный характер легального господства, не имеющий сам в себе никаких ценностей и требующий в качестве своего дополнения политического лидера, который был бы в состоянии сформулировать определенные цели, привело его к признанию плебисцитарной демократии. Плебисцитарная демократия как форма политической системы, по мнению Вебера, наиболее соответствовала ситуации, которая сложилась в современном ему западноевропейском обществе. Только плебисцит, по его убеждению, может сообщить политическому лидеру ту силу легитимности, которая позволит ему проводить определенным образом ориентированную политику, а также поставить государственно-бюрократическую машину на службу определенным ценностям.   Понятно, что для этого политический лидер должен быть харизматически одарен, ибо в противном случае он не может получить одобрения масс. Плебисцитарная теория бюрократии Вебера-это, по существу, попытка найти некую идеальную модель организации политической системы с необходимыми элементами, обеспечивающими ее динамизм.

 

Религия в социологии М.Вебера

 

Исследования Вебера в области религии начались с работы «Протестантская этика и дух капитализма» (1905) и завершились большими историко-социологическими экскурсами, посвященными анализу мировых религий: индуизма, буддизма, конфуцианства, даосизма.

В изучении религии Вебер не ставил в качестве центрального вопрос о происхождении религии, а поэтому и не рассматривал вопрос о ее сущности. Его интересовало прежде всего изучение наличных структурных форм, состав и тип религии. В центре внимания Вебера великие мировые религии, предполагающие сравнительно высокий уровень социальной дифференциации, а следовательно – значительное интеллектуальное развитие, появление личности, наделенной ясным логическим самосознанием.

Вебер путем наблюдения и сравнения фиксирует, где и при каких социальных условиях, среди каких социальных слоев и групп преобладает в религии ритуально-культовый момент, а где аскетически-деятельный (имеется в виду мирская деятельность), где мистико-созерцательный, а где интеллектуально-догматический. Так, например, магические элементы наиболее характерны для религии земледельческих народов и в рамках высокоразвитых культур для крестьянского сословия. Вера в судьбу составляет характерную принадлежность религии народов-завоевателей и военного сословия.

Рассматривая индивидуальный облик мировых религиозно-этнических систем, Вебер дает их классификацию, в соответствии с тем, какие именно социальные слои явились их главными носителями:

—       носителем конфуцианства является организующий мир бюрократ;

—       индуизма – упорядочивающий мир маг;

—       буддизма – странствующий по миру монах;

—       ислама – покоряющий мир воин;

—       христианства – бродячий ремесленник.

Вебер классифицирует религии также и на основании различного отношения к миру. Так, для конфуцианства характерно принятие мира, и напротив отрицание мира характерно для буддизма. Некоторые религии принимают мир на условиях его улучшения и исправления (христианство, ислам).

Мировые религии, как правило, носят сотерический характер (сотер – спаситель, греч.). Проблема спасения – одна из центральных в религиозной этике. Возможны два варианта спасения: спасение человека через собственное действие (буддизм) и с помощью посредника-спасителя ( ислам, христианство)

В своей книге М. Вебер также проводит детальный анализ статистических данных, отражающих распределение протестантов и католиков в различных социальных слоях. На основание данных, собранных в Германии, Австрии и Голландии он приходит к выводу, что протестанты преобладают среди владельцев капитала, предпринимателей и высших квалифицированных слоев рабочих.

Кроме того, совершенно очевидны различия в образовании. Так, если среди католиков преобладают люди с гуманитарным образованием, то среди протестантов, готовящихся, по мнению Вебера, к «буржуазному» образу жизни больше людей с техническим образованием. Он объясняет это своеобразным складом психики, складывающийся в процессе начального воспитания.

Так же Вебер замечает, что католики, не занимая ключевых постов в политике и коммерции, опровергают тенденцию о том, что национальные и религиозные меньшинства, противостоящие в качестве подчиненных какой-либо другой «господствующей» группе …. концентрируют свои усилия в области предпринимательства и торговле.

Он задается вопросом, с чем связанно столь четкое определение социального статуса во взаимосвязи с религией. И, не смотря на то, что действительно существуют объективно-исторические причины преобладания протестантов среди наиболее обеспеченных слоев населения, он все же склоняется к тому, что причину различного поведения следует искать в «устойчивом внутреннем своеобразии», а не только в историко-политическом положении.

Протестантизм не выступает в качестве непосредственной причины капитализма, однако он породил ту культуру, которая придавала особое значение упорному труду, рациональному образу действий и уверенности человека в собственных силах.

Под духом капитализма Вебер понимает следующие: «комплекс связей, существующих в исторической действительности, которые мы в понятии объединяем в одно целое под углом зрения их культурного значения».

Вебер разделяет капитализм на «традиционный» и «современный», по способу организации предприятия. Он пишет, что современный капитализм повсюду натыкаясь на традиционный, боролся с его проявлениями. Автор приводит пример с введением сдельной оплаты труда на сельскохозяйственном предприятии в Германии. Так как сельхозработы носят сезонный характер, и во время уборки урожая необходима наибольшая интенсивность труда, то была проведена попытка стимулировать производительность труда за счет введения сдельной заработной платы, и соответственно, перспективы ее повышения. Но увеличение заработанной платы привлекало человека, порожденного «традиционным» капитализмом, гораздо менее чем облегчение работы. В этом сказывалось докапиталистическое отношение к труду.

Вебер считал, что для развития капитализма, необходим некоторый избыток населения, обеспечивающий наличие на рынке дешевой рабочей силы. Но низкая заработанная плата отнюдь не тождественна дешевому труду. Даже чисто в количественном отношении производительность труда падает в тех случаях, когда не обеспечивает потребностей физического существования. Но низкая заработная плата не оправдывает себя и дает обратный результат в тех случаях, когда речь идет о квалифицированном труде, о высокотехнологичном оборудовании. Т. е. там, где необходимо и развитое чувство ответственности, и такой строй мышления, при котором труд становился бы самоцелью. Такое отношение к труду не свойственно человеку, а может сложиться лишь в результате длительного воспитания.

Таким образом, радикальное различие между традиционным и современным капитализмом не в технике, а в человеческих ресурсах, точнее, отношении человека к труду.

Идеальный тип капиталиста, к которому приближаются некоторые немецкие промышленники того времени, Вебер обозначал так: «ему чужды показная роскошь и расточительство, упоение властью, ему присущ аскетический образ жизни, сдержанность и скромность». Богатство дает ему иррациональное ощущение хорошо исполненного долга.







Традиционный человек

Современный протестант

Работает, чтобы жить

Живет, чтобы работать

Профессия -бремя

Профессия- форма существования

Простое производство

Расширенное производство

Не обманешь- не продашь

Честность -лучшая гарантия

Основной вид деятельности — торговля

Основной вид деятельности — производство

Вебер анализирует современное общество и приходит к выводу о том, что капиталистическое хозяйство не нуждается больше в санкции того или иного религиозного учения и видит в любом (если это возможно) влиянии церкви на хозяйственную жизнь такую же помеху, как и регламентация экономики со стороны государства.

Так появился веберовский предприниматель — трудолюбивый, инициативный, скромный в потребностях, любящий деньги ради самих денег.

 

ВЫВОД

С точки зрения М. Вебера, социология — это наука о социальном поведении, которое она стремится понять и истолковать. Социальное поведение, по М. Веберу, — это отношение человека, иначе говоря, внутренне или внешне проявляемая по­зиция, ориентированная на поступок или воздержание от него. Это отношение является поведением, когда субъект связывает его с оп­ределенным смыслом. Поведение считается социальным, когда по смыслу, который ему придает субъект, оно соотнесено с поведением других индивидов.

Задачи понимающей социологии М. Вебера: 1). Выяснить, благодаря каким осмысленным действиям люди пытаются осуществить свои стремления, в какой степени и по каким причинам им это удавалось; 2). Какие понятные социологу последствия имели их стремления для осмысленного поведения других людей. Краеугольным камнем его теории стала концепция идеальных типов, которая послужила методологическим обоснованием плюрализма. Он считал, что главное – поиск мотивов: почему человек поступил так, а не иначе? Так М. Вебер подошел к созданию теории социального действия и выделил следующие типы:

—                                                                           целерациональный (когда человек ясно представляет себе цель и пути ее достижения, учитывает возможную реакцию других людей),

—                                                                           ценностно-рациональный (когда действие совершается через сознательную веру в этическую, эстетическую, религиозную ценность),

—                                                                           аффективный (действие происходит подсознательно, в состоянии аффекта)

—                                                                           и   традиционный (действие осуществляется через привычку).

   Два последних не входят в предмет социологии, так как только первые два совершаются осознанно.

   По Веберу религия может быть великой силой, что он демонстрирует на примере протестантизма («Протестантская этика и дух капитализма»). Он один из первых рассмотрел феномен бюрократии периода начала ХХ века, охарактеризовав ее как рациональную и в высшей степени эффективную.

   Наконец, он создал знаменитую теорию 3 типов государств: легального, где правит бюрократия и законы; традиционного, где царит подчинение и послушание; и харизматического, в котором правитель отождествляется с Богом. Идеи М. Вебера пронизывают все здание современной социологии, составляя ее фундамент.

   Огромный этап в развитии и обогащении знаний об обществе, социальной действительности закончился к началу ХХ века. Наступала новая эра, требовавшая дальнейшего осмысления — ХХ век.

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. «История и рациональность: социология Вебера и веберовский Ренессанс»
  2. Громов И., Мацкевич А., Семенов В. «Западная теоретическая социология»
  3. Зарубина Н.Н. «Модернизация и хозяйственная культура: концепция Вебера и современные теории развития»
  4. Кравченко А.И. «Социология М.Вебера»

vsempomogu.ru

Социология и изучение общества. — Социология М.Вебера.

Страница 16 из 31

Социология М.Вебера.

Одним из самых влиятельных теоретиков социологии был Макс Вебер (1864 — 1920), немецкий социолог, социальный философ и историк, основоположник понимающей социологии. Труды Вебера представляют собой удивительный по широте охвата и смелости сплав исторических изысканий и социологической мысли. Центральное место в его методологических конструкциях занимает концепция понимания. Он использовал это понятие как метод раскрытия сущности всей социальной реальности, всей истории человечества. В основе его концепции понимания лежало систематическое и точное исследование, а не просто “переживание” исторических событий.

Сущность понимающей социологии, по Веберу, заключается в том, что социолог должен понять и объяснить: 1) посредством каких осмысленных действий люди пытаются осуществить свои стремления, в какой степени и по каким причинам им это удавалось или не удавалось; 2) какие последствия имели их стремления для поведения других людей.

Важным вкладом Вебера в социологию было введение понятия “идеальный тип”. “Идеальный тип” – искусственно логически сконструированное понятие, позволяющее выделить основные черты исследуемого социального феномена. Например, идеально-типическое военное сражение должно включать в себя все основные компоненты, присущие реальному сражению. Идеальный тип возникает из реального мира, а не из абстрактных теоретических построений. По Веберу, это понятие динамическое. Поскольку общество и интересы его исследователей постоянно изменяются, постольку необходимо создавать новые типологии, соответствующие изменившейся реальности.

Вместе с тем, основа социологической теории Вебера заключается в том, что это теория социального действия, причем сознательного действия, ориентированного на действия других людей. Иначе говоря, Вебера интересовало действие, включающее мыслительные процессы и осуществляющее посредничество между стимулом и реакцией.

В трудах Вебера исследованы феномены бюрократии и всеподавляющей прогрессирующей бюрократизации общества. Бюрократию (этот термин в социологии носит нейтральный характер) Вебер рассматривает через призму рациональности, высшим воплощением которой бюрократия и является. В концепции Вебера эффективность бюрократии является ее сущностной характеристикой, а само это понятие приобретает позитивное значение. Вместе с тем он отмечал, что бюрократия может угрожать либерально-буржуазным свободам и демократии. Однако без бюрократической машины не может существовать ни одно общество.

Социология Вебера оказала решающее воздействие на западную социологию середины и второй половины XX в. Она до сих пор служит источником полемики по основным теоретико-методологическим проблемам социологического знания.

libsib.ru

Социология Вебера

Макс Вебер (1864–1920). Он определял социологию как науку, которая стремится понять социальное действие и дать ему причинное объяснение. При это не всякое человеческое действие является социальным. Вебер считал социальным лишь такое действие, которое соотносится с действиями других людей и ориентируется на ответную реакцию с их стороны.

С точки зрения Вебера все явления общественной жизни в конечном итоге складываются из совокупности индивидуальных социальных действий:

1. целерациональное

2. ценностно-рациональное

3. аффективное

4. традиционное

Целерациональное действие отличает четкая постановка цели действия и выбор наиболее эффективных средств её достижения. Как, например, при решении технических задач.

Ценностно-рациональное действие ориентируется на некие высшие ценности (моральные, религиозные) и в таком случае не всякие средства достижения цели считаются допустимыми, они не должны противоречить такого рода ценностям. Аффективное действие основано на эмоциях.

Традиционное действие ориентированно на существующие в обществе традиции. Ни один из этих типов действий в чистом виде, как правило, не встречается. Они представляют собой идеальные типа. Этими понятиями Вебер обозначал теоретическую модель, которая создается исследователем путем мысленного выделения некоторых черт изучаемого им явления и в результате в реальной действительности идеальному типу ничто полностью не соответствует. Идеальный тип подобен моделям, которые используются в естественных науках. Наблюдаемые в реальной жизни человеческие действия могут сочетать в себе элементы двух или более идеальных типов.

Вебер использовал разработанную им методологию идеальных типов для изучения широкого круга явлений общественной жизни, при этом особый интерес у него вызывала проблема происхождения современного капитализма. Если Маркс рассматривал прежде всего экономические причины развития капитализма, то Вебер исследовал влияние на этот процесс культурных факторов, в частности религиозных идей.

Вебер использовал понятие хозяйственная этика религии. Это понятие обозначает те требования, которые данная религия предъявляла к поведению своих последователей в экономической сфере. Вебер обратился к изучению особого типа хозяйственной этики, получившего распространение в странах Западной Европы, начиная с 16 столетия в результате религиозной реформации и возникновения протестантизма. Вебер исследовал то влияние, которое оказали эти события на изменения экономических отношений в западных обществах.

Этой проблеме была посвящена его работа «Протестантская этика и дух капитализма». Он рассмотрел в этой работе новый тип хозяйственной этики, получивший распространение в странах Западной Европы. Вебер проанализировал идеи ведущих представителей реформации протестантских богословов, таких как Мартин Лютер, Жан Кальвин. В особенности он обратил внимание на выдвинутую Кальвином идею предопределения. В соответствии с Кальвином, всемогущий бог предопределил, предназначил одних людей к спасению и вечной жизни, а других к гибели. При этом не существовало каких-либо признаков, по которым человек мог судить о том, избран ли он богом к спасению.

Но в ту историческую эпоху для любого верующего христианина вопрос о спасении его души имел важнейшее, первостепенное значение. И, постепенно, последователи кальвинизма стали считать успех человека в его повседневном труде, то есть в его экономической деятельности, косвенным свидетельством того, что данный человек угоден Богу и избран к спасению.

В результате последователи этого религиозного учения стремились к тому, чтобы постоянно добиваться успехов в экономической сфере. Как показал Вебер в своём исследовании, на ранней стадии развития капитализма большинство успешных предпринимателей вышло именно из числа протестантов, а те страны в которых протестанизм стал господствующей религией, такие как Англия или Голландия достигли в 17–18 веках наиболее высокого уровня экономического развития. В то же время Вебер подчеркивал, что влияние религиозных идей на экономическое развитие было характерно лишь для раннего капитализма.

Уже к 19 веку капитализм превратился в экономическую систему, обладавшую своей собственной внутренней логикой, и эта система не нуждалась больше в какойлибо поддержке со стороны религиозных идей. Кроме того, Вебер не считал протестанскую этику единственной причиной развития капитализма. Он рассматривал влияние на этот процесс разнообразных факторов в том числе экономических, политических и культурных.

Работа Вебера «Протестантская этика и дух капитализма» была, возможно, одна из самых известных и обсуждаемых.

www.sociology-blog.ru

Социология Макса Вебера

Дисциплина: Социология
Тип работы: Реферат
Тема: Социология Макса Вебера

Оглавление

TOC o \»1-3\»

……………………………………………………………………………………………..

PAGEREF _Toc26331786 h

1 Социология Макса Вебера

…………………………………………………………….

PAGEREF _Toc26331787 h

1.1. Понимающая социология и теория социального действия

…………………

PAGEREF _Toc26331788 h

1.2 Социология политической власти

…………………………………………………….

PAGEREF _Toc26331789 h

1.3. Социология религии

…………………………………………………………………….

PAGEREF _Toc26331790 h

Заключение

……………………………………………………………………………………… PAGEREF _Toc26331791 h

Список литературы

…………………………………………………………………………. PAGEREF _Toc26331792 h

Приложение 1

……………………………………………………………………………………

PAGEREF _Toc26331793 h

Введение

Макс Вебер (1864 – 1920) – немецкий социолог, социальный философ, культуролог и историк. Его можно смело назвать Леонардо да Винчи социологии. Его базисные теории сегодня

составляют фундамент социологии: учение о социальном действии и мотивации, об общественном разделении труда, об отчуждении, о профессии как призвании.

Он разработал: основы социологии религии; экономической социологии и социологии труда; социологии города; теорию бюрократии; концепцию социальной стратификации и статусных

групп; основы политологии и института власти; учение о социальной истории общества и рационализации; учение об эволюции капитализма и института собственности.

Достижения Макса Вебера просто невозможно перечислить, настолько они огромны. В области методологии одним из самых главных его достижений является введение идеальных типов. М.

Вебер считал, что главная цель социологии – сделать максимально понятным то, что не было таковым в самой реальности, выявить смысл того, что было пережито, даже если этот смысл самими

людьми не был осознан. Идеальные типы позволяют сделать исторический или социальный материал более осмысленным, чем он был в самом опыте реальной жизни.

Идеи Вебера пронизывают все здание современной социологии, составляя его фундамент. Творческое наследие Вебера огромно. Он внес вклад в теорию и методологию, заложил основы

отраслевых направлений социологии: бюрократии, религии, города и труда.

Сам М. Вебер создал много научных трудов, в том числе: «Протестантская этика и дух капитализма» (1904-1905), «Хозяйство и общество», «Объективность социально – научного и

социально – политического познания», «Критические исследования в области логики наук о культуре», «О некоторых категориях понимающей социологии» (1913), «Основные социологические

понятия».

Развитие социологических представлений об обществе все время шло по нарастающей – от Платона и Аристотеля к Макиавелли и Гоббсу, а от них к Конту и Марксу. С каждым шагом наши

знания углублялись и обогощялись. Наивысшим выражением стали идеи М. Вебера. Он не только создал самую сложную теорию общества в рассматриваемый исторический период, но и заложил

методологический фундамент современной социологии, что было сделать еще труднее.

Благодаря М. Веберу, а также его коллегам немецкая школа доминировала в мировой социологии вплоть до Первой мировой войны.

1 Социология Макса Вебера

1.1. Понимающая социология и теория социального действия

М. Вебер основоположник «понимающей» социологии и теории социального действия, применивший ее принципы к экономической истории, к исследованию политической власти, религии,

права. Главной идеей веберовской социологии является обоснование возможности максимального рационального поведения, проявляющегося во всех сферах человеческих взаимоотношений. Эта

мысль Вебера нашла свое дальнейшее развитие в различных социологических школах Запада, что вылилось в своеобразный «веберовский ренессанс».

Методологические принципы веберовской социологии тесно связанны с другими теоретическими системами, характерными для обществознания прошлого века – позитивизмом Конта и

Дюркгейма, социологией марксизма.

Особо отмечается влияние баденской школы неокантианства, прежде всего воззрений одного из ее основоположников Г. Риккерта, согласно которым взаимосвязь бытия и сознания строится

на основе определенного отношения субъекта к ценности. Как и Риккерт, Вебер разграничивает отношение к ценности и оценку, из чего следует, что наука должна быть свободна от оценочных

суждений субъективного толка. Но это не означает, что ученый должен отказаться от собственных пристрастий; просто они не должны вторгаться в научные разработки. В отличие от Риккерта,

рассматривающего ценности и их иерархию как нечто надысторическое, Вебер полагает, что ценность детерминирована характером исторической эпохи, определяющей общую линию прогресса

человеческой цивилизации. Иными словами, ценности, по Веберу, выражают общие установки своего времени и, стало быть, историчны, относительны. Они в концепции Вебера своеобразно

преломляются в категориях идеального типа, которые составляют квинтэссенцию его методологии социальных наук и используются как инструмент понимания явлений человеческого общества,

поведения его членов.

Итак, по Веберу, социолог должен соотнести анализируемый материал с экономическими, эстетическими, моральными ценностям, исходя из того, что служило ценностями для людей,

являющихся объектом исследования. Чтобы уяснить действительные причинные связи явлений в обществе и дать осмысленное толкование человеческому поведению, необходимо сконструировать

недействительное – извлекаемые из эмпирической реальности идеально – типические конструкции, которые выражают то, что характерно для многих общественных явлений. При этом Вебер

рассматривает идеальный тип не как цель познания, а как средство, позволяющее раскрыть «общие правила событий».

Согласно Веберу, идеальный тип как методологическое средство позволяет:

во-первых, сконструировать явление или человеческое действие, как если бы оно имело место в идеальных условиях;

во-вторых, рассмотреть это явление или действие независимо от локальных условий.

Предполагается, что если будут выполнены идеальные условия, то в любой стране действие будет совершаться именно таким образом. То есть мыслительное образование нереального,

идеально – типического – прием, позволяющий понять, как действительно протекало то или иное историческое событие. И еще: идеальный тип, по Веберу, позволяет трактовать историю и

социологию как два направления научного интереса, а не как две разные дисциплины. Это оригинальная точка зрения, исходя из которой, по мнению ученого, чтобы выявить историческую

причинность, необходимо перво-наперво выстроить идеально – типическую конструкцию исторического события, а затем сопоставить нереальный, мысленный ход событий с их реальным развитием.

Через конструирование идеально – типического исследователь перестает быть просты…

Забрать файл

Похожие материалы:

www.refland.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о